Алексей, умело вписываясь в повороты, быстро летел по трассе.
Одно Инну напрягало – он, что называется, «положил на неё глаз». Посматривая в зеркало заднего вида, Алексей многозначительно улыбался. А на остановке, сделанной для дозаправки машины, и вовсе предложил ей пересесть вперёд. Галине, естественно, приходилось перебраться назад. Инну поразило, что та эту идею даже поддержала, не расстроившись из-за смены своего статуса.
- Правильно! Садись сюда, Инка! – сказала она, обернувшись, и подмигнула ей. – Вам тут с Алексеем будет веселее! Один раз живём, надо брать от неё всё!
«Что брать? От кого?» – недоумевала Инна.
И, снова забираясь назад – крючком, хмуро заявила:
- Не буду я никуда пересаживаться! Мне и тут очень даже весело. Пусть Алексей лучше на дорогу смотрит! Вон сколько аварий на трассе!
Она не хотела, чтобы он на неё отвлекался! Похоже, знаки внимания от сына шефов усилятся. Уж лучше сидеть позади, согнувшись, и ехать, чем лежать, невесть чем накрытым, на обочине, и никуда уже не торопиться.
Алексей лишь пожал плечами и тронул с места – мол, хозяин барин. А Галина – на радостях, видно, принялась развлекать водителя, рассказывая ему какую-то бесконечную лабуду. Он, похоже, её не слушал. Пока Инна норовила усесться удобнее. Её согнутые ноги, упирающиеся в сумки, веселья ничуть ей добавляли. Похоже, что к концу этой поездки они так и останутся согнутыми. А она мумифицируется тут в этой странной позе, зажатая тюками и сумками, будто балтийская муха в янтаре. Но лучше уж так, чем щебетать, как птица-говорун, уподобившись Галине…
В общем, выбор был сделан. Брать от жизни всё, отдавая её взамен, не хотелось.
Инна незаметно – под щебетание Галины, приткнувшись головой к пакету, то ли потеряла сознание, то ли задремала. А когда она открыла глаза, уже наступили сумерки, быстро перешедшие в звёздную ночь. Мимо окна промелькнул указатель – «Москва».
- О, мы уже доехали! – воскликнула она. – Как быстро!
- Да, скоро мы будем на месте, – отозвался усталым голосом Алексей. – Пригород Москвы уже.
Тут Галина, покосившись на Алексея, сунула ей через спинку какой-то листок и сказала:
- Кстати, совсем забыла! Подпиши тут договор с фирмой! Это формальность, конечно, но ты на эти два месяца считаешься материально ответственным лицом. Символически, конечно.
Инна пробежала глазами текст – стандартный договор. И, подписав его, вернула Галине, спрятавшей его в свою объёмную дамскую сумку.
Мимо них, отвалившись назад, пронеслась будка ГАИ, следом мелькнула какая-то чепуха из полустанков и беспорядочно разбросанных домов. А затем рядом вознеслись наверх развилки дорожных развязок на сваях – будто с другой планеты. Алексей, прекрасно ориентируясь в этих многометровых бетонных ходулях, заюлил по ним, будто рыба в воде. Появились многоэтажки…
Вот и город Москва…
Их съёмная квартира оказалась расположенной на первом этаже панельной девятиэтажке. В некоторых окнах свет уже не горел – десять часов, люди спали.
Алексей, обернувшись назад и продолжая управлять машиной, пояснил, что две девушки, жившие здесь до них, вечером уехали в Краснодар на автобусе. Ключ от квартиры они закинули в зарешёченное окно квартиры. Мол, найдём, будет ваш. А пока я открою квартиру своим ключом. Рассказывал он, очевидно, для Инны. Ведь Галина, болванчиком кивающая ему, все эти тайны мадридского двора, уже и так знала.
А пока Алексей разворачивал машину, пятясь к подъезду, Галина, подражая боссу – обернувшись к Инне, тоже деловито ей пояснила – мол, место очень удачное. Тут неподалёку конечная станция метро Подбельского, до неё пара остановок трамваем, который ходит рядом. Ехать на метро надо до Митино, где находится их платка на Митинском рынке.
- Так что всё в ажуре, подруга! – весело заключила она
«С каких это пор мы стали подругами? – усмехнулась Инна. – Наверное, с того самого момента, как она мне под ноги свою сумку подкинула? Век не забуду».
