Демиурги. Полигон богов

Овальный зал, уставленный тумбами, покрытыми бесчисленными пляшущими огоньками, разной формы окошками и еще демон знает чем. Перед каждой тумбой в удобном кресле сидел человек. Вот только у некоторых лица были странными, словно покрытыми мелкой чешуей. Другие походили на крупных, лысых котов с мало выделяющейся мордой. У огромного панорамного окна стояли два подтянутых человека средних лет в черной одежде, на плечах обоих были видны незнакомые золотые символы.
       — Думаю, капитан — один из этих двоих, — сказала Неника.
       — Вполне возможно, — пробурчал сьер Дойл, не отрываясь от невероятного зрелища.
       — Майаннон, ты их видишь? — спросила в какую-то странную штуку девушка.
       — Вижу — ответил голос жреца.
       — Готов?
       — Да.
       — Только не рискуй! Хватай — и сюда!
       Островитянин ничего не ответил, зато появился на стене возле стоявших у панорамного окна двоих и схватил первого попавшегося за плечо. Кто-то из сидевших за тумбами заорал, еще кто-то достал какое-то небольшое оружие, и мимо отшатнувшегося жреца пролетел желтый луч. А за ним еще несколько. Кажется Майаннона даже задели, но он не стал терять времени и исчез вместе с пленником.
       Раздался глухой треск, воздух перед Неникой подернулся дымкой, и на пол свалились два тела. Майаннон и одетый в черное незнакомец. Последний ошалело окинул глазами зал и зашарил рукой у бедра — видимо, тоже пытался достать оружие. Однако Владычица не дала ему сделать этого — она взмахнула рукой и что-то хрипло прокричала. Пленника взметнуло в воздух, и он застыл в двух локтях от пола с раскинутыми в стороны руками. А сама ринулась к скрутившемуся на полу островитянину.
       — Что с тобой?! — выдохнула она.
       — Зацепили... — прохрипел Майаннон. — Плечо... Очень больно...
       — Мэтр Охилор! — с отчаянием повернулась к старику Неника. — Вы же целитель! Помогите!
       — Пустите, — поспешил к ним тот.
       Таких ран ему видеть ни разу в жизни не доводилось — ровное сквозное отверстие с обожженными краями, словно через тело пролетел крохотный файерболл ^[1] . Впрочем, может и пролетел — возможности чужаков поражали. После увиденного до мага окончательно дошло, что, сдерживая развитие, они сделали страшную ошибку. Быстро скастовав заживляющее и обезболивающее заклинания, старик усыпил раненого.
       — Дня два полежать придется, — сообщил он. — Теперь пусть парня в постель отнесут. Пусть поспит. Когда проснется, то чтобы настоем красных лиан напоили, на пользу пойдет.
       Неника поблагодарила его, затем вызвала стражников и передала им распоряжения придворного мага. Те не рискнули ничего спрашивать, хотя, судя по виду, были удивлены случившимся. Да и помнили, что островитянин сюда не приходил. Унося Майаннона, они растерянно посмотрели на зависшего в воздухе человека в непривычной одежде. Этот-то откуда здесь взялся?..
       — А теперь займемся тобой... — Владычица хищно уставилась на пленника.
       Тот что-то понял, так как быстро-быстро заговорил на незнакомом языке, пытаясь дергаться, но заклинание держало его в воздухе крепко. В серых глазах чужака плавал страх. Да и кто на его месте не боялся бы? Стоял себе на мостике своего корабля, вдруг возникает рядом какой-то тип в идиотской хламиде, хватает тебя за плечо — и ты непонятно где. Причем, явно среди врагов, если судить по тому, как на тебя смотрят.
       — А как мы его допросим? — поинтересовался мэтр Охилор. — Он, судя по всему, не говорит на нашем языке.
       — Сейчас наложу языковую маску, — безразлично отозвалась Владычица. — Это я умела и раньше — от Треглавого знания достались. В Империи говорили на нескольких языках, в отличие от нас.
