Не могли коснуться Источника. Даже оказались не в силах вступить на землю Авалона — та не пускала их. Незримая граница вставала в воздухе, туманы заворачивали их назад при попытке приблизиться к острову.
— Поразительно. Что же случилось?
— Много позже, проведя теоретические изыскания и отслеживая нити заклинаний, ловя в пространстве их растворенное эхо, чародеи, изучавшие этот вопрос, пришли к выводу, что в дело вмешались Строители. Доселе никак не обозначая свое присутствие на протяжении многих эпох, они вернулись на Тэллрин сразу после финала развязанной вашим семейством войны, и отняли у всех находившихся тогда на планете Повелителей, пятерых, их особенный дар контроля над стихиями. Никому не ведом ход мыслей предтеч. Возможно, они посчитали твоих родственников недостойными. Не справившимися с возложенной ответственностью. Они забрали у них прежнее могущество и запечатали дорогу на Авалон. Именно на Авалоне Повелитель способен пройти повторную инициацию, коснувшись Камня Силы, Камня Источника, и вновь обрести власть над стихиями.
— Вот как. Получается, больше нет никаких Повелителей Силы.
— В принципе да, нет.
Будучи обескуражен, я даже отложил столовые приборы — и заметил, как внимательно слушают наш разговор остальные собравшиеся за столом. Я плохо помнил Строителей — касательно их моя память оставалась обрывочной и смутной. Древние создания, пользующиеся иной, нечеловеческой логикой. Проступающие из темноты фигуры, лишенные лиц — именно их изваяния мы встретили, пока пробирались по междумирью. Существа, создававшие пути между мирами, трансформировавшие материю, пространство и время. Когда-то, очень давно, Строители явились на Тэллрин, нашли меня и еще пятерых человек, позже назвавших друг друга братьями, и даровали нам силу распоряжаться стихиями. Действующую, правда, в пределах только нашей родной планеты — покидая ее, мы немедленно делались обычными магами, пусть даже очень умелыми.
Никто не знает, почему Строители выбрали именно нас. Чем руководствовались, зачем подарили подобную силу. Я не уверен, что они вступали с нами в длительные разговоры или делились подробностями своих замыслов.
При желании нашу власть над стихиями можно было оспорить или отнять, что и попытался в свое время сделать Алдрен, желая забрать управление элементом тьмы себе.
— На самом деле, конечно, Повелители Силы никуда не делись, — продолжал меж тем Алдрен. — Просто они не повелевали теперь собственно никакой Силой. Твои братья обладают даром долгожительства, как и адепты, благодаря своим магическим умениям. Эта способность осталась при них, но выжившие адепты и прочие чародеи больше не подчинялись им — не видели отныне между ними и собой особенной разницы. Даже наоборот, винили в случившейся катастрофе. В конечном счете все твои братья утратили власть, после череды восстаний и мятежей, занявших крайне долгое время, и отправились в изгнание, странствовать в Иномирье. Миновало больше тысячи лет, прежде чем цивилизация, пока еще хрупкая, начала восстанавливаться. Небо наконец очистилось, и численность населения снова росла. Бронзовое оружие вновь сменилось железным. Империи и королевства возникали, распадались и возникали снова. Общий рисунок исторического процесса тебе, полагаю, понятен.
— Да, конечно. Разумеется.
— Некоторые королевства основали сильнейшие из чародеев — дабы утвердить свою власть. Они прибегали к разным методам, и порой достаточно жестоким. Точно так же, как и мы с тобой в свое время. Я, на протяжении долгих лет скрывавшийся, в конечном счете раскрыл себя. Многого добился, потом многое потерял, потом снова добился многого. Путь развития нашей цивилизации нельзя назвать простым, но тоже самое можно сказать о любой цивилизации вселенной. Но совсем недавно дела сильно ухудшились. И ухудшились настолько, что королевства, в одном из которых мы ныне сейчас находятся, люди стали называть Гибнущими.
