Мы уже тогда понимали, что эта чума была рождена действиями того, кому нужны человеческие жертвы. Потому что Марко, как мы тогда считали, не допустил бы развития болезни в городе. У него хватило бы сил остановить заразу, возникшую естественным путем. Хотя естественным путём назвать забрасывание города чумными трупами было бы натяжкой. Но, всё же…
И вот однажды, поздно ночью в дверь дома Генриха постучали. Генрих открыл двери и увидел … Марко! Живого и здорового. Только осунувшегося и бледного. Бедняга Генрих… Как он радовался возвращению своего ученика.
Прошло три недели, и вот Геную захлестнула волна чумы. Люди гибли прямо на улицах. Чумные костры горели постоянно и их не хватало. И тогда я сказал другу, что надо выходить на охоту. Генрих не возражал. Единственный, кого мы не ставили в известность, был Марко, поскольку мы наивно полагали, что парень вымотался и не сможет нам помочь. Что ж, мы были недалеки от истины. В первую же ночь, мы вышли на след убийцы города. Это был лич. С чёрным черепом в золотой рогатой короне. И черными руками. В пурпурно-фиолетовой хламиде, расшитой золотой канителью. И взором, пылающим адским огнём. Взять его мы не смогли. Пять раз мы выходили на охоту. И все пять раз мы упускали лича. И всякий раз он издевательски смеялся над нами.
Мы видели, как он пожирает чужие жизни. Как он глумится над нами. Но он уходил от нас, будто знал, как справиться с нами и нашими ловушками.
И главное, мой друг сильно изменился. Он осунулся, выглядел постоянно уставшим и постаревшим. Я чувствовал, что что-то случилось страшное с ним.
Шла восьмая неделя чумного кошмара в Генуе. Мы уже отчаялись поймать этого шустрого мертвеца. Если бы не случай. Я вернулся в дом Генриха раньше всех, но решил полежать на лежанке на чердаке, а не в комнате Генриха в кресле. Я очень устал и хотел принять горизонтальное положение. Чтоб просто поспать. Я отключился быстро. Мне снилось, что передо мной стоит какой-то зверь. Точнее его скелет. И этот остов что-то грызет, рыча, постанывая и вздыхая. В холодном поту я открыл глаза и понял, что все эти звуки мне не снятся. Стараясь не шуметь, я спустился на этаж, где были спальни жильцов. В этот момент все звуки прекратились. «Странно!» - подумал тогда я, открывая дверь за дверью. Никого не было ни в одной комнате. И всё же в комнате Марко меня что-то насторожило. Что? «Ладно», - подумал я, -«потом разберусь». И спустился вниз. В это время входная дверь стукнула, послышались торопливые шаркающие шаги. Это вернулся мой друг. Он устало посмотрел на меня и попросил налить ему вина. Пока я обслуживал своего друга, раздался стук и в дом вошёл Марко. Он был бледнее обычного. Он явно волновался, но старался не подавать вида. При этом он ругался на какого-то трактирщика, который разлил чернила на него и запачкал его руки.
Сперва я не обратил внимания на его слова. Пролил какой-то растяпа, ну и фиг с ним. А потом посмотрел на руки Марко. И понял в чем дело. С момента возвращения Марко в Геную он никогда не снимал с рук перчатки. Даже ел в нитяных перчатках. Говорил, что чума в Кафе сделала из него параноика. И я вспомнил, что его перчатки лежали в его комнате. Рука была черна не от чернил. Она была черна от гниения. Я посмотрел на Марко пристально и произнес:
«Генрих, мой друг. Похоже, мы нашли с тобой причину этой заразы в городе».
«Да? Кто? Где?»- рассеянно пробормотал Генрих, подслеповато щурясь и озираясь.
«Полагаю, пер…»
Договорить мне Марко не дал. Он посмотрел на меня, и я увидел черное лицо. Которое менялось. Для меня оно менялось как в рапиде. Спустя несколько мгновений на меня смотрел черный череп, у которого в пустых глазницах плясали темно-багровые языки пламени.