Наблюдая, как джип останавливается у подъезда, Инна прикидывала – сможет ли она выбраться из этого тюкового… затюкованного капкана? Сумеет ли ходить? Или ей придётся – за счёт фирмы, конечно, устроившей этот круиз, покупать инвалидное кресло? А что, очень удобно – будет сидеть в ней на Митинском рынке рядом с торгующей Галиной и бдительно следить за московскими жуликами. Жаль, что воров она догнать будет не в состоянии – последствия мумификации не дадут…
Но вот машина встала. Алексей вышел и, открыв багажник, потащил на плече тюк в квартиру. Инна, кряхтя, выползла наружу и встала на ноги. Постояла, распрямляя закоченевшие ноги – ничего, пока коляска отпадает. Галина, бодро выхватив из-за её спины свою сумку, побежала следом за Алексеем. А Инна, учась ходить, с трудом достала свои вещи и, как Дровосек из «Изумрудного города», пошагала в квартиру. На площадке была распахнута дверь и, войдя в небольшую прихожую квартиры, Инна осмотрелась: правая дверь сбоку вела в ванную, следующая, распахнутая – в кухню. Алексей вышел из комнаты в конце коридора, наверное, это была спальня. Ближайшая дверь – застекленная, двойная, была закрыта. Это, очевидно, зал. Галина, выбежав из кухни, толкнула Инну – типа, пойдём! И та, быстро притулив свои вещи на тумбу в углу, пошла следом. Вполне обычной походкой. Они с трудом выволокли с заднего сиденья машины тюк и попытались его нести. Тяжёлый – выронили. Что там? Кирпичи? Алексей, вернувшись, отобрал его и кинул себе на плечо. А заодно обнял за талию Инну, ведя за собой в квартиру.
- Я сам! – сказал он, улыбаясь.- Отдыхай, принцесса!
Инна попыталась стряхнуть его руку – что за вольности? Или отстать, чтобы рука соскользнула, но следом за ними шла Галина. Она подтолкнула Инну в спину, закрепив позицию, и весело сказала:
- Забыла сказать! Ты, Инна, спишь сегодня вместе с Алексеем!
- Что за дичь? – возмущённо обернулась та и, оттолкнув руку, встала пнём. - Как это – вместе?
Алексей, усмехнувшись, пошёл дальше.
- Ну, да! В комнате, где лежит товар, сплю я! На раскладном кресле! – остановилась Галина. – А ты спишь в зале, - подмигнула она. – Есть диван! И апартаменты большие. Поэтому Алексей ляжет там.
- Ты серьёзно? – прищурилась Инна. – А на чём ляжет, позволь спросить?
- Как это – на чём? На одном диване поспите! – воскликнула Галина, наивно хлопая чёрными бесстыжими глазами. – Не хочешь же ты сказать, что он должен поехать сейчас назад? Он устал! И вообще – квартира снята его родителями! – напомнила она. – Он тут хозяин, а мы лишь наёмные работники!
Что тут возразишь? Проще не скажешь: он – богатый граф, они – бедные вассалки. Право первой ночи.
– Не поспоришь, – кивнула Инна. – Парню надо отдохнуть!
Алексей, возвращаясь, с улыбкой прошёл мимо, на ходу снова приобняв Инну. А Галина, опять многозначительно подмигнув Инне, пошла в квартиру.
«Её тик одолел, что ли? Мигает, как заведённая, – хмыкнула Инна, идя следом и лихорадочно ища выход из ситуации. – Ничего, что-нибудь придумаю с этим «графом»!»
В квартире Галина нырнула в кухню, Алексей, занеся последний тюк, пошёл за ней. А Инна, подхватив свои вещи, заглянула туда: на кухонном столе лежала кипа бумаг. Наверное, накладные, оставленные предыдущей сменой. Алексей взял их со стола и они с Галиной стали что-то обсуждать. Инна, попятившись, занесла свои вещи в «большой апартамент», и растерянно замерла на пороге.
На полу устало лежал красный потёртый ковёр. У стены готовно раскинулся – тоже красный и также изрядно побитый жизнью, диван. У стены напротив, украшая своим полированным блеском обои с незатейливым рисунком, стоял старинный сервант. Инна даже вспомнила его древнее скандинавское название – Хельга. У мамы такой же. За стёклами поблескивали раритетные гранёные стаканы в алюминиевых подстаканниках и надколотые разнобойные чашки.
