Panem et circenses!

Хлеба и цирковых зрелищ!
Децим Юний Ювенал

О душе сейчас говорят только в церкви. Что же это за бесполезная субстанция такая, где её злодейку сыскать в обычной жизни? Учитель литературы требовал от нас объяснить своими словами, какую сверхзадачу ставил перед собой автор. Конечно, времена махрового коммунизма, это многое объясняет. Сталин, бывший семинарист, самолично распорядился, чтобы преподавали логику. Вредный предмет запретил Хрущёв, автор поворота на запад. А сейчас она есть в школьной программе?

Казалось, далёкие друг от друга предметы: душа, писатель, логика. Однако, объединены они одной весьма существенной вещью, и называется она здравый смысл. Есть он или нет ничего. Пустота в человеке, заходи кто хочет.

Нет, я, конечно, понимаю, писателю тоже надо жить. Но для чего, вот вопрос? Зачем бездумно спекулировать на основных инстинктах: криминал (самосохранение), мистика, фантазии (познание), секс (размножение), социальный (власть, агрессия, любовь)? Зачем надо низводить венец творения до уровня животного? Дозу сильнодействующих веществ можно повышать до известных пределов, а что потом? Смерь? Кому нужен этот яд?

Многие могут сказать, что там на лучезарном западе находится панацея, надо только следовать за передовиками производства, и у всех будет счастье. Отчего вы полагаете, что именно вам дадут кусок с иноземного стола? Его заслужить надо пропагандой европейских ценностей.

Спор между западниками и славянами древний и порядком надоевший, вспомним, статью Шевырёва «Словесность и торговля». Пыль веков скажут многие и будут неправы, от времени вино не портится, а только набирает градус. Противоречия остались. Нельзя бездумно относиться к вещам крайне важным для российского человека, а уж пережёвывать чужую жвачку и вовсе мерзкое занятие. Никто не мешает литераторам ставить перед собой сверхзадачи. Российский читатель устал от пошлых зрелищ, он ждёт книг, требующих сопереживания. Лицемерный гуманизм порядком наскучил. Произносятся глянцевые слова, которые исподволь, тайно разрушают самое ценное в человеке, основу его личности, его национальность.

Всех судеб не изведаешь. Характер зависит от переживаний, о которых человек узнаёт из литературы. Читая, он примеряет на себя чужую боль. Именно писатель создаёт идеалы, которые потом совершенствуются, но никогда не меняются. Душа соткана из них, малопонятная субстанция, но всем знакомая. В критические минуты настоящий человек отбрасывает доводы разума, это ли не пример! Вспышка, и он бросается в огонь, чтобы спасти чужую жизнь. В голливудских фильмах часто кричат: Бежим отсюда! Спасаем задницы! А славянин говорит: душа гибнет. Разные взгляды, разные миры.

Можно объяснять всё модной психологией, легче не становится. Если поливать человека грязью, то образуется корка. С каждым разом приходится подвергать всё более жестоким пыткам, чтобы получить крик. Римская империя дошла до последней черты, когда молодых женщин насиловали и разрывали на куски звери. «Хлеба и зрелищ!» – требовали плебеи. Англосаксы считают себя преемниками, даже систему мер оставили, как знамя. Идеологи запада стыдливо умалчивают об истинной религии Рима, о богах арены.

Да нет, не может быть, чтобы одна-единственная книга мир уничтожила, не ядерная же бомба! Так и её проклятую сначала придумали, а потом взорвали, и ничего не шелохнулось в душе этого самого пилота, когда жал на кнопку. «Мне никогда не снились кошмары…», «Мы никому не сочувствовали и не о чём не жалели…» – слова членов экипажа, уничтожившего Хиросиму.

Бездумное писательство сродни этой бомбардировке. Современные герои не переживают за погубленные души. Смерть? – что за ерунда, всё во имя гуманизма. «А если убить тебя?» «Нельзя, я ещё не всех негодяев казнил!» «Так, ты сам и есть убийца, разве не так? Ты душегуб, милый, душегуб, и прежде всего, своей собственной души!»

Когда в тексте невозможно отыскать сверхидею, то он производит разрушения подобные ядерному взрыву: душе отказывают в существовании. Кого или что будет спасать человек из пожара, голый экватор? Ведь так получается! На месте души пустота образовалась. Если о ней не говорить, то её и нет вовсе. Если изобретать событий, не задумывается о последствиях, то боги Рима обязательно придут и поселяться в доме, где воспевают основной инстинкт.

Читатель не готов к разговору о беспокойной душе многие скажут. И будут неправы! От вас зависит, дорогие писатели, когда он будет готов и к чему…