— Зачем же я пойду?
— Уж не стала ли ты, дорогая, столь самонадеянна, что думаешь о том, что стаканчики с кофе сами перед нами материализуются? На меня можешь не рассчитывать! Я сейчас не в состоянии!
— Доставка кофе для самых очаровательных и красивых девушек Хэмптона. — прозвучал рядом с ними весёлый голос Грэга.
И перед Оливией и Сидни появились пластиковые стаканчики с ароматной и горячей жидкостью. Лив благосклонно улыбнулась парню подруги, который уселся с Сид рядом с банкой газировки в руке. Девушка в очередной раз поразилась его способностям вырастать, словно из-под земли, порой пугая их своим неожиданным появлением.
— Грэг, ты просто прелесть! — искренне сказала Оливия, отхлебнув "напитка богов".
— Конечно он прелесть! А главное, что эта прелесть всецело принадлежит мне и никому другому! — мурлыкнула подруга, теснее прижимаясь к парню и овивая свободной рукой его талию.
Грэг усмехнулся. Но посидев с ними какое-то время, он поднялся с сожалением на лице, так как для этого ему пришлось разомкнуть крепкие объятия Сидни.
— Девчонки, увы, я должен вас покинуть. Обещал тренеру Данаги зайти к нему на перемене, а я и так задержался. — Горестно произнёс он.
— Иди уже… — милостиво сказала Сид, ласково улыбнувшись любимому.
"Широкий жест… значит, хочет остаться со мной наедине, избавив нас от лишних пар мужских ушей. Будет расспрашивать…только вот о чём?" — пронеслось в голове у Ливии.
Быстро поцеловав Сидни, Грэг исчез из поля их зрения также внезапно, как и появился. Стараниями Сидни и миссис Лоуренс, входившей в комитет школы, парень был взят в команду школы по футболу, и, надо сказать, оправдывал надежды. Сидни мечтательно поглядела ему в след, а затем перевела взгляд на Оливию, которая мирно отхлёбывала свой кофе.
— Кстати о чудесах… до меня тут дошёл слух, будто не так давно, около недели назад, тебя видели поздно ночью в компании обалденного парня! По словам очевидца, выглядели вы, как самая настоящая влюблённая парочка, и шли так тесно, едва не касаясь друг друга! Сразу предупреждаю, не смей отрицать, так как очевидец личность, которая заслуживает доверия, или говорить, что это какой-то твой родственник!
Ливия от неожиданности подавилась кофе и отчаянно закашлялась, выпучив глаза и мысленно радуясь, что жидкость не была очень горячей, иначе ожога языка не избежала бы. Сидни нахмурилась и, перегнувшись через стол, похлопала подругу по спине, терпеливо дожидаясь, пока та откашляется. Сдаваться она была не намерена.
— Сид, аккуратнее! Так ты мне все рёбра переломаешь, — придя в себя, от первого шока прохрипела Ливия.
— Не заговаривай мне зубы. Ты всё равно знаешь, что это бесполезно и крайне опасно для психики! Будет только хуже! Отвечай, это правда?
Девушка отчаянно пыталась придумать отмазку. Объяснять, да и вообще говорить о личности Габриеля она не хотела и не могла, это было слишком мучительно для её раненого сердца. Но было очень интересно, кто же не спал в ту злополучную ночь "охоты" и видел, как они вместе с парнем шли от парковки к дому Оливии. Странно, что слухи не дошли до её ушей… хотя, в том состоянии, в котором она пребывает, в этом нет ничего удивительного.
— Лив, не прикидывайся глухонемой и перестань буравить меня взглядом! Всё равно не прокатит! И невинно хлопать ресницами тоже не надо, а то мне страшно становится за их сохранность. Прекрати мучиться самой и мучить меня, выкладывай! Это правда?
— Да… — покаянно ответила Оливия, опустив голову, будто совершила смертный грех.
— Ну, подружка… как же ты могла скрывать от меня, от своей лучшей подруги такое… такого? — горестно вскричала Сидни, в театральном жесте приложив руку к груди.
