- Неудивительно, - хмыкнула дочка, запрокидывая голову и изучая дар на куполе.
- Как интересно! - восхитился Дилра. - Прошу вас обязательно мне об этом рассказать! Но пройдемте же внутрь! До начала службы осталось всего несколько минут!
В храм он прошел первым, за ним последовали Маришка и Кристиан, Василий неуверенно переступил с ноги на ногу, продолжая рассматривать белокаменное строение. Я наклонился к Юльтиниэль и прошептал:
- Смотри, не устрой что-нибудь! Еще не хватало храм разрушить!
- Боишься, что Алив тебя не услышит, папочка? - хитро прищурилась дочка. - А то еще не поможет из всего этого выбраться...
- Наоборот! - зло прошипел я, чувствуя, что, из-за близости храма, удерживать маску становится все сложнее. - Просто открывай рот, но не произноси слова! Помолись лучше Хель, чтобы Пресветлая Алив нас действительно не услышала! - И, не оборачиваясь, зашел в храм.
Сколько можно на одни и те же грабли наступать? Подумаешь, захотелось в нормальном трактире переночевать. Лучше уж на земле спину ломать. Чувствую, добром это не закончится...
Мужчина еще раз изучил поляну крайне мрачным взглядом. Вон след от небольшого костерка, который затоптали второпях, словно бежали от кого-то или за кем-то. Несколько отпечатков конских копыт. Вместо кругляша, который должна была оставить шляпка третьего гвоздя - небольшой ромб. Подковы герцогства Рит. Все правильно... Только несколько следов непонятны, сложно определить в каких землях подковывали лошадь, к тому же они говорят, что к компании присоединился еще один человек. Впрочем, судя по неглубоким отпечаткам маленьких сапожек, это женщина. Не страшно. Главное, что все сходится.
Он покривился. Ну, были они тут и что? Ему на радостях что-нибудь сплясать или спеть? В голову лезли исключительно ироничные мысли, так как настроиться на серьезный лад не получалось вот уже энный день, после того как мужчина встал на след этой чудаковатой компании.
Нет, он, конечно, догадывался, что у него господин со странностями, но чтобы настолько? Первый раз за долгую жизнь ему довелось получить такой приказ. Ладно бы ему сказали кого-нибудь убить, или хотя бы ранить. На худой конец втереться в доверие и ехать так вместе с ними, чтобы, если что случится, не пришлось долго бегать за своим заказом. Нет, видите ли, чтобы ни одного волоска с головы герцога не упало, и никто не заподозрил, что за ним ведется слежка! Хотя какая это слежка? Можно же было все выполнить сразу и без таких странных ритуалов. Только подумать - направляться следом, держась как минимум в лиге от объектов преследования, и больше не делать ничего. Просто следовать шаг в шаг, чтобы потом... Зачем?! Еще бы приказали помогать им - вообще оригинальнее задания для лучшего наемника не придумаешь.
В общем-то, плохое настроение мужчины легко объяснялось. Он прекрасный воин, лучший из своего народа. Один из немногих, кто еще не утратил способность к обращению. И тут такая глупость. С таким делом справится даже ребенок!
В кустах что-то громко прошуршало, и спустя секунду, из них высунулась обросшая разбойничья физиономия. Оглядела добротную одежду, хорошие сапоги нежданного путника, перевела взгляд на крепкого коня, дорогую уздечку и расплылась в широкой улыбке (наемник насчитал восемь выбитых зубов).
- Кошелек или жизнь, что ль? - лениво спросил разбойник. Из соседних кустов высунулись ничуть не менее обросшие рожи.
Мужчина вздохнул. Голода он не испытывал, однако пар не мешало бы выпустить. Посочувствовав бедным разбойникам, которые просто не знали, что подозрительных дядь лучше не трогать, он тонко улыбнулся, и не успели они пикнуть, как их жертва смазанным движением переместилась к месту засады.
