За окном стемнело, мы зажгли фонари. Я читала, Золотце дремал на полу. Бетси, сидевшая рядом со мной, листала Библию. В скорости девушка начала клевать носом.
Джеймс Грэм, мой немногословный супруг, развалился на сиденье напротив нас. Мужчина расслабил галстук и вытянул длинные ноги, закрыв глаза. Ухоженные руки с длинными пальцами пристроил на животе.
Хоть свет от фонарей был тусклый, но я смогла хорошо рассмотреть милорда. Он был образчик английской породы аристократии. Высокое и стройное тело с широкими плечами и узкой талией. Безупречное лицо с пышными ресницами и чувственными губами. Когда муж снимал цилиндр, то черная прядка волос спадала на лоб. Аристократ был дьявольски красив, и он прекрасно это понимал. Но характер желал лучшего, по моему мнению.
«Красавица и чудовище наоборот», - вздохнула я.
«А глаза у Джеймса зелёные, как у кота», - вспомнилось мне.
«Он никогда меня не полюбит», - мелькнула в голове чудовищная мысль.
«Я даже об этом мечтать не буду. Нечего забивать голову всякой бесполезной ерундой», - одернула я себя.
Отложила книгу, притушила фонари, укутала теплой шалью нас с камеристкой и задремала.
После приятной прогулки по побережью мы с графом сидели на шкурах в каминном зале старинного родового замка у огня. В руках у нас с мужем были бокалы с красным вином. Мужчина лежал в брюках и белой рубашке, расстёгнутой на груди. На губах милорда играла теплая улыбка. Глаза сияли от удовольствия и любви ко мне.
Я расположилась рядом с супругом в лёгком домашнем платье. Милорд играл с моими волосами, накручивая локоны себе на палец. Затем мужчина наклонился и поцеловал меня, поскуливая.
«Милорд скулит?» - подумалось мне.
Оторвавшись от губ, муж потрепал меня по плечу.
- Виктория, просыпайтесь! – услышала я голос супруга сквозь яркий и приятный сон.
Золотце облизывал моё лицо, поставив передние лапы мне на колени. Супруг тряс мое плечо, стараясь разбудить.
Бетси ещё дремала. За окном было темно. Поезд стоял на месте.
- Мы уже прибыли? – поинтересовалась я у сидящего напротив мужчины, поглаживая пса.
- Не доехали почти три мили, миледи. На днях в этих местах прошел сильный ливень. Станция в Эдинбурге расположена в низине, где раньше было грязное и зловонное болото. Кондуктор сказал, что рельсы затоплены, - спокойно объяснил граф, застёгивая тёмный сюртук.
- Мы застряли здесь надолго, нужно выбираться! Собирайтесь, я сейчас подойду! – открывая дверь купе, произнес мой муж.
Я разбудила Бетси, и мы быстро привели свою одежду в порядок. Через пару минут подошёл Джеймс с кондуктором, державшим фонарь.
- Дамы, мы идём пешком до станции, а там найдем кэб до усадьбы. За нашим багажом утром приедет слуга и доставит в поместье, - сообщил граф, помогая нам с камеристкой сойти с вагона.
- Идти недалеко, а фонарь нам одолжит кондуктор, - беря у Бетси поводок, милорд широким шагом последовал вперёд.
Через пару шагов мужчина вместе с псом скрылся в ночи. Мы с камеристкой поспешили следом за ними, боясь заблудиться в темноте.
Ни я, ни Бетси не знали, куда ступает наша нога. Вокруг было темно и прохладно, несмотря на весну. В туфлях на каблуке, длинной юбке и тесном корсете мы передвигались как черепахи, поддерживая друг друга. В удобных сапогах на длинных ногах и с фонарем в руках мужчина успел уйти довольно далеко.
Через милю я упала в лужу, которую не заметила, а следом на меня свалилась камеристка. Мы бы долго барахтались в грязи, но Золотце услышал наши крики и притащил упирающегося мужчину.
