***
– Шуметь тут собралась. Я ей сейчас!
– Успокойся Кевен. Ну подумаешь очередная сумасшедшая. Видимо, что-то ей попало в лёгкие, надышалась, поверила, что у себя дома. Сам не помнишь, как любил вот так утром выглянуть и заорать. Да так, что все обитатели замка переворачивались в своих постелях, проклиная твою любовь рано вставать.
Два бесплотных духа плавали вокруг девушки, застывшей в немом крике. Один протянул облачко тело и не давал выйти наружу звук крика. Другой пытался развеять заслон, но у него ничего не получалось.
– Кевен! Уймись. Хочешь, чтобы снова сюда понаехали странные люди. С приборами, светом, дымом. Помнишь, сколько наших исчезло в тот раз? Я не хочу менять место, мне нравится этот замок. И мне нравится слушать рассказы этого гида. Нравится впитывать мысли и переживания этих людей.
Кевен посмотрел на друга и неохотно убрал руку, давая выход сдерживаемому крику Шайлы.
***
– А-а-а-а-а-а, – голос прорвался, как сквозь завесу.
Шайла испугалась звука и пошатнулась. В последний момент её удержал мужчина, один из туристов.
– Осторожнее, девушка. Отойдите подальше от окна.
Шайла прижалась к стене, пытаясь успокоить биение сердца.
Оберег, подаренный Бойдом, вибрировал, пульсировал то теплом, то огнём, то обжигающим холодом. Шайла прикоснулась к нему и почувствовала, будто пёс с браслета лизнул её своим мягким розовым язычком.
– Шай, ты в порядке?
Голос подруги, как мангит, вытянул из тумана, Шайла заморгала, возвращаясь в реальность.
– Кили, прости, что я тебя сюда притащила. Вижу, что гид не вдохновил? – помотала головой, встряхнулась и отошла от разрушенного временем каменного проёма.
– А сама? Аж чуть с окна не бросилась.
Подруги расхохотались, вызвав гневные взгляды посетителей.
– Слушай, может, пройдёмся по замку?
Предложение Кили отражало мысль, пульсирующую в голове Шайлы «найди, не упусти шанс». Девушки, стараясь не привлекать внимание, ушли вглубь замка. Но их остановил охранник.
– Куда это вы?
– Мы заблудились, – попыталась отшутиться Кили.
– Одним гулять запрещено. Опасно, – заученно отреагировал мужчина.
Шайла захлопала ресницами и заговорила сбивчиво:
– Мне очень нужно найти. Это важно. Идёт исследование.
Но ни одна фраза не действовала. Мужчина продолжал строго смотреть на нарушительниц.
– Аерн, девушки ко мне, пропусти.
Старец с длинной бородой и скрипучим голосом, положил руку на плечо охранника и подмигнул девушкам.
Шайла замерла. Картинки из снов замелькали. Старец в белом балахоне. Машет ладонью. Улыбается, раскрывая беззубую челюсть, вытирает окровавленные руки. Движения сопровождает хохот, дрожание стен от скандирования толпы. Тот же старец, обнимает и поддерживающе хлопает по спине.
– Ты идёшь или как?
Кили снова вывела Шайлу из ступора.
– Меня зовут Нис, – начал разговор старец. – Я редко выхожу из своей кельи, как не пытаются ученики перевезти меня в более уютные апартаменты.
Шайла включилась, чувствуя, что услышит что-то важное.
Нис плёл историю мягко и завораживающе, в отличие от гида. Шайла достала блокнот и позволила карандашу рисовать не озвученные мысли и образы, Кили же ушла снова в смартфон.
– Много великих людей жили в этом замке. Мы, хранители, передаём истории из уст в уста. Назовите слово, имя и услышите рассказ о его жизни.
– Кевен, – недослушав, выпалила Шайла и вздрогнула от рыка пса с оберега.
Старец, не мигнув глазом, прошёл к стене и достал из сундука свиток.
– Необычный парень. Из слуги захотел выбиться в люди. Ему почти удалось. Очень доверчивый был малый. Однажды это подвело.
Пёс вновь зарычал, укусил, царапнул когтем. Шайла ойкнула и сорвала оберег.
