Все, называющие себя таковыми, были жуликами и шарлатанами, наживающимися на чужой беде. Много таких рекламировало себя в изданиях, где она работала. А если и были настоящие – хотя и в этих она не верила, то все они толкутся возле власть имущих. И так хорошо прикормлены, что не нуждаются ни в рекламе, ни в и признании масс.
- Ну, Инна так Инна – хоть как назовись! Будем знакомы, Инна! – усмехнувшись, проговорила Соня вдруг.
И Инна, сделавшая подошедшему официанту заказ, недоумевающе приподняла голову.
- Что? – переспросила она.
А Настя растеряно посмотрела на Соню. Мол – не поняла?
А та равнодушно продолжила:
- Таким, как ты, не обязательно представляться по-настоящему? Зачем? Твоё истинное имя я знаю. Да ты и ты тоже. Не правда ли?
«Что за дешёвые трюки?» – недоумевала Инна.
А вслух сказала:
– Меня на самом деле зовут Инна Владимировна. Фамилия – Самохина!– И агрессивно спросила: – Вы шарлатанка? Извини, Настя! – проговорила она, глянув на ту.
Настя лишь, молча, переводила растерянный взгляд с одной на другую.
- Я правду говорю! При рождении у тебя было другое имя! – отмахнулась Соня. – Хочешь, скажу его? – И, наклонившись, что-то прошептала ей в ухо. Инна побледнела. – Говорить вслух не буду, и ты никому его не называй! – А потом, пристально глянув той в глаза, воскликнула: – Так вот в чём дело! Вижу, другое имя тебе твоя бабка дала, когда в другом селе метрику выписывала. Она не из простых людей была. Родители потом зря с ней скандалили! Она сменой имени, по традиции, защиту тебе дала. Чтобы ведающие не имели доступа к твоей силе. Хотя некоторым из нас и имя знать не нужно, – усмехнулась она. – Да жаль, что потом и она дальше дар закрыла.
- К-как вы узнали о замене имени? – растерялась Инна. – Это известно лишь маме да отцу. Но он умер, а мама только недавно об этом вспомнила. Из каких таких непростых была моя бабушка? Она, точно, не была дворянкой. И особой силой не отличалась.
У неё в голове всё перепуталось. И кто такая Соня, которая видит прошлое? Неужели действительно ясновидящая?
- Проехали! – заявила та. – У меня мало времени, чтобы и твою родовую эпопею разбирать! Кстати, сила и твоя, и бабкина – ведовская!
«Оба-на! – стукнуло в голове у Инны. – Я ведьма?»
– Давайте – к делу! – меж тем потребовала Соня. – Рассказывай свои мистические истории, да я пойду. Некогда мне!
Инна, потрясённая таким началом беседы, панически вспоминала – что там было в Москве-то? Всплывало всякое: фальшивая улыбка Галины, её сумка под ногами, мумификация в джипе, глаза Алексея первого в зеркальце заднего вида, Митинский рынок...
- С чего бы начать? – проблеяла она, пытаясь встроить, наконец, в свои воспоминания мистических собак и провал времени в метро. – Н-ну, на Подбельского я…
Соня, внимательно наблюдавшая за ней, внезапно отмахнулась:
- Не надо мне рассказывать! Я всё сама знаю! А ты, – покосилась она на Инну, перед которой официант уже расставлял блюдо с пирожными и чашки с кофе, – если ошибусь, дополнишь, – усмехнулась она. - Хорошо? – Инна растерянно кивнула. Как это «сама»? Неужели она знает и то, что с ней в Москве было? – Вот и ладненько! – подмигнула Соня Насте.
- Итак, по пунктам, девочки! – сказала она, берясь за чашку с горячим кофе. – Во-первых, дорогая, про твоих … ну, пусть - поклонников. Алексеи – первый и второй, Вазген. – И повертела в воздухе рукой, будто ища что-то. – Они не так уж и плохи, просто ты их до ручки довела своими чарами! – хмыкнула она
- Я? Чарами? – удивилась Инна.
Она привстала - ей хотелось сейчас же уйти. Что эта Соня себе позволяет? Почему у неё такой осуждающий тон? Но названные ею имена её… поклонников, удержали Инну на месте.
