Сколько ошибок он допустил во время исполнения задачи? Море ошибок. Правильно Аманжол говорил, что морпех везучий. Но сколько может везти? Всему приходит конец. Значит и здесь, в селении, был допущен какой-то промах, который будет стоить жизни любимой девушки, и наверное скорей всего и его жизни.
«Смерть не страшна. Умирать страшно.» — с грустью подумал Сашка, и направил автомат на дверь дома, откуда должен был вот-вот появится немецкий офицер.
Специальное подразделение «Саламандра», судя по всему потеряла уже троих своих членов.
Оберштурмфюрер СС Август Залеман понимал, что ставит под удар, выполнение поставленной ему секретной задачи, и поэтому сбавил свой быстрый шаг, и поднял вверх руку, давая сигнал, всем впереди идущим, к остановке.
— Позови ко мне, шарфюрера Отто Дитца. — отдал он приказ стоящему рядом с ним, диверсанту. Тот развернулся от него и молча подняв вверх руку сделал ей круговые движения над головой.
Залеман сделал шаг в сторону, и сняв с плеч вещмешок аккуратно положил его на камни. Задумчиво потер подбородок и стал обдумывать дальнейшие свои действия, в ожидании, когда к нему подойдет шарфюрер Дитц. — «Да! Операция на грани срыва! Два бойца, Бахман и Краус, посланные в селение на розыск Унтерфюрера Ганса Штольца, найдены убитыми. Да нет. Конечно задание спецгруппа выполнит. Профессионалы они от Бога. Но как объяснить руководителям «ордена» эти потери?» — Август Залеман повернул голову и посмотрел туда откуда они пришли. — «Рисковать на начальном этапе нельзя. Придется немного подкорректировать план. Но в Берлин пока не докладывать. Есть еще немного времени и…»
— Оберштурмфюрер! — Услышал Залеман, и повернулся к подошедшему Дитцу. — Отто! Подойди поближе и слушай внимательно что я сейчас буду говорить.
Шарфюрер кивнул головой, сделал еще шаг вперед, сократив дистанцию с командиром до минимума.
— Я слушаю оберштурмфюрер!
— В селение мы не пойдем! — Август Залеман внимательно посмотрел на шарфюрера. Но тот не проявил никаких эмоций, как было и положено психологически натренированному бойцу. И не задал никакого вопроса. — Мы разворачиваемся, и идем назад. Ты… сейчас, пока мы находимся здесь, на этой стоянке. Выйдешь на связь с командиром разведывательного батальона Фридрихом Заукелем… Сообщишь ему что мы находимся в квадрате «С». В селение, где погибли наши товарищи мы не пойдем. Мы не айнзатцкоманда чтобы заниматься черной работой недостойной нас. Для этого есть другие службы. Мы находимся здесь для другой работы. — он сжал и разжал кулак руки, словно делая упражнение для пальцев. — Мне кажется что унтерфюрер Ганс Штольц тоже никогда уже не будет в наших рядах.
— Почему Август? — Отто Дитц поправил ремень автомата, висевшего на плече.
— Потому что Отто, прошло очень много времени, с тех пор как Ганс ушел встречать перебежчика. И ты очень хорошо… — Залеман чуть повысил голос. — …знаешь, что Штольц очень аккуратный и опытный боец. И не позволит себе заставлять своих товарищей думать плохо о нем. Не так ли Отто? — он подошел к шарфюреру и положил ему ладонь на плечо. — Через два дня у нас радиосвязь с Берлином. Я доложу что наш спецотряд «Саламандра» несет потери. Но это через два дня! — не повышая голоса сказал он. — А пока мы идем в квадрат «С». Туда где мы обязаны находится. И как только мы прибудем туда, ты Отто, возьмешь командование «Саламандрой» на себя, и отряд пойдет выполнять вторую задачу. — он снял ладонь с плеча шарфюрера, и сделал шаг назад, глядя диверсанту в глаза. — Иди к радисту Отто. Делай что я сказал. — Дитц кивнул головой, но остался стоять на месте.
— Отто! Ты не понял приказа? — Залеман едва сдерживая в себе гнев, отступил на шаг назад и сжал зубы.
