На экране, на фоне больничного фасада, возникла журналистка – приятная девушка лет двадцати пяти с волнистыми русыми волосами. Я узнала ее по голосу и с интересом разглядывала – ведь в защитном костюме, в котором она приходила к палате, ее лица не было видно.
- Сюда на карантин привезли несколько пассажиров с рейса Милан-Москва после того, как одной из женщин стало плохо еще в самолете, - бойко тараторила она в камеру. - Предположительно, она заразилась от своего супруга, который сейчас находится на лечении в Милане.
- Мария говорила, что ее супруг владеет отелем, - пояснила я Кириллу. – Выходит, он тоже заболел.
Кадр сменился. В больничном коридоре главврач прокомментировал состояние Марии как средне тяжелое и сообщил, что пассажиры и стюардесса, которые близко с ней контактировали, сейчас находятся под наблюдением на карантине.
- Признаков заболевания пока ни у кого нет, - добавил он, к явному огорчению журналистки.
- Но одна из тех, кого забрали на карантин – популярная в Инстаграме блогерша Диана - вчера перестала выходить на связь, - не поверила журналистка. – Как ее здоровье?
- А вот вы сами у нее и спросите.
Диалог был явно срежиссированным, я такие штуки сразу чую. Врач не хотел пускать съемочную группу в карантинную зону – не потому, что что-то скрывал, а из соображений безопасности, но, видно, телевизионщики были настойчивы, и он сдался.
Дальше показали раздевалку. Здесь на корреспондентку надели защитный комбинезон, заклеили по швам скотчем. В фигуре, которая ей помогала одеться, я безошибочно узнала Катюню. На руки гостье надели резиновые перчатки, их тоже замотали скотчем, чтобы не оставить открытым ни одного участка кожи. Волосы закрыл капюшон, на глаза надели очки, нижнюю часть лица защитил респиратор. В таком виде девушка и приходила ко мне за интервью.
В карантинную зону пустили только ее, поэтому оператор последний раз снял ее в полный рост, а дальше она сама взяла в руки камеру и продолжила съемку.
Быстро промелькнули знакомые коридоры, которыми нас вели из регистратуры в карантинный бокс. И вот оно – наше окошко, за которым маячу я.
Затаив дыхание, я смотрела на себя со стороны и оценивала. Держусь хорошо, бодренько! Даже итальянская футболка в кадре выглядит жизнерадостно и ярко. Увидела бы такую позитивную красотку по телику – сама бы на себя подписалась!
Ролик завершился на романтичной ноте:
- Я так скучаю по моему Карло! – объявила я, натянув на себя мужскую футболку Кирилла.
А дальше журналистка последовала за Катюней и засняла пустую палату по соседству, похожую на нашу, как две капли воды.
- Как видите, у нас все готово к приему зараженных, - важно объявила Катюня.
- А теперь мы покидаем красную зону, - прокомментировала журналистка, выходя из дверей блока. – Нужно с предосторожностями снять костюм, а затем принять душ, как это делает медицинский персонал в конце смены.
Ведущая в студии поблагодарила ее за репортаж и перешла к другим новостям.
Я схватила айфон, открыла Инстаграм и увидела сотни сообщений о новых подписках. В следующие полчаса после первого эфира на меня подписалось десять тысяч человек, и блог перевалил за отметку в 150 тысяч! Я о таком даже мечтать не могла!
Я записала сторис, в котором дала ссылку на эфир, рассказала о том, что по-прежнему чувствую себя прекрасно, и пообещала рассказывать подписчикам, как проходят мои дни на карантине.
Зашла в профиль, чтобы изменить тематику блога в шапке. Если свои первые сто тридцать тысяч подписчиков я набрала как бьюти-блогер, на обзорах косметики и уроках мейкапа, то теперь я временно побуду девушкой на карантине.
«Инстаграмщица на карантине. Привезла из Италии модный вирус. Покажу всю правду из закрытой зоны», - настучала я в порыве вдохновения.
Репортаж из больницы гоняли по телику каждый час, и каждый новый эфир прибавлял мне новых подписчиков. Вечером мой блог взял новый барьер – в 160 тысяч.
Я как раз записывала очередную сторис, отвечая на вопросы подписчиков в директ, когда зазвонил телефон Кирилла.
- Ты не могла бы? – Он покосился на меня. – Это Вероника по скайпу.
Пришлось мне прервать запись и затаиться мышкой. Как будто меня тут нет и в помине.
Кирилл
Вероника редко звонила мне сама. К тому же сегодня мы уже разговаривали, поэтому ее звонку, особенно по видео, я удивился и обрадовался. Похоже, она по мне успела соскучиться.
Я сел у стены и направил камеру на себя, принимая звонок.
- Привет, Вероника, - улыбнулся я, увидев ее в домашней обстановке.
Девушка сидела на кухне, в том самом небесно-голубом домашнем костюме, в котором я сегодня ее представлял в стенах больницы.
- Привет, Кирилл! Как ты?
- Скучаю без тебя, - признался я, разглядывая ее на экране телефона. Мы не виделись уже недели две. Сначала у Вероники были срочные дела в институте, потом я улетел в Милан, и сейчас мне как никогда хотелось оказаться рядом с ней и обнять.