— Дорогая, а тебе рупор случаем не дать? А то видимо ещё не весь кафетерий нас услышал!
Та огляделась и узрела, как некоторые с чрезвычайным любопытством прислушиваются, пытаясь уловить суть их разговора. Это ей не понравилось, поэтому она снизила децибелы своего чудного голоска и заговорила свистящим шепотом:
— Итак, кто он? Откуда? Как вы познакомились? Когда? Планы на будущее? Подробно, искренне и как на духу!
На половину этих вопросов Оливия сама бы хотела знать ответы, только Сид это не объяснишь. По крайней мере, целиком и полностью, и как в действительности дело обстоит.
— Рассказывать практически нечего, сама знаю очень мало. Его зовут Габриель и мы познакомились, когда я возвращалась с прогулки домой. Какого характера "прогулка", надеюсь, догадаешься, — сделала она намёк на свой рейд. — Было очень поздно, и он галантно предложил проводить меня домой, сказав, что девушке не подобает одной разгуливать в такой неспокойный час. Мне показалось это милым, как и сам парень, поэтому я благосклонно согласилась. Габриель сопроводил меня домой и, попрощавшись, ушёл. Каждый думал о своем, по дороге мы не разговаривали, так что подробности биографии его я не знаю. Всё.
Брови Сидни от удивления медленно поползли вверх, а голубые глаза высказали сомнение. Было похоже на то, что подружка ожидала нечто, напоминающее остросюжетный роман или мыльный сериал. А тут такая незадача. Только для неё самой это был мистический триллер, с весьма зловещим и неопределённым концом, где героиня борется, чтобы выжить в жестокой схватке со Злом, и с самой собой. В конце хэппи-энда нет, вместо него: "Продолжение следует!"
— Неужели всё?
— Угу…
— И что… даже номера телефона не попросил?
— Нет, — вздохнула Ливия.
— Видимо, у него что-то со зрением! Или в темноте, бедняга, плохо тебя рассмотрел. Потому что только глупец или слепой не обратит внимания на твои колдовские черты! Ну ничего-ничего, моя сладкая, не переживай так! Он тебя не достоин!
Ливия вновь чуть не подавилась, но вовремя успела выплюнуть кофе назад в стаканчик. Теперь настала её очередь удивляться.
— С чего ты так решила?
— Да все твои душевные муки отражаются на личике. Видно, даже за такую короткую встречу, этот Габриель успел запасть тебе в душу! Уж я в этом спец.
— По-моему, ты ошибаешься, и на моём лице отражается недосып. Если бы не приличный слой косметики, дай Бог здоровья её создателю, то никаких колдовских черт не было бы и в помине!
— Мудрая Сид читает души юных прелестниц как в открытые книги! — гордо проговорила подруга, лукаво взирая на Ливию.
— Если бы ты ещё сказала "старая", я бы точно захлебнулась в припадке почтения и восхищения, — съехидничала Лив, пытаясь сменить тему.
Только с Сидни это было сделать не возможно.
— А что, да, я старая! На любовном фронте воюю давно и с попеременным успехом! Благо сейчас мои позиции крепки, как никогда! Так что тут меня не проведёшь! Отрицай не отрицай, а твоя крепость пала!
— Сид, если ты сию секунду не прекратишь нести этот бред, я швырну в тебя стаканчиком!
"Даже если все сказанное тобой — горькая правда…" — мысленно добавила Оливия.
Для демонстрации своих грозных намерений, она потрясла своим снарядом у носа подруги, слушая как остатки кофе плескаются на донышке.
— Ладно, ладно! Можно только последний вопрос? — взмолилась Сидни.
— Только один! — твёрдо сказала Лив, зная, что иначе подругу не удержать.
— Ты пробовала его искать?
— Нет… бесполезно! — вздохнула девушка, опустив глаза.
— А поч… — начала была Сидни, но запнулась, встретив взгляд, полный угрозы, и заметив, как Оливия небрежно играет полупустым стаканчиком. — Я хотела сказать, что нам пора идти, иначе опоздаем!