***
Вечером в номере, Шайла рассматривала рисунки после экскурсии и краем уха слушала взволнованные уточнения Бойда:
– Меня тут напугала библиотекарь. Схватила за рукав, закатила глаза и приказала: «пусть не снимает браслет». Ты же носишь оберег?
Шайла кивнула, потирая пустую руку. Когда она его сняла? И где он сейчас?
Глава 8
Прошла неделя – больше половины времени десятидневной командировки. Кили бегала по интервью, Шайла – на встречи к старцу Нису, а Бойд ждал наступления вечера, чтобы пообщаться с милой сердцу, хотя бы через экран гаджета. Вот только разговоры проходили не так, как он ожидал.
– Шай, расскажи, как прошёл день? Что ещё тебе открыла твоя любимая Ирландия? – задавал он вопрос, который Шайла хотела услышать.
– Я всё больше влюбляюсь в эту страну! – откладывала в сторону планшет, показывая другу не себя, а безликий потолок гостиницы. – Но одно дело книги, и совсем другое рассказы Ниса. Это чудо, я окунаюсь в события, легенды, переживания.
– И какая тебе запомнилась больше всего?
Бойд пытался проявить внимательность и ловил момент, когда лицо Шайлы мелькало перед камерой.
– Ты знаешь, что у Морриган – богини войны был сын. Он так её разозлил, что она стёрла любое упоминание о его существовании.
– А Нис нашёл тайные знания?
Шайла почувствовала подвох или упрёк в реплике и буркнула:
– Ты меня не понимаешь!
Ну да, как понять её или как показать, что хочешь понять? Если она не смотрит на него, находит любой предлог прервать разговор.
– Шай, может быть мне перестать звонить?
Вопрос застал её врасплох. Шайла посмотрела на планшет, повернула его к себе. Там на другом конце парень, завороживший её в библиотеке. Но расстояние разрушило магию, связь. Ну блондин, ну голубые глаза. И что? Он не в Ирландии, а, значит, чужак. Но рука, как самостоятельная часть тела, потянулась тумбочке, достала браслет. Щёлк. Оберег обнял запястье, завибрировал, словно украшение-пёс завилял хвостом, радуясь возвращению хозяйки. И тут же восприятие Шайлы поменялось. Ведь это Бойд, её Бойд – первый парень, который не осуждал увлечение чужой страной, любил пыль библиотечную.
– Прости, я...
Бойд улыбнулся и коснулся экрана губами.
– Не говори ничего, давай поболтаем о погоде, облаках и, конечно, легендах. Так, что там за сын был у богини?
– Да не его, лучше расскажи что-нибудь ты.
Шайла всматривалась в мимику, микродвижения и понимала, что тонула, что скучала и так хотела сейчас оказаться с ним рядом. А он говорил, говорил, о том, как не пишется, о библиотекаре, как она ворчит и спрашивает, как поживает постоянная посетительница.
– Не знаю почему, но каждый раз, когда я ухожу, прощается фразой: "Обрег появляется не просто так, если пёс признал, то не выгоняй".
– Да, любит Сабина загадки, – Шайла неосознанно погладила браслет и тот замерцал, согревая и как бы массируя запястье.
Впервые за неделю разговор затянулся, отключив звонок, Шайла ещё долго смотрела на экран, гладила фотографию и не услышала, как открылась дверь, впуская задержавшуюся на очередной встрече Кили.
– Блин, вот меня вымотали, я набрала интервью, мне кажется, на год вперёд. А ты чего тут зависла? У старика была снова? – села на край кровати подруги, и заметила, как из сумки, спрятавшейся в тени комода, торчит серебристая ручка. – Уж ты что это? Зеркало? Прикольное, какие узоры, а ощущения.
Шайла наклонила голову и взгляд сфокусировался на предмете, в ушах зазвучал бархатный голос Ниса и она как учитель пояснила подруге:
– Это кельтское зеркало. Символ статуса. И волшебство, которое не понимали. Не поняла, зачем мне вручил его Нис.
– Слушай! – Кили перемещала древний артефакт, наблюдая, как меняется её собственное отражение в зависимости от того, как падает свет, какой антураж появлялся на заднем фоне. – А давай погадаем? Сейчас, я слышала какой-то Самайн идёт. И я в отличие от тебя ещё не встретила суженного, может, это твоё зеркальце мне его покажет?
