За разговорами они оказались в публичной части внутреннего сада вблизи подъезда Дворца заседаний.
Взгляд Зары случайно упал на площадку перед лестницей – Меллон Аидара! Стоит, вертит в руках цветок, с нетерпением посматривает на двери. Наверняка ждёт Зару. Напрасно теряете время, она оскорблений не забывает.
Глаза на миг потемнели. От нахлынувшей злости и обиды девушка больно прикусила губу.
Меллон оттолкнул её и теперь решил, будто всё в порядке? Зара отдала ему себя – он не взял. Какие уж теперь розы? Девичья честь стоит дороже, а Меллон втоптал её в грязь.
Поборов желание подойти и высказать Меллону в лицо всё, что думает о нём и его постыдном поведении прошлой ночью, Зара отступила вглубь сада, чтобы собраться с мыслями и успокоиться.
Нет, ничего говорить сейчас не нужно, её позор не должен стать достоянием общественности, но безнаказанным поступок вероломного возлюбленного не останется.
Зара усмехнулась и накинула на зрачки пелену лазури.
Меллон не достоин переживаний, он отныне никто, просто один из мужчин.
— Зара, с вами все в порядке? – встревожено поинтересовался принц.
Девушка хотела попросить оставить её одну, когда боковым зрением уловила, что Меллон смотрит на них. Услышал знакомое имя? Так и есть, понял, что Зара в саду, и теперь шёл сюда. Нерешительно: что, совесть проснулась?
У Зары было два варианта: попытаться открыть телепорт и постыдно сбежать или с глазу на глаз высказать претензии. Но девушка предпочла третий вариант. Пленительно улыбнувшись Арилану, она соврала, будто потеряла колечко и пыталась его найти. Разумеется, принц тут же предложил свои услуги и с энтузиазмом присоединился к поискам. Не теряя времени, девушка сплела сеть заклинания и перенесла к клумбе с пионами первое попавшее колечко из шкатулки с драгоценностями. Просто диву даёшься, на экзамене двух слов связать не могла, а тут запросто перемещения вещей проделала! Жаль, что никто не оценит. Хотя, Меллон бы сумел, почувствовал бы магию, но Арилан не волшебник, у него перед носом можно и не такое проделать.
Естественно, кольцо нашёл принц. Зара же изображала поиски, на самом деле не сводя глаз с застывшего в паре десятков ярдов несостоявшегося любовника. Присутствие Арилана явно не входило в его планы, и Меллон не спешил подходить. Девушка ощущала его нервозность, молчаливую просьбу подойти, но делала вид, будто не замечает.
— Спасибо, Арилан, чтобы я без вас делала!
Зара благодарно улыбнулась и забрала пропажу. Забрала не просто так, на мгновенье задержав пальцы на ладони принца. И, взмахнув ресницами, надела кольцо на безымянный палец.
Как заправская актриса, Зара разыгрывала сцену так, чтобы единственный зритель всё хорошо видел и слышал: и кокетливый взгляд, и полёт ресниц, и лазурь глаз, и полуулыбки, подчеркнутый интерес к оживившемуся от такого внимания принцу.
— Ах, Арилан, все девушки Айши, наверное, от вас без ума!
И мысленно, другому:
— Что, не нравится? Привыкай, милый, ты не единственный мужчина на свете, есть красивее, знатнее, умнее и заботливее тебя.
— А от вас все мужчины, — галантно ответил принц, предлагая опереть о свою руку.
Разумеется, Зара согласилась: у неё ведь с утра так устали ноги.
Снова улыбка, снова взмах ресниц.
Желая ещё больше уколоть, растерзать, девушка наклонилась к уху спутника и прошептала:
— Вы настоящий светский лев, ваше высочество! Год назад вы были совсем другим.
Принц смутился. Зара этого и добивалась: богатое поле для размышлений. Пусть Меллон гадает, что она сказала.
Беззаботно расспрашивая Арилана о занятиях, планах на ближайший месяц, Зара прошла мимо напряженного мага, равнодушно чиркнула взглядом по лицу и сухо поздоровалась, будто они едва знакомы.
