- Давай градусник, - раздался его голос. – Катя вернулась.
Я приспустила одеяло и протянула ему термометр, даже не взглянув на результат. Кирилл сам проверил температуру и сказал:
- Нормальная.
Заботливый какой! Во рту пересохло, и я откинула одеяло и свесила ноги, чтобы дойти до тумбочки за водой.
- Чего тебе? – Кирилл сунул градусники в железный ящик, откуда их забрала медсестра, и обернулся ко мне.
- Воды.
Он наполнил стаканчик из бутылки и передал мне.
- Кстати, милая пижамка, - он скользнул по мне оценивающим взглядом.
Я как раз сделала большой глоток воды и закашлялась, поняв, что сижу перед ним в одной шелковой майке на бретельках и коротких шортиках.
- Постучать? – с притворной заботой предложил он.
Я помотала головой.
- У вас что, кашель? – заволновалась медсестра. – Сухой? Мокрый?
- Мокрый, - констатировал Кирилл с видом ученого доктора. – Вон, видите, за шиворот течет.
Струйка воды и в самом деле стекла мне под майку, и я накрылась одеялом, прячась от насмешливого взгляда соседа.
Кашлять я перестала, и медсестра успокоилась.
- Теперь отдыхайте до завтрака, - Катюня проверила градусники и выключила свет, который резал глаза.
- Надеюсь, на завтрак будет кофе, - раздался в темноте мечтательный голос соседа.
Я вспомнила стаканчик, который выпал из моих рук на брусчатку старинной площади в моем сне, и крепко зажмурилась. Никакого кофе! Только чай!
Когда я снова проснулась, палату заливал солнечный свет, а из ванной доносился шум воды. Вскоре оттуда показался умытый и подозрительно довольный сосед.
- Надеюсь, мой гель для душа цел? – ехидно спросила я.
- И тебе доброе утро, Даша! – Он весело подмигнул. За минувшую ночь он еще больше оброс щетиной, но ему, как ни странно, это шло.
- Доброе оно было бы у меня дома и без тебя, - возразила я, спуская ноги с кровати.
- Ты бы оделась, а то скоро обход. Или ты всерьез решила соблазнить доктора?
Я накинула поверх пижамы халат и гордо прошествовала в ванную. Насколько это было возможно в босоножках с отломанными каблуками, которые громко шлепали по полу пятками.
Помыв волосы и освежившись под душем, я окончательно проснулась. Намотав на голову полотенце, накинула халат на голое тело и вышла в палату.
- Кто там говорил, что здесь не баня? – насмешливо протянул сосед, скользнув по мне откровенным взглядом.
Я молча подняла чемодан и покатила в ванную.
- Что, уже посадку объявили? – крикнул он вслед.
Вот идиот! Угораздило же застрять с таким в одном боксе! Но его шутка достигла цели – я широко улыбнулась, представив, как нелепо выглядела со стороны со своим огромным чемоданом.
Закрывшись в ванной, разложила чемодан на полу и стала перебирать вещи. Одежду я покупала для стильных фотосессий, а не для пребывания в больнице. Самыми удобными из обновок оказались мягкие трикотажные брючки мятного цвета и лимонная футболка с принтом в виде итальянского сапожка. Переодевшись, я пожалела об отсутствии обуви. На дне лежала еще одна пара туфелек на каблуке, но уж лучше я буду ходить босиком, чем убью и их тоже. Сейчас я бы обрадовалась даже одноразовым тапкам из миланского отеля. Никогда не опускалась до того, чтобы увозить с собой шампуни и тапки из номера, как это делают многие русские туристы, но сейчас пожалела об этом. А вот стильные солнцезащитные очки известного бренда мне в палате точно не пригодятся! Покрутив футляр в руках, я вернула его обратно в чемодан и застегнула молнию.
Так же, с чемоданом, вышла из ванной и увидела за стеклом двух чудиков в костюмах спецзащиты. По одной фигуре – худенькой, среднего роста – я угадала Катюню. Вторым был мужчина – высокий и широкоплечий.
- С прилетом, - хмыкнул сосед. – Тебя тут как раз гуманоиды встречают.
- Мы сейчас войдем, - предупредил мужчина.