Отсмеявшись, милорд подал руки и вытащил из воды. Пёс с лаем метался между нами и облизывал наши лица. В итоге к станции из плотной темноты вышел высокий элегантный джентльмен с собакой на поводке. Следом за господином шли две уставшие женщины с испачканными лицами в грязных и мокрых платьях. От наших аккуратных причёсок ничего не осталось. Мои кудрявые волосы от влаги почувствовали свободу и силу и закрутились ещё сильнее. Я умудрилась потерять туфлю. Идти было неудобно, и нога очень замёрзла.
Супруг долго не мог найти экипаж, поэтому начал проявлять несдержанность. Через полчаса Бог смиловался и послал нам транспорт. В замок семьи будущего герцога Мортроза всей уставшей компанией въезжали на скрипучей телеге с сеном.
Джеймс Грэм развалился на соломе, заложив руки за голову. Во рту мужчина покусывал длинную травинку. Я с Бетси сидела в трясущейся повозке и дрожала от холода. Даже шерстяная шаль нас не спасала.
Через час мы добрались до поместья, находившегося на острове, окружённом озером Лох-Лэнн. Крепкий замок из серого камня в три этажа с двумя круглыми башнями возвышался над водой и был окружён огромным парком с одной стороны и небольшим лесом с другой. По узкому кирпичному мосту, соединяющему остров с материком, телега медленно тащилась, скрипя.
Граф легко соскочил с повозки и забарабанил в огромную тяжёлую деревянную дверь. Нам долго не открывали.
- Маклин! Открывай, трухлявый пень! Встречай старину Джеймса Грэма! – кричал милорд.
Дверь со страшным скрипом отворилась, и за ней показался восьмидесятилетний щурившийся мужчина в ночном колпаке и со свечой в руках.
Хорошо разглядев, кто нарушил без того недолгий сон старика, мужчина обнял графа и запричитал:
- Джеймс, мальчик мой! Вернулся! Как мы ждали! Иннис, вставай! Хозяин вернулся!
- Рад видеть тебя, дружище! Я приехал с женой. Теперь она хозяйка замка! – обнимая дворецкого, объяснил Джеймс Грэм.
Старик повернулся к растрёпанной Бетси и поклонился. Милорд рассмеялся и, подойдя ко мне, взял за руку.
- Её Сиятельство Виктория Флоранс Констанс Грэм, графиня Суррей, - представил меня супруг старому дворецкому.
Пожилой человек в изумлении поморгал глазами, но потом взял себя в руки и сдержанно поклонился.
- Маклин! Не обращай внимания на наш вид! Мы добирались пешком до станции и немного запачкались, - с еле скрываемой издёвкой произнес мужчина.
«Конечно, милорд! Запачкался он! Даже сапоги не покрылись пылью! Зато мы с Бетси выглядим, как будто из шахт вылезли», - ворчала я про себя, косо смотря на супруга.
- Сейчас приведем себя в порядок, и я представлю вам графиню. Вашу новую госпожу, - пропуская нас с Бетси в замок, сообщил Джеймс старику.
Мы прошли в огромный тёмный холл. Там при свете подрагивающей свечи стояла маленькая старушка в белой длинной ночной сорочке и чепце. Женщина повела нас на второй этаж замка. Мы вошли в просторную комнату с двумя небольшими окнами с видом на парк.
- Это покои вашей свекрови, миссис Долорес Грэм, миледи, - сообщила старая служанка.
- Можете воспользоваться ее гардеробом и остальными вещами. Графиня уже очень давно не посещала замок, - со вздохом произнесла Иннис.
- Я сейчас принесу горячей воды, - выходя из комнаты, произнесла служанка.
- Я пойду посмотрю, что и как здесь устроено, и помогу старушке. Так быстрее будет, миледи, - сказала Бетси и выскользнула из покоев.
Бывший будуар свекрови был красив и просторен. Мне понравился деревянный потолок с крупными балками. Стены обиты бежевым шелком с рисунком. Удобные кресла с небольшим столиком возле окон. Бархатные портьеры и камин, над которым висел портрет предка рода Грэмов. Большой деревянный шкаф, зеркало с туалетным столиком, секретер и огромная кровать с балдахином. В углу я заметила ширму, за которой можно уединиться для личных манипуляций с гардеробом и прочее. На стенах висели картины и гобелены. Уютно, богато и роскошно! Но мебель и предметы покрыты пылью, и затхлый запах витал в покоях.