Меллон помрачнел, подался вперёд, к ней, но девушка уже повернулась к нему спиной. Он правильно истолковал её жест и остался стоять, где стоял.
Зарин смех колокольчиком разносился по двору, заставляя Меллона всё сильнее сжимать розу.
Проводив принца до фехтовального зала, девушка обещала как-нибудь с ним поужинать и распрощалась. Она боялась, что Меллон караулит её во дворе, но ошиблась, маг не стал унижаться. И правильно сделал: Зара не одарила бы его ничем, кроме презрения.
Девушка вернулась домой, переоделась и перебросилась парой слов с Апполиной. Оказалось, Зара дурно думала о кузине. Та принимала активное участие в травле совести Рэнальда Рандрина. Бедный герцог, несложно представить, каким изувером в собственных глазах изобразила его племянница!
Зара во всех подробностях выслушала рассказ о прошлой ночи, заверила Апполину, что они с отцом помирились. Так незаметно пролетело время до обеда.
Вернулся из Дворца заседаний Рандрин, сели обедать.
Герцог, видимо, сомневался, что дочь не собиралась променять родной дом на прелести самостоятельного существования, и пару раз бросил на неё обеспокоенный взгляд. На каждый девушка ответила улыбкой.
После обеда все разошлись. Рандрин вернулся на службу, Апполина отправилась в Департамент внутренних дел, а Зара поспешила успокоить Бланш: она ведь беспокоится, переживает.
Дом семьи Мавери казался оплотом тишины и спокойствия. Наверное, Бланш с Авестом — счастливая семейная пара. Если и дальше так пойдёт, стоит ожидать прибавления в семействе. Бланш по секрету шепнула, что мечтает о ребёнке. Зара её не понимала. Девушка не желала детей, даже от любимого человека, считая неуправляемыми и бесполезными существами. Прибавьте к этому девять месяцев тошноты, отёков, утиную походку и кучу других специфических женских проблем: стоит ли игра свеч? А потом не спать ночами, следить, чтобы ребёнок ничего не учудил… Нет, не разделяла Зара любви Бланш к «головастикам», но вслух, разумеется, своего мнения не высказала. У подруги своя жизнь, у неё – своя. Хочет детей – пусть заводит, главное, чтобы была счастлива.
Вид улыбающихся супругов в этот раз заставил отвернуться и сделать вид, будто рассматривает новую вазу. Авест заглянул всего на пару минут, чтобы проведать жену. Он со дня на день заступал на новую должность в муниципалитете – заведовать городской стражей. Это компромиссное решение устраивало и его самого, и родителей супруги.
Будущий начальник стажи Айши вручил жене кулёк конфет, чмокнул в щёчку и убежал. Вслед за ним поднялась и Зара. Её снова накрыла горячая волна чувств. Совсем недавно Зару тоже целовали, но, как выяснилось, не любили. Морочил голову целый год, чтобы потом нанести самое изощренное из оскорблений.
Девушке захотелось разбить что-нибудь, запустить в стену огненный шар, но она сдержалась, даже нашла силы сердечно попрощаться с Бланш.
Покусывая губы, машинально отвечая на приветствия, Зара брела домой – а перед глазами стояла картина чужого счастья. Что ж, утешала она себя, любовь – вещь несерьёзная, из нее не вышел бы толк. Нужно задушить боль занятиями, задуматься о карьере, а не мечтать о благосклонности Меллона. И ладно, если бы Зара страдала по принцу — этот, кстати, в неё влюблён – так какой-то первый помощник главы Департамента магической обороны! Он её не стоит, неблагодарная скотина!
— Зара, ты сегодня специально меня игнорируешь?
Девушка вздрогнула, услышав печальный голос Меллона. Тот стоял возле дворца Рандринов, за спиной – корзина роз.
Зара скривила губы в ухмылке и нарочито отвернулась. Волна холодного презрения накрыла Меллона.
— Ты всё неправильно поняла, милая… — попытался оправдаться Меллон.
Он сделал шаг к Заре и беспомощно оглянулся на розы, не зная, как объяснить случившееся. Что Меллон не мог поступить с любимой так дурно, что это нельзя делать вот так, и он заботился, а не оскорблял. Зару, увы, воспитали иначе, в свободной морали.
