– Эй, вы! Помогите мне выбраться! Я вам заплачу! У меня есть немного золота!
Даже если они действительно убивают нанимателей, во что Меркар отказывался верить – зачем тогда с ними заключают контракты? – смерть не намного хуже рабства.
При свете луны он увидел странный отблеск, что-то выпало из кармана всадников. Капюшоны повернулись друг к другу. Даже за воплями бандита Меркар услышал вздох.
– Да будет так.
– Вперёд, ребята! Их всего двое, убейте су…
Скользнувшая с седла тень оборвала крик. Сверкнуло лезвие меча, рассекая шею, и главарь повалился на землю, зажимая перерезанное горло. Второй взмах меча оборвал ещё одну жизнь. За ней следующую.
Парализованный страхом Меркар разглядел голову кошки, вышитую золотыми нитями на плаще. Он наблюдал за происходящим, не в силах отвести взор. Ехидный голосок воспользовался случаем и забрался в объятое ужасом сознание. А если слухи об убийстве нанимателей всё же правдивы?
Второй всадник действовал куда неспешнее. Спустился с лошади, повернулся к оставшимся позади бандитам. Ряды их значительно поредели. При виде меча ещё двое бросили оружие и умчались в лес. Оставшаяся четвёрка попыталась навалиться всем скопом, но ножи ударили в пустоту. Фигура в плаще легко уклонилась и атаковала сама, ударом в сердце оборвав ещё одну жизнь. Троица переглянулась и удрала следом за остальными. Наёмник постоял, глядя им вслед, но преследовать не стал.
Вместо этого он повернулся и направился к тележке. Его товарищ уже закончил резню и тщательно вытирал лезвие меча о штаны убитого бандита. По земле растекались лужи крови. Наёмник с головой кошки на спине недовольно поморщился, увидев тёмные капли на своих высоких сапогах.
– Не стоило их отпускать, – сказал он. Убедившись, что клинок чистый, убрал меч в ножны.
– Пусть бегут. Помогут распространить слухи. Может тогда останется меньше дураков, решивших встать у нас на пути.
Второй наёмник остановился у лошадей и поднял что-то с земли. Меркар разглядел на его спине голову совы. Затем подошёл к телеге и рубанул по замку. После третьего удара тот отлетел в сторону, освобождая путь. Никто из пленник не двинулся с места. Все замерли, боясь лишний раз пошевелиться, и едва дышали.
– Ты заключил с нами контракт?
Меркар затрясся, глядя на направленное на него острие меча. На нём всё ещё оставалась кровь.
А ведь он не стал вытирать его, как первый, мелькнула предательская мысль. Значит, всё же убивают?
– Я, – дрожащим голосом выдавил Меркар.
– Хорошо. Остальные – ступайте прочь. – Всадник отошёл в сторону, давая дорогу. Никто не пошевелился. – Живо! – Толкая друг друга, пленники торопливо поползли к распахнутой двери. – По Пути сейчас идёт патруль. Если поспешите, успеете встретить их.
Пленники выползали из телеги, бросали на своих нежданных спасителей опасливые взгляды и торопливо удалялись в лес, на восток, в сторону Пути Мира. Меркар многое бы отдал, чтобы оказаться в их числе.
– Ты знаешь, кто мы? – спросил наёмник с головой совы на спине.
– Догадываюсь, – тихо ответил Меркар.
– Ты заключил с нами контракт. Знаешь, какая у нас плата?
Он отрицательно замотал головой, надеясь, что всё услышанное ранее окажется неправдой. Ну, нельзя же убивать нанимателя, в самом-то деле. Какой в этом смысл?
– Всё, что есть у человека, или его жизнь. Скажи нам, безымянный пленник, что у тебя есть? Лгать не советую, я всё равно пойму.
– Ничего, – едва слышно произнёс Меркар. – Я всё потерял после войны. Семья была, но я их не нашёл. Осталась пара серебряных, припрятанных в Вердиле на чёрный день.
– В таком случае, тебе повезло. Наверное.
Наёмник вытянул руку. На ладони лежала чёрная монета. Это она что ли сверкнула тогда? Но как, она же совсем чёрная, даже свет луны не отражает.
– С её помощью решится твоя судьба, пленник.
