– Насчёт тренировок, Бейз. Приходи с рассветом, пока не начнут сворачивать шатры. Успеем немного потренироваться, потом дорога, и сразу после привала продолжим.
– Мне ещё нужно будет подраться с Калином, – вставил Гепард.
– Зачем? – спросил Филин.
– Что значит – зачем? – возмутился близнец. – Чтобы победить его и получить свободу, конечно же!
– У тебя нет… – начал Филин
– Ни единого шанса, – перебил Гепард. – Ты уже говорил. Но я от своего не отступлю.
– Разумнее все силы тратить на тренировки, – возразил Филин. – Если тебе сломают руку или ногу – куча времени пропадёт зря.
Близнецы уставились друг на друга. Несмотря на связанные тела, мысли друг друга они не знали. Но за десять лет совместных путешествий успели узнать друг друга достаточно хорошо, чтобы угадывать их без слов.
Филин вздрогнул и отвёл взгляд.
– Делаем по моему, – заключил Гепард. – Есть возражения?
Филин не ответил. Он смотрел на волдырь, который проткнул близнец.
– Ну и хорошо. Тогда, Бейз…
Мысли в голове Филина заметались как бешеные. Их связь, ну конечно! Она может всё изменить. Получится или нет? Рассказывать ничего нельзя, их постоянно слушают. Надеяться, что Гепард поймёт всё без слов? Да, только это и остаётся.
– … Клард, ты тоже приходи, – говорил тем временем Гепард. – Может, Дари передумает. И Пеларниса захватите. Он и впрямь стал лучше играть. Эй! Ты чего!?
Гепард уставился на тыльную сторону ладони, где стремительно краснела кожа.
– Да так. – Филин взмахнул палкой, на которой жарил мясо. Темноту прочертил красный полукруг. – Проверяю кое-что.
Гепард на миг замер, увидев лицо Филина. Никто другой не знал близнеца так хорошо, как он. И только он распознал улыбку, затаившуюся в уголках губ Филина.
Близнецы ещё мгновение смотрели друг другу в глаза, и Гепард вернулся к прерванному разговору.
Наследие
Немерк проснулся под многоголосый смех. Он открыл глаза, но тьма едва-едва стала светлее.
– Потом, конечно, Калин узнал, кто это сделал, – давясь смехом, рассказывал Мирак. – Но когда он всё понял, даже не обиделся. Напротив, потом и сам пару раз устраивал подобный трюк.
– Это Калин-то? – раздался голос Ниалы.
– А ты что думала, он только и может, что ходить с угрюмым видом? – ещё больше развеселился Мирак. – Ты просто его давно не видела. Мы с ним однажды поспорили, кто позже напьётся. Так половина таверн в Терраде тогда озолотилась.
– На летар не действует выпивка?
Немерк нахмурился. Он не знал этот голос.
– Скажем так – при желании, мы можем её почти не замечать, – ответил Мирак.
– А на что поспорили? – поинтересовалась Ниала.
– Никогда не угадаешь! – заявил Мирак.
– И пытаться не буду, – фыркнула Ниала. – Говори уж, раз взялся рассказывать.
– Они поспорили, кто кому будет прислуживать за ужином, – сказал Немерк.
– Ну вот, всё испортил, – протянул Мирак. – С пробуждением, новорождённый.
– Какой ещё новорождённый?
Немерк сел, повертел головой. Там, откуда доносились голоса, тьма была чуть светлее.
– Ну как же, – хохотнул Мирак. – Для тебя каждый день как первый. Опять ничего не помнишь?
– Кто ещё с нами?
– Карин Тол, караванщик. И силт ло Тарин, его охранник.
– Просто Тарин? – уточнил Немерк. – Не с Запада?
– Уроженец пустыни, – раздался ещё один новый голос.
– А почему только одно имя? – Никто не ответил. – Я жду ответа.
– Я навлёк позор на свой род, – тихо ответил Тарин.
– Я принесу еды, – сказал Карин Тол и поднялся.
– Давай сразу закончил с неприятной частью. – Мирак подошёл к Немерку и сел перед ним. – Как зрение?
– Ты закрыл от меня костёр? – спросил тот.
– Отлично! Скажи ещё, что ты помнишь вчерашний… Ну да, не помнишь, раз спросил, кто ещё с нами. Ну хоть что-то вспомнил?