Меня посетило странное чувство, будто я понимаю, к чему он клонит.
В конце концов, Гарольд прежде мельком упоминал нечто подобное.
— Дай угадаю. Мои братья вернулись и наломали дров.
— Совершенно верно. Не все, правда. Нэотеорна никто не видел на протяжении долгого времени. Но Тренвин, Гленант и Трайбор возвратились и сколотили альянс. Даже не обладая возможностью распоряжаться стихиями, они остаются сильнейшими из магов на Тэллрине — и пребывая в других мирах, неустанно учились и совершенствовали навыки. Они истребили многих адептов и их учеников, свергли правивших тогда королей-чародеев и установили контроль над значительной частью центрального материка. К тому же они использовали более совершенное оружие, вынесенное из куда более развитых миров — и простым мечам и стрелам было с ним не тягаться. Некоторые из королей и магов еще сопротивляются — но территория, захваченная тремя возвратившимися Повелителями, а они вновь называют себя Повелителями, расширяется с каждым годом. Королевство, в котором я нахожусь, пока что не пало, и я пользуюсь доверием здешнего короля и его союзников. К тому же я также имею доступ к оружию, магии и технологиям Иномирья — и за счет этого сумел организовать сопротивление. Я обладаю званием коннетабля, командующего королевской армией.
— Удивительно видеть, что ты сам не попробовал захватить власть.
Лицо Алдрена сделалось усталым.
— Когда-то пытался, очень давно, еще до того, как родились прадеды нынешних стариков. Мне многие тысячи лет, Рейдран. Тебе тоже, но ты умирал и перерождался, и насколько могу судить, неоднократно, а моя жизнь так и осталась непрерывной, как и почерпнутый из нее опыт. Со временем амбиции делаются не так привлекательными, как раньше, а гордыня слабеет. Смешно, но я, первый из учеников Повелителя Тьмы, сделался в нынешние дни для многих защитником и олицетворением надежды. Солдаты, находящиеся под моим командованием, стараются уберечь Гибнущие королевства от окончательного уничтожения.
Я посмотрел на него — и вспомнил, как полчаса назад кричал от боли и корчился на крепостном двору Макс. Возможно мои братья и представляют немалую опасность, но мой бывший ученик едва ли сильно лучше их, даже если сейчас пытается выставить себя героем. Я ни капли не верил ему. Алдрен старается подать картину в выгодном ему свете, используя все имеющееся красноречие, но это не значит, что он хоть сколько-нибудь изменился к лучшему.
Вопрос скорее в том, изменился ли я сам, живя обычной человеческой жизнью. В его словах имелось здравое зерно — прежде я принес множество бед. По сути, послужил их началом. Я до сих пор плохо помнил события, побудившие меня пойти войной на братьев — мотивы собственных действий словно бы ускользали от меня. Зато испытываемые тогда исступляющие, безумные ярость и гнев отпечаталось в памяти весьма накрепко. Именно они и послужили причиной разрушения и смертей. Ярость и гнев и по сей день сопровождали меня рука об руку.
— Тебя бы неприятно удивили вещи, которые Тренвин, Гленант и Трайбор творят на землях, которыми завладели. Они больше не ограничивают себя только лишь магией огня, ветра, земли и воздуха, которыми прежде владели — и обратились глубоко к энергии тьмы и смерти. Кровавые ритуалы и жертвоприношения, некромантия и призывы демонических сущностей — любая из подобных техник охотно ими используется. Кровь, тьма и боль — одна из основ их нынешнего правления.
— Я в свое время был не лучше. И ты тоже.
— Не спорю. И раз мы сумели осмыслить допущенные просчеты и одуматься, мы попробуем остановить их. Твою сущность изгнали далеко за пределы известного мира, но я творил заклинания и искал, потому что мне больше не к кому толком обратиться. Я сотрудничаю с могущественными чародеями нынешней эпохи, и мне служат такие достойные и сильные маги, как те же Гарольд, Кейтор и Элис, — Кейтор при этих словах мрачно кивнул. — Однако оказать настоящую помощь, способную преломить ход войны и добиться победы, способен лишь ты.
