Какая же злая ирония судьбы получается!
- Я был зол, но быстро понял, что неправ. Я не должен был так резко отзываться о той, которую люблю, - эти слова Том произнёс тише, проникновеннее. Но они меня не тронули. Почти. – И я стал искать тебя, места себе не находил от вины и неизвестности. А после позвонила Мэл и сказала, что ты была у неё. Я сразу помчался к ней, узнать, в каком ты была состоянии и куда направилась. Но когда приехал… Лекс, я не знаю, что на меня нашло. Она была такой потерянной и расстроенной, да и я тоже… Мы сами не поняли, как всё случилось, а когда осознали, что натворили… Постарались забыть…
- Но это оказалось слишком трудной задачей, - понимающе закончила за него. Потому что полностью разделяла те же самые чувства, что и бывший.
- Да… Лекс, если бы ты знала, как я себя тогда ненавидел! – руки Тома дёрнулись в попытке дотянуться до моих, но я поспешно спрятала их под стол. Не нужно. Это лишнее. – Каждый раз я собирался рассказать тебе, но останавливался. Так как знал, что тогда потеряю тебя. Навсегда. И я не решался. Потому что ты дорога мне, Лекс. И сейчас я хочу сказать только одно – прости. Если сможешь.
- А ты? – я решительно заглянула в некогда любимые глаза. – Ты сможешь простить?
Он выдержал мой взгляд гораздо легче, чем я – его. Но вот отвечать на вопрос не спешил. И я поняла – сомневается. А может уже давно всё решил. Только вот что именно он решил? Если бы ненавидел меня – не стал бы искать встречи и оправдываться. А если до сих пор любит… на что надеется? Ведь я уже не смогу забыть того, что видела. И теперь, после его рассказа – тем более.
- Не знаю. – Выдохнул наконец потерянно мой собеседник. – Но если ты дашь нам ещё один шанс…
- Что? – мне показалось, что я ослышалась. После всего он просит дать шанс?
- Я знаю, что мы оба виноваты друг перед другом… Оба запутались в этой паутине предательства и лжи. Но…
- Нет! – резко прервала его, пока он не сказал лишнего, - нет, Том. Не будет никаких больше шансов. Прости. Я – эгоистка. Считай меня кем хочешь, даже последней тварью, но нет. Я не смогу тебя простить. Тем более, что и сама не меньше виновата перед тобой. – Я шумно втянула носом воздух и на одном дыхании выпалила, то что жгло изнутри уже довольно давно: - Потому что в тот самый день, как ты и Мэл переспали, мы с Ником тоже…переспали. И я прекрасно понимаю твои чувства, так как сама ненавидела себя. До сих пор ещё ненавижу. Скажи, как я могу простить кого-то, когда саму себя не получается?
- Лекс…
Потрясённый шёпот Тома дрожью прошёлся по телу. Нет, это было выше моих сил: сидеть здесь, видеть его, слышать…
- Прости, - я вскочила из-за столика, едва не уронив свой бокал. Бежать. Надо бежать от него.
Что я собственно и сделала, оставив в прошлом бывшего и все чувства к нему. Прав был тогда Ник, когда сказал Тому: «в расчёте». Теперь мы действительно все были в расчёте.
- Посмотрим… - это было всё, что я смогла произнести осипшим голосом.
Моя реакция нашла болезненный отклик подтверждения во взгляде Тома. А может, мне всего лишь показалось.
- Не отрицаешь…
Мой визави как-то мрачно усмехнулся, чего я раньше за ним не замечала: такая ухмылка была для меня в новинку. Как и взгляд, вдруг потерявший всю весёлость и лёгкость, а также трепетность – теперь Том смотрел на меня чуть жёстче и более пронзительнее, словно пытался просверлить в душе дыру. Но это было бесполезно. У меня теперь там была лишь пустота, которая только разрасталась при взгляде на некогда любимого мужчину.
- Так что ты хотел мне рассказать? – я смогла совладать с голосом, который теперь звучал довольно сухо.
- Знаешь, - Том будто и не услышал моего вопроса, затерявшись где-то глубоко в своих мыслях, - а ведь тогда, когда Ник ударил меня, впервые за всё время нашей дружбы, он сказал то, чего я не мог понять… Не мог поверить. До последнего надеялся, что ослышался, ошибся… Но нет, это оказалось не бредом и не слуховыми галлюцинациями. Это оказалось намного хуже.