«Удивлены?» - прокаркал он, - «Долго же вы искали меня. Но теперь я силен как никогда. Что мне теперь сопротивление одного смертного и одного бессмертного если я – Мрак. Я - император личей!»
И не давая нам опомниться, он выкинул перед собой костлявую руку и пустил в Генриха зеленую молнию. Тело бедного Генриха поднялось к потолку, он застонал, а в ответ ему раздался каркающий зловещий хохот. Рогатая корона тускло блестела в сумерках комнаты, слабо освещаемой свечами. Я вовремя опомнился и вступил в схватку с этим отродьем пекла. Она шла минут десять. А Генрих лежал на полу, истекая кровью…
Наконец мне удалось улучить момент и ударить это чудовище так, что он рассыпался в прах. На полу лежала темно-пурпурная накидка с золотым шитьем, горстка пепла и рогатая корона с блистающим черным камнем в её налобной части. Когда Марко-Мрак начал распадаться на частички пепла, дикий вопль огласил дом Генриха. И тогда мне почудилось, что сквозь этот рёв было произнесено «Я ещё вернусь!».
Когда все было окончено, я бросился к другу. Тело Генриха билось в конвульсиях. Он пробулькал: «Дружище… я ухожу… он был прав… я стал смертным… но … но…»
Он дернулся в последний раз и затих… Мой друг умер. Теперь - навсегда…
На следующий день я сложил большой костер во дворе дома Генриха, положил его тело на дрова, полил смолой этот погребальный миникрематорий и подпалил. Я стоял так до тех пор, пока весь костер не прогорел, и тело моего бедного друга не обернулось пеплом. Долго стоял… Под аккомпанемент погребального колокола ближайшей церкви. Потом я вернулся в его дом. Я стал перебирать его бумаги. И наткнулся на письмо Генриха. Он написал его для меня. Он просил извинить его за молчание о том, что он стал смертным. Он писал, что уже догадался, кто был этим загадочным убийцей-живодёром и источником чумы в Кафе и Генуе. Но ему нужно время, чтоб проверить всё. И если он вдруг умрёт, он просил меня закончить начатое им. Он писал, что чуму распространяют некие сосуды, разбросанные по всему городу. И моя задача найти их и уничтожить. Беда в том, что я потратил более пяти, лет чтоб найти их все. Потому что часть из них Мрак отправил с оказией в другие города и страны.
Но особо он обращал мое внимание на корону. Он требовал, чтоб я разобрал корону. Металл можно пустить в оборот, а вот камень требуется разбить. И части его разбросать по всему свету. Я поступил по-своему. Золото я переплавил и сделал из него урну для праха Генриха. Вон она стоит на каминной полке. Я даже и освятил ее в церкви, и передавал для обряда одному генуэзскому раввину. А с камнем поступил именно так, как он просил. Последний кусок этого проклятого камня я бросил в Марианский жёлоб в 1875 году. Только я сильно сомневаюсь, что это помогло нам избавиться от Мрака навсегда. Чувствую, что нам ещё предстоит с ним встретиться. Так что, там, в царстве мёртвых ты видел Мрака. Это тебе предупреждение. И мне…
(прим. Далее запись обрывается. Батарейка села)
Недолекция Романо о том, кто такие на самом деле вампиры, и как с ними не нужно бороться. (расшифровка аудиозаписи)
10 октября 2009 года
Итак, мой друг, сегодня нам представляете возможность пообщаться наедине на тему, которая для меня достаточно животрепещуща. Не улыбайся. Не смейся. Я понимаю, что по-русски говорю не очень хорошо, и порой меня выдает мой акцент. Но, поверь, мне проще ошибаться, что корчить из себя не пойми кого, и присваивать себе якобы знание того, в чем я не смыслю ничего.