Монета отправилась в полёт, сопровождаемая растерянным взглядом Меркара. Он окончательно утратил нить происходящего. Что за монета, кто эти двое всадников, как им удалось играючи расправиться с бандитами, что это за контракт такой? Одно только ясно: всё будет так, как сказал этот тип в плаще, возникший из ниоткуда посреди тропы.
Монета приземлилась рядом с колесом телеги. Меркар вытянул голову, пытаясь увидеть, что там выпало. Наёмник наклонился и подобрал монету. Лицо скрывал капюшон, и Меркар не мог даже предположить, что его ждёт.
– Ты везучий, – наконец нарушил тишину наёмник. – Мы заберём твои два серебряных, а тебе сохраним жизнь. Радуйся свободе.
Фигуры в плащах развернулись и пошли к лошадям. Меркар остался сидеть в клетке, непонимающе глядя на вышитые головы кошки и совы. Наконец его сознания достигла суть случившегося.
– Так мне следует поехать с вами? – спросил он. – Как иначе вы найдёте тайник? Я могу вас сопроводить до Вердила?
Мысль об оставшихся в лесу бандитах несколько снижала радость от новообретённой свободы. А если они не сбежали, а затаились неподалёку? Переловили беглых пленников, и теперь ждут, когда всадники уедут, оставив его в одиночестве. Если выбирать между этими странными наёмниками и дюжиной головорезов, для него выбор очевиден.
Его спасители переглянулись. Один едва заметно повёл плечами.
– Ладно, – раздалось в ответ. – Можешь поехать с нами. Но если станешь мешать – повторишь судьбу бандитов.
– Обещаю, я буду молчать! – радостно заверил Меркар, выбравшись из клетки и распрягая лошадь из телеги.
Благодарность
Трое всадников ехали по Пути Мира. Плечи были ссутулены, опущенные головы покачивались в такт движениям лошадей. Нескончаемые потоки дождя, не прекращающиеся ни на миг, сопровождали их от самого Ланметира. Даже огни показавшейся впереди таверны не вызвали бурной радости.
– Наконец-то, – вздохнул Бейз. – Неужели у нас будет крыша над головой.
Его спутники даже не подняли головы в попытке разглядеть видневшуюся за плотной завесой дождя таверну.
– Может, там найдутся лекарства, – предпринял вторую попытку завязать разговор Бейз. За всё время бегства из Ланметира он не услышал и десятка слов от близнецов. Сам того не заметив, он стал во главе отряда и выбрал дорогу на север.
– Может, – эхом отозвался Гепард.
Он медленно распрямился, но тут же со стоном вернулся в прежнее положение. Несмотря на холодные потоки дождя, спина горела огнём. Остатки мази потратили едва стены города остались позади, латая ногу.
В первый день она напоминала бесполезную культю – ничего не чувствовала и не слушалась. Близнецы начали беспокоиться, как бы не начали отмирать ткани, и не пришлось отрезать её, но мазь помогла, и чувствительность начала возвращаться. Но вместе с чувствительностью пришла и боль.
А вот помочь спине было нечем. От нагрудника Гепарда ничего не осталось, как и от плаща, город пришлось покидать в спешке, и дождь стал сущим наказанием. Других путников на дороге не встречалось, все укрывались от дождя по домам, и раздобыть одежду оказалось не у кого.
Они попытались съехать с дороги, поискать в окрестных землях людей, но стоило лошадям ступить с ровной дороги на ухабистую и размытую дождём землю, как близнецы превратились в не прекращаемый источник стонов и оханий, и пришлось вернуться обратно.
Потому раны просто перевязали, но тяжёлые капли обжигали, каждое падение на располосованную спину отзывалось болью. А вместе с расплатой за использование вил четыре дня пути превратились в настоящую пытку.
Теперь поблизости не нашлось дворцов или поместий с роскошными пирами, питались они скудно. Раны и не думали заживать, тела отказывались восстанавливаться, конечности одеревенели и плохо слушались. Близнецы превратились в ходячих мертвецов. Настигни их в таком состоянии погоня – а в её наличии никто не сомневался – они не смогли бы и поднять меч.
