Но парень сидел и не обращал на нее внимания. Он смотрел на меня и улыбался так, как будто я для него единственная радость на свете. Работница заведения, поняв, что на нее не обращают внимания, решила усилить свой натиск и как бы невзначай дотронулась до широкой руки Эрика.
— Ой, извините, – приторным сиропом полилась речь девушки, – не хотела вас задеть.
Улыбка ее стала широкой и походила на оскал акулы, готовой заглотить свою добычу. Кокетливый взмах ресниц и, поправив свои волосы, выдохнула.
— Вы давно к нам не заходили. А мы скучали.
Глаза парня подернулись льдом, взгляд стал колючим. Посмотрев на девушку, холодно ответил:
— Не было желания. У вас тут слишком назойливое обслуживание. Я такое – сделав на это слово акцент и ухмыльнувшись, продолжил, – не очень люблю. Если не трудно, оставьте меня с моей
девушкой наедине и не мешайте нам наслаждаться завтраком и друг другом. Спасибо!
Официантка обиженно поджала губы и недружелюбно взглянула на меня, а я в ответ показала ей язык. Не спорю, поступок детский, но мне очень захотелось так поступить!
Когда я посмотрела на своего любимого, он еле сдерживал смех.
— Джул, что это было?
— Это одна из твоих бывших?
— Нет, – Эрик взял меня за руку.
— Она из кожи вон лезла, плясала тут около тебя и трясла своими, ну этими…, ты понял. Скучали они, – передразнила я писклявым голосом девушку.
— Мелочь, да ты ревнуешь?
— Вот еще. – фыркнув, попыталась вырвать руку.
— Ревнуешь. – уже утвердительно сказал парень и, заулыбавшись, взял мою вторую руку. – Но это бессмысленно. Для меня есть только ты! Ты — центр моей вселенной, ты — мой личный космос! Да, я тут бывал раньше, но клянусь — только разговоры. Да я даже имени ее не знаю.
— Или не помнишь. – пробубнила я.
— Я люблю тебя, маленькая моя! И это самое главное! А теперь давай ешь и пойдем в парк.
Да, я понимаю, что мой любимый не жил монахом, и с его привлекательной внешностью, думаю, проблем с девушками не было. Но это все было до, пусть там это и остается. Самое главное — здесь и сейчас. А здесь и сейчас мы любим друг друга, и это прекрасно! Поэтому, послав про себя всех чересчур приветливых дам к черту, не стала портить себе настроение.
Парк аттракционов встретил нас веселой музыкой, яркими шарами, сахарной ватой и звонким смехом детей, бегающи
х по тенистым аллейкам. Я почувствовала себя маленькой девочкой на веселом празднике. Губы сами собой расплылись в улыбке, даже появилось желание захлопать в ладоши от переполняющего меня восторга.
— Куда пойдем сначала? – взволновано спросила я и начала крутить головой в разные стороны.
— А куда ты хочешь? – Эрик поправил прядь моих волос, выбившуюся из прически.
— Хочу везде и сразу!
Парень рассмеялся.
— Ладно, все понятно. Держи меня крепко за руку и не потеряйся. Будет тебе все и сразу! Пошли, Мелочь.
Это был просто волшебный день! Моя сказка! Я давно не каталась на каруселях и сегодня отрывалась по полной. Эрик водил меня от аттракциона к аттракциону, катались мы вместе, держась за руки, и смеялись весело и беззаботно. Все мысли и переживания остались за воротами парка. Мы просто стали подростками, наслаждались солнцем, всеобщим весельем и друг другом
— Все, хочу передохнуть, – выходя с очередного аттракциона, слегка пошатываясь, весело сообщила я.
— Моя девочка устала? – руки парня обхватили со спины и прижали к широкой груди. Свой подбородок он положил мне на макушку.
Так спокойно и уютно было в этих объятиях!
— Мне кажется, меня немного укачало. Я бы посидела где —нибудь.
— Знаешь, я видел тут недалеко замечательную лавочку. Пойдем туда. – поцеловав меня в висок, Эрик направился в липовую аллею.
— Хочешь лимонад или мороженое? Может, еще что принести, хот —дог например? — усаживая меня в тенек, спросил любимый.
— Просто лимонад, душно как —то.