Через две минуты, обыскивая шестое тело, мужчина печально пробормотал:
- Обманщики... жизнь отдали, а кошелек зажилили. Или это из них герцог налоги вытряс, вместе с последними мозгами и инстинктом самосохранения? - Он вытер несколько капелек крови с высокого ворота, поморщившись. Облизнулся, проверяя, не испачкал ли губы или подбородок.
В любом случае оставаться на ночевку тут он не намеревался. Лучше уж чуть-чуть пренебречь указом господина и устроиться поближе к объектам. В конце концов, чем быстрее они прибудут в столицу и все там наладят, тем раньше ему можно будет выполнить приказ и вернуться домой.
Вряд ли наместник Хель решил просто пошутить... пусть даже таким странным способом.
Служба оказалась ужасно скучной... - Я еле-еле удерживался от того, чтобы не зевнуть. Рядом клевала носом Маришка. Юльтиниэль, вместо слов восхваления, напевала себе под нос какую-то песенку. Судя по тому, что молитва стоящего рядом с ней Кристиана перемежалась с мерзким хихиканьем, песенка была отнюдь не про доброе, светлое, благородное. Василий все это время просто гулял по храму, внимательно рассматривая росписи на стенах, и неодобрительно качал головой, останавливаясь у очередной иконы. Видимо, опять нашел какое-то сходство с религией своего мира. Альга за спиной священника корчила рожи и картинно закатывала глаза, показывая степень того, как ее все достало. Остальные немногочисленные прихожане (люди и один орк) тоже откровенно скучали и на безобразия нашей компании посматривали с интересом. Орк даже одобрительно оскалился и начал тихо подпевать дочке. Ну точно говорил, что песенка непростая - орки приличных и не знают. Священник, который стоял к нам спиной, не видел творящееся хулиганство. И наш новый знакомый, единственный из собравшихся, как и положено, отрешившись от всего мирского, прикрыл глаза и слегка запрокинул голову вверх к большому куполу, на котором была изображена Алив.
Несколько секунд я вглядывался в чистое лицо Пресветлой матери, которое выражало всеобъемлющую любовь и понимание. До чего художник дивно постарался, словно действительно сверху смотрит кто-то очень добрый, кто всегда утешит и примет именно таким, какой ты есть. Вот и хорошо - людям всегда нужно во что-то верить. Если у них отнять эту возможность, они превратятся в животных. Хотя и с верой попадаются отдельные экземпляры, что хуже не придумаешь. А уж сколько во имя нее в старые времена крови пролилось. Впрочем, не буду о грустном и том, что и так все знают, просто стараются не затрагивать щекотливую тему.
Наконец, старенький сгорбленный мужчина закончил читать хвалу, обвел всех собравшихся проницательным взглядом. Наша компания тут же состроила самые серьезные лица, заслужив одобрительный взгляд Дилры, который уже вернулся в реальность.
- Доброй вам ночи, дети мои, надеюсь увидеть вас и завтра, - мягко попрощался со всеми священник и повернулся к нашей команде, ожидая, когда остальные люди покинут храм.
Я постарался незаметно стянуть с пальца кольцо, которое последние дни и так носил камнем вниз. Дилра прошептал, что ужин нас будет ждать в номерах и, поклонившись святому отцу, выскользнул за двери. Последним вышел орк, задорно подмигнув Юле. Та ответила ему широкой улыбкой и подмигнула в ответ. В тишине храма было слышно, как Кристиан заскрежетал зубами. Или это мы с ним дуэтом?
- Итак... - Мужчина сделал приглашающий жест, предлагая нам подойти поближе к нему. Даже Василий, оторвавшись от созерцания потолка, заинтересованно приблизился к низенькому сухонькому священнику. - Итак, - повторил он, - я слышал, что на окраинах что-то нехорошее происходит последнее время, но вестника так и не прислали. Расскажите мне, путники, что вы видели и слышали, а также, куда вы держите путь. Если в столицу, то там сейчас неспокойно. И быть может, вам будет лучше задержаться в нашем тихом Заверене.