— Впрочем, как всегда… — добавила Ливия и последовала за Сид, которая резво вскочила и теперь направлялась к дверям кафетерия.
На Хэмптон опускалась ночь. Словно чёрная патока заливала она собой улицы, дома, парки, и даже запоздавшие прохожие, сами того не ведая, попадали под её чары. Всё сущее этого маленького американского городка засыпало, погружаясь в дремоту. Только одна девушка не знала покоя в эту ночь…
Ливия, медленно переставляя свои стройные ножки, бродила по притихшему и как будто заснувшему дому. Своим поникшим видом и белыми, струящимися по телу, одеяниями, девушка напоминала потерявшийся дух, который не способен найти дорогу назад, в Царство Вечного Покоя. С одной стороны, Оливия очень хотела спать, практически смертельно. Но с другой стороны, это действительно могло оказаться смертельным. Кошмары с каждым разом всё стремительней высасывали её силу, мучили и истязали сознание. Теперь оно было очень чувствительным и воспалённым. Да и очередной встречи с Ангелиусом Ливия не искала, так как было ощущение, что она его просто не переживёт — демон не даст ей сбежать, проснуться. Поэтому, прекрасно зная, чем чревато погружение в сон, ей оставалось лишь сражаться с самой собой и оставаться в реальности.
Девушка понимала, что если не займёт себя какой-нибудь физической (так как ум отказывался соображать) и трудоемкой работой, все её усилия пойдут прахом, её утянет в своё логово ужас. Только, к сожалению, таковой Ливия не находила. За время своих ночных блужданий она переделала всё, что можно, дом буквально сиял чистотой, в нем не было ни единой пылинки. Что в других обстоятельствах не могло не радовать, а чересчур чистоплотные родительницы пришли бы в восторг. Однако теперь, это было похоже на маленькую катастрофу, так как занять себя не чем, а мягкая постель в её комнате притягивала, словно магнит. Даже небольшие диванчики в гостиной стали нереально привлекательными, их подлокотники так и звали девушку положить на них свою голову и забыться сном. Поэтому столь «небезопасных» мест она избегала.
«Вот бы Сид меня увидела, точно подумала бы, что я окончательно спятила!» — прошелестела в её мозгу насмешливая мысль.
Наверное, девушка так бы и блуждала по тёмному дому, словно призрак, до самого рассвета, но к ней неожиданно пришла мысль, чем себя занять. Что само по себе было удивительно, так как Ливия чувствовала свинцовую тяжесть в голове и недееспособность мозгов, однако те преподнесли сюрприз и были ещё на что-то способны. Вот только на задуманное требовалось немало физических и магических сил, которых у неё, к сожалению, было очень ограниченное количество.
— Я должна это сделать! — сказала себе Оливия и скользнула на кухню.
Там из шкафа она достала небольшой пузырёк с жидкостью лимонного цвета, мягко переливающейся в тусклом свете луны.
«Последняя осталась… всё использовала и даже не заметила. А ведь мне казалось, что я приготовила большое количество и его хватит надолго» — рассеянно подумала она.
Это был «тоник энергии» — волшебный эликсир, приготовление которого было сложно и трудоёмко, однако он восполнял все затраченные на него усилия, давая употребившему его неимоверный запас энергии и жизненных сил. Только было одно «но» — тоник был скоротечен в своём действии, необходимо было постоянно его принимать, как лекарство. Каждое утро, Ливия пила эликсир и только тогда отправлялась на занятия, именно он хоть как-то помогал справиться с её физическим и психологическим состоянием, поддерживая на плаву. Теперь держа в руках последний запас, действия которого хватит на час или чуть больше, надо было задуматься: стоит ли тратить его на задуманное. Если Оливия выпьет сейчас, то на завтра ничего не останется, а если не выпьет… завтра может вообще не наступить! Она попросту сойдёт с ума. Тем самым девушка приняла для себя решение, мысленно пожелав Ангелиусу и Габриелю и всем остальным тварям, испортившим её жизнь, пропасть пропадом. Откупорив пузырек, Ливия опрокинула себе в рот его содержимое. Спустя секунду после этого девушка ощутила, живительное действие тоника. В неё словно вдохнули жизнь, и она заструилась по жилам, в мгновение ока разгоняя тяжесть и сонливость. Как только девушка поняла, что пришла в норму окончательно, то решила не терять драгоценное время. Оливия твёрдым шагом отправилась на чердак.
