Лара поняла намек и вышла. Щеки горели, дыхание никак не могло восстановиться, а воображение вновь и вновь воскрешало недавние ощущения: теплая кожа, сладкий крем… Все настолько непристойно, что даже Флавии рассказать нельзя.
В коридоре госпожа Даш столкнулась с Самонием. Тот удивленно вскинул брови и покосился на дверь декана: «Тортик не понравился?» Лара кивнула и опрометью кинулась в преподавательскую. До начала лекций еще пять минут, хватит, чтобы, давясь, выпить чаю. Лимонный торт она есть не станет — хватит того, в кабинете Валентайна.
Студенты недоумевали, почему обычно тихая госпожа Даш лютовала. Та же отыгрывалась за испорченное утро на учащихся, задавая каверзные вопросы и устраивая незапланированные проверочные. А в голове вновь вертелась мысль об увольнении. Если любимый воспринимает как женщину легкого поведения, лучше реже с ним видеться, чтобы забыть. А как это сделать, если он твой начальник?
За обедом Лара специально пересела за другой столик, примкнув к компании Варны и Милены. Те удивились, но удовлетворились логичным объяснением: в гости приехала подруга, надо же рассказать о модных новинках, а она, госпожа Даш, ничего в этом не смыслит. На самом деле Лара перебралась подальше от стола декана. Госпожа Даш мельком видела Валентайна — тот обедал вместе с проректором. Они что-то оживленно обсуждали, и, к счастью, декану было не до подчиненной.
После занятий Лара зашла в библиотеку за литературой по новым предметам. Она понимала, пора освежить неиспользуемые знания, да и скорректировать методичку под себя не помешает. Старый способ преподавания на редкость академичен, частично устарел и вызывает у студентов скуку. Лара же хотела не просто начитать материал, но и задержать его в голове подопечных.
Ровно в пять госпожа Даш договорилась пойти с Флавией по магазинам и не собиралась отменять встречу ради самонадеянного декана.
В библиотеке было душно, и в ожидании архивариуса Лара обмахивалась списком литературы. Он вышел внушительным, на целый год. Разумеется, читать все сразу госпожа Даш не собиралась, всего лишь просмотреть и отобрать самое главное. Остальное можно почитать на каникулах, если, разумеется, не придется вновь сидеть с чужой работой.
Лара вздрогнула, физически ощутив на себе чей-то пристальный взгляд. Она огляделась — никого. Но стоило отвернуться, как таинственный наблюдатель вернулся на свой пост. Госпожа Даш нахмурилась и пожалела о запрете на магию в стенах библиотеки. Так бы она быстро выяснила, где прячется шутник. Если это тот самый молчун, пусть уж откроет рот.
— Вот и ваши книги, все, как просили, — вернулся архивариус и, тяжело дыша, водрузил на стойку высокую стопку книг. — Как унесете-то?
— Я помогу.
Неизвестно откуда взявшийся Валентайн по-хозяйски положил ладонь на верхний фолиант и кивнул обомлевшей Ларе.
— Заполняйте формуляры, госпожа Даш. Полагаю, нет смысла нести все это домой. Вот это и это, — он ткнул пальцем в корешки, — можете смело не брать, эти три оставите в преподавательской, остальное же на ваше усмотрение. Полагаю, для составления учебного плана хватит справочной литературы, а для практических советую Барнса. Больше третьекурсникам не нужно, вам тоже.
— Может, я самообразованием решила заняться, — упрямо возразила Лара.
— Лучше бы личной жизнью, — многозначительно ответил декан, рассортировав литературу по стопкам: нужную, не очень и бесполезную. — Вы молодая, еще успеете коротать вечера с книгами.
Госпожа Даш промолчала. Она бегло просмотрела отобранные Валентайном тома, добавила к ним еще парочку, а остальные вернула архивариусу — закутанному в длинный шарф троллю. Кажется, оба: и архивариус, и шарф, — помнили день основания Университета, во всяком случае, когда Лара поступала, он давно уже нес бессменную вахту.
