Давид потупил глаза.
- Не успел вступить в должность, а уже нарушил инструкцию, - покачал головой Борислав.
Молодой страж Света промолчал, ожидая, что будет дальше.
- Ладно, - произнес главный светлый страж. – В правиле есть кое-какие исключения. Будем считать, что твой случай как раз подпадает под эти исключения.
Давид улыбнулся.
- Спасибо, - сказал он. – А как вообще обстоят дела? С темными стражами, я хочу сказать.
- Так же, как и всегда, - ответил Борислав. – Хорошего мало. Поэтому когда завтра приступишь к выполнению задания, постарайся сделать так, чтобы избежать встречи с темными стражами.
- А кто сильнее злобствует: Ягромир или Луиз?
- Да они оба – не подарки, - отмахнулся глава Света и закинул в рот виноградину. – Что от того неприятности, что от другого.
- Значит, они активно портили нам жизнь в последние двадцать лет? – уточнил Давид.
- Почему двадцать лет? – не понял Борислав.
- Вы сказали, что последние двадцать лет были для вас напряженными, - пояснил черноволосый страж. – Я решил, что речь идет о темных стражах.
- Ну, не без этого, конечно, - согласился глава стражей Света. – Но кроме них теперь еще появились повстанцы.
- Вы обещали мне о них рассказать, - заметил Давид. – Я по правде не помню ничего подобного сто лет назад. Откуда они взялись? И вообще что это за повстанцы?
- Дети из Подземного Города, - ответил Борислав. – Ты знаешь, что в Подземном Городе есть приют для сирот?
- Там есть сироты? – удивился Давид.
- Вот об этом я и говорю, - ответил глава Света. – Раньше не было. А если появлялись, то это были единичные случаи. А вот двадцать с небольшим лет назад сирот стало настолько много, что пришлось открыть приют. Вот оттуда и появились наши маленькие повстанцы.
- Что за повстанцы? Что им надо? – нахмурился Давид.
- Я тебе объясняю – дети! Мальчишки из приюта. Решили немного с нами поиграть, чтобы заполучить наш дом, - тут Борислав оглядел стены своего кабинет, - и, кажется, немного увлеклись. Пробираются в замок, воруют оружие, дерутся с нами.
- У них наверняка есть заводила, который на все это настраивает остальных, - высказался Давид. – Если его убрать, то и остальные не станут ничего делать.
Борислав ухмыльнулся.
- Заводилу мы поймали пару часов назад, и сейчас она сидит у нас в темнице, - заметил он. – Если тебе любопытно, можешь сходить и посмотреть на нее.
- Хорошо, - Давид поднялся, сделал несколько шагов по направлению к двери и замер. Затем светлый страж медленно обернулся и посмотрел на начальника.
- Простите, академик, - сказал он. – Мне не послышалось? Вы сказали «она»? Она сидит у нас в темнице?
Начальник светлых стражей улыбнулся.
- Нет. Тебе не послышалось, - подтвердил он. – Я сказал «она».
- Мальчишками руководит девчонка? – переспросил Давид.
- Представь себе, - кивнул Борислав.
- Но это невозможно!
- В словаре стража не должно быть такого слова, - отозвался глава Света и откинулся в своем кресле.
Давид кивнул с виноватым видом и подошел обратно к стулу, на котором сидел до этого.
- То есть простая девчонка сколотила команду из мальчишек? – переспросил Давид.
- Думаю, что если бы она была простая, то вряд ли смогла бы подобное сделать, - отозвался главный светлый страж.
Черноволосый страж был вынужден согласиться со своим начальником: посредственности редко добиваются успеха.
Борислав порылся среди бумаг на своем столе и вынул откуда-то фотографию предводительницы повстанцев. Затем он протянул ее Давиду. Черноволосый страж присел обратно на стул и взглянул на фото.
- И красивая же девочка! – заключил Давид, разглядывая лицо предводительницы повстанцев. – Как такое возможно? Я еще понимаю, когда в драку лезет мальчишка, но чтобы такая милашка?!
Молодой страж протянул фото обратно Бориславу.
- О чем только ее родители думают? – покачал головой Давид.