Всадники неспешно заехали на пустой двор, поставили лошадей в конюшню, стащили сумки и направились в таверну. Изнутри доносился весёлый гомон, местные жители давно привыкли к дождю и обращали на него не больше внимания, чем обитатели Вердила – на безоблачное небо.
Новоприбывшую троицу удостоили мимолётным взглядом. Нашлись глупцы, отважившиеся путешествовать под таким ливнем – ну и Создатель с ними.
Близнецы сразу направились к очагу у дальней стены. Глядя на промокших до нитки путешественников, несколько человек уступили им свой столик у огня. Бейз, несмотря на всё желание погреться, сначала подошёл к стойке.
– Видать срочные у вас дела, если по такой погоде ехать решились, – сказал трактирщик вместо приветствия, разглядывая закутанного в плащ Бейза. – Сейчас и местные из дома нос не высунут, а вы явно не отсюда.
– Как ты и сказал – дела ждать не станут, – произнёс Бейз. – Нам бы вина горячего, да ужин на десятерых. Так проголодался, свинью могу съесть целиком.
– Охотно верю, – кивнул трактирщик. Он заглянул за спину Бейза на две устроившиеся у самого огня фигуры. – Товарищи твои совсем околели. Что же они налегке путешествуют-то? Даже плащей не прихватили. Это где-нибудь в Вердиле или Терраде можно сейчас так разъезжать, а у нас лето холодное.
– Ужин, ужин нам нужен, да погорячее, – поторопил хозяина Бейз, а сам направился к летарам.
Сидеть у огня оказалось до невозможного приятно. Трактирщик не заставил себя долго ждать и вскоре стол начали заполнять блюда, исходящие паром. Близнецы поначалу ели вяло, едва перебирая ложками, но горячий суп нагнал аппетит, и вскоре трактирщик только и успевал наполнять миски. Суп, баранина, яблочный пирог, салаты из рыбы и овощей: ничего не задерживалось надолго на столе.
Разговоры в таверне постепенно стихли, посетители посмеивались над изголодавшими путешественниками, некоторые даже заключали пари, когда уймётся аппетит. Украшением ужина стало горячее вино. Трактирщик достал пару бутылок из личных запасов, рассудив, что жадничать в таком деле не стоит, да и наценку можно поставить выше обычного. Кто станет каждое блюдо считать?
Сова первым откинулся на спинку стула и тут же сжал зубы от резкой боли, прокатившейся по всей спине. Конечно, качество еды оставляло желать лучшего. До пира, устроенного Меркаром после победы в Визистоке ужину далеко, но это первый раз, когда им удалось нормально поесть. После побега из Ланметира приходилось экономить запасы, никто не знал, когда они доберутся до таверны.
– Хорошо, – протянул Бейз, последовав его примеру. Привычным движением он поправил начавший сползать плащ. – Хозяин, а свободная комната у тебя найдётся?
– Найдётся, как же иначе, – отозвался тот. – Только, уж не обессудьте, как с платой быть? Поужинали вы даже не за десятерых, подчистую всё с кухни смели.
Бейз взглянул на Сову. Пара золотых шлёпнулась в одну из пустых тарелок.
– Комнату одну? – спросил трактирщик.
– Если найдётся на троих, да. Покажешь?
– Таким гостям разве отказывают?
Троица поднялась из-за стола – Гепард прихватил полупустую бутылку с вином – и двинулась наверх по лестнице. Трактирщик остановился в конце коридора, снял с пояса ключ и отпер дверь.
– Вот, располагайтесь.
– Есть одно дельце, – тихо произнёс Бейз. Близнецы, не тратя время понапрасну, повалились на кровать. – Нам бы раны чем обработать. Найдётся у тебя что-нибудь?
– Раны? Ну, найдётся, пожалуй.
– Неси всё, – раздался голос Совы, приглушённый подушкой. – Завтра сочтёмся.
Трактирщик ушёл, и вернулся с небольшой потёртой сумкой. Протянул её Бейзу.
– Вот. Только лекарства нынче дорогие, силт ло совсем мало осталось, вы уж не обессудьте.
– Я учту, – усмехнулся Бейз.
Трактирщик кивнул, протянул ему ключ и скрылся за дверью.
– Вы в этом разбираетесь? – спросил Бейз, вытряхивая на стол содержимое сумки. – Я был солдатом, а не врачом.