Как бы ни относилась госпожа Даш к декану как к человеку, она отдавала ему должное как магу. Поэтому Валентайну лучше знать, какие книги следует читать, а какие — проигнорировать. Но он маг совсем другого уровня, поэтому игнорировал общеобразовательные труды, а Лара в них нуждалась.
Заполнив формуляры, госпожа Даш вытащила из сумочки заготовленный на такой случай компактный рюкзачок. В сложенном виде он занимал столько же места, сколько косметичка, зато в рабочем вмещал два десятка книг. Без магии, разумеется, не обошлось, — пара бытовых заклинаний. Но убрать туда книги Лара не успела: Валентайн ловко перехватил рюкзачок и отстранил подчиненную от стойки архивариуса.
— Я как-никак мужчина и не позволю вам таскать тяжести в стенах Университета, — ответил декан на протестующий взгляд Лары.
— Вот это я понимаю! — умиленно пробормотал архивариус и поправил сбившийся шарф. — Магов-то много, а мужчин мало, да-а-а…
Госпожа Даш сухо поблагодарила декана за помощь. Заводить неприятный разговор при посторонних не хотелось. Но Лара решила, сегодня же расставит все точки и, если потребуется, сменит факультет.
Валентайн заговорил первым. Стоило закрыться двойным массивным дверям в библиотеку, как он заявил, Лара идет в его кабинет, а не в преподавательскую:
— Там мы сможем без помех разобраться в сложившейся ситуации.
— Рабочий день закончен и…
— Но вы пока в стенах Университета, и я, ваш начальник, прошу зайти к себе по делу. Не вижу никаких проблем.
Лара сокрушенно вздохнула и согласилась.
Валентайн положил рюкзачок на край стола и позаботился о том, чтобы в кабинет никто не зашел или не подслушал. Лара в который раз восхитилась работой пальцев начальника. Его чары казались сошедшими со страниц учебников — идеальными, выверенными, без единого ненужного движения.
— Итак, Лара? — декан остановился перед госпожой Даш и сложил руки на груди. — Потрудитесь объяснить, чего вы хотите. Женская логика, увы, столь запутана, что я не в состоянии ее понять.
Лара молчала, нервно сжимая пальцы.
— Хорошо, — вздохнул декан и наконец-то сел, — я помогу. Буду задавать наводящие вопросы. Итак, вы подлили зелье, желая добиться моего расположения?
Госпожа Даш обреченно кивнула.
— Вам приятны мои ухаживания?
Лара снова кивнула и с тоской покосилась на дверь. Чары декана быстро не снять, да и сам он наверняка найдет способ остановить строптивую подчиненную.
— Хорошо, делайте, — смирилась госпожа Даш и расстегнула верхнюю пуговку платья. — Я понимаю, вы начальник, а я имела неосторожность…
— И после этого вы обвиняете меня в домогательствах? — рассмеялся Валентайн. — Это не у меня, а у вас все мысли… хм… о постели. Но, полагаю, строгое воспитание мешает признать наличие желания, поэтому вы и ведете себя столь неадекватно, выставляя меня насильником. Признаться, это вызывает недоумение.
— Господин Сарен, — Лара с трудом подбирала слова, но старалась побороть волнение, — это переходит все границы! Да, я принимала ваши ухаживания, но торт…
— Да безобиден этот торт, будь он неладен! — взорвался декан и ударил кулаком по столу. — Ну не виноват я, что вы нечто себе вообразили — утром, при незапертой двери, за десять минут до звонка, когда каждый знал, где вы! Милая шалость, не более. Понаблюдайте за людьми, увидите, многие в ресторанах так делают. Или лучше было попросить поцеловать? Это равноценно, Лара! И это прилично. Разумеется, если двоих что-то связывает.
Договорив, Валентайн взглянул на разбитые костяшки и, вздохнув, полез в карман за носовым платком.
— Больно? — участливо спросила Лара. — Неужели до крови?
Она чувствовала себя виноватой. Подозревала начальника в желании развлечься на рабочем месте, а он, оказывается, думал об отношениях, то есть о том, чего Лара так страстно желала.
Декан отмахнулся и отвернулся, останавливая кровь. Поерзав немного на стуле, Лара подошла и бережно взяла за руку.
— Можно я посмотрю?