– Помню, как на меня напали в таверне. С арбалетами и силт ло. – Немерк ощупал следы от болтов на животе. Шрамы ещё не прошли. – И какие-то отрывки из того, как мы шли по пустыне после.
– А подробности нападения? – Немерк не сразу признал в говорившем Хилена.
– Ты…
– Да, я Хилен, и сжёг свои чувства, когда спасал нас в Берт Лет. Ты помнишь, кто говорил, когда ты висел на стене?
– Не хотелось бы огорчать тебя, Немерк, но, хоть ты этого и не помнишь, ты обещал Хилену всё рассказать, когда вспомнишь, – сказала Ниала.
– Нет, – покачал головой Немерк. – Ещё не вспомнил.
– Время ужинать. – Карин Тол вернулся и разложил на песке тряпичный тюк.
Разговор ненадолго стих.
Немерк сел поближе к остальным, и один съел за пятерых, под насмешки Мирака.
– Кажется, пора решить один вопрос, – сказал Карин Тол, заворачивая остатки еды. – Мы договорились, что я вам даю еду, а вы – безопасность до Маск Рада.
– Просто охраняем тебя, – вставил Мирак.
– Хорошо, пусть так. И будь вы обычной четвёркой путников, никаких проблем не возникло бы. Но ваш раненый товарищ один ест как мы все.
– Еды не хватит? – спросила Ниала.
Карин Тол развёл руками.
– Я надеялся, мы будем двигаться быстрее, или что аппетит вашего товарища не продлится долго. Но ошибся дважды.
– Насколько всё плохо? – спросил Немерк.
– До Маск Рада около дюжины дней пути. Еды хватит хорошо если на пять дней. Мы можем…
– Урезать еду не будем, – перебил Немерк. – Маск Рад слишком близко, а я ещё не восстановился. Ниале и Мираку так же могут понадобиться все силы.
– Я слишком мало ем, чтобы это имело значение, – подал голос Хилен. – И если что, сам смогу себя прокормить.
– А если меньше есть станем только я и Тарин, – сказал Карин Тол, – большого смысла в этом не будет.
– А верблюды? – спросил Немерк. – Кажется, их около десятка. С ними мы точно дотянем…
– Нет! Мы не можем бросить груз здесь!
Немерк повернулся на голос Тарина.
– Это ещё почему?
Ему не ответили.
– Карин Тол, что ты везёшь? – спросила Ниала.
– Я же вам говорил – камни, – тихо ответил караванщик. – Вы сами видели.
– Мы заглянули всего в пару шкатулок, – сказал Мирак. Он встал и направился к ближайшему верблюду. – И поскольку среди груза не было ничего съедобного, и плетений мы не почувствовали, не стали проверять дальше.
Летар разорвал верёвки на тюке, размотал ткань и уставился на… камень.
– Ты издеваешься что ли? – Мирак повернулся к Карин Толу.
– Что там? – спросил Немерк.
– Песчаник. Здоровенный такой кусок, больше головы. Хм, он обтёсанный. Что это, караванщик?
– Именно то, чем выглядит, – ответил тот.
– Он совершенно точно не выглядит как то, из-за чего мы не станем убивать верблюдов.
– Это основание моего дома, – сказал Тарин.
– Маловат домик. – Мирак окинул взглядом верблюдов. – Тут и на одну стену не наберётся.
– Это не первый наш поход.
– И вы всё время таскаете камни?
– Это связано с твоим позором, да? – спросила Ниала.
Тарин склонил голову.
– Я вас очень прошу – не трогайте верблюдов. Мой долг почти оплачен. Осталось немного.
– Рассказывай. – Мирак замотал камень обратно в ткань. – Не всё же мне одному веселить нас вечерами.
Летар вернулся к костру. Тепла от него не было, горел он исключительно благодаря плетению Хилена, но настраивал на нужную атмосферу.
– Вы не почувствовали плетения, но оно в них есть. Прежде, чем решиться на подобную глупость, я нанял силт ло, гораздо способнее меня, и он подтвердил – камни пронизывает плетение. Но это не обычное плетение, они – амулет.
– Амулет – целый дом? – уточнил Хилен.
Тарин кивнул.