- В том-то и дело, Давид, что у Марии нет родителей, - сказал он. – Она – такая же сирота, как и прочие повстанцы. Она так же, как и они, выросла в сиротском приюте.
- А где же ее родители? – спросил Давид.
- Ее мама Надя умерла, когда Мария была маленькой крошкой, а отец… - Борислав замолчал.
Черноволосый страж ждал, что глава Света скажет дальше.
- Давай ты вначале повторишь все инструкции и Устав, необходимый стражу-хранителю, а потом если что мы вернемся к этому разговору, - закончил Борислав.
Давид спорить не стал, хотя и был несколько удивлен тем, что разговор завершился именно так, да еще и с такой скоростью. Светлый страж молча направился в библиотеку – освежать свою память перед новым трудовым днем.
Борислав некоторое время еще провел в своем кабинете, размышляя кое о чем, но потом все же отправился на поиски своего первого заместителя.
- Сколько это будет продолжаться? – спросил Вячеслав, отойдя от золотого сфинкса на подставке.
За день до полнолуния сфинкс оживал и бродил по замку. Его прогулка была вчера, и теперь он спокойно стоял на подставке в зале Хранилище артефактов светлых стражей. Зал был большой и просторный, с высокими потолками и большими окнами. Артефакты были расставлены в нем хаотично, с точки зрения человека, но ни один страж не путался и не терялся, когда гулял по Хранилищу.
- О чем ты, Слава? – спросил глава светлых стражей, разглядывающий перо, которое давало озарение на полгода всякому, кто написал им более ста тысяч слов.
- Я об этой вздорной девчонке, - пояснил Вячеслав. – Мы ловим ее уже не в первый раз. Но дальше головомоек за ее выходки дело не идет. Долго это будет продолжаться?
- Долго ли мы еще будем ее ловить? – переспросил Борислав.
- И это тоже, - кивнул Вячеслав.
- Думаю, что до тех пор, пока девочка и ее друзья не бросят своего увлечения пролезать сюда ночью и что-нибудь тащить, - со всей логичностью отозвался глава светлых стражей.
- Сколько ты еще предлагаешь это терпеть? – уточнил Вячеслав.
Борислав как-то неопределенно повел плечами.
- Или предлагаешь дождаться, когда она прибежит сюда с мечом в руках и затеет серьезную драку?
- Я надеюсь, что до этого не дойдет, - честно признался глава светлых стражей.
Вячеслав не выдержал и закатил глаза.
- Хорошо, Боря, - кивнул он. – Давай зайдем с другой стороны: сколько ты хочешь продержать ее в тюрьме?
Борислав вздохнул.
- К сожалению, я еще не успел поразмыслить над этим вопросом, - признался он. – Я как раз собирался этим заняться, когда меня вдруг призвал Давид. Их время уже пришло, а я совсем и позабыл об этом. Луиз с его постоянными пакостями и задираниями, совершенно не давал мне вернуться мыслями к Давиду и его миссии. А между тем у нас уже и мальчик повзрослел.
- Ты о Никите?
Борислав коротко кивнул.
- Да, Луиз всегда был пакостником, да и сейчас старается придумать, чем бы еще нам досадить и испортить жизнь, - поморщился Вячеслав. – Одного только не пойму, как он до сих пор стоит во главе Тьмы. Там ведь есть кандидаты и получше.
- Ягромир, например? – посмотрел на своего коллегу Борислав.
- И Ягромир тоже, - согласился первый заместитель главы Света.
- Да, Ягромир - лучший воин Тьмы, с этим не поспоришь, - признался главный светлый страж. – Но может это и хорошо для нас, что сейчас всем заправляет Луиз. Он, по крайней мере, слишком труслив, чтобы объявить нам открытую войну. А так дело ограничивается мелкими стычками.
- Тут объявляй войну или не объявляй, все равно темные не упустят своего шанса, чтобы извести побольше наших, - согласился Вячеслав. – А здесь еще эта воительница выискалась… Может подержим эту маленькую мерзавку в тюрьме подольше, чтобы у повстанцев не было вожака и они хоть немного посидели смирно?