— Держите себя в руках оберштурмфюрер! — отчеканил Дитц. — Я понял приказ. Но мы не можем уйти пока не заберем убитых наших товарищей. — и чуть подался вперед. — И мы не можем уйти пока не выясним точно, что с унтерфюрером Гансом Штольцем. На это есть веские причины.
— Веские причины? — эсэсовец подался вперед и пристально посмотрел на Дитца. — Ну говори Отто! Я внимательно тебя слушаю. — и нервно сжал кулаки, словно готовясь к боксерскому поединку.
— Август! — шарфюрер поправил ремень висевшего на плече автомата. — Штольц должен был встретить перебежчика с секретными бумагами. И кроме того… — Дитц на секунду замолчал, закусив нижнюю губу, словно раздумывая стоит ли ему продолжать этот разговор. Но Залеман был начеку и прикрикнул на подчиненного, нарушая все традиции подразделения. — Что замолчал?! Продолжай!
— У Штольца… В общем у Штольца была карта района в котором мы должны были выполнить наше задание. И еще документы…
— Значит и ты об этом знаешь? — Залеман чуть покачал головой. — Ладно! — он внимательно посмотрел на Дитца. — Мы идем в поселок. — и мгновенно приняв решение заговорил уже приказным тоном. — Шарфюрер! Разделите группу на две части. Первая под вашим командованием идет в квадрат «С». К тайнику. Вторая пойдет со мной в селение. — Оберштурмфюрер Август Залеман поправил на голове кепи с вышитой на ней ящерицей, и указал пальцем в сторону радиста спецподразделения. — Он пойдет со мной. Там, на месте, вас должен встретить командир горного разведбатальона Фридрих Заукель со своими бойцами. Сразу же свяжитесь с нами. И ждите! Нас ждите! Вы правы Дитц! Надо все выяснить! За гибель наших бойцов должен быть получен ответ. Ладно. Этот вопрос будет решен. — и Август Залеман словно согласившись с собой, кивнул головой. Потом посмотрел на наручные часы, и тихо проговорил. — Смерть врагам Рейха!
Отто Дитц выслушав приказ остался стоять на месте, что вызвало удивление у Залемана, и тот с некоторым непониманием ситуации посмотрел на шарфюрера.
— Мой друг! Я разве что то сказал непонятное? Вы идете в квадрат»С».
— Господин оберштурмфюрер! — Дитц сделал вперед шаг. — Я должен остаться здесь.
— Здесь? — Залеман пожал плечами, и пристально, словно что то обдумывая посмотрел на шарфюрера. — Хорошо Отто. Ты остаешься со мной. Реши кто пойдет В квадрат «С», а мы будем находится здесь. И ожидать… — Он закусил губу и отвернулся от шарфюрера.
— Я уже решил. — Дитц кивнул и повторил. — Я уже решил. В квадрат «С» пойдет роттенфюрер Лоренц со своей пятеркой.
— Отлично. — не оборачиваясь, сквозь зубы, проговорил Залеман и сжал кулаки. — И запомни Дитц, это первый и последний раз я позволил тебе обсуждать мой приказ. Все иди… — он резко обернулся и посмотрел в глаза шарфюрера. — …иди мой друг. Хайль!
II ГЛАВА
Время словно остановилось. Сашка, крепко сжав в руках направленный на выход из дома, автомат, с некоторой тревогой ожидал, когда выйдет немецкий офицер, ударивший Илту, чтобы меткой очередью, расставить все по своим местам.
Беспокоился он не за себя. По поводу своей судьбы он решил твердо. Даже поставив на карту свою жизнь, он однозначно был готов, дать бой и это не обсуждалось. Беспокоился он за пацаненка. За брата Илты. Совершенно не зная где он, и что с ним.
Хорошо если мальчишка поутру ушел как всегда куда-нибудь. А если нет? Если он в доме? Не будет ли Сашкин выстрел приговором и для Арво.
То что фашисты не отпустят девушку было однозначно. Это стало понятно когда эсэсовец ударил ее.
Сашка зябко повел плечами, и еще крепче сжал автомат не отрывая взгляда от входа в дом, в ожидании врага.
