— Что прохлаждаешься?! На, неси в прачечную! — окрикнула её грузная служанка, впихнула в руки огромную корзину с грязным бельём и грузно потопала куда-то.
Илли чихнула. Кисловатый запах пропитанных потом тряпок был не из приятных.
“И когда это тебя стало беспокоить подобное? Раньше и внимания не обращала”, — подумала Иллирин, склоняясь к корзине, чтобы никто не видел её лица.
Изобразив неловкую походку, она направилась в сторону библиотеки. Всегда можно будет соврать, что задумалась и заплутала, а корзина белья хорошее прикрытие.
Повернув налево, она замерла, прислушиваясь. Кажется, никого. Осторожно поставила груз на пол и в три резких прыжка оказалась у заветной двери, приложила к ней ухо, убеждаясь, что внутри ни души, и уверенно отогнула наличник, сдвигая язычок замка. Несколько мгновений спустя она уже тащила к двери тумбочку. К счастью, библиотечная дверь открывалась вовнутрь, а значит, можно запереться и выгадать себе ещё несколько минут.
Основательно забаррикадировавшись, Иллирин подошла к заветной полке, сдвинула её в сторону и забралась в тайную секцию библиотеки. Сделала пару шагов и замерла.
Внутри было светло! Кто-то что-то искал или читал в запретном хранилище знаний. Сердце застучало по рёбрам, словно норовя протиснуться сквозь них и сбежать. Крадучись Илли двинулась вперёд. Если не получится добраться до нужных книг, то хотя бы ещё одного читателя нужно опознать.
— А вот и ты, — услышала она за спиной знакомый голос.
Горячая шершавая ладонь легла на рот, не давая закричать. Вторая рука вжала её в крепкое мужское тело, от которого пахло лесом и влагой.
— Не дёргайся. А то ещё придут, найдут тебя, пропажу. Отпускаю?
Илли неуверенно кивнула, и крепкая хватка ослабла. Отступив на шаг, она повернулась и посмотрела в глаза Волку. Над его плечом висел светящийся мягким жёлтым светом шарик. Похоже, такой же находился чуть дальше за одной из полок.
— Что ты здесь делаешь? — недовольно прошипела она, делая ещё один шаг в сторону. — Безумец, ты проклял меня? Ты хочешь зла Норриготу?
Она пожалела, что не захватила хотя бы кинжал. Ох как бы он сейчас пригодился. Мало ли, что на уме у этого сумасшедшего? Оборотни в хрониках всегда были безумными и кровожадными. А вдруг убьёт? Тогда ни своим, ни чужим. Глупая бессмысленная смерть.
— На тебе моя метка. Метка Волка, нилья Иллирин. Должен же я как-то защищать свою невесту? — спокойным голосом спросил он, глядя ей прямо в глаза. — Я не безумец. И ты не безумна. Скорее, ты юна и неопытна… И совершенно не обучена магии.
— Как будто последнее от меня зависит, — фыркнула она, немного успокоившись.
Судя по всему, нападать на неё не собирались. А значит, следует воспользоваться так удачно подвернувшимся магическим освещением и поискать нужные книги.
— Что ты здесь забыл? — прошептала она, всматриваясь в корешки. Ни одно из названий не говорило о том, что под обложкой будет нужная информация.
“Похоже, придётся тыкать пальцем в небо. Да уж… Западня!” — подумала Иллирин, обернулась и требовательно уставилась на волка. Она привыкла к полумраку и стала чувствовать себя увереннее. Мощные деревянные полки, хранящие десятки древних массивных книг, молчаливо поддерживали её. Она дома. Она на своём месте. Это Волк здесь незваный гость.
— Ищу ответы на вопросы, что же ещё? Кажется, это одна из главных функций книгохранилищ — давать ответы, — он улыбнулся, вернул на место какую-то книгу и взял следующую.
Иллирин во все глаза смотрела, как от его ладони разливается белёсое сияние и окутывает книгу.
— И что же тебя интересует? — осторожно спросила она, облизывая пересохшие губы.
“Проклятье, почему рядом с ним всегда тяжело дышать? Он словно давит одним своим присутствием, но в то же время не хочется уходить, наоборот. Хочется сидеть и наслаждаться этим странным давящим чувством”.