— Да, наверное, сегодня опять гроза будет. Марит в воздухе. Подожди меня, Мелочь, я скоро.
Мелочь — еще недавно меня выбешивало, когда он меня так называл. А теперь это так приятно
— до щекотания где —то в животе и покалывания в затылке, до мурашек по коже и безумного желания попросить еще и еще произнести это – Мелочь.
— Привет, красотка! Чего грустишь тут одна? — рядом со мной сел незнакомый парень и по —хозяйски закинул свою руку мне за спину, положив ее на спинку лавки.
— Здравствуйте! И уберите руку.
— Прости, не хотел тебя пугать. Просто решил познакомиться. Меня Алекс зовут. – парень убрал руку и широко улыбнулся мне – Друзья называют Ал. Мы тут недалеко с пацанами отдыхаем. Пошли к нам.
— Спасибо за приглашение, но нет. И я тут не одна. Мой парень – как вкусно звучит это слово, подумалось мне – отошел за лимонадом и скоро вернется. И поверь, я точно не грущу.
— Оу, понял, извини, – вскинул руки вверх мой новый знакомый. – не буду мешать.
Парень встал и собрался уже уходить, но остановился.
— Если вдруг все —таки станет скучно, приходи к нам. Мы на соседней аллее.
— Не станет ей скучно, – раздался жесткий голос.
За спиной Алекса как из —под земли вырос Эрик. Взгляд его колючих глаз не предвещал ничего хорошего.
— Я понял и исчезаю. Пока, милая незнакомка! – ничуть не растерявшись и подмигнув мне на прощание, новый знакомый неспешной походкой пошел к своим друзьям.
Его провожал тяжелый взгляд Гризли. Еще немного и стаканчик с лимонадом лопнет в его лапищах, так сильно он его сжал.
— Эрик, — тихо позвала я, – напиток ни в чем не виноват. Отдай мне его и садись.
— И кто это был? – протягивая мне стаканчик, сердито поинтересовался парень.
— Ну не только девицам вокруг тебя своими пышными формами трясти, – ехидно ответила я.
Взгляд темных глаз с дороги, по которой недавно шел Алекс переместился на меня. Колючесть сменилась теплотой. Пару раз моргнув и тяжело вздохнув, Эрик ворчливо выдал:
— Ни на минуту нельзя одну оставить.
— И не говори. – отхлебывая лимонад, заулыбалась я.
Горячие губы парня коснулись моего лба.
— Я так люблю тебя! — выдохнул он и обнял меня.
— Я сильнее!
— Нет, я! И даже не думай со мной спорить, Джулия! Со старшими спорить нельзя! – целуя меня в макушку жарко произнес Эрик.
— А пойдем на колесо обозрения. – не прекращая меня целовать, предложил он.
— Это вон на то огромное с открытыми кабинками?
— Угу. – поцелуи переместились мне на висок.
— Я высоты боюсь.
— Не бойся, Мелочь, я же с тобой. Обниму тебя крепко —крепко.
И в доказательство своих слов, парень стиснул меня в своих медвежьих объятиях.
— Только не раздави, — пропищала я.
Хватка ослабла и пальцы коснулись моей щеки.
— Маленькая моя, если ты не хочешь, то можем тут посидеть.
— Нет, пойдем. Буду смотреть страхам в лицо, но из твоих объятий!
И вскочив с лавки, потянула любимого в сторону колеса обозрения.
Сев в кабинку аттракциона, я напряглась, но тут же меня прижали к горячему боку, и страх отступил.
— Наслаждайся красотой, – услышала я тихий шепот, произнесенный в самое ухо, — а я буду наслаждаться тобой, моя маленькая.
Его губы блуждали по моей шее, оставляя след влажных поцелуев. Руки, такие горячие, немного шершавые, проникли под футболку и замерли. Он ждал моей реакции. Я лишь вздрогнула, но не остановила парня. И не остановила тогда, когда рука медленно, исследуя каждый сантиметр кожи, поползла вверх и, проведя кончиками пальцев по кромке кружевного лифа, скользнула под него.
— Люблю тебя, – услышала я.
— Я… я тоже люблю…тебя, – дыхание мое сбилось.