- Сядь! Я не всё ещё сказала! – прикрикнула Соня. И Инна опустилась на место. – Да – твои чары! Ты напрасно на них злишься! Это было вовсе не нашествие влюблённых дураков! Думаешь, причина в том, что ты невозможная красавица? Да, есть немного, но красота ничего не значит, когда есть родовая сила. Их твой скрытый дар приманил!
- Я никого я не манила! – оскорбилась Инна. – Они сами!
- Ага – «он сам пришёл, не виноватая я»? – усмехнулась Соня. – Как я говорила, твой дар ещё в детстве был закрыт твоей бабкой вместе с сакральным именем. Потому-то ты о нём не знала, - заявила Соня.
Инна негодующе отставила свой кофе.
- Какой дар? Уж не колдовской ли? – сердито спросила она. – Моя бабушка Гелена была – божий одуванчик. И ничем колдовским не занималась.
Эта Соня просто везде видит себе подобных!
А та спокойно пояснила:
- Бабка твоя через свой ведовской дар много людской ненависти натерпелась. Из-за этого и переехала в другое село. А там вовсе перестала им пользоваться, да и тебе его закрыла. Сколько раз ещё повторять? – подкатила она глаза. – В том числе и ту его часть, которая в русском народе называется «Лель». Из-за которого взбесившиеся бабы в том селе её и хотели убить. Как тебя Галина, из-за зависти и ревности, извести пыталась и с землёй сровнять. – Инна побледнела – может Настя ей что-то рассказала? А Соня продолжала говорить: – «Лель» сражает наповал любого мужчину, доводя его до полной потери памяти и неадекватности. Некоторые совершают преступления, убивая или калеча соперника, себя, свой предмет влюблённости. Помните пьесу Островского? «Так не доставайся же ты никому!» – басом проговорила она, выставив указательный палец, как пистолет. – Или оперу Бизе «Кармен», где солдат дон Хозе убивает цыганку Кармен, видели? Говорят, что таким же даром обладала царица Клеопатра, о любовных победах которой сложены легенды. Но в других странах и частях света «Лель» называется по-другому. Опасный и очень редкий дар.
- «Лель»? Но почему он проявился у меня именно в Москве? – протянула Инна.
Она осознавала, что её московские «поклонники» действительно выглядели неадекватными. Она считала, что они все маньяки, а виноват её внезапно проявившийся дар? На месте бабки… бабушки Гелены она бы тоже «закрыла» у своей внучки такую напасть. Инна, вспомнив странных «часовых» напротив палатки на рынке, и рычащую на них Галину, вздохнула – ведь проявления этого «Леля» многим голову напрочь сносило. Ей тоже было несладко, особенно если вспомнить двух Алексеев. От одного её спасли лишь расползающиеся тюки, а второй чуть её в больницу не уложил. И это было лишь начало…
- Если на пути встретилась женщина, обладающая «Лелем», то ты пропал, – усмехнулась Соня.– Ради них мужики идут на плаху, совершают суицид, убивают соперника в порыве страсти и неконтролируемой ярости, попадают в тюрьму. Он, встретив такую, готов умереть, лишь бы стать её мужем или любовником. Но и потом не знает от ревности покоя. Кстати, те, кого в народе зовут «чёрными вдовами», владеют лишь частичкой «Леля», зовётся – «Лёлик», а каков эффект! Их супруги и любовники мрут штабелями!
Настя, одинокая и невостребованная, несмотря на свои нестандартные внешние данные, с завистью глянула на Инну. А Инна вдруг вспомнила о муже, так нелепо утонувшем. Неужели это из-за того, что она собралась подавать на развод? Может она тоже «чёрная вдова»? С Лёликом", когда "Лель" спит.
«Нет! – чуть не плача, воспротивилась этой идее Инна. – Я не такая!»
- Ты – не такая, – кивнула Соня. – У тебя настоящий «Лель», но он иногда выплескивается. В смерти мужа ты не виновата. Напился он, дурень, до чёртиков, вот и потоп. Запомни – «Лель» у тебя активизируется, если ты сильно нервничаешь, – проговорила она. – Москва, где тебя Галина тиранила, тому пример. То её закидоны, то денег нет, то ураган налетел, а то ещё чего. Вот вокруг тебя и бродили личности, притянутые твоим проснувшимся «Лелем».