— Я должна, наконец, всё выяснить, полностью прояснить ситуацию… я должна знать, как дальше бороться! — твердила девушка, отпирая дверь чердачка.
Войдя туда, она осмотрелась. Всё было опрятно, аккуратно и чисто, не было и намёка, что что-то здесь произошло. А перед мысленным взором возник образ Габриеля, который через миг преобразовался в чистый слепящий свет голубоватого зарева, наполненного небывалой мощью. Фокус-покус от предателя! Ливия, мотнув головой, отогнала воспоминания, чувствуя, как от этого в ней просыпается ярость, раскалённая добела, вперемешку с болью утраты, разъедающей подобно кислоте сердце. От этого хотелось яростно кричать, метаться как безумная и швыряться всем, что попадётся под руку. Конечно, было бы замечательно, чтобы потоки гнева были направлены на того, кто его вызвал — проклятого дезертира, который отправил жизненное и душевное спокойствие в тартарары и потом слинял, оставив её одну разбираться в кавардаке. Пусть только вернётся, она ему покажет! Если вернется, конечно…
Но она оставила злые намерения. Если всё получится, а она не сомневалась в своём успехе, то Ливия будет знать много любопытных вещей. Для этого девушка достала из ящика свечи и расставила их. Через минуту те уже освещали маленькое тёмное помещение, язычками пламени, танцующего под порывами сквозняка. В центре образованного круга Оливия начертила мелком несколько древних магических символов, которые были «ключами», для того, чтобы отпереть проход между миром живых людей и миром мёртвых. Сквозь него девушка хотела вызвать тех, кто действительно осведомлён в этом запутанном деле. Своих погибших Сестёр ведьм, погибших от лап исчадия ада — Ангелиуса. Девушка простёрла руки и силой произнесла:
— Сквозь время и пространство, стирая грань… силами Добра и Света, я призываю в этот час, души своих Сёстёр — ведьм, невинно погубленных демоном Ангелиусом!
Огоньки свечей начали яростно колебаться, кончики пальцев покалывало, как будто их пронзило множество иголочек, сердце трепетало от нервного возбуждения. В центре круга появилось лёгкое мерцание, из которого вынырнуло восемь призрачных фигур. Они появились и замерли, теснясь в меленьком пространстве. За пределы выстроенной из свечей фигуры духи шагнуть не могли.
— Приветствую вас, Сёстры мои! И смиренно прошу простить меня, что потревожила ваш покой, но я запуталась, абсолютно не зная, что делать. Молю вас, помогите мне! Дайте ответы! — с почтением обратилась к ним девушка.
Она с трепетом вглядывалась в их лица, которые были спокойны и безмятежны, но, услышав её мольбу, волнение и другие эмоции преобразили их черты со скорбным клеймом Смерти. Все женщины были ей знакомы, боль сожаления пульсировала в сердце. Лора — милая подружка, Грэйс — изобретательница «эликсира молодости», Аманда — та ведьма, над которой все потешались на карнавале, считая сумасшедшей, когда как она предчувствовала приближение Тьмы, хотела предупредить. Тут же рядом была и её подруга. Старая Селл, по-прежнему одетая в свой старенький плащик, хмуро поглядывала на неё, словно недоумевая. С тремя другими колдуньями девушка весело отплясывала на шабаше и обменивалась шутками. Только одну фигуру было плохо видно, женщина стояла позади всех, скрытая другими. Ливия почувствовала, как в ней всё напряглось, а в подсознании родилась ужасная догадка. Инстинктивно девушка сделала шаг вперёд, а призрак, будто поняв, что именно он заинтересовал её, начал, усиленно работая локотками, пробираться вперёд, пока они не оказались лицом к лицу. Сердце сжала ледяная рука ужаса, в глазах закипели слёзы.