– Тащи всё сюда, – буркнул Сова.
Бейз смахнул всё на стул и пододвинул к кровати.
– Почти всё бесполезный мусор, – пробормотал Сова, повернув голову и разглядывая букеты различных трав, кору деревьев и настойки странного вида, которые даже не стал нюхать. – Вот эти отвари в кипятке, недолго. Как остынут, пойдут на припарку. А эту кору брось мне в сумку, сгодится вместо обезболивающего. Остальное можешь вернуть.
– Как скажешь. – Бейз убрал всё обратно в сумку и вышел.
В комнате повисла тишина. Снизу доносился шум возобновившейся гулянки, Сова слушал разговор трактирщика с Бейзом. Тот всё норовил содрать с них побольше.
– Ну что, поживём пока? – спросил Сова, когда контроль над слухом начал ослабевать.
– К сожалению – да, – подал голос Гепард. – Жаль, что с нами был Бейз. Лучше бы сдохли в том замке.
– Не обманывай себя, нам бы не дали умереть. Ты же видел тех летар. Они пробыли в человеческом теле по меньшей мере тысячу лет. А эта твоя знакомая, лиса. Давно ты с ней встречался?
– Точно не скажу, я совсем недолго пробыл в том теле. Где-то полторы тысячи лет назад.
– Полторы тысячи лет, – прошептал Сова. – И тот, второй, не меньше. Вот и сходили поговорить с Белым знаменем.
– Кто же мог знать, что нас так встретят.
– Мы в долгу у Бейза. Без его помощи нас бы наверняка поймали. Да и с ним, странно, что нам удалось сбежать. Ты не помнишь, что случилось, когда он нас уносил? У меня всё как в тумане.
– С твоим вил запомнишь что-то, – буркнул Гепард. – Я думал, у меня голова на части расколется. Помню, как залез на него, а потом… – он помолчал, копаясь в памяти. – Нет, ничего. Я даже первый день в пути толком не помню. Чего нас понесло на север?
– Спроси у нашего провожатого. Я соображал немногим лучше тебя.
– Всё твои вил.
– Конечно, твои гораздо лучше. Когда не можешь толком пошевелиться, а каждый шаг лошади отдаётся болью во всём теле, – язвительно произнёс Сова. – Последствия так и не пройдут, пока мы не поедим?
– Нет, – вздохнул Гепард. – Ещё хотя бы с десяток таких ужинов.
– Ну да, мечтай. Можешь остаться здесь и объедаться, пока не лопнешь.
– Спасибо, воздержусь. Лучше убраться как можно дальше от этого треклятого городка, пока нас не нагнали.
– Опять спорите, – раздался голос Бейза с порога. – Значит, всё в порядке.
– Как же, в порядке, – пробурчал Гепард. – Ты во время тренировок не испытывал и десятой доли того, что сейчас ощущаем мы.
– Значит, мне повезло, – рассудил Бейз, ставя на стул рядом с Совой поднос с двумя мисками. С плеча он скинул на пол нечто серое и потрёпанное.
Пришлось нести всё одной рукой, пряча от остальных вторую, волчью. К счастью, народа в таверне собралось не так много, в сезон дождей все привыкли сидеть по домам.
Комнату наполнил приятный цветочный аромат.
– Ну что, моя очередь над вами издеваться?
Сова приподнялся, стащил рубашку и размотал повязку. Бейз невольно вздрогнул, увидев три глубокие полосы, тянущиеся от затылка к поясу вдоль позвоночника. Раны, похоже, и не думали заживать. Пока Сова устраивался поудобнее, одна полоска кожи чуть сдвинулась в сторону, обнажив мясо.
И они всё это время молча терпят? Да ему от одного вида стало не по себе.
Бейз достал из миски с тёплой водой тряпку и принялся стирать кровь. Под вечным ливнем её размазало по всей спине, никакая повязка не спасала.
Едва различимый для обычного носа запах поднялся от раны. Рука с тряпкой двигалась всё медленнее, пока не замерла. Бейз застыл, принюхиваясь. В голове возникло знакомое ощущение, словно кто-то ворочается, и шепчет…
Даже если они действительно убивают нанимателей, во что Меркар отказывался верить – зачем тогда с ними заключают контракты? – смерть не намного хуже рабства.