— «А может и в этот раз повезет?» — нерадостно усмехнулся он. — «Говорил же Аманжол что я фартовый. Да и старый кинжал друга со мной. А казах баял что этот кинжал дедом заговоренный. Удачу приносит. Ладно. Что будет то и будет.» — и морпех увидев что из дома вышел немецкий солдат, зашедший туда с офицером, положил палец на спусковой крючок. И не ошибся. Следом за солдатом, на крыльцо вышел эсэсовец, держа в руках, разведчика аж прошиб пот от увиденного, вещмешок Аманжола.
— «Арвооо. Пацан. Что ж ты не сказал, что кроме ножа, ты и «сидор» Амана нашел?» — Сашка аж застонал от негодования. Там все что они у убитого фашиста нашли. Папка деревянная, с документами важными. И нашивки с масккамуфляжа диверсанта. Если Амана взяли живым, но подстреленным, то эта находка может решить судьбу друга, однозначно негативно.
Но сейчас перед Сашкой стояла другая задача. Офицер вышел из дома и морпех его ждал. А тот словно мишень на стрельбище стоял открытый, в полный рост, ничем и никем не защищенный. Как будто сам предлагая морпеху себя для расправы, словно насмехаясь и над Сашкой, и над своей судьбой.
Все это длилось мгновения, те, за которые все надо было успеть.
Сашка поймал на мушку голову эсэсовца, но передумав, чуть-чуть опустил дуло автомата, переместив прицел в область живота немца.
— «Ты у меня сука не сразу сдохнешь.» — со злостью подумал он. — «Помучаешься. Как мучаются все, над кем ты падаль издеваешься. Эта смерть для тебя будет нелегкой. Она будет ужасной. Ты еще будешь просить Сатану чтобы он быстрей забрал тебя к себе.» — и морпех мягко нажал на спусковой крючок. Но выстрела не последовало. А только лишь пустой щелчок. Осечка.
— « Епти-мать!» — Сашка сжал от злости зубы, и моментально передернул затвор, выкидывая из обоймы вставший наперекосяк патрон.
Эти секунды были роковыми, но не для эсэсовца. А для разведчика, не сумевшего исполнить вынесенный им приговор врагу.
Офицер развернулся и пошел вдоль дома, держа в руке рюкзак, и отдавая подчиненным какие-то команды. А те выслушав их стали занимать места в БТРе и грузовом автомобиле. Задачу, поставленную перед ними, они выполнили. Вражеский агент, в лице девушки, был задержан. Найдены кой-какие вещи, доказывающие вину этой молодой карелки. А остальное узнают соответствующие службы. Специально для этого созданные.
Немецкий офицер громко отдал команду. Два солдата приняли из кузова автомобиля железные канистры, заполненные похоже бензином, и быстрым шагом пошли к дому. Намереваясь его поджечь. Но не успели это сделать. Офицер повернулся к ним, махнул рукой, отменяя свой приказ, и кивнул в сторону транспорта.
Солдаты быстро развернулись, и подбежав к машине подали канистры назад. Потом залезли в кузов и стали ждать, когда машина тронется с места.
Офицер забрался в БТР, и техника двинулась вперед, оставляя после себя синий дым вонючего выхлопного газа.
Сашка опустил автомат, и крепко сжав рукой подбородок, провожал взглядом немецкий транспорт, увозившим в себе, избитую Илту. Девушку, которая была для него очень дорога, и которой в данный момент, он не мог ничем помочь.
— «Так. Ну что же делать дальше?» — морпех положил автомат на мох, и перевернулся на спину. — «В дом я не пойду. Это теперь уже точно. Но Надо как-то узнать. Куда ее повезли. Но как? Кто мне скажет? Эта задача будет потрудней, чем вступить с немцами в неравный бой. Эх. Жалко Аманжола нет рядом. Тот бы нашел выход из этой трудной ситуации. Ладно. Начнем все обдумывать сначала.» — Сашка опять перевернулся со спины на живот и стал смотреть в сторону дома из которого забрали Илту, стараясь сосредоточится на решении задачи. Но мысли словно разбежались в неизвестном направлении, и все думы были только о девушке, приводя к горьким воспоминаниям увиденного.