— Уж не стала ли ты, дорогая, столь самонадеянна, что думаешь о том, что стаканчики с кофе сами перед нами материализуются? На меня можешь не рассчитывать! Я сейчас не в состоянии!
— Доставка кофе для самых очаровательных и красивых девушек Хэмптона. — прозвучал рядом с ними весёлый голос Грэга.
И перед Оливией и Сидни появились пластиковые стаканчики с ароматной и горячей жидкостью. Лив благосклонно улыбнулась парню подруги, который уселся с Сид рядом с банкой газировки в руке. Девушка в очередной раз поразилась его способностям вырастать, словно из-под земли, порой пугая их своим неожиданным появлением.
— Грэг, ты просто прелесть! — искренне сказала Оливия, отхлебнув "напитка богов".
— Конечно он прелесть! А главное, что эта прелесть всецело принадлежит мне и никому другому! — мурлыкнула подруга, теснее прижимаясь к парню и овивая свободной рукой его талию.
Грэг усмехнулся. Но посидев с ними какое-то время, он поднялся с сожалением на лице, так как для этого ему пришлось разомкнуть крепкие объятия Сидни.
— Девчонки, увы, я должен вас покинуть. Обещал тренеру Данаги зайти к нему на перемене, а я и так задержался. — Горестно произнёс он.
— Иди уже… — милостиво сказала Сид, ласково улыбнувшись любимому.
"Широкий жест… значит, хочет остаться со мной наедине, избавив нас от лишних пар мужских ушей. Будет расспрашивать…только вот о чём?" — пронеслось в голове у Ливии.
Быстро поцеловав Сидни, Грэг исчез из поля их зрения также внезапно, как и появился. Стараниями Сидни и миссис Лоуренс, входившей в комитет школы, парень был взят в команду школы по футболу, и, надо сказать, оправдывал надежды. Сидни мечтательно поглядела ему в след, а затем перевела взгляд на Оливию, которая мирно отхлёбывала свой кофе.
— Кстати о чудесах… до меня тут дошёл слух, будто не так давно, около недели назад, тебя видели поздно ночью в компании обалденного парня! По словам очевидца, выглядели вы, как самая настоящая влюблённая парочка, и шли так тесно, едва не касаясь друг друга! Сразу предупреждаю, не смей отрицать, так как очевидец личность, которая заслуживает доверия, или говорить, что это какой-то твой родственник!
Ливия от неожиданности подавилась кофе и отчаянно закашлялась, выпучив глаза и мысленно радуясь, что жидкость не была очень горячей, иначе ожога языка не избежала бы. Сидни нахмурилась и, перегнувшись через стол, похлопала подругу по спине, терпеливо дожидаясь, пока та откашляется. Сдаваться она была не намерена.
— Сид, аккуратнее! Так ты мне все рёбра переломаешь, — придя в себя, от первого шока прохрипела Ливия.
— Не заговаривай мне зубы. Ты всё равно знаешь, что это бесполезно и крайне опасно для психики! Будет только хуже! Отвечай, это правда?
Девушка отчаянно пыталась придумать отмазку. Объяснять, да и вообще говорить о личности Габриеля она не хотела и не могла, это было слишком мучительно для её раненого сердца. Но было очень интересно, кто же не спал в ту злополучную ночь "охоты" и видел, как они вместе с парнем шли от парковки к дому Оливии. Странно, что слухи не дошли до её ушей… хотя, в том состоянии, в котором она пребывает, в этом нет ничего удивительного.
— Лив, не прикидывайся глухонемой и перестань буравить меня взглядом! Всё равно не прокатит! И невинно хлопать ресницами тоже не надо, а то мне страшно становится за их сохранность. Прекрати мучиться самой и мучить меня, выкладывай! Это правда?
— Да… — покаянно ответила Оливия, опустив голову, будто совершила смертный грех.
— Ну, подружка… как же ты могла скрывать от меня, от своей лучшей подруги такое… такого? — горестно вскричала Сидни, в театральном жесте приложив руку к груди.