- А это не считается приворотом? Слышала, что это плохо, – заволновалась Настя. – Зачем они мне? И потом ещё отвечать за это!
- Считается!– отрезала Соня. – Потому что такой дар всегда должен быть под контролем ведающей. Но в данном случае это произошло... стихийно. Наподобие того урагана – копилось где-то, а потом нашло слабину и вылилось. С тебя ответственность снимается. А вот бабка твоя иной раз шалила с этим. Сила ведь бурлит, искушает…
Инна опустила глаза. Выходит, всё же, она виновата, что к ней приставали Алексеи и прочие? Спасибо бабушке Гелене, что она, закрыв её дар, оградила её от «Леля»! Жаль только, что её не предупредила. А почему мама не сказала…
- А моя мама тоже ведающая? – вырвался у неё вопрос. – Она знала о «Леле»?
Инна с досадой вспомнила мать, всегда выглядящую доброй. Неужели она…
- Она не знала о наследном даре. У вас он через поколение передаётся, – равнодушно сказала Соня.
А Инна обрадовалась – Дашка обычная.
- Ладно! Некогда мне, – заявила Соня. – Пойдём дальше по Москве, а то мы и до вечера не закончим! – И спросила у Инны: – Ты разве не догадывалась, что Галина, с которой ты сдуру связалась, психопат?
Та со страхом смотрела в её чёрные глаза, которые, казалось, поглотили всё вокруг… Психопат?
- Я знала это, – прошептала Инна. – Но такие ведь обычно на учёте состоят или в психушках заперты?
- Это у неё впереди, – усмехнулась Соня.
- Кто Галина? Психопат?– удивлённо спросила Настя, сочувственно косясь на Инну, попавшую в Москве в такой переплёт. – А что это значит?
- Ну, проще говоря, это маньяк. В официальной психиатрии термин «психопат» характеризует тип людей с врожденным расстройством личности. У психопатов полностью отсутствует эмпатия и совесть, также такие чувства, как страх и вина, – пояснила Соня. – Они страдают импульсивностью. И обладают неотразимым обаянием, практически чарами. Если психопат хочет произвести на свою жертву впечатление, он делает это легко. Мне по роду моей деятельности приходилось сталкиваться как с ними, так и с их жертвами, – покосилась она на Инну. – В быту они проявляют себя, как домашние тираны, в уголовных делах – как садисты, насильники, педофилы и прочие неадекватные личности. Испытывают чувства, похожие на удовольствие, видя страдания и слёзы. В обществе не выявленные психопаты считаются прекрасными семьянинами, отличными сотрудниками и замечательными соседями. Психопаты ловко маскируются под образованных людей, производят на окружающих положительное впечатление. Для тех, кто попал под их влияние и зависимость, – снова покосилась она на Инну, - такое общение заканчивается трагически. Как правило, предпринять что-то или избежать контакта с ними невозможно. Они просчитывают будущее на много ходов вперёд. Дьявол во плоти это и есть психопат! А Галина…– Соня задумалась, внимательно глядя на Инну.
А та, не ощущая вкуса глотая кофе, в это время корила себя:
«Почему я не сопротивлялась её диктату? На что надеялась? Что получу зарплату и уеду? Она её предупредила, что денег я не получу – так и сделала...»
Но Соня прервала её размышления.
- Твоя бывшая напарница обладала способностями к сильному гипнотическому воздействию. Не заметила? – Инна, побледнев, покачала головой. – Галина специально этому обучалась, деньги на курсы потратила, что для неё – нонсенс. Но ты, благодаря скрытому дару, оказала сопротивление. Однако подавить твою волю она сумела. Вот и – здравствуй «Лель»! Он взбунтовался, разозлив её окончательно! Что ты там читала вечерами? – вдруг спросила она.
- «Ноосферу» Вернадского, – отозвалась Инна.
– Эта книга уводила твоё сознание в… космос, что ли? Психопаты туда не ходоки! У них нижняя чакра рулит!
Инна теперь поняла, почему Галина, кинула в неё этой книгой. И украдкой вытерла слёзы.
