«Тьфу, болтун!» - добродушно огрызнулся шеф, - «Как хоть гостью зовут?»
«Ядвига Павловна. Она жела…», - но договорить я не успел, ибо шеф меня перебил и рявкнул:
«Какого шайтана, ты мне мозги полощешь, и не говоришь сразу, кто ждёт меня. Передай ей, что буду в течение десяти минут. Отбой!» - и положил трубку.
Нет, я не стоял с отвисшей челюстью. Наоборот, вид у меня был самодовольный и наглый. В кои -то веки удалось уесть шефа. Вот, пусть понервничает.
«Мадам!»- не меняя напыщенности тона, обратился к госпоже Яггелонке, - «Моё начальство соизволило известить меня и вас о том, что в течение ближайших десяти минут оно будет радо лицезреть вас в своем обществе. Дабы вы не скучали и не предавались унынию, мне поручено изображать шута, который будучи не глуп, но дурак…»
Договорить мне опять не дали. Входная дверь центра хлопнула, и голос шефа прогремел: «Я же говорю – болтун!»
Госпожа Яггелонка тихо смеялась, прикрыв, на старинный манер, рот ладошкой.
Патрон вихрем влетел на второй этаж, пустил в меня глазами молнию, приложился к ручке Ядвиги (экие старомодные нежности), и указал ей взглядом на свой кабинет. Она так же молча, как и он, кивнула и проследовала в указанном направлении.
Ого! А шеф-то явно не равнодушен к своей бизнесвумен. Интересно, а о чем они будут там толковать с глазу на глаз? Я прикрыл глаза, дождался, когда пойдут цветные круги и звездочки, и сконцентрировался на наблюдении событий, происходивших в данный момент в кабинете шефа.
Шеф, как всегда, в своем офигительном кресле, Ядвига в не менее роскошном кресле напротив него. Но сидят они за чайным столиком.
«Кош, спасибо за тёплый приём и беспокойство», - начала Яггелонка, - «Но давай без лишних китайских церемоний. Сразу к делу. Объясни мне, для какого лешего ты прислал ко мне этого проклятого мальчишку?»
«Стоп! Я ничего не понимаю. Поэтому, будь добра, с начала и, по существу».
Из ноздрей Яггелонки вырвался белый парок. Было видно, что она на взводе.
«Успокойся, Мара! Я, действительно, ничего не понимаю, особенно, то, о чём ты сейчас мне говоришь. Поэтому и прошу, чтоб ты рассказала всё с самого начала».
Ядвига (которую патрон назвал с какого-то перепуга Марой) остыла также быстро, как и закипела минуту назад. Видимо, до неё дошло, что шеф действительно не понимает, о чём речь.
«Что ж, с начала, так с начала. Вчера ко мне на приём напросился некий молодой человек, который принёс рекомендации от тебя. Просил рассмотреть его кандидатуру на пост стажёра и, если получится, либо технолога, либо специалиста по апитерапии. Уже после пяти минут разговора с ним, я поняла, что передо мной ходячий про?клятый мертвяк. Вопрос: для какого чёрта ты присылаешь ко мне всякую нежить? Тебе что, заняться больше нечем? Совсем рехнулся под очередную годовщинку?»
«Так, теперь послушай меня. Для начала, остынь, потому как в таком состоянии ты можешь сейчас таких дров нарубить, что потом можно ад будет отапливать лет сто бесплатно. Во-вторых, о ком ты толкуешь? И, третье, с чего ты взяла что я кого – то посылал к тебе? Или ты забыла, что если я кого-то к тебе направляю, то всегда за сутки предупреждаю? К чему все эти беспочвенные обвинения?»
Яггелонка выдохнула, глубоко вдохнула и, на последовавшем выдохе, выпалила:
«Ко мне вчера припёрся некто Илья Дамнитов! С рекомендациями от тебя. Это хоть понятно?»
Было видно, как лицо шефа помрачнело.