— Дорогая, а тебе рупор случаем не дать? А то видимо ещё не весь кафетерий нас услышал!
Та огляделась и узрела, как некоторые с чрезвычайным любопытством прислушиваются, пытаясь уловить суть их разговора. Это ей не понравилось, поэтому она снизила децибелы своего чудного голоска и заговорила свистящим шепотом:
— Итак, кто он? Откуда? Как вы познакомились? Когда? Планы на будущее? Подробно, искренне и как на духу!
На половину этих вопросов Оливия сама бы хотела знать ответы, только Сид это не объяснишь. По крайней мере, целиком и полностью, и как в действительности дело обстоит.
— Рассказывать практически нечего, сама знаю очень мало. Его зовут Габриель и мы познакомились, когда я возвращалась с прогулки домой. Какого характера "прогулка", надеюсь, догадаешься, — сделала она намёк на свой рейд. — Было очень поздно, и он галантно предложил проводить меня домой, сказав, что девушке не подобает одной разгуливать в такой неспокойный час. Мне показалось это милым, как и сам парень, поэтому я благосклонно согласилась. Габриель сопроводил меня домой и, попрощавшись, ушёл. Каждый думал о своем, по дороге мы не разговаривали, так что подробности биографии его я не знаю. Всё.
Брови Сидни от удивления медленно поползли вверх, а голубые глаза высказали сомнение. Было похоже на то, что подружка ожидала нечто, напоминающее остросюжетный роман или мыльный сериал. А тут такая незадача. Только для неё самой это был мистический триллер, с весьма зловещим и неопределённым концом, где героиня борется, чтобы выжить в жестокой схватке со Злом, и с самой собой. В конце хэппи-энда нет, вместо него: "Продолжение следует!"
— Неужели всё?
— Угу…
— И что… даже номера телефона не попросил?
— Нет, — вздохнула Ливия.
— Видимо, у него что-то со зрением! Или в темноте, бедняга, плохо тебя рассмотрел. Потому что только глупец или слепой не обратит внимания на твои колдовские черты! Ну ничего-ничего, моя сладкая, не переживай так! Он тебя не достоин!
Ливия вновь чуть не подавилась, но вовремя успела выплюнуть кофе назад в стаканчик. Теперь настала её очередь удивляться.
— С чего ты так решила?
— Да все твои душевные муки отражаются на личике. Видно, даже за такую короткую встречу, этот Габриель успел запасть тебе в душу! Уж я в этом спец.
— По-моему, ты ошибаешься, и на моём лице отражается недосып. Если бы не приличный слой косметики, дай Бог здоровья её создателю, то никаких колдовских черт не было бы и в помине!
— Мудрая Сид читает души юных прелестниц как в открытые книги! — гордо проговорила подруга, лукаво взирая на Ливию.
— Если бы ты ещё сказала "старая", я бы точно захлебнулась в припадке почтения и восхищения, — съехидничала Лив, пытаясь сменить тему.
Только с Сидни это было сделать не возможно.
— А что, да, я старая! На любовном фронте воюю давно и с попеременным успехом! Благо сейчас мои позиции крепки, как никогда! Так что тут меня не проведёшь! Отрицай не отрицай, а твоя крепость пала!
— Сид, если ты сию секунду не прекратишь нести этот бред, я швырну в тебя стаканчиком!
"Даже если все сказанное тобой — горькая правда…" — мысленно добавила Оливия.
Для демонстрации своих грозных намерений, она потрясла своим снарядом у носа подруги, слушая как остатки кофе плескаются на донышке.
— Ладно, ладно! Можно только последний вопрос? — взмолилась Сидни.
— Только один! — твёрдо сказала Лив, зная, что иначе подругу не удержать.
— Ты пробовала его искать?
— Нет… бесполезно! — вздохнула девушка, опустив глаза.
— А поч… — начала была Сидни, но запнулась, встретив взгляд, полный угрозы, и заметив, как Оливия небрежно играет полупустым стаканчиком. — Я хотела сказать, что нам пора идти, иначе опоздаем!
— Впрочем, как всегда… — добавила Ливия и последовала за Сид, которая резво вскочила и теперь направлялась к дверям кафетерия.