Кили ходила по комнате, кружилась, подпрыгивала, включала и выключала большой свет. Зажгла фонарик и забормотала слова на неизвестном языке, по мелодичности, напоминающих заговор. Шайла смотрела, смотрела на подругу и поддалась магии любопытства, подошла со спины и заглянула в зеркальную поверхность. И серебристая гладь словно считала новой зрительницы, прорисовывая мужской силуэт. Он подошёл ближе, коснулся преграды. Помахал рукой, подмигнул и улыбнулся, показывая кривые, гнилые зубы.
– Ох, ё, – Шайла вздрогнула и зажмурилась.
– Ты чего? Что-то увидела? Красавчика или уродца?
– О, нет! Я в это не играю, – попыталась Шайла сбежать в ванную комнату.
Но Кили как хищник, учуявший добычу, схватила подругу за плечо и заставила снова посмотреть в зеркало. Но Шайла закрылась руками, мотала головой.
– Отстань. Не хочу ничего. Ну, пожалуйста! Верни завтра это зеркало Нису и скажи, что я больше не приду.
Пёс на обереге лизнул Шайлу. А вот мужской силуэт внутри древнего артефакта разозлился и по серебристой поверхности пробежала трещина.
***
Зеркало. Огромное на всю комнату. Внутри него мужской силуэт, он приближается и стучит, но его оттягивает обратно в темноту. Он вырывается, кричит, врезается словно в стену, падает, цепляется ногтями за землю, упираясь локтями, коленями, пальцами ног. Как может сопротивляется притяжению ужаса за спиной.
А Шайла проходит мимо, оборачивается, когда силуэт исчезает. Запускает пальцы в распущенные волосы, поправляет падающую на глаза чёлку, рассматривает лицо, не появились ли первые морщинки и отворачивается. Ровно в тот момент, когда зазеркальный беглец проявляется на серебристой поверхности.
Хрясь. В центре зеркала появляется точка. Силуэт по ту сторону замирает. А точка ручейком бежит вниз, оставляя за собой след-трещину. Звук разрывающихся зеркальных тканей, нарастает и усиливается боем в бойрана.
Трумс-тируамс-тремся-повилемс.
Шайла прикладывает палец к серебристому ручейку, пробегается от истока по каждой извилине, а с той стороны, тот же путь повторяет мужчина. Он шепчет. Но Шайла не слышит. Он давит сильнее на трещину и Шайла отскакивает, трясёт пораненный палец и наконец встречается взглядом с тем, кто находится в заточение в зазеркалье. Он улыбается, открывая гнилые зубы, прикасается к области сердца, кланяется, посылает воздушный поцелуй, приближается... И зеркало начинает плавиться, стекает серебристыми капельками, впуская в этот мир...
– Шай! Проснись. Ты орёшь так, что всю гостиницу перебудишь.
Кили хлопала её по щекам, тормошила, принесла уже воды и спрыснула, а, увидев покрытые туманной плёнкой глаза подруги, сама взвизгнула.
Шайла вжалась в Кили, как в любимую бабушку, когда просыпалась вот так среди ночи от кошмаров.
– Я устала, хочу домой, – прошептала она.
Но о каком доме шла речь? Вернуться в съёмную квартиру к работе художника, курьера и быть рядом с Бойдом или съездить в скромную халупку бабушки, хоть она уже год, как ей не принадлежит.
Кили пробежалась пальцами по волосам подруги, расправила плечи, вспоминая сеансы свои у психолога. Плавно, тягуче заговорила, подбирая каждое слово:
– Шай, это просто сон. Ну? Расскажи, о чём он и его магия тут же пройдёт, – подождала секунд пять, не получила ответа, попробовала по-другому зайти. – Любой сон – это лишь игра подсознания. А ты попала в страну мечты! Познаёшь её за двоих – несешь серьезный груз, вот и выплеснула на тебя придумывалка твоя что-то страшное.
Шайла всхлипнула и прижалась к Кили ещё сильнее.
– Хочешь, я сегодня никуда не пойду? Погуляем не по замкам, а по обычным улочкам, познакомимся с местными.
Вот она настоящая подруга, жертвует ради неё всем, Шайла вытерла слёзы и улыбнулась, считывая такие привычные чёртики в карих глазах Кили.