«Да. Понятно. Дальше можешь не продолжать. Прости, видимо, я недооценил этого парня. Он хитрее и напористей, чем я думал. Что ж, думаю есть смысл кое-что тебе поведать...»
И, не откладывая в долгий ящик, шеф поведал всё, что он выяснил, в том числе с моей помощью, об Илье. Само собой, и то, что Илья потенциальный лич. Господи, вот, за каким шайтаном, он всё время поминает этот момент? Это что, так важно?
А Яггелонка сидела, вперив взгляд в Петровича, с отвисшей челюстью.
«К..как ты сказал? Серёжа это выяснил? Не смотри на меня так. Про Илью я всё поняла. Настырный стервец. И, действительно, хитрый. А вот про Сергея уточни. Он, что, инициирован?»
«Только как некромант и мой ученик».
Тут Ядвига замолчала на долгие пять минут. Она молчала и смотрела в одну точку, где-то на стене кабинета шефа. Наконец, она выдохнула и сказала:
«Знаешь… всё чудесатей и чудесатей… Ты по сию пору не перестаёшь меня удивлять. Только ответь на один вопрос: с какого перепуга ты его инициировал? Без нормальной, тщательной подготовки? Ты, вообще, в своём уме?»
«Представь себе, очень даже в своём. Я даже тебе приоткрою секрет, почему я так сделал. Дело в том, что Сергей – наш. По всем веткам. И мой, и твой».
Вот тут глаза Ядвиги – Мары стали размером с советский пятирублевик юбилейный. Не знаю, от радости, или от чего-то ещё, но, как говорится, у неё «в зобу дыханье спёрло». Кое-как выдохнув, она задала нелогичный вопрос: «И что?»
«Очень успешно», - в такт ответил шеф, - «Более того, я уверен, что, практически, за год – полтора он освоит следующую ступень и будет инициирован в более высокий ранг».
«Ой, да ну!» - с сомнением отмахнулась Яггелонка.
«Не сомневайся. У него всё получается быстро. Плюс, тут немного Романо подсобил, чтоб ускорить процесс».
«Не забудет?»
«Нет. Я проверял. Память стала алмазной».
«Дочь в курсе?»
«Ещё нет. Думаю, под Новый год обрадовать».
«Не тяни. Я тоже с ним немного повожусь. Помогу, чем смогу».
«Буду тебе признателен. А еще, Мара, был второй звонок. Это вторая причина, почему я форсировал события».
Вот тут помрачнела Яггелонка.
«Давно?»
«Полтора года».
«Держись, Кошик. Хоть мы и не вместе, но ты прекрасно знаешь, что я всегда была и буду с тобой. До конца. Древний обет ещё жив и не расторгнут».
«Спасибо, солнце. Я знаю. Я тоже с тобой до конца. По крайней мере, моего точно», - и шеф криво улыбнулся. Как-то печально и криво.
Больше выносить эту сцену я не мог. Я открыл глаза. Вернулся в «кофейню». Блин, что ж такое они говорили? Что значит «наш»? «По всем веткам»? И какой второй звонок? Что за бред они несли?
Прошло ещё полчаса, прежде чем Ядвига Павловна вышла из кабинета шефа. Она подошла ко мне, погладила по голове, провела ладошкой по моей небритой щеке, улыбнулась и сказала:
«Серёжа, прости, что наше знакомство было столь сумбурным. Обстоятельства нормальному знакомству не способствовали. Отчасти тут и моя вина. Но, я попробую в ближайшее время всё исправить. А для начала, я пришлю тебе специальный чай. Поверь, тебе понравится, и вкус, и эффект».
И она меня поцеловала в лоб. Как моя бабушка когда-то. Я долго стоял, раскрыв рот, и не понимал, что происходит. Да уж, всё совсем чудесатей и чудесатей.
(приписка другой пастой, явно сделано позже)
Спустя три дня получил от Ядвиги упаковку чая. Она была права.