Ветер ударил в бок нашей кабинки, и она качнулась. Вздрогнув, я сильней сжала предплечье парня.
— Не бойся, малышка. Я крепко тебя держу.
— Я чувствую.
Эрик рассмеялся мне в волосы и, поцеловав в макушку, убрал руку из —под футболки. Обхватив меня за талию, крепче прижал к себе. Ну, если честно, то не знаю, рада я была тому, что он убрал руку с моей груди или нет. Пьянящее чувство, что накрыло в тот момент, даже очень понравилось. Мне вообще рядом с ним безумно нравилось открывать в себе новые и новые ощущения.
— О, весьма впечатляет! Джул, как думаешь, мы успеем доехать до низа или дождь нас накроет тут? – голос любимого меня вырвал из мыслей.
На нас надвигалась туча, цветом спелой черники. Она казалась живой. Ползла, бурлила и иногда вздрагивала яркими всполохами, готовясь открыть свое темное брюхо и вылиться на разгоряченную землю. Более сильный порыв ветра рьяно качнул кабинку колеса обозрения. И тут я поняла, что мы встали. Аттракцион вот так взял и остановился, а мы находились практически на самом его верху. Просто отлично! Но этого было мало, и природа решила добавить вишенку на наш тортик. И, конечно же, — это был ливень! Стена воды обрушалась на нас, спасибо открытой кабинке.
— Только не это! – вскрикнула я.
Звонкий смех раздался рядом.
— Мелочь, меня это уже не удивляет! Я с тобой за лето столько всего испытал! Джулия! Я безумно тебя люблю!
Эрик развернул меня к себе лицом и жадно впился в мои губы. Несмотря на ощутимо холодный дождь, мне было жарко. Я даже представить не могла, насколько волшебно вот так целоваться под проливным дождем. Казалось, что весь мир исчез, есть только я, он и магия, что творилась между нами. Мы так увлеклись друг другом, что не заметили, как аттракцион снова заработал, и кабинка плавно опустилась вниз.
Взявшись за руки, мы шли по лужам, смеясь и периодически останавливаясь для очередных поцелуев. Нам было наплевать на все, нас окутывало счастье и заполняло светлой, бескрайней радостью.
В машине ехали, держась за руки, сырые насквозь, но такие счастливые!
Дома Эрик велел срочно идти в душ и как следует прогреться.
— Мелочь, давай иди быстрее, а то заболеешь, – командовал он – я сейчас переоденусь и приготовлю нам ужин. А потом посмотрим опять фильм. Согласна?
— Конечно!
— Все, иди. – шлепнув меня по попе, как ни в чем не бывало, он отправился в свою комнату.
Эрик
Она сводит меня с ума! Я хочу ее всю! Она нужна мне, как воздух! Джул, моя маленькая, сладкая малышка…
— Тормози, – сам себе приказал я.
Легко сказать, но трудно сделать. Или я постоянно вижу свою девушку, или память услужливо, будь она не ладна, подкидывает ее образы. И тут, как по заказу, всплыло сегодняшнее катание на колесе обозрения, ее бархатная кожа, кружево белья, упругая грудь, податливые и безумно вкусные губы… Мммм, сердце ударило по ребрам, кровь забурлила. Сжав кулаки и стиснув зубы, я попытался подумать о чем
—то другом, о буре, например, которая бушевала за окном. Всполохи молний, завывание ветра, капли, стучащие по стеклу. Дикая, необузданная страсть сейчас бушевала на улице. Окажись я сейчас с Джулией в постели, нас бы непременно накрыла вот такая же буря. Хотя нет, у Джулии не было опыта. Я не должен ее напугать. Буду нежен. Да
, точно, надо держать себя в руках. Я буду первый. Первый… О ЧЕМ Я ВООБЩЕ ДУМАЮ! Придурок.
Умывшись ледяной водой, пошел готовить нам ужин. Не успел выйти из комнаты, как за окном раздался оглушительный раскат грома, свет ярко мигнул и погас. Сет жалобно завыл из прихожей. Не дать не взять — фильм ужасов. Взяв фонарик, решил проверить, как там Джул, и только я подумал об этом, как сверху раздался грохот и вскрик девушки.
— Джули! – я с криком бросился наверх, подсвечивая себе дорогу фонариком.