Губы Тома вновь исказила кривая усмешка. Я смотрела на неё и не узнавала человека, сидевшего напротив. Словно доброго и отзывчивого, нежного и заботливого Тома подменили на этого хмурого, осунувшегося и будто на пару лет постаревшего мужчину. С каждой секундой, каждым мгновением я всё больше в этом убеждалась. Том изменился. Мы оба изменились.
- Ник сказал мне: «в расчёте».
Тихий голос обрушил на меня целый шквал эмоций: от недоверия, изумления, до злости и горечи.
Как он мог?!
Хотя Ника тоже можно понять: он застал своего лучшего друга, когда тот трахал его девушку… Тут любой может сорваться. Вот Ник и сорвался. Но с другой стороны, двоякая, однако, получилась ситуация - ведь в то же время и мы с ним трахались за глаза от наших половинок.
Нет, не буду об этом думать! Пусть Боль притупилась, но не прошла окончательно. Тем более, что Том вновь всколыхнул её.
- Я сначала не понял, о чём он, - между тем продолжил мой собеседник, прокручивая в руках полупустой бокал. На меня он больше не смотрел. – А потом…
Стакан с громким стуком был опущен на столик, а руки, удерживающие его, сжались в кулаки.
Я же продолжала молчать. Ведь не моей идеей было затеять этот разговор, не я собиралась всё рассказывать. Будь моя воля, никогда бы и слова не сказала о том, что произошло между мной и Ником. Забыла бы это как страшный… нет как самый яркий и замечательный сон. Который, увы, имеет свойство заканчиваться.
Видно Том что-то такое увидел в моих глазах, потому как вопросительный взгляд, направленный на меня, сменился тяжким вздохом.
- В общем, ладно. Не об этом сейчас. – Аллилуйя! – Я…. фух, - Том потёр ладонью шею и вновь вцепился в меня взглядом, - может ты скажешь хоть что-нибудь?
Странное желание. Я не собиралась ни оправдываться, ни говорить. Я вообще его даже видеть не хотела. Он сам искал встречи, и начал этот разговор – теперь пусть выкручивается самостоятельно. Помогать ему я не сбиралась.
- Зачем? – хотела было скрестить руки на груди, но в последний момент передумала и ухватилась за всё ещё прохладный стакан. Медленно поднесла его к кубам, выдерживая взгляд Тома, и сделала небольшой глоток. Охлаждающая жидкость прокатилась по горлу, вызывая озноб.
Мой вопрос обескуражил собеседника, но он быстро взял себя в руки.
- Неужели тебе нечего сказать?
- Вообще-то ты¬ собирался говорить, а не я.
- Да, чёрт, прости. – Снова нервный жест: рукой по волосам. И наконец, я услышала то, чего ждала уже приличное время. – В общем, это началось в тот день, когда мы в первый раз поссорились.
И тут меня точно обухом по голове ударили. Пришлось держать себя в руках, чтобы горькая усмешка не сорвалась с губ.
О да, я хорошо помню тот день. Наша первая ссора и ужасное слово: «фригидная». Тот день не забыть, потому как именно с него и началось всё это безумие с Ником.
Какая же ирония судьбы получается!
- Я был зол, но быстро понял, что неправ. Я не должен был так резко отзываться о той, которую люблю, - эти слова Том произнёс тише, проникновеннее. Но они меня не тронули. Почти. – И я стал искать тебя, места себе не находил от вины и неизвестности. А после позвонила Мэл и сказала, что ты была у неё. Я сразу помчался к ней, узнать, в каком ты была состоянии и куда направилась. Но когда приехал… Лекс, я не знаю, что на меня нашло. Она была такой потерянной и расстроенной, да и я тоже… Мы сами не поняли, как всё случилось, а когда осознали, что натворили… Постарались забыть…
- Но это оказалось слишком трудной задачей, - понимающе закончила за него. Потому что полностью разделяла те же самые чувства, что и бывший.
- Да… Лекс, если бы ты знала, как я себя тогда ненавидел! – руки Тома дёрнулись в попытке дотянуться до моих, но я поспешно спрятала их под стол. Не нужно. Это лишнее. – Каждый раз я собирался рассказать тебе, но останавливался. Потому как знал, что тогда потеряю тебя. Навсегда. И я не решался. Потому что ты дорога мне, Лекс. И сейчас я хочу сказать только одно – прости. Если сможешь.