Из моей груди вырвался истерический смешок.
Я? Я копирайтер, переводчик и писатель, крайне редко отлипающий от ноутбука. Простой парень из простого мира, ничего толком не умеющий, кроме как быстро составить описания к товарам для маркетплейсов. Для бытовой техники, одежды и обуви, например, и еще туристические статьи. Ну еще, может быть, умеренно неплохо фехтующий. Ладно, весьма хорошо фехтующий — теперь, когда прежние знания и навыки вернулись ко мне. Даже научившийся колдовать, если пробудившиеся способности затем не погаснут — однако уж точно не обладающий той властью над магией тьмы, которой владел прежде.
Доступные мне темные заклятия, наподобие использованных днем на поляне, точно также по силам любому темному магу. Мне не наслать темный шторм, истребляющий целое войско. Очень скоропалительно со стороны Алдрена думать, будто я могу оказаться слишком полезен.
В общем-то, я высказал это вслух.
Немедленно, поспешно, весьма эмоционально и достаточно сбивчиво. Прибавив несколько матерных междометий в тех случаях, когда не получалось подобрать подходящие приличные слова. Марина поглядела на меня с сочувствием, Элис поморщилась, притихший Макс не проронил ни звука, Кейтор с кривой усмешкой залпом выпил еще один бокал вина.
— Вижу, земная часть твоей натуры вновь пробуждается, — скользнул по мне взглядом Алдрен. — Судя по использованному лексикону. Ничего страшного, твоя личность копирайтера... если правильно понимаю, так называется человек, пишущий рекламные статьи на продажу в компьютерных сетях... совсем не повредит делу. Главное не кем ты себя считаешь, а кем на самом деле ты являешься. Твои братья разорвали твой контакт с материей тьмы — однако при желании его можно восстановить. Сами они не способны вступить на Авалон и приблизиться к Камню Силы, дабы зачерпнуть из Источника — но ты можешь пройти повторную инициацию. Ведь на тебе, единственном из вас, не стоит печати Строителей, воспрещающей это сделать. Строители наложили клеймо на остальных позже, когда ты уже был развоплощен и изгнан, а до тебя, наверно, им просто не было дела. Ты можешь снова сделаться Повелителем Тьмы и остановить своих обезумевших братьев — но для этого, конечно, сперва придется вернуть Темный клинок.
— Нифига себе. Этот парень все-таки выдал нам квест, — сказал Макс.
— Тебе вроде приказали заткнуться, — волком поглядел на него Кейтор.
— Было дело. А еще Рейдран, вы ведь так называете Дэна, заявил, что мы все под его покровительством. И каждый, кто тронет меня или Марину, соответственно тронет его. А он вам нужен, чтобы выбраться из задницы, в которой вы глубоко по уши сидите. Так что, полагаю, я и впредь могу радовать компанию своими остроумными репликами.
— Резонно, — Гарольд усмехнулся.
— Я не ослышалась, речь зашла про остров Авалон? — подняла брови Марина. — И про волшебный камень, источник магической силы, на нем? В некоторых версиях легенды, точнее у Вольфрама фон Эшенбаха, Грааль, дарующий бессмертие, назван камнем. Кельтские легенды тоже рассказывают о волшебном камне, дарованном народом Туатта Де Даннан, ирландскими эльфами, и о волшебном мече, правда не уверена что темном. Черные мечи носили Турин Турамбар у Толкина и принц Элрик у Муркока. А еще кельтские мифы рассказывали о чародейских котле и копье.
— Не помню никаких котлов, — признался я, немного подумав. — И эльфов на Тэллрине тоже не водится. А также гномов и орков. Лишь люди.