— « Нет. Не спасу я ее! Не спасу! — морпех ударил крепко сжатыми кулаками о землю и глухо застонал. Но не от боли, а от бессилия. — «Даже если я и узнаю куда ее отвезли. Не реально. Там фрицев как грязи. Что я один сделаю? Лучше уж тогда сразу же сдаться. Или застрелиться.» — он горько усмехнулся и поднял с земли автомат — «А ты то что отказал в решающий момент? Тебе то я что плохого сделал? Молчишь? Ну молчи. Молчи. А в общем может ты и прав. Своим отказом ты сохранил мне жизнь. Значит так надо небу. Как сказал бы Аманжол. Значит я еще не все выполнил что начертано мне судьбой. — и погладив оружие кивнул головой. — «Верю. Не все. Ладно о высоких материях. Давай о земном.» — И Сашка встал на ноги. — «Домой, за линию фронта, надо идти. Докладывать как все было. А там будь что будет. Пусть хоть лоб зеленкой мажут. Заслужил. Все задание провалил. Друга потерял. Итлу забрали! О-о-о-ой мама! Что ж я такой нескладный? Ладно! Домой.» — и приладив на спине вещмешок, одев ремень автомата на плечо, пошел по сопке, но почему то не в сторону линии фронта, а в обратную. Туда где по его разумению находилось место куда в машине отвезли избитую Илту.
Через полчаса он вышел к озеру, на другом берегу которого они с Аманжолом стояли очарованные полярной тишиной и красотой местной природы.
«Так. Мне вправо.» —подумал он, мысленно ища оправдания в своих действиях, противоречащих принятому решению. — «Время еще есть. Дойду до первого селения. А там и домой поверну.» — правда еще даже не зная, зачем ему туда вообще идти. Но сердцем понимая что это мысли об Итле его не отпускают домой. И повернувшись вправо сделал шаг вперед. Но вдруг резко остановился, и сильно ударил себя ладонью по щеке. — « Арво! Арво же не задержали! Я же это видел! Пацана не было! Мальчишки же не было! О-о-о-о какая же я дубина! Назад! Искать пацана! Он все наверное знает! — и развернувшись, почти бегом, двинулся обратно. К месту где лежал в засаде.
Добравшись до своей лежки, он опять прилег за камни и стал внимательно наблюдать за селением и за домом Илты.
Полярный день был в разгаре, но селение как вымерло. Ни одной души. Ни на улицах. Ни у домов.
Сашка решил дождаться когда по времени наступит якобы ночь, и спуститься к хате. Может в доме кто то или что то осталось, что поможет ему в поисках Арво. Или еще что-нибудь. В общем надо ждать заката дня. А там можно и по домам пройтись. Поспрошать у кого ни было. Если живущих найдет.
Но ангел-хранитель, который оберегал Сашку облегчил задачу. Часа через два, морпех увидел, что со стороны сопки, за которой скрывалась дорога, по которой ушел немецкий транспорт, идут два человека. Один из них был небольшого роста. И морпех узнал в нем пропавшего брата Илты. Арво. С каким-то неизвестным сопровождающим. Одетым не в военную форму. И даже не форму местного полицая. А в обыкновенную гражданскую. Это облегчало задачу. И Сашка стал внимательно смотреть что будет дальше.
Арво с неизвестным подошли к дому и зашли в него. А разведчик решил выждать некоторое время, прежде чем тоже спуститься к сопке, и зайти в жилище.
Полярный день затухал. Солнце спустилось к сопке. Но не для того чтобы скрыться за нее. А для того чтобы начать с этого места новый разгон полярного дня. Не уходя и не прячась. А оставаясь на небе все 24 часа. Действуя на нервы всем кто не привык к такому чуду.
Выждав до времени когда якобы наступила ночь, Сашка осторожно, внимательно оглядываясь по сторонам, стал спускаться с сопки вниз. К селению.
Неслышно ступая по камням устилающим землю перед домом, он подошел к двери, и прислушался. Внутри стояла тишина.
Морпех взял автомат наизготовку, толкнул ногой дверь и быстро вошел в жилище, бегло оглядев помещение. Оно было пустое. Видно те, кто вошел в дом до него уже спали в какой-нибудь из комнат.