— Я всё правильно поняла, Меллон Аидара, не утруждать себя объяснениями, — сквозь зубы процедила Зара, непроизвольно сжав кулаки. Глаза балансировали на тонкой грани между синим и тёмно-серым. Она так и стояла к магу спиной, гордая и неприступная. – Между нами всё кончено.
— Хотя, — девушка усмехнулась, — между нами ничего и не было, не так ли? Спасибо, что удосужились сообщить об этом, а то бы я до сих пор пребывала во власти иллюзий.
— Зара, прости меня! – взмолился Меллон, наплевав на свидетелей этой сцены. – Я виноват, это я плохо объяснил…
— Я вас не задерживаю, Меллон. Идите, а то отец увидит, начнёт интересоваться, кому вы приволокли огромный веник, — Зара кивнула на корзину с розами. – Какой-нибудь девушке из департамента подарите, она оценит.
— Герцог уже меня видел и одарил сочувственным взглядом.
— Вот видите, даже отец считает вас жалким. Всего хорошего, баронет Аидара!
Резко развернувшись на каблучках, девушка шагнула к лестнице, но Меллон преградил ей дорогу и в мольбе ухватил за руки.
— Зара, как вы жестоки! Что, что мне сделать, чтобы вы меня простили?
Он с надеждой смотрел ей в глаза, нежно сжимая пальцы. Увы, девушка быстро вырвала руки, давая понять, что ласка неприятна.
— Исчезнуть, — голос Зары обжигал холодом. – Прямо сейчас. Или мне позвать дворецкого?
Меллон низко опустил голову и прошептал:
— Прости меня, я действительно не хотел тебя оскорбить. Думал, так лучше.
— Меньше надо было думать, — отрезала Зара и, воспользовавшись замешательством мага, скрылась за дверью.
Прислонившись спиной к стене, девушка никак не могла отдышаться, ощущая знакомое покалывание в горле и глазах. Но она не расплачется, Меллон не дождётся слёз. Прощения он пришел просить, цветы принёс! Так и не понял, как сильно обидел!
Не желая, чтобы кто-нибудь видел её в расстроенных чувствах, Зара поспешила в спальню, заперлась и целый час пролежала на кровати, вперив взгляд в потолок.
Когда девушка пришла к себе и отперла дверь, на пороге дожидалась знакомая корзина роз. Даже не взглянув, прилагалась ли к ней записка, Зара отнесла цветы Апполине.
— Ты уверена, что поступаешь правильно? – Апполина покосилась на гору писем, аккуратной стопкой высившихся на подносе. Ни одно из них получательница так и не распечатала.
Зара рассеянно оторвала взгляд от книги и с трудом сфокусировала мысли на вопросе кузины. Который день девушка думала только о предстоящем экзамене на первый уровень боевой магии. Роковая дата завтра, Заре ещё столько нужно повторить, отшлифовать! И так придется отца беспокоить, просить, чтобы проверил правильность одного заклинания.
Апполина покачала головой, взяла в руки первое попавшееся письмо и протянула кузине.
— По-моему, его старания достойны внимания. Моя комната уже превратилась в оранжерею.
— А ты отнеси цветы в храм и прикажи больше ничего не брать от сеньора Аидары.
— Зара, он тебя любит!
Полуэльфийка с мольбой посмотрела в холодные синие глаза. Вся в отца – у того тоже вместо сердца нечто странное. Вот и теперь, Зара не желает слышать и видеть того, кто каждый день с надеждой ждёт в приёмной. И уходит, понурив голову, слышав очередное: «Госпожа не может вас принять». Апполина искренне жалела несчастного, которого по неизвестной причине никак не желала простить возлюбленная. Не верила, будто Меллон мог совершить что-то ужасное.
— Это не любовь, Апполина, это совесть. И, раз уж ты начала этот разговор, попроси вернуть ему письма.
Нет, её не переделаешь, порода Рандринов проявилась в Заре в полной мере. Апполина смирилась, перестала пытаться, но решила поговорить с молодым человеком, чтобы тот напрасно не унижался.