- Как ты ее называешь, Слава! Не ожидал от тебя! – воскликнул Борислав. – Ты же – не Нестор.
Вячеслав усмехнулся.
- То есть, чтобы я мог так называть эту непослушную Машку, мне тоже надо завести роман с русалкой? – спросил он.
- Нет, - улыбнулся Борислав. – Просто я думаю, что это непозволительное высказывание для стража Света. Тебя просто раздражает то, что эта девочка увлечена отнюдь не женскими занятиями. Что в свои семнадцать лет она довольно сносно владеет мечом и сумела своим боевым искусством уложить на обе лопатки нескольких твоих лучших учеников, а затем ускользнуть целой и невредимой.
- Признаюсь – да, - не стал возражать Вячеслав. – Мне не нравится увлечение Марии. Как и не нравится то, как далеко ты готов дать этому зайти. Сегодня вон даже и Теодор пострадал. По-моему, Мария даже сломала ему нос.
- Янга это быстро поправит, - отозвался Борислав. – И потом, даже если мы запрем ее здесь на подольше, неужели ты думаешь, что друзья Марии не попытаются освободить ее? Что они не прибегут к ней на помощь при первой же возможности? Мы уже не раз с тобой убеждались в том, что они – ребята не робкого десятка. Хотя совсем не стражи, а простые люди.
- Зато Мария – непростая, - сказал Вячеслав. – По крайней мере, ты так считаешь.
- Я этого не исключаю, - заметил академик. – Факты говорят за это, но мы не можем знать наверняка. Но сейчас у нас хватает забот и без нее. Теперь, когда Никите уже семнадцать…
- Ты все же решил оставить Давида с ним?
- Да, Давид присмотрит, - сказал глава светлых стражей.
- Присмотрит, - повторил Вячеслав. – Он умеет присматривать! А как же задание? Мне кажется, он не сможет делать два дела одновременно.
- Сможет, - ответил Борислав.
- И все равно, я считаю, что доверить Давиду столь ответственную миссию… Он же самый бестолковый страж в нашем замке!
- У тебя, Слава, предвзятое к нему отношение. Он же объяснил нам, как все было, и потом он не специально нанес тогда замку этот урон…
- Не специально?! Да ползамка лежало в руинах. Хорошо, что Хранилище не пострадало. А сколько мы времени потратили на восстановление… Давид сам не может толком ничего сделать. Даже в самом простом задании начудит так, что в пору за голову хвататься.
- Не говори так. У всех бывают неудачи.
- Но не все неудачи имеют серьезные последствия, - Вячеслав подошел к камню, в который был воткнут меч.
Меч был вроде и простым, но все знали, что это один из самых мощных артефактов. Никто бы не принял его за таковой, если бы не надпись на лезвии «Харламов». Говорили, что это тот самый меч великого магистра, который вдруг перенесся сюда и воткнулся в этот камень сразу после исчезновения великого светлого стража. Это был один из самых сильных артефактов в мире. Обладатель этого меча становился непобедимым, не говоря уже о других, не менее важных магических свойствах артефакта, которые могли здорово облегчить жизнь своему хозяину.
Но при всем при этом Меч Харламова был очень своенравен и далеко не каждый мог к нему просто прикоснуться. Пытались-то все, но даже подержать его смогли не многие – так сильно это не нравилось Мечу.
И вот теперь, стоя перед камнем, Вячеслав вспомнил, как ему обжог руку этот меч. Ощущение было неприятное и довольно болезненное.
- Ты не прав, - повернулся он к своему товарищу. – Я так считаю. Уж кому-кому можно было доверить эту миссию, но только не Давиду.
- Почему? – не понял Борислав.
Он тоже подошел к камню и поглядел на меч.
- Харламов с тобой! – воскликнул Вячеслав. – Он же не просто побрякушку будет искать, а артефакт! Возможно, не менее сильный, чем этот, - указал глазами Вячеслав на Меч Харламова.
- Не менее, - согласился Борислав. – Я даже думаю, что почти такой же силы, как этот. Давид будет искать Перстень Харламова. Волшебное кольцо, которое по нашим сведеньям должно быть где-то на Земле.