Она аккуратно развернула платок и коснулась губами ранки. Валентайн содрал кожу, через часик все заживет.
— Лара, а как же приличия? — ехидно поинтересовался Валентайн.
Вместо ответа она вновь поцеловала кровоточащий палец.
— Простите, — выпрямившись, пробормотала госпожа Даш, — мне до этого только цветы дарили, комплименты говорили, и никто… Я не хотела вас оскорбить, просто никогда не заводила серьезных отношений и… Словом, дальше пары свиданий не заходило.
— Тогда все ясно, — пробормотал Валентайн, рассматривая пострадавший палец. — Ваш возраст ввел в заблуждение. Но того, что вы сделали, не надо, Лара. Тогда это была игра, теперь же… Однако, мало же я о вас знаю!
— Я хотела загладить вину, вот и решила… Глупо, да?
— Глупо, — подтвердил декан. — Больше никогда так не делайте. А теперь давайте выясним приемлемые для вас границы. Поцелуи, объятия? Если да, то какие.
— Любые. Вряд ли вы этим меня напугаете.
— Вот и славно! Идите сюда, Лара. Обещаю ничего непристойного не предлагать.
Лара замялась, задумавшись, какое «сюда» имел в виду декан, и в итоге присела на стол, касаясь Валентайна ногами. Тот с улыбкой покачал головой, положил руки на талию госпожи Даш и потянулся к губам. Лара ответила тем же и уже через минуту самозабвенно целовалась с деканом. Оказалось, сидеть на столе совсем неудобно, но перебираться на колени к Валентайну госпожа Даш пока не желала: всему свое время.
— Итак, в восемь, — оторвавшись от ее губ, напомнил декан.
Лара кивнула и с сожалением сползла на пол. Не удержалась и положила ладонь на плечо Валентайна. Тот перехватил ее, перевернул и поцеловал.
— Книги не забудьте. Проводить не смогу: дела.
Вспыхнув, опали чары с двери. Но Ларе не хотелось уходить, она с удовольствием бы посидела рядом с деканом, посмотрела, как он работает.
— Вот такой вы мне нравитесь, — улыбнулся Валентайн. — Милая, очаровательная девушка, которая ничего не додумывает и ведет себя естественно. До вечера, Лара!
Флавия подозрительно поглядывала на подругу и в который раз с намеком спросила, ждать ли ее возвращения или смело ложится спать. Лара приютила давнюю приятельницу, категорично заявив, незачем тратить деньги на гостиницу, если в городе есть друзья. И ничего, что квартирка маленькая, в тесноте да не в обиде. Госпожа Даш вопрос подруги игнорировала и продолжала терзаться сомнениями, стоит ли надеть туфельки или практичные сапожки.
Часы показывали три четверти восьмого.
— А под платье ты что надела? — не унималась Флавия.
— Какая разница? — удивленно глянула на нее Лара. — У нас просто свидание.
— Никогда не знаешь, когда «просто свидание» превратится в «просто утро», — назидательно заметила подруга и решительно направилась в спальню. — Хотя бы подвязки надень!
Лара пропустила наставления мимо ушей. Она твердо решила не допускать сегодня никаких вольностей. Хватит ошибок за день! Дважды обвинила Валентайна в домогательствах, дважды опозорилась. Но крем… Определенно, декан намекал на нечто большее, чем поцелуй, и, вероятно, ожидал, будто Лара поймет. Однако здесь, в Альде, никто, вопреки заявлениям Валентайна, подобного не практиковал.
Флавия вернулась, размахивая позабытым комплектом белья, тем самым, который Лара купила четыре года назад и о котором старалась не вспоминать. Как и о том, ради кого она один единственный раз его надела.
— Вот, отличный вариант.
Лара скептически осмотрела кружевное великолепие и покачала головой. Флавия вздумала настаивать, но ее перебил звук дверного колокольчика. Глянув на часы, Лара поняла — Валентайн. Минута в минуту.
Пожелав подруге удачи, Флавия скрылась в спальне, а госпожа Даш отправилась открывать. Замешкавшись, она так и не успела обуться.