Сашка решил не ходить по комнатам и не будить пацана со своим спутником. А подошел к столу стоящему посередине, за которым они с Илтой пили чай, и отодвинув лавку присел на нее, положив автомат на стол.
«Смерть не страшна. Умирать страшно.» — с грустью подумал Сашка, и направил автомат на дверь дома, откуда должен был вот-вот появится немецкий офицер.
***
Специальное подразделение «Саламандра», судя по всему потеряла уже троих своих членов.
Оберштурмфюрер СС Август Залеман понимал, что ставит под удар, выполнение поставленной ему секретной задачи, и поэтому сбавил свой быстрый шаг, и поднял вверх руку, давая сигнал, всем впереди идущим, к остановке.
— Позови ко мне, шарфюрера Отто Дитца. — отдал он приказ стоящему рядом с ним, диверсанту. Тот развернулся от него и молча подняв вверх руку сделал ей круговые движения над головой.
Залеман сделал шаг в сторону, и сняв с плеч вещмешок аккуратно положил его на камни. Задумчиво потер подбородок и стал обдумывать дальнейшие свои действия, в ожидании, когда к нему подойдет шарфюрер Дитц. — «Да! Операция на грани срыва! Два бойца, Бахман и Краус, посланные в селение на розыск Унтерфюрера Ганса Штольца, найдены убитыми. Да нет. Конечно задание спецгруппа выполнит. Профессионалы они от Бога. Но как объяснить руководителям «ордена» эти потери?» — Август Залеман повернул голову и посмотрел туда откуда они пришли. — «Рисковать на начальном этапе нельзя. Придется немного подкорректировать план. Но в Берлин пока не докладывать. Есть еще немного времени и…»
— Оберштурмфюрер! — Услышал Залеман, и повернулся к подошедшему Дитцу. — Отто! Подойди поближе и слушай внимательно что я сейчас буду говорить.
Шарфюрер кивнул головой, сделал еще шаг вперед, сократив дистанцию с командиром до минимума.
— Я слушаю оберштурмфюрер!
— В селение мы не пойдем! — Август Залеман внимательно посмотрел на шарфюрера. Но тот не проявил никаких эмоций, как было и положено психологически натренированному бойцу. И не задал никакого вопроса. — Мы разворачиваемся, и идем назад. Ты… сейчас, пока мы находимся здесь, на этой стоянке. Выйдешь на связь с командиром разведывательного батальона Фридрихом Заукелем… Сообщишь ему что мы находимся в квадрате «С». В селение, где погибли наши товарищи мы не пойдем. Мы не айнзатцкоманда чтобы заниматься черной работой недостойной нас. Для этого есть другие службы. Мы находимся здесь для другой работы. — он сжал и разжал кулак руки, словно делая упражнение для пальцев. — Мне кажется что унтерфюрер Ганс Штольц тоже никогда уже не будет в наших рядах.
— Почему Август? — Отто Дитц поправил ремень автомата, висевшего на плече.
— Потому что Отто, прошло очень много времени, с тех пор как Ганс ушел встречать перебежчика. И ты очень хорошо… — Залеман чуть повысил голос. — …знаешь, что Штольц очень аккуратный и опытный боец. И не позволит себе заставлять своих товарищей думать плохо о нем. Не так ли Отто? — он подошел к шарфюреру и положил ему ладонь на плечо. — Через два дня у нас радиосвязь с Берлином. Я доложу что наш спецотряд «Саламандра» несет потери. Но это через два дня! — не повышая голоса сказал он. — А пока мы идем в квадрат «С». Туда где мы обязаны находится. И как только мы прибудем туда, ты Отто, возьмешь командование «Саламандрой» на себя, и отряд пойдет выполнять вторую задачу. — он снял ладонь с плеча шарфюрера, и сделал шаг назад, глядя диверсанту в глаза. — Иди к радисту Отто. Делай что я сказал. — Дитц кивнул головой, но остался стоять на месте.
— Отто! Ты не понял приказа? — Залеман едва сдерживая в себе гнев, отступил на шаг назад и сжал зубы.
— Держите себя в руках оберштурмфюрер! — отчеканил Дитц. — Я понял приказ. Но мы не можем уйти пока не заберем убитых наших товарищей. — и чуть подался вперед. — И мы не можем уйти пока не выясним точно, что с унтерфюрером Гансом Штольцем. На это есть веские причины.