Я отворила шкаф и увидела красивые платья, которые, к сожалению, мне будут малы. Ну что же поделать? Придется ждать своего багажа.
В комнату вошла моя камеристка с двумя кувшинами воды и Иннис, несущая таз и полотенца. С обоюдной помощью мы более-менее привели себя в божеский вид, и я сошла в столовую для очень позднего ужина.
В накрытой столовой уже находился мой супруг. Мужчина сидел за длинным столом на тридцать персон и пил виски из тяжёлого бокала.
Наглец даже не встал и не помог сесть за стол. Бросая недовольные взгляды на мужа, расположилась за столом и положила салфетку на колени. Прислуживал Маклин, счастливый от встречи любимого хозяина.
Дрожащая рука в серой перчатке поставила передо мной тарелку с чем-то несъедобным. Вздохнула и вилкой зачерпнула серый кусок с жидкой субстанцией. Это оказалась холодная рыба без соли и соуса с овощным пюре. Мне пришлось запить еду водой, чтобы не подавиться.
Граф развалился в кресле и пил, не переставая подливать виски. Часы пробили два часа ночи. Я поднялась и пожелала спокойной ночи мужу.
До завтра, дорогая жена! С утра я представлю вам прислугу, - поднимая бокал с алкоголем, еле шевеля языком, произнес граф.
Моя бесценная камеристка, пока я ужинала, протёрла пыль в покоях, перестелила постель, проветрила и развела огонь в камине. От усталости и переживаний я упала в одежде на покрывало и тут же отключилась. Золотце взобрался следом и улёгся рядом со мной. Спала я без сновидений.
Утром камеристка принесла горячей воды.
- Миледи, как вы спали? За багажом пока не послали, но я нашла платье! Оно скромное, старомодное, но должно подойти! И туфельки померяем! В одной из башен находится комната бабушки графа. Я порылась в её гардеробе, - докладывала служанка с горящими глазами, расчёсывая мои волосы.
- Я всё разузнала! Замок 17 столетия постройки, но дедушка вашего мужа двадцать лет назад отремонтировал крепость и обставил по веяниям моды. Семья не была здесь уже лет десять. Иногда на несколько дней приезжает граф на охоту с друзьями. Поэтому всю обслугу распустили. За поместьем следит дворецкий и его старшая сестра, - щебетала камеристка, помогая влезть в синее платье.
- Ваше Сиятельство, могу я поселиться в маленькой гостевой комнате рядом с вами? Она пустует. Удобно будет приходить на вызовы, - попросила камеристка.
- Конечно, дорогая Бетси! Тебе можно всё! Пока мы не освоимся, нужно держаться вместе! – сквозь слезы произнесла я и с благодарностью пожала руку девушки.
Надев наряд, я подошла к зеркалу. На меня смотрела крупная дама в прямом тёмно-синем платье с завышенной талией. Ткань красиво струилась и скрывала моё толстое пузо с боками, вываливающимися из корсажа. Синие туфли были даже большеватые.
Прическа получилась простой: волосы заколоты в хвост, а несколько вьющихся прядей красиво обрамляли мое лицо. Бетси накинула на плечи шерстяную голубую шаль. Накидка отлично завершила образ: и освежала строгий темный наряд, и согревала от гуляющих по поместью сквозняков.
То, что я увидела в зеркале, мне понравилось! Нужно сшить что-то похожее по фасону, хорошо скрывающему мои недостатки. А то матушка требовала следовать веяниям моды. А мне было неудобно и некрасиво в таких нарядах!
Теперь я замужняя леди и могу поступать как мне вздумается! Хоть один плюс от брака!
На завтрак я получила тарелку холодной овсяной каши, подгоревший тост и немного сливочного масла.
Граф, морщась от яркого света и громких звуков, вкушал горячую яичницу с хлебом. Покончив с едой, муж пригласил меня в гостиную для знакомства с прислугой.
Комната для приёма гостей в замке отличалась от моего любимого места в доме Калвертов. Помещение было огромным, плохо освещённым, с потолком из тёмного дерева и большими окнами. Разномастная мебель и множество этажерок с книгами. В гостиной было холодно и неуютно.