- Пожалуйста, - тоном гостеприимной хозяйки пригласила я, оставила чемодан у стены и присела на свою койку.
Медики скрылись из виду, и в прихожей щелкнул замок. Затем дверь отворилась, и они шагнули в палату. Первым – высокий доктор, следом за ним – мелкая Катюня.
- Как самочувствие? – пророкотал доктор из-под респиратора, похожего на противогаз.
Как и Катя, он был одет в защитный костюм, герметично заклеенный скотчем. Капюшон полностью закрывал голову, а очки – глаза. На руках были резиновые перчатки, а на ногах – что-то вроде бахил, только доходивших почти до середины икры и примотанных к комбинезону скотчем.
- Скажите, доктор, мы правда можем быть такими заразными, что вам необходимо надевать все это? – не выдержала я, разглядывая их обмундирование.
- Это стандартная мера предосторожности на случай эпидемии, - успокаивающе произнес доктор. Но приближаться не спешил, так и стоял у порога. – В Италии, откуда вы приехали, за сутки госпитализировали уже пятьсот человек.
Я нервно одернула футболку с картой Италии. Похоже, все серьезней, чем я представляла.
- Но у нас нет никаких симптомов! – заявила я.
- Вирус может протекать и бессимптомно, - кивнул доктор, - но вы можете представлять угрозу для других.
- А когда станут известны результаты анализов? – вмешался Кирилл.
- Тест проводится в три этапа, и окончательный результат мы узнаем через две недели.
- А почему мы не можем остаться дома? – недовольно спросила я. - В смысле, нам обязательно сидеть тут, в больнице?
- У пациентки, с которой вы контактировали, симптомы развились стремительно, - посерьезнел доктор. – Для вашего здоровья лучше, если вы будете под наблюдением.
Доктор задал несколько вопросов о самочувствии, послушал нас стетоскопом и вышел, наказав при малейшем ухудшении вызывать медперсонал. А Катюня взяла анализ крови из пальца, похвалив мой маникюр, и пообещала принести завтрак.
Зажав палец ваткой, я представила бледную Марию лежащей на больничной койке и помрачнела. Вспомнила, как в самолете она рассказывала о дочке и маленькой внучке, которых летит навестить в Москве, а в Милане у нее остался муж-итальянец – владелец небольшого отеля в центре. Они познакомились, когда Мария отдыхала там три года назад.
- Что, маникюром любуешься? – поддел меня сосед.
- Как думаешь, она поправится? – спросила я, не в силах с ним пререкаться.
Он мигом посерьезнел.
- Конечно, поправится! Наша медицина – лучшая в мире.
Но уверенности в его голосе не было.
Без особого аппетита мы позавтракали, и Катюня принесла мне фен, который я попросила. Я высушила и уложила волосы под насмешливым взглядом Кирилла.
- Для кого стараешься? Доктор уже ушел, - прокомментировал он, наблюдая, как я вытягиваю пряди круглой щеткой.
- Уж не для тебя!
Пока я прихорашивалась, Кирилл включил телевизор на стене. Пощелкав программы, остановился на новостях. После нескольких репортажей из нашей страны в кадре мелькнули желтое облако мимозы и старинная площадь с собором, по которой я гуляла во сне.
- Смотри, это Италия, - позвал сосед, и я выключила фен.
В новостях сообщалось о росте числа заболевших, в связи с чем некоторые провинции, включая Милан, закрываются на карантин и даже досрочно завершился знаменитый карнавал в Венеции.
- Похоже, этот вирус – не шутки, - протянул Кирилл.
- Надеюсь, мы не привезли его с собой в качестве сувенира, - нервно пошутила я.
- Через две недели узнаем.
Новости закончились, зазвучали титры свадебного шоу, где героине искали женихов, и Кирилл переключил на другую программу. Я снова включила фен и отвернулась от телевизора. Уже почти досушила свою блондинистую гриву, когда меня окликнул возглас Кирилла:
- Тебя по телику показывают!
- Ага, как же! – не поверила я его шуточкам. После романа с Фимой я розыгрыши за версту чую.
- Серьезно, смотри!