При свете луны он увидел странный отблеск, что-то выпало из кармана всадников. Капюшоны повернулись друг к другу. Даже за воплями бандита Меркар услышал вздох.
– Да будет так.
Главарь единственный из всей шайки, кто не пошевелился. Отступать он не собирался, и вместо этого заорал, нацелив нож на так не вовремя подвернувшихся путников.
– Вперёд, ребята! Их всего двое, убейте су…
Скользнувшая с седла тень оборвала крик. Сверкнуло лезвие меча, рассекая шею, и главарь повалился на землю, зажимая перерезанное горло. Второй взмах меча оборвал ещё одну жизнь. За ней следующую.
Парализованный страхом Меркар разглядел голову кошки, вышитую золотыми нитями на плаще. Он наблюдал за происходящим, не в силах отвести взор. Ехидный голосок воспользовался случаем и забрался в объятое ужасом сознание. А если слухи об убийстве нанимателей всё же правдивы?
Второй всадник действовал куда неспешнее. Спустился с лошади, повернулся к оставшимся позади бандитам. Ряды их значительно поредели. При виде меча ещё двое бросили оружие и умчались в лес. Оставшаяся четвёрка попыталась навалиться всем скопом, но ножи ударили в пустоту. Фигура в плаще легко уклонилась и атаковала сама, ударом в сердце оборвав ещё одну жизнь. Троица переглянулась и удрала следом за остальными. Наёмник постоял, глядя им вслед, но преследовать не стал.
Вместо этого он повернулся и направился к тележке. Его товарищ уже закончил резню и тщательно вытирал лезвие меча о штаны убитого бандита. По земле растекались лужи крови. Наёмник с головой кошки на спине недовольно поморщился, увидев тёмные капли на своих высоких сапогах.
– Не стоило их отпускать, – сказал он. Убедившись, что клинок чистый, убрал меч в ножны.
– Пусть бегут. Помогут распространить слухи. Может тогда останется меньше дураков, решивших встать у нас на пути.
Второй наёмник остановился у лошадей и поднял что-то с земли. Меркар разглядел на его спине голову совы. Затем подошёл к телеге и рубанул по замку. После третьего удара тот отлетел в сторону, освобождая путь. Никто из пленник не двинулся с места. Все замерли, боясь лишний раз пошевелиться, и едва дышали.
– Ты заключил с нами контракт?
Меркар затрясся, глядя на направленное на него острие меча. На нём всё ещё оставалась кровь.
А ведь он не стал вытирать его, как первый, мелькнула предательская мысль. Значит, всё же убивают?
– Я, – дрожащим голосом выдавил Меркар.
– Хорошо. Остальные – ступайте прочь. – Всадник отошёл в сторону, давая дорогу. Никто не пошевелился. – Живо! – Толкая друг друга, пленники торопливо поползли к распахнутой двери. – По Пути сейчас идёт патруль. Если поспешите, успеете встретить их.
Пленники выползали из телеги, бросали на своих нежданных спасителей опасливые взгляды и торопливо удалялись в лес, на восток, в сторону Пути Мира. Меркар многое бы отдал, чтобы оказаться в их числе.
– Ты знаешь, кто мы? – спросил наёмник с головой совы на спине.
– Догадываюсь, – тихо ответил Меркар.
– Ты заключил с нами контракт. Знаешь, какая у нас плата?
Он отрицательно замотал головой, надеясь, что всё услышанное ранее окажется неправдой. Ну, нельзя же убивать нанимателя, в самом-то деле. Какой в этом смысл?
– Всё, что есть у человека, или его жизнь. Скажи нам, безымянный пленник, что у тебя есть? Лгать не советую, я всё равно пойму.
– Ничего, – едва слышно произнёс Меркар. – Я всё потерял после войны. Семья была, но я их не нашёл. Осталась пара серебряных, припрятанных в Вердиле на чёрный день.
– В таком случае, тебе повезло. Наверное.
Наёмник вытянул руку. На ладони лежала чёрная монета. Это она что ли сверкнула тогда? Но как, она же совсем чёрная, даже свет луны не отражает.