- Вот я и говорю…
- К чему все эти споры, Слава, - поднял руку глава стражей Света. – Решение уже принято. Давид будет искать Перстень Харламова. Это его миссия. Если ему удастся найти его, то он, я думаю, реабилитируется в твоих глазах.
Вячеслав кивнул, но сомневался, что это «если» наступит с учетом личности Давида.
- А вообще мне трудно одному усмотреть за всем. Для чего же еще нужны помощники? Ты ведь мне поможешь?
- Разумеется, - ответил Вячеслав.
- Вот и славно. Разделение труда – полезная вещь.
- А что будем делать с девчонкой? – спросил Вячеслав.
- Вот и реши, - предложил Борислав. - Я займусь Давидом и Никитой. А ты прими решение, что делать с Марией. Утром скажешь, что решил.
Академик Борислав развернулся на каблуках и зашагал прочь из Хранилища с довольной улыбкой на устах.
- По-моему, ее нужно отшлепать, как следует! – крикнул вслед главе стражей Света Вячеслав. – И вообще воспитанием девчонки следовало заниматься раньше!
Вячеслав обернулся, но в Хранилище, кроме него, уже никого не было. Сереброкрылый страж покачал головой, усмехнулся, поправил очки и телепортировал в свою комнату. Ладно, он сам разберется с Марией!
Мария схватилась за ножны чисто инстинктивно. Автоматически. Меча у нее не было. Нестор отобрал его. Если бы он так не торопился на свидание со своей любимой русалкой, то глядишь, и про ножны бы не забыл. А так они остались у блондинки. Но что было с них толку?
Девушка вскочила на ноги и прижалась спиной к решетке. Быстрым движением руки она достала спрятанный в сапоге нож, который стражи не додумались у нее поискать из-за неразберихи с портретом Харламова, и приготовилась, при необходимости нанести удар.
Покрывало на полу продолжало шебаршиться и издавать непонятные звуки.
«Крысы» - решила Мария. – «А может что похуже. Нечисть какая-нибудь, которая водится в этом паршивом замке».
Но с этим девушка в силах справиться. Просто отрежет голову крысе и всё. Или заколет ее. Что она, крыс не видала что ли?
Мария уже занесла нож для удара, когда из-под покрывала раздался громкий двукратный чих, а после этого блондинка увидела, как это серое покрывало подпрыгнуло на месте сантиметров на пятьдесят в высоту и снова шлепнулось на пол, ойкнув.
Крысы не чихают и уж точно не ойкают! Во всяком случае, Мария ни разу о подобном не слышала. Нечисть вроде тоже не склонна заниматься прыжками. Так что же не так с этим странным покрывалом?
Мари сделала шаг вперед, наклонилась и резко схватила кусок серой материи. Под ней оказалось маленькое существо где-то метр ростом, очень похожее на человека. На существе были грязная красная рубашка и коричневые штаны. На ногах – сандалии. А еще у существа были большие зеленые глаза, чуть ли не в пол-лица и очень спутанные волосы цвета соломы.
- Ты кто? – спросила Мария, сжимая нож.
Никогда прежде девушка не видела ничего подобного и теперь была очень удивлена, с любопытством разглядывая своего внезапного соседа. Существо подняло на нее глаза, зевнуло и ответило:
- Я – Кузя.
- Кузя? – переспросила Мария, не опуская нож.
- Кузя, - подтвердило существо. – Кузя – домовой.
- Домовой, - задумчиво повторила девушка, стараясь припомнить всё, что ее няня рассказала о домовых. Не так уж много, но кое-какая информация всё же сыскалась.
- Но домовые старые, - сказала Мари, озвучив то, что выдала ей память. Да и глаза скорее говорили ей о том, что представшее перед девушкой существо больше напоминает ребенка, чем старика.
- А я молодой, - ответил домовенок. – Я еще маленький. Мне только двести тридцать четыре года.
- Да уж, маленький, - усмехнулась Мари, опустила оружие, и села на покрывало.
- По меркам домовых маленький, - сказал Кузя и снова чихнул.