— Веские причины? — эсэсовец подался вперед и пристально посмотрел на Дитца. — Ну говори Отто! Я внимательно тебя слушаю. — и нервно сжал кулаки, словно готовясь к боксерскому поединку.
— Август! — шарфюрер поправил ремень висевшего на плече автомата. — Штольц должен был встретить перебежчика с секретными бумагами. И кроме того… — Дитц на секунду замолчал, закусив нижнюю губу, словно раздумывая стоит ли ему продолжать этот разговор. Но Залеман был начеку и прикрикнул на подчиненного, нарушая все традиции подразделения. — Что замолчал?! Продолжай!
— У Штольца… В общем у Штольца была карта района в котором мы должны были выполнить наше задание. И еще документы…
— Значит и ты об этом знаешь? — Залеман чуть покачал головой. — Ладно! — он внимательно посмотрел на Дитца. — Мы идем в поселок. — и мгновенно приняв решение заговорил уже приказным тоном. — Шарфюрер! Разделите группу на две части. Первая под вашим командованием идет в квадрат «С». К тайнику. Вторая пойдет со мной в селение. — Оберштурмфюрер Август Залеман поправил на голове кепи с вышитой на ней ящерицей, и указал пальцем в сторону радиста спецподразделения. — Он пойдет со мной. Там, на месте, вас должен встретить командир горного разведбатальона Фридрих Заукель со своими бойцами. Сразу же свяжитесь с нами. И ждите! Нас ждите! Вы правы Дитц! Надо все выяснить! За гибель наших бойцов должен быть получен ответ. Ладно. Этот вопрос будет решен. — и Август Залеман словно согласившись с собой, кивнул головой. Потом посмотрел на наручные часы, и тихо проговорил. — Смерть врагам Рейха!
Отто Дитц выслушав приказ остался стоять на месте, что вызвало удивление у Залемана, и тот с некоторым непониманием ситуации посмотрел на шарфюрера.
— Мой друг! Я разве что то сказал непонятное? Вы идете в квадрат»С».
— Господин оберштурмфюрер! — Дитц сделал вперед шаг. — Я должен остаться здесь.
— Здесь? — Залеман пожал плечами, и пристально, словно что то обдумывая посмотрел на шарфюрера. — Хорошо Отто. Ты остаешься со мной. Реши кто пойдет В квадрат «С», а мы будем находится здесь. И ожидать… — Он закусил губу и отвернулся от шарфюрера.
— Я уже решил. — Дитц кивнул и повторил. — Я уже решил. В квадрат «С» пойдет роттенфюрер Лоренц со своей пятеркой.
— Отлично. — не оборачиваясь, сквозь зубы, проговорил Залеман и сжал кулаки. — И запомни Дитц, это первый и последний раз я позволил тебе обсуждать мой приказ. Все иди… — он резко обернулся и посмотрел в глаза шарфюрера. — …иди мой друг. Хайль!
II ГЛАВА
Время словно остановилось. Сашка, крепко сжав в руках направленный на выход из дома, автомат, с некоторой тревогой ожидал, когда выйдет немецкий офицер, ударивший Илту, чтобы меткой очередью, расставить все по своим местам.
Беспокоился он не за себя. По поводу своей судьбы он решил твердо. Даже поставив на карту свою жизнь, он однозначно был готов, дать бой и это не обсуждалось. Беспокоился он за пацаненка. За брата Илты. Совершенно не зная где он, и что с ним.
Хорошо если мальчишка поутру ушел как всегда куда-нибудь. А если нет? Если он в доме? Не будет ли Сашкин выстрел приговором и для Арво.
То что фашисты не отпустят девушку было однозначно. Это стало понятно когда эсэсовец ударил ее.
Сашка зябко повел плечами, и еще крепче сжал автомат не отрывая взгляда от входа в дом, в ожидании врага.