Граф усадил меня на диван, а сам уселся в кресло со стаканом бренди. Я бросила недовольный взгляд на мужчину и приподняла бровь.
- Крепкие напитки с самого утра, милорд? – язвительно поинтересовалась я.
- С вечера, моя дорогая! Я ещё не ложился, - отпив глоток, поудобнее откинулся на сиденье Джеймс.
Я ничего не успела ответить, как вошли слуги. Его Сиятельство вскочил и принялся представлять людей.
«Это шутка или издевательство со стороны муженька?» - подумала про себя я.
Передо мной стояли три старых человека и один мужчина средних лет, держащий в руках кепи.
Джеймс ещё раз представил дворецкого Маклина, расписал достоинства мужчины и его преданность. Слуга более 60 лет проработал в семье Грэмов. Домоправитель поклонился и платком протёр глаза. Старик расчувствовался от речей молодого человека.
Далее порцию похвалы получила Иннис, миссис Огилви, старшая сестра дворецкого. Пожилая женщина занимала должность экономки. А сейчас, когда слуг не осталось, готовила на кухне.
«Вот кто виновен в моей вынужденной голодовке!» - пролетела в голове мысль.
Третьим старым работником был конюх. Мне казалось, что старику перевалило за сто лет. Как он справляется на конюшне с лошадьми, если в гостиную вошёл, еле передвигая ноги?
Прищурив глаза, я посмотрела на супруга. Издевается? Несмотря на мои гневные взгляды, граф продолжал знакомить меня с работниками.
Мужчина лет пятидесяти с кепкой в руках, Томас Маккилан, был садовником и огородником. Цветовод поклонился и пригласил ознакомиться с его местом работы. Ему помогает двадцатилетний парень из деревни. Я пообещала обязательно навестить его после обеда.
Довольный граф отпустил слуг и вызвался показать поместье. Я про себя этот дом называла замком.
Поместье Грэмов носило название «Остров Лахлама». В 17 веке на этом месте жил монах-отшельник Лахлам, от которого замок и унаследовал такое название. Крепость насчитывала девять покоев для хозяев и знатных гостей, большую и малую гостиные, библиотеку, кабинет, кухню, столовую, комнаты прислуги, несколько кладовых, погреба. В помещениях было холодно. Старое здание из толстого камня было трудно протопить. Прогревали жилище каминами, находящимися почти в каждой комнате.
Далее мы последовали на улицу. Погода не радовала: было ветрено, сыро и промозгло. Тяжёлые серо-чёрные дождевые тучи надвигались на замок. Озеро покрылось мелкой рябью. Деревья шумели от налетающего ветра. Я куталась в шаль, пытаясь согреться, но получалось плохо. Багаж ещё не доставили, и мне было трудно без привычных вещей и гардероба.
На территории замка располагалась конюшня на пять лошадей. Стояла одна крепкая карета. Подальше уместили небольшой скотный двор: коровы, свиньи, куры, гуси, утки, двадцать-тридцать овец. А дальше по правую руку шли сады и огороды. Овощи радовали глаз, весело выглядывая и помахивая молоденькими листочками из-под земли. А по левой стороне резиденции располагался парк с цветущими и фигурными кустарниками, живописными аллеями. Мне очень понравилось мастерство Томаса!
Я заледенела от пронизывающего ветра и повернула в сторону замка.
- Здесь не такое приветливое лето, как в Англии. Вам, дорогая, следует одеваться теплее, - заметил граф.
- Как только вещи доставят с вокзала, я воспользуюсь вашим предложением, милорд! – потирая холодные руки, ответила я.
- Ах да! Вещи! Я сейчас распоряжусь, дорогая! – с издёвкой молвил мужчина с лёгким поклоном.
- Джеймс, вы не любите это место? Оно заброшено, слуг не хватает! Какие люди есть, то из-за своего возраста они не годятся для работы! Нет горничных, лакеев, кухарки! Здесь на кухне до сих пор готовят на открытом огне! – в возмущении высказала я своё первое впечатление от замка.