- Кхм... - откашлялся я, размышляя, что придумать, чтобы врать было интересно. Только сначала проверить надо, чувствует он ложь или нет.
- Мы едем из герцогства Рит... У дочки дар проснулся, будь он трижды неладен, вот везу как раз в столицу в академию сдавать, пока мне дом окончательно не разрушила.
Похлопал Юлю по плечу и рассеянно улыбнулся. Ну, да... вот такие мы простые и не надо нас ни в чем подозревать.
- Это Маришка, ее подруга - тоже поступать едет, но дар у ней слабее будет.
Так вот более-менее правдиво пересказал, что у крестника произошли проблемы в доме, Василий попал к нам из другого мира и теперь направляется в столичные общины, образованные выходцами из других реальностей. А вон эта подозрительная личность (Альга обиженно надулась) уже по дороге прибилась. Священник кивал в такт моим словам, продолжая благожелательно улыбаться. Видимо, все-таки мог чувствовать, что я говорю правду. Теперь нужно было понять, насколько этот дар силен.
- В общем-то, когда мы уезжали, у Ритов было действительно неспокойно.
Наконец священник перестал улыбаться и прислушался к словам.
- Говорили, что что-то не так с герцогской дочкой, чуть ли проклятой Хель не объявили, но только поговорили-поговорили, да и затихли. Все знают, что смешенная с эльфийской кровь не может быть проклята. Тоже слухи ходили, что герцог как бывший защитник собирается ее в орден везти, чтобы все обвинения снять. Но что из этого правда, а что сплетни, я точно сказать не могу, к сожалению.
- Я чувствую, что ты не врешь, сын мой, - зубы пришлось сжать до хруста, чтобы ненароком что-нибудь не то не ответить (ненавижу это обращение!). - И сказанное тобой радует мое сердце. Риты, начиняя от их великого предка Эрика, всегда были истинными светловерцами, которые достойно прикрывали собой нашу цветущую империю от зла, затаившегося на севере. И то, что герцог решил не прятаться, а прийти в орден, говорит о его непоколебимой вере и чистом сердце. Я помолюсь, чтобы его дорога была легкой, а Пресветлая мать отвела от него все беды.
Я просто растаял от того, какой я хороший и добрый, пока слушал священника. Вот всегда бы так! А вот дочка в самый неудачный момент громко фыркнула. Священник воззрился на нее с непониманием.
- Простите, отче, я простыла и теперь никак не могу избавиться от этого ужасного насморка, все время чихаю! Еле-еле на службе удерживалась, а вот теперь прорвало. - Юля смущенно улыбнулась и для наглядности еще раз чихнула.
- Не переживай, дитя, то, что ты простояла целую службу, говорит о твоей выдержке и силе воли...
Теперь от похвалы начала таять дочка. Остальные задумчиво запыхтели, думая, чем бы и им заслужить одобрение. Священник почти сразу перестал выглядеть угрозой и превратился в источник очень полезной информации. Сам ведь сказал, что знает про столицу, вот сейчас мы его и расспросим, как следует. Как бы начать?
- Отче, но расскажите, что же произошло в столице? Нам не хотелось бы опоздать на вступительные экзамены в академию. Но если что-то действительно серьезное и страшное, лучше будет детей оберечь и еще год подождать.
- Император пропал... - вздохнув, ответил священник.
- Что?!
- Как?
- Ужас!
- Вы уверены? - насмешливо уточнил Кристиан.
- Да, - священник развел плечами, - мне прислали вестника, что в его покои ворвались неизвестные, переодетые служителями ордена, но его императорскому величеству удалось сбежать, выпрыгнув в окно, после чего он исчез. Виновные заключены под стражу, так как без разрешения сверху их не могут предать казни, но император так и не вернулся. В столице боятся, что его могли поймать сообщники этих безумцев...
- Почему же? - нахмурился я.