«По такому ковру без обуви и ходить страшно. Да и в обуви тоже – каблуки дырки продырявят, – вздохнула Инна. – М-да, вариантов нет – древний красный диван здесь является единственным пристанищем для усталых путников. Жаль, что его территорию не поделит заборчик, – хмыкнула она. – Остаётся надеяться, что он не рухнет от веса двух тел. Алексей весит, небось, под центнер, да и рост у него под два метра. А уж намерения у него, судя по всему, далеки от скромной сдержанности. Козе понятно, что в нашей неравной ночной схватке победит «граф». Галина, как рефери, уже давно на его стороне.
«Он тут хозяин, я – наёмный работник! – вспомнила она сентенцию Галины. – Что я могу предпринять – одна против двоих, чтобы избежать поражения?»
И она придумала – что. Пока Галина с Алексеем шуршали бумагами на кухне, Инна прошла на цыпочках в спальню Галины и, потихоньку растащив тюки в рядок, улеглась на них, укрывшись накидкой с кресла. Имеет же она право отдохнуть после мумификации в машине? Примерно до утра.
Вскоре Алексей, решив все бумажные вопросы, хлопнув входной дверью, куда-то ушёл. Несомненно, решил смотаться в ближайший магазин, потому что через полчаса вернулся, дребезжа бутылками и шурша пакетами. Затем на кухне раздался звон расставляемой посуды и завлекательный смех Галины.
«Весело им – графу и почтительная вассалке! – сердилась Инна, закрыв глаза. – Что удумали! Пусть я вдова, так уж вышло, возможно и Алексей холост – кольца на его руке нет. И водит он машину недурно, да и внешне – ничего. Но мы знакомы меньше суток! – возмущённо вертелась она. – Какое неуважение! Галина эту ночь могла бы и со мной на диване спать. Сводница! Ловко сочинили отдых после дороги: Алексей со мной будет забавляется, Галина с тюками. Прелестно! Не квартира, а настоящий притон! Да пошли они оба вон!» – снова крутнулась она.
Тут в тёмную спальню вошёл Алексей, и клин света выпал из коридора на пол. Осмотревшись, он подошёл к тюкам, на которых возлежала Инна, и нежно шепнул ей на ухо:
- Кушать подано, принцесса! Пошли на банкет!
Но «принцесса» сделала вид, что очень крепко спит, даже всхрапнула для убедительности. И тот, постояв, тихо вышел, плотно прикрыв за собой дверь. Комната погрузилась во мрак. В общем-то, он неплохой парень, но не до такой же степени, чтобы…
Инна сама не заметила, как уснула.
Утром Инна проснулась на твёрдой и мало приспособленной для сна лежанке – тюки раздвинулись, образуя прорехи, в которые дуло и куда её измученное тело норовило провалиться, согнувшись крючком. Да что за напасть! Опять мумификация в тюках, словно в балтийском янтаре! М-да, ночка была достойным продолжением её мушиных приключений на трассе!
Инна услышала хлопок входной двери. Кто это? Все ушли?
С трудом встав и едва переставляя затёкшие ноги, она вышла в коридор и заглянула в свои будущие апартаменты. Там посредине раритетного ковра тоже лежали тюки – в виде лежанки, как у неё. Алексей, наверное, соорудил её – судя по размерам, для себя лично. Побоялся за сохранность древнего дивана. И вынес их ночью из комнаты Галины бесшумно, как мышь. Она ничего не слышала. Некоторые тюки были распакованы. А когда Инна вышла в коридор, то увидела у порога четыре клетчатые сумки. Такие – лёгкие, полиэтиленовые, были в ходу у рыночных торговцев. Назывались, будто космические корабли – «челночные». Очевидно, уже были приготовлены для похода на рынок. Инне стало неудобно, что проспала сборы. Могли бы разбудить её! Захотела извиниться, услышав в кухне звяканье посуды, и направилась туда.
Там была Галина, накрывающая стол к завтраку. Вид недовольный.