- Поместье красиво и величественно! Но за ним нужен уход! Везде пыль, картины предков в паутине.
Джеймс Грэм, мой немногословный супруг, развалился на сиденье напротив нас. Мужчина расслабил галстук и вытянул длинные ноги, закрыв глаза. Ухоженные руки с длинными пальцами пристроил на животе.
Хоть свет от фонарей был тусклый, но я смогла хорошо рассмотреть милорда. Он был образчик английской породы аристократии. Высокое и стройное тело с широкими плечами и узкой талией. Безупречное лицо с пышными ресницами и чувственными губами. Когда муж снимал цилиндр, то черная прядка волос спадала на лоб. Аристократ был дьявольски красив, и он прекрасно это понимал. Но характер желал лучшего, по моему мнению.
«Красавица и чудовище наоборот», - вздохнула я.
«А глаза у Джеймса зелёные, как у кота», - вспомнилось мне.
«Он никогда меня не полюбит», - мелькнула в голове чудовищная мысль.
«Я даже об этом мечтать не буду. Нечего забивать голову всякой бесполезной ерундой», - одернула я себя.
Отложила книгу, притушила фонари, укутала теплой шалью нас с камеристкой и задремала.
После приятной прогулки по побережью мы с графом сидели на шкурах в каминном зале старинного родового замка у огня. В руках у нас с мужем были бокалы с красным вином. Мужчина лежал в брюках и белой рубашке, расстёгнутой на груди. На губах милорда играла теплая улыбка. Глаза сияли от удовольствия и любви ко мне.
Я расположилась рядом с супругом в лёгком домашнем платье. Милорд играл с моими волосами, накручивая локоны себе на палец. Затем мужчина наклонился и поцеловал меня, поскуливая.
«Милорд скулит?» - подумалось мне.
Оторвавшись от губ, муж потрепал меня по плечу.
- Виктория, просыпайтесь! – услышала я голос супруга сквозь яркий и приятный сон.
Золотце облизывал моё лицо, поставив передние лапы мне на колени. Супруг тряс мое плечо, стараясь разбудить.
Бетси ещё дремала. За окном было темно. Поезд стоял на месте.
- Мы уже прибыли? – поинтересовалась я у сидящего напротив мужчины, поглаживая пса.
- Не доехали почти три мили, миледи. На днях в этих местах прошел сильный ливень. Станция в Эдинбурге расположена в низине, где раньше было грязное и зловонное болото. Кондуктор сказал, что рельсы затоплены, - спокойно объяснил граф, застёгивая тёмный сюртук.
- Мы застряли здесь надолго, нужно выбираться! Собирайтесь, я сейчас подойду! – открывая дверь купе, произнес мой муж.
Я разбудила Бетси, и мы быстро привели свою одежду в порядок. Через пару минут подошёл Джеймс с кондуктором, державшим фонарь.
- Дамы, мы идём пешком до станции, а там найдем кэб до усадьбы. За нашим багажом утром приедет слуга и доставит в поместье, - сообщил граф, помогая нам с камеристкой сойти с вагона.
- Идти недалеко, а фонарь нам одолжит кондуктор, - беря у Бетси поводок, милорд широким шагом последовал вперёд.
Через пару шагов мужчина вместе с псом скрылся в ночи. Мы с камеристкой поспешили следом за ними, боясь заблудиться в темноте.
Ни я, ни Бетси не знали, куда ступает наша нога. Вокруг было темно и прохладно, несмотря на весну. В туфлях на каблуке, длинной юбке и тесном корсете мы передвигались как черепахи, поддерживая друг друга. В удобных сапогах на длинных ногах и с фонарем в руках мужчина успел уйти довольно далеко.
Через милю я упала в лужу, которую не заметила, а следом на меня свалилась камеристка. Мы бы долго барахтались в грязи, но Золотце услышал наши крики и притащил упирающегося мужчину.
Отсмеявшись, милорд подал руки и вытащил из воды. Пёс с лаем метался между нами и облизывал наши лица. В итоге к станции из плотной темноты вышел высокий элегантный джентльмен с собакой на поводке. Следом за господином шли две уставшие женщины с испачканными лицами в грязных и мокрых платьях. От наших аккуратных причёсок ничего не осталось. Мои кудрявые волосы от влаги почувствовали свободу и силу и закрутились ещё сильнее. Я умудрилась потерять туфлю. Идти было неудобно, и нога очень замёрзла.