– Мы жили в нём много поколений, и жили неплохо. В семье рассказывали легенду, что наш далёкий предок пробудился, защищая дом, и так превратил его в амулет. Никто в неё до конца не верил, но мы всегда считали себя немного удачливее остальных. Когда я был ребёнком, тоже относился к ней с недоверием, а потому, едва подвернулась возможность – нанялся охранником к торговцам. Тогда я ещё не стал силт ло, и работал практически за еду, но очень хотел путешествовать.
Потом я встретил Мали, жену. Мы осели в Дилен Гар, городок на север от Маск Рада. И тогда я понял, о чём говорили дома, упоминая удачу. То трещина пойдёт по стене, то крыша прохудится. Множество мелких бытовых мелочей, о которых не думаешь, пока не столкнёшься с ними.
– Амулет нерушим, пока не истощится, – кивнул Мирак.
– Да. Но было и другое, долго рассказывать. Мали долго уговаривала меня, и мы решили съездить ко мне домой. Я в семье младший, но чем Создатель не шутит, вдруг получится вернуться туда. И тогда я узнал, что все мертвы. К тому моменту я многому научился, и отправился выслеживать убийц. Ими оказались обычные грабители, но среди них нашёлся силт ло. Они легко схватили меня, и не пробудись я тогда – убили бы. А отомстив – я решил начать новую жизнь.
Тарин замолчал. Не дождавшись продолжения, Мирак спросил:
– Когда рассказываешь историю, главное – ничего не упустить. Бери пример с меня. Сколько я вам всего рассказал за эти привалы, но ни разу не повторился и ни разу не сбился с нити повествования. А вот ты упустил одну крошечную деталь. То, о чём тебя и спросили. Ты зачем камни таскаешь? Почему не схватил жену и не утащил её в своё семейное гнездо? Или она тяжелее всех этих камней?
– Я нагнал бандитов неподалёку от Эмае Айе Когда убил их – отправился в город. Туда как раз прибыл Каран Дис. Вы же знаете их?
– Очень хорошо знаем, – откликнулся Мирак. – Ты не отвлекайся.
– Я и прежде заглядывал к ним. Всегда интересно посмотреть, какое они представление устраивают с прибытием. В тот раз с ними плыла пророчица.
Немерк насмешливо фыркнул, а Мирак откровенно рассмеялся. Ниала тоже не сдержала улыбки.
– Что? Почему вы смеётесь?
– Как бы тебе сказать помягче, – сказала Ниала. – Я неоднократно встречалась с теми, кто зовёт себя пророчицей. И ни разу их предсказания не сбывались.
– Так ты летар, вот они и не сбывались.
– В том-то и дело. Они даже ни разу не догадались, что я летар.
– Пусть так, но я же встретил настоящую пророчицу, – упрямо заявил Тарин. – Она же путешествовала с Каран Дис. Туда не берут абы кого.
– Туда идут те, кто не может жить среди обычных людей, – поправила Ниала. – Нередко среди них встречаются обычные убийцы, которые ищут убежища. Многим из них, конечно, отказывают, но не всем. Не удивительно, что туда смогла пробраться и пророчица. Выдумала несколько туманных предсказаний, и ей поверили. Пророчицы это любят. Ты тоже такое получил, да?
– А вот и нет, – угрюмо ответил Тарин. – Она мне прямо сказала, что прежней жизни мне не видать, и придётся начинать всё сначала. И что груз, который меня тяготит, не отпустит до конца жизни, и мне придётся нести его с собой.
Мирак расхохотался во всё горло.
– Всё же очевидно, – продолжил Тарин, ещё больше насупившись. – Мне нужно было начинать новую жизнь. А груз – это мой дом, то, от чего я бежал. И мне нужно нести его с собой.
– Ты правда… – Мирак утёр выступившие слёзы, – ты правда считаешь, что ничего странного в таком предсказании нет?
– Что, например?
– Ты шёл по городу, наверняка уставший и вымотанный, погоней и дракой. Потерянный, потому что не знал, что делать дальше. Вот завидев такую лёгкую добычу, эта твоя пророчица тебя и схватила. Ты же своим внешним видом сам всё рассказал о себе. Я не прав?
– Не прав, – огрызнулся Тарин. – Но… это было давно, я точно не помню.
– Никто не знает будущего, – тихо сказал Немерк. – Если бы можно было просто найти пророчицу и узнать, что тебя ждёт – к ним бы очередь от Мокруне до Сеан Эса выстроилась. А твоё пророчество – я их слышал сотни, чуть ли не слово в слово. Но дело даже не в нём. Ты же слышал, что тебе сказал Мирак – амулет нерушим, пока не истощится. А ты свой дом таскаешь по частям.