- Не успел вступить в должность, а уже нарушил инструкцию, - покачал головой Борислав.
Молодой страж Света промолчал, ожидая, что будет дальше.
- Ладно, - произнес главный светлый страж. – В правиле есть кое-какие исключения. Будем считать, что твой случай как раз подпадает под эти исключения.
Давид улыбнулся.
- Спасибо, - сказал он. – А как вообще обстоят дела? С темными стражами, я хочу сказать.
- Так же, как и всегда, - ответил Борислав. – Хорошего мало. Поэтому когда завтра приступишь к выполнению задания, постарайся сделать так, чтобы избежать встречи с темными стражами.
- А кто сильнее злобствует: Ягромир или Луиз?
- Да они оба – не подарки, - отмахнулся глава Света и закинул в рот виноградину. – Что от того неприятности, что от другого.
- Значит, они активно портили нам жизнь в последние двадцать лет? – уточнил Давид.
- Почему двадцать лет? – не понял Борислав.
- Вы сказали, что последние двадцать лет были для вас напряженными, - пояснил черноволосый страж. – Я решил, что речь идет о темных стражах.
- Ну, не без этого, конечно, - согласился глава стражей Света. – Но кроме них теперь еще появились повстанцы.
- Вы обещали мне о них рассказать, - заметил Давид. – Я по правде не помню ничего подобного сто лет назад. Откуда они взялись? И вообще что это за повстанцы?
- Дети из Подземного Города, - ответил Борислав. – Ты знаешь, что в Подземном Городе есть приют для сирот?
- Там есть сироты? – удивился Давид.
- Вот об этом я и говорю, - ответил глава Света. – Раньше не было. А если появлялись, то это были единичные случаи. А вот двадцать с небольшим лет назад сирот стало настолько много, что пришлось открыть приют. Вот оттуда и появились наши маленькие повстанцы.
- Что за повстанцы? Что им надо? – нахмурился Давид.
- Я тебе объясняю – дети! Мальчишки из приюта. Решили немного с нами поиграть, чтобы заполучить наш дом, - тут Борислав оглядел стены своего кабинет, - и, кажется, немного увлеклись. Пробираются в замок, воруют оружие, дерутся с нами.
- У них наверняка есть заводила, который на все это настраивает остальных, - высказался Давид. – Если его убрать, то и остальные не станут ничего делать.
Борислав ухмыльнулся.
- Заводилу мы поймали пару часов назад, и сейчас она сидит у нас в темнице, - заметил он. – Если тебе любопытно, можешь сходить и посмотреть на нее.
- Хорошо, - Давид поднялся, сделал несколько шагов по направлению к двери и замер. Затем светлый страж медленно обернулся и посмотрел на начальника.
- Простите, академик, - сказал он. – Мне не послышалось? Вы сказали «она»? Она сидит у нас в темнице?
Начальник светлых стражей улыбнулся.
- Нет. Тебе не послышалось, - подтвердил он. – Я сказал «она».
- Мальчишками руководит девчонка? – переспросил Давид.
- Представь себе, - кивнул Борислав.
- Но это невозможно!
- В словаре стража не должно быть такого слова, - отозвался глава Света и откинулся в своем кресле.
Давид кивнул с виноватым видом и подошел обратно к стулу, на котором сидел до этого.
- То есть простая девчонка сколотила команду из мальчишек? – переспросил Давид.
- Думаю, что если бы она была простая, то вряд ли смогла бы подобное сделать, - отозвался главный светлый страж.
Черноволосый страж был вынужден согласиться со своим начальником: посредственности редко добиваются успеха.
Борислав порылся среди бумаг на своем столе и вынул откуда-то фотографию предводительницы повстанцев. Затем он протянул ее Давиду. Черноволосый страж присел обратно на стул и взглянул на фото.
- И красивая же девочка! – заключил Давид, разглядывая лицо предводительницы повстанцев. – Как такое возможно? Я еще понимаю, когда в драку лезет мальчишка, но чтобы такая милашка?!
Молодой страж протянул фото обратно Бориславу.
- О чем только ее родители думают? – покачал головой Давид.