— Почему Эроны лишили себя половины своей мощи, — Волк нахмурился, поймав её непонимающий взгляд и пояснил: — Магия была дарована вам не просто так. И женщинам, и мужчинам.
— Мы, женщины, сосуды. Должны передать этот дар детям, — повторила Иллирин заученную фразу. В этот раз даже не было больно. Почти не было.
— Вздор, — огрызнулся Волк, демонстративно щёлкнув зубами.
— Но женщины всегда принимают внешность рода своего мужа, — упрямо возразила Иллирин. — Мы становимся подобны им. А значит, подчиняемся магии их рода.
— Ещё один вздор, — покачал головой волк. — Вы, нилэсы, потомки богов. Нилэсы Норриота хранят мою кровь. Ты моя какая-то там пра-пра-правнучка. Прости, сбился со счёта, — он говорил это так спокойно, что не поверить ему было трудно. Разве можно врать с таким лицом? Нет, конечно же, нет. — Впрочем, это к делу не относится. Мы дали вам силу защищать ваши народы. А тут отвлеклись, и оказывается, что половину нашего дара попросту не используют.
Он прикрыл глаза, шумно выдыхая.
— Ты зол, Волк?
— Шэрн.
— Что?
— Зовут меня Шэрн.
— Никто не будет звать Волка.
— Конечно, не будет. После всего того, что вы сделали, — он недовольно скривился. — Ладно. Потом с этим разберёмся. Молодец, что сказала им, что ты моя невеста. Будет проще.
— Почему? — испуганно спросила Иллирин.
Всё это время она наблюдала за тем, как он стоит, не смотрит на неё, лишь медленно дышит, иногда постукивая пальцами по полке.
— Они вспомнят. А я стану сильнее.
— Тебя никто не забывает. Каждый год тебе ведут невест…
— Ведут на заклание невинных девушек, — поправил её Шэрн, подошёл ближе, взял двумя пальцами за подбородок и заставил посмотреть себе в глаза. — Вы всё забыли. Всё, чему вас учили. Вы ведёте ваш народ к погибели.
От его слов стало дурно, перед глазами начали плясать тёмные пятна. Волк подхватил её, не давая упасть.
— Ничего не бойся. Я помогу. Я же хранитель этих земель. Я должен. А сейчас… — он замолчал, к чему-то прислушиваясь. — А сейчас поцелуй меня, я дам тебе немного волшебства. Оно поможет.
Иллирин встрепенулась.
— В прошлый раз… тоже давал? — спросила она с ужасом.
— Конечно. Маги обмениваются силой через поцелуй, чтобы стать сильнее .Я удивился ещё, почему ничего не получил в ответ. А оно вот что. Не переживай, волшебство течёт в твоей крови. Я смогу тебя научить.
— Времени… мало. До солнцеворота осталось пять дней, — покачала головой Иллирин. — Я должна смириться и принять свою участь ради блага Норригота.
— Откажешься от возможности защищать все ваши земли? Не думаю!
Он недовольно рыкнул и впился в её губы колючим и жёстким поцелуем, показывая, кто из них главный, кто будет командовать, а кто подчиняться. А Иллирин не хотела противиться. Впервые в жизни она стояла на распутье из двух приказов, и ей показалось, что насаждаемый волком путь правильнее, логичнее. Она нужна своим людям. Она нужна здесь. А Хэйльроф прекрасно справится и без неё.
По телу волнами растекался жар. Она кожей чувствовала биение сердца волка, и казалось, что её сердце бьётся в унисон. Ещё минута, и стеснение отходит на второй план. Она обвивает руками шею волка, вжимается в него, пробует отвечать на поцелуй, который с каждым мгновением из острого и колючего превращается в нежный и трепетный.
— А теперь иди в ту комнату, где тебя заперли. Ничего не бойся, никто не увидит. Пройдёшь через дверь спиной вперёд. На все вопросы отвечай, что спала, а тебя не увидели под одеялом.
— А как же магия? — спросила Иллирин, бросая на него косые взгляды.
— Всему своё время, дитя.
— Невеста. Я твоя невеста, — упрямо заявила она. — Если ты хочешь, чтобы я осталась здесь, то исполнишь все свои обещания. И от Миэта убережёшь.