- Единственный человек, к которому он мог направиться, - именно герцог Рит, это ни для кого секретом не является. Но на его землях он так и не появился. Императора ищет вся гвардия и придворные маги, - мужчина печально покачал головой, - поэтому сейчас в столице очень шумно и неудобно. Всех проверяют по несколько раз, проводятся обыски... В общем-то, все это правильно, но для бедных горожан столько головной боли. Поскорей бы его величество вернулись! Еще и указ этот непонятный...
- Вы его не одобряете?
Священник вздохнул. Младшие служители Пресветлой Алив не имели права ничего утаивать от своих прихожан, так как считалось, что одно из лучших умений Хель - просто не договаривать всю правду. Собственно именно поэтому из священнослужителей вытрясать новости было удобнее всего, но власти старались с вестниками сообщать не всю информацию, особенно, если было нежелательным ее попадание в чужие руки.
- Это очень неправильный указ. Я, конечно, с самим императором не общался, но это все равно на него не похоже. Его величество Кристиан Лит прекрасно осознает, что, если у человека есть потребность выговориться Пресветлой матери или почувствовать ее свет, он сам придет в храм и откроет свою душу милосердной Алив. Если нет, не стоит заставлять, так можно разве что отвратить от веры. К тому же сам указ вышел уже после исчезновения его величества. Нам сказали, что император подписал его раньше, но...
Теперь святой отец замялся, было видно, что ему совершенно не хотелось говорить о своих сомнениях, и он надеялся, что мы больше не будем ничего спрашивать. Что ж, и то верно. Мы узнали достаточно. Информация оказалась крайне забавной и очень неожиданной, и теперь ее следовало переварить за сытным ужином со стаканом красного полусладкого. Так уж и быть, детям тоже по бокалу разрешу. Ибо за такое, право слово, стоило выпить.
- Благодарим вас, отче, за этот рассказ, теперь нам предстоит подумать, что делать дальше, разрешите идти.
- Да, да! Конечно, - засуетился священник, не скрывая радости оттого, что не придется продолжать щекотливую тему. Размашисто нас перекрестил и, пожелав доброй ночи, выпроводил из храма.
- И что вы на это скажете? - уточнил Крис по дороге к трактиру. Выглядел он мрачнее некуда, даже не реагировал на попытки Юльтиниэль его развеселить, завязав очередной спор.
- А что тут можно сказать? Три варианта: первый - либо это мастерский спектакль для одного человека, тебя, чтобы заманить обратно во дворец и со спокойной душой сжечь. Второй - у нас появился крайне опасный враг, который на своих слугах сделал такие иллюзии под орденцев, что даже ты не смог их почувствовать. И, наконец, третий, и самый очевидный вариант, - ты, твое императорское величество, просто идиот. Так увлекся кхм... разговором со своей очередной подружкой, что даже забыл проверить, что перед тобой именно глава ордена, а не кто-нибудь другой, и сразу полез в окно учиться летать.
Даже в темноте, которую чуть-чуть разбавляли тусклые и редкие магические фонари, было видно, как мой крестник покраснел. Дочка гаденько захихикала на пару с Маришкой. Василий и Альга промолчали. Воровка, понятное дело, дулась на меня (действительно мог бы как-нибудь лучше представить). А вот молчание иномирца не поддавалось определению. Опять дом вспомнил? Или нашел какие-то совсем выходящие за рамки объясняемых явлений сходства храмов нашего и его мира?
- И что нам делать?
- М-м-м... Крис, я тебе, конечно, могу ответить и даже в рифму порекомендую, что делать, да боюсь, обидишься. Лично я собираюсь и дальше ехать в столицу. Чтобы там не происходило, в этом нужно разобраться. Не дело герцогу бояться, что его узнают и свое родовое кольцо прятать в карман, словно оно краденное. Остатки гордости еще сохранились... да и возраст не тот, чтобы кидаться во все неприятности (именуемые приключениями) с радостным визгом блаженного.