Дневник: Пан Вилк рассказывает истинную историю Красной шапки
11 ноября 2009 года
Сегодня порядок занятий с Вилком были нарушены самим паном Кшиштофом. Он прервал урок и предложил сесть в кресло и расслабиться.
«Что ж, Сергей. Могу сказать, что вы молодец. Большой молодец. Однако мы с вами не совсем правильно поступили, приступив к практике, не уделив должного внимания теории. Не стану спорить, кое-что вы узнали и вовремя беседы в первую нашу встречу. Однако ж, вам стоит дать расширенный теоретический урок про оборотней и их разделение. С чего начать…? Пожалуй, начну с этого: как бы то ни было, но народная молва обычно отождествляет оборотней с животными, обладающими некими позитивными качествами, такими как благородство, сила, хитрость, или внушающими суеверный страх. Здесь можно вспомнить многообразие японских оборотней: енотовидные собаки (тануки), лисы (кицунэ), кошки (нэко), собаки (ину), обезьяны (сару), журавли (цуру), крысы (нэдзуми), пауки (кумо), карпы (кой) и прочие животные, почитаемые за свои выдающиеся способности. Редкие исключения из этого правила составляют случаи принудительного наложения на человека какого-либо дискриминирующего заклинания, обращающего его в уродливое существо (хорошим примером из русских сказок является царевна-лягушка) или предмет (библейский соляной столб, в который превратилась жена Лота во время бегства из горящего Содома).
Среди множества других зверей одним из самых древних соседей человека является волк — canis lupus (волк обыкновенный), обитающий в Европе, Азии и Северной Америке. Считается, что от этого хищника произошли наши лучшие друзья — собаки. Он внушал людям восхищение своими великолепными охотничьими качествами. Его боялись за свирепость и решительность, с которой он нападал на противника. Именно поэтому образ волка послужил основой для создания многочисленных европейских легенд про оборотня — ликантропа. Сразу вернусь к тому, что говорил: запомните мой друг - ликантропия есть болезнь. Наследственная и генетическая. И проблема в том, что большинство людей имели дело исключительно с ликатропами. Это, увы, факт, от которого не деться. Ликантропы – это низшая ступень оборотней. Так сказать, гиперплебеи. Но относится к ним подобным образом не стоит. Поверьте, они того не заслужили. Ведь не их вина в том, что они такие. Их, как правило, много и они своими стычками сами регулируют количество этих несчастных бедолаг. Вот сегодня мы посвятим немного времени именно этим уникальным людям.
Мифы разных народов наделяют ликантропов довольно схожим набором экстраординарных свойств. Некоторые считают, что оборотни могут “перекидываться” в одно из известных науке животных по своему желанию, ничем не отличаясь в этом смысле от других вымышленных писателями существ, способных к трансформации (так, Брэм Стокер впервые описал графа Дракулу, превращавшегося в летучую мышь, волка или туман). Другие полагают, что ликантропы меняют свою форму под воздействием внешних факторов (волчий вой, наступление полнолуния, принятие каких-либо снадобий и т.п.), которые являются обязательным условием для превращения в зверя либо существенно облегчают его. Сразу скажу, это полная чушь. Главным условием, фактором перекидывания из человека в соответствующее животное – само желание быть таким. И все. Прочие факторы не работают.
Что свойственно ликантропам, как живым организмам? В первую очередь, это способность оборотней к регенерации. Что есть то есть. Вспомните мою историю про Якуба. Я хочу дополнить её тем, что он обладал феноменальной живучестью и способность регенерировать свои раны и, даже, потерянные части тела. Так же считается, что люди-оборотни не подвержены старению или болезням. Вот тут я должен сказать, что болячки оборотней действительно не берут, а вот со старением у ликантропов беда. Они стареют, незаметно, но стареют, и причем так, что в случае смерти от естественных причин, тело ликантропа рассыпается в прах в течение получаса. Это плата, суровая плата за относительное долголетие.