- Доброе утро, - начала Инна, входя. – Я…
- Для кого как! - хмуро перебила её Галина, брякая чашками. - Могла бы пораньше встать, чтобы помочь! Я хотела поднять, да Алексей не велел, – скривившись, заявила она. Одета была в джинсы и футболку, что делало её похожей на гусеничку из-за многочисленных складок жира на животе и боках. – Зря ты так с Алексеем! – покосилась она. – Он купил шампанское и фрукты, – ткнула она рукой в сторону тарелок на столе. – Целый пир устроил. А ты спряталась? Раньше с едой не заморачивался! У нас в ходу по приезду одни консервы да домашние припасы, – кивнула она на шкафчик, в которых, наверное, хранился их стратегический запас консервов.
«О, а моя сумка с продуктами!» – вспомнила Инна, выскакивая и внеся её из зала.
- А где он? Уже уехал? – спросила она, выкладывая продукты на стол.
Инна совсем не впечатлилась словами Галины. Собака лает, а караван идёт. Она сделала то, что следовало!
«Разве я так дёшево стою? – хмыкнула она про себя, разглядывая нарезку копчёной колбасы и сыра, выпечку, яблоки, клубнику, порезанный ананас. – За тарелку клубники хотел меня купить?» – Ей стало противно.
- Алексей уехал, обиделся на тебя! Даже завтракать не стал! – сказала Галина, кидая в разномастные чашки чайные пакетики и наливая кипяток. – Алексей ведь может запросто нас подставить!
- На что? То есть – за что он обиделся? – криво усмехнулась Инна. – Что я на тюках, а не на диване спала? Бред какой-то!
- Скажет потом, что товара у нас не хватило! Или испортили его! Тут ведь его прорва, за всем не уследишь, – нехорошо покосилась она на Инну галочьим глазом.
«Она мне угрожает? Е-моё! Во что я впуталась? Это ведь торговля! Мне ли не знать, какие на этой ниве бывают махинаторы! – И вдруг вспомнила: тюками ведь завалена комната Галины, где я спала. И Галина может заявить, что там пропали вещи! Типа, я их в окно своим московским подельникам покидала! – Она прямо видела Галину, пишущую какие-то доносы. – Намекает что Алексей, обидевшись на мою… изолированность, может этот факт подтвердить? - Но, к слову, Алексей в эту картинку не встраивался – будто стоял в стороне, хотя и сердился. Но Инна эти картинки отмела. – Фух! Что за ерунда в голову лезет? – спохватилась она, – Начинается уже паранойя! Откуда такие мысли? - Инна взглянула в глаза Галине и вдруг все обиды куда-то отступили: - Галина, хоть и стерва, но она моя родственница, хоть и дальняя. Алексей – отличный парень, хотя и со сдвинутой моралью. А уехал он пораньше, чтобы московские пробки не застать. Забудем этот инцидент с диваном! Я… приехала в Москву, чтобы заработать деньги! Всё просто! И нечего выдумывать! – пришла разумная мысль. – Двигаюсь к этой цели!» – решила она.
Но, всё же, тряхнув головой, Инна выпалила:
- Ты что, под Алексея специально меня подкладывала – чтобы он перед родаками нужное слово замолвил? А почему же не себя? - Галина потупилась. – Отвечай на мой вопрос! – потребовала она.
- Он тебя хотел! – зыркнув на неё, выкрикнула та. – Уж я бы не ломалась!
«Ё-моё! Она, что – лезла к нему на том диване? Как он, бедный, не развалился? Тьфу, ты! Дался мне этот диван! Может потому Алексей и сбежал, не позавтракав? Смотреть на неё не хотел! Собралась компания: Алексей – сексуально озабоченный, Галина – профура! Подставят они меня, как пить дать! Нет, надо отсюда бежать! – возникла здравая мысль. – Как только появятся деньги, буду делать ноги! – решила она. И хмыкнула, вспомнив свою «скрюченную» поездку сюда. – Но что же мне делать сейчас?»
Галина знала – что. Она зло крикнула:
- Шевелись! Пей чай и вперёд! На Митяевский рынок! Нашлась королевна! Подай ей, разъясни! Не маленькая уже!
- Я порядочная! И на шашни не подписывалась! В договоре про интим с владельцами фирмы, а также с членами их семьи – ни слова! – обжигаясь чаем, пробормотала та. – И потом – я временный работник. Сами тут в ваши… шашки играйте!