- В том-то и дело, Давид, что у Марии нет родителей, - сказал он. – Она – такая же сирота, как и прочие повстанцы. Она так же, как и они, выросла в сиротском приюте.
- А где же ее родители? – спросил Давид.
- Ее мама Надя умерла, когда Мария была маленькой крошкой, а отец… - Борислав замолчал.
Черноволосый страж ждал, что глава Света скажет дальше.
- Давай ты вначале повторишь все инструкции и Устав, необходимый стражу-хранителю, а потом если что мы вернемся к этому разговору, - закончил Борислав.
Давид спорить не стал, хотя и был несколько удивлен тем, что разговор завершился именно так, да еще и с такой скоростью. Светлый страж молча направился в библиотеку – освежать свою память перед новым трудовым днем.
Борислав некоторое время еще провел в своем кабинете, размышляя кое о чем, но потом все же отправился на поиски своего первого заместителя.
- Сколько это будет продолжаться? – спросил Вячеслав, отойдя от золотого сфинкса на подставке.
За день до полнолуния сфинкс оживал и бродил по замку. Его прогулка была вчера, и теперь он спокойно стоял на подставке в зале Хранилище артефактов светлых стражей. Зал был большой и просторный, с высокими потолками и большими окнами. Артефакты были расставлены в нем хаотично, с точки зрения человека, но ни один страж не путался и не терялся, когда гулял по Хранилищу.
- О чем ты, Слава? – спросил глава светлых стражей, разглядывающий перо, которое давало озарение на полгода всякому, кто написал им более ста тысяч слов.
- Я об этой вздорной девчонке, - пояснил Вячеслав. – Мы ловим ее уже не в первый раз. Но дальше головомоек за ее выходки дело не идет. Долго это будет продолжаться?
- Долго ли мы еще будем ее ловить? – переспросил Борислав.
- И это тоже, - кивнул Вячеслав.
- Думаю, что до тех пор, пока девочка и ее друзья не бросят своего увлечения пролезать сюда ночью и что-нибудь тащить, - со всей логичностью отозвался глава светлых стражей.
- Сколько ты еще предлагаешь это терпеть? – уточнил Вячеслав.
Борислав как-то неопределенно повел плечами.
- Или предлагаешь дождаться, когда она прибежит сюда с мечом в руках и затеет серьезную драку?
- Я надеюсь, что до этого не дойдет, - честно признался глава светлых стражей.
Вячеслав не выдержал и закатил глаза.
- Хорошо, Боря, - кивнул он. – Давай зайдем с другой стороны: сколько ты хочешь продержать ее в тюрьме?
Борислав вздохнул.
- К сожалению, я еще не успел поразмыслить над этим вопросом, - признался он. – Я как раз собирался этим заняться, когда меня вдруг призвал Давид. Их время уже пришло, а я совсем и позабыл об этом. Луиз с его постоянными пакостями и задираниями, совершенно не давал мне вернуться мыслями к Давиду и его миссии. А между тем у нас уже и мальчик повзрослел.
- Ты о Никите?
Борислав коротко кивнул.
- Да, Луиз всегда был пакостником, да и сейчас старается придумать, чем бы еще нам досадить и испортить жизнь, - поморщился Вячеслав. – Одного только не пойму, как он до сих пор стоит во главе Тьмы. Там ведь есть кандидаты и получше.
- Ягромир, например? – посмотрел на своего коллегу Борислав.
- И Ягромир тоже, - согласился первый заместитель главы Света.
- Да, Ягромир - лучший воин Тьмы, с этим не поспоришь, - признался главный светлый страж. – Но может это и хорошо для нас, что сейчас всем заправляет Луиз. Он, по крайней мере, слишком труслив, чтобы объявить нам открытую войну. А так дело ограничивается мелкими стычками.
- Тут объявляй войну или не объявляй, все равно темные не упустят своего шанса, чтобы извести побольше наших, - согласился Вячеслав. – А здесь еще эта воительница выискалась… Может подержим эту маленькую мерзавку в тюрьме подольше, чтобы у повстанцев не было вожака и они хоть немного посидели смирно?