— Вселенная пронизана интертекстуальностью, — с усмешкой сообщила Марине Элис. — Ты прикинь лучше, представляешь, какое другое название у Замка Источника, стоящего на острове Авалон?
— Удиви меня. Монсальват? Камелот?
— Каэр Сиди. Вращающийся Замок.
— На Старой Земле, мире альтернативного будущего, где я бывал, тоже имелся Вращающийся Замок, — сообщил Кейтор. — Только там такое название носила крепость, выстроенная над старой военной базой, командным пунктом, из которого осуществлялся контроль над орбитальными боевыми станциями. Наш же Вращающийся Замок... Спрятан за туманами, на острове, где границы реальностей особенно тонки и одна порой перетекает в другую. Ни один из оставшихся Повелителей не способен сделать и шаг на землю Авалона — но они выставили дозоры на ближайших островах и на побережье материка напротив острова, и патрулируют кораблями море. Именно они прислали конструктов, гомункулусов, с которыми мы днем дрались.
— А братьям я зачем сдался?
— Они решили подчинить тебя при помощи ментальной магии, — пояснил Кейтор. — Поставить под майнд контрол, так сказать. Отправить на Авалон, заставить пройти повторную инициацию. А потом ты по их задумке снимешь изнутри печати, закрывающие для твоих братьев дорогу на остров. Позволишь им тоже заново инициироваться. Вновь сделавшись полноценными Повелителями, они тебя, скорее всего, немедля убьют. Снова развоплотят, иными словами. Отправят перевоплощаться по мирам, и пройдут тысячи лет, прежде чем кто-то опять отыщет тебя.
— Снять печати... Такое возможно?
— Почему нет? Тренвин и компания, во всяком случае, верят что да. У нас имелся шпион в их стане, и он успел кое-что передать, прежде чем с него заживо сняли кожу. Авалон — узловая точка всей системы контроля над магией Тэллрина, таким его создали Строители. Печати, как удалось выяснить Повелителям после сотен лет исследований, наложены не совсем на них самих. На границы Авалона. Авалон опознает их как чужаков. Если ты перепрограммируешь защитную систему, твои братья сумеют войти.
— Пошли знакомые слова, — сказал Макс. — Короче, Дэну нужно вернуть себе админские права и переписать коды доступа?
— Я же говорю, магия и наука неотличимы друг от друга, — заметила Элис.
— Или ваша магия и есть наука, а Строители — алиены.
— Если я так важен для них, почему они напали только сейчас?
— Потому что договор, заключенный мной с Трайбором и Тренвином, не менее важен, — прошелестел Алдрен. — Следующие мои слова не должны покидать пределов этой комнаты. Насчет слуг не беспокойтесь, они находятся под моим ментальным контролем. Я командую одной из армий, которая ведет войну с Повелителями Силы, но когда мы нашли тебя, Рейдран... Практически сразу же, опираясь на шпиона в моем штабе, Тренвин и прочие тоже тебя обнаружили. Мне пришлось заключить с ними определенное соглашение.
— Выкладывай уже. Что ты им обещал?
— Требовалось выиграть время, бросить голодным псам кость. Я выдал им четырех из десяти королей-чародеев, правивших еще свободными королевствами континента. Научил магии, позволяющей сломить их охранные чары, и предательски и тайно убить. А также рассказал о подземных ходах, ведущих в столицы и крепости, и позволил снять магические щиты, эти крепости защищавшие. Будучи коннетаблем Ламброна, я был посвящен в большинство секретов союзников нашего королевства. Четыре из десяти королевств пали в течении следующего месяца. Присоединились к пятнадцати, захваченным еще до того. У нас тут было много небольших королевств, и я решил пожертвовать частью.
— Вот значит как ты геройствуешь, — медленно проговорил я.
— Взамен Тренвин, Трайбор и Гленант поклялись тебе не вредить. Настоящей магической клятвой. Они позволили наложить на себя ментальные чары, не позволяющие предпринять в отношении тебя никаких враждебных действий.