Всё! На этом разбор моего русского язика прекращаем! Есть вещи много важнее чем это. Возвращаемся к главной теме разговора.
Итак, в свое время, когда ты активно пользовался приобретенным навыком проникать разумом в места, где ты не присутствуешь, я заметил, что ты стал интересоваться, а кто я такой. Так? Ну, что ж, юнош, я намерен удовлетворить твое любопытство, и, параллельно, дать тебе небольшой урок того, что не стоит делать, чтоб не навлечь на себя несчастья.
Для начала позволь представиться моим полным именем: я – Романо-Павел Йонеску, родился в XIV веке от Рождества Христова. седьмой сын обедневшего господаря Йона Йонеску, владыки и правителя маленького уезда в Бессарабии. Дворянин. Но, волею судеб, волшебник и … только не пугайся… я вампир. Точнее – стригой. Как я докатился до такой жизни, спросишь ты. А я отвечу: исключительно случайно и волею судеб. Хотя нет… тут я солгу тебе, к сожалению. Таким как сейчас я стал благодаря самому себе и нашему патрону. Но, все по порядку.
Для начала, я расскажу тебе как становятся вампирами, какая классификация вампиров существует, какие кланы вампиров есть на сегодняшний день, и, самое важное, почему все россказни и «народные сказания» о нас – не более чем выдумка.
И, пожалуй, стоит начать с того, что в мире существуют три основных клана вампиров: это просветленные, отверженные и проклятые. Давай расставим все точки над «i». Просветленные – это вампиры, осознавшие свою жуткую суть, окончательно отказавшиеся от кровопития, и занимающиеся благотворительностью и исследовательской медицинской деятельностью. Иногда среди просветленных есть гениальные врачи. Чем они заменяют кровь? Интересно? Тогда немного потерпи. Всему свое время.
Отверженные – это клан вампиров, отказавшихся от зла, принесший покаяние (согласно религиозной доктрине, которую исповедуют), но не могущие примкнуть к просветленным, ибо основная масса их не может избавится от употребления крови. Не скрою, среди нас есть и те, кто не употребляет крови, но и они не могут примкнуть к просветлённым. На то свои причины. Кровь, да будет тебе известно, мы употребляем консервированную, поставляемую нам в небольших количествах, достаточных, чтоб поддерживать нас, из пунктов сбора донорской крови. Большинство из нас или активные ученые, или серьезные практики в медицине. Правда среди нас велико число и опытных практикующих магов, и психологов. Я, как ты помнишь, хороший тому пример.
И, наконец, клан проклятых. Тех, кто по своей сути ничем не лучше личей, служат силам тьмы, действуют тоже за счет сил тьмы, намеренно питаются «живой» кровью, устраивая охоту на людей, маги так себе, индивидуалисты, но сильны при объединении. А еще, они основные поставщики упырей.
Видишь ли, случается так, что вампир, предпочитающий «живую» кровь, в один прекрасный момент переступает черту и пробует на вкус плоть человека, занимается еще и каннибализмом. Причем он пожирает не просто плоть только что им убитого человека. Он в состоянии пожирать и плоть уже умершего человека. То есть, это классический пример каннибала – падальщика. И с этого момента, они перестают быть вампирами. Потому как меняется и психика, и структура восприятия реальности, да и еще много чего. Нет ничего ужаснее чем превратиться в упыря.
Если захочешь – об упырях я расскажу позже и подробнее. А сейчас продолжаем разговор о вампирах.
Как становятся вампиром? Существуют два основных пути перехода на эту сторону бытия.
Первый – самый простой и самый многочисленный. Сюда мы можем отнести и проклятие в адрес Вышнего при насильственной гибели; и пребывание в ярости во время смерти, в следствие чего дух отказывается покидать тело; и ритуальная смерть, во время камлания перед изображением одного из демонов, и так далее. Насколько мне известно существует более сорока достаточно простых способов по собственной воле или случайно обратить себя в «любителя» человеческой крови. Самое неприятное, в этом случае, является то, что в большинстве случаев человек умирает и обретает существование за чей-то счёт. То есть, в основной массе мы имеем дело с живыми мертвецами, которые принципиально и кардинально отличаются от зомби тем, что имеют разум, умеют ограничивать себя и не подвержены тлению и распаду. Само собой, до определённого момента.