— Уберегу, — уверенно заявил волк. — А теперь ступай. Я не всесильный, не смогу вечно отводить взгляд. Поспеши.
Волк строго указал ей на дверь, и Иллирин послушалась. Предвкушение чего-то невероятного будоражило кровь. Закусив губу, она вышла из библиотеки и пошла в сторону комнатушки, где её держали. Никто не обращал на нилью внимания. Все занимались своими делами. Оставалось только лавировать между прислугой, чтобы случайно не столкнуться с кем-то нос к носу.
Закрыв глаза, Иллирин прижалась спиной к двери и сделала шаг назад. Оказавшись в комнате, забралась под одеяло и попыталась успокоиться.
Сердце неслось в бешеном танце восторга и трепета. Она прикоснулась к магии! Очень близко. Так близко, как никогда ей не позволяли. И мир заиграл неведомыми доселе красками. Казалось, что она заново начала жить, узнавать новые грани уже знакомой реальности.
А ещё этот поцелуй! Уткнувшись лицом в подушку, Иллирин недовольно застонала. Как бы хотелось, чтобы он сделал это снова. И снова. И ещё разочек. Чтобы распробовать до конца, чтобы уверенно заявить, что она хоть что-то знает о поцелуях и взрослой жизни.
А потом дверь распахнулась, и на пороге появился Арион. Нилэс выглядел крайне недовольным.
— Ищите её! — крикнул он.
Послышалось цоканье когтей о деревянный пол, и в комнату ворвалось два огромных лохматых пса.
“Всё-таки заметили пропажу. На-адо же”, — ехидно подумала Иллирин, натянула на лицо маску непонимания и выглянула из-под одеяла.
— Что-то случилось, отец? — спросила она самым невинным голосом, на который была способна.
Повисла неловкая тишина. Псари натянули поводки, пытаясь остановить собак. Отец смотрел на неё неверящим взором.
— Где ты была? — сурово спросил он.
— Да тут и была, — пожала плечами Иллирин. — Вы сказали, что с меня вечером… — она покосилась на слуг и решила нагнать тумана, — или ночью? Не разобралась. В общем, что будет ритуал какой-то, и я должна оставаться в комнате. А я вчера так устала. Всё-таки не каждый день видишь Волка. Легла и уснула. Наверное, не заметили в ворохе одеял.
Почему-то врать было легко. То ли потому, что хотелось щёлкнуть отца по носу, то ли из-за того, что это был единственный способ исполнить давнюю мечту и прикоснуться к магии. Иллирин не знала, но была уверена в том, что не делает ничего неправильного.
Арион прищурился, и Иллирин поняла, что он не поверил. Но почему-то согласился с её доводами.
— Вот и хорошо. Отдыхайте, нилья. Ночь будет долгой.
Сделав знак слугам, он вышел из комнаты. Иллирин подумала, что почему-то не боится его. Ей пообещали мечту. И не одну. Никакого Миэта, обучение волшебству… Ради этого можно и постараться.
Она поднялась и подошла к окну. Хотелось снова выбраться на крышу, добежать до библиотеки и проверить, не привиделось ли ей. Не сходит ли она с ума. Илли провела пальцами по припухшим губам и улыбнулась. Если и сходит, то это чертовски приятно!
За пару часов до ужина зашла Циллия. Важно уселась на подоконник и с прищуром посмотрела на сестру. В это же время скрипнул дверной засов. Их заперли. Впрочем, чего-то подобного Илли и ждала, что охрану усилят.
— А ты у нас прямо как птичка в клетке, — хмыкнула нильэсса. — Цену себе набиваешь? Правильно.
— О чём ты? — удивлённо спросила Иллирин, но вместо ответа на вопрос получила недовольный надменный взгляд.
— Ты лучше расскажи, как ведьму подговорила? Это надо же, создать видение волка. Да ещё такое классное, что и венок настоящий появился! Что ты ей пообещала? — вопросы сыпались из Циллии, как вода лилась из решета.
— О чём ты? — непонимающе спросила Илли, подтягивая ноги к груди.
— О видении волка. Давай, не придуривайся. Ладно карга старая не хочет тебя выдавать, но ты-то можешь сестре сказать! Давай!