Я неохотно повернулась к телевизору и чуть не выронила фен из рук. По столичному каналу показывали мою вчерашнюю сторис, снятую в этой палате. Я выключила фен и уставилась на экран.
- Популярная блогерша Диана перестала выходить на связь со вчерашнего дня, - прокомментировала журналистка за кадром. - Недавно девушка вернулась из Милана, где разразилась эпидемия смертельно опасного вируса. Как стало известно из наших источников, Диана заразилась вирусом.
- Кто, я? – Я так и ахнула.
- Ее и нескольких человек с рейса, с кем она контактировала, поместили на карантин в инфекционную больницу. Свой последний эфир Диана провела из больничной палаты, где сообщила, что ее поселили в одном боксе с незнакомым мужчиной.
На экране снова мелькнули кадры из моей сторис, а затем появилась ведущая, сидящая в студии.
- По неофициальным источникам, после прямого эфира состояние девушки резко ухудшилось, и ее перевели в реанимацию, где подключили к аппарату искусственной вентиляции легких.
- Это же все неправда! – возмутилась я. - Как они могут так врать?
- Наша съемочная группа уже выехала в больницу, где находится блогерша, чтобы выяснить подробности.
Ведущая перешла к другим новостям, а я замахнулась феном, который все еще держала в руке, на соседа по палате.
- Это все из-за тебя!
- Почему из-за меня-то? – поразился он. - Ты думаешь, я слил информацию телевизионщикам? Да больно надо!
- А кто грохнул мой айфон? Если бы я сегодня вышла в Инстаграм, ничего этого не было бы!
- Вот уж не думал, что из-за того, что тебя полдня не было в Инстаграме, поднимется такая суматоха, - протянул он.
В стекло заколотили. Обернувшись, я увидела Катюню, которая как будто вся съежилась вместе с комбинезоном.
- Внизу телевизионщики, - нервно сообщила медсестра. – Даша, они требуют, чтобы их пустили к тебе и не собираются уходить, пока тебя не увидят.
- Если бы у меня был айфон, я бы могла выйти в Инстаграм, но у меня его нет, - нахмурилась я, кладя фен на кровать.
- Можешь выйти с моего, – предложил Кирилл, беря свой телефон с тумбочки. – Что для этого нужно?
- Это уже не поможет, - чуть ли не со слезами возразила Катюня. – Журналисты хотят увидеть, в каких условиях вас тут держат. Они сейчас у главврача, требуют разрешение на съемку в красной зоне. И если они узнают о моей ошибке, меня точно уволят.
- Так вот из-за кого мы очутились в одном боксе, - протянула я.
Катюня покаянно кивнула, приложив руку в перчатке к груди:
- Ну простите! Я не нарочно! Мне уже и так выговор сделали, а я, чтобы исправиться, согласилась работать с вами в красной зоне. Это, знаете ли, дело опасное. Желающих рисковать здоровьем немного. А теперь, если журналисты про это узнают, меня сразу уволят. А еще хуже – из универа выгонят.
Катюнины защитные очки, закрывавшие глаза, запотели, и я поняла, что медсестра плачет.
- Не реви! – приструнила ее я, быстро соображая, как помочь недотепе. Зла я на нее не держала и не хотела, чтобы девчонка лишилась работы, которой так дорожила. – Поговорю я с журналистами и тебя не выдам.
- Но как же? – не поверила Катюня. – Они сами увидят, что вы тут вдвоем…
- А Кирилл под кровать спрячется, - я обернулась к нему. – Правда, сосед? Ты же у меня компактный?
Он так забавно вытаращил глаза, что я рассмеялась.
- Да шучу я! В ванной посидишь!
- Конечно! – Он обрадованно кивнул, поняв, что не придется корячиться под кроватью.
Катюня обернулась и всполошилась:
- Ой, кажется, уже идут!
Кирилл метнулся в ванную и прикрыл за собой дверь.
- Сиди там тихо, - велела я и торопливо пригладила волосы.
Жаль, что накраситься и переодеться не успела. Но хоть укладку не зря делала: как знала, что меня ждет звездный час!