Декан пришел не с пустыми руками: принес розу. Глянул на босые ноги Лары и посоветовал надеть туфли: «Сапоги с таким платьем не смотрятся». Сообразив, что даже не натянула чулки, госпожа Даш, извинившись, ринулась в спальню. Вслед полетел смех Валентайна.
Ресторан, куда декан привез Лару, оказался ей не знаком. Дорогой, с открытой летней верандой, пустовавшей в виду времени года, он напоминал дворец. Повсюду позолота, серебряные приборы, хрусталь, а официанты выглядели будто королевские ливрейные лакеи.
— Я заказал отдельный кабинет, — шепнул Валентайн и повел оторопевшую Лару через залитый теплым ровным светом зал. За ними тенью следовал метрдотель и один из официантов.
— Сюда, — перед гостями услужливо распахнулась дверь в обитый синей парчой кабинет с мягкими стульями и столиком на двоих. — Музыку? Цветы?
Валентайн вопросительно глянул на Лару. Та поспешила отказаться.
Официант отодвинул гостям стулья, вытащил из ведерка со льдом и откупорил бутылку шампанского. Игристый напиток заструился по бокалам.
Лара нервничала. С одной стороны, она не в первый раз ужинала с Валентайном, с другой, он никогда не заказывал отдельных кабинетов. Очевидно, предстояло не только поесть, но и переговорить о чем-то серьезном, раз потребовалось полное уединение. Другое предназначение кабинета Лара сразу отмела: декан не такой.
Подождав, пока официант уйдет, Валентайн провозгласил тост за прелестную спутницу.
Тот самый разговор декан завел после первой перемены, спросил прямо в лоб:
— Лара, как далеко у вас заходило с мужчинами? Я ошибался в одном, могу ошибаться и в другом. Признаться, вы меня озадачили своим поведением.
— Я не понимаю…
— Скажем так, у меня были некоторые планы на этот вечер, я полагал, вы не станете возражать, но торт… Словом, вы?..
— Нет, — покраснев, ответила Лара, наконец догадавшись, куда он клонит.
— Что — нет? — уточнил Валентайн, вертя в пальцах ножку бокала. — Не было или было?
— Было. Один раз, — неохотно призналась госпожа Даш и, осмелев, спросила: — А вы рассчитывали сегодня остаться на ночь?
Декан кашлянул и не стал отрицать подобного желания, но тут же добавил, что не собирается ни на чем настаивать и торопить Лару. Та ответила гробовым молчанием и сделала вид, будто интересуется содержимым тарелки, хотя уже битых пять минут тыкала вилкой один и тот же салатный лист.
— Разрешите нескромный вопрос? Если не желаете, не отвечайте, но что же сотворил тот кавалер, раз вы так к этому относитесь?
— Ничего особенного, — покрывшись пятнами, пробормотала госпожа Даш. — Просто я ожидала иного.
— Можно попробовать вас переубедить?
— Если вам нужно только это, господин Сарен, — Лара положила вилку, поднялась и потянулась за пальто, — то вы ошиблись с выбором девушки. Я уже говорила, без любви…
— Не только. И какая вы, я теперь знаю.
Валентайн тоже встал и положил руки на ее подрагивающие плечи.
— Ну же, Лара, я просто пытался понять. И никуда я вас сегодня не потащу.
Он наклонился и поцеловал Лару в губы, но не так, как в первый раз, а бережно, нежно, заставив поверить, что видит в ней не постельную игрушку. Госпожа Даш сдалась, прижалась к декану и прошептала: «Если вы меня действительно любите, я готова остаться хоть сегодня, но я должна вам верить». Валентайн коснулся носом ее волос и так же тихо спросил: «А вы не верите?» Лара молчала. Пальцы на мгновенье судорожно вцепились в пиджак декана, смяв мягкую шерсть, а потом поползли вверх, зарывшись в волосы. Госпожа Даш подняла лицо и взглянула на Валентайна. Его глаза были так близко, как и губы, и Лара не выдержала, потянулась к ним, но в последний момент отпрянула.
Почувствовав изменение настроения спутницы, Валентайн отпустил ее и завел разговор о недавней комиссии. Декан шутил, что от проверки больше проблем, чем пользы, делился впечатлениями о чиновниках, их поведении, умственных способностях и одежде.