Собирались недолго, спустились к такси и вразнобой попытались объяснить водителю, чего хотят:
– Нам бы просто развеяться.
– Покажите что-то необычное.
Таксист, бывалый в таких делах, ухмыльнулся.
– Вы вовремя решили прогуляться. В наших краях начинают отмечать Самайн. Я свожу вас к тем местам, которые обычно туристам не показывают.
Остановка первая.
Небольшая ферма. Группа людей собралась на золотистом поле. К столбу привязан огромный, по меркам девчонок, бык. Возле него мужчина в маске и странной одежде, похожей на одеяние шамана. Резкий взмах руки и бык упал, забрызгав кровью собравшихся.
Шайла вскрикнула. Кили же отреагировала спокойно:
– Всего лишь жертвоприношение. Подумаешь, – взяла подругу под руку, подвела к машине и спросила у водителя: А что-то поинтереснее покажете?
Таксист ухмыльнулся и повёз девушек дальше.
Остановка вторая.
Лес. Неплотный. С тропинками и просветами, в нём дышалось и ощущалась жизнь каждой мелкой букашки и чирикающей пташки. И в него заходила вереница людей. В выцветших балахонах со свечами в руках, создавая такую игру бликов, что театр теней мог позавидовать.
– И что там? Кому-то будут молиться? – съязвила Кили, хлопая дверью машины.
– Просто проследуйте за ними, – прошептал водитель. – Но не подходите близко, если не хотите, чтобы они вас пригласили к забаве.
Кили пожала плечами и поспешила за группой людей. Шайла же задержалась. На пару мгновений. Потёрла оберег и, только почувствовав вибрацию пса, словно получив одобрение, последовала за подругой.
Девушки подошли к кромке леса.
– Что ты задумала? – схватив руку Кили, спросила Шайла.
– Не дрейфь, посмотрим издалека и уйдём, – подмигнула и приклеилась к стволу дерева, выглянула, убедилась, что её не заметили, перебежала к следующему, обернулась и жестом предложила подруге повторять её действия.
Но Шайла не могла так. Захватили запахи, звуки, это же целый мир! Мурашки щекотали ей кожу, сердце сбивалось с ритма. Хотелось задержаться, прижаться к стволу, услышать его, почувствовать энергию, жизнь, страх и желание объять необъятное. Шайла просто дышала. Глубоко. А кислород, слишком чистый для городской жительницы, пробирался сквозь туман загазованности и… Вызывал галлюцинации?
Слева от Кили появился мужчина. Чуть ниже ростом. Или показалось из-за расстояния. Улыбается, машет рукой и что-то шепчет. Шайла прищурилась, шагнула вперёд и смогла прочитать по губам:
«Не бойся, я, Кевен, буду тебя защищать. Это всего лишь забава. Но, если что, помни, я рядом».
– Что за чёрт? – Шайла зажмурилась и попыталась прогнать видение. – Почему именно это имя? Наслушалась рассказов Ниса про амбициозного паренька?
А тот прижал палец к губам и растворился. А девчонки погрузились в спектакль.
Тени. Танцы. Песни. Огромные костры трещали, не задевая деревьев, и пели какие-то древние, проникающие в глубь души песни. Ритмично. Вокруг них плясали люди. Не разобрать мужчины то или женщины. Всё смешалось в языках пламени.
Шайла и Кили не отрывались, они сами стали частью этого танца, двигались, повторяя движения людей в балахонах и шагнули за ними. В очередь. Прыгать через огонь. Вот только не следили они за всей картиной. Не каждый справлялся, через одного, а то и двоих – силуэты вспыхивали и искрами разлетались по лесу. А костёр разгорался, благодарил за питание.
Шайла почувствовала жар огня и словно очнулась, рядом покачивал головой испуганный Кевен. Она схватила за руку Кили и спряталась за ствол дерева.
– Блин… Скажи, что мне это только кажется?
– Ты чего? – Кили пыталась вырваться и пойти обратно, в очередь к оранжевому прожоре.
– Ну, посмотри же! Разве ты не замечаешь? Некоторые люди растворяются в огне?
– Шай, ты меня начинаешь беспокоить. Это просто игра. Люди делают вид, что прыгают в огонь. Всё в порядке.