— «А может и в этот раз повезет?» — нерадостно усмехнулся он. — «Говорил же Аманжол что я фартовый. Да и старый кинжал друга со мной. А казах баял что этот кинжал дедом заговоренный. Удачу приносит. Ладно. Что будет то и будет.» — и морпех увидев что из дома вышел немецкий солдат, зашедший туда с офицером, положил палец на спусковой крючок. И не ошибся. Следом за солдатом, на крыльцо вышел эсэсовец, держа в руках, разведчика аж прошиб пот от увиденного, вещмешок Аманжола.
— «Арвооо. Пацан. Что ж ты не сказал, что кроме ножа, ты и «сидор» Амана нашел?» — Сашка аж застонал от негодования. Там все что они у убитого фашиста нашли. Папка деревянная, с документами важными. И нашивки с масккамуфляжа диверсанта. Если Амана взяли живым, но подстреленным, то эта находка может решить судьбу друга, однозначно негативно.
Но сейчас перед Сашкой стояла другая задача. Офицер вышел из дома и морпех его ждал. А тот словно мишень на стрельбище стоял открытый, в полный рост, ничем и никем не защищенный. Как будто сам предлагая морпеху себя для расправы, словно насмехаясь и над Сашкой, и над своей судьбой.
Все это длилось мгновения, те, за которые все надо было успеть.
Сашка поймал на мушку голову эсэсовца, но передумав, чуть-чуть опустил дуло автомата, переместив прицел в область живота немца.
— «Ты у меня сука не сразу сдохнешь.» — со злостью подумал он. — «Помучаешься. Как мучаются все, над кем ты падаль издеваешься. Эта смерть для тебя будет нелегкой. Она будет ужасной. Ты еще будешь просить Сатану чтобы он быстрей забрал тебя к себе.» — и морпех мягко нажал на спусковой крючок. Но выстрела не последовало. А только лишь пустой щелчок. Осечка.
— « Епти-мать!» — Сашка сжал от злости зубы, и моментально передернул затвор, выкидывая из обоймы вставший наперекосяк патрон.
Эти секунды были роковыми, но не для эсэсовца. А для разведчика, не сумевшего исполнить вынесенный им приговор врагу.
Офицер развернулся и пошел вдоль дома, держа в руке рюкзак, и отдавая подчиненным какие-то команды. А те выслушав их стали занимать места в БТРе и грузовом автомобиле. Задачу, поставленную перед ними, они выполнили. Вражеский агент, в лице девушки, был задержан. Найдены кой-какие вещи, доказывающие вину этой молодой карелки. А остальное узнают соответствующие службы. Специально для этого созданные.
Немецкий офицер громко отдал команду. Два солдата приняли из кузова автомобиля железные канистры, заполненные похоже бензином, и быстрым шагом пошли к дому. Намереваясь его поджечь. Но не успели это сделать. Офицер повернулся к ним, махнул рукой, отменяя свой приказ, и кивнул в сторону транспорта.
Солдаты быстро развернулись, и подбежав к машине подали канистры назад. Потом залезли в кузов и стали ждать, когда машина тронется с места.
Офицер забрался в БТР, и техника двинулась вперед, оставляя после себя синий дым вонючего выхлопного газа.
Сашка опустил автомат, и крепко сжав рукой подбородок, провожал взглядом немецкий транспорт, увозившим в себе, избитую Илту. Девушку, которая была для него очень дорога, и которой в данный момент, он не мог ничем помочь.
— «Так. Ну что же делать дальше?» — морпех положил автомат на мох, и перевернулся на спину. — «В дом я не пойду. Это теперь уже точно. Но Надо как-то узнать. Куда ее повезли. Но как? Кто мне скажет? Эта задача будет потрудней, чем вступить с немцами в неравный бой. Эх. Жалко Аманжола нет рядом. Тот бы нашел выход из этой трудной ситуации. Ладно. Начнем все обдумывать сначала.» — Сашка опять перевернулся со спины на живот и стал смотреть в сторону дома из которого забрали Илту, стараясь сосредоточится на решении задачи. Но мысли словно разбежались в неизвестном направлении, и все думы были только о девушке, приводя к горьким воспоминаниям увиденного.