Не задумываясь, распахнул дверь ее комнаты. Луч фонаря выхватил хрупкий силуэт девушки. Замерев как вкопанный, я с трудом сглотнул. Джулия стояла практически обнаженная, испуганно прижимая к груди какую
—то тряпку, то ли футболку, то ли еще что —то. Мне было все равно, что она там зажала. Я стоял и таращился на нее, словно прыщавый подросток впервые увидевший женское тело. Она была прекрасна! Влажные волосы струились по хрупким плечам, падая на высокую грудь, узкая талия, плавные линии бедер, плоский живот и… ооооооо. Стало жарко, очень жарко!.. Почему так тяжело дышать? Куда делся весь кислород? Девушка стояла и ошеломленно смотрела на меня, хватая воздух ртом. Ей тоже стало трудно дышать? Я боялся пошевелиться.
— Отвернись!
— заорала пришедшая в себя Джулия.
Очнувшись от ступора, я повернулся к девушке спиной. Взяв себя в руки, постарался говорить спокойным голосом.
— Мелочь, ты чего орешь? Думал, тебя убивают, ломанулся. А тут
— ты, во всей своей красе. – перед глазами опять появился образ рыжей красавицы, и сердце ухнуло.
— Свет отключили, когда я выходила из душа. В такой темноте тяжело ориентироваться. На ощупь попыталась найти одежду, но не очень —то у меня это получилось, как ты уже заметил. Задела табуретку, она упала, и практически сразу появился ты, светя в меня фонариком.
— Джул, я испугался за тебя.
— Ты можешь посветить мне фонарем, иначе мне одежду точно не найти. Только не поворачивайся.
Мне очень хотелось сказать, что без одежды ей значительно лучше. Развернуться, прижать к себе и жадно поцеловать. А потом, подняв на руки, бережно отнести в пастель и всю ночь, под всполохи молнии и шума дождя, показывать ей, насколько сильно я ее люблю. Но… тяжело вздохнув, направил луч света себе за спину и начал ждать, прислушиваясь к шуму за спиной и гадая, какую часть гардероба сейчас моя девушка одевает на себя.
— Все. – раздалось за спиной, и ее руки обвили меня.
Джулия всем телом прижалась ко мне, целуя мою спину. Развернувшись, я сгреб ее в охапку, вдыхая неземной аромат. Так пахнет мой космос, так пахнет сама любовь. Моя милая, нежная девочка!
— Малыш, пошли найдем свечи. У нас сегодня намечается романтический ужин. Из —за бури, думаю, не скоро нам свет восстановят.
Взяв девушку за руку, мы неспеша спустились вниз. Свечи нашлись на кухне. Расставив их повсюду, я приступил к готовке ужина. Джулия сидела рядом, и мы мило болтали, периодически посматривая друг на друга. В наших глазах плясал огонь от зажженных свечей
, и он танцевал самый древний танец на земле, разгоняя нашу кровь, танец с очень красивым названием – любовь.
После ужина я затопил камин, дабы прогнать ту сырость, что заползала к нам с улицы. Буря разыгралась не на шутку. Ветер выл, как раненный зверь. А у нас было уютно. Живые языки огня то взмывали вверх, то опадали, рассыпая искры подобно драгоценным камням. Теплый, золотистый свет, струящийся от камина, окутывал нас спокойствием и тихим счастьем. Поленья, чей душистый, смоляной аромат разносился по комнате, весело потрескивали. Казалось, в мире остались только я и та, что прильнула к моей груди и выводила на ней узор своим пальчиком, моя Джул, моя любимая Мелочь. Мы лежали на диване в объятиях друг друга и мило беседовали.
— Если я сейчас опять вырублюсь, как вчера, разбуди меня, пожалуйста. – положив свой подбородок мне на грудь и заглянув в глаза, тихо проговорила Джулия.
— Это еще почему? Мне понравилось. Ты так сладко спишь.
— И да, слюни я не пускаю!
Тут я вспомнил, что написал ей в записке, и рассмеялся.
— Хочу тебя огорчить, моя любимая Мелочь, но пускаешь. Я сам видел. Наверное, что —то очень хорошее снилось. Я, например.
Джулия фыркнула в ответ и заулыбалась.
