Пересечение вселенных. Трилогия

Чтобы всё это вышло на поверхность и стало понятно даже тому, кто их произносит, должно родиться слово. Например – имя. Ребёнок не знает, что он существует, не выделяет себя из окружающего мира, пока мать не назовёт его. Например – Фиа…»
       Продолжая нанизывать философские размышления, Оуэн добрался до стаи, подкрепился планктоном и, вернувшись, сел на свой любимый камень.
       Он с удовольствием наблюдал за суетой морских обитателей у своих ног. Мимо курсировали стаи разноцветных рыб. Крабы прокладывали куда-то только им известные маршруты. Мальки доверчиво пробирались под его щупальца, вытаскивая мелкие растения. И родители, с рассеянным видом курсируя неподалёку, даже не останавливали их – этот гигант-спрут был безопасен.
       Марселло, плавающий неподалёку в виде рыбы-попугая – уж очень ему хотелось лично убедиться, что всё в порядке – поглядывал на него одним глазом.
       «Юрий беседовал с Оуэном на самые разные темы. А у меня столько вопросов… - появилась у него крамольная мысль – квинтэссенция неких зародившихся в его микро-молекулярных схемах образов и желаний. – Может, со временем, и я смогу их ему задать. И пофилософствовать вместе?»
       Конец романа