       Это было куда труднее, чем многое другое, поэтому Неника провозилась минут десять. Однако смогла добиться своего, и наложила маску перевода на сознание незнакомца. Теперь все, что он скажет, другие услышат на своем родном языке.
       — Назовитесь! — потребовала девушка.
       — Кто вы?!! — взвыл пленник. — Отпустите меня! Кто дал вам право меня похищать?! Я принадлежу к могущественной организации, меня найдут! — видно было, что он испуган, почти не держит себя в руках. — Вы пожалеете!
       — Кто мы? — исказила губы Неники недобрая гримаса. — Те, над кем вы ставили свои гнусные эксперименты, жители этого несчастного мира. А теперь назовитесь!
       — Капитан крейсера прорыва «Вельзевул», Джошуа Харрикейн, — неохотно назвался чужак. — Тогда уж представьтесь и вы. И что делает здесь представитель вашей расы?
       — Неника Сат, Владычица Брайна, — усмехнулась при виде его вытянувшегося лица девушка.
       — Это невозможно! — выдохнул капитан. — Туземцы слишком неразвиты, чтобы проделать такое! Не издевайтесь!
       — Видите, как они относятся к нам? — повернулась к собранию Неника. — Для них мы дикари, с которыми можно творить, что душе угодно.
       Харрикейн пытался прийти в себя, надеясь, что все это наваждение, бред, однако ничего не менялось — он все так же висел в воздухе посреди странно выглядящего зала. На него смотрели рассевшиеся в креслах по-варварски роскошно одетые люди. Впереди стояла представительница какой-то ящерообразной разумной расы, причем, неизвестной — не гвард ^[2] и не нэгаши ^[3] . Но кто она тогда? Что за раса? Возможно, их организация по незнанию перешла дорогу кому-то очень могущественному? Вполне возможно — способ его похищения говорил сам за себя. Это же надо, невзирая ни на какие защитные поля телепортироваться на мостик боевого корабля и утащить оттуда капитана! Одно это говорит о силе неизвестных. А раз так, то стоит попытаться с ними договориться. В то, что это туземцы, Харрикейн поверить не мог — всегда с брезгливостью относился к народам, не сумевшим самостоятельно выйти в космос, считал их представителей недоумками.
       — Послушайте, — заговорил капитан, — возможно, мы вам в чем-то помешали. Но зачем сразу начинать военные действия? Мы же разумные существа — давайте договоримся!
       — Ничего не имею против, — ответила девушка, сверкнув глазами с вертикальными зрачками. — У нас в этом мире свои интересы.
       — У нас тоже, — Харрикейн почувствовал себя увереннее. — Поймите, он нам не нужен. Нам всего лишь нужно пройти дальше по связующим точкам портальной сети. Ничего больше!
       — Тогда зачем вы дестабилизируете обстановку на планете?
       — Аналитики определили, что другого пути нет. Чтобы миновать этот узел, мы должны сначала разрушить местный эгрегор — он крайне устойчив и не пропускает никого и ничего.
       — То есть, вы хотите полностью уничтожить местное население? — девушка почему-то сжала кулаки.
       — Пусть лучше туземцы уничтожат себя сами, — усмехнулся капитан. — Прямо действуют только идиоты наподобие Аарн и прочих правдолюбцев. Но нам нужно пройти в следующий сегмент, и мы этой цели добьемся. Любой ценой. Не знаю, кто вы, но прошу учесть, что связались с очень сильной организацией, работающей во многих вселенных.
       — А нам, наоборот, невыгодна дестабилизация обстановки здесь, — сквозь зубы процедила девушка. — В нашей силе вы убедились. Не советую идти на открытый конфликт.
       — Но, возможно, мы сможем найти точки соприкосновения? — спросил Харрикейн, окончательно успокоившись.