- Как интересно! - восхитился Дилра. - Прошу вас обязательно мне об этом рассказать! Но пройдемте же внутрь! До начала службы осталось всего несколько минут!
В храм он прошел первым, за ним последовали Маришка и Кристиан, Василий неуверенно переступил с ноги на ногу, продолжая рассматривать белокаменное строение. Я наклонился к Юльтиниэль и прошептал:
- Смотри, не устрой что-нибудь! Еще не хватало храм разрушить!
- Боишься, что Алив тебя не услышит, папочка? - хитро прищурилась дочка. - А то еще не поможет из всего этого выбраться...
- Наоборот! - зло прошипел я, чувствуя, что, из-за близости храма, удерживать маску становится все сложнее. - Просто открывай рот, но не произноси слова! Помолись лучше Хель, чтобы Пресветлая Алив нас действительно не услышала! - И, не оборачиваясь, зашел в храм.
Сколько можно на одни и те же грабли наступать? Подумаешь, захотелось в нормальном трактире переночевать. Лучше уж на земле спину ломать. Чувствую, добром это не закончится...
***
Мужчина еще раз изучил поляну крайне мрачным взглядом. Вон след от небольшого костерка, который затоптали второпях, словно бежали от кого-то или за кем-то. Несколько отпечатков конских копыт. Вместо кругляша, который должна была оставить шляпка третьего гвоздя - небольшой ромб. Подковы герцогства Рит. Все правильно... Только несколько следов непонятны, сложно определить в каких землях подковывали лошадь, к тому же они говорят, что к компании присоединился еще один человек. Впрочем, судя по неглубоким отпечаткам маленьких сапожек, это женщина. Не страшно. Главное, что все сходится.
Он покривился. Ну, были они тут и что? Ему на радостях что-нибудь сплясать или спеть? В голову лезли исключительно ироничные мысли, так как настроиться на серьезный лад не получалось вот уже энный день, после того как мужчина встал на след этой чудаковатой компании.
Нет, он, конечно, догадывался, что у него господин со странностями, но чтобы настолько? Первый раз за долгую жизнь ему довелось получить такой приказ. Ладно бы ему сказали кого-нибудь убить, или хотя бы ранить. На худой конец втереться в доверие и ехать так вместе с ними, чтобы, если что случится, не пришлось долго бегать за своим заказом. Нет, видите ли, чтобы ни одного волоска с головы герцога не упало, и никто не заподозрил, что за ним ведется слежка! Хотя какая это слежка? Можно же было все выполнить сразу и без таких странных ритуалов. Только подумать - направляться следом, держась как минимум в лиге от объектов преследования, и больше не делать ничего. Просто следовать шаг в шаг, чтобы потом... Зачем?! Еще бы приказали помогать им - вообще оригинальнее задания для лучшего наемника не придумаешь.
В общем-то, плохое настроение мужчины легко объяснялось. Он прекрасный воин, лучший из своего народа. Один из немногих, кто еще не утратил способность к обращению. И тут такая глупость. С таким делом справится даже ребенок!
В кустах что-то громко прошуршало, и спустя секунду, из них высунулась обросшая разбойничья физиономия. Оглядела добротную одежду, хорошие сапоги нежданного путника, перевела взгляд на крепкого коня, дорогую уздечку и расплылась в широкой улыбке (наемник насчитал восемь выбитых зубов).
- Кошелек или жизнь, что ль? - лениво спросил разбойник. Из соседних кустов высунулись ничуть не менее обросшие рожи.
Мужчина вздохнул. Голода он не испытывал, однако пар не мешало бы выпустить. Посочувствовав бедным разбойникам, которые просто не знали, что подозрительных дядь лучше не трогать, он тонко улыбнулся, и не успели они пикнуть, как их жертва смазанным движением переместилась к месту засады.