Одно Инну напрягало – он, что называется, «положил на неё глаз». Посматривая в зеркало заднего вида, Алексей многозначительно улыбался. А на остановке, сделанной для дозаправки машины, и вовсе предложил ей пересесть вперёд. Галине, естественно, приходилось перебраться назад. Инну поразило, что та эту идею даже поддержала, не расстроившись из-за смены своего статуса.
- Правильно! Садись сюда, Инка! – сказала она, обернувшись, и подмигнула ей. – Вам тут с Алексеем будет веселее! Один раз живём, надо брать от неё всё!
«Что брать? От кого?» – недоумевала Инна.
И, снова забираясь назад – крючком, хмуро заявила:
- Не буду я никуда пересаживаться! Мне и тут очень даже весело. Пусть Алексей лучше на дорогу смотрит! Вон сколько аварий на трассе!
Она не хотела, чтобы он на неё отвлекался! Похоже, знаки внимания от сына шефов усилятся. Уж лучше сидеть позади, согнувшись, и ехать, чем лежать, невесть чем накрытым, на обочине, и никуда уже не торопиться.
Алексей лишь пожал плечами и тронул с места – мол, хозяин барин. А Галина – на радостях, видно, принялась развлекать водителя, рассказывая ему какую-то бесконечную лабуду. Он, похоже, её не слушал. Пока Инна норовила усесться удобнее. Её согнутые ноги, упирающиеся в сумки, веселья ничуть ей добавляли. Похоже, что к концу этой поездки они так и останутся согнутыми. А она мумифицируется тут в этой странной позе, зажатая тюками и сумками, будто балтийская муха в янтаре. Но лучше уж так, чем щебетать, как птица-говорун, уподобившись Галине…
В общем, выбор был сделан. Брать от жизни всё, отдавая её взамен, не хотелось.
Инна незаметно – под щебетание Галины, приткнувшись головой к пакету, то ли потеряла сознание, то ли задремала. А когда она открыла глаза, уже наступили сумерки, быстро перешедшие в звёздную ночь. Мимо окна промелькнул указатель – «Москва».
- О, мы уже доехали! – воскликнула она. – Как быстро!
- Да, скоро мы будем на месте, – отозвался усталым голосом Алексей. – Пригород Москвы уже.
Тут Галина, покосившись на Алексея, сунула ей через спинку какой-то листок и сказала:
- Кстати, совсем забыла! Подпиши тут договор с фирмой! Это формальность, конечно, но ты на эти два месяца считаешься материально ответственным лицом. Символически, конечно.
Инна пробежала глазами текст – стандартный договор. И, подписав его, вернула Галине, спрятавшей его в свою объёмную дамскую сумку.
Мимо них, отвалившись назад, пронеслась будка ГАИ, следом мелькнула какая-то чепуха из полустанков и беспорядочно разбросанных домов. А затем рядом вознеслись наверх развилки дорожных развязок на сваях – будто с другой планеты. Алексей, прекрасно ориентируясь в этих многометровых бетонных ходулях, заюлил по ним, будто рыба в воде. Появились многоэтажки…
Вот и город Москва…
Их съёмная квартира оказалась расположенной на первом этаже панельной девятиэтажке. В некоторых окнах свет уже не горел – десять часов, люди спали.
Алексей, обернувшись назад и продолжая управлять машиной, пояснил, что две девушки, жившие здесь до них, вечером уехали в Краснодар на автобусе. Ключ от квартиры они закинули в зарешёченное окно квартиры. Мол, найдём, будет ваш. А пока я открою квартиру своим ключом. Рассказывал он, очевидно, для Инны. Ведь Галина, болванчиком кивающая ему, все эти тайны мадридского двора, уже и так знала.
А пока Алексей разворачивал машину, пятясь к подъезду, Галина, подражая боссу – обернувшись к Инне, тоже деловито ей пояснила – мол, место очень удачное. Тут неподалёку конечная станция метро Подбельского, до неё пара остановок трамваем, который ходит рядом. Ехать на метро надо до Митино, где находится их платка на Митинском рынке.
- Так что всё в ажуре, подруга! – весело заключила она
«С каких это пор мы стали подругами? – усмехнулась Инна. – Наверное, с того самого момента, как она мне под ноги свою сумку подкинула? Век не забуду».