А вот второй способ более тяжел и являет собой образец ловушки для соискателя в «живущие-в-двух-мирах». Вся проблема в том, вампиром можно стать и во время прохождения инициации в ЖВДМ. Оцени, я твою аббревиатуру использую (смешок).
Как? И сложно, и легко. Основные компоненты превращения соискателя в вампира таковы: страх и гнев. Причем, не просто обычные страх и гнев. Возникающие на доли секунды. Нет… Тут речь идет о Страхе и Гневе, которые заполоняют всю душу, всё сердце и не отпускают тебя до самого финала. И каким вампиром ты возродишься – зависит от того, чего в тебе было больше. Если примерно поровну и того, и другого – будешь средним, стандартным вампиром, способным даже отказаться от кровопития (если получится и достигнешь способности потреблять энергию). Будешь больше гневлив – будешь энергетическим вампиром. Это шанс стать высшим и просветленным. А если ты много боялся, причём настолько, что страх пожирал даже гнев – прости, но тебе прямая дорога в проклятые, ибо там страх становится причиной продажи души нечистому. Понимаешь? И такие могут возродится и энергетическим вампиром, и банальным кровососом, и гибридной версией.
По сути, тот кто идет вторым путем не живой мертвец, а омертвелый живой. Можно сказать, что это одна из мрачных «шуточек» Смерти. Мотивировка проста: да ты не достоин стать в полной мере «живущим-в-двух-мирах». Поэтому даю тебе этакую пожизненную демоверсию. Ну или…. Шараварную. Поскольку оказался недостоин – получи в довесок ряд свойств. Ну, чтоб жизнь медом не казалась. А поскольку ты был готов жертву ради другого совершить – это хорошо. Я тут кусочек твоей души у себя сохраняю. Мало ли…
И вот когда такой вампир возрождается, то в зависимости от того, в кого он был инициирован, он ведет себя по-разному. Единственное что было, есть и будет общим для любого из моего племени – голод. Знаешь, что это такое? Это кошмар. Голод — это непреодолимое желание, направляющее разум и тело к одной только цели: получить кровь. Это чувство гораздо более сильное, чем, например, любое чувство голода, связанное с недостатком пищи. Это то, что наиболее страшно и отталкивающе для вампира, но при этом - неизбежно. Это нечто, наиболее влияющее на вампира - вне зависимости, идет речь о вампире энергетическом, которым движет желание получить эмоциональную энергию, или о жажде крови, испытываемой вампиром-кровососом. При этом, обрати внимание, энергетический вампир имеет особое преимущество, которого нет у вампира, питающегося кровью. Первичный источник необходимой энергии - это эмоции, жизненные силы, чувства, а питаться чьими-то эмоциями - гораздо более безопасно и предусмотрительно. Да и не выдать себя «энергетику» куда проще. Для такого кровососа каким был, и периодически бываю я, не выдать себя и свою потребность в крови гораздо сложнее. Но и тут свои хитрости. Поверь, мы в состоянии сделать нечто такое, что даже опытные убийцы вампиров могут оказаться в луже. Но, мы отвлеклись.
Итак, те, кто оказались высшими, то есть разделяющими принципы и идеалы добра и равновесия, но не употребляющими человеческую кровь, первое время после пробуждения, или как модно ныне говорить – восстания, просто обжираются. Да, да, банально, пошло обжираются обыкновенной пищей. До икоты и долгой отрыжки. А потом идут на какие-нибудь массовые мероприятия. Даже в кино. Потому как такие питаются эмоциями. Голод, который они испытывают, настолько силён, что порой они могут вытянуть из толпы людей все их эмоции. Поэтому, прежде чем отпускать такого на «охоту» знающие люди, проводят с ними обучение, перемежая его с обильной обжироловкой… пардон, обжираловкой.