- Точно скучаешь? – странным тоном протянула она. – Ты там один?
- Конечно, один! А с кем же?
- Я тут видела репортаж из твоей больницы.
Я на миг замер, подумав, что Вероника все узнала. Но потом взял себя в руки. Как бы она могла? Даже если она видела репортаж про блогершу, меня в кадре не было.
- Да, я тоже видел, - невозмутимо кивнул я. – Медсестра говорила, что сегодня с телевидения приходили, снимали какую-то блогершу, которая лежит по соседству.
- Палата точь-в-точь, как твоя, - заметила Вероника, пристально вглядываясь в стену за моей спиной.
- Я тоже заметил, - не смутился я, вспомнив пустую палату, которую показали в конце репортажа. – Они тут все похожие.
- Покажи свою палату, – внезапно попросила Вероника.
Я замешкался, бросив быстрый взгляд на блогершу, мышкой сидевшую напротив.
- Да что тут показывать? Обычная палата! Ты лучше расскажи, что там в большом мире происходит. Как дела в институте?
- Покажи, Кирилл, - настойчиво попросила Вероника. – А то я могу подумать, что ты там не один.
Я бросил панический взгляд на блогершу поверх телефона. Она, умница, все поняла правильно. Соскользнула с постели и тихонько скрылась в ванной, чтобы не попасть в кадр.
- Да не вопрос, Вероник. Смотри. Вот моя койка, вот окно, вот телевизор… - Я медленно обвел телефоном палату.
- А вторая кровать чья? – с подозрением спросила Вероника.
- Ничья. Ты же видишь, я тут один. Может, потом кого и подселят.
Внезапная ревность Вероники удивляла, но в то же время льстила моему самолюбию.
- А где твоя футболка с принцем на осле? – внезапно спросила она. – Почему не носишь?
- Ну, Вероник, - протянул я, - ей только медсестер смешить. Ты уж не обижайся.
- На блогерше была такая же, - Вероника испытующе уставилась на меня с экрана.
Вот мы прокололись! Я мысленно чертыхнулся и разыграл бурное удивление:
- Да, я тоже заметил. Надо же, какое совпадение.
- Действительно, - Вероника недоверчиво поджала губы. - Особенно в стенах одной больницы.
- В жизни чего только не бывает, - пошутил я и повернулся с телефоном, чтобы присесть на свою кровать.
- А это что там у тебя? – Вероника вдруг нахмурилась и приблизилась к экрану телефону. – Такое красное?
- Где? – с нехорошим предчувствием я обернулся и увидел красный шелковый халат блогерши на спинке кровати.
Вот попал так попал!
- Сюда на карантин привезли несколько пассажиров с рейса Милан-Москва после того, как одной из женщин стало плохо еще в самолете, - бойко тараторила она в камеру. - Предположительно, она заразилась от своего супруга, который сейчас находится на лечении в Милане.
- Мария говорила, что ее супруг владеет отелем, - пояснила я Кириллу. – Выходит, он тоже заболел.
Кадр сменился. В больничном коридоре главврач прокомментировал состояние Марии как средне тяжелое и сообщил, что пассажиры и стюардесса, которые близко с ней контактировали, сейчас находятся под наблюдением на карантине.
- Признаков заболевания пока ни у кого нет, - добавил он, к явному огорчению журналистки.
- Но одна из тех, кого забрали на карантин – популярная в Инстаграме блогерша Диана - вчера перестала выходить на связь, - не поверила журналистка. – Как ее здоровье?
- А вот вы сами у нее и спросите.
Диалог был явно срежиссированным, я такие штуки сразу чую. Врач не хотел пускать съемочную группу в карантинную зону – не потому, что что-то скрывал, а из соображений безопасности, но, видно, телевизионщики были настойчивы, и он сдался.
Дальше показали раздевалку. Здесь на корреспондентку надели защитный комбинезон, заклеили по швам скотчем. В фигуре, которая ей помогала одеться, я безошибочно узнала Катюню. На руки гостье надели резиновые перчатки, их тоже замотали скотчем, чтобы не оставить открытым ни одного участка кожи. Волосы закрыл капюшон, на глаза надели очки, нижнюю часть лица защитил респиратор. В таком виде девушка и приходила ко мне за интервью.
В карантинную зону пустили только ее, поэтому оператор последний раз снял ее в полный рост, а дальше она сама взяла в руки камеру и продолжила съемку.
Быстро промелькнули знакомые коридоры, которыми нас вели из регистратуры в карантинный бокс. И вот оно – наше окошко, за которым маячу я.
Затаив дыхание, я смотрела на себя со стороны и оценивала. Держусь хорошо, бодренько! Даже итальянская футболка в кадре выглядит жизнерадостно и ярко. Увидела бы такую позитивную красотку по телику – сама бы на себя подписалась!
Ролик завершился на романтичной ноте:
- Я так скучаю по моему Карло! – объявила я, натянув на себя мужскую футболку Кирилла.
А дальше журналистка последовала за Катюней и засняла пустую палату по соседству, похожую на нашу, как две капли воды.