В коридоре госпожа Даш столкнулась с Самонием. Тот удивленно вскинул брови и покосился на дверь декана: «Тортик не понравился?» Лара кивнула и опрометью кинулась в преподавательскую. До начала лекций еще пять минут, хватит, чтобы, давясь, выпить чаю. Лимонный торт она есть не станет — хватит того, в кабинете Валентайна.
Студенты недоумевали, почему обычно тихая госпожа Даш лютовала. Та же отыгрывалась за испорченное утро на учащихся, задавая каверзные вопросы и устраивая незапланированные проверочные. А в голове вновь вертелась мысль об увольнении. Если любимый воспринимает как женщину легкого поведения, лучше реже с ним видеться, чтобы забыть. А как это сделать, если он твой начальник?
За обедом Лара специально пересела за другой столик, примкнув к компании Варны и Милены. Те удивились, но удовлетворились логичным объяснением: в гости приехала подруга, надо же рассказать о модных новинках, а она, госпожа Даш, ничего в этом не смыслит. На самом деле Лара перебралась подальше от стола декана. Госпожа Даш мельком видела Валентайна — тот обедал вместе с проректором. Они что-то оживленно обсуждали, и, к счастью, декану было не до подчиненной.
После занятий Лара зашла в библиотеку за литературой по новым предметам. Она понимала, пора освежить неиспользуемые знания, да и скорректировать методичку под себя не помешает. Старый способ преподавания на редкость академичен, частично устарел и вызывает у студентов скуку. Лара же хотела не просто начитать материал, но и задержать его в голове подопечных.
Ровно в пять госпожа Даш договорилась пойти с Флавией по магазинам и не собиралась отменять встречу ради самонадеянного декана.
В библиотеке было душно, и в ожидании архивариуса Лара обмахивалась списком литературы. Он вышел внушительным, на целый год. Разумеется, читать все сразу госпожа Даш не собиралась, всего лишь просмотреть и отобрать самое главное. Остальное можно почитать на каникулах, если, разумеется, не придется вновь сидеть с чужой работой.
Лара вздрогнула, физически ощутив на себе чей-то пристальный взгляд. Она огляделась — никого. Но стоило отвернуться, как таинственный наблюдатель вернулся на свой пост. Госпожа Даш нахмурилась и пожалела о запрете на магию в стенах библиотеки. Так бы она быстро выяснила, где прячется шутник. Если это тот самый молчун, пусть уж откроет рот.
— Вот и ваши книги, все, как просили, — вернулся архивариус и, тяжело дыша, водрузил на стойку высокую стопку книг. — Как унесете-то?
— Я помогу.
Неизвестно откуда взявшийся Валентайн по-хозяйски положил ладонь на верхний фолиант и кивнул обомлевшей Ларе.
— Заполняйте формуляры, госпожа Даш. Полагаю, нет смысла нести все это домой. Вот это и это, — он ткнул пальцем в корешки, — можете смело не брать, эти три оставите в преподавательской, остальное же на ваше усмотрение. Полагаю, для составления учебного плана хватит справочной литературы, а для практических советую Барнса. Больше третьекурсникам не нужно, вам тоже.
— Может, я самообразованием решила заняться, — упрямо возразила Лара.
— Лучше бы личной жизнью, — многозначительно ответил декан, рассортировав литературу по стопкам: нужную, не очень и бесполезную. — Вы молодая, еще успеете коротать вечера с книгами.
Госпожа Даш промолчала. Она бегло просмотрела отобранные Валентайном тома, добавила к ним еще парочку, а остальные вернула архивариусу — закутанному в длинный шарф троллю. Кажется, оба: и архивариус, и шарф, — помнили день основания Университета, во всяком случае, когда Лара поступала, он давно уже нес бессменную вахту.
Как бы ни относилась госпожа Даш к декану как к человеку, она отдавала ему должное как магу. Поэтому Валентайну лучше знать, какие книги следует читать, а какие — проигнорировать. Но он маг совсем другого уровня, поэтому игнорировал общеобразовательные труды, а Лара в них нуждалась.