– А я говорил, что нанимал силт ло. Он подтвердил, что дом и в самом деле амулет. И помог его разобрать.
– Давно ты таскаешься по пустыни?
Тарин задумался.
– Наверное, лет двадцать. Я же не только этим занимаюсь.
– И ты надеешься, что за двадцать лет он не разрушился? Амулет действительно может восстанавливаться. Например, если я сорву эти безделушки с твоей шеи, в моих руках плетения разорвутся, но быстро восстановятся, едва я их отпущу. Ты же разрушил амулет, простоявший не меньше тысячи лет, и продержал его в таком состоянии тридцать.
Немерк поднялся и только сейчас осознал, насколько ослаб. Ноги едва держали его. Всё съеденное уходило на восстановление, да и он между переходами, судя по всему, всё время проводит в седле. Оно и правильно, сначала нужно вылечиться, но потом – обязательно заняться тренировками. Всё же они на Западе, тут слабость непростительна.
Немерк протянул руку.
– Отведи меня к этим камням.
Тарин тоже поднялся и подвёл к камню, который уже развязал Мирак. Немерк снял ткань, прикоснулся к нему руками и замер. Потом покачал головой.
– Ни следа плетения. Смирись, это уже давно обычный песчаник.
– А вот и нет! – Тарин сжал кулаки и уставился в белесые глаза Немерка. – И я докажу! Я…Аргх…
Когтистая лапа вцепилась ему в шею.
Амулеты на груди силт ло вспыхнули белым и красным, и Тарин ударил Немерка по рёбрам. Летар шумно выдохнул и ослабил хватку, и Тарин ударил снова, а потом ещё раз, по сгибу локтя, вырываясь из захвата.
Немерк повалился на песок, заходясь в кашле.
– Да вы…! Как вы…!! – Руки Тарина покрылись огнём.
– Не шевелись.
Силт ло замер, почувствовал, как шею сзади сжимает гигантская клешня.
– Отпусти плетения, – вновь приказала Ниала.
Огонь на руках исчез, вместе с ним потухли амулеты.
– Немерк?
– Всё нормально, – прохрипел летар. – Раны не до конца затянулись.
– Господа, давайте обойдёмся без убийств. – В разговор впервые вмешался Карин Тол, прежде молчаливо сидящий у костра. – Еда у нас пока есть. И мы можем наткнуться на другой караван по дороге.
– Караваны всегда избегают друг друга, – сказала Ниала, не убирая клешню с шеи Тарина. В её сплошь чёрных глазах плясали отблески костра. – Не говори, что ты этого не знаешь.
– Знаю, – опустил голову Карин Тол. – Я не пытаюсь вас обмануть, просто пытаюсь сказать, что ещё можно обойтись без убийств. В том числе верблюдов.
– Я согласен, – поддержал его Мирак. – Немерк всё равно опять всё забудет на завтра, а в большой компании путешествовать всяко веселее. Тарин, ты же тоже постараешься забыть, что тут случилось, верно?
Клешня сжала сильнее.
– Конечно, – сказал силт ло.
– Вот и славно. Тогда давайте спать, мы сегодня и так засиделись.
Немерк встал на четвереньки, всё ещё пытаясь отдышаться. Нет, раны у него затянулись, но вот амулеты у Тарина оказались не простые. И дело было не в силе, сама кожа у силт ло поменялась, словно превратилась в металл.
Немерк по памяти подполз к своей лежанке и забрался под одеяло. Сам того не зная, он, как и каждую ночь до этого, проверил посох Силт Ло и меч, спрятанные под ней. То ли Мирак предупредил Тарина, чтобы тот держался от них подальше, то ли силт ло не почувствовал артефакты, но Немерк не заметил за вечер ни одного плетения в их сторону.
Немерк слушал, как все укладываются, как затихает последним Мирак, и вскоре весь лагерь погрузился в сон. Тогда Немерк превратил один палец в коготь, глубоко вонзил в кожу на животе, чтобы рана точно не затянулась ещё пару дней и нацарапал “Убить Тарина”, поверх таких же царапин.
Прозрение
Виланс сидел на лавке возле дома. Руки отстукивали отрывок из незамысловатой песни, что вспомнилась ему утром, когда Патия собиралась к старосте.