Супруг долго не мог найти экипаж, поэтому начал проявлять несдержанность. Через полчаса Бог смиловался и послал нам транспорт. В замок семьи будущего герцога Мортроза всей уставшей компанией въезжали на скрипучей телеге с сеном.
Джеймс Грэм развалился на соломе, заложив руки за голову. Во рту мужчина покусывал длинную травинку. Я с Бетси сидела в трясущейся повозке и дрожала от холода. Даже шерстяная шаль нас не спасала.
Через час мы добрались до поместья, находившегося на острове, окружённом озером Лох-Лэнн. Крепкий замок из серого камня в три этажа с двумя круглыми башнями возвышался над водой и был окружён огромным парком с одной стороны и небольшим лесом с другой. По узкому кирпичному мосту, соединяющему остров с материком, телега медленно тащилась, скрипя.
Граф легко соскочил с повозки и забарабанил в огромную тяжёлую деревянную дверь. Нам долго не открывали.
- Маклин! Открывай, трухлявый пень! Встречай старину Джеймса Грэма! – кричал милорд.
Дверь со страшным скрипом отворилась, и за ней показался восьмидесятилетний щурившийся мужчина в ночном колпаке и со свечой в руках.
Хорошо разглядев, кто нарушил без того недолгий сон старика, мужчина обнял графа и запричитал:
- Джеймс, мальчик мой! Вернулся! Как мы ждали! Иннис, вставай! Хозяин вернулся!
- Рад видеть тебя, дружище! Я приехал с женой. Теперь она хозяйка замка! – обнимая дворецкого, объяснил Джеймс Грэм.
Старик повернулся к растрёпанной Бетси и поклонился. Милорд рассмеялся и, подойдя ко мне, взял за руку.
- Её Сиятельство Виктория Флоранс Констанс Грэм, графиня Суррей, - представил меня супруг старому дворецкому.
Пожилой человек в изумлении поморгал глазами, но потом взял себя в руки и сдержанно поклонился.
- Маклин! Не обращай внимания на наш вид! Мы добирались пешком до станции и немного запачкались, - с еле скрываемой издёвкой произнес мужчина.
«Конечно, милорд! Запачкался он! Даже сапоги не покрылись пылью! Зато мы с Бетси выглядим, как будто из шахт вылезли», - ворчала я про себя, косо смотря на супруга.
- Сейчас приведем себя в порядок, и я представлю вам графиню. Вашу новую госпожу, - пропуская нас с Бетси в замок, сообщил Джеймс старику.
Мы прошли в огромный тёмный холл. Там при свете подрагивающей свечи стояла маленькая старушка в белой длинной ночной сорочке и чепце. Женщина повела нас на второй этаж замка. Мы вошли в просторную комнату с двумя небольшими окнами с видом на парк.
- Это покои вашей свекрови, миссис Долорес Грэм, миледи, - сообщила старая служанка.
- Можете воспользоваться ее гардеробом и остальными вещами. Графиня уже очень давно не посещала замок, - со вздохом произнесла Иннис.
- Я сейчас принесу горячей воды, - выходя из комнаты, произнесла служанка.
- Я пойду посмотрю, что и как здесь устроено, и помогу старушке. Так быстрее будет, миледи, - сказала Бетси и выскользнула из покоев.
Бывший будуар свекрови был красив и просторен. Мне понравился деревянный потолок с крупными балками. Стены обиты бежевым шелком с рисунком. Удобные кресла с небольшим столиком возле окон. Бархатные портьеры и камин, над которым висел портрет предка рода Грэмов. Большой деревянный шкаф, зеркало с туалетным столиком, секретер и огромная кровать с балдахином. В углу я заметила ширму, за которой можно уединиться для личных манипуляций с гардеробом и прочее. На стенах висели картины и гобелены. Уютно, богато и роскошно! Но мебель и предметы покрыты пылью, и затхлый запах витал в покоях.