А Соня, потянув с тарелки корзиночку с кремом, откусила от неё край.
- М-м! Какая тут вкусная выпечка, – проговорила она с набитым ртом. – Надо сюда чаще заходить! И домой парочку взять!
А Инна вдруг вспомнила, что, лёжа на продавленном диване, ощущала за стеной жуткую тьму, таящуюся в той стороне, где обитала Галина. Она и оттуда на неё воздействовала?
Но её размышления прервал высокий голос Насти.
- Инна была в Москве под гипнозом Галины постоянно? Да ещё этот «Лель» проявлялся? Какой ужас! – воскликнула она. И на её звонкий голосок снова оглянулись из-за других столиков. – Поэтому, когда я ей звонила, у Инны был такой несчастный голос?
- Не преувеличивай, – пробормотала Инна. – И тише говори, пожалуйста! Я была в порядке!
- Лишь потому, что гипноз обычных людей имеет ограниченный радиус действия, – отпивая кофе, произнесла Соня. – Не правда ли? Уезжая в музеи, ты чувствовала себя свободной.
- Это так, – кивнула Инна. – А возвращалась назад неохотно.
- Я же говорю – сильный у тебя дар. Жаль, не проявленный, – сказала Соня, вытирая губы салфеткой. – Ты, как колобок, и от Алексея сбежала. Хотя Галина очень хотела тебя унизить – красавица, умница, журналистка, дочка есть, а с первым встречным спать легла. Да он был очарован твоим пробуждающимся «Лелем». Наутро увёз бы тебя в Краснодар и там женился б. – Настя мечтательно вздохнула. – Но эта ветка реальности не жизнеспособна, ты б его бросила, – хмыкнула Соня. – Поговорим о Галине. Она разозлилась, а это опасный случай для психопата.
- Я эту чашу гнева испила, – вздохнув, кивнула Инна.
- Порядочная? Но гордая? – хмыкнула Соня. И вдруг заявила: – Галина не учла энергетику Москвы. Наполеон драпал из столицы России, только пыль столбом стояла! И Гитлер зубы об неё обломал. Оба психопаты! Только эти ненавидели весь белый свет, – скривилась Соня. – А Галина этого не учла. Ведь как только ты попалась в руки этой психопатки, всё уже было решено. Хотела уничтожить тебя – и морально, и физически. Всё продумала, да не вышло у неё. Как у Гитлера, - усмехнулась она.
Инна удивлённо смотрела на Соню. Честно говоря, её недоверие к ясновидящим заметно пошатнулось. Видят, да ещё как ясно!
- Кстати, ты на своего отца не сердись! – небрежно сказала Соня. – Приворот ему сделала его ведьма, а заказала его та, что стала ему второй женой. Он потом тосковал по твоей матери, только её и любил. Умер от сердечной недостаточности? – Инна, вытерев слезу, кивнула – они ведь даже на его похороны не поехали. А Соня посмотрела на часы на руке и воскликнула? – Так! Я снова отвлеклась! Что там ещё? Про собак интересуетесь! – Хмыкнула она. И показав свою руку с часами, пояснила: – Ношу вот механику! Не престижно, зато электроника из строя не выходит. Фоню!
А Инна, отпив кофе, чтобы промочить пересохшее горло, подумала:
«А раньше было, чтобы мужчина из-за «Леля» голову терял?»
- Было, – кивнула ей Соня. – Помнишь представителя пресс-службы? Он тебя по кочкам за статью о мавзолее не разнёс из-за «Леля». А то б, сама понимаешь, всё по списку – ни диплома, ни корочки. Один аттестат и удостоверение секретаря, – хмыкнула она. – Ты б им работала не только из-за своей хотелки, а вынужденно!
Инна поражённо ахнула – она её прошлое видит? А Соня, дегустируя новое пирожное, только подмигнула ей.
– Подскажите, что мне делать, чтобы этот «Лель» утихомирился? – спросила её Инна. – Проблемно это. А второй Алексей меня до простуды укатал!
- Не нервничать, что же ещё? – пожала плечами Соня, отставляя пустую чашку. – Хотя, что простуда? Ты второму Алексею жизнь сломала! Пьёт он и никаким бизнесом не занялся. Без тебя ему теперь жизнь не мила! – Инна виновато потупилась. – Вот где трагедия! А ты – простуда!