— Если бы и было о чём рассказывать, я бы не рассказала. Все знают, что то, что знаешь ты, скоро узнают все остальные. Нет, Циллия. Я ничего не делала. Волк назвал меня своей невестой. Только и всего.
— А как же те невесты, которых мы ему в Волчью ночь отправили? — с нажимом уточнила Цилли,словно пытаясь подловить старшую сестру на нечестности.
— А мне почём знать? Негоже жене лезть в дела мужа, — ехидно улыбнувшись, ответила Илли, сделав себе пометочку всё же спросить, что да как. Интересно же!
— И что это ты такая кроткая стала?
— Замужество учит покорности. Тренируюсь. Итак, чего ты хочешь?
— Как ты уговорила ведьму? — повторила свой вопрос Циллия, смешно нахмурив тонкие белёсые брови.
— Да никак. Никого я не уговаривала. Сгинь с глаз долой. Надоела!
Цили недовольно поджала губы, но всё же вышла, постучав ногой по двери и дождавшись, когда её откроют. Хорошо знала, что когда Иллирин не в настроении, можно лишь ещё больше разозлить её, а что-то дельное не расскажет. Улыбнувшись, нильэсса отправилась в сад, полюбоваться тренировкой Миэта.
Неизвестно, чем тому не угодил полигон, но Соколиный глаз повесил мишень на дуб и стрелял только там. Устроившись в беседке так, чтобы её не было видно снаружи, Циллия наблюдала за тем, как он плавным отточенным движением натягивает тетиву, как прицеливается и отпускает стрелу в полёт, а та впивается в самый центр мишени.
Спустя десять минут Цилли навострила уши и обратилась в слух. К Миэту присоединился отец. Он стоял по правую руку от нилия и удовлетворённо наблюдал за тренировкой.
— Нашли? — коротко спросил Миэт, придирчиво осматривая оперение очередной стрелы.
— Нашли. Все договорённости в силе, — подтвердил Арион. — Мы всегда исполняем свои обязательства.
— Естественно, — хмыкнул Миэт, выпустил стрелу и повернулся к Ариону. — Вам без нас не жить, нилэс Арион. И все это прекрасно понимают. А брак — хороший повод заключить более выгодные для обеих сторон сделки.
Циллия сжала кулачки. Она и раньше была уверена в том, что брак договорной, а теперь и вовсе хотела кинуться к отцу в ноги и попросить выдать её замуж за прекрасного нилия Миэта. Но это означало бы признаться в том, что она подслушивала. За подобные выходки по головке не погладят, а Иллирин, на которую можно свалить вину, рядом не было.
Арион нахмурился, чуть выпрямился, чтобы не казаться совсем уж не способным за себя постоять и процедил:
— Мы проживём и без помощи Хэйльрофа. А вот ваш род без нового сосуда магии загнётся. Я слышал, что ваши древние рода посетило небывалое благословение, много сыновей. Но ни одной дочери, — он ухмыльнулся, словно говоря, что знает обо всех проблемах соседей.
— Вы не единственная страна, которую боги одарили дочерьми, — заметил Миэт, стреляя точно в яблочко.
— Это да. Но именно мы воспитываем наших женщин так, чтобы они были идеальными сосудами волшебства.
— Спасибо за высококлассный товар, — кивнул Миэт. — Мы это ценим.
— Не относитесь к ней пренебрежительно, нилий Миэт. Бесстрашная Волчица не та девушка, которую можно сломать. К тому же… Мы все помним того огромного волка, который надел ей венок. Ведьма подтвердила, что это венок нильи Иллирин, что она сама его сделала. Если вы хотите, чтобы она стала вашей женой, нужно заходить с другой стороны.
— Она полностью игнорирует мою учтивость. Я пытался сделать ей подарок. Преподнёс кольцо, но она отвергла его.
— И вы сдадитесь после одной неудачи? — вкрадчиво спросил Арион. — Мне казалось, что вы более терпеливы и более настойчивы.
— Я просто хочу получить то, за что уплачено. Старшую дочь Эронов. Таков был уговор.
— Не злитесь, нилий. Не пугайте народ. Мы скрепили эту сделку магией. Она будет исполнена.
— Я надеюсь, — фыркнул Миэт, поворачиваясь к Ариону спиной.
Циллия заметила, как на лице отца мелькнула тень. Тот явно не оценил подобное поведение будущего зятя, но почему-то не прочитал ему мораль.