— Фантазер. Знаешь, ты мне тут действительно приснился, но сон был грустный. Ты там в большую черную птицу превратился и улетел, бросив меня.
— Ой, извините, – приторным сиропом полилась речь девушки, – не хотела вас задеть.
Улыбка ее стала широкой и походила на оскал акулы, готовой заглотить свою добычу. Кокетливый взмах ресниц и, поправив свои волосы, выдохнула.
— Вы давно к нам не заходили. А мы скучали.
Глаза парня подернулись льдом, взгляд стал колючим. Посмотрев на девушку, холодно ответил:
— Не было желания. У вас тут слишком назойливое обслуживание. Я такое – сделав на это слово акцент и ухмыльнувшись, продолжил, – не очень люблю. Если не трудно, оставьте меня с моей
девушкой наедине и не мешайте нам наслаждаться завтраком и друг другом. Спасибо!
Официантка обиженно поджала губы и недружелюбно взглянула на меня, а я в ответ показала ей язык. Не спорю, поступок детский, но мне очень захотелось так поступить!
Когда я посмотрела на своего любимого, он еле сдерживал смех.
— Джул, что это было?
— Это одна из твоих бывших?
— Нет, – Эрик взял меня за руку.
— Она из кожи вон лезла, плясала тут около тебя и трясла своими, ну этими…, ты понял. Скучали они, – передразнила я писклявым голосом девушку.
— Мелочь, да ты ревнуешь?
— Вот еще. – фыркнув, попыталась вырвать руку.
— Ревнуешь. – уже утвердительно сказал парень и, заулыбавшись, взял мою вторую руку. – Но это бессмысленно. Для меня есть только ты! Ты — центр моей вселенной, ты — мой личный космос! Да, я тут бывал раньше, но клянусь — только разговоры. Да я даже имени ее не знаю.
— Или не помнишь. – пробубнила я.
— Я люблю тебя, маленькая моя! И это самое главное! А теперь давай ешь и пойдем в парк.
Да, я понимаю, что мой любимый не жил монахом, и с его привлекательной внешностью, думаю, проблем с девушками не было. Но это все было до, пусть там это и остается. Самое главное — здесь и сейчас. А здесь и сейчас мы любим друг друга, и это прекрасно! Поэтому, послав про себя всех чересчур приветливых дам к черту, не стала портить себе настроение.
Парк аттракционов встретил нас веселой музыкой, яркими шарами, сахарной ватой и звонким смехом детей, бегающи
х по тенистым аллейкам. Я почувствовала себя маленькой девочкой на веселом празднике. Губы сами собой расплылись в улыбке, даже появилось желание захлопать в ладоши от переполняющего меня восторга.
— Куда пойдем сначала? – взволновано спросила я и начала крутить головой в разные стороны.
— А куда ты хочешь? – Эрик поправил прядь моих волос, выбившуюся из прически.
— Хочу везде и сразу!
Парень рассмеялся.
— Ладно, все понятно. Держи меня крепко за руку и не потеряйся. Будет тебе все и сразу! Пошли, Мелочь.
Это был просто волшебный день! Моя сказка! Я давно не каталась на каруселях и сегодня отрывалась по полной. Эрик водил меня от аттракциона к аттракциону, катались мы вместе, держась за руки, и смеялись весело и беззаботно. Все мысли и переживания остались за воротами парка. Мы просто стали подростками, наслаждались солнцем, всеобщим весельем и друг другом
— Все, хочу передохнуть, – выходя с очередного аттракциона, слегка пошатываясь, весело сообщила я.
— Моя девочка устала? – руки парня обхватили со спины и прижали к широкой груди. Свой подбородок он положил мне на макушку.
Так спокойно и уютно было в этих объятиях!
— Мне кажется, меня немного укачало. Я бы посидела где —нибудь.
— Знаешь, я видел тут недалеко замечательную лавочку. Пойдем туда. – поцеловав меня в висок, Эрик направился в липовую аллею.
— Хочешь лимонад или мороженое? Может, еще что принести, хот —дог например? — усаживая меня в тенек, спросил любимый.
— Просто лимонад, душно как —то.
— Да, наверное, сегодня опять гроза будет. Марит в воздухе. Подожди меня, Мелочь, я скоро.