Их можно убить, нанеся серьезные повреждения сердцу или мозгу. Здесь подойдет любой способ причинения смерти, связанный с прекращением функционирования данных органов (отсечение головы, тяжелое ранение в грудь, а также утопление, удушение и другие действия, вызывающие кислородное голодание мозга). Во многих поверьях ликантропы боятся серебра, реже — обсидиана, причиняющего им незаживающие раны. И это отчасти правда. Но тут надо опять оговориться: просто серебрушка, или серебряная пуля, оружие или что-то еще убить оборотня – ликантропа не сможет. Нет, и всё тут. Убить ликантропа может только предмет из самородного серебра. То есть из серебра, подвергшегося самой минимальной обработке: ковке по нагретому металлу, но не плавление. Так что если пуля была сделана путем ковки самородного металла, то есть он не подвергался плавлению, то такой предмет опасен для жизни ликантропа. Прочее – не более, чем детская забава.
Да, кстати, вот этот факт из области эмпирики – народные наблюдения говорят правду: скорость трансформации человека в животное велика. Процесс превращения занимает очень короткий промежуток времени, от нескольких секунд до одной минуты. Но в отличие от народного творчества, я утверждаю, и у меня на то есть все основания, что такая трансформация протекает безболезненно.
Некогда люди полагали, что оборотень, принявший животную форму, ничем не отличается от обычного крупного волка, или какого иного зверя (давайте вспомним оборотня лиса или свинью у китайцев). Так же некоторые по сию пору верят в то, что большинство оборотней, принявших облик зверя, теряют человеческий разум и превращаются в обычных диких животных. Однако допускается возможность сохранения за териоморфным ликантропом некоторых мыслительных способностей, позволяющих ему избегать ловушек, осознанно пользоваться простейшими приспособлениями (открывать двери, нажимать на кнопки и т.п.), узнавать своих жертв в лицо и совершать другие несложные действия, направленные на удовлетворение хищнических инстинктов. Следует заметить, что потеря разума после трансформации приписывается лишь “плохим” оборотням — то есть только тем, которые служат силам зла (убивают людей, похищают скот), испытывая непреодолимую жажду крови. В то же время, образ “хорошего” ликантропа, бескорыстно помогающего людям, имеет полное право на существование (русская сказка про Ивана-царевича и Серого волка, португальские сказки про грустного волка Бруксу).
Как становятся ликантропами мы уже говорили, но есть еще два способа обращения в ликантропа - при помощи магии (или проклятья) и от укуса другого оборотня.
Магическое превращение в зверя чаще всего происходит по воле самого колдуна (ведьмы, шамана), налагающего на себя (реже — на других) заклинание трансформации. Такое обращение является временным (например, скандинавский бог Локи и колдуны-лимиккины из племени американских индейцев навахо умели превращаться в любое животное, накидывая на себя его шкуру) и не передается по наследству.
Схожим, по сути, но противоположным по направленности умысла является приобретение облика волка в результате проклятья. Оно является постоянным или, как минимум, труднопреодолимым и, в отличие от магического превращения, существенно ухудшает условия жизни ликантропа. Самым известным примером такого способа обращения является греческий миф о проклятье Ликаония (досл. — “страна волков”, упоминаемая в книге Деяний апостолов: 14,6). Согласно ему, Ликаон — сын Пелзага, царя аккадского — предложил Зевсу кушанья из человеческого мяса, за что был превращен в волка. По преданию, Ликаон стал родоначальником жителей Ликаонии — древней области в Малой Азии. Финские легенды гласят, что ребенок, проклятый при рождении ведьмой, превращается в волка — vironsusi (общий угро-финский и восточнославянский мотив).
Ликантропия, переданная человеку через укус оборотня, так же как в результате рождения от оборотня, является наследственной и неизлечимой. Однако здесь следует отметить, что паранормальные свойства, полученные ребенком от родителей (чаще всего это касается случая, когда оборотнем является лишь один из них), проявляются далеко не сразу. Ликантропия может спать внутри такого человека долгие годы и проявиться в самый неожиданный момент (во время солнечного затмения, парада планет, смертельной опасности или при иных необычных обстоятельствах).