Заполнив формуляры, госпожа Даш вытащила из сумочки заготовленный на такой случай компактный рюкзачок. В сложенном виде он занимал столько же места, сколько косметичка, зато в рабочем вмещал два десятка книг. Без магии, разумеется, не обошлось, — пара бытовых заклинаний. Но убрать туда книги Лара не успела: Валентайн ловко перехватил рюкзачок и отстранил подчиненную от стойки архивариуса.
— Я как-никак мужчина и не позволю вам таскать тяжести в стенах Университета, — ответил декан на протестующий взгляд Лары.
— Вот это я понимаю! — умиленно пробормотал архивариус и поправил сбившийся шарф. — Магов-то много, а мужчин мало, да-а-а…
Госпожа Даш сухо поблагодарила декана за помощь. Заводить неприятный разговор при посторонних не хотелось. Но Лара решила, сегодня же расставит все точки и, если потребуется, сменит факультет.
Валентайн заговорил первым. Стоило закрыться двойным массивным дверям в библиотеку, как он заявил, Лара идет в его кабинет, а не в преподавательскую:
— Там мы сможем без помех разобраться в сложившейся ситуации.
— Рабочий день закончен и…
— Но вы пока в стенах Университета, и я, ваш начальник, прошу зайти к себе по делу. Не вижу никаких проблем.
Лара сокрушенно вздохнула и согласилась.
Валентайн положил рюкзачок на край стола и позаботился о том, чтобы в кабинет никто не зашел или не подслушал. Лара в который раз восхитилась работой пальцев начальника. Его чары казались сошедшими со страниц учебников — идеальными, выверенными, без единого ненужного движения.
— Итак, Лара? — декан остановился перед госпожой Даш и сложил руки на груди. — Потрудитесь объяснить, чего вы хотите. Женская логика, увы, столь запутана, что я не в состоянии ее понять.
Лара молчала, нервно сжимая пальцы.
— Хорошо, — вздохнул декан и наконец-то сел, — я помогу. Буду задавать наводящие вопросы. Итак, вы подлили зелье, желая добиться моего расположения?
Госпожа Даш обреченно кивнула.
— Вам приятны мои ухаживания?
Лара снова кивнула и с тоской покосилась на дверь. Чары декана быстро не снять, да и сам он наверняка найдет способ остановить строптивую подчиненную.
— Хорошо, делайте, — смирилась госпожа Даш и расстегнула верхнюю пуговку платья. — Я понимаю, вы начальник, а я имела неосторожность…
— И после этого вы обвиняете меня в домогательствах? — рассмеялся Валентайн. — Это не у меня, а у вас все мысли… хм… о постели. Но, полагаю, строгое воспитание мешает признать наличие желания, поэтому вы и ведете себя столь неадекватно, выставляя меня насильником. Признаться, это вызывает недоумение.
— Господин Сарен, — Лара с трудом подбирала слова, но старалась побороть волнение, — это переходит все границы! Да, я принимала ваши ухаживания, но торт…
— Да безобиден этот торт, будь он неладен! — взорвался декан и ударил кулаком по столу. — Ну не виноват я, что вы нечто себе вообразили — утром, при незапертой двери, за десять минут до звонка, когда каждый знал, где вы! Милая шалость, не более. Понаблюдайте за людьми, увидите, многие в ресторанах так делают. Или лучше было попросить поцеловать? Это равноценно, Лара! И это прилично. Разумеется, если двоих что-то связывает.
Договорив, Валентайн взглянул на разбитые костяшки и, вздохнув, полез в карман за носовым платком.
— Больно? — участливо спросила Лара. — Неужели до крови?
Она чувствовала себя виноватой. Подозревала начальника в желании развлечься на рабочем месте, а он, оказывается, думал об отношениях, то есть о том, чего Лара так страстно желала.
Декан отмахнулся и отвернулся, останавливая кровь. Поерзав немного на стуле, Лара подошла и бережно взяла за руку.
— Можно я посмотрю?
Она аккуратно развернула платок и коснулась губами ранки. Валентайн содрал кожу, через часик все заживет.