До этого я общалась с телевизионщиками только раз – когда прокомментировала падение в реку с моста моего бывшего, блогера Макара. Его неуклюжая попытка сделать селфи тогда наделала много шума и круто изменила его жизнь. Макар познакомился с ветеринаром Варей, которая бросилась спасать его из реки, а потом они закрутили фейковый роман для Инстаграма, который перерос в реальный. Признаться, мне до сих пор обидно, что Макар бросил меня ради Вари. Точнее, это я сначала его бросила, и роман с Варей он закрутил, чтобы продвинуть свой блог и вернуть меня. Но после того, как я к нему вернулась, у нас все разладилось, и не прошло и месяца, как Макар ушел к Варе.
И вот теперь я сама стала героиней сюжета! Из коридора донеслись шаги и голоса, и я лучезарно улыбнулась, ожидая появления съемочной группы.
Сначала за стеклом показалась Катюня, которая объявила:
- Вот она, ваша Диана, жива и здорова, как видите!
А следом за ней появилась фигура среднего роста и комплекции с камерой в руке, которая одинаково могла принадлежать как девушке, так и мужчине. Как и Катюня, пришелец был одет в костюм спецзащиты, очки, маску и перчатки.
- Привет! – Я помахала рукой камере и улыбнулась еще шире – до того потешно выглядели мои гости.
- Диана, как ваше самочувствие? – женским голосом воскликнула фигура, направляя на меня камеру. Да так громко, словно пыталась докричаться до меня издалека.
- Здесь динамик, она вас прекрасно слышит, - прозвучал голос Катюни, и медсестра ткнула пальцем куда-то в низ стекла.
- Слышу вас прекрасно, - подтвердила я. – Самочувствие отличное, никаких симптомов заболевания у меня нет.
- Это правда, что у вас диагностировали вирус? – убавив громкость, спросила корреспондентка.
- Неправда! – бурно возмутилась Катюня. – Анализы еще не готовы.
- Значит, пока неясно, больна Диана или нет? – Корреспондентка направила камеру на медсестру.
- Это станет ясно только по результатам анализов, а они будут готовы не раньше, чем через две недели, - отчеканила та.
Корреспондентка снова обернулась ко мне, направляя камеру на палату.
- Диана, почему вы перестали выходить на связь? Ваши подписчики волнуются. У вас отобрали мобильный телефон?
- Ничего мы у пациентов не отбираем! - снова возмутилась Катюня.
- Я случайно разбила свой айфон, - пояснила я, не вдаваясь в подробности. – Но уже заказала новый и, как только его получу, сразу успокою своих подписчиков.
- А где тот мужчина, с которым вас поселили в одну палату? – Корреспондентка приблизилась к стеклу, снимая карантинный бокс.
- Как видите, я здесь одна, - я отступила от стекла и махнула рукой.
- Но вы же сами говорили в сторис, что вас тут двое! Вон и кровати две! – не поверила журналистка.
- Нас чуть не заселили вместе, - вывернулась я и заметила, как Катюня за стеклом испуганно замерла, приложив руку к груди, - но ошибку вовремя исправили.
Катюня чуть заметно кивнула, благодаря меня. Корреспондентка разочарованно замолкла, видя, что сенсации не вышло.
- Ну что, ж, выздоравливайте, Диана. Надеюсь, что ваши анализы не подтвердятся и вы окажетесь здоровы! – протараторила она.
- А теперь, давайте, я вам покажу свободную палату, - обрадовалась Катюня, собираясь увести журналистку.
Но не успела – на тумбочке зазвонил телефон Кирилла.
Корреспондентка жадно повернулась ко мне.
- Вы же говорили, что разбили айфон! - подловила меня она.
- Разбила! Вот он теперь и глючит! – нашлась я, хватая телефон с тумбочки. На экране высветилась фотография строгой брюнетки в очках с именем «Вероника». Так вот ты какая, невеста Кирилла. Извини, абонент временно недоступен. Я сбросила вызов и выключила телефон. А журналистке сказала: - Только на звонки работает, и то ничего не слышно!
Я мило улыбнулась, мысленно умоляя журналистку свалить наконец, пока мы с соседом не спалились. И тут она вытянула шею и уставилась на что-то на кровати Кирилла, у которой я стояла.