Мелочь — еще недавно меня выбешивало, когда он меня так называл. А теперь это так приятно
— до щекотания где —то в животе и покалывания в затылке, до мурашек по коже и безумного желания попросить еще и еще произнести это – Мелочь.
— Привет, красотка! Чего грустишь тут одна? — рядом со мной сел незнакомый парень и по —хозяйски закинул свою руку мне за спину, положив ее на спинку лавки.
— Здравствуйте! И уберите руку.
— Прости, не хотел тебя пугать. Просто решил познакомиться. Меня Алекс зовут. – парень убрал руку и широко улыбнулся мне – Друзья называют Ал. Мы тут недалеко с пацанами отдыхаем. Пошли к нам.
— Спасибо за приглашение, но нет. И я тут не одна. Мой парень – как вкусно звучит это слово, подумалось мне – отошел за лимонадом и скоро вернется. И поверь, я точно не грущу.
— Оу, понял, извини, – вскинул руки вверх мой новый знакомый. – не буду мешать.
Парень встал и собрался уже уходить, но остановился.
— Если вдруг все —таки станет скучно, приходи к нам. Мы на соседней аллее.
— Не станет ей скучно, – раздался жесткий голос.
За спиной Алекса как из —под земли вырос Эрик. Взгляд его колючих глаз не предвещал ничего хорошего.
— Я понял и исчезаю. Пока, милая незнакомка! – ничуть не растерявшись и подмигнув мне на прощание, новый знакомый неспешной походкой пошел к своим друзьям.
Его провожал тяжелый взгляд Гризли. Еще немного и стаканчик с лимонадом лопнет в его лапищах, так сильно он его сжал.
— Эрик, — тихо позвала я, – напиток ни в чем не виноват. Отдай мне его и садись.
— И кто это был? – протягивая мне стаканчик, сердито поинтересовался парень.
— Ну не только девицам вокруг тебя своими пышными формами трясти, – ехидно ответила я.
Взгляд темных глаз с дороги, по которой недавно шел Алекс переместился на меня. Колючесть сменилась теплотой. Пару раз моргнув и тяжело вздохнув, Эрик ворчливо выдал:
— Ни на минуту нельзя одну оставить.
— И не говори. – отхлебывая лимонад, заулыбалась я.
Горячие губы парня коснулись моего лба.
— Я так люблю тебя! — выдохнул он и обнял меня.
— Я сильнее!
— Нет, я! И даже не думай со мной спорить, Джулия! Со старшими спорить нельзя! – целуя меня в макушку жарко произнес Эрик.
— А пойдем на колесо обозрения. – не прекращая меня целовать, предложил он.
— Это вон на то огромное с открытыми кабинками?
— Угу. – поцелуи переместились мне на висок.
— Я высоты боюсь.
— Не бойся, Мелочь, я же с тобой. Обниму тебя крепко —крепко.
И в доказательство своих слов, парень стиснул меня в своих медвежьих объятиях.
— Только не раздави, — пропищала я.
Хватка ослабла и пальцы коснулись моей щеки.
— Маленькая моя, если ты не хочешь, то можем тут посидеть.
— Нет, пойдем. Буду смотреть страхам в лицо, но из твоих объятий!
И вскочив с лавки, потянула любимого в сторону колеса обозрения.
Сев в кабинку аттракциона, я напряглась, но тут же меня прижали к горячему боку, и страх отступил.
— Наслаждайся красотой, – услышала я тихий шепот, произнесенный в самое ухо, — а я буду наслаждаться тобой, моя маленькая.
Его губы блуждали по моей шее, оставляя след влажных поцелуев. Руки, такие горячие, немного шершавые, проникли под футболку и замерли. Он ждал моей реакции. Я лишь вздрогнула, но не остановила парня. И не остановила тогда, когда рука медленно, исследуя каждый сантиметр кожи, поползла вверх и, проведя кончиками пальцев по кромке кружевного лифа, скользнула под него.
— Люблю тебя, – услышала я.
— Я… я тоже люблю…тебя, – дыхание мое сбилось.
Ветер ударил в бок нашей кабинки, и она качнулась. Вздрогнув, я сильней сжала предплечье парня.
— Не бойся, малышка. Я крепко тебя держу.