«Ядвига Павловна. Она жела…», - но договорить я не успел, ибо шеф меня перебил и рявкнул:
«Какого шайтана, ты мне мозги полощешь, и не говоришь сразу, кто ждёт меня. Передай ей, что буду в течение десяти минут. Отбой!» - и положил трубку.
Нет, я не стоял с отвисшей челюстью. Наоборот, вид у меня был самодовольный и наглый. В кои -то веки удалось уесть шефа. Вот, пусть понервничает.
«Мадам!»- не меняя напыщенности тона, обратился к госпоже Яггелонке, - «Моё начальство соизволило известить меня и вас о том, что в течение ближайших десяти минут оно будет радо лицезреть вас в своем обществе. Дабы вы не скучали и не предавались унынию, мне поручено изображать шута, который будучи не глуп, но дурак…»
Договорить мне опять не дали. Входная дверь центра хлопнула, и голос шефа прогремел: «Я же говорю – болтун!»
Госпожа Яггелонка тихо смеялась, прикрыв, на старинный манер, рот ладошкой.
Патрон вихрем влетел на второй этаж, пустил в меня глазами молнию, приложился к ручке Ядвиги (экие старомодные нежности), и указал ей взглядом на свой кабинет. Она так же молча, как и он, кивнула и проследовала в указанном направлении.
Ого! А шеф-то явно не равнодушен к своей бизнесвумен. Интересно, а о чем они будут там толковать с глазу на глаз? Я прикрыл глаза, дождался, когда пойдут цветные круги и звездочки, и сконцентрировался на наблюдении событий, происходивших в данный момент в кабинете шефа.
Шеф, как всегда, в своем офигительном кресле, Ядвига в не менее роскошном кресле напротив него. Но сидят они за чайным столиком.
«Кош, спасибо за тёплый приём и беспокойство», - начала Яггелонка, - «Но давай без лишних китайских церемоний. Сразу к делу. Объясни мне, для какого лешего ты прислал ко мне этого проклятого мальчишку?»
«Стоп! Я ничего не понимаю. Поэтому, будь добра, с начала и, по существу».
Из ноздрей Яггелонки вырвался белый парок. Было видно, что она на взводе.
«Успокойся, Мара! Я, действительно, ничего не понимаю, особенно, то, о чём ты сейчас мне говоришь. Поэтому и прошу, чтоб ты рассказала всё с самого начала».
Ядвига (которую патрон назвал с какого-то перепуга Марой) остыла также быстро, как и закипела минуту назад. Видимо, до неё дошло, что шеф действительно не понимает, о чём речь.
«Что ж, с начала, так с начала. Вчера ко мне на приём напросился некий молодой человек, который принёс рекомендации от тебя. Просил рассмотреть его кандидатуру на пост стажёра и, если получится, либо технолога, либо специалиста по апитерапии. Уже после пяти минут разговора с ним, я поняла, что передо мной ходячий про?клятый мертвяк. Вопрос: для какого чёрта ты присылаешь ко мне всякую нежить? Тебе что, заняться больше нечем? Совсем рехнулся под очередную годовщинку?»
«Так, теперь послушай меня. Для начала, остынь, потому как в таком состоянии ты можешь сейчас таких дров нарубить, что потом можно ад будет отапливать лет сто бесплатно. Во-вторых, о ком ты толкуешь? И, третье, с чего ты взяла что я кого – то посылал к тебе? Или ты забыла, что если я кого-то к тебе направляю, то всегда за сутки предупреждаю? К чему все эти беспочвенные обвинения?»
Яггелонка выдохнула, глубоко вдохнула и, на последовавшем выдохе, выпалила:
«Ко мне вчера припёрся некто Илья Дамнитов! С рекомендациями от тебя. Это хоть понятно?»
Было видно, как лицо шефа помрачнело.
«Да. Понятно. Дальше можешь не продолжать. Прости, видимо, я недооценил этого парня. Он хитрее и напористей, чем я думал. Что ж, думаю есть смысл кое-что тебе поведать...»