Наблюдая, как джип останавливается у подъезда, Инна прикидывала – сможет ли она выбраться из этого тюкового… затюкованного капкана? Сумеет ли ходить? Или ей придётся – за счёт фирмы, конечно, устроившей этот круиз, покупать инвалидное кресло? А что, очень удобно – будет сидеть в ней на Митинском рынке рядом с торгующей Галиной и бдительно следить за московскими жуликами. Жаль, что воров она догнать будет не в состоянии – последствия мумификации не дадут…
Но вот машина встала. Алексей вышел и, открыв багажник, потащил на плече тюк в квартиру. Инна, кряхтя, выползла наружу и встала на ноги. Постояла, распрямляя закоченевшие ноги – ничего, пока коляска отпадает. Галина, бодро выхватив из-за её спины свою сумку, побежала следом за Алексеем. А Инна, учась ходить, с трудом достала свои вещи и, как Дровосек из «Изумрудного города», пошагала в квартиру. На площадке была распахнута дверь и, войдя в небольшую прихожую квартиры, Инна осмотрелась: правая дверь сбоку вела в ванную, следующая, распахнутая – в кухню. Алексей вышел из комнаты в конце коридора, наверное, это была спальня. Ближайшая дверь – застекленная, двойная, была закрыта. Это, очевидно, зал. Галина, выбежав из кухни, толкнула Инну – типа, пойдём! И та, быстро притулив свои вещи на тумбу в углу, пошла следом. Вполне обычной походкой. Они с трудом выволокли с заднего сиденья машины тюк и попытались его нести. Тяжёлый – выронили. Что там? Кирпичи? Алексей, вернувшись, отобрал его и кинул себе на плечо. А заодно обнял за талию Инну, ведя за собой в квартиру.
- Я сам! – сказал он, улыбаясь.- Отдыхай, принцесса!
Инна попыталась стряхнуть его руку – что за вольности? Или отстать, чтобы рука соскользнула, но следом за ними шла Галина. Она подтолкнула Инну в спину, закрепив позицию, и весело сказала:
- Забыла сказать! Ты, Инна, спишь сегодня вместе с Алексеем!
- Что за дичь? – возмущённо обернулась та и, оттолкнув руку, встала пнём. - Как это – вместе?
Алексей, усмехнувшись, пошёл дальше.
- Ну, да! В комнате, где лежит товар, сплю я! На раскладном кресле! – остановилась Галина. – А ты спишь в зале, - подмигнула она. – Есть диван! И апартаменты большие. Поэтому Алексей ляжет там.
- Ты серьёзно? – прищурилась Инна. – А на чём ляжет, позволь спросить?
- Как это – на чём? На одном диване поспите! – воскликнула Галина, наивно хлопая чёрными бесстыжими глазами. – Не хочешь же ты сказать, что он должен поехать сейчас назад? Он устал! И вообще – квартира снята его родителями! – напомнила она. – Он тут хозяин, а мы лишь наёмные работники!
Что тут возразишь? Проще не скажешь: он – богатый граф, они – бедные вассалки. Право первой ночи.
– Не поспоришь, – кивнула Инна. – Парню надо отдохнуть!
Алексей, возвращаясь, с улыбкой прошёл мимо, на ходу снова приобняв Инну. А Галина, опять многозначительно подмигнув Инне, пошла в квартиру.
«Её тик одолел, что ли? Мигает, как заведённая, – хмыкнула Инна, идя следом и лихорадочно ища выход из ситуации. – Ничего, что-нибудь придумаю с этим «графом»!»
В квартире Галина нырнула в кухню, Алексей, занеся последний тюк, пошёл за ней. А Инна, подхватив свои вещи, заглянула туда: на кухонном столе лежала кипа бумаг. Наверное, накладные, оставленные предыдущей сменой. Алексей взял их со стола и они с Галиной стали что-то обсуждать. Инна, попятившись, занесла свои вещи в «большой апартамент», и растерянно замерла на пороге.
На полу устало лежал красный потёртый ковёр. У стены готовно раскинулся – тоже красный и также изрядно побитый жизнью, диван. У стены напротив, украшая своим полированным блеском обои с незатейливым рисунком, стоял старинный сервант. Инна даже вспомнила его древнее скандинавское название – Хельга. У мамы такой же. За стёклами поблескивали раритетные гранёные стаканы в алюминиевых подстаканниках и надколотые разнобойные чашки.