– Мне ещё нужно будет подраться с Калином, – вставил Гепард.
– Зачем? – спросил Филин.
– Что значит – зачем? – возмутился близнец. – Чтобы победить его и получить свободу, конечно же!
– У тебя нет… – начал Филин
– Ни единого шанса, – перебил Гепард. – Ты уже говорил. Но я от своего не отступлю.
– Разумнее все силы тратить на тренировки, – возразил Филин. – Если тебе сломают руку или ногу – куча времени пропадёт зря.
Близнецы уставились друг на друга. Несмотря на связанные тела, мысли друг друга они не знали. Но за десять лет совместных путешествий успели узнать друг друга достаточно хорошо, чтобы угадывать их без слов.
Филин вздрогнул и отвёл взгляд.
– Делаем по моему, – заключил Гепард. – Есть возражения?
Филин не ответил. Он смотрел на волдырь, который проткнул близнец.
– Ну и хорошо. Тогда, Бейз…
Мысли в голове Филина заметались как бешеные. Их связь, ну конечно! Она может всё изменить. Получится или нет? Рассказывать ничего нельзя, их постоянно слушают. Надеяться, что Гепард поймёт всё без слов? Да, только это и остаётся.
– … Клард, ты тоже приходи, – говорил тем временем Гепард. – Может, Дари передумает. И Пеларниса захватите. Он и впрямь стал лучше играть. Эй! Ты чего!?
Гепард уставился на тыльную сторону ладони, где стремительно краснела кожа.
– Да так. – Филин взмахнул палкой, на которой жарил мясо. Темноту прочертил красный полукруг. – Проверяю кое-что.
Гепард на миг замер, увидев лицо Филина. Никто другой не знал близнеца так хорошо, как он. И только он распознал улыбку, затаившуюся в уголках губ Филина.
Близнецы ещё мгновение смотрели друг другу в глаза, и Гепард вернулся к прерванному разговору.
Глава 8
Наследие
Немерк проснулся под многоголосый смех. Он открыл глаза, но тьма едва-едва стала светлее.
– Потом, конечно, Калин узнал, кто это сделал, – давясь смехом, рассказывал Мирак. – Но когда он всё понял, даже не обиделся. Напротив, потом и сам пару раз устраивал подобный трюк.
– Это Калин-то? – раздался голос Ниалы.
– А ты что думала, он только и может, что ходить с угрюмым видом? – ещё больше развеселился Мирак. – Ты просто его давно не видела. Мы с ним однажды поспорили, кто позже напьётся. Так половина таверн в Терраде тогда озолотилась.
– На летар не действует выпивка?
Немерк нахмурился. Он не знал этот голос.
– Скажем так – при желании, мы можем её почти не замечать, – ответил Мирак.
– А на что поспорили? – поинтересовалась Ниала.
– Никогда не угадаешь! – заявил Мирак.
– И пытаться не буду, – фыркнула Ниала. – Говори уж, раз взялся рассказывать.
– Они поспорили, кто кому будет прислуживать за ужином, – сказал Немерк.
– Ну вот, всё испортил, – протянул Мирак. – С пробуждением, новорождённый.
– Какой ещё новорождённый?
Немерк сел, повертел головой. Там, откуда доносились голоса, тьма была чуть светлее.
– Ну как же, – хохотнул Мирак. – Для тебя каждый день как первый. Опять ничего не помнишь?
– Кто ещё с нами?
– Карин Тол, караванщик. И силт ло Тарин, его охранник.
– Просто Тарин? – уточнил Немерк. – Не с Запада?
– Уроженец пустыни, – раздался ещё один новый голос.
– А почему только одно имя? – Никто не ответил. – Я жду ответа.
– Я навлёк позор на свой род, – тихо ответил Тарин.
– Я принесу еды, – сказал Карин Тол и поднялся.
– Давай сразу закончил с неприятной частью. – Мирак подошёл к Немерку и сел перед ним. – Как зрение?
– Ты закрыл от меня костёр? – спросил тот.
– Отлично! Скажи ещё, что ты помнишь вчерашний… Ну да, не помнишь, раз спросил, кто ещё с нами. Ну хоть что-то вспомнил?