И, не откладывая в долгий ящик, шеф поведал всё, что он выяснил, в том числе с моей помощью, об Илье. Само собой, и то, что Илья потенциальный лич. Господи, вот, за каким шайтаном, он всё время поминает этот момент? Это что, так важно?
А Яггелонка сидела, вперив взгляд в Петровича, с отвисшей челюстью.
«К..как ты сказал? Серёжа это выяснил? Не смотри на меня так. Про Илью я всё поняла. Настырный стервец. И, действительно, хитрый. А вот про Сергея уточни. Он, что, инициирован?»
«Только как некромант и мой ученик».
Тут Ядвига замолчала на долгие пять минут. Она молчала и смотрела в одну точку, где-то на стене кабинета шефа. Наконец, она выдохнула и сказала:
«Знаешь… всё чудесатей и чудесатей… Ты по сию пору не перестаёшь меня удивлять. Только ответь на один вопрос: с какого перепуга ты его инициировал? Без нормальной, тщательной подготовки? Ты, вообще, в своём уме?»
«Представь себе, очень даже в своём. Я даже тебе приоткрою секрет, почему я так сделал. Дело в том, что Сергей – наш. По всем веткам. И мой, и твой».
Вот тут глаза Ядвиги – Мары стали размером с советский пятирублевик юбилейный. Не знаю, от радости, или от чего-то ещё, но, как говорится, у неё «в зобу дыханье спёрло». Кое-как выдохнув, она задала нелогичный вопрос: «И что?»
«Очень успешно», - в такт ответил шеф, - «Более того, я уверен, что, практически, за год – полтора он освоит следующую ступень и будет инициирован в более высокий ранг».
«Ой, да ну!» - с сомнением отмахнулась Яггелонка.
«Не сомневайся. У него всё получается быстро. Плюс, тут немного Романо подсобил, чтоб ускорить процесс».
«Не забудет?»
«Нет. Я проверял. Память стала алмазной».
«Дочь в курсе?»
«Ещё нет. Думаю, под Новый год обрадовать».
«Не тяни. Я тоже с ним немного повожусь. Помогу, чем смогу».
«Буду тебе признателен. А еще, Мара, был второй звонок. Это вторая причина, почему я форсировал события».
Вот тут помрачнела Яггелонка.
«Давно?»
«Полтора года».
«Держись, Кошик. Хоть мы и не вместе, но ты прекрасно знаешь, что я всегда была и буду с тобой. До конца. Древний обет ещё жив и не расторгнут».
«Спасибо, солнце. Я знаю. Я тоже с тобой до конца. По крайней мере, моего точно», - и шеф криво улыбнулся. Как-то печально и криво.
Больше выносить эту сцену я не мог. Я открыл глаза. Вернулся в «кофейню». Блин, что ж такое они говорили? Что значит «наш»? «По всем веткам»? И какой второй звонок? Что за бред они несли?
Прошло ещё полчаса, прежде чем Ядвига Павловна вышла из кабинета шефа. Она подошла ко мне, погладила по голове, провела ладошкой по моей небритой щеке, улыбнулась и сказала:
«Серёжа, прости, что наше знакомство было столь сумбурным. Обстоятельства нормальному знакомству не способствовали. Отчасти тут и моя вина. Но, я попробую в ближайшее время всё исправить. А для начала, я пришлю тебе специальный чай. Поверь, тебе понравится, и вкус, и эффект».
И она меня поцеловала в лоб. Как моя бабушка когда-то. Я долго стоял, раскрыв рот, и не понимал, что происходит. Да уж, всё совсем чудесатей и чудесатей.
(приписка другой пастой, явно сделано позже)
Спустя три дня получил от Ядвиги упаковку чая. Она была права.
Дневник: Пан Вилк рассказывает истинную историю Красной шапки
11 ноября 2009 года
Сегодня порядок занятий с Вилком были нарушены самим паном Кшиштофом. Он прервал урок и предложил сесть в кресло и расслабиться.