       Раз пошел разговор об интересах, то бояться ему особо нечего — вряд ли незнакомцы станут воевать, это слишком невыгодно. Особенно на уровне организаций такой мощи. Впрочем, случаются и исключения, вспомнить хотя бы войну Черных Звезд. Но то были фанатики, а с разумными людьми всегда можно договориться и найти взаимовыгодное решение.
       Харрикейн не подозревал, что его сознание — открытая книга для Неники. И сейчас она испытывает немалую гадливость. Апологеты выгоды, похоже, одинаковы во всех мирах, они даже представить не могут, что кто-то может руководствоваться совсем иными мотивами. Что ж, они сами виноваты, сами выбрали, так что пусть за свой выбор сами же и отвечают.
       — Но вы, добиваясь своей цели, забываете о тех, кто страдает из-за ваших действий, — заметила девушка. — Взять хотя бы жителей этой планеты...
       — Очередные моралисты... — скривился капитан. — Поймите, они бесполезны для мироздания! Эта цивилизация закостенела, она ничего не может дать другим, поэтому пусть хотя бы не мешает!
       Мэтры, сьеры, тьяны и рьины Брайна сидели молча, поняв замысел Владычицы. И не хотели, чтобы он не сработал. До всех уже дошло, что их просто использовали эти чужаки, сыграв на обычных человеческих желаниях. Самое худшее, что их считают слабыми, а со слабыми не договариваются, их просто заставляют делать то, что угодно сильным. А сила чужаков просто пугала. Счастье еще, что, по словам светлой госпожи, на их стороне демиург. Точнее, не на их, на своей собственной, но цели пока совпадают хоть в чем-то.
       Неника сама, если честно, еще мало что понимала — Неназываемый кое-что успел рассказать, но именно кое-что. У нее голова кругом шла от всего этого! Бесчисленное множество миров, сверхсущности, структуры Контроля, Палачи, Строители, демиурги и прочее, прочее, прочее. Как в этом разобраться? Девушке хотелось кричать и ругаться, но она обязана была держать себя в руках, и четко осознавала это.
       — Во-первых, вы не сообщили основных целей вашей организации, — холодно сказала она. — При том, что эта самая организация уже успела немало нам навредить. До определенного предела мы терпели, не желая светиться, однако терпению пришел конец. И если вы не угомонитесь или мы не сможем договориться, то придется принимать меры. Даю гарантию, что вам эти меры не понравятся.
       — Ничуть не сомневаюсь, — закивал Харрикейн, вспомнив, как его выдернули с мостика защищенного по последнему слову техники крейсера. — Я все расскажу. Но не могли бы вы отпустить меня? В таком положении очень неудобно...
       — Надеюсь вы не станете делать глупостей?
       — Нет, конечно! В вашей силе я успел убедиться.
       С трудом удержавшись от ругательств, Неника невербальной формулой отпустила капитана, только на всякий случай запечатала висящую на его боку коробочку с оружием. Чужак окинул зал настороженным взглядом, затем сел в ближайшее кресло и посмотрел на девушку. Она тоже села напротив.
       — Итак, ваши цели, — ее голосом можно было заморозить воду. — Рассказывайте так, словно мы вообще ничего не знаем.
       — Это трудно сформулировать в двух словах, но я попытаюсь, — Харрикейн устало потер лоб. — Не знаю, насколько вы в курсе сложившийся в последние тысячелетия обстановки, но ситуация не нравилась и не нравится очень многим власть имущим, знающим и сильным. Но возможность изменить что-либо мы получили только недавно, после окончания так называемой войны Черных Звезд, когда некая секта, смогшая по случайности разбудить молодое божество, едва не подмяла под себя целую вселенную. Общими усилиями безумцев удалось остановить, однако парадигма развития мироздания осталась прежней, ничего не изменилось. Как известно, миром правят системы Контроля и те, кто стоит за ними.
       — Контроль? Правит? — недоумению Неники не было предела, сказанное чужаком кардинально расходилось со словами демиурга. — Чушь, по-моему. У Контролирующих в Сети вообще нет права выбора, насколько нам известно.