И вот однажды, поздно ночью в дверь дома Генриха постучали. Генрих открыл двери и увидел … Марко! Живого и здорового. Только осунувшегося и бледного. Бедняга Генрих… Как он радовался возвращению своего ученика.
Прошло три недели, и вот Геную захлестнула волна чумы. Люди гибли прямо на улицах. Чумные костры горели постоянно и их не хватало. И тогда я сказал другу, что надо выходить на охоту. Генрих не возражал. Единственный, кого мы не ставили в известность, был Марко, поскольку мы наивно полагали, что парень вымотался и не сможет нам помочь. Что ж, мы были недалеки от истины. В первую же ночь, мы вышли на след убийцы города. Это был лич. С чёрным черепом в золотой рогатой короне. И черными руками. В пурпурно-фиолетовой хламиде, расшитой золотой канителью. И взором, пылающим адским огнём. Взять его мы не смогли. Пять раз мы выходили на охоту. И все пять раз мы упускали лича. И всякий раз он издевательски смеялся над нами.
Мы видели, как он пожирает чужие жизни. Как он глумится над нами. Но он уходил от нас, будто знал, как справиться с нами и нашими ловушками.
И главное, мой друг сильно изменился. Он осунулся, выглядел постоянно уставшим и постаревшим. Я чувствовал, что что-то случилось страшное с ним.
Шла восьмая неделя чумного кошмара в Генуе. Мы уже отчаялись поймать этого шустрого мертвеца. Если бы не случай. Я вернулся в дом Генриха раньше всех, но решил полежать на лежанке на чердаке, а не в комнате Генриха в кресле. Я очень устал и хотел принять горизонтальное положение. Чтоб просто поспать. Я отключился быстро. Мне снилось, что передо мной стоит какой-то зверь. Точнее его скелет. И этот остов что-то грызет, рыча, постанывая и вздыхая. В холодном поту я открыл глаза и понял, что все эти звуки мне не снятся. Стараясь не шуметь, я спустился на этаж, где были спальни жильцов. В этот момент все звуки прекратились. «Странно!» - подумал тогда я, открывая дверь за дверью. Никого не было ни в одной комнате. И всё же в комнате Марко меня что-то насторожило. Что? «Ладно», - подумал я, -«потом разберусь». И спустился вниз. В это время входная дверь стукнула, послышались торопливые шаркающие шаги. Это вернулся мой друг. Он устало посмотрел на меня и попросил налить ему вина. Пока я обслуживал своего друга, раздался стук и в дом вошёл Марко. Он был бледнее обычного. Он явно волновался, но старался не подавать вида. При этом он ругался на какого-то трактирщика, который разлил чернила на него и запачкал его руки.
Сперва я не обратил внимания на его слова. Пролил какой-то растяпа, ну и фиг с ним. А потом посмотрел на руки Марко. И понял в чем дело. С момента возвращения Марко в Геную он никогда не снимал с рук перчатки. Даже ел в нитяных перчатках. Говорил, что чума в Кафе сделала из него параноика. И я вспомнил, что его перчатки лежали в его комнате. Рука была черна не от чернил. Она была черна от гниения. Я посмотрел на Марко пристально и произнес:
«Генрих, мой друг. Похоже, мы нашли с тобой причину этой заразы в городе».
«Да? Кто? Где?»- рассеянно пробормотал Генрих, подслеповато щурясь и озираясь.
«Полагаю, пер…»
Договорить мне Марко не дал. Он посмотрел на меня, и я увидел черное лицо. Которое менялось. Для меня оно менялось как в рапиде. Спустя несколько мгновений на меня смотрел черный череп, у которого в пустых глазницах плясали темно-багровые языки пламени.