«Что ж, Сергей. Могу сказать, что вы молодец. Большой молодец. Однако мы с вами не совсем правильно поступили, приступив к практике, не уделив должного внимания теории. Не стану спорить, кое-что вы узнали и вовремя беседы в первую нашу встречу. Однако ж, вам стоит дать расширенный теоретический урок про оборотней и их разделение. С чего начать…? Пожалуй, начну с этого: как бы то ни было, но народная молва обычно отождествляет оборотней с животными, обладающими некими позитивными качествами, такими как благородство, сила, хитрость, или внушающими суеверный страх. Здесь можно вспомнить многообразие японских оборотней: енотовидные собаки (тануки), лисы (кицунэ), кошки (нэко), собаки (ину), обезьяны (сару), журавли (цуру), крысы (нэдзуми), пауки (кумо), карпы (кой) и прочие животные, почитаемые за свои выдающиеся способности. Редкие исключения из этого правила составляют случаи принудительного наложения на человека какого-либо дискриминирующего заклинания, обращающего его в уродливое существо (хорошим примером из русских сказок является царевна-лягушка) или предмет (библейский соляной столб, в который превратилась жена Лота во время бегства из горящего Содома).
Среди множества других зверей одним из самых древних соседей человека является волк — canis lupus (волк обыкновенный), обитающий в Европе, Азии и Северной Америке. Считается, что от этого хищника произошли наши лучшие друзья — собаки. Он внушал людям восхищение своими великолепными охотничьими качествами. Его боялись за свирепость и решительность, с которой он нападал на противника. Именно поэтому образ волка послужил основой для создания многочисленных европейских легенд про оборотня — ликантропа. Сразу вернусь к тому, что говорил: запомните мой друг - ликантропия есть болезнь. Наследственная и генетическая. И проблема в том, что большинство людей имели дело исключительно с ликатропами. Это, увы, факт, от которого не деться. Ликантропы – это низшая ступень оборотней. Так сказать, гиперплебеи. Но относится к ним подобным образом не стоит. Поверьте, они того не заслужили. Ведь не их вина в том, что они такие. Их, как правило, много и они своими стычками сами регулируют количество этих несчастных бедолаг. Вот сегодня мы посвятим немного времени именно этим уникальным людям.
Мифы разных народов наделяют ликантропов довольно схожим набором экстраординарных свойств. Некоторые считают, что оборотни могут “перекидываться” в одно из известных науке животных по своему желанию, ничем не отличаясь в этом смысле от других вымышленных писателями существ, способных к трансформации (так, Брэм Стокер впервые описал графа Дракулу, превращавшегося в летучую мышь, волка или туман). Другие полагают, что ликантропы меняют свою форму под воздействием внешних факторов (волчий вой, наступление полнолуния, принятие каких-либо снадобий и т.п.), которые являются обязательным условием для превращения в зверя либо существенно облегчают его. Сразу скажу, это полная чушь. Главным условием, фактором перекидывания из человека в соответствующее животное – само желание быть таким. И все. Прочие факторы не работают.
Что свойственно ликантропам, как живым организмам? В первую очередь, это способность оборотней к регенерации. Что есть то есть. Вспомните мою историю про Якуба. Я хочу дополнить её тем, что он обладал феноменальной живучестью и способность регенерировать свои раны и, даже, потерянные части тела. Так же считается, что люди-оборотни не подвержены старению или болезням. Вот тут я должен сказать, что болячки оборотней действительно не берут, а вот со старением у ликантропов беда. Они стареют, незаметно, но стареют, и причем так, что в случае смерти от естественных причин, тело ликантропа рассыпается в прах в течение получаса. Это плата, суровая плата за относительное долголетие.