Глава 26
На Хэмптон опускалась ночь. Словно чёрная патока заливала она собой улицы, дома, парки, и даже запоздавшие прохожие, сами того не ведая, попадали под её чары. Всё сущее этого маленького американского городка засыпало, погружаясь в дремоту. Только одна девушка не знала покоя в эту ночь…
Ливия, медленно переставляя свои стройные ножки, бродила по притихшему и как будто заснувшему дому. Своим поникшим видом и белыми, струящимися по телу, одеяниями, девушка напоминала потерявшийся дух, который не способен найти дорогу назад, в Царство Вечного Покоя. С одной стороны, Оливия очень хотела спать, практически смертельно. Но с другой стороны, это действительно могло оказаться смертельным. Кошмары с каждым разом всё стремительней высасывали её силу, мучили и истязали сознание. Теперь оно было очень чувствительным и воспалённым. Да и очередной встречи с Ангелиусом Ливия не искала, так как было ощущение, что она его просто не переживёт — демон не даст ей сбежать, проснуться. Поэтому, прекрасно зная, чем чревато погружение в сон, ей оставалось лишь сражаться с самой собой и оставаться в реальности.
Девушка понимала, что если не займёт себя какой-нибудь физической (так как ум отказывался соображать) и трудоемкой работой, все её усилия пойдут прахом, её утянет в своё логово ужас. Только, к сожалению, таковой Ливия не находила. За время своих ночных блужданий она переделала всё, что можно, дом буквально сиял чистотой, в нем не было ни единой пылинки. Что в других обстоятельствах не могло не радовать, а чересчур чистоплотные родительницы пришли бы в восторг. Однако теперь, это было похоже на маленькую катастрофу, так как занять себя не чем, а мягкая постель в её комнате притягивала, словно магнит. Даже небольшие диванчики в гостиной стали нереально привлекательными, их подлокотники так и звали девушку положить на них свою голову и забыться сном. Поэтому столь «небезопасных» мест она избегала.
«Вот бы Сид меня увидела, точно подумала бы, что я окончательно спятила!» — прошелестела в её мозгу насмешливая мысль.
Наверное, девушка так бы и блуждала по тёмному дому, словно призрак, до самого рассвета, но к ней неожиданно пришла мысль, чем себя занять. Что само по себе было удивительно, так как Ливия чувствовала свинцовую тяжесть в голове и недееспособность мозгов, однако те преподнесли сюрприз и были ещё на что-то способны. Вот только на задуманное требовалось немало физических и магических сил, которых у неё, к сожалению, было очень ограниченное количество.
— Я должна это сделать! — сказала себе Оливия и скользнула на кухню.
Там из шкафа она достала небольшой пузырёк с жидкостью лимонного цвета, мягко переливающейся в тусклом свете луны.
«Последняя осталась… всё использовала и даже не заметила. А ведь мне казалось, что я приготовила большое количество и его хватит надолго» — рассеянно подумала она.
Это был «тоник энергии» — волшебный эликсир, приготовление которого было сложно и трудоёмко, однако он восполнял все затраченные на него усилия, давая употребившему его неимоверный запас энергии и жизненных сил. Только было одно «но» — тоник был скоротечен в своём действии, необходимо было постоянно его принимать, как лекарство. Каждое утро, Ливия пила эликсир и только тогда отправлялась на занятия, именно он хоть как-то помогал справиться с её физическим и психологическим состоянием, поддерживая на плаву. Теперь держа в руках последний запас, действия которого хватит на час или чуть больше, надо было задуматься: стоит ли тратить его на задуманное. Если Оливия выпьет сейчас, то на завтра ничего не останется, а если не выпьет… завтра может вообще не наступить! Она попросту сойдёт с ума. Тем самым девушка приняла для себя решение, мысленно пожелав Ангелиусу и Габриелю и всем остальным тварям, испортившим её жизнь, пропасть пропадом. Откупорив пузырек, Ливия опрокинула себе в рот его содержимое. Спустя секунду после этого девушка ощутила, живительное действие тоника. В неё словно вдохнули жизнь, и она заструилась по жилам, в мгновение ока разгоняя тяжесть и сонливость. Как только девушка поняла, что пришла в норму окончательно, то решила не терять драгоценное время. Оливия твёрдым шагом отправилась на чердак.