«Удивлены?» - прокаркал он, - «Долго же вы искали меня. Но теперь я силен как никогда. Что мне теперь сопротивление одного смертного и одного бессмертного если я – Мрак. Я - император личей!»
И не давая нам опомниться, он выкинул перед собой костлявую руку и пустил в Генриха зеленую молнию. Тело бедного Генриха поднялось к потолку, он застонал, а в ответ ему раздался каркающий зловещий хохот. Рогатая корона тускло блестела в сумерках комнаты, слабо освещаемой свечами. Я вовремя опомнился и вступил в схватку с этим отродьем пекла. Она шла минут десять. А Генрих лежал на полу, истекая кровью…
Наконец мне удалось улучить момент и ударить это чудовище так, что он рассыпался в прах. На полу лежала темно-пурпурная накидка с золотым шитьем, горстка пепла и рогатая корона с блистающим черным камнем в её налобной части. Когда Марко-Мрак начал распадаться на частички пепла, дикий вопль огласил дом Генриха. И тогда мне почудилось, что сквозь этот рёв было произнесено «Я ещё вернусь!».
Когда все было окончено, я бросился к другу. Тело Генриха билось в конвульсиях. Он пробулькал: «Дружище… я ухожу… он был прав… я стал смертным… но … но…»
Он дернулся в последний раз и затих… Мой друг умер. Теперь - навсегда…
На следующий день я сложил большой костер во дворе дома Генриха, положил его тело на дрова, полил смолой этот погребальный миникрематорий и подпалил. Я стоял так до тех пор, пока весь костер не прогорел, и тело моего бедного друга не обернулось пеплом. Долго стоял… Под аккомпанемент погребального колокола ближайшей церкви. Потом я вернулся в его дом. Я стал перебирать его бумаги. И наткнулся на письмо Генриха. Он написал его для меня. Он просил извинить его за молчание о том, что он стал смертным. Он писал, что уже догадался, кто был этим загадочным убийцей-живодёром и источником чумы в Кафе и Генуе. Но ему нужно время, чтоб проверить всё. И если он вдруг умрёт, он просил меня закончить начатое им. Он писал, что чуму распространяют некие сосуды, разбросанные по всему городу. И моя задача найти их и уничтожить. Беда в том, что я потратил более пяти, лет чтоб найти их все. Потому что часть из них Мрак отправил с оказией в другие города и страны.
Но особо он обращал мое внимание на корону. Он требовал, чтоб я разобрал корону. Металл можно пустить в оборот, а вот камень требуется разбить. И части его разбросать по всему свету. Я поступил по-своему. Золото я переплавил и сделал из него урну для праха Генриха. Вон она стоит на каминной полке. Я даже и освятил ее в церкви, и передавал для обряда одному генуэзскому раввину. А с камнем поступил именно так, как он просил. Последний кусок этого проклятого камня я бросил в Марианский жёлоб в 1875 году. Только я сильно сомневаюсь, что это помогло нам избавиться от Мрака навсегда. Чувствую, что нам ещё предстоит с ним встретиться. Так что, там, в царстве мёртвых ты видел Мрака. Это тебе предупреждение. И мне…
(прим. Далее запись обрывается. Батарейка села)
Недолекция Романо о том, кто такие на самом деле вампиры, и как с ними не нужно бороться. (расшифровка аудиозаписи)
10 октября 2009 года
Итак, мой друг, сегодня нам представляете возможность пообщаться наедине на тему, которая для меня достаточно животрепещуща. Не улыбайся. Не смейся. Я понимаю, что по-русски говорю не очень хорошо, и порой меня выдает мой акцент. Но, поверь, мне проще ошибаться, что корчить из себя не пойми кого, и присваивать себе якобы знание того, в чем я не смыслю ничего.
Всё! На этом разбор моего русского язика прекращаем! Есть вещи много важнее чем это. Возвращаемся к главной теме разговора.