– С её помощью решится твоя судьба, пленник.
Монета отправилась в полёт, сопровождаемая растерянным взглядом Меркара. Он окончательно утратил нить происходящего. Что за монета, кто эти двое всадников, как им удалось играючи расправиться с бандитами, что это за контракт такой? Одно только ясно: всё будет так, как сказал этот тип в плаще, возникший из ниоткуда посреди тропы.
Монета приземлилась рядом с колесом телеги. Меркар вытянул голову, пытаясь увидеть, что там выпало. Наёмник наклонился и подобрал монету. Лицо скрывал капюшон, и Меркар не мог даже предположить, что его ждёт.
– Ты везучий, – наконец нарушил тишину наёмник. – Мы заберём твои два серебряных, а тебе сохраним жизнь. Радуйся свободе.
Фигуры в плащах развернулись и пошли к лошадям. Меркар остался сидеть в клетке, непонимающе глядя на вышитые головы кошки и совы. Наконец его сознания достигла суть случившегося.
– Так мне следует поехать с вами? – спросил он. – Как иначе вы найдёте тайник? Я могу вас сопроводить до Вердила?
Мысль об оставшихся в лесу бандитах несколько снижала радость от новообретённой свободы. А если они не сбежали, а затаились неподалёку? Переловили беглых пленников, и теперь ждут, когда всадники уедут, оставив его в одиночестве. Если выбирать между этими странными наёмниками и дюжиной головорезов, для него выбор очевиден.
Его спасители переглянулись. Один едва заметно повёл плечами.
– Ладно, – раздалось в ответ. – Можешь поехать с нами. Но если станешь мешать – повторишь судьбу бандитов.
– Обещаю, я буду молчать! – радостно заверил Меркар, выбравшись из клетки и распрягая лошадь из телеги.
Глава 40
Благодарность
Трое всадников ехали по Пути Мира. Плечи были ссутулены, опущенные головы покачивались в такт движениям лошадей. Нескончаемые потоки дождя, не прекращающиеся ни на миг, сопровождали их от самого Ланметира. Даже огни показавшейся впереди таверны не вызвали бурной радости.
– Наконец-то, – вздохнул Бейз. – Неужели у нас будет крыша над головой.
Его спутники даже не подняли головы в попытке разглядеть видневшуюся за плотной завесой дождя таверну.
– Может, там найдутся лекарства, – предпринял вторую попытку завязать разговор Бейз. За всё время бегства из Ланметира он не услышал и десятка слов от близнецов. Сам того не заметив, он стал во главе отряда и выбрал дорогу на север.
– Может, – эхом отозвался Гепард.
Он медленно распрямился, но тут же со стоном вернулся в прежнее положение. Несмотря на холодные потоки дождя, спина горела огнём. Остатки мази потратили едва стены города остались позади, латая ногу.
В первый день она напоминала бесполезную культю – ничего не чувствовала и не слушалась. Близнецы начали беспокоиться, как бы не начали отмирать ткани, и не пришлось отрезать её, но мазь помогла, и чувствительность начала возвращаться. Но вместе с чувствительностью пришла и боль.
А вот помочь спине было нечем. От нагрудника Гепарда ничего не осталось, как и от плаща, город пришлось покидать в спешке, и дождь стал сущим наказанием. Других путников на дороге не встречалось, все укрывались от дождя по домам, и раздобыть одежду оказалось не у кого.
Они попытались съехать с дороги, поискать в окрестных землях людей, но стоило лошадям ступить с ровной дороги на ухабистую и размытую дождём землю, как близнецы превратились в не прекращаемый источник стонов и оханий, и пришлось вернуться обратно.
Потому раны просто перевязали, но тяжёлые капли обжигали, каждое падение на располосованную спину отзывалось болью. А вместе с расплатой за использование вил четыре дня пути превратились в настоящую пытку.
Теперь поблизости не нашлось дворцов или поместий с роскошными пирами, питались они скудно. Раны и не думали заживать, тела отказывались восстанавливаться, конечности одеревенели и плохо слушались. Близнецы превратились в ходячих мертвецов. Настигни их в таком состоянии погоня – а в её наличии никто не сомневался – они не смогли бы и поднять меч.