— Я должна, наконец, всё выяснить, полностью прояснить ситуацию… я должна знать, как дальше бороться! — твердила девушка, отпирая дверь чердачка.
Войдя туда, она осмотрелась. Всё было опрятно, аккуратно и чисто, не было и намёка, что что-то здесь произошло. А перед мысленным взором возник образ Габриеля, который через миг преобразовался в чистый слепящий свет голубоватого зарева, наполненного небывалой мощью. Фокус-покус от предателя! Ливия, мотнув головой, отогнала воспоминания, чувствуя, как от этого в ней просыпается ярость, раскалённая добела, вперемешку с болью утраты, разъедающей подобно кислоте сердце. От этого хотелось яростно кричать, метаться как безумная и швыряться всем, что попадётся под руку. Конечно, было бы замечательно, чтобы потоки гнева были направлены на того, кто его вызвал — проклятого дезертира, который отправил жизненное и душевное спокойствие в тартарары и потом слинял, оставив её одну разбираться в кавардаке. Пусть только вернётся, она ему покажет! Если вернется, конечно…
Но она оставила злые намерения. Если всё получится, а она не сомневалась в своём успехе, то Ливия будет знать много любопытных вещей. Для этого девушка достала из ящика свечи и расставила их. Через минуту те уже освещали маленькое тёмное помещение, язычками пламени, танцующего под порывами сквозняка. В центре образованного круга Оливия начертила мелком несколько древних магических символов, которые были «ключами», для того, чтобы отпереть проход между миром живых людей и миром мёртвых. Сквозь него девушка хотела вызвать тех, кто действительно осведомлён в этом запутанном деле. Своих погибших Сестёр ведьм, погибших от лап исчадия ада — Ангелиуса. Девушка простёрла руки и силой произнесла:
— Сквозь время и пространство, стирая грань… силами Добра и Света, я призываю в этот час, души своих Сёстёр — ведьм, невинно погубленных демоном Ангелиусом!
Огоньки свечей начали яростно колебаться, кончики пальцев покалывало, как будто их пронзило множество иголочек, сердце трепетало от нервного возбуждения. В центре круга появилось лёгкое мерцание, из которого вынырнуло восемь призрачных фигур. Они появились и замерли, теснясь в меленьком пространстве. За пределы выстроенной из свечей фигуры духи шагнуть не могли.
— Приветствую вас, Сёстры мои! И смиренно прошу простить меня, что потревожила ваш покой, но я запуталась, абсолютно не зная, что делать. Молю вас, помогите мне! Дайте ответы! — с почтением обратилась к ним девушка.
Она с трепетом вглядывалась в их лица, которые были спокойны и безмятежны, но, услышав её мольбу, волнение и другие эмоции преобразили их черты со скорбным клеймом Смерти. Все женщины были ей знакомы, боль сожаления пульсировала в сердце. Лора — милая подружка, Грэйс — изобретательница «эликсира молодости», Аманда — та ведьма, над которой все потешались на карнавале, считая сумасшедшей, когда как она предчувствовала приближение Тьмы, хотела предупредить. Тут же рядом была и её подруга. Старая Селл, по-прежнему одетая в свой старенький плащик, хмуро поглядывала на неё, словно недоумевая. С тремя другими колдуньями девушка весело отплясывала на шабаше и обменивалась шутками. Только одну фигуру было плохо видно, женщина стояла позади всех, скрытая другими. Ливия почувствовала, как в ней всё напряглось, а в подсознании родилась ужасная догадка. Инстинктивно девушка сделала шаг вперёд, а призрак, будто поняв, что именно он заинтересовал её, начал, усиленно работая локотками, пробираться вперёд, пока они не оказались лицом к лицу. Сердце сжала ледяная рука ужаса, в глазах закипели слёзы.