Итак, в свое время, когда ты активно пользовался приобретенным навыком проникать разумом в места, где ты не присутствуешь, я заметил, что ты стал интересоваться, а кто я такой. Так? Ну, что ж, юнош, я намерен удовлетворить твое любопытство, и, параллельно, дать тебе небольшой урок того, что не стоит делать, чтоб не навлечь на себя несчастья.
Для начала позволь представиться моим полным именем: я – Романо-Павел Йонеску, родился в XIV веке от Рождества Христова. седьмой сын обедневшего господаря Йона Йонеску, владыки и правителя маленького уезда в Бессарабии. Дворянин. Но, волею судеб, волшебник и … только не пугайся… я вампир. Точнее – стригой. Как я докатился до такой жизни, спросишь ты. А я отвечу: исключительно случайно и волею судеб. Хотя нет… тут я солгу тебе, к сожалению. Таким как сейчас я стал благодаря самому себе и нашему патрону. Но, все по порядку.
Для начала, я расскажу тебе как становятся вампирами, какая классификация вампиров существует, какие кланы вампиров есть на сегодняшний день, и, самое важное, почему все россказни и «народные сказания» о нас – не более чем выдумка.
И, пожалуй, стоит начать с того, что в мире существуют три основных клана вампиров: это просветленные, отверженные и проклятые. Давай расставим все точки над «i». Просветленные – это вампиры, осознавшие свою жуткую суть, окончательно отказавшиеся от кровопития, и занимающиеся благотворительностью и исследовательской медицинской деятельностью. Иногда среди просветленных есть гениальные врачи. Чем они заменяют кровь? Интересно? Тогда немного потерпи. Всему свое время.
Отверженные – это клан вампиров, отказавшихся от зла, принесший покаяние (согласно религиозной доктрине, которую исповедуют), но не могущие примкнуть к просветленным, ибо основная масса их не может избавится от употребления крови. Не скрою, среди нас есть и те, кто не употребляет крови, но и они не могут примкнуть к просветлённым. На то свои причины. Кровь, да будет тебе известно, мы употребляем консервированную, поставляемую нам в небольших количествах, достаточных, чтоб поддерживать нас, из пунктов сбора донорской крови. Большинство из нас или активные ученые, или серьезные практики в медицине. Правда среди нас велико число и опытных практикующих магов, и психологов. Я, как ты помнишь, хороший тому пример.
И, наконец, клан проклятых. Тех, кто по своей сути ничем не лучше личей, служат силам тьмы, действуют тоже за счет сил тьмы, намеренно питаются «живой» кровью, устраивая охоту на людей, маги так себе, индивидуалисты, но сильны при объединении. А еще, они основные поставщики упырей.
Видишь ли, случается так, что вампир, предпочитающий «живую» кровь, в один прекрасный момент переступает черту и пробует на вкус плоть человека, занимается еще и каннибализмом. Причем он пожирает не просто плоть только что им убитого человека. Он в состоянии пожирать и плоть уже умершего человека. То есть, это классический пример каннибала – падальщика. И с этого момента, они перестают быть вампирами. Потому как меняется и психика, и структура восприятия реальности, да и еще много чего. Нет ничего ужаснее чем превратиться в упыря.
Если захочешь – об упырях я расскажу позже и подробнее. А сейчас продолжаем разговор о вампирах.
Как становятся вампиром? Существуют два основных пути перехода на эту сторону бытия.
Первый – самый простой и самый многочисленный. Сюда мы можем отнести и проклятие в адрес Вышнего при насильственной гибели; и пребывание в ярости во время смерти, в следствие чего дух отказывается покидать тело; и ритуальная смерть, во время камлания перед изображением одного из демонов, и так далее. Насколько мне известно существует более сорока достаточно простых способов по собственной воле или случайно обратить себя в «любителя» человеческой крови. Самое неприятное, в этом случае, является то, что в большинстве случаев человек умирает и обретает существование за чей-то счёт. То есть, в основной массе мы имеем дело с живыми мертвецами, которые принципиально и кардинально отличаются от зомби тем, что имеют разум, умеют ограничивать себя и не подвержены тлению и распаду. Само собой, до определённого момента.