Я приспустила одеяло и протянула ему термометр, даже не взглянув на результат. Кирилл сам проверил температуру и сказал:
- Нормальная.
Заботливый какой! Во рту пересохло, и я откинула одеяло и свесила ноги, чтобы дойти до тумбочки за водой.
- Чего тебе? – Кирилл сунул градусники в железный ящик, откуда их забрала медсестра, и обернулся ко мне.
- Воды.
Он наполнил стаканчик из бутылки и передал мне.
- Кстати, милая пижамка, - он скользнул по мне оценивающим взглядом.
Я как раз сделала большой глоток воды и закашлялась, поняв, что сижу перед ним в одной шелковой майке на бретельках и коротких шортиках.
- Постучать? – с притворной заботой предложил он.
Я помотала головой.
- У вас что, кашель? – заволновалась медсестра. – Сухой? Мокрый?
- Мокрый, - констатировал Кирилл с видом ученого доктора. – Вон, видите, за шиворот течет.
Струйка воды и в самом деле стекла мне под майку, и я накрылась одеялом, прячась от насмешливого взгляда соседа.
Кашлять я перестала, и медсестра успокоилась.
- Теперь отдыхайте до завтрака, - Катюня проверила градусники и выключила свет, который резал глаза.
- Надеюсь, на завтрак будет кофе, - раздался в темноте мечтательный голос соседа.
Я вспомнила стаканчик, который выпал из моих рук на брусчатку старинной площади в моем сне, и крепко зажмурилась. Никакого кофе! Только чай!
Прода от 11.09.2020, 20:30
Когда я снова проснулась, палату заливал солнечный свет, а из ванной доносился шум воды. Вскоре оттуда показался умытый и подозрительно довольный сосед.
- Надеюсь, мой гель для душа цел? – ехидно спросила я.
- И тебе доброе утро, Даша! – Он весело подмигнул. За минувшую ночь он еще больше оброс щетиной, но ему, как ни странно, это шло.
- Доброе оно было бы у меня дома и без тебя, - возразила я, спуская ноги с кровати.
- Ты бы оделась, а то скоро обход. Или ты всерьез решила соблазнить доктора?
Я накинула поверх пижамы халат и гордо прошествовала в ванную. Насколько это было возможно в босоножках с отломанными каблуками, которые громко шлепали по полу пятками.
Помыв волосы и освежившись под душем, я окончательно проснулась. Намотав на голову полотенце, накинула халат на голое тело и вышла в палату.
- Кто там говорил, что здесь не баня? – насмешливо протянул сосед, скользнув по мне откровенным взглядом.
Я молча подняла чемодан и покатила в ванную.
- Что, уже посадку объявили? – крикнул он вслед.
Вот идиот! Угораздило же застрять с таким в одном боксе! Но его шутка достигла цели – я широко улыбнулась, представив, как нелепо выглядела со стороны со своим огромным чемоданом.
Закрывшись в ванной, разложила чемодан на полу и стала перебирать вещи. Одежду я покупала для стильных фотосессий, а не для пребывания в больнице. Самыми удобными из обновок оказались мягкие трикотажные брючки мятного цвета и лимонная футболка с принтом в виде итальянского сапожка. Переодевшись, я пожалела об отсутствии обуви. На дне лежала еще одна пара туфелек на каблуке, но уж лучше я буду ходить босиком, чем убью и их тоже. Сейчас я бы обрадовалась даже одноразовым тапкам из миланского отеля. Никогда не опускалась до того, чтобы увозить с собой шампуни и тапки из номера, как это делают многие русские туристы, но сейчас пожалела об этом. А вот стильные солнцезащитные очки известного бренда мне в палате точно не пригодятся! Покрутив футляр в руках, я вернула его обратно в чемодан и застегнула молнию.
Так же, с чемоданом, вышла из ванной и увидела за стеклом двух чудиков в костюмах спецзащиты. По одной фигуре – худенькой, среднего роста – я угадала Катюню. Вторым был мужчина – высокий и широкоплечий.
- С прилетом, - хмыкнул сосед. – Тебя тут как раз гуманоиды встречают.
- Мы сейчас войдем, - предупредил мужчина.