Через две минуты, обыскивая шестое тело, мужчина печально пробормотал:
- Обманщики... жизнь отдали, а кошелек зажилили. Или это из них герцог налоги вытряс, вместе с последними мозгами и инстинктом самосохранения? - Он вытер несколько капелек крови с высокого ворота, поморщившись. Облизнулся, проверяя, не испачкал ли губы или подбородок.
В любом случае оставаться на ночевку тут он не намеревался. Лучше уж чуть-чуть пренебречь указом господина и устроиться поближе к объектам. В конце концов, чем быстрее они прибудут в столицу и все там наладят, тем раньше ему можно будет выполнить приказ и вернуться домой.
Вряд ли наместник Хель решил просто пошутить... пусть даже таким странным способом.
***
Служба оказалась ужасно скучной... - Я еле-еле удерживался от того, чтобы не зевнуть. Рядом клевала носом Маришка. Юльтиниэль, вместо слов восхваления, напевала себе под нос какую-то песенку. Судя по тому, что молитва стоящего рядом с ней Кристиана перемежалась с мерзким хихиканьем, песенка была отнюдь не про доброе, светлое, благородное. Василий все это время просто гулял по храму, внимательно рассматривая росписи на стенах, и неодобрительно качал головой, останавливаясь у очередной иконы. Видимо, опять нашел какое-то сходство с религией своего мира. Альга за спиной священника корчила рожи и картинно закатывала глаза, показывая степень того, как ее все достало. Остальные немногочисленные прихожане (люди и один орк) тоже откровенно скучали и на безобразия нашей компании посматривали с интересом. Орк даже одобрительно оскалился и начал тихо подпевать дочке. Ну точно говорил, что песенка непростая - орки приличных и не знают. Священник, который стоял к нам спиной, не видел творящееся хулиганство. И наш новый знакомый, единственный из собравшихся, как и положено, отрешившись от всего мирского, прикрыл глаза и слегка запрокинул голову вверх к большому куполу, на котором была изображена Алив.
Несколько секунд я вглядывался в чистое лицо Пресветлой матери, которое выражало всеобъемлющую любовь и понимание. До чего художник дивно постарался, словно действительно сверху смотрит кто-то очень добрый, кто всегда утешит и примет именно таким, какой ты есть. Вот и хорошо - людям всегда нужно во что-то верить. Если у них отнять эту возможность, они превратятся в животных. Хотя и с верой попадаются отдельные экземпляры, что хуже не придумаешь. А уж сколько во имя нее в старые времена крови пролилось. Впрочем, не буду о грустном и том, что и так все знают, просто стараются не затрагивать щекотливую тему.
Наконец, старенький сгорбленный мужчина закончил читать хвалу, обвел всех собравшихся проницательным взглядом. Наша компания тут же состроила самые серьезные лица, заслужив одобрительный взгляд Дилры, который уже вернулся в реальность.
- Доброй вам ночи, дети мои, надеюсь увидеть вас и завтра, - мягко попрощался со всеми священник и повернулся к нашей команде, ожидая, когда остальные люди покинут храм.
Я постарался незаметно стянуть с пальца кольцо, которое последние дни и так носил камнем вниз. Дилра прошептал, что ужин нас будет ждать в номерах и, поклонившись святому отцу, выскользнул за двери. Последним вышел орк, задорно подмигнув Юле. Та ответила ему широкой улыбкой и подмигнула в ответ. В тишине храма было слышно, как Кристиан заскрежетал зубами. Или это мы с ним дуэтом?
- Итак... - Мужчина сделал приглашающий жест, предлагая нам подойти поближе к нему. Даже Василий, оторвавшись от созерцания потолка, заинтересованно приблизился к низенькому сухонькому священнику. - Итак, - повторил он, - я слышал, что на окраинах что-то нехорошее происходит последнее время, но вестника так и не прислали. Расскажите мне, путники, что вы видели и слышали, а также, куда вы держите путь. Если в столицу, то там сейчас неспокойно. И быть может, вам будет лучше задержаться в нашем тихом Заверене.