— Поразительно. Что же случилось?
— Много позже, проведя теоретические изыскания и отслеживая нити заклинаний, ловя в пространстве их растворенное эхо, чародеи, изучавшие этот вопрос, пришли к выводу, что в дело вмешались Строители. Доселе никак не обозначая свое присутствие на протяжении многих эпох, они вернулись на Тэллрин сразу после финала развязанной вашим семейством войны, и отняли у всех находившихся тогда на планете Повелителей, пятерых, их особенный дар контроля над стихиями. Никому не ведом ход мыслей предтеч. Возможно, они посчитали твоих родственников недостойными. Не справившимися с возложенной ответственностью. Они забрали у них прежнее могущество и запечатали дорогу на Авалон. Именно на Авалоне Повелитель способен пройти повторную инициацию, коснувшись Камня Силы, Камня Источника, и вновь обрести власть над стихиями.
— Вот как. Получается, больше нет никаких Повелителей Силы.
— В принципе да, нет.
Будучи обескуражен, я даже отложил столовые приборы — и заметил, как внимательно слушают наш разговор остальные собравшиеся за столом. Я плохо помнил Строителей — касательно их моя память оставалась обрывочной и смутной. Древние создания, пользующиеся иной, нечеловеческой логикой. Проступающие из темноты фигуры, лишенные лиц — именно их изваяния мы встретили, пока пробирались по междумирью. Существа, создававшие пути между мирами, трансформировавшие материю, пространство и время. Когда-то, очень давно, Строители явились на Тэллрин, нашли меня и еще пятерых человек, позже назвавших друг друга братьями, и даровали нам силу распоряжаться стихиями. Действующую, правда, в пределах только нашей родной планеты — покидая ее, мы немедленно делались обычными магами, пусть даже очень умелыми.
Никто не знает, почему Строители выбрали именно нас. Чем руководствовались, зачем подарили подобную силу. Я не уверен, что они вступали с нами в длительные разговоры или делились подробностями своих замыслов.
При желании нашу власть над стихиями можно было оспорить или отнять, что и попытался в свое время сделать Алдрен, желая забрать управление элементом тьмы себе.
— На самом деле, конечно, Повелители Силы никуда не делись, — продолжал меж тем Алдрен. — Просто они не повелевали теперь собственно никакой Силой. Твои братья обладают даром долгожительства, как и адепты, благодаря своим магическим умениям. Эта способность осталась при них, но выжившие адепты и прочие чародеи больше не подчинялись им — не видели отныне между ними и собой особенной разницы. Даже наоборот, винили в случившейся катастрофе. В конечном счете все твои братья утратили власть, после череды восстаний и мятежей, занявших крайне долгое время, и отправились в изгнание, странствовать в Иномирье. Миновало больше тысячи лет, прежде чем цивилизация, пока еще хрупкая, начала восстанавливаться. Небо наконец очистилось, и численность населения снова росла. Бронзовое оружие вновь сменилось железным. Империи и королевства возникали, распадались и возникали снова. Общий рисунок исторического процесса тебе, полагаю, понятен.
— Да, конечно. Разумеется.
— Некоторые королевства основали сильнейшие из чародеев — дабы утвердить свою власть. Они прибегали к разным методам, и порой достаточно жестоким. Точно так же, как и мы с тобой в свое время. Я, на протяжении долгих лет скрывавшийся, в конечном счете раскрыл себя. Многого добился, потом многое потерял, потом снова добился многого. Путь развития нашей цивилизации нельзя назвать простым, но тоже самое можно сказать о любой цивилизации вселенной. Но совсем недавно дела сильно ухудшились. И ухудшились настолько, что королевства, в одном из которых мы ныне сейчас находятся, люди стали называть Гибнущими.
Меня посетило странное чувство, будто я понимаю, к чему он клонит.