— Я чувствую.
Эрик рассмеялся мне в волосы и, поцеловав в макушку, убрал руку из —под футболки. Обхватив меня за талию, крепче прижал к себе. Ну, если честно, то не знаю, рада я была тому, что он убрал руку с моей груди или нет. Пьянящее чувство, что накрыло в тот момент, даже очень понравилось. Мне вообще рядом с ним безумно нравилось открывать в себе новые и новые ощущения.
— О, весьма впечатляет! Джул, как думаешь, мы успеем доехать до низа или дождь нас накроет тут? – голос любимого меня вырвал из мыслей.
На нас надвигалась туча, цветом спелой черники. Она казалась живой. Ползла, бурлила и иногда вздрагивала яркими всполохами, готовясь открыть свое темное брюхо и вылиться на разгоряченную землю. Более сильный порыв ветра рьяно качнул кабинку колеса обозрения. И тут я поняла, что мы встали. Аттракцион вот так взял и остановился, а мы находились практически на самом его верху. Просто отлично! Но этого было мало, и природа решила добавить вишенку на наш тортик. И, конечно же, — это был ливень! Стена воды обрушалась на нас, спасибо открытой кабинке.
— Только не это! – вскрикнула я.
Звонкий смех раздался рядом.
— Мелочь, меня это уже не удивляет! Я с тобой за лето столько всего испытал! Джулия! Я безумно тебя люблю!
Эрик развернул меня к себе лицом и жадно впился в мои губы. Несмотря на ощутимо холодный дождь, мне было жарко. Я даже представить не могла, насколько волшебно вот так целоваться под проливным дождем. Казалось, что весь мир исчез, есть только я, он и магия, что творилась между нами. Мы так увлеклись друг другом, что не заметили, как аттракцион снова заработал, и кабинка плавно опустилась вниз.
Взявшись за руки, мы шли по лужам, смеясь и периодически останавливаясь для очередных поцелуев. Нам было наплевать на все, нас окутывало счастье и заполняло светлой, бескрайней радостью.
В машине ехали, держась за руки, сырые насквозь, но такие счастливые!
Дома Эрик велел срочно идти в душ и как следует прогреться.
— Мелочь, давай иди быстрее, а то заболеешь, – командовал он – я сейчас переоденусь и приготовлю нам ужин. А потом посмотрим опять фильм. Согласна?
— Конечно!
— Все, иди. – шлепнув меня по попе, как ни в чем не бывало, он отправился в свою комнату.
Эрик
Она сводит меня с ума! Я хочу ее всю! Она нужна мне, как воздух! Джул, моя маленькая, сладкая малышка…
— Тормози, – сам себе приказал я.
Легко сказать, но трудно сделать. Или я постоянно вижу свою девушку, или память услужливо, будь она не ладна, подкидывает ее образы. И тут, как по заказу, всплыло сегодняшнее катание на колесе обозрения, ее бархатная кожа, кружево белья, упругая грудь, податливые и безумно вкусные губы… Мммм, сердце ударило по ребрам, кровь забурлила. Сжав кулаки и стиснув зубы, я попытался подумать о чем
—то другом, о буре, например, которая бушевала за окном. Всполохи молний, завывание ветра, капли, стучащие по стеклу. Дикая, необузданная страсть сейчас бушевала на улице. Окажись я сейчас с Джулией в постели, нас бы непременно накрыла вот такая же буря. Хотя нет, у Джулии не было опыта. Я не должен ее напугать. Буду нежен. Да
, точно, надо держать себя в руках. Я буду первый. Первый… О ЧЕМ Я ВООБЩЕ ДУМАЮ! Придурок.
Умывшись ледяной водой, пошел готовить нам ужин. Не успел выйти из комнаты, как за окном раздался оглушительный раскат грома, свет ярко мигнул и погас. Сет жалобно завыл из прихожей. Не дать не взять — фильм ужасов. Взяв фонарик, решил проверить, как там Джул, и только я подумал об этом, как сверху раздался грохот и вскрик девушки.
— Джули! – я с криком бросился наверх, подсвечивая себе дорогу фонариком.