– Помню, как на меня напали в таверне. С арбалетами и силт ло. – Немерк ощупал следы от болтов на животе. Шрамы ещё не прошли. – И какие-то отрывки из того, как мы шли по пустыне после.
– А подробности нападения? – Немерк не сразу признал в говорившем Хилена.
– Ты…
– Да, я Хилен, и сжёг свои чувства, когда спасал нас в Берт Лет. Ты помнишь, кто говорил, когда ты висел на стене?
– Не хотелось бы огорчать тебя, Немерк, но, хоть ты этого и не помнишь, ты обещал Хилену всё рассказать, когда вспомнишь, – сказала Ниала.
– Нет, – покачал головой Немерк. – Ещё не вспомнил.
– Время ужинать. – Карин Тол вернулся и разложил на песке тряпичный тюк.
Разговор ненадолго стих.
Немерк сел поближе к остальным, и один съел за пятерых, под насмешки Мирака.
– Кажется, пора решить один вопрос, – сказал Карин Тол, заворачивая остатки еды. – Мы договорились, что я вам даю еду, а вы – безопасность до Маск Рада.
– Просто охраняем тебя, – вставил Мирак.
– Хорошо, пусть так. И будь вы обычной четвёркой путников, никаких проблем не возникло бы. Но ваш раненый товарищ один ест как мы все.
– Еды не хватит? – спросила Ниала.
Карин Тол развёл руками.
– Я надеялся, мы будем двигаться быстрее, или что аппетит вашего товарища не продлится долго. Но ошибся дважды.
– Насколько всё плохо? – спросил Немерк.
– До Маск Рада около дюжины дней пути. Еды хватит хорошо если на пять дней. Мы можем…
– Урезать еду не будем, – перебил Немерк. – Маск Рад слишком близко, а я ещё не восстановился. Ниале и Мираку так же могут понадобиться все силы.
– Я слишком мало ем, чтобы это имело значение, – подал голос Хилен. – И если что, сам смогу себя прокормить.
– А если меньше есть станем только я и Тарин, – сказал Карин Тол, – большого смысла в этом не будет.
– А верблюды? – спросил Немерк. – Кажется, их около десятка. С ними мы точно дотянем…
– Нет! Мы не можем бросить груз здесь!
Немерк повернулся на голос Тарина.
– Это ещё почему?
Ему не ответили.
– Карин Тол, что ты везёшь? – спросила Ниала.
– Я же вам говорил – камни, – тихо ответил караванщик. – Вы сами видели.
– Мы заглянули всего в пару шкатулок, – сказал Мирак. Он встал и направился к ближайшему верблюду. – И поскольку среди груза не было ничего съедобного, и плетений мы не почувствовали, не стали проверять дальше.
Летар разорвал верёвки на тюке, размотал ткань и уставился на… камень.
– Ты издеваешься что ли? – Мирак повернулся к Карин Толу.
– Что там? – спросил Немерк.
– Песчаник. Здоровенный такой кусок, больше головы. Хм, он обтёсанный. Что это, караванщик?
– Именно то, чем выглядит, – ответил тот.
– Он совершенно точно не выглядит как то, из-за чего мы не станем убивать верблюдов.
– Это основание моего дома, – сказал Тарин.
– Маловат домик. – Мирак окинул взглядом верблюдов. – Тут и на одну стену не наберётся.
– Это не первый наш поход.
– И вы всё время таскаете камни?
– Это связано с твоим позором, да? – спросила Ниала.
Тарин склонил голову.
– Я вас очень прошу – не трогайте верблюдов. Мой долг почти оплачен. Осталось немного.
– Рассказывай. – Мирак замотал камень обратно в ткань. – Не всё же мне одному веселить нас вечерами.
Летар вернулся к костру. Тепла от него не было, горел он исключительно благодаря плетению Хилена, но настраивал на нужную атмосферу.
– Вы не почувствовали плетения, но оно в них есть. Прежде, чем решиться на подобную глупость, я нанял силт ло, гораздо способнее меня, и он подтвердил – камни пронизывает плетение. Но это не обычное плетение, они – амулет.
– Амулет – целый дом? – уточнил Хилен.
Тарин кивнул.
– Мы жили в нём много поколений, и жили неплохо. В семье рассказывали легенду, что наш далёкий предок пробудился, защищая дом, и так превратил его в амулет. Никто в неё до конца не верил, но мы всегда считали себя немного удачливее остальных. Когда я был ребёнком, тоже относился к ней с недоверием, а потому, едва подвернулась возможность – нанялся охранником к торговцам. Тогда я ещё не стал силт ло, и работал практически за еду, но очень хотел путешествовать.