Их можно убить, нанеся серьезные повреждения сердцу или мозгу. Здесь подойдет любой способ причинения смерти, связанный с прекращением функционирования данных органов (отсечение головы, тяжелое ранение в грудь, а также утопление, удушение и другие действия, вызывающие кислородное голодание мозга). Во многих поверьях ликантропы боятся серебра, реже — обсидиана, причиняющего им незаживающие раны. И это отчасти правда. Но тут надо опять оговориться: просто серебрушка, или серебряная пуля, оружие или что-то еще убить оборотня – ликантропа не сможет. Нет, и всё тут. Убить ликантропа может только предмет из самородного серебра. То есть из серебра, подвергшегося самой минимальной обработке: ковке по нагретому металлу, но не плавление. Так что если пуля была сделана путем ковки самородного металла, то есть он не подвергался плавлению, то такой предмет опасен для жизни ликантропа. Прочее – не более, чем детская забава.
Да, кстати, вот этот факт из области эмпирики – народные наблюдения говорят правду: скорость трансформации человека в животное велика. Процесс превращения занимает очень короткий промежуток времени, от нескольких секунд до одной минуты. Но в отличие от народного творчества, я утверждаю, и у меня на то есть все основания, что такая трансформация протекает безболезненно.
Некогда люди полагали, что оборотень, принявший животную форму, ничем не отличается от обычного крупного волка, или какого иного зверя (давайте вспомним оборотня лиса или свинью у китайцев). Так же некоторые по сию пору верят в то, что большинство оборотней, принявших облик зверя, теряют человеческий разум и превращаются в обычных диких животных. Однако допускается возможность сохранения за териоморфным ликантропом некоторых мыслительных способностей, позволяющих ему избегать ловушек, осознанно пользоваться простейшими приспособлениями (открывать двери, нажимать на кнопки и т.п.), узнавать своих жертв в лицо и совершать другие несложные действия, направленные на удовлетворение хищнических инстинктов. Следует заметить, что потеря разума после трансформации приписывается лишь “плохим” оборотням — то есть только тем, которые служат силам зла (убивают людей, похищают скот), испытывая непреодолимую жажду крови. В то же время, образ “хорошего” ликантропа, бескорыстно помогающего людям, имеет полное право на существование (русская сказка про Ивана-царевича и Серого волка, португальские сказки про грустного волка Бруксу).
Как становятся ликантропами мы уже говорили, но есть еще два способа обращения в ликантропа - при помощи магии (или проклятья) и от укуса другого оборотня.
Магическое превращение в зверя чаще всего происходит по воле самого колдуна (ведьмы, шамана), налагающего на себя (реже — на других) заклинание трансформации. Такое обращение является временным (например, скандинавский бог Локи и колдуны-лимиккины из племени американских индейцев навахо умели превращаться в любое животное, накидывая на себя его шкуру) и не передается по наследству.
Схожим, по сути, но противоположным по направленности умысла является приобретение облика волка в результате проклятья. Оно является постоянным или, как минимум, труднопреодолимым и, в отличие от магического превращения, существенно ухудшает условия жизни ликантропа. Самым известным примером такого способа обращения является греческий миф о проклятье Ликаония (досл. — “страна волков”, упоминаемая в книге Деяний апостолов: 14,6). Согласно ему, Ликаон — сын Пелзага, царя аккадского — предложил Зевсу кушанья из человеческого мяса, за что был превращен в волка. По преданию, Ликаон стал родоначальником жителей Ликаонии — древней области в Малой Азии. Финские легенды гласят, что ребенок, проклятый при рождении ведьмой, превращается в волка — vironsusi (общий угро-финский и восточнославянский мотив).
Ликантропия, переданная человеку через укус оборотня, так же как в результате рождения от оборотня, является наследственной и неизлечимой. Однако здесь следует отметить, что паранормальные свойства, полученные ребенком от родителей (чаще всего это касается случая, когда оборотнем является лишь один из них), проявляются далеко не сразу. Ликантропия может спать внутри такого человека долгие годы и проявиться в самый неожиданный момент (во время солнечного затмения, парада планет, смертельной опасности или при иных необычных обстоятельствах).