Илли чихнула. Кисловатый запах пропитанных потом тряпок был не из приятных.
“И когда это тебя стало беспокоить подобное? Раньше и внимания не обращала”, — подумала Иллирин, склоняясь к корзине, чтобы никто не видел её лица.
Изобразив неловкую походку, она направилась в сторону библиотеки. Всегда можно будет соврать, что задумалась и заплутала, а корзина белья хорошее прикрытие.
Повернув налево, она замерла, прислушиваясь. Кажется, никого. Осторожно поставила груз на пол и в три резких прыжка оказалась у заветной двери, приложила к ней ухо, убеждаясь, что внутри ни души, и уверенно отогнула наличник, сдвигая язычок замка. Несколько мгновений спустя она уже тащила к двери тумбочку. К счастью, библиотечная дверь открывалась вовнутрь, а значит, можно запереться и выгадать себе ещё несколько минут.
Основательно забаррикадировавшись, Иллирин подошла к заветной полке, сдвинула её в сторону и забралась в тайную секцию библиотеки. Сделала пару шагов и замерла.
Внутри было светло! Кто-то что-то искал или читал в запретном хранилище знаний. Сердце застучало по рёбрам, словно норовя протиснуться сквозь них и сбежать. Крадучись Илли двинулась вперёд. Если не получится добраться до нужных книг, то хотя бы ещё одного читателя нужно опознать.
— А вот и ты, — услышала она за спиной знакомый голос.
Горячая шершавая ладонь легла на рот, не давая закричать. Вторая рука вжала её в крепкое мужское тело, от которого пахло лесом и влагой.
— Не дёргайся. А то ещё придут, найдут тебя, пропажу. Отпускаю?
Илли неуверенно кивнула, и крепкая хватка ослабла. Отступив на шаг, она повернулась и посмотрела в глаза Волку. Над его плечом висел светящийся мягким жёлтым светом шарик. Похоже, такой же находился чуть дальше за одной из полок.
— Что ты здесь делаешь? — недовольно прошипела она, делая ещё один шаг в сторону. — Безумец, ты проклял меня? Ты хочешь зла Норриготу?
Она пожалела, что не захватила хотя бы кинжал. Ох как бы он сейчас пригодился. Мало ли, что на уме у этого сумасшедшего? Оборотни в хрониках всегда были безумными и кровожадными. А вдруг убьёт? Тогда ни своим, ни чужим. Глупая бессмысленная смерть.
— На тебе моя метка. Метка Волка, нилья Иллирин. Должен же я как-то защищать свою невесту? — спокойным голосом спросил он, глядя ей прямо в глаза. — Я не безумец. И ты не безумна. Скорее, ты юна и неопытна… И совершенно не обучена магии.
— Как будто последнее от меня зависит, — фыркнула она, немного успокоившись.
Судя по всему, нападать на неё не собирались. А значит, следует воспользоваться так удачно подвернувшимся магическим освещением и поискать нужные книги.
— Что ты здесь забыл? — прошептала она, всматриваясь в корешки. Ни одно из названий не говорило о том, что под обложкой будет нужная информация.
“Похоже, придётся тыкать пальцем в небо. Да уж… Западня!” — подумала Иллирин, обернулась и требовательно уставилась на волка. Она привыкла к полумраку и стала чувствовать себя увереннее. Мощные деревянные полки, хранящие десятки древних массивных книг, молчаливо поддерживали её. Она дома. Она на своём месте. Это Волк здесь незваный гость.
— Ищу ответы на вопросы, что же ещё? Кажется, это одна из главных функций книгохранилищ — давать ответы, — он улыбнулся, вернул на место какую-то книгу и взял следующую.
Иллирин во все глаза смотрела, как от его ладони разливается белёсое сияние и окутывает книгу.
— И что же тебя интересует? — осторожно спросила она, облизывая пересохшие губы.
“Проклятье, почему рядом с ним всегда тяжело дышать? Он словно давит одним своим присутствием, но в то же время не хочется уходить, наоборот. Хочется сидеть и наслаждаться этим странным давящим чувством”.
— Почему Эроны лишили себя половины своей мощи, — Волк нахмурился, поймав её непонимающий взгляд и пояснил: — Магия была дарована вам не просто так. И женщинам, и мужчинам.