- Как ты ее называешь, Слава! Не ожидал от тебя! – воскликнул Борислав. – Ты же – не Нестор.
Вячеслав усмехнулся.
- То есть, чтобы я мог так называть эту непослушную Машку, мне тоже надо завести роман с русалкой? – спросил он.
- Нет, - улыбнулся Борислав. – Просто я думаю, что это непозволительное высказывание для стража Света. Тебя просто раздражает то, что эта девочка увлечена отнюдь не женскими занятиями. Что в свои семнадцать лет она довольно сносно владеет мечом и сумела своим боевым искусством уложить на обе лопатки нескольких твоих лучших учеников, а затем ускользнуть целой и невредимой.
- Признаюсь – да, - не стал возражать Вячеслав. – Мне не нравится увлечение Марии. Как и не нравится то, как далеко ты готов дать этому зайти. Сегодня вон даже и Теодор пострадал. По-моему, Мария даже сломала ему нос.
- Янга это быстро поправит, - отозвался Борислав. – И потом, даже если мы запрем ее здесь на подольше, неужели ты думаешь, что друзья Марии не попытаются освободить ее? Что они не прибегут к ней на помощь при первой же возможности? Мы уже не раз с тобой убеждались в том, что они – ребята не робкого десятка. Хотя совсем не стражи, а простые люди.
- Зато Мария – непростая, - сказал Вячеслав. – По крайней мере, ты так считаешь.
- Я этого не исключаю, - заметил академик. – Факты говорят за это, но мы не можем знать наверняка. Но сейчас у нас хватает забот и без нее. Теперь, когда Никите уже семнадцать…
- Ты все же решил оставить Давида с ним?
- Да, Давид присмотрит, - сказал глава светлых стражей.
- Присмотрит, - повторил Вячеслав. – Он умеет присматривать! А как же задание? Мне кажется, он не сможет делать два дела одновременно.
- Сможет, - ответил Борислав.
- И все равно, я считаю, что доверить Давиду столь ответственную миссию… Он же самый бестолковый страж в нашем замке!
- У тебя, Слава, предвзятое к нему отношение. Он же объяснил нам, как все было, и потом он не специально нанес тогда замку этот урон…
- Не специально?! Да ползамка лежало в руинах. Хорошо, что Хранилище не пострадало. А сколько мы времени потратили на восстановление… Давид сам не может толком ничего сделать. Даже в самом простом задании начудит так, что в пору за голову хвататься.
- Не говори так. У всех бывают неудачи.
- Но не все неудачи имеют серьезные последствия, - Вячеслав подошел к камню, в который был воткнут меч.
Меч был вроде и простым, но все знали, что это один из самых мощных артефактов. Никто бы не принял его за таковой, если бы не надпись на лезвии «Харламов». Говорили, что это тот самый меч великого магистра, который вдруг перенесся сюда и воткнулся в этот камень сразу после исчезновения великого светлого стража. Это был один из самых сильных артефактов в мире. Обладатель этого меча становился непобедимым, не говоря уже о других, не менее важных магических свойствах артефакта, которые могли здорово облегчить жизнь своему хозяину.
Но при всем при этом Меч Харламова был очень своенравен и далеко не каждый мог к нему просто прикоснуться. Пытались-то все, но даже подержать его смогли не многие – так сильно это не нравилось Мечу.
И вот теперь, стоя перед камнем, Вячеслав вспомнил, как ему обжог руку этот меч. Ощущение было неприятное и довольно болезненное.
- Ты не прав, - повернулся он к своему товарищу. – Я так считаю. Уж кому-кому можно было доверить эту миссию, но только не Давиду.
- Почему? – не понял Борислав.
Он тоже подошел к камню и поглядел на меч.
- Харламов с тобой! – воскликнул Вячеслав. – Он же не просто побрякушку будет искать, а артефакт! Возможно, не менее сильный, чем этот, - указал глазами Вячеслав на Меч Харламова.
- Не менее, - согласился Борислав. – Я даже думаю, что почти такой же силы, как этот. Давид будет искать Перстень Харламова. Волшебное кольцо, которое по нашим сведеньям должно быть где-то на Земле.