«По такому ковру без обуви и ходить страшно. Да и в обуви тоже – каблуки дырки продырявят, – вздохнула Инна. – М-да, вариантов нет – древний красный диван здесь является единственным пристанищем для усталых путников. Жаль, что его территорию не поделит заборчик, – хмыкнула она. – Остаётся надеяться, что он не рухнет от веса двух тел. Алексей весит, небось, под центнер, да и рост у него под два метра. А уж намерения у него, судя по всему, далеки от скромной сдержанности. Козе понятно, что в нашей неравной ночной схватке победит «граф». Галина, как рефери, уже давно на его стороне.
«Он тут хозяин, я – наёмный работник! – вспомнила она сентенцию Галины. – Что я могу предпринять – одна против двоих, чтобы избежать поражения?»
И она придумала – что. Пока Галина с Алексеем шуршали бумагами на кухне, Инна прошла на цыпочках в спальню Галины и, потихоньку растащив тюки в рядок, улеглась на них, укрывшись накидкой с кресла. Имеет же она право отдохнуть после мумификации в машине? Примерно до утра.
Вскоре Алексей, решив все бумажные вопросы, хлопнув входной дверью, куда-то ушёл. Несомненно, решил смотаться в ближайший магазин, потому что через полчаса вернулся, дребезжа бутылками и шурша пакетами. Затем на кухне раздался звон расставляемой посуды и завлекательный смех Галины.
«Весело им – графу и почтительная вассалке! – сердилась Инна, закрыв глаза. – Что удумали! Пусть я вдова, так уж вышло, возможно и Алексей холост – кольца на его руке нет. И водит он машину недурно, да и внешне – ничего. Но мы знакомы меньше суток! – возмущённо вертелась она. – Какое неуважение! Галина эту ночь могла бы и со мной на диване спать. Сводница! Ловко сочинили отдых после дороги: Алексей со мной будет забавляется, Галина с тюками. Прелестно! Не квартира, а настоящий притон! Да пошли они оба вон!» – снова крутнулась она.
Тут в тёмную спальню вошёл Алексей, и клин света выпал из коридора на пол. Осмотревшись, он подошёл к тюкам, на которых возлежала Инна, и нежно шепнул ей на ухо:
- Кушать подано, принцесса! Пошли на банкет!
Но «принцесса» сделала вид, что очень крепко спит, даже всхрапнула для убедительности. И тот, постояв, тихо вышел, плотно прикрыв за собой дверь. Комната погрузилась во мрак. В общем-то, он неплохой парень, но не до такой же степени, чтобы…
Инна сама не заметила, как уснула.
Утром Инна проснулась на твёрдой и мало приспособленной для сна лежанке – тюки раздвинулись, образуя прорехи, в которые дуло и куда её измученное тело норовило провалиться, согнувшись крючком. Да что за напасть! Опять мумификация в тюках, словно в балтийском янтаре! М-да, ночка была достойным продолжением её мушиных приключений на трассе!
Инна услышала хлопок входной двери. Кто это? Все ушли?
С трудом встав и едва переставляя затёкшие ноги, она вышла в коридор и заглянула в свои будущие апартаменты. Там посредине раритетного ковра тоже лежали тюки – в виде лежанки, как у неё. Алексей, наверное, соорудил её – судя по размерам, для себя лично. Побоялся за сохранность древнего дивана. И вынес их ночью из комнаты Галины бесшумно, как мышь. Она ничего не слышала. Некоторые тюки были распакованы. А когда Инна вышла в коридор, то увидела у порога четыре клетчатые сумки. Такие – лёгкие, полиэтиленовые, были в ходу у рыночных торговцев. Назывались, будто космические корабли – «челночные». Очевидно, уже были приготовлены для похода на рынок. Инне стало неудобно, что проспала сборы. Могли бы разбудить её! Захотела извиниться, услышав в кухне звяканье посуды, и направилась туда.
Там была Галина, накрывающая стол к завтраку. Вид недовольный.