- Пожалуйста, - тоном гостеприимной хозяйки пригласила я, оставила чемодан у стены и присела на свою койку.
Медики скрылись из виду, и в прихожей щелкнул замок. Затем дверь отворилась, и они шагнули в палату. Первым – высокий доктор, следом за ним – мелкая Катюня.
- Как самочувствие? – пророкотал доктор из-под респиратора, похожего на противогаз.
Как и Катя, он был одет в защитный костюм, герметично заклеенный скотчем. Капюшон полностью закрывал голову, а очки – глаза. На руках были резиновые перчатки, а на ногах – что-то вроде бахил, только доходивших почти до середины икры и примотанных к комбинезону скотчем.
- Скажите, доктор, мы правда можем быть такими заразными, что вам необходимо надевать все это? – не выдержала я, разглядывая их обмундирование.
- Это стандартная мера предосторожности на случай эпидемии, - успокаивающе произнес доктор. Но приближаться не спешил, так и стоял у порога. – В Италии, откуда вы приехали, за сутки госпитализировали уже пятьсот человек.
Я нервно одернула футболку с картой Италии. Похоже, все серьезней, чем я представляла.
- Но у нас нет никаких симптомов! – заявила я.
- Вирус может протекать и бессимптомно, - кивнул доктор, - но вы можете представлять угрозу для других.
- А когда станут известны результаты анализов? – вмешался Кирилл.
- Тест проводится в три этапа, и окончательный результат мы узнаем через две недели.
- А почему мы не можем остаться дома? – недовольно спросила я. - В смысле, нам обязательно сидеть тут, в больнице?
- У пациентки, с которой вы контактировали, симптомы развились стремительно, - посерьезнел доктор. – Для вашего здоровья лучше, если вы будете под наблюдением.
Доктор задал несколько вопросов о самочувствии, послушал нас стетоскопом и вышел, наказав при малейшем ухудшении вызывать медперсонал. А Катюня взяла анализ крови из пальца, похвалив мой маникюр, и пообещала принести завтрак.
Зажав палец ваткой, я представила бледную Марию лежащей на больничной койке и помрачнела. Вспомнила, как в самолете она рассказывала о дочке и маленькой внучке, которых летит навестить в Москве, а в Милане у нее остался муж-итальянец – владелец небольшого отеля в центре. Они познакомились, когда Мария отдыхала там три года назад.
- Что, маникюром любуешься? – поддел меня сосед.
- Как думаешь, она поправится? – спросила я, не в силах с ним пререкаться.
Он мигом посерьезнел.
- Конечно, поправится! Наша медицина – лучшая в мире.
Но уверенности в его голосе не было.
Без особого аппетита мы позавтракали, и Катюня принесла мне фен, который я попросила. Я высушила и уложила волосы под насмешливым взглядом Кирилла.
- Для кого стараешься? Доктор уже ушел, - прокомментировал он, наблюдая, как я вытягиваю пряди круглой щеткой.
- Уж не для тебя!
Пока я прихорашивалась, Кирилл включил телевизор на стене. Пощелкав программы, остановился на новостях. После нескольких репортажей из нашей страны в кадре мелькнули желтое облако мимозы и старинная площадь с собором, по которой я гуляла во сне.
- Смотри, это Италия, - позвал сосед, и я выключила фен.
В новостях сообщалось о росте числа заболевших, в связи с чем некоторые провинции, включая Милан, закрываются на карантин и даже досрочно завершился знаменитый карнавал в Венеции.
- Похоже, этот вирус – не шутки, - протянул Кирилл.
- Надеюсь, мы не привезли его с собой в качестве сувенира, - нервно пошутила я.
- Через две недели узнаем.
Прода от 13.09.2020, 15:58
Новости закончились, зазвучали титры свадебного шоу, где героине искали женихов, и Кирилл переключил на другую программу. Я снова включила фен и отвернулась от телевизора. Уже почти досушила свою блондинистую гриву, когда меня окликнул возглас Кирилла:
- Тебя по телику показывают!
- Ага, как же! – не поверила я его шуточкам. После романа с Фимой я розыгрыши за версту чую.
- Серьезно, смотри!