Разумеется, в условный час Меллон уже мерил шагами приёмную. Заслышав лёгкую поступь, маг дёрнулся, обернулся с улыбкой на устах. Она тут же померкла при виде Апполины. Увидев письма в её руках, Меллон окончательно убедился, что все труды напрасны.
Сначала, как принято, последовал формальный обмен приветствиями, вежливые расспросы об общих знакомых, текущих событиях в королевстве. Апполина не знала, как начать неприятный разговор, Меллон помог ей.
— Она велела их вернуть? – маг кивнул на письма. – И не одно не прочитала, верно? Что ж, можете передать сеньорите Заре Рандрин, отныне я не стану докучать ей. Ни приходить, ни писать.
— Поверьте, сеньор Аидара, я пыталась повлиять на неё…
— Повлиять на Зару? – усмехнулся Меллон. – Легче приручить дракона! И, — голос его дрогнул, — удачи ей на экзамене. Знаю, он завтра. Туда я тоже не приду, пусть не нервничает.
Маг забрал письма и направился к выходу. Уже в дверях вежливо попрощался, поблагодарил и извинился за причинённое беспокойство.
Апполина сочувственно посмотрела ему вслед и пожелала Заре когда-нибудь обрести сердце.
Заре не спалось. В мозгу крутилась навязчивая мысль, что она непременно провалится, опозорится перед магами – а ведь со многими из них предстояло часто встречаться во Дворце заседаний. И на работу заступать через неделю, времени на пересдачу нет, да и не даст никто пересдать раньше, чем через год.
Отец посмеивался над страхами дочери, однако почти насильно заставил выпить на ночь горький напиток, но обещанного спокойствия он не принёс.
Зара волновалась, как перед выпускным экзаменом. Лежала на кровати и смотрела в потолок. Потом не выдержала, затеплила свечу и попробовала читать, но один вид букв вызывал тошноту.
Сколько же в Заре заклинаний – а кажется, будто не помнит ни одного!
Около двух часов ночи девушка не выдержала, оделась и подошла к окну. Открыв его, Зара расправила крылья и мягко спланировала в сад. Безусловно, можно было спуститься привычным путём, но девушка не хотела никого будить. А тут раз – и уже на месте.
Песчаные дорожки тонули в темноте, воздух полнился ароматом цветов – естественными природными духами, превзойти которые не удалось ни одному парфюмеру.
Не убирая крылья, – кого ими здесь напугаешь? – Зара бродила по саду, скользя пальцами по влажным от ночной росы лепесткам, пробовала на вкус бархатную темноту, мысленно беседовала с бриллиантами звезд на небосводе.
Волнение постепенно улеглось, но сон не приходил.
Вспомнив былые времена и сладкое чувство безграничной свободы, лёгкости и безвременья, девушка поддалась искушению и крылатой тенью скользнула в объятия неба.
Нежась в потоках воздуха, ласкавших кожу, Зара парила над городом. Внизу мерцали редкие огоньки, обходили улицы ночные патрули, блестела серебристая, отливающая луной, лента Шина, прорезали темноту острые шпили храмов… Самый высокий – Эйфейи, но девушка старалась не смотреть на него: он напоминал об одном человеке.
А ведь Зара могла приземлиться на крышу Меллона, или маг и там расставил охранки?
Девушка в задумчивости кружилась над знакомым рыжим домом, вспоминала всё, что их связывало, задумалась над словами Апполины. Может, стоило прочитать хоть одно письмо, объяснить, чем именно он её обидел?
Зара неожиданно ощутила чувство вины, задумалась над чувствами Меллона. Вдруг он действительно не понимал, обидел, сам того не осознавая, и теперь мучился.
Ночь делает такой сентиментальной!
Если бы в окне Меллона зажегся свет, Зара спустилась бы и поговорила с ним. Но огонёк не забрезжил, и девушка, сделав пару кругов над крышей, полетела прочь, за пределы Старого города.
Зара приземлилась на набережной Шина, подставила лицо едва уловимому ветерку, будто собравшись пошептаться с ним об общих секретах. Вокруг было пустынно, только ее одинокая фигурка посреди темноты.