В конце концов, Гарольд прежде мельком упоминал нечто подобное.
— Дай угадаю. Мои братья вернулись и наломали дров.
— Совершенно верно. Не все, правда. Нэотеорна никто не видел на протяжении долгого времени. Но Тренвин, Гленант и Трайбор возвратились и сколотили альянс. Даже не обладая возможностью распоряжаться стихиями, они остаются сильнейшими из магов на Тэллрине — и пребывая в других мирах, неустанно учились и совершенствовали навыки. Они истребили многих адептов и их учеников, свергли правивших тогда королей-чародеев и установили контроль над значительной частью центрального материка. К тому же они использовали более совершенное оружие, вынесенное из куда более развитых миров — и простым мечам и стрелам было с ним не тягаться. Некоторые из королей и магов еще сопротивляются — но территория, захваченная тремя возвратившимися Повелителями, а они вновь называют себя Повелителями, расширяется с каждым годом. Королевство, в котором я нахожусь, пока что не пало, и я пользуюсь доверием здешнего короля и его союзников. К тому же я также имею доступ к оружию, магии и технологиям Иномирья — и за счет этого сумел организовать сопротивление. Я обладаю званием коннетабля, командующего королевской армией.
— Удивительно видеть, что ты сам не попробовал захватить власть.
Лицо Алдрена сделалось усталым.
— Когда-то пытался, очень давно, еще до того, как родились прадеды нынешних стариков. Мне многие тысячи лет, Рейдран. Тебе тоже, но ты умирал и перерождался, и насколько могу судить, неоднократно, а моя жизнь так и осталась непрерывной, как и почерпнутый из нее опыт. Со временем амбиции делаются не так привлекательными, как раньше, а гордыня слабеет. Смешно, но я, первый из учеников Повелителя Тьмы, сделался в нынешние дни для многих защитником и олицетворением надежды. Солдаты, находящиеся под моим командованием, стараются уберечь Гибнущие королевства от окончательного уничтожения.
Я посмотрел на него — и вспомнил, как полчаса назад кричал от боли и корчился на крепостном двору Макс. Возможно мои братья и представляют немалую опасность, но мой бывший ученик едва ли сильно лучше их, даже если сейчас пытается выставить себя героем. Я ни капли не верил ему. Алдрен старается подать картину в выгодном ему свете, используя все имеющееся красноречие, но это не значит, что он хоть сколько-нибудь изменился к лучшему.
Вопрос скорее в том, изменился ли я сам, живя обычной человеческой жизнью. В его словах имелось здравое зерно — прежде я принес множество бед. По сути, послужил их началом. Я до сих пор плохо помнил события, побудившие меня пойти войной на братьев — мотивы собственных действий словно бы ускользали от меня. Зато испытываемые тогда исступляющие, безумные ярость и гнев отпечаталось в памяти весьма накрепко. Именно они и послужили причиной разрушения и смертей. Ярость и гнев и по сей день сопровождали меня рука об руку.
— Тебя бы неприятно удивили вещи, которые Тренвин, Гленант и Трайбор творят на землях, которыми завладели. Они больше не ограничивают себя только лишь магией огня, ветра, земли и воздуха, которыми прежде владели — и обратились глубоко к энергии тьмы и смерти. Кровавые ритуалы и жертвоприношения, некромантия и призывы демонических сущностей — любая из подобных техник охотно ими используется. Кровь, тьма и боль — одна из основ их нынешнего правления.
— Я в свое время был не лучше. И ты тоже.
— Не спорю. И раз мы сумели осмыслить допущенные просчеты и одуматься, мы попробуем остановить их. Твою сущность изгнали далеко за пределы известного мира, но я творил заклинания и искал, потому что мне больше не к кому толком обратиться. Я сотрудничаю с могущественными чародеями нынешней эпохи, и мне служат такие достойные и сильные маги, как те же Гарольд, Кейтор и Элис, — Кейтор при этих словах мрачно кивнул. — Однако оказать настоящую помощь, способную преломить ход войны и добиться победы, способен лишь ты.