— « Нет. Не спасу я ее! Не спасу! — морпех ударил крепко сжатыми кулаками о землю и глухо застонал. Но не от боли, а от бессилия. — «Даже если я и узнаю куда ее отвезли. Не реально. Там фрицев как грязи. Что я один сделаю? Лучше уж тогда сразу же сдаться. Или застрелиться.» — он горько усмехнулся и поднял с земли автомат — «А ты то что отказал в решающий момент? Тебе то я что плохого сделал? Молчишь? Ну молчи. Молчи. А в общем может ты и прав. Своим отказом ты сохранил мне жизнь. Значит так надо небу. Как сказал бы Аманжол. Значит я еще не все выполнил что начертано мне судьбой. — и погладив оружие кивнул головой. — «Верю. Не все. Ладно о высоких материях. Давай о земном.» — И Сашка встал на ноги. — «Домой, за линию фронта, надо идти. Докладывать как все было. А там будь что будет. Пусть хоть лоб зеленкой мажут. Заслужил. Все задание провалил. Друга потерял. Итлу забрали! О-о-о-ой мама! Что ж я такой нескладный? Ладно! Домой.» — и приладив на спине вещмешок, одев ремень автомата на плечо, пошел по сопке, но почему то не в сторону линии фронта, а в обратную. Туда где по его разумению находилось место куда в машине отвезли избитую Илту.
Через полчаса он вышел к озеру, на другом берегу которого они с Аманжолом стояли очарованные полярной тишиной и красотой местной природы.
«Так. Мне вправо.» —подумал он, мысленно ища оправдания в своих действиях, противоречащих принятому решению. — «Время еще есть. Дойду до первого селения. А там и домой поверну.» — правда еще даже не зная, зачем ему туда вообще идти. Но сердцем понимая что это мысли об Итле его не отпускают домой. И повернувшись вправо сделал шаг вперед. Но вдруг резко остановился, и сильно ударил себя ладонью по щеке. — « Арво! Арво же не задержали! Я же это видел! Пацана не было! Мальчишки же не было! О-о-о-о какая же я дубина! Назад! Искать пацана! Он все наверное знает! — и развернувшись, почти бегом, двинулся обратно. К месту где лежал в засаде.
Добравшись до своей лежки, он опять прилег за камни и стал внимательно наблюдать за селением и за домом Илты.
Полярный день был в разгаре, но селение как вымерло. Ни одной души. Ни на улицах. Ни у домов.
Сашка решил дождаться когда по времени наступит якобы ночь, и спуститься к хате. Может в доме кто то или что то осталось, что поможет ему в поисках Арво. Или еще что-нибудь. В общем надо ждать заката дня. А там можно и по домам пройтись. Поспрошать у кого ни было. Если живущих найдет.
Но ангел-хранитель, который оберегал Сашку облегчил задачу. Часа через два, морпех увидел, что со стороны сопки, за которой скрывалась дорога, по которой ушел немецкий транспорт, идут два человека. Один из них был небольшого роста. И морпех узнал в нем пропавшего брата Илты. Арво. С каким-то неизвестным сопровождающим. Одетым не в военную форму. И даже не форму местного полицая. А в обыкновенную гражданскую. Это облегчало задачу. И Сашка стал внимательно смотреть что будет дальше.
Арво с неизвестным подошли к дому и зашли в него. А разведчик решил выждать некоторое время, прежде чем тоже спуститься к сопке, и зайти в жилище.
Полярный день затухал. Солнце спустилось к сопке. Но не для того чтобы скрыться за нее. А для того чтобы начать с этого места новый разгон полярного дня. Не уходя и не прячась. А оставаясь на небе все 24 часа. Действуя на нервы всем кто не привык к такому чуду.
Выждав до времени когда якобы наступила ночь, Сашка осторожно, внимательно оглядываясь по сторонам, стал спускаться с сопки вниз. К селению.
Неслышно ступая по камням устилающим землю перед домом, он подошел к двери, и прислушался. Внутри стояла тишина.
Морпех взял автомат наизготовку, толкнул ногой дверь и быстро вошел в жилище, бегло оглядев помещение. Оно было пустое. Видно те, кто вошел в дом до него уже спали в какой-нибудь из комнат.
Сашка решил не ходить по комнатам и не будить пацана со своим спутником. А подошел к столу стоящему посередине, за которым они с Илтой пили чай, и отодвинув лавку присел на нее, положив автомат на стол.