Взгляд Зары случайно упал на площадку перед лестницей – Меллон Аидара! Стоит, вертит в руках цветок, с нетерпением посматривает на двери. Наверняка ждёт Зару. Напрасно теряете время, она оскорблений не забывает.
Глаза на миг потемнели. От нахлынувшей злости и обиды девушка больно прикусила губу.
Меллон оттолкнул её и теперь решил, будто всё в порядке? Зара отдала ему себя – он не взял. Какие уж теперь розы? Девичья честь стоит дороже, а Меллон втоптал её в грязь.
Поборов желание подойти и высказать Меллону в лицо всё, что думает о нём и его постыдном поведении прошлой ночью, Зара отступила вглубь сада, чтобы собраться с мыслями и успокоиться.
Нет, ничего говорить сейчас не нужно, её позор не должен стать достоянием общественности, но безнаказанным поступок вероломного возлюбленного не останется.
Зара усмехнулась и накинула на зрачки пелену лазури.
Меллон не достоин переживаний, он отныне никто, просто один из мужчин.
— Зара, с вами все в порядке? – встревожено поинтересовался принц.
Девушка хотела попросить оставить её одну, когда боковым зрением уловила, что Меллон смотрит на них. Услышал знакомое имя? Так и есть, понял, что Зара в саду, и теперь шёл сюда. Нерешительно: что, совесть проснулась?
У Зары было два варианта: попытаться открыть телепорт и постыдно сбежать или с глазу на глаз высказать претензии. Но девушка предпочла третий вариант. Пленительно улыбнувшись Арилану, она соврала, будто потеряла колечко и пыталась его найти. Разумеется, принц тут же предложил свои услуги и с энтузиазмом присоединился к поискам. Не теряя времени, девушка сплела сеть заклинания и перенесла к клумбе с пионами первое попавшее колечко из шкатулки с драгоценностями. Просто диву даёшься, на экзамене двух слов связать не могла, а тут запросто перемещения вещей проделала! Жаль, что никто не оценит. Хотя, Меллон бы сумел, почувствовал бы магию, но Арилан не волшебник, у него перед носом можно и не такое проделать.
Естественно, кольцо нашёл принц. Зара же изображала поиски, на самом деле не сводя глаз с застывшего в паре десятков ярдов несостоявшегося любовника. Присутствие Арилана явно не входило в его планы, и Меллон не спешил подходить. Девушка ощущала его нервозность, молчаливую просьбу подойти, но делала вид, будто не замечает.
— Спасибо, Арилан, чтобы я без вас делала!
Зара благодарно улыбнулась и забрала пропажу. Забрала не просто так, на мгновенье задержав пальцы на ладони принца. И, взмахнув ресницами, надела кольцо на безымянный палец.
Как заправская актриса, Зара разыгрывала сцену так, чтобы единственный зритель всё хорошо видел и слышал: и кокетливый взгляд, и полёт ресниц, и лазурь глаз, и полуулыбки, подчеркнутый интерес к оживившемуся от такого внимания принцу.
— Ах, Арилан, все девушки Айши, наверное, от вас без ума!
И мысленно, другому:
— Что, не нравится? Привыкай, милый, ты не единственный мужчина на свете, есть красивее, знатнее, умнее и заботливее тебя.
— А от вас все мужчины, — галантно ответил принц, предлагая опереть о свою руку.
Разумеется, Зара согласилась: у неё ведь с утра так устали ноги.
Снова улыбка, снова взмах ресниц.
Желая ещё больше уколоть, растерзать, девушка наклонилась к уху спутника и прошептала:
— Вы настоящий светский лев, ваше высочество! Год назад вы были совсем другим.
Принц смутился. Зара этого и добивалась: богатое поле для размышлений. Пусть Меллон гадает, что она сказала.
Беззаботно расспрашивая Арилана о занятиях, планах на ближайший месяц, Зара прошла мимо напряженного мага, равнодушно чиркнула взглядом по лицу и сухо поздоровалась, будто они едва знакомы.
Меллон помрачнел, подался вперёд, к ней, но девушка уже повернулась к нему спиной. Он правильно истолковал её жест и остался стоять, где стоял.