- Но я не специально? Это он…
- Ну, Инна так Инна – хоть как назовись! Будем знакомы, Инна! – усмехнувшись, проговорила Соня вдруг.
И Инна, сделавшая подошедшему официанту заказ, недоумевающе приподняла голову.
- Что? – переспросила она.
А Настя растеряно посмотрела на Соню. Мол – не поняла?
А та равнодушно продолжила:
- Таким, как ты, не обязательно представляться по-настоящему? Зачем? Твоё истинное имя я знаю. Да ты и ты тоже. Не правда ли?
«Что за дешёвые трюки?» – недоумевала Инна.
А вслух сказала:
– Меня на самом деле зовут Инна Владимировна. Фамилия – Самохина!– И агрессивно спросила: – Вы шарлатанка? Извини, Настя! – проговорила она, глянув на ту.
Настя лишь, молча, переводила растерянный взгляд с одной на другую.
- Я правду говорю! При рождении у тебя было другое имя! – отмахнулась Соня. – Хочешь, скажу его? – И, наклонившись, что-то прошептала ей в ухо. Инна побледнела. – Говорить вслух не буду, и ты никому его не называй! – А потом, пристально глянув той в глаза, воскликнула: – Так вот в чём дело! Вижу, другое имя тебе твоя бабка дала, когда в другом селе метрику выписывала. Она не из простых людей была. Родители потом зря с ней скандалили! Она сменой имени, по традиции, защиту тебе дала. Чтобы ведающие не имели доступа к твоей силе. Хотя некоторым из нас и имя знать не нужно, – усмехнулась она. – Да жаль, что потом и она дальше дар закрыла.
- К-как вы узнали о замене имени? – растерялась Инна. – Это известно лишь маме да отцу. Но он умер, а мама только недавно об этом вспомнила. Из каких таких непростых была моя бабушка? Она, точно, не была дворянкой. И особой силой не отличалась.
У неё в голове всё перепуталось. И кто такая Соня, которая видит прошлое? Неужели действительно ясновидящая?
- Проехали! – заявила та. – У меня мало времени, чтобы и твою родовую эпопею разбирать! Кстати, сила и твоя, и бабкина – ведовская!
«Оба-на! – стукнуло в голове у Инны. – Я ведьма?»
– Давайте – к делу! – меж тем потребовала Соня. – Рассказывай свои мистические истории, да я пойду. Некогда мне!
Инна, потрясённая таким началом беседы, панически вспоминала – что там было в Москве-то? Всплывало всякое: фальшивая улыбка Галины, её сумка под ногами, мумификация в джипе, глаза Алексея первого в зеркальце заднего вида, Митинский рынок...
- С чего бы начать? – проблеяла она, пытаясь встроить, наконец, в свои воспоминания мистических собак и провал времени в метро. – Н-ну, на Подбельского я…
Соня, внимательно наблюдавшая за ней, внезапно отмахнулась:
- Не надо мне рассказывать! Я всё сама знаю! А ты, – покосилась она на Инну, перед которой официант уже расставлял блюдо с пирожными и чашки с кофе, – если ошибусь, дополнишь, – усмехнулась она. - Хорошо? – Инна растерянно кивнула. Как это «сама»? Неужели она знает и то, что с ней в Москве было? – Вот и ладненько! – подмигнула Соня Насте.
- Итак, по пунктам, девочки! – сказала она, берясь за чашку с горячим кофе. – Во-первых, дорогая, про твоих … ну, пусть - поклонников. Алексеи – первый и второй, Вазген. – И повертела в воздухе рукой, будто ища что-то. – Они не так уж и плохи, просто ты их до ручки довела своими чарами! – хмыкнула она
- Я? Чарами? – удивилась Инна.
Она привстала - ей хотелось сейчас же уйти. Что эта Соня себе позволяет? Почему у неё такой осуждающий тон? Но названные ею имена её… поклонников, удержали Инну на месте.