Потом я встретил Мали, жену. Мы осели в Дилен Гар, городок на север от Маск Рада. И тогда я понял, о чём говорили дома, упоминая удачу. То трещина пойдёт по стене, то крыша прохудится. Множество мелких бытовых мелочей, о которых не думаешь, пока не столкнёшься с ними.
– Амулет нерушим, пока не истощится, – кивнул Мирак.
– Да. Но было и другое, долго рассказывать. Мали долго уговаривала меня, и мы решили съездить ко мне домой. Я в семье младший, но чем Создатель не шутит, вдруг получится вернуться туда. И тогда я узнал, что все мертвы. К тому моменту я многому научился, и отправился выслеживать убийц. Ими оказались обычные грабители, но среди них нашёлся силт ло. Они легко схватили меня, и не пробудись я тогда – убили бы. А отомстив – я решил начать новую жизнь.
Тарин замолчал. Не дождавшись продолжения, Мирак спросил:
– Когда рассказываешь историю, главное – ничего не упустить. Бери пример с меня. Сколько я вам всего рассказал за эти привалы, но ни разу не повторился и ни разу не сбился с нити повествования. А вот ты упустил одну крошечную деталь. То, о чём тебя и спросили. Ты зачем камни таскаешь? Почему не схватил жену и не утащил её в своё семейное гнездо? Или она тяжелее всех этих камней?
– Я нагнал бандитов неподалёку от Эмае Айе Когда убил их – отправился в город. Туда как раз прибыл Каран Дис. Вы же знаете их?
– Очень хорошо знаем, – откликнулся Мирак. – Ты не отвлекайся.
– Я и прежде заглядывал к ним. Всегда интересно посмотреть, какое они представление устраивают с прибытием. В тот раз с ними плыла пророчица.
Немерк насмешливо фыркнул, а Мирак откровенно рассмеялся. Ниала тоже не сдержала улыбки.
– Что? Почему вы смеётесь?
– Как бы тебе сказать помягче, – сказала Ниала. – Я неоднократно встречалась с теми, кто зовёт себя пророчицей. И ни разу их предсказания не сбывались.
– Так ты летар, вот они и не сбывались.
– В том-то и дело. Они даже ни разу не догадались, что я летар.
– Пусть так, но я же встретил настоящую пророчицу, – упрямо заявил Тарин. – Она же путешествовала с Каран Дис. Туда не берут абы кого.
– Туда идут те, кто не может жить среди обычных людей, – поправила Ниала. – Нередко среди них встречаются обычные убийцы, которые ищут убежища. Многим из них, конечно, отказывают, но не всем. Не удивительно, что туда смогла пробраться и пророчица. Выдумала несколько туманных предсказаний, и ей поверили. Пророчицы это любят. Ты тоже такое получил, да?
– А вот и нет, – угрюмо ответил Тарин. – Она мне прямо сказала, что прежней жизни мне не видать, и придётся начинать всё сначала. И что груз, который меня тяготит, не отпустит до конца жизни, и мне придётся нести его с собой.
Мирак расхохотался во всё горло.
– Всё же очевидно, – продолжил Тарин, ещё больше насупившись. – Мне нужно было начинать новую жизнь. А груз – это мой дом, то, от чего я бежал. И мне нужно нести его с собой.
– Ты правда… – Мирак утёр выступившие слёзы, – ты правда считаешь, что ничего странного в таком предсказании нет?
– Что, например?
– Ты шёл по городу, наверняка уставший и вымотанный, погоней и дракой. Потерянный, потому что не знал, что делать дальше. Вот завидев такую лёгкую добычу, эта твоя пророчица тебя и схватила. Ты же своим внешним видом сам всё рассказал о себе. Я не прав?
– Не прав, – огрызнулся Тарин. – Но… это было давно, я точно не помню.
– Никто не знает будущего, – тихо сказал Немерк. – Если бы можно было просто найти пророчицу и узнать, что тебя ждёт – к ним бы очередь от Мокруне до Сеан Эса выстроилась. А твоё пророчество – я их слышал сотни, чуть ли не слово в слово. Но дело даже не в нём. Ты же слышал, что тебе сказал Мирак – амулет нерушим, пока не истощится. А ты свой дом таскаешь по частям.