— Мы, женщины, сосуды. Должны передать этот дар детям, — повторила Иллирин заученную фразу. В этот раз даже не было больно. Почти не было.
— Вздор, — огрызнулся Волк, демонстративно щёлкнув зубами.
— Но женщины всегда принимают внешность рода своего мужа, — упрямо возразила Иллирин. — Мы становимся подобны им. А значит, подчиняемся магии их рода.
— Ещё один вздор, — покачал головой волк. — Вы, нилэсы, потомки богов. Нилэсы Норриота хранят мою кровь. Ты моя какая-то там пра-пра-правнучка. Прости, сбился со счёта, — он говорил это так спокойно, что не поверить ему было трудно. Разве можно врать с таким лицом? Нет, конечно же, нет. — Впрочем, это к делу не относится. Мы дали вам силу защищать ваши народы. А тут отвлеклись, и оказывается, что половину нашего дара попросту не используют.
Он прикрыл глаза, шумно выдыхая.
— Ты зол, Волк?
— Шэрн.
— Что?
— Зовут меня Шэрн.
— Никто не будет звать Волка.
— Конечно, не будет. После всего того, что вы сделали, — он недовольно скривился. — Ладно. Потом с этим разберёмся. Молодец, что сказала им, что ты моя невеста. Будет проще.
— Почему? — испуганно спросила Иллирин.
Всё это время она наблюдала за тем, как он стоит, не смотрит на неё, лишь медленно дышит, иногда постукивая пальцами по полке.
— Они вспомнят. А я стану сильнее.
— Тебя никто не забывает. Каждый год тебе ведут невест…
— Ведут на заклание невинных девушек, — поправил её Шэрн, подошёл ближе, взял двумя пальцами за подбородок и заставил посмотреть себе в глаза. — Вы всё забыли. Всё, чему вас учили. Вы ведёте ваш народ к погибели.
От его слов стало дурно, перед глазами начали плясать тёмные пятна. Волк подхватил её, не давая упасть.
— Ничего не бойся. Я помогу. Я же хранитель этих земель. Я должен. А сейчас… — он замолчал, к чему-то прислушиваясь. — А сейчас поцелуй меня, я дам тебе немного волшебства. Оно поможет.
Иллирин встрепенулась.
— В прошлый раз… тоже давал? — спросила она с ужасом.
— Конечно. Маги обмениваются силой через поцелуй, чтобы стать сильнее .Я удивился ещё, почему ничего не получил в ответ. А оно вот что. Не переживай, волшебство течёт в твоей крови. Я смогу тебя научить.
— Времени… мало. До солнцеворота осталось пять дней, — покачала головой Иллирин. — Я должна смириться и принять свою участь ради блага Норригота.
— Откажешься от возможности защищать все ваши земли? Не думаю!
Он недовольно рыкнул и впился в её губы колючим и жёстким поцелуем, показывая, кто из них главный, кто будет командовать, а кто подчиняться. А Иллирин не хотела противиться. Впервые в жизни она стояла на распутье из двух приказов, и ей показалось, что насаждаемый волком путь правильнее, логичнее. Она нужна своим людям. Она нужна здесь. А Хэйльроф прекрасно справится и без неё.
По телу волнами растекался жар. Она кожей чувствовала биение сердца волка, и казалось, что её сердце бьётся в унисон. Ещё минута, и стеснение отходит на второй план. Она обвивает руками шею волка, вжимается в него, пробует отвечать на поцелуй, который с каждым мгновением из острого и колючего превращается в нежный и трепетный.
— А теперь иди в ту комнату, где тебя заперли. Ничего не бойся, никто не увидит. Пройдёшь через дверь спиной вперёд. На все вопросы отвечай, что спала, а тебя не увидели под одеялом.
— А как же магия? — спросила Иллирин, бросая на него косые взгляды.
— Всему своё время, дитя.
— Невеста. Я твоя невеста, — упрямо заявила она. — Если ты хочешь, чтобы я осталась здесь, то исполнишь все свои обещания. И от Миэта убережёшь.
— Уберегу, — уверенно заявил волк. — А теперь ступай. Я не всесильный, не смогу вечно отводить взгляд. Поспеши.