— Лара, а как же приличия? — ехидно поинтересовался Валентайн.
Вместо ответа она вновь поцеловала кровоточащий палец.
— Простите, — выпрямившись, пробормотала госпожа Даш, — мне до этого только цветы дарили, комплименты говорили, и никто… Я не хотела вас оскорбить, просто никогда не заводила серьезных отношений и… Словом, дальше пары свиданий не заходило.
— Тогда все ясно, — пробормотал Валентайн, рассматривая пострадавший палец. — Ваш возраст ввел в заблуждение. Но того, что вы сделали, не надо, Лара. Тогда это была игра, теперь же… Однако, мало же я о вас знаю!
— Я хотела загладить вину, вот и решила… Глупо, да?
— Глупо, — подтвердил декан. — Больше никогда так не делайте. А теперь давайте выясним приемлемые для вас границы. Поцелуи, объятия? Если да, то какие.
— Любые. Вряд ли вы этим меня напугаете.
— Вот и славно! Идите сюда, Лара. Обещаю ничего непристойного не предлагать.
Лара замялась, задумавшись, какое «сюда» имел в виду декан, и в итоге присела на стол, касаясь Валентайна ногами. Тот с улыбкой покачал головой, положил руки на талию госпожи Даш и потянулся к губам. Лара ответила тем же и уже через минуту самозабвенно целовалась с деканом. Оказалось, сидеть на столе совсем неудобно, но перебираться на колени к Валентайну госпожа Даш пока не желала: всему свое время.
— Итак, в восемь, — оторвавшись от ее губ, напомнил декан.
Лара кивнула и с сожалением сползла на пол. Не удержалась и положила ладонь на плечо Валентайна. Тот перехватил ее, перевернул и поцеловал.
— Книги не забудьте. Проводить не смогу: дела.
Вспыхнув, опали чары с двери. Но Ларе не хотелось уходить, она с удовольствием бы посидела рядом с деканом, посмотрела, как он работает.
— Вот такой вы мне нравитесь, — улыбнулся Валентайн. — Милая, очаровательная девушка, которая ничего не додумывает и ведет себя естественно. До вечера, Лара!
ГЛАВА 5
Флавия подозрительно поглядывала на подругу и в который раз с намеком спросила, ждать ли ее возвращения или смело ложится спать. Лара приютила давнюю приятельницу, категорично заявив, незачем тратить деньги на гостиницу, если в городе есть друзья. И ничего, что квартирка маленькая, в тесноте да не в обиде. Госпожа Даш вопрос подруги игнорировала и продолжала терзаться сомнениями, стоит ли надеть туфельки или практичные сапожки.
Часы показывали три четверти восьмого.
— А под платье ты что надела? — не унималась Флавия.
— Какая разница? — удивленно глянула на нее Лара. — У нас просто свидание.
— Никогда не знаешь, когда «просто свидание» превратится в «просто утро», — назидательно заметила подруга и решительно направилась в спальню. — Хотя бы подвязки надень!
Лара пропустила наставления мимо ушей. Она твердо решила не допускать сегодня никаких вольностей. Хватит ошибок за день! Дважды обвинила Валентайна в домогательствах, дважды опозорилась. Но крем… Определенно, декан намекал на нечто большее, чем поцелуй, и, вероятно, ожидал, будто Лара поймет. Однако здесь, в Альде, никто, вопреки заявлениям Валентайна, подобного не практиковал.
Флавия вернулась, размахивая позабытым комплектом белья, тем самым, который Лара купила четыре года назад и о котором старалась не вспоминать. Как и о том, ради кого она один единственный раз его надела.
— Вот, отличный вариант.
Лара скептически осмотрела кружевное великолепие и покачала головой. Флавия вздумала настаивать, но ее перебил звук дверного колокольчика. Глянув на часы, Лара поняла — Валентайн. Минута в минуту.
Пожелав подруге удачи, Флавия скрылась в спальне, а госпожа Даш отправилась открывать. Замешкавшись, она так и не успела обуться.
Декан пришел не с пустыми руками: принес розу. Глянул на босые ноги Лары и посоветовал надеть туфли: «Сапоги с таким платьем не смотрятся». Сообразив, что даже не натянула чулки, госпожа Даш, извинившись, ринулась в спальню. Вслед полетел смех Валентайна.