Я отворила шкаф и увидела красивые платья, которые, к сожалению, мне будут малы. Ну что же поделать? Придется ждать своего багажа.
В комнату вошла моя камеристка с двумя кувшинами воды и Иннис, несущая таз и полотенца. С обоюдной помощью мы более-менее привели себя в божеский вид, и я сошла в столовую для очень позднего ужина.
В накрытой столовой уже находился мой супруг. Мужчина сидел за длинным столом на тридцать персон и пил виски из тяжёлого бокала.
Наглец даже не встал и не помог сесть за стол. Бросая недовольные взгляды на мужа, расположилась за столом и положила салфетку на колени. Прислуживал Маклин, счастливый от встречи любимого хозяина.
Дрожащая рука в серой перчатке поставила передо мной тарелку с чем-то несъедобным. Вздохнула и вилкой зачерпнула серый кусок с жидкой субстанцией. Это оказалась холодная рыба без соли и соуса с овощным пюре. Мне пришлось запить еду водой, чтобы не подавиться.
Граф развалился в кресле и пил, не переставая подливать виски. Часы пробили два часа ночи. Я поднялась и пожелала спокойной ночи мужу.
До завтра, дорогая жена! С утра я представлю вам прислугу, - поднимая бокал с алкоголем, еле шевеля языком, произнес граф.
Моя бесценная камеристка, пока я ужинала, протёрла пыль в покоях, перестелила постель, проветрила и развела огонь в камине. От усталости и переживаний я упала в одежде на покрывало и тут же отключилась. Золотце взобрался следом и улёгся рядом со мной. Спала я без сновидений.
Глава 8.
Утром камеристка принесла горячей воды.
- Миледи, как вы спали? За багажом пока не послали, но я нашла платье! Оно скромное, старомодное, но должно подойти! И туфельки померяем! В одной из башен находится комната бабушки графа. Я порылась в её гардеробе, - докладывала служанка с горящими глазами, расчёсывая мои волосы.
- Я всё разузнала! Замок 17 столетия постройки, но дедушка вашего мужа двадцать лет назад отремонтировал крепость и обставил по веяниям моды. Семья не была здесь уже лет десять. Иногда на несколько дней приезжает граф на охоту с друзьями. Поэтому всю обслугу распустили. За поместьем следит дворецкий и его старшая сестра, - щебетала камеристка, помогая влезть в синее платье.
- Ваше Сиятельство, могу я поселиться в маленькой гостевой комнате рядом с вами? Она пустует. Удобно будет приходить на вызовы, - попросила камеристка.
- Конечно, дорогая Бетси! Тебе можно всё! Пока мы не освоимся, нужно держаться вместе! – сквозь слезы произнесла я и с благодарностью пожала руку девушки.
Надев наряд, я подошла к зеркалу. На меня смотрела крупная дама в прямом тёмно-синем платье с завышенной талией. Ткань красиво струилась и скрывала моё толстое пузо с боками, вываливающимися из корсажа. Синие туфли были даже большеватые.
Прическа получилась простой: волосы заколоты в хвост, а несколько вьющихся прядей красиво обрамляли мое лицо. Бетси накинула на плечи шерстяную голубую шаль. Накидка отлично завершила образ: и освежала строгий темный наряд, и согревала от гуляющих по поместью сквозняков.
То, что я увидела в зеркале, мне понравилось! Нужно сшить что-то похожее по фасону, хорошо скрывающему мои недостатки. А то матушка требовала следовать веяниям моды. А мне было неудобно и некрасиво в таких нарядах!
Теперь я замужняя леди и могу поступать как мне вздумается! Хоть один плюс от брака!
На завтрак я получила тарелку холодной овсяной каши, подгоревший тост и немного сливочного масла.
Граф, морщась от яркого света и громких звуков, вкушал горячую яичницу с хлебом. Покончив с едой, муж пригласил меня в гостиную для знакомства с прислугой.
Комната для приёма гостей в замке отличалась от моего любимого места в доме Калвертов. Помещение было огромным, плохо освещённым, с потолком из тёмного дерева и большими окнами. Разномастная мебель и множество этажерок с книгами. В гостиной было холодно и неуютно.