Зарин смех колокольчиком разносился по двору, заставляя Меллона всё сильнее сжимать розу.
Проводив принца до фехтовального зала, девушка обещала как-нибудь с ним поужинать и распрощалась. Она боялась, что Меллон караулит её во дворе, но ошиблась, маг не стал унижаться. И правильно сделал: Зара не одарила бы его ничем, кроме презрения.
Девушка вернулась домой, переоделась и перебросилась парой слов с Апполиной. Оказалось, Зара дурно думала о кузине. Та принимала активное участие в травле совести Рэнальда Рандрина. Бедный герцог, несложно представить, каким изувером в собственных глазах изобразила его племянница!
Зара во всех подробностях выслушала рассказ о прошлой ночи, заверила Апполину, что они с отцом помирились. Так незаметно пролетело время до обеда.
Вернулся из Дворца заседаний Рандрин, сели обедать.
Герцог, видимо, сомневался, что дочь не собиралась променять родной дом на прелести самостоятельного существования, и пару раз бросил на неё обеспокоенный взгляд. На каждый девушка ответила улыбкой.
После обеда все разошлись. Рандрин вернулся на службу, Апполина отправилась в Департамент внутренних дел, а Зара поспешила успокоить Бланш: она ведь беспокоится, переживает.
Дом семьи Мавери казался оплотом тишины и спокойствия. Наверное, Бланш с Авестом — счастливая семейная пара. Если и дальше так пойдёт, стоит ожидать прибавления в семействе. Бланш по секрету шепнула, что мечтает о ребёнке. Зара её не понимала. Девушка не желала детей, даже от любимого человека, считая неуправляемыми и бесполезными существами. Прибавьте к этому девять месяцев тошноты, отёков, утиную походку и кучу других специфических женских проблем: стоит ли игра свеч? А потом не спать ночами, следить, чтобы ребёнок ничего не учудил… Нет, не разделяла Зара любви Бланш к «головастикам», но вслух, разумеется, своего мнения не высказала. У подруги своя жизнь, у неё – своя. Хочет детей – пусть заводит, главное, чтобы была счастлива.
Вид улыбающихся супругов в этот раз заставил отвернуться и сделать вид, будто рассматривает новую вазу. Авест заглянул всего на пару минут, чтобы проведать жену. Он со дня на день заступал на новую должность в муниципалитете – заведовать городской стражей. Это компромиссное решение устраивало и его самого, и родителей супруги.
Будущий начальник стажи Айши вручил жене кулёк конфет, чмокнул в щёчку и убежал. Вслед за ним поднялась и Зара. Её снова накрыла горячая волна чувств. Совсем недавно Зару тоже целовали, но, как выяснилось, не любили. Морочил голову целый год, чтобы потом нанести самое изощренное из оскорблений.
Девушке захотелось разбить что-нибудь, запустить в стену огненный шар, но она сдержалась, даже нашла силы сердечно попрощаться с Бланш.
Покусывая губы, машинально отвечая на приветствия, Зара брела домой – а перед глазами стояла картина чужого счастья. Что ж, утешала она себя, любовь – вещь несерьёзная, из нее не вышел бы толк. Нужно задушить боль занятиями, задуматься о карьере, а не мечтать о благосклонности Меллона. И ладно, если бы Зара страдала по принцу — этот, кстати, в неё влюблён – так какой-то первый помощник главы Департамента магической обороны! Он её не стоит, неблагодарная скотина!
— Зара, ты сегодня специально меня игнорируешь?
Девушка вздрогнула, услышав печальный голос Меллона. Тот стоял возле дворца Рандринов, за спиной – корзина роз.
Зара скривила губы в ухмылке и нарочито отвернулась. Волна холодного презрения накрыла Меллона.
— Ты всё неправильно поняла, милая… — попытался оправдаться Меллон.
Он сделал шаг к Заре и беспомощно оглянулся на розы, не зная, как объяснить случившееся. Что Меллон не мог поступить с любимой так дурно, что это нельзя делать вот так, и он заботился, а не оскорблял. Зару, увы, воспитали иначе, в свободной морали.