- Сядь! Я не всё ещё сказала! – прикрикнула Соня. И Инна опустилась на место. – Да – твои чары! Ты напрасно на них злишься! Это было вовсе не нашествие влюблённых дураков! Думаешь, причина в том, что ты невозможная красавица? Да, есть немного, но красота ничего не значит, когда есть родовая сила. Их твой скрытый дар приманил!
- Я никого я не манила! – оскорбилась Инна. – Они сами!
- Ага – «он сам пришёл, не виноватая я»? – усмехнулась Соня. – Как я говорила, твой дар ещё в детстве был закрыт твоей бабкой вместе с сакральным именем. Потому-то ты о нём не знала, - заявила Соня.
Инна негодующе отставила свой кофе.
- Какой дар? Уж не колдовской ли? – сердито спросила она. – Моя бабушка Гелена была – божий одуванчик. И ничем колдовским не занималась.
Эта Соня просто везде видит себе подобных!
А та спокойно пояснила:
- Бабка твоя через свой ведовской дар много людской ненависти натерпелась. Из-за этого и переехала в другое село. А там вовсе перестала им пользоваться, да и тебе его закрыла. Сколько раз ещё повторять? – подкатила она глаза. – В том числе и ту его часть, которая в русском народе называется «Лель». Из-за которого взбесившиеся бабы в том селе её и хотели убить. Как тебя Галина, из-за зависти и ревности, извести пыталась и с землёй сровнять. – Инна побледнела – может Настя ей что-то рассказала? А Соня продолжала говорить: – «Лель» сражает наповал любого мужчину, доводя его до полной потери памяти и неадекватности. Некоторые совершают преступления, убивая или калеча соперника, себя, свой предмет влюблённости. Помните пьесу Островского? «Так не доставайся же ты никому!» – басом проговорила она, выставив указательный палец, как пистолет. – Или оперу Бизе «Кармен», где солдат дон Хозе убивает цыганку Кармен, видели? Говорят, что таким же даром обладала царица Клеопатра, о любовных победах которой сложены легенды. Но в других странах и частях света «Лель» называется по-другому. Опасный и очень редкий дар.
- «Лель»? Но почему он проявился у меня именно в Москве? – протянула Инна.
Она осознавала, что её московские «поклонники» действительно выглядели неадекватными. Она считала, что они все маньяки, а виноват её внезапно проявившийся дар? На месте бабки… бабушки Гелены она бы тоже «закрыла» у своей внучки такую напасть. Инна, вспомнив странных «часовых» напротив палатки на рынке, и рычащую на них Галину, вздохнула – ведь проявления этого «Леля» многим голову напрочь сносило. Ей тоже было несладко, особенно если вспомнить двух Алексеев. От одного её спасли лишь расползающиеся тюки, а второй чуть её в больницу не уложил. И это было лишь начало…
- Если на пути встретилась женщина, обладающая «Лелем», то ты пропал, – усмехнулась Соня.– Ради них мужики идут на плаху, совершают суицид, убивают соперника в порыве страсти и неконтролируемой ярости, попадают в тюрьму. Он, встретив такую, готов умереть, лишь бы стать её мужем или любовником. Но и потом не знает от ревности покоя. Кстати, те, кого в народе зовут «чёрными вдовами», владеют лишь частичкой «Леля», зовётся – «Лёлик», а каков эффект! Их супруги и любовники мрут штабелями!
Настя, одинокая и невостребованная, несмотря на свои нестандартные внешние данные, с завистью глянула на Инну. А Инна вдруг вспомнила о муже, так нелепо утонувшем. Неужели это из-за того, что она собралась подавать на развод? Может она тоже «чёрная вдова»? С Лёликом", когда "Лель" спит.
«Нет! – чуть не плача, воспротивилась этой идее Инна. – Я не такая!»
- Ты – не такая, – кивнула Соня. – У тебя настоящий «Лель», но он иногда выплескивается. В смерти мужа ты не виновата. Напился он, дурень, до чёртиков, вот и потоп. Запомни – «Лель» у тебя активизируется, если ты сильно нервничаешь, – проговорила она. – Москва, где тебя Галина тиранила, тому пример. То её закидоны, то денег нет, то ураган налетел, а то ещё чего. Вот вокруг тебя и бродили личности, притянутые твоим проснувшимся «Лелем».