- А ты? – я решительно заглянула в некогда любимые глаза. – Ты сможешь простить?
Он выдержал мой взгляд гораздо легче, чем я – его. Но вот отвечать на вопрос не спешил. И я поняла – сомневается. А может уже давно всё решил. Только вот что именно он решил? Если бы ненавидел меня – не стал бы искать встречи и оправдываться. А если до сих пор любит… на что надеется? Ведь я уже не смогу забыть того, что видела. И теперь, после его рассказа – тем более.
- Не знаю. – Выдохнул наконец потерянно мой собеседник. – Но если ты дашь нам ещё один шанс…
- Что? – мне показалось, что я ослышалась. После всего он просит дать шанс?
- Я знаю, что мы оба виноваты друг перед другом… Оба запутались в этой паутине предательства и лжи. Но…
- Нет! – резко прервала его, пока он не сказал лишнего, - нет, Том. Не будет никаких больше шансов. Прости. Я – эгоистка. Считай меня кем хочешь, даже последней тварью, но нет. Я не смогу тебя простить. Тем более, что и сама не меньше виновата перед тобой. – Я шумно втянула носом воздух и на одном дыхании выпалила, то что жгло изнутри уже довольно давно: - Потому что в тот самый день, как ты и Мэл переспали, мы с Ником тоже…переспали. И я прекрасно понимаю твои чувства, так как сама ненавидела себя. До сих пор ещё ненавижу. Скажи, как я могу простить кого-то, когда саму себя не получается?
- Лекс…
Потрясённый шёпот Тома дрожью прошёлся по телу. Нет, это было выше моих сил: сидеть здесь, видеть его, слышать…
- Прости, - я вскочила из-за столика, едва не уронив свой бокал. Бежать. Надо бежать от него.
Что я собственно и сделала, оставив в прошлом бывшего и все чувства к нему. Прав был тогда Ник, когда сказал Тому: «в расчёте». Теперь мы действительно все были в расчёте.
- Алексия, подожди!
Вот не думала, что он будет настолько упорным.
Том нагнал меня довольно быстро и теперь раздражал своей приставучестью. Ну вот что не ясного я сказала? Или он не понял с первого раза?
- Лекси, пожалуйста. – Дорогу мне нагло перегородили, поэтому пришлось резко останавливаться, чтобы не впечататься носом в мужскую грудь. – Мы же не закончили.
- Нет, Том, закончили. И разговор, и наши отношения. В тот самый день, когда ты трахал мою лучшую подругу у меня на глазах.
- Ле-е-екс, - простонал бывший, хватаясь за голову.
Но мне было плевать на его чувства. В данный момент мне на ум вдруг пришёл вопрос, который тут же сорвался с языка.
- Сколько раз после первого раза вы ещё с Мел спали?
Плечи Тома тут же напряглись, выдавая его состояние.
- Я…
- Только не ври мне. Раз уж начал говорить, так заканчивай.
Мы стояли посреди тротуара, и редкие прохожие, что осмелились выползти в это пекло, огибали нас по широкой дуге, точно чувствовали витавшее вокруг нас напряжение.
Том же продолжал обречённо смотреть на меня и молчать. Я его до сих пор не понимала. Зачем искал? Зачем затеял всё это? Неужели после всего произошедшего он вновь хочет быть со мной? Как-то не верилось…
- Лекс…
- Или говори, или отойди. – Прервала я вновь жалкую попытку увильнуть от ответа.
Зачем я хотела это знать? Может, чтобы ещё больше возненавидеть его… или себя?
- Ещё несколько раз, - сдался бывший жених. – И… - тут он замялся, но всё же решился: - в последнюю командировку. Мел тогда сама поехала за мной…
Болезненные воспоминания о тех днях нахлынули без спроса. И как-то всё теперь казалось очевидным, что мне оставалось только мысленно обозвать себя последней дурой. Это насколько же я погрязла в своих переживаниях относительно Ника, что не увидела очевидного, не смогла сопоставить странность отъезда подруги, совпавшего с командировкой Тома? И все его задержки на работе, неожиданные звонки…
Больно. Это до сих пор больно. Как же гадко чувствовать разочарование в некогда близком и дорогом человеке.