— Я всё правильно поняла, Меллон Аидара, не утруждать себя объяснениями, — сквозь зубы процедила Зара, непроизвольно сжав кулаки. Глаза балансировали на тонкой грани между синим и тёмно-серым. Она так и стояла к магу спиной, гордая и неприступная. – Между нами всё кончено.
— Хотя, — девушка усмехнулась, — между нами ничего и не было, не так ли? Спасибо, что удосужились сообщить об этом, а то бы я до сих пор пребывала во власти иллюзий.
— Зара, прости меня! – взмолился Меллон, наплевав на свидетелей этой сцены. – Я виноват, это я плохо объяснил…
— Я вас не задерживаю, Меллон. Идите, а то отец увидит, начнёт интересоваться, кому вы приволокли огромный веник, — Зара кивнула на корзину с розами. – Какой-нибудь девушке из департамента подарите, она оценит.
— Герцог уже меня видел и одарил сочувственным взглядом.
— Вот видите, даже отец считает вас жалким. Всего хорошего, баронет Аидара!
Резко развернувшись на каблучках, девушка шагнула к лестнице, но Меллон преградил ей дорогу и в мольбе ухватил за руки.
— Зара, как вы жестоки! Что, что мне сделать, чтобы вы меня простили?
Он с надеждой смотрел ей в глаза, нежно сжимая пальцы. Увы, девушка быстро вырвала руки, давая понять, что ласка неприятна.
— Исчезнуть, — голос Зары обжигал холодом. – Прямо сейчас. Или мне позвать дворецкого?
Меллон низко опустил голову и прошептал:
— Прости меня, я действительно не хотел тебя оскорбить. Думал, так лучше.
— Меньше надо было думать, — отрезала Зара и, воспользовавшись замешательством мага, скрылась за дверью.
Прислонившись спиной к стене, девушка никак не могла отдышаться, ощущая знакомое покалывание в горле и глазах. Но она не расплачется, Меллон не дождётся слёз. Прощения он пришел просить, цветы принёс! Так и не понял, как сильно обидел!
Не желая, чтобы кто-нибудь видел её в расстроенных чувствах, Зара поспешила в спальню, заперлась и целый час пролежала на кровати, вперив взгляд в потолок.
Когда девушка пришла к себе и отперла дверь, на пороге дожидалась знакомая корзина роз. Даже не взглянув, прилагалась ли к ней записка, Зара отнесла цветы Апполине.
ГЛАВА 6
— Ты уверена, что поступаешь правильно? – Апполина покосилась на гору писем, аккуратной стопкой высившихся на подносе. Ни одно из них получательница так и не распечатала.
Зара рассеянно оторвала взгляд от книги и с трудом сфокусировала мысли на вопросе кузины. Который день девушка думала только о предстоящем экзамене на первый уровень боевой магии. Роковая дата завтра, Заре ещё столько нужно повторить, отшлифовать! И так придется отца беспокоить, просить, чтобы проверил правильность одного заклинания.
Апполина покачала головой, взяла в руки первое попавшееся письмо и протянула кузине.
— По-моему, его старания достойны внимания. Моя комната уже превратилась в оранжерею.
— А ты отнеси цветы в храм и прикажи больше ничего не брать от сеньора Аидары.
— Зара, он тебя любит!
Полуэльфийка с мольбой посмотрела в холодные синие глаза. Вся в отца – у того тоже вместо сердца нечто странное. Вот и теперь, Зара не желает слышать и видеть того, кто каждый день с надеждой ждёт в приёмной. И уходит, понурив голову, слышав очередное: «Госпожа не может вас принять». Апполина искренне жалела несчастного, которого по неизвестной причине никак не желала простить возлюбленная. Не верила, будто Меллон мог совершить что-то ужасное.
— Это не любовь, Апполина, это совесть. И, раз уж ты начала этот разговор, попроси вернуть ему письма.
Нет, её не переделаешь, порода Рандринов проявилась в Заре в полной мере. Апполина смирилась, перестала пытаться, но решила поговорить с молодым человеком, чтобы тот напрасно не унижался.