Я неохотно повернулась к телевизору и чуть не выронила фен из рук. По столичному каналу показывали мою вчерашнюю сторис, снятую в этой палате. Я выключила фен и уставилась на экран.
- Популярная блогерша Диана перестала выходить на связь со вчерашнего дня, - прокомментировала журналистка за кадром. - Недавно девушка вернулась из Милана, где разразилась эпидемия смертельно опасного вируса. Как стало известно из наших источников, Диана заразилась вирусом.
- Кто, я? – Я так и ахнула.
- Ее и нескольких человек с рейса, с кем она контактировала, поместили на карантин в инфекционную больницу. Свой последний эфир Диана провела из больничной палаты, где сообщила, что ее поселили в одном боксе с незнакомым мужчиной.
На экране снова мелькнули кадры из моей сторис, а затем появилась ведущая, сидящая в студии.
- По неофициальным источникам, после прямого эфира состояние девушки резко ухудшилось, и ее перевели в реанимацию, где подключили к аппарату искусственной вентиляции легких.
- Это же все неправда! – возмутилась я. - Как они могут так врать?
- Наша съемочная группа уже выехала в больницу, где находится блогерша, чтобы выяснить подробности.
Ведущая перешла к другим новостям, а я замахнулась феном, который все еще держала в руке, на соседа по палате.
- Это все из-за тебя!
- Почему из-за меня-то? – поразился он. - Ты думаешь, я слил информацию телевизионщикам? Да больно надо!
- А кто грохнул мой айфон? Если бы я сегодня вышла в Инстаграм, ничего этого не было бы!
- Вот уж не думал, что из-за того, что тебя полдня не было в Инстаграме, поднимется такая суматоха, - протянул он.
В стекло заколотили. Обернувшись, я увидела Катюню, которая как будто вся съежилась вместе с комбинезоном.
- Внизу телевизионщики, - нервно сообщила медсестра. – Даша, они требуют, чтобы их пустили к тебе и не собираются уходить, пока тебя не увидят.
- Если бы у меня был айфон, я бы могла выйти в Инстаграм, но у меня его нет, - нахмурилась я, кладя фен на кровать.
- Можешь выйти с моего, – предложил Кирилл, беря свой телефон с тумбочки. – Что для этого нужно?
- Это уже не поможет, - чуть ли не со слезами возразила Катюня. – Журналисты хотят увидеть, в каких условиях вас тут держат. Они сейчас у главврача, требуют разрешение на съемку в красной зоне. И если они узнают о моей ошибке, меня точно уволят.
- Так вот из-за кого мы очутились в одном боксе, - протянула я.
Катюня покаянно кивнула, приложив руку в перчатке к груди:
- Ну простите! Я не нарочно! Мне уже и так выговор сделали, а я, чтобы исправиться, согласилась работать с вами в красной зоне. Это, знаете ли, дело опасное. Желающих рисковать здоровьем немного. А теперь, если журналисты про это узнают, меня сразу уволят. А еще хуже – из универа выгонят.
Катюнины защитные очки, закрывавшие глаза, запотели, и я поняла, что медсестра плачет.
- Не реви! – приструнила ее я, быстро соображая, как помочь недотепе. Зла я на нее не держала и не хотела, чтобы девчонка лишилась работы, которой так дорожила. – Поговорю я с журналистами и тебя не выдам.
- Но как же? – не поверила Катюня. – Они сами увидят, что вы тут вдвоем…
- А Кирилл под кровать спрячется, - я обернулась к нему. – Правда, сосед? Ты же у меня компактный?
Он так забавно вытаращил глаза, что я рассмеялась.
- Да шучу я! В ванной посидишь!
- Конечно! – Он обрадованно кивнул, поняв, что не придется корячиться под кроватью.
Катюня обернулась и всполошилась:
- Ой, кажется, уже идут!
Кирилл метнулся в ванную и прикрыл за собой дверь.
- Сиди там тихо, - велела я и торопливо пригладила волосы.
Жаль, что накраситься и переодеться не успела. Но хоть укладку не зря делала: как знала, что меня ждет звездный час!