- А это не считается приворотом? Слышала, что это плохо, – заволновалась Настя. – Зачем они мне? И потом ещё отвечать за это!
- Считается!– отрезала Соня. – Потому что такой дар всегда должен быть под контролем ведающей. Но в данном случае это произошло... стихийно. Наподобие того урагана – копилось где-то, а потом нашло слабину и вылилось. С тебя ответственность снимается. А вот бабка твоя иной раз шалила с этим. Сила ведь бурлит, искушает…
Инна опустила глаза. Выходит, всё же, она виновата, что к ней приставали Алексеи и прочие? Спасибо бабушке Гелене, что она, закрыв её дар, оградила её от «Леля»! Жаль только, что её не предупредила. А почему мама не сказала…
- А моя мама тоже ведающая? – вырвался у неё вопрос. – Она знала о «Леле»?
Инна с досадой вспомнила мать, всегда выглядящую доброй. Неужели она…
- Она не знала о наследном даре. У вас он через поколение передаётся, – равнодушно сказала Соня.
А Инна обрадовалась – Дашка обычная.
- Ладно! Некогда мне, – заявила Соня. – Пойдём дальше по Москве, а то мы и до вечера не закончим! – И спросила у Инны: – Ты разве не догадывалась, что Галина, с которой ты сдуру связалась, психопат?
Та со страхом смотрела в её чёрные глаза, которые, казалось, поглотили всё вокруг… Психопат?
- Я знала это, – прошептала Инна. – Но такие ведь обычно на учёте состоят или в психушках заперты?
- Это у неё впереди, – усмехнулась Соня.
- Кто Галина? Психопат?– удивлённо спросила Настя, сочувственно косясь на Инну, попавшую в Москве в такой переплёт. – А что это значит?
- Ну, проще говоря, это маньяк. В официальной психиатрии термин «психопат» характеризует тип людей с врожденным расстройством личности. У психопатов полностью отсутствует эмпатия и совесть, также такие чувства, как страх и вина, – пояснила Соня. – Они страдают импульсивностью. И обладают неотразимым обаянием, практически чарами. Если психопат хочет произвести на свою жертву впечатление, он делает это легко. Мне по роду моей деятельности приходилось сталкиваться как с ними, так и с их жертвами, – покосилась она на Инну. – В быту они проявляют себя, как домашние тираны, в уголовных делах – как садисты, насильники, педофилы и прочие неадекватные личности. Испытывают чувства, похожие на удовольствие, видя страдания и слёзы. В обществе не выявленные психопаты считаются прекрасными семьянинами, отличными сотрудниками и замечательными соседями. Психопаты ловко маскируются под образованных людей, производят на окружающих положительное впечатление. Для тех, кто попал под их влияние и зависимость, – снова покосилась она на Инну, - такое общение заканчивается трагически. Как правило, предпринять что-то или избежать контакта с ними невозможно. Они просчитывают будущее на много ходов вперёд. Дьявол во плоти это и есть психопат! А Галина…– Соня задумалась, внимательно глядя на Инну.
А та, не ощущая вкуса глотая кофе, в это время корила себя:
«Почему я не сопротивлялась её диктату? На что надеялась? Что получу зарплату и уеду? Она её предупредила, что денег я не получу – так и сделала...»
Но Соня прервала её размышления.
- Твоя бывшая напарница обладала способностями к сильному гипнотическому воздействию. Не заметила? – Инна, побледнев, покачала головой. – Галина специально этому обучалась, деньги на курсы потратила, что для неё – нонсенс. Но ты, благодаря скрытому дару, оказала сопротивление. Однако подавить твою волю она сумела. Вот и – здравствуй «Лель»! Он взбунтовался, разозлив её окончательно! Что ты там читала вечерами? – вдруг спросила она.
- «Ноосферу» Вернадского, – отозвалась Инна.
– Эта книга уводила твоё сознание в… космос, что ли? Психопаты туда не ходоки! У них нижняя чакра рулит!
Инна теперь поняла, почему Галина, кинула в неё этой книгой. И украдкой вытерла слёзы.
А Соня, потянув с тарелки корзиночку с кремом, откусила от неё край.
- М-м! Какая тут вкусная выпечка, – проговорила она с набитым ртом. – Надо сюда чаще заходить! И домой парочку взять!