- Как видите, у нас все готово к приему зараженных, - важно объявила Катюня.
- А теперь мы покидаем красную зону, - прокомментировала журналистка, выходя из дверей блока. – Нужно с предосторожностями снять костюм, а затем принять душ, как это делает медицинский персонал в конце смены.
Ведущая в студии поблагодарила ее за репортаж и перешла к другим новостям.
Я схватила айфон, открыла Инстаграм и увидела сотни сообщений о новых подписках. В следующие полчаса после первого эфира на меня подписалось десять тысяч человек, и блог перевалил за отметку в 150 тысяч! Я о таком даже мечтать не могла!
Я записала сторис, в котором дала ссылку на эфир, рассказала о том, что по-прежнему чувствую себя прекрасно, и пообещала рассказывать подписчикам, как проходят мои дни на карантине.
Зашла в профиль, чтобы изменить тематику блога в шапке. Если свои первые сто тридцать тысяч подписчиков я набрала как бьюти-блогер, на обзорах косметики и уроках мейкапа, то теперь я временно побуду девушкой на карантине.
«Инстаграмщица на карантине. Привезла из Италии модный вирус. Покажу всю правду из закрытой зоны», - настучала я в порыве вдохновения.
Репортаж из больницы гоняли по телику каждый час, и каждый новый эфир прибавлял мне новых подписчиков. Вечером мой блог взял новый барьер – в 160 тысяч.
Я как раз записывала очередную сторис, отвечая на вопросы подписчиков в директ, когда зазвонил телефон Кирилла.
- Ты не могла бы? – Он покосился на меня. – Это Вероника по скайпу.
Пришлось мне прервать запись и затаиться мышкой. Как будто меня тут нет и в помине.
Кирилл
Вероника редко звонила мне сама. К тому же сегодня мы уже разговаривали, поэтому ее звонку, особенно по видео, я удивился и обрадовался. Похоже, она по мне успела соскучиться.
Я сел у стены и направил камеру на себя, принимая звонок.
- Привет, Вероника, - улыбнулся я, увидев ее в домашней обстановке.
Девушка сидела на кухне, в том самом небесно-голубом домашнем костюме, в котором я сегодня ее представлял в стенах больницы.
- Привет, Кирилл! Как ты?
- Скучаю без тебя, - признался я, разглядывая ее на экране телефона. Мы не виделись уже недели две. Сначала у Вероники были срочные дела в институте, потом я улетел в Милан, и сейчас мне как никогда хотелось оказаться рядом с ней и обнять.
- Точно скучаешь? – странным тоном протянула она. – Ты там один?
- Конечно, один! А с кем же?
- Я тут видела репортаж из твоей больницы.
Я на миг замер, подумав, что Вероника все узнала. Но потом взял себя в руки. Как бы она могла? Даже если она видела репортаж про блогершу, меня в кадре не было.
- Да, я тоже видел, - невозмутимо кивнул я. – Медсестра говорила, что сегодня с телевидения приходили, снимали какую-то блогершу, которая лежит по соседству.
- Палата точь-в-точь, как твоя, - заметила Вероника, пристально вглядываясь в стену за моей спиной.
- Я тоже заметил, - не смутился я, вспомнив пустую палату, которую показали в конце репортажа. – Они тут все похожие.
- Покажи свою палату, – внезапно попросила Вероника.
Я замешкался, бросив быстрый взгляд на блогершу, мышкой сидевшую напротив.
- Да что тут показывать? Обычная палата! Ты лучше расскажи, что там в большом мире происходит. Как дела в институте?
- Покажи, Кирилл, - настойчиво попросила Вероника. – А то я могу подумать, что ты там не один.
Я бросил панический взгляд на блогершу поверх телефона. Она, умница, все поняла правильно. Соскользнула с постели и тихонько скрылась в ванной, чтобы не попасть в кадр.
- Да не вопрос, Вероник. Смотри. Вот моя койка, вот окно, вот телевизор… - Я медленно обвел телефоном палату.
- А вторая кровать чья? – с подозрением спросила Вероника.
- Ничья. Ты же видишь, я тут один. Может, потом кого и подселят.
Внезапная ревность Вероники удивляла, но в то же время льстила моему самолюбию.
- А где твоя футболка с принцем на осле? – внезапно спросила она. – Почему не носишь?
- Ну, Вероник, - протянул я, - ей только медсестер смешить. Ты уж не обижайся.
- На блогерше была такая же, - Вероника испытующе уставилась на меня с экрана.
Вот мы прокололись! Я мысленно чертыхнулся и разыграл бурное удивление:
- Да, я тоже заметил. Надо же, какое совпадение.
- Действительно, - Вероника недоверчиво поджала губы. - Особенно в стенах одной больницы.
- В жизни чего только не бывает, - пошутил я и повернулся с телефоном, чтобы присесть на свою кровать.
- А это что там у тебя? – Вероника вдруг нахмурилась и приблизилась к экрану телефону. – Такое красное?
- Где? – с нехорошим предчувствием я обернулся и увидел красный шелковый халат блогерши на спинке кровати.
Вот попал так попал!