       — Осознанно или неосознанно, но они поддерживают определенную модель существования и развития мироздания, — не согласился Харрикейн. — Мы вообще сомневаемся в необходимости их существования. Творец дал разумным право выбора, так пусть сами выбирают свой путь! Без какого-либо стороннего вмешательства. Или пусть контроль осуществляют сами разумные, а не те, кто давно потерял свою аутотентичность, как человек!
       За всеми этими словами крылась некая застарелая, звериная ненависть, причем ненависть непонятная и даже не имеющая причин, что стало ясно по ауре чужака. Он просто ненавидел Контроль за то, что тот существовал. Но он забыл, что иерархии всегда были и всегда будут, иначе просто невозможно. Что это, зависть? Или что-то худшее? Неника быстро просканировала капитана и убедилась, что никто из Контролирующих никогда не причинял ему зла. За что же тогда он их так ненавидит?.. Да и не только их — всех, кто хоть немного отличался от человека, обладал хоть какими-то необычными способностями. И не только сам Харикейн, в их организации в большинстве собрались именно такие, считающие, что их видение мироздания — единственно верное. Суть этих взглядов можно было описать всего несколькими словами: каждый сам за себя и все решает только сила. Все остальное — чушь. Этого всего остального просто не существует, а те, кто утверждает иное, должны быть или переубеждены, или, если отказываются принимать святую истину, уничтожены. Но если при этом сила принадлежит не им, а кому-то другому, то это еще хуже, и обладающие этой силой не имеют права на существование. Парадоксально, но именно так и мыслили данные существа.
       Ненике стало страшно — это же чудовищно! И почему-то сразу стало ясно, что за этими апологетами силы и власти стоит кто-то куда более страшный, но остающийся в тени. Она с грустью посмотрела на остальных брайнцев — эти тоже поддались влиянию, придется показать им мысли капитана, пусть убедятся, что это не их взгляды. Не все поймут, кое-кто уже потерян, но многие сумеют осознать и измениться. Кому же понадобилось внедрять эту жуткую идеологию? Кто настолько глуп, что не понимает — это гибель, в итоге, любой разумной жизни?! Впрочем, а может этот кто-то того и добивается? Все возможно, но ей с такими дураками не по пути. Их нужно остановить.
       — Продолжайте, капитан! — потребовала девушка.
       — После войны и обнаружения некой системы межмировых порталов, ведущих в скрытые до того миры, наше руководство поняло, что мы получили шанс на изменение ситуации, — снова заговорил Харрикейн. — Объединенные общей целью вместе сошлись Антиконтроль, Молот, часть Официальной Службы и многие другие. Также немало Контролирующих из Сэфес и Безумных Бардов сотрудничают с нами.
       — Шантажом принудили?
       — Добровольное сотрудничество или нет — неважно. Главное, чтобы нужные цели достигались.
       Если бы не наложенные на зал плетения, чужак никогда не сказал бы ничего подобного, он говорил бы обтекаемыми фразами, ничего по сути не открыв. Его ментальная защита просто отключилась, иначе она бы уже убила капитана за разглашение того, что разглашать он права не имел. Что самое важное, он не понимает, что происходит, и говорит то, что думает и во что верит.
       — Что ж, пусть так, — усмехнулась Неника. — Но чего вы добиваетесь?
       — Есть некие структуры мироздания, которые мешают нам повернуть развитие в нужную сторону, — после недолгого размышления ответил Харрикейн. — Чтобы убрать или хотя бы подвинуть данные структуры, нам нужно проникнуть в так называемый мир Ноль, и оттуда разрушить мешающее. И этот мир стоит на дороге.
       — А ведь мешающее — это населенные людьми бесчисленные миры... — подалась вперед Неника. — Вы готовы обречь их все на гибель?..
       — Ради общего блага любые жертвы оправданы! — уверенно отрезал капитан.
       — Блага в вашем понимании?..
       — Оно единственно верное.