Граф усадил меня на диван, а сам уселся в кресло со стаканом бренди. Я бросила недовольный взгляд на мужчину и приподняла бровь.
- Крепкие напитки с самого утра, милорд? – язвительно поинтересовалась я.
- С вечера, моя дорогая! Я ещё не ложился, - отпив глоток, поудобнее откинулся на сиденье Джеймс.
Я ничего не успела ответить, как вошли слуги. Его Сиятельство вскочил и принялся представлять людей.
«Это шутка или издевательство со стороны муженька?» - подумала про себя я.
Передо мной стояли три старых человека и один мужчина средних лет, держащий в руках кепи.
Джеймс ещё раз представил дворецкого Маклина, расписал достоинства мужчины и его преданность. Слуга более 60 лет проработал в семье Грэмов. Домоправитель поклонился и платком протёр глаза. Старик расчувствовался от речей молодого человека.
Далее порцию похвалы получила Иннис, миссис Огилви, старшая сестра дворецкого. Пожилая женщина занимала должность экономки. А сейчас, когда слуг не осталось, готовила на кухне.
«Вот кто виновен в моей вынужденной голодовке!» - пролетела в голове мысль.
Третьим старым работником был конюх. Мне казалось, что старику перевалило за сто лет. Как он справляется на конюшне с лошадьми, если в гостиную вошёл, еле передвигая ноги?
Прищурив глаза, я посмотрела на супруга. Издевается? Несмотря на мои гневные взгляды, граф продолжал знакомить меня с работниками.
Мужчина лет пятидесяти с кепкой в руках, Томас Маккилан, был садовником и огородником. Цветовод поклонился и пригласил ознакомиться с его местом работы. Ему помогает двадцатилетний парень из деревни. Я пообещала обязательно навестить его после обеда.
Довольный граф отпустил слуг и вызвался показать поместье. Я про себя этот дом называла замком.
Поместье Грэмов носило название «Остров Лахлама». В 17 веке на этом месте жил монах-отшельник Лахлам, от которого замок и унаследовал такое название. Крепость насчитывала девять покоев для хозяев и знатных гостей, большую и малую гостиные, библиотеку, кабинет, кухню, столовую, комнаты прислуги, несколько кладовых, погреба. В помещениях было холодно. Старое здание из толстого камня было трудно протопить. Прогревали жилище каминами, находящимися почти в каждой комнате.
Далее мы последовали на улицу. Погода не радовала: было ветрено, сыро и промозгло. Тяжёлые серо-чёрные дождевые тучи надвигались на замок. Озеро покрылось мелкой рябью. Деревья шумели от налетающего ветра. Я куталась в шаль, пытаясь согреться, но получалось плохо. Багаж ещё не доставили, и мне было трудно без привычных вещей и гардероба.
На территории замка располагалась конюшня на пять лошадей. Стояла одна крепкая карета. Подальше уместили небольшой скотный двор: коровы, свиньи, куры, гуси, утки, двадцать-тридцать овец. А дальше по правую руку шли сады и огороды. Овощи радовали глаз, весело выглядывая и помахивая молоденькими листочками из-под земли. А по левой стороне резиденции располагался парк с цветущими и фигурными кустарниками, живописными аллеями. Мне очень понравилось мастерство Томаса!
Я заледенела от пронизывающего ветра и повернула в сторону замка.
- Здесь не такое приветливое лето, как в Англии. Вам, дорогая, следует одеваться теплее, - заметил граф.
- Как только вещи доставят с вокзала, я воспользуюсь вашим предложением, милорд! – потирая холодные руки, ответила я.
- Ах да! Вещи! Я сейчас распоряжусь, дорогая! – с издёвкой молвил мужчина с лёгким поклоном.
- Джеймс, вы не любите это место? Оно заброшено, слуг не хватает! Какие люди есть, то из-за своего возраста они не годятся для работы! Нет горничных, лакеев, кухарки! Здесь на кухне до сих пор готовят на открытом огне! – в возмущении высказала я своё первое впечатление от замка.
- Поместье красиво и величественно! Но за ним нужен уход! Везде пыль, картины предков в паутине.