- Кхм... - откашлялся я, размышляя, что придумать, чтобы врать было интересно. Только сначала проверить надо, чувствует он ложь или нет.
- Мы едем из герцогства Рит... У дочки дар проснулся, будь он трижды неладен, вот везу как раз в столицу в академию сдавать, пока мне дом окончательно не разрушила.
Похлопал Юлю по плечу и рассеянно улыбнулся. Ну, да... вот такие мы простые и не надо нас ни в чем подозревать.
- Это Маришка, ее подруга - тоже поступать едет, но дар у ней слабее будет.
Так вот более-менее правдиво пересказал, что у крестника произошли проблемы в доме, Василий попал к нам из другого мира и теперь направляется в столичные общины, образованные выходцами из других реальностей. А вон эта подозрительная личность (Альга обиженно надулась) уже по дороге прибилась. Священник кивал в такт моим словам, продолжая благожелательно улыбаться. Видимо, все-таки мог чувствовать, что я говорю правду. Теперь нужно было понять, насколько этот дар силен.
- В общем-то, когда мы уезжали, у Ритов было действительно неспокойно.
Наконец священник перестал улыбаться и прислушался к словам.
- Говорили, что что-то не так с герцогской дочкой, чуть ли проклятой Хель не объявили, но только поговорили-поговорили, да и затихли. Все знают, что смешенная с эльфийской кровь не может быть проклята. Тоже слухи ходили, что герцог как бывший защитник собирается ее в орден везти, чтобы все обвинения снять. Но что из этого правда, а что сплетни, я точно сказать не могу, к сожалению.
- Я чувствую, что ты не врешь, сын мой, - зубы пришлось сжать до хруста, чтобы ненароком что-нибудь не то не ответить (ненавижу это обращение!). - И сказанное тобой радует мое сердце. Риты, начиняя от их великого предка Эрика, всегда были истинными светловерцами, которые достойно прикрывали собой нашу цветущую империю от зла, затаившегося на севере. И то, что герцог решил не прятаться, а прийти в орден, говорит о его непоколебимой вере и чистом сердце. Я помолюсь, чтобы его дорога была легкой, а Пресветлая мать отвела от него все беды.
Я просто растаял от того, какой я хороший и добрый, пока слушал священника. Вот всегда бы так! А вот дочка в самый неудачный момент громко фыркнула. Священник воззрился на нее с непониманием.
- Простите, отче, я простыла и теперь никак не могу избавиться от этого ужасного насморка, все время чихаю! Еле-еле на службе удерживалась, а вот теперь прорвало. - Юля смущенно улыбнулась и для наглядности еще раз чихнула.
- Не переживай, дитя, то, что ты простояла целую службу, говорит о твоей выдержке и силе воли...
Теперь от похвалы начала таять дочка. Остальные задумчиво запыхтели, думая, чем бы и им заслужить одобрение. Священник почти сразу перестал выглядеть угрозой и превратился в источник очень полезной информации. Сам ведь сказал, что знает про столицу, вот сейчас мы его и расспросим, как следует. Как бы начать?
- Отче, но расскажите, что же произошло в столице? Нам не хотелось бы опоздать на вступительные экзамены в академию. Но если что-то действительно серьезное и страшное, лучше будет детей оберечь и еще год подождать.
- Император пропал... - вздохнув, ответил священник.
- Что?!
- Как?
- Ужас!
- Вы уверены? - насмешливо уточнил Кристиан.
- Да, - священник развел плечами, - мне прислали вестника, что в его покои ворвались неизвестные, переодетые служителями ордена, но его императорскому величеству удалось сбежать, выпрыгнув в окно, после чего он исчез. Виновные заключены под стражу, так как без разрешения сверху их не могут предать казни, но император так и не вернулся. В столице боятся, что его могли поймать сообщники этих безумцев...
- Почему же? - нахмурился я.