Не задумываясь, распахнул дверь ее комнаты. Луч фонаря выхватил хрупкий силуэт девушки. Замерев как вкопанный, я с трудом сглотнул. Джулия стояла практически обнаженная, испуганно прижимая к груди какую
—то тряпку, то ли футболку, то ли еще что —то. Мне было все равно, что она там зажала. Я стоял и таращился на нее, словно прыщавый подросток впервые увидевший женское тело. Она была прекрасна! Влажные волосы струились по хрупким плечам, падая на высокую грудь, узкая талия, плавные линии бедер, плоский живот и… ооооооо. Стало жарко, очень жарко!.. Почему так тяжело дышать? Куда делся весь кислород? Девушка стояла и ошеломленно смотрела на меня, хватая воздух ртом. Ей тоже стало трудно дышать? Я боялся пошевелиться.
— Отвернись!
— заорала пришедшая в себя Джулия.
Очнувшись от ступора, я повернулся к девушке спиной. Взяв себя в руки, постарался говорить спокойным голосом.
— Мелочь, ты чего орешь? Думал, тебя убивают, ломанулся. А тут
— ты, во всей своей красе. – перед глазами опять появился образ рыжей красавицы, и сердце ухнуло.
— Свет отключили, когда я выходила из душа. В такой темноте тяжело ориентироваться. На ощупь попыталась найти одежду, но не очень —то у меня это получилось, как ты уже заметил. Задела табуретку, она упала, и практически сразу появился ты, светя в меня фонариком.
— Джул, я испугался за тебя.
— Ты можешь посветить мне фонарем, иначе мне одежду точно не найти. Только не поворачивайся.
Мне очень хотелось сказать, что без одежды ей значительно лучше. Развернуться, прижать к себе и жадно поцеловать. А потом, подняв на руки, бережно отнести в пастель и всю ночь, под всполохи молнии и шума дождя, показывать ей, насколько сильно я ее люблю. Но… тяжело вздохнув, направил луч света себе за спину и начал ждать, прислушиваясь к шуму за спиной и гадая, какую часть гардероба сейчас моя девушка одевает на себя.
— Все. – раздалось за спиной, и ее руки обвили меня.
Джулия всем телом прижалась ко мне, целуя мою спину. Развернувшись, я сгреб ее в охапку, вдыхая неземной аромат. Так пахнет мой космос, так пахнет сама любовь. Моя милая, нежная девочка!
— Малыш, пошли найдем свечи. У нас сегодня намечается романтический ужин. Из —за бури, думаю, не скоро нам свет восстановят.
Взяв девушку за руку, мы неспеша спустились вниз. Свечи нашлись на кухне. Расставив их повсюду, я приступил к готовке ужина. Джулия сидела рядом, и мы мило болтали, периодически посматривая друг на друга. В наших глазах плясал огонь от зажженных свечей
, и он танцевал самый древний танец на земле, разгоняя нашу кровь, танец с очень красивым названием – любовь.
После ужина я затопил камин, дабы прогнать ту сырость, что заползала к нам с улицы. Буря разыгралась не на шутку. Ветер выл, как раненный зверь. А у нас было уютно. Живые языки огня то взмывали вверх, то опадали, рассыпая искры подобно драгоценным камням. Теплый, золотистый свет, струящийся от камина, окутывал нас спокойствием и тихим счастьем. Поленья, чей душистый, смоляной аромат разносился по комнате, весело потрескивали. Казалось, в мире остались только я и та, что прильнула к моей груди и выводила на ней узор своим пальчиком, моя Джул, моя любимая Мелочь. Мы лежали на диване в объятиях друг друга и мило беседовали.
— Если я сейчас опять вырублюсь, как вчера, разбуди меня, пожалуйста. – положив свой подбородок мне на грудь и заглянув в глаза, тихо проговорила Джулия.
— Это еще почему? Мне понравилось. Ты так сладко спишь.
— И да, слюни я не пускаю!
Тут я вспомнил, что написал ей в записке, и рассмеялся.
— Хочу тебя огорчить, моя любимая Мелочь, но пускаешь. Я сам видел. Наверное, что —то очень хорошее снилось. Я, например.
Джулия фыркнула в ответ и заулыбалась.
— Фантазер. Знаешь, ты мне тут действительно приснился, но сон был грустный. Ты там в большую черную птицу превратился и улетел, бросив меня.