Ресторан, куда декан привез Лару, оказался ей не знаком. Дорогой, с открытой летней верандой, пустовавшей в виду времени года, он напоминал дворец. Повсюду позолота, серебряные приборы, хрусталь, а официанты выглядели будто королевские ливрейные лакеи.
— Я заказал отдельный кабинет, — шепнул Валентайн и повел оторопевшую Лару через залитый теплым ровным светом зал. За ними тенью следовал метрдотель и один из официантов.
— Сюда, — перед гостями услужливо распахнулась дверь в обитый синей парчой кабинет с мягкими стульями и столиком на двоих. — Музыку? Цветы?
Валентайн вопросительно глянул на Лару. Та поспешила отказаться.
Официант отодвинул гостям стулья, вытащил из ведерка со льдом и откупорил бутылку шампанского. Игристый напиток заструился по бокалам.
Лара нервничала. С одной стороны, она не в первый раз ужинала с Валентайном, с другой, он никогда не заказывал отдельных кабинетов. Очевидно, предстояло не только поесть, но и переговорить о чем-то серьезном, раз потребовалось полное уединение. Другое предназначение кабинета Лара сразу отмела: декан не такой.
Подождав, пока официант уйдет, Валентайн провозгласил тост за прелестную спутницу.
Тот самый разговор декан завел после первой перемены, спросил прямо в лоб:
— Лара, как далеко у вас заходило с мужчинами? Я ошибался в одном, могу ошибаться и в другом. Признаться, вы меня озадачили своим поведением.
— Я не понимаю…
— Скажем так, у меня были некоторые планы на этот вечер, я полагал, вы не станете возражать, но торт… Словом, вы?..
— Нет, — покраснев, ответила Лара, наконец догадавшись, куда он клонит.
— Что — нет? — уточнил Валентайн, вертя в пальцах ножку бокала. — Не было или было?
— Было. Один раз, — неохотно призналась госпожа Даш и, осмелев, спросила: — А вы рассчитывали сегодня остаться на ночь?
Декан кашлянул и не стал отрицать подобного желания, но тут же добавил, что не собирается ни на чем настаивать и торопить Лару. Та ответила гробовым молчанием и сделала вид, будто интересуется содержимым тарелки, хотя уже битых пять минут тыкала вилкой один и тот же салатный лист.
— Разрешите нескромный вопрос? Если не желаете, не отвечайте, но что же сотворил тот кавалер, раз вы так к этому относитесь?
— Ничего особенного, — покрывшись пятнами, пробормотала госпожа Даш. — Просто я ожидала иного.
— Можно попробовать вас переубедить?
— Если вам нужно только это, господин Сарен, — Лара положила вилку, поднялась и потянулась за пальто, — то вы ошиблись с выбором девушки. Я уже говорила, без любви…
— Не только. И какая вы, я теперь знаю.
Валентайн тоже встал и положил руки на ее подрагивающие плечи.
— Ну же, Лара, я просто пытался понять. И никуда я вас сегодня не потащу.
Он наклонился и поцеловал Лару в губы, но не так, как в первый раз, а бережно, нежно, заставив поверить, что видит в ней не постельную игрушку. Госпожа Даш сдалась, прижалась к декану и прошептала: «Если вы меня действительно любите, я готова остаться хоть сегодня, но я должна вам верить». Валентайн коснулся носом ее волос и так же тихо спросил: «А вы не верите?» Лара молчала. Пальцы на мгновенье судорожно вцепились в пиджак декана, смяв мягкую шерсть, а потом поползли вверх, зарывшись в волосы. Госпожа Даш подняла лицо и взглянула на Валентайна. Его глаза были так близко, как и губы, и Лара не выдержала, потянулась к ним, но в последний момент отпрянула.
Почувствовав изменение настроения спутницы, Валентайн отпустил ее и завел разговор о недавней комиссии. Декан шутил, что от проверки больше проблем, чем пользы, делился впечатлениями о чиновниках, их поведении, умственных способностях и одежде.