- Единственный человек, к которому он мог направиться, - именно герцог Рит, это ни для кого секретом не является. Но на его землях он так и не появился. Императора ищет вся гвардия и придворные маги, - мужчина печально покачал головой, - поэтому сейчас в столице очень шумно и неудобно. Всех проверяют по несколько раз, проводятся обыски... В общем-то, все это правильно, но для бедных горожан столько головной боли. Поскорей бы его величество вернулись! Еще и указ этот непонятный...
- Вы его не одобряете?
Священник вздохнул. Младшие служители Пресветлой Алив не имели права ничего утаивать от своих прихожан, так как считалось, что одно из лучших умений Хель - просто не договаривать всю правду. Собственно именно поэтому из священнослужителей вытрясать новости было удобнее всего, но власти старались с вестниками сообщать не всю информацию, особенно, если было нежелательным ее попадание в чужие руки.
- Это очень неправильный указ. Я, конечно, с самим императором не общался, но это все равно на него не похоже. Его величество Кристиан Лит прекрасно осознает, что, если у человека есть потребность выговориться Пресветлой матери или почувствовать ее свет, он сам придет в храм и откроет свою душу милосердной Алив. Если нет, не стоит заставлять, так можно разве что отвратить от веры. К тому же сам указ вышел уже после исчезновения его величества. Нам сказали, что император подписал его раньше, но...
Теперь святой отец замялся, было видно, что ему совершенно не хотелось говорить о своих сомнениях, и он надеялся, что мы больше не будем ничего спрашивать. Что ж, и то верно. Мы узнали достаточно. Информация оказалась крайне забавной и очень неожиданной, и теперь ее следовало переварить за сытным ужином со стаканом красного полусладкого. Так уж и быть, детям тоже по бокалу разрешу. Ибо за такое, право слово, стоило выпить.
- Благодарим вас, отче, за этот рассказ, теперь нам предстоит подумать, что делать дальше, разрешите идти.
- Да, да! Конечно, - засуетился священник, не скрывая радости оттого, что не придется продолжать щекотливую тему. Размашисто нас перекрестил и, пожелав доброй ночи, выпроводил из храма.
- И что вы на это скажете? - уточнил Крис по дороге к трактиру. Выглядел он мрачнее некуда, даже не реагировал на попытки Юльтиниэль его развеселить, завязав очередной спор.
- А что тут можно сказать? Три варианта: первый - либо это мастерский спектакль для одного человека, тебя, чтобы заманить обратно во дворец и со спокойной душой сжечь. Второй - у нас появился крайне опасный враг, который на своих слугах сделал такие иллюзии под орденцев, что даже ты не смог их почувствовать. И, наконец, третий, и самый очевидный вариант, - ты, твое императорское величество, просто идиот. Так увлекся кхм... разговором со своей очередной подружкой, что даже забыл проверить, что перед тобой именно глава ордена, а не кто-нибудь другой, и сразу полез в окно учиться летать.
Даже в темноте, которую чуть-чуть разбавляли тусклые и редкие магические фонари, было видно, как мой крестник покраснел. Дочка гаденько захихикала на пару с Маришкой. Василий и Альга промолчали. Воровка, понятное дело, дулась на меня (действительно мог бы как-нибудь лучше представить). А вот молчание иномирца не поддавалось определению. Опять дом вспомнил? Или нашел какие-то совсем выходящие за рамки объясняемых явлений сходства храмов нашего и его мира?
- И что нам делать?
- М-м-м... Крис, я тебе, конечно, могу ответить и даже в рифму порекомендую, что делать, да боюсь, обидишься. Лично я собираюсь и дальше ехать в столицу. Чтобы там не происходило, в этом нужно разобраться. Не дело герцогу бояться, что его узнают и свое родовое кольцо прятать в карман, словно оно краденное. Остатки гордости еще сохранились... да и возраст не тот, чтобы кидаться во все неприятности (именуемые приключениями) с радостным визгом блаженного.