Всадники неспешно заехали на пустой двор, поставили лошадей в конюшню, стащили сумки и направились в таверну. Изнутри доносился весёлый гомон, местные жители давно привыкли к дождю и обращали на него не больше внимания, чем обитатели Вердила – на безоблачное небо.
Новоприбывшую троицу удостоили мимолётным взглядом. Нашлись глупцы, отважившиеся путешествовать под таким ливнем – ну и Создатель с ними.
Близнецы сразу направились к очагу у дальней стены. Глядя на промокших до нитки путешественников, несколько человек уступили им свой столик у огня. Бейз, несмотря на всё желание погреться, сначала подошёл к стойке.
– Видать срочные у вас дела, если по такой погоде ехать решились, – сказал трактирщик вместо приветствия, разглядывая закутанного в плащ Бейза. – Сейчас и местные из дома нос не высунут, а вы явно не отсюда.
– Как ты и сказал – дела ждать не станут, – произнёс Бейз. – Нам бы вина горячего, да ужин на десятерых. Так проголодался, свинью могу съесть целиком.
– Охотно верю, – кивнул трактирщик. Он заглянул за спину Бейза на две устроившиеся у самого огня фигуры. – Товарищи твои совсем околели. Что же они налегке путешествуют-то? Даже плащей не прихватили. Это где-нибудь в Вердиле или Терраде можно сейчас так разъезжать, а у нас лето холодное.
– Ужин, ужин нам нужен, да погорячее, – поторопил хозяина Бейз, а сам направился к летарам.
Сидеть у огня оказалось до невозможного приятно. Трактирщик не заставил себя долго ждать и вскоре стол начали заполнять блюда, исходящие паром. Близнецы поначалу ели вяло, едва перебирая ложками, но горячий суп нагнал аппетит, и вскоре трактирщик только и успевал наполнять миски. Суп, баранина, яблочный пирог, салаты из рыбы и овощей: ничего не задерживалось надолго на столе.
Разговоры в таверне постепенно стихли, посетители посмеивались над изголодавшими путешественниками, некоторые даже заключали пари, когда уймётся аппетит. Украшением ужина стало горячее вино. Трактирщик достал пару бутылок из личных запасов, рассудив, что жадничать в таком деле не стоит, да и наценку можно поставить выше обычного. Кто станет каждое блюдо считать?
Сова первым откинулся на спинку стула и тут же сжал зубы от резкой боли, прокатившейся по всей спине. Конечно, качество еды оставляло желать лучшего. До пира, устроенного Меркаром после победы в Визистоке ужину далеко, но это первый раз, когда им удалось нормально поесть. После побега из Ланметира приходилось экономить запасы, никто не знал, когда они доберутся до таверны.
– Хорошо, – протянул Бейз, последовав его примеру. Привычным движением он поправил начавший сползать плащ. – Хозяин, а свободная комната у тебя найдётся?
– Найдётся, как же иначе, – отозвался тот. – Только, уж не обессудьте, как с платой быть? Поужинали вы даже не за десятерых, подчистую всё с кухни смели.
Бейз взглянул на Сову. Пара золотых шлёпнулась в одну из пустых тарелок.
– Комнату одну? – спросил трактирщик.
– Если найдётся на троих, да. Покажешь?
– Таким гостям разве отказывают?
Троица поднялась из-за стола – Гепард прихватил полупустую бутылку с вином – и двинулась наверх по лестнице. Трактирщик остановился в конце коридора, снял с пояса ключ и отпер дверь.
– Вот, располагайтесь.
– Есть одно дельце, – тихо произнёс Бейз. Близнецы, не тратя время понапрасну, повалились на кровать. – Нам бы раны чем обработать. Найдётся у тебя что-нибудь?
– Раны? Ну, найдётся, пожалуй.
– Неси всё, – раздался голос Совы, приглушённый подушкой. – Завтра сочтёмся.
Трактирщик ушёл, и вернулся с небольшой потёртой сумкой. Протянул её Бейзу.
– Вот. Только лекарства нынче дорогие, силт ло совсем мало осталось, вы уж не обессудьте.
– Я учту, – усмехнулся Бейз.
Трактирщик кивнул, протянул ему ключ и скрылся за дверью.