- И ты после всего этого ещё и просишь дать нам шанс? – не выдержав, повысила голос. – Зная, что мы совершили самое страшное предательство?! Нарушили табу, которое нельзя было нарушать?!
- Пойми, Лекс, я люблю тебя! До сих пор люблю! – Том тоже не стал больше сдерживать рвущиеся наружу чувства.
- Ага, и именно поэтому трахал мою лучшую подругу?
Выяснять отношения на людях – то ещё удовольствие. Кто захочет выносить грязь личной жизни на всеобщее обозрение? Но в тот момент нам было всё равно: и недовольные взгляды, и неодобрительные шепотки вокруг. Кажется, кому-то захотелось зрелищ, и неподалеку от нас образовывались кучки зевак.
- Ты тоже в это время не просто так сидела! – упрекнул Том с каким-то отчаянием. – Но я прощаю тебя! Понимаю, что сам виноват. – Уже тише добавил.
- Ну спасибо за прощение! – я же не собиралась успокаиваться. Слишком разъедало всё внутри. – Только оно мне не нужно! И ты мне больше не нужен! Иди к Мел и ей признавайся в любви!
Внезапно я ощутила, как щёки расчертили прохладные дорожки. Даже не заметила, что начала плакать. Это совсем на меня не похоже.
- Всё, - вытерла тыльной стороной ладони солёные слёзы, и взяла себя в руки, - всё, Том, это конец. Забудь меня.
Удивительно, но он понял. Плечи разом поникли, а руки сжались в кулаки. Но Том не сказал больше ни слова. Он просто удручённо кивнул и развернулся, чтобы не оглядываясь уйти. Не только от меня, но и из моей жизни. Надеюсь, что навсегда.
Возвращаться в родной город после сорванной свадьбы и громкого побега не очень-то хотелось. Но это было рождество. Семейный, мать его, праздник! Я не могла отказаться, как бы сильно этого не хотела. Но я и так подвела своих родителей, поэтому не приехать не могла.
Встретили меня на удивление очень тепло. И самое главное, что никто даже не вспоминал о произошедшем полгода назад. Не было никаких упрекающих или сочувствующих взглядов, никто не обвинял меня в побеге и длительном молчании. Словно ничего такого из ряда вон выходящего не произошло. И за это я была благодарна.
Праздник прошел по-тихому. По-семейному. Меня расспрашивали о новом месте жительства да о работе, обходя стороной вопросы о личной жизни. Рассказывали о своих делах, изменениях в жизни общих знакомых. И я потихонечку расслаблялась, меня отпускало то напряжение, что охватило по прибытии в родные места.
Как же я боялась встретить тут кого-нибудь из старых знакомых по дороге к дому, но ничего такого не случилось. А уж все остальные дни рождественских каникул я планировала сидеть безвылазно в четырёх стенах, укрывшись от всего мира тёплым пледом. Но увы, не получилось.
На второй день мама потащила меня по магазинам, чтобы я сама выбрала себе подарок. И сколько бы я не упиралась, изменить мамино решение не получилось. Пришлось тащиться с ней в центр города на ежегодную неделю рождественских скидок.
И закон подлости не заставил себя ждать.
Мы столкнулись у примерочной в магазине нижнего белья. Мел не сразу заметила меня, воодушевлённо рассматривая кроваво-красный комплект, зажатый в руках, а когда подняла взгляд – мечтательная улыбка сошла с её лица. Мы замерли друг напротив друга не зная, что делать дальше. Что-то говорить – не имело смысла, а просто развернуться и уйти отчего-то не получалось.
- Я был зол, но быстро понял, что неправ. Я не должен был так резко отзываться о той, которую люблю, - эти слова Том произнёс тише, проникновеннее. Но они меня не тронули. Почти. – И я стал искать тебя, места себе не находил от вины и неизвестности. А после позвонила Мэл и сказала, что ты была у неё. Я сразу помчался к ней, узнать, в каком ты была состоянии и куда направилась. Но когда приехал… Лекс, я не знаю, что на меня нашло. Она была такой потерянной и расстроенной, да и я тоже… Мы сами не поняли, как всё случилось, а когда осознали, что натворили… Постарались забыть…
- Но это оказалось слишком трудной задачей, - понимающе закончила за него. Потому что полностью разделяла те же самые чувства, что и бывший.