А вот второй способ более тяжел и являет собой образец ловушки для соискателя в «живущие-в-двух-мирах». Вся проблема в том, вампиром можно стать и во время прохождения инициации в ЖВДМ. Оцени, я твою аббревиатуру использую (смешок).
Как? И сложно, и легко. Основные компоненты превращения соискателя в вампира таковы: страх и гнев. Причем, не просто обычные страх и гнев. Возникающие на доли секунды. Нет… Тут речь идет о Страхе и Гневе, которые заполоняют всю душу, всё сердце и не отпускают тебя до самого финала. И каким вампиром ты возродишься – зависит от того, чего в тебе было больше. Если примерно поровну и того, и другого – будешь средним, стандартным вампиром, способным даже отказаться от кровопития (если получится и достигнешь способности потреблять энергию). Будешь больше гневлив – будешь энергетическим вампиром. Это шанс стать высшим и просветленным. А если ты много боялся, причём настолько, что страх пожирал даже гнев – прости, но тебе прямая дорога в проклятые, ибо там страх становится причиной продажи души нечистому. Понимаешь? И такие могут возродится и энергетическим вампиром, и банальным кровососом, и гибридной версией.
По сути, тот кто идет вторым путем не живой мертвец, а омертвелый живой. Можно сказать, что это одна из мрачных «шуточек» Смерти. Мотивировка проста: да ты не достоин стать в полной мере «живущим-в-двух-мирах». Поэтому даю тебе этакую пожизненную демоверсию. Ну или…. Шараварную. Поскольку оказался недостоин – получи в довесок ряд свойств. Ну, чтоб жизнь медом не казалась. А поскольку ты был готов жертву ради другого совершить – это хорошо. Я тут кусочек твоей души у себя сохраняю. Мало ли…
И вот когда такой вампир возрождается, то в зависимости от того, в кого он был инициирован, он ведет себя по-разному. Единственное что было, есть и будет общим для любого из моего племени – голод. Знаешь, что это такое? Это кошмар. Голод — это непреодолимое желание, направляющее разум и тело к одной только цели: получить кровь. Это чувство гораздо более сильное, чем, например, любое чувство голода, связанное с недостатком пищи. Это то, что наиболее страшно и отталкивающе для вампира, но при этом - неизбежно. Это нечто, наиболее влияющее на вампира - вне зависимости, идет речь о вампире энергетическом, которым движет желание получить эмоциональную энергию, или о жажде крови, испытываемой вампиром-кровососом. При этом, обрати внимание, энергетический вампир имеет особое преимущество, которого нет у вампира, питающегося кровью. Первичный источник необходимой энергии - это эмоции, жизненные силы, чувства, а питаться чьими-то эмоциями - гораздо более безопасно и предусмотрительно. Да и не выдать себя «энергетику» куда проще. Для такого кровососа каким был, и периодически бываю я, не выдать себя и свою потребность в крови гораздо сложнее. Но и тут свои хитрости. Поверь, мы в состоянии сделать нечто такое, что даже опытные убийцы вампиров могут оказаться в луже. Но, мы отвлеклись.
Итак, те, кто оказались высшими, то есть разделяющими принципы и идеалы добра и равновесия, но не употребляющими человеческую кровь, первое время после пробуждения, или как модно ныне говорить – восстания, просто обжираются. Да, да, банально, пошло обжираются обыкновенной пищей. До икоты и долгой отрыжки. А потом идут на какие-нибудь массовые мероприятия. Даже в кино. Потому как такие питаются эмоциями. Голод, который они испытывают, настолько силён, что порой они могут вытянуть из толпы людей все их эмоции. Поэтому, прежде чем отпускать такого на «охоту» знающие люди, проводят с ними обучение, перемежая его с обильной обжироловкой… пардон, обжираловкой.