- Доброе утро, - начала Инна, входя. – Я…
- Для кого как! - хмуро перебила её Галина, брякая чашками. - Могла бы пораньше встать, чтобы помочь! Я хотела поднять, да Алексей не велел, – скривившись, заявила она. Одета была в джинсы и футболку, что делало её похожей на гусеничку из-за многочисленных складок жира на животе и боках. – Зря ты так с Алексеем! – покосилась она. – Он купил шампанское и фрукты, – ткнула она рукой в сторону тарелок на столе. – Целый пир устроил. А ты спряталась? Раньше с едой не заморачивался! У нас в ходу по приезду одни консервы да домашние припасы, – кивнула она на шкафчик, в которых, наверное, хранился их стратегический запас консервов.
«О, а моя сумка с продуктами!» – вспомнила Инна, выскакивая и внеся её из зала.
- А где он? Уже уехал? – спросила она, выкладывая продукты на стол.
Инна совсем не впечатлилась словами Галины. Собака лает, а караван идёт. Она сделала то, что следовало!
«Разве я так дёшево стою? – хмыкнула она про себя, разглядывая нарезку копчёной колбасы и сыра, выпечку, яблоки, клубнику, порезанный ананас. – За тарелку клубники хотел меня купить?» – Ей стало противно.
- Алексей уехал, обиделся на тебя! Даже завтракать не стал! – сказала Галина, кидая в разномастные чашки чайные пакетики и наливая кипяток. – Алексей ведь может запросто нас подставить!
- На что? То есть – за что он обиделся? – криво усмехнулась Инна. – Что я на тюках, а не на диване спала? Бред какой-то!
- Скажет потом, что товара у нас не хватило! Или испортили его! Тут ведь его прорва, за всем не уследишь, – нехорошо покосилась она на Инну галочьим глазом.
«Она мне угрожает? Е-моё! Во что я впуталась? Это ведь торговля! Мне ли не знать, какие на этой ниве бывают махинаторы! – И вдруг вспомнила: тюками ведь завалена комната Галины, где я спала. И Галина может заявить, что там пропали вещи! Типа, я их в окно своим московским подельникам покидала! – Она прямо видела Галину, пишущую какие-то доносы. – Намекает что Алексей, обидевшись на мою… изолированность, может этот факт подтвердить? - Но, к слову, Алексей в эту картинку не встраивался – будто стоял в стороне, хотя и сердился. Но Инна эти картинки отмела. – Фух! Что за ерунда в голову лезет? – спохватилась она, – Начинается уже паранойя! Откуда такие мысли? - Инна взглянула в глаза Галине и вдруг все обиды куда-то отступили: - Галина, хоть и стерва, но она моя родственница, хоть и дальняя. Алексей – отличный парень, хотя и со сдвинутой моралью. А уехал он пораньше, чтобы московские пробки не застать. Забудем этот инцидент с диваном! Я… приехала в Москву, чтобы заработать деньги! Всё просто! И нечего выдумывать! – пришла разумная мысль. – Двигаюсь к этой цели!» – решила она.
Но, всё же, тряхнув головой, Инна выпалила:
- Ты что, под Алексея специально меня подкладывала – чтобы он перед родаками нужное слово замолвил? А почему же не себя? - Галина потупилась. – Отвечай на мой вопрос! – потребовала она.
- Он тебя хотел! – зыркнув на неё, выкрикнула та. – Уж я бы не ломалась!
«Ё-моё! Она, что – лезла к нему на том диване? Как он, бедный, не развалился? Тьфу, ты! Дался мне этот диван! Может потому Алексей и сбежал, не позавтракав? Смотреть на неё не хотел! Собралась компания: Алексей – сексуально озабоченный, Галина – профура! Подставят они меня, как пить дать! Нет, надо отсюда бежать! – возникла здравая мысль. – Как только появятся деньги, буду делать ноги! – решила она. И хмыкнула, вспомнив свою «скрюченную» поездку сюда. – Но что же мне делать сейчас?»
Галина знала – что. Она зло крикнула:
- Шевелись! Пей чай и вперёд! На Митяевский рынок! Нашлась королевна! Подай ей, разъясни! Не маленькая уже!
- Я порядочная! И на шашни не подписывалась! В договоре про интим с владельцами фирмы, а также с членами их семьи – ни слова! – обжигаясь чаем, пробормотала та. – И потом – я временный работник. Сами тут в ваши… шашки играйте!