– Вы в этом разбираетесь? – спросил Бейз, вытряхивая на стол содержимое сумки. – Я был солдатом, а не врачом.
– Тащи всё сюда, – буркнул Сова.
Бейз смахнул всё на стул и пододвинул к кровати.
– Почти всё бесполезный мусор, – пробормотал Сова, повернув голову и разглядывая букеты различных трав, кору деревьев и настойки странного вида, которые даже не стал нюхать. – Вот эти отвари в кипятке, недолго. Как остынут, пойдут на припарку. А эту кору брось мне в сумку, сгодится вместо обезболивающего. Остальное можешь вернуть.
– Как скажешь. – Бейз убрал всё обратно в сумку и вышел.
В комнате повисла тишина. Снизу доносился шум возобновившейся гулянки, Сова слушал разговор трактирщика с Бейзом. Тот всё норовил содрать с них побольше.
– Ну что, поживём пока? – спросил Сова, когда контроль над слухом начал ослабевать.
– К сожалению – да, – подал голос Гепард. – Жаль, что с нами был Бейз. Лучше бы сдохли в том замке.
– Не обманывай себя, нам бы не дали умереть. Ты же видел тех летар. Они пробыли в человеческом теле по меньшей мере тысячу лет. А эта твоя знакомая, лиса. Давно ты с ней встречался?
– Точно не скажу, я совсем недолго пробыл в том теле. Где-то полторы тысячи лет назад.
– Полторы тысячи лет, – прошептал Сова. – И тот, второй, не меньше. Вот и сходили поговорить с Белым знаменем.
– Кто же мог знать, что нас так встретят.
– Мы в долгу у Бейза. Без его помощи нас бы наверняка поймали. Да и с ним, странно, что нам удалось сбежать. Ты не помнишь, что случилось, когда он нас уносил? У меня всё как в тумане.
– С твоим вил запомнишь что-то, – буркнул Гепард. – Я думал, у меня голова на части расколется. Помню, как залез на него, а потом… – он помолчал, копаясь в памяти. – Нет, ничего. Я даже первый день в пути толком не помню. Чего нас понесло на север?
– Спроси у нашего провожатого. Я соображал немногим лучше тебя.
– Всё твои вил.
– Конечно, твои гораздо лучше. Когда не можешь толком пошевелиться, а каждый шаг лошади отдаётся болью во всём теле, – язвительно произнёс Сова. – Последствия так и не пройдут, пока мы не поедим?
– Нет, – вздохнул Гепард. – Ещё хотя бы с десяток таких ужинов.
– Ну да, мечтай. Можешь остаться здесь и объедаться, пока не лопнешь.
– Спасибо, воздержусь. Лучше убраться как можно дальше от этого треклятого городка, пока нас не нагнали.
– Опять спорите, – раздался голос Бейза с порога. – Значит, всё в порядке.
– Как же, в порядке, – пробурчал Гепард. – Ты во время тренировок не испытывал и десятой доли того, что сейчас ощущаем мы.
– Значит, мне повезло, – рассудил Бейз, ставя на стул рядом с Совой поднос с двумя мисками. С плеча он скинул на пол нечто серое и потрёпанное.
Пришлось нести всё одной рукой, пряча от остальных вторую, волчью. К счастью, народа в таверне собралось не так много, в сезон дождей все привыкли сидеть по домам.
Комнату наполнил приятный цветочный аромат.
– Ну что, моя очередь над вами издеваться?
Сова приподнялся, стащил рубашку и размотал повязку. Бейз невольно вздрогнул, увидев три глубокие полосы, тянущиеся от затылка к поясу вдоль позвоночника. Раны, похоже, и не думали заживать. Пока Сова устраивался поудобнее, одна полоска кожи чуть сдвинулась в сторону, обнажив мясо.
И они всё это время молча терпят? Да ему от одного вида стало не по себе.
Бейз достал из миски с тёплой водой тряпку и принялся стирать кровь. Под вечным ливнем её размазало по всей спине, никакая повязка не спасала.
Едва различимый для обычного носа запах поднялся от раны. Рука с тряпкой двигалась всё медленнее, пока не замерла. Бейз застыл, принюхиваясь. В голове возникло знакомое ощущение, словно кто-то ворочается, и шепчет…