ГЛАВА 12
Волк строго указал ей на дверь, и Иллирин послушалась. Предвкушение чего-то невероятного будоражило кровь. Закусив губу, она вышла из библиотеки и пошла в сторону комнатушки, где её держали. Никто не обращал на нилью внимания. Все занимались своими делами. Оставалось только лавировать между прислугой, чтобы случайно не столкнуться с кем-то нос к носу.
Закрыв глаза, Иллирин прижалась спиной к двери и сделала шаг назад. Оказавшись в комнате, забралась под одеяло и попыталась успокоиться.
Сердце неслось в бешеном танце восторга и трепета. Она прикоснулась к магии! Очень близко. Так близко, как никогда ей не позволяли. И мир заиграл неведомыми доселе красками. Казалось, что она заново начала жить, узнавать новые грани уже знакомой реальности.
А ещё этот поцелуй! Уткнувшись лицом в подушку, Иллирин недовольно застонала. Как бы хотелось, чтобы он сделал это снова. И снова. И ещё разочек. Чтобы распробовать до конца, чтобы уверенно заявить, что она хоть что-то знает о поцелуях и взрослой жизни.
А потом дверь распахнулась, и на пороге появился Арион. Нилэс выглядел крайне недовольным.
— Ищите её! — крикнул он.
Послышалось цоканье когтей о деревянный пол, и в комнату ворвалось два огромных лохматых пса.
“Всё-таки заметили пропажу. На-адо же”, — ехидно подумала Иллирин, натянула на лицо маску непонимания и выглянула из-под одеяла.
— Что-то случилось, отец? — спросила она самым невинным голосом, на который была способна.
Повисла неловкая тишина. Псари натянули поводки, пытаясь остановить собак. Отец смотрел на неё неверящим взором.
— Где ты была? — сурово спросил он.
— Да тут и была, — пожала плечами Иллирин. — Вы сказали, что с меня вечером… — она покосилась на слуг и решила нагнать тумана, — или ночью? Не разобралась. В общем, что будет ритуал какой-то, и я должна оставаться в комнате. А я вчера так устала. Всё-таки не каждый день видишь Волка. Легла и уснула. Наверное, не заметили в ворохе одеял.
Почему-то врать было легко. То ли потому, что хотелось щёлкнуть отца по носу, то ли из-за того, что это был единственный способ исполнить давнюю мечту и прикоснуться к магии. Иллирин не знала, но была уверена в том, что не делает ничего неправильного.
Арион прищурился, и Иллирин поняла, что он не поверил. Но почему-то согласился с её доводами.
— Вот и хорошо. Отдыхайте, нилья. Ночь будет долгой.
Сделав знак слугам, он вышел из комнаты. Иллирин подумала, что почему-то не боится его. Ей пообещали мечту. И не одну. Никакого Миэта, обучение волшебству… Ради этого можно и постараться.
Она поднялась и подошла к окну. Хотелось снова выбраться на крышу, добежать до библиотеки и проверить, не привиделось ли ей. Не сходит ли она с ума. Илли провела пальцами по припухшим губам и улыбнулась. Если и сходит, то это чертовски приятно!
За пару часов до ужина зашла Циллия. Важно уселась на подоконник и с прищуром посмотрела на сестру. В это же время скрипнул дверной засов. Их заперли. Впрочем, чего-то подобного Илли и ждала, что охрану усилят.
— А ты у нас прямо как птичка в клетке, — хмыкнула нильэсса. — Цену себе набиваешь? Правильно.
— О чём ты? — удивлённо спросила Иллирин, но вместо ответа на вопрос получила недовольный надменный взгляд.
— Ты лучше расскажи, как ведьму подговорила? Это надо же, создать видение волка. Да ещё такое классное, что и венок настоящий появился! Что ты ей пообещала? — вопросы сыпались из Циллии, как вода лилась из решета.
— О чём ты? — непонимающе спросила Илли, подтягивая ноги к груди.
— О видении волка. Давай, не придуривайся. Ладно карга старая не хочет тебя выдавать, но ты-то можешь сестре сказать! Давай!
— Если бы и было о чём рассказывать, я бы не рассказала. Все знают, что то, что знаешь ты, скоро узнают все остальные. Нет, Циллия. Я ничего не делала. Волк назвал меня своей невестой. Только и всего.