- Вот я и говорю…
- К чему все эти споры, Слава, - поднял руку глава стражей Света. – Решение уже принято. Давид будет искать Перстень Харламова. Это его миссия. Если ему удастся найти его, то он, я думаю, реабилитируется в твоих глазах.
Вячеслав кивнул, но сомневался, что это «если» наступит с учетом личности Давида.
- А вообще мне трудно одному усмотреть за всем. Для чего же еще нужны помощники? Ты ведь мне поможешь?
- Разумеется, - ответил Вячеслав.
- Вот и славно. Разделение труда – полезная вещь.
- А что будем делать с девчонкой? – спросил Вячеслав.
- Вот и реши, - предложил Борислав. - Я займусь Давидом и Никитой. А ты прими решение, что делать с Марией. Утром скажешь, что решил.
Академик Борислав развернулся на каблуках и зашагал прочь из Хранилища с довольной улыбкой на устах.
- По-моему, ее нужно отшлепать, как следует! – крикнул вслед главе стражей Света Вячеслав. – И вообще воспитанием девчонки следовало заниматься раньше!
Вячеслав обернулся, но в Хранилище, кроме него, уже никого не было. Сереброкрылый страж покачал головой, усмехнулся, поправил очки и телепортировал в свою комнату. Ладно, он сам разберется с Марией!
Глава 4 Побег из Хранилища
Мария схватилась за ножны чисто инстинктивно. Автоматически. Меча у нее не было. Нестор отобрал его. Если бы он так не торопился на свидание со своей любимой русалкой, то глядишь, и про ножны бы не забыл. А так они остались у блондинки. Но что было с них толку?
Девушка вскочила на ноги и прижалась спиной к решетке. Быстрым движением руки она достала спрятанный в сапоге нож, который стражи не додумались у нее поискать из-за неразберихи с портретом Харламова, и приготовилась, при необходимости нанести удар.
Покрывало на полу продолжало шебаршиться и издавать непонятные звуки.
«Крысы» - решила Мария. – «А может что похуже. Нечисть какая-нибудь, которая водится в этом паршивом замке».
Но с этим девушка в силах справиться. Просто отрежет голову крысе и всё. Или заколет ее. Что она, крыс не видала что ли?
Мария уже занесла нож для удара, когда из-под покрывала раздался громкий двукратный чих, а после этого блондинка увидела, как это серое покрывало подпрыгнуло на месте сантиметров на пятьдесят в высоту и снова шлепнулось на пол, ойкнув.
Крысы не чихают и уж точно не ойкают! Во всяком случае, Мария ни разу о подобном не слышала. Нечисть вроде тоже не склонна заниматься прыжками. Так что же не так с этим странным покрывалом?
Мари сделала шаг вперед, наклонилась и резко схватила кусок серой материи. Под ней оказалось маленькое существо где-то метр ростом, очень похожее на человека. На существе были грязная красная рубашка и коричневые штаны. На ногах – сандалии. А еще у существа были большие зеленые глаза, чуть ли не в пол-лица и очень спутанные волосы цвета соломы.
- Ты кто? – спросила Мария, сжимая нож.
Никогда прежде девушка не видела ничего подобного и теперь была очень удивлена, с любопытством разглядывая своего внезапного соседа. Существо подняло на нее глаза, зевнуло и ответило:
- Я – Кузя.
- Кузя? – переспросила Мария, не опуская нож.
- Кузя, - подтвердило существо. – Кузя – домовой.
- Домовой, - задумчиво повторила девушка, стараясь припомнить всё, что ее няня рассказала о домовых. Не так уж много, но кое-какая информация всё же сыскалась.
- Но домовые старые, - сказала Мари, озвучив то, что выдала ей память. Да и глаза скорее говорили ей о том, что представшее перед девушкой существо больше напоминает ребенка, чем старика.
- А я молодой, - ответил домовенок. – Я еще маленький. Мне только двести тридцать четыре года.
- Да уж, маленький, - усмехнулась Мари, опустила оружие, и села на покрывало.
- По меркам домовых маленький, - сказал Кузя и снова чихнул.