Разумеется, в условный час Меллон уже мерил шагами приёмную. Заслышав лёгкую поступь, маг дёрнулся, обернулся с улыбкой на устах. Она тут же померкла при виде Апполины. Увидев письма в её руках, Меллон окончательно убедился, что все труды напрасны.
Сначала, как принято, последовал формальный обмен приветствиями, вежливые расспросы об общих знакомых, текущих событиях в королевстве. Апполина не знала, как начать неприятный разговор, Меллон помог ей.
— Она велела их вернуть? – маг кивнул на письма. – И не одно не прочитала, верно? Что ж, можете передать сеньорите Заре Рандрин, отныне я не стану докучать ей. Ни приходить, ни писать.
— Поверьте, сеньор Аидара, я пыталась повлиять на неё…
— Повлиять на Зару? – усмехнулся Меллон. – Легче приручить дракона! И, — голос его дрогнул, — удачи ей на экзамене. Знаю, он завтра. Туда я тоже не приду, пусть не нервничает.
Маг забрал письма и направился к выходу. Уже в дверях вежливо попрощался, поблагодарил и извинился за причинённое беспокойство.
Апполина сочувственно посмотрела ему вслед и пожелала Заре когда-нибудь обрести сердце.
Заре не спалось. В мозгу крутилась навязчивая мысль, что она непременно провалится, опозорится перед магами – а ведь со многими из них предстояло часто встречаться во Дворце заседаний. И на работу заступать через неделю, времени на пересдачу нет, да и не даст никто пересдать раньше, чем через год.
Отец посмеивался над страхами дочери, однако почти насильно заставил выпить на ночь горький напиток, но обещанного спокойствия он не принёс.
Зара волновалась, как перед выпускным экзаменом. Лежала на кровати и смотрела в потолок. Потом не выдержала, затеплила свечу и попробовала читать, но один вид букв вызывал тошноту.
Сколько же в Заре заклинаний – а кажется, будто не помнит ни одного!
Около двух часов ночи девушка не выдержала, оделась и подошла к окну. Открыв его, Зара расправила крылья и мягко спланировала в сад. Безусловно, можно было спуститься привычным путём, но девушка не хотела никого будить. А тут раз – и уже на месте.
Песчаные дорожки тонули в темноте, воздух полнился ароматом цветов – естественными природными духами, превзойти которые не удалось ни одному парфюмеру.
Не убирая крылья, – кого ими здесь напугаешь? – Зара бродила по саду, скользя пальцами по влажным от ночной росы лепесткам, пробовала на вкус бархатную темноту, мысленно беседовала с бриллиантами звезд на небосводе.
Волнение постепенно улеглось, но сон не приходил.
Вспомнив былые времена и сладкое чувство безграничной свободы, лёгкости и безвременья, девушка поддалась искушению и крылатой тенью скользнула в объятия неба.
Нежась в потоках воздуха, ласкавших кожу, Зара парила над городом. Внизу мерцали редкие огоньки, обходили улицы ночные патрули, блестела серебристая, отливающая луной, лента Шина, прорезали темноту острые шпили храмов… Самый высокий – Эйфейи, но девушка старалась не смотреть на него: он напоминал об одном человеке.
А ведь Зара могла приземлиться на крышу Меллона, или маг и там расставил охранки?
Девушка в задумчивости кружилась над знакомым рыжим домом, вспоминала всё, что их связывало, задумалась над словами Апполины. Может, стоило прочитать хоть одно письмо, объяснить, чем именно он её обидел?
Зара неожиданно ощутила чувство вины, задумалась над чувствами Меллона. Вдруг он действительно не понимал, обидел, сам того не осознавая, и теперь мучился.
Ночь делает такой сентиментальной!
Если бы в окне Меллона зажегся свет, Зара спустилась бы и поговорила с ним. Но огонёк не забрезжил, и девушка, сделав пару кругов над крышей, полетела прочь, за пределы Старого города.
Зара приземлилась на набережной Шина, подставила лицо едва уловимому ветерку, будто собравшись пошептаться с ним об общих секретах. Вокруг было пустынно, только ее одинокая фигурка посреди темноты.