Из моей груди вырвался истерический смешок.
Я? Я копирайтер, переводчик и писатель, крайне редко отлипающий от ноутбука. Простой парень из простого мира, ничего толком не умеющий, кроме как быстро составить описания к товарам для маркетплейсов. Для бытовой техники, одежды и обуви, например, и еще туристические статьи. Ну еще, может быть, умеренно неплохо фехтующий. Ладно, весьма хорошо фехтующий — теперь, когда прежние знания и навыки вернулись ко мне. Даже научившийся колдовать, если пробудившиеся способности затем не погаснут — однако уж точно не обладающий той властью над магией тьмы, которой владел прежде.
Доступные мне темные заклятия, наподобие использованных днем на поляне, точно также по силам любому темному магу. Мне не наслать темный шторм, истребляющий целое войско. Очень скоропалительно со стороны Алдрена думать, будто я могу оказаться слишком полезен.
В общем-то, я высказал это вслух.
Немедленно, поспешно, весьма эмоционально и достаточно сбивчиво. Прибавив несколько матерных междометий в тех случаях, когда не получалось подобрать подходящие приличные слова. Марина поглядела на меня с сочувствием, Элис поморщилась, притихший Макс не проронил ни звука, Кейтор с кривой усмешкой залпом выпил еще один бокал вина.
— Вижу, земная часть твоей натуры вновь пробуждается, — скользнул по мне взглядом Алдрен. — Судя по использованному лексикону. Ничего страшного, твоя личность копирайтера... если правильно понимаю, так называется человек, пишущий рекламные статьи на продажу в компьютерных сетях... совсем не повредит делу. Главное не кем ты себя считаешь, а кем на самом деле ты являешься. Твои братья разорвали твой контакт с материей тьмы — однако при желании его можно восстановить. Сами они не способны вступить на Авалон и приблизиться к Камню Силы, дабы зачерпнуть из Источника — но ты можешь пройти повторную инициацию. Ведь на тебе, единственном из вас, не стоит печати Строителей, воспрещающей это сделать. Строители наложили клеймо на остальных позже, когда ты уже был развоплощен и изгнан, а до тебя, наверно, им просто не было дела. Ты можешь снова сделаться Повелителем Тьмы и остановить своих обезумевших братьев — но для этого, конечно, сперва придется вернуть Темный клинок.
Глава 7
— Нифига себе. Этот парень все-таки выдал нам квест, — сказал Макс.
— Тебе вроде приказали заткнуться, — волком поглядел на него Кейтор.
— Было дело. А еще Рейдран, вы ведь так называете Дэна, заявил, что мы все под его покровительством. И каждый, кто тронет меня или Марину, соответственно тронет его. А он вам нужен, чтобы выбраться из задницы, в которой вы глубоко по уши сидите. Так что, полагаю, я и впредь могу радовать компанию своими остроумными репликами.
— Резонно, — Гарольд усмехнулся.
— Я не ослышалась, речь зашла про остров Авалон? — подняла брови Марина. — И про волшебный камень, источник магической силы, на нем? В некоторых версиях легенды, точнее у Вольфрама фон Эшенбаха, Грааль, дарующий бессмертие, назван камнем. Кельтские легенды тоже рассказывают о волшебном камне, дарованном народом Туатта Де Даннан, ирландскими эльфами, и о волшебном мече, правда не уверена что темном. Черные мечи носили Турин Турамбар у Толкина и принц Элрик у Муркока. А еще кельтские мифы рассказывали о чародейских котле и копье.
— Не помню никаких котлов, — признался я, немного подумав. — И эльфов на Тэллрине тоже не водится. А также гномов и орков. Лишь люди.