– А я говорил, что нанимал силт ло. Он подтвердил, что дом и в самом деле амулет. И помог его разобрать.
– Давно ты таскаешься по пустыни?
Тарин задумался.
– Наверное, лет двадцать. Я же не только этим занимаюсь.
– И ты надеешься, что за двадцать лет он не разрушился? Амулет действительно может восстанавливаться. Например, если я сорву эти безделушки с твоей шеи, в моих руках плетения разорвутся, но быстро восстановятся, едва я их отпущу. Ты же разрушил амулет, простоявший не меньше тысячи лет, и продержал его в таком состоянии тридцать.
Немерк поднялся и только сейчас осознал, насколько ослаб. Ноги едва держали его. Всё съеденное уходило на восстановление, да и он между переходами, судя по всему, всё время проводит в седле. Оно и правильно, сначала нужно вылечиться, но потом – обязательно заняться тренировками. Всё же они на Западе, тут слабость непростительна.
Немерк протянул руку.
– Отведи меня к этим камням.
Тарин тоже поднялся и подвёл к камню, который уже развязал Мирак. Немерк снял ткань, прикоснулся к нему руками и замер. Потом покачал головой.
– Ни следа плетения. Смирись, это уже давно обычный песчаник.
– А вот и нет! – Тарин сжал кулаки и уставился в белесые глаза Немерка. – И я докажу! Я…Аргх…
Когтистая лапа вцепилась ему в шею.
Амулеты на груди силт ло вспыхнули белым и красным, и Тарин ударил Немерка по рёбрам. Летар шумно выдохнул и ослабил хватку, и Тарин ударил снова, а потом ещё раз, по сгибу локтя, вырываясь из захвата.
Немерк повалился на песок, заходясь в кашле.
– Да вы…! Как вы…!! – Руки Тарина покрылись огнём.
– Не шевелись.
Силт ло замер, почувствовал, как шею сзади сжимает гигантская клешня.
– Отпусти плетения, – вновь приказала Ниала.
Огонь на руках исчез, вместе с ним потухли амулеты.
– Немерк?
– Всё нормально, – прохрипел летар. – Раны не до конца затянулись.
– Господа, давайте обойдёмся без убийств. – В разговор впервые вмешался Карин Тол, прежде молчаливо сидящий у костра. – Еда у нас пока есть. И мы можем наткнуться на другой караван по дороге.
– Караваны всегда избегают друг друга, – сказала Ниала, не убирая клешню с шеи Тарина. В её сплошь чёрных глазах плясали отблески костра. – Не говори, что ты этого не знаешь.
– Знаю, – опустил голову Карин Тол. – Я не пытаюсь вас обмануть, просто пытаюсь сказать, что ещё можно обойтись без убийств. В том числе верблюдов.
– Я согласен, – поддержал его Мирак. – Немерк всё равно опять всё забудет на завтра, а в большой компании путешествовать всяко веселее. Тарин, ты же тоже постараешься забыть, что тут случилось, верно?
Клешня сжала сильнее.
– Конечно, – сказал силт ло.
– Вот и славно. Тогда давайте спать, мы сегодня и так засиделись.
Немерк встал на четвереньки, всё ещё пытаясь отдышаться. Нет, раны у него затянулись, но вот амулеты у Тарина оказались не простые. И дело было не в силе, сама кожа у силт ло поменялась, словно превратилась в металл.
Немерк по памяти подполз к своей лежанке и забрался под одеяло. Сам того не зная, он, как и каждую ночь до этого, проверил посох Силт Ло и меч, спрятанные под ней. То ли Мирак предупредил Тарина, чтобы тот держался от них подальше, то ли силт ло не почувствовал артефакты, но Немерк не заметил за вечер ни одного плетения в их сторону.
Немерк слушал, как все укладываются, как затихает последним Мирак, и вскоре весь лагерь погрузился в сон. Тогда Немерк превратил один палец в коготь, глубоко вонзил в кожу на животе, чтобы рана точно не затянулась ещё пару дней и нацарапал “Убить Тарина”, поверх таких же царапин.
Глава 9
Прозрение
Виланс сидел на лавке возле дома. Руки отстукивали отрывок из незамысловатой песни, что вспомнилась ему утром, когда Патия собиралась к старосте.