— А как же те невесты, которых мы ему в Волчью ночь отправили? — с нажимом уточнила Цилли,словно пытаясь подловить старшую сестру на нечестности.
— А мне почём знать? Негоже жене лезть в дела мужа, — ехидно улыбнувшись, ответила Илли, сделав себе пометочку всё же спросить, что да как. Интересно же!
— И что это ты такая кроткая стала?
— Замужество учит покорности. Тренируюсь. Итак, чего ты хочешь?
— Как ты уговорила ведьму? — повторила свой вопрос Циллия, смешно нахмурив тонкие белёсые брови.
— Да никак. Никого я не уговаривала. Сгинь с глаз долой. Надоела!
Цили недовольно поджала губы, но всё же вышла, постучав ногой по двери и дождавшись, когда её откроют. Хорошо знала, что когда Иллирин не в настроении, можно лишь ещё больше разозлить её, а что-то дельное не расскажет. Улыбнувшись, нильэсса отправилась в сад, полюбоваться тренировкой Миэта.
Неизвестно, чем тому не угодил полигон, но Соколиный глаз повесил мишень на дуб и стрелял только там. Устроившись в беседке так, чтобы её не было видно снаружи, Циллия наблюдала за тем, как он плавным отточенным движением натягивает тетиву, как прицеливается и отпускает стрелу в полёт, а та впивается в самый центр мишени.
Спустя десять минут Цилли навострила уши и обратилась в слух. К Миэту присоединился отец. Он стоял по правую руку от нилия и удовлетворённо наблюдал за тренировкой.
— Нашли? — коротко спросил Миэт, придирчиво осматривая оперение очередной стрелы.
— Нашли. Все договорённости в силе, — подтвердил Арион. — Мы всегда исполняем свои обязательства.
— Естественно, — хмыкнул Миэт, выпустил стрелу и повернулся к Ариону. — Вам без нас не жить, нилэс Арион. И все это прекрасно понимают. А брак — хороший повод заключить более выгодные для обеих сторон сделки.
Циллия сжала кулачки. Она и раньше была уверена в том, что брак договорной, а теперь и вовсе хотела кинуться к отцу в ноги и попросить выдать её замуж за прекрасного нилия Миэта. Но это означало бы признаться в том, что она подслушивала. За подобные выходки по головке не погладят, а Иллирин, на которую можно свалить вину, рядом не было.
Арион нахмурился, чуть выпрямился, чтобы не казаться совсем уж не способным за себя постоять и процедил:
— Мы проживём и без помощи Хэйльрофа. А вот ваш род без нового сосуда магии загнётся. Я слышал, что ваши древние рода посетило небывалое благословение, много сыновей. Но ни одной дочери, — он ухмыльнулся, словно говоря, что знает обо всех проблемах соседей.
— Вы не единственная страна, которую боги одарили дочерьми, — заметил Миэт, стреляя точно в яблочко.
— Это да. Но именно мы воспитываем наших женщин так, чтобы они были идеальными сосудами волшебства.
— Спасибо за высококлассный товар, — кивнул Миэт. — Мы это ценим.
— Не относитесь к ней пренебрежительно, нилий Миэт. Бесстрашная Волчица не та девушка, которую можно сломать. К тому же… Мы все помним того огромного волка, который надел ей венок. Ведьма подтвердила, что это венок нильи Иллирин, что она сама его сделала. Если вы хотите, чтобы она стала вашей женой, нужно заходить с другой стороны.
— Она полностью игнорирует мою учтивость. Я пытался сделать ей подарок. Преподнёс кольцо, но она отвергла его.
— И вы сдадитесь после одной неудачи? — вкрадчиво спросил Арион. — Мне казалось, что вы более терпеливы и более настойчивы.
— Я просто хочу получить то, за что уплачено. Старшую дочь Эронов. Таков был уговор.
— Не злитесь, нилий. Не пугайте народ. Мы скрепили эту сделку магией. Она будет исполнена.
— Я надеюсь, — фыркнул Миэт, поворачиваясь к Ариону спиной.
Циллия заметила, как на лице отца мелькнула тень. Тот явно не оценил подобное поведение будущего зятя, но почему-то не прочитал ему мораль.