До этого я общалась с телевизионщиками только раз – когда прокомментировала падение в реку с моста моего бывшего, блогера Макара. Его неуклюжая попытка сделать селфи тогда наделала много шума и круто изменила его жизнь. Макар познакомился с ветеринаром Варей, которая бросилась спасать его из реки, а потом они закрутили фейковый роман для Инстаграма, который перерос в реальный. Признаться, мне до сих пор обидно, что Макар бросил меня ради Вари. Точнее, это я сначала его бросила, и роман с Варей он закрутил, чтобы продвинуть свой блог и вернуть меня. Но после того, как я к нему вернулась, у нас все разладилось, и не прошло и месяца, как Макар ушел к Варе.
И вот теперь я сама стала героиней сюжета! Из коридора донеслись шаги и голоса, и я лучезарно улыбнулась, ожидая появления съемочной группы.
Сначала за стеклом показалась Катюня, которая объявила:
- Вот она, ваша Диана, жива и здорова, как видите!
А следом за ней появилась фигура среднего роста и комплекции с камерой в руке, которая одинаково могла принадлежать как девушке, так и мужчине. Как и Катюня, пришелец был одет в костюм спецзащиты, очки, маску и перчатки.
- Привет! – Я помахала рукой камере и улыбнулась еще шире – до того потешно выглядели мои гости.
- Диана, как ваше самочувствие? – женским голосом воскликнула фигура, направляя на меня камеру. Да так громко, словно пыталась докричаться до меня издалека.
- Здесь динамик, она вас прекрасно слышит, - прозвучал голос Катюни, и медсестра ткнула пальцем куда-то в низ стекла.
- Слышу вас прекрасно, - подтвердила я. – Самочувствие отличное, никаких симптомов заболевания у меня нет.
- Это правда, что у вас диагностировали вирус? – убавив громкость, спросила корреспондентка.
- Неправда! – бурно возмутилась Катюня. – Анализы еще не готовы.
- Значит, пока неясно, больна Диана или нет? – Корреспондентка направила камеру на медсестру.
- Это станет ясно только по результатам анализов, а они будут готовы не раньше, чем через две недели, - отчеканила та.
Корреспондентка снова обернулась ко мне, направляя камеру на палату.
- Диана, почему вы перестали выходить на связь? Ваши подписчики волнуются. У вас отобрали мобильный телефон?
- Ничего мы у пациентов не отбираем! - снова возмутилась Катюня.
- Я случайно разбила свой айфон, - пояснила я, не вдаваясь в подробности. – Но уже заказала новый и, как только его получу, сразу успокою своих подписчиков.
- А где тот мужчина, с которым вас поселили в одну палату? – Корреспондентка приблизилась к стеклу, снимая карантинный бокс.
- Как видите, я здесь одна, - я отступила от стекла и махнула рукой.
- Но вы же сами говорили в сторис, что вас тут двое! Вон и кровати две! – не поверила журналистка.
- Нас чуть не заселили вместе, - вывернулась я и заметила, как Катюня за стеклом испуганно замерла, приложив руку к груди, - но ошибку вовремя исправили.
Катюня чуть заметно кивнула, благодаря меня. Корреспондентка разочарованно замолкла, видя, что сенсации не вышло.
- Ну что, ж, выздоравливайте, Диана. Надеюсь, что ваши анализы не подтвердятся и вы окажетесь здоровы! – протараторила она.
- А теперь, давайте, я вам покажу свободную палату, - обрадовалась Катюня, собираясь увести журналистку.
Но не успела – на тумбочке зазвонил телефон Кирилла.
Корреспондентка жадно повернулась ко мне.
- Вы же говорили, что разбили айфон! - подловила меня она.
- Разбила! Вот он теперь и глючит! – нашлась я, хватая телефон с тумбочки. На экране высветилась фотография строгой брюнетки в очках с именем «Вероника». Так вот ты какая, невеста Кирилла. Извини, абонент временно недоступен. Я сбросила вызов и выключила телефон. А журналистке сказала: - Только на звонки работает, и то ничего не слышно!
Я мило улыбнулась, мысленно умоляя журналистку свалить наконец, пока мы с соседом не спалились. И тут она вытянула шею и уставилась на что-то на кровати Кирилла, у которой я стояла.