А Инна вдруг вспомнила, что, лёжа на продавленном диване, ощущала за стеной жуткую тьму, таящуюся в той стороне, где обитала Галина. Она и оттуда на неё воздействовала?
Но её размышления прервал высокий голос Насти.
- Инна была в Москве под гипнозом Галины постоянно? Да ещё этот «Лель» проявлялся? Какой ужас! – воскликнула она. И на её звонкий голосок снова оглянулись из-за других столиков. – Поэтому, когда я ей звонила, у Инны был такой несчастный голос?
- Не преувеличивай, – пробормотала Инна. – И тише говори, пожалуйста! Я была в порядке!
- Лишь потому, что гипноз обычных людей имеет ограниченный радиус действия, – отпивая кофе, произнесла Соня. – Не правда ли? Уезжая в музеи, ты чувствовала себя свободной.
- Это так, – кивнула Инна. – А возвращалась назад неохотно.
- Я же говорю – сильный у тебя дар. Жаль, не проявленный, – сказала Соня, вытирая губы салфеткой. – Ты, как колобок, и от Алексея сбежала. Хотя Галина очень хотела тебя унизить – красавица, умница, журналистка, дочка есть, а с первым встречным спать легла. Да он был очарован твоим пробуждающимся «Лелем». Наутро увёз бы тебя в Краснодар и там женился б. – Настя мечтательно вздохнула. – Но эта ветка реальности не жизнеспособна, ты б его бросила, – хмыкнула Соня. – Поговорим о Галине. Она разозлилась, а это опасный случай для психопата.
- Я эту чашу гнева испила, – вздохнув, кивнула Инна.
- Порядочная? Но гордая? – хмыкнула Соня. И вдруг заявила: – Галина не учла энергетику Москвы. Наполеон драпал из столицы России, только пыль столбом стояла! И Гитлер зубы об неё обломал. Оба психопаты! Только эти ненавидели весь белый свет, – скривилась Соня. – А Галина этого не учла. Ведь как только ты попалась в руки этой психопатки, всё уже было решено. Хотела уничтожить тебя – и морально, и физически. Всё продумала, да не вышло у неё. Как у Гитлера, - усмехнулась она.
Инна удивлённо смотрела на Соню. Честно говоря, её недоверие к ясновидящим заметно пошатнулось. Видят, да ещё как ясно!
- Кстати, ты на своего отца не сердись! – небрежно сказала Соня. – Приворот ему сделала его ведьма, а заказала его та, что стала ему второй женой. Он потом тосковал по твоей матери, только её и любил. Умер от сердечной недостаточности? – Инна, вытерев слезу, кивнула – они ведь даже на его похороны не поехали. А Соня посмотрела на часы на руке и воскликнула? – Так! Я снова отвлеклась! Что там ещё? Про собак интересуетесь! – Хмыкнула она. И показав свою руку с часами, пояснила: – Ношу вот механику! Не престижно, зато электроника из строя не выходит. Фоню!
А Инна, отпив кофе, чтобы промочить пересохшее горло, подумала:
«А раньше было, чтобы мужчина из-за «Леля» голову терял?»
- Было, – кивнула ей Соня. – Помнишь представителя пресс-службы? Он тебя по кочкам за статью о мавзолее не разнёс из-за «Леля». А то б, сама понимаешь, всё по списку – ни диплома, ни корочки. Один аттестат и удостоверение секретаря, – хмыкнула она. – Ты б им работала не только из-за своей хотелки, а вынужденно!
Инна поражённо ахнула – она её прошлое видит? А Соня, дегустируя новое пирожное, только подмигнула ей.
– Подскажите, что мне делать, чтобы этот «Лель» утихомирился? – спросила её Инна. – Проблемно это. А второй Алексей меня до простуды укатал!
- Не нервничать, что же ещё? – пожала плечами Соня, отставляя пустую чашку. – Хотя, что простуда? Ты второму Алексею жизнь сломала! Пьёт он и никаким бизнесом не занялся. Без тебя ему теперь жизнь не мила! – Инна виновато потупилась. – Вот где трагедия! А ты – простуда!
- Но я не специально? Это он…