— Вселенная пронизана интертекстуальностью, — с усмешкой сообщила Марине Элис. — Ты прикинь лучше, представляешь, какое другое название у Замка Источника, стоящего на острове Авалон?
— Удиви меня. Монсальват? Камелот?
— Каэр Сиди. Вращающийся Замок.
— На Старой Земле, мире альтернативного будущего, где я бывал, тоже имелся Вращающийся Замок, — сообщил Кейтор. — Только там такое название носила крепость, выстроенная над старой военной базой, командным пунктом, из которого осуществлялся контроль над орбитальными боевыми станциями. Наш же Вращающийся Замок... Спрятан за туманами, на острове, где границы реальностей особенно тонки и одна порой перетекает в другую. Ни один из оставшихся Повелителей не способен сделать и шаг на землю Авалона — но они выставили дозоры на ближайших островах и на побережье материка напротив острова, и патрулируют кораблями море. Именно они прислали конструктов, гомункулусов, с которыми мы днем дрались.
— А братьям я зачем сдался?
— Они решили подчинить тебя при помощи ментальной магии, — пояснил Кейтор. — Поставить под майнд контрол, так сказать. Отправить на Авалон, заставить пройти повторную инициацию. А потом ты по их задумке снимешь изнутри печати, закрывающие для твоих братьев дорогу на остров. Позволишь им тоже заново инициироваться. Вновь сделавшись полноценными Повелителями, они тебя, скорее всего, немедля убьют. Снова развоплотят, иными словами. Отправят перевоплощаться по мирам, и пройдут тысячи лет, прежде чем кто-то опять отыщет тебя.
— Снять печати... Такое возможно?
— Почему нет? Тренвин и компания, во всяком случае, верят что да. У нас имелся шпион в их стане, и он успел кое-что передать, прежде чем с него заживо сняли кожу. Авалон — узловая точка всей системы контроля над магией Тэллрина, таким его создали Строители. Печати, как удалось выяснить Повелителям после сотен лет исследований, наложены не совсем на них самих. На границы Авалона. Авалон опознает их как чужаков. Если ты перепрограммируешь защитную систему, твои братья сумеют войти.
— Пошли знакомые слова, — сказал Макс. — Короче, Дэну нужно вернуть себе админские права и переписать коды доступа?
— Я же говорю, магия и наука неотличимы друг от друга, — заметила Элис.
— Или ваша магия и есть наука, а Строители — алиены.
— Если я так важен для них, почему они напали только сейчас?
— Потому что договор, заключенный мной с Трайбором и Тренвином, не менее важен, — прошелестел Алдрен. — Следующие мои слова не должны покидать пределов этой комнаты. Насчет слуг не беспокойтесь, они находятся под моим ментальным контролем. Я командую одной из армий, которая ведет войну с Повелителями Силы, но когда мы нашли тебя, Рейдран... Практически сразу же, опираясь на шпиона в моем штабе, Тренвин и прочие тоже тебя обнаружили. Мне пришлось заключить с ними определенное соглашение.
— Выкладывай уже. Что ты им обещал?
— Требовалось выиграть время, бросить голодным псам кость. Я выдал им четырех из десяти королей-чародеев, правивших еще свободными королевствами континента. Научил магии, позволяющей сломить их охранные чары, и предательски и тайно убить. А также рассказал о подземных ходах, ведущих в столицы и крепости, и позволил снять магические щиты, эти крепости защищавшие. Будучи коннетаблем Ламброна, я был посвящен в большинство секретов союзников нашего королевства. Четыре из десяти королевств пали в течении следующего месяца. Присоединились к пятнадцати, захваченным еще до того. У нас тут было много небольших королевств, и я решил пожертвовать частью.
— Вот значит как ты геройствуешь, — медленно проговорил я.
— Взамен Тренвин, Трайбор и Гленант поклялись тебе не вредить. Настоящей магической клятвой. Они позволили наложить на себя ментальные чары, не позволяющие предпринять в отношении тебя никаких враждебных действий.