- Да… Лекс, если бы ты знала, как я себя тогда ненавидел! – руки Тома дёрнулись в попытке дотянуться до моих, но я поспешно спрятала их под стол. Не нужно. Это лишнее. – Каждый раз я собирался рассказать тебе, но останавливался. Так как знал, что тогда потеряю тебя. Навсегда. И я не решался. Потому что ты дорога мне, Лекс. И сейчас я хочу сказать только одно – прости. Если сможешь.
- А ты? – я решительно заглянула в некогда любимые глаза. – Ты сможешь простить?
Он выдержал мой взгляд гораздо легче, чем я – его. Но вот отвечать на вопрос не спешил. И я поняла – сомневается. А может уже давно всё решил. Только вот что именно он решил? Если бы ненавидел меня – не стал бы искать встречи и оправдываться. А если до сих пор любит… на что надеется? Ведь я уже не смогу забыть того, что видела. И теперь, после его рассказа – тем более.
- Не знаю. – Выдохнул наконец потерянно мой собеседник. – Но если ты дашь нам ещё один шанс…
- Что? – мне показалось, что я ослышалась. После всего он просит дать шанс?
- Я знаю, что мы оба виноваты друг перед другом… Оба запутались в этой паутине предательства и лжи. Но…
- Нет! – резко прервала его, пока он не сказал лишнего, - нет, Том. Не будет никаких больше шансов. Прости. Я – эгоистка. Считай меня кем хочешь, даже последней тварью, но нет. Я не смогу тебя простить. Тем более, что и сама не меньше виновата перед тобой. – Я шумно втянула носом воздух и на одном дыхании выпалила, то что жгло изнутри уже довольно давно: - Потому что в тот самый день, как ты и Мэл переспали, мы с Ником тоже…переспали. И я прекрасно понимаю твои чувства, так как сама ненавидела себя. До сих пор ещё ненавижу. Скажи, как я могу простить кого-то, когда саму себя не получается?
- Лекс…
Потрясённый шёпот Тома дрожью прошёлся по телу. Нет, это было выше моих сил: сидеть здесь, видеть его, слышать…
- Прости, - я вскочила из-за столика, едва не уронив свой бокал. Бежать. Надо бежать от него.
Что я собственно и сделала, оставив в прошлом бывшего и все чувства к нему. Прав был тогда Ник, когда сказал Тому: «в расчёте». Теперь мы действительно все были в расчёте.
- Посмотрим… - это было всё, что я смогла произнести осипшим голосом.
Моя реакция нашла болезненный отклик подтверждения во взгляде Тома. А может, мне всего лишь показалось.
- Не отрицаешь…
Мой визави как-то мрачно усмехнулся, чего я раньше за ним не замечала: такая ухмылка была для меня в новинку. Как и взгляд, вдруг потерявший всю весёлость и лёгкость, а также трепетность – теперь Том смотрел на меня чуть жёстче и более пронзительнее, словно пытался просверлить в душе дыру. Но это было бесполезно. У меня теперь там была лишь пустота, которая только разрасталась при взгляде на некогда любимого мужчину.
- Так что ты хотел мне рассказать? – я смогла совладать с голосом, который теперь звучал довольно сухо.
- Знаешь, - Том будто и не услышал моего вопроса, затерявшись где-то глубоко в своих мыслях, - а ведь тогда, когда Ник ударил меня, впервые за всё время нашей дружбы, он сказал то, чего я не мог понять… Не мог поверить. До последнего надеялся, что ослышался, ошибся… Но нет, это оказалось не бредом и не слуховыми галлюцинациями. Это оказалось намного хуже.
Губы Тома вновь исказила кривая усмешка. Я смотрела на неё и не узнавала человека, сидевшего напротив. Словно доброго и отзывчивого, нежного и заботливого Тома подменили на этого хмурого, осунувшегося и будто на пару лет постаревшего мужчину. С каждой секундой, каждым мгновением я всё больше в этом убеждалась. Том изменился. Мы оба изменились.
- Ник сказал мне: «в расчёте».
Тихий голос обрушил на меня целый шквал эмоций: от недоверия, изумления, до злости и горечи.
Как он мог?!
Хотя Ника тоже можно понять: он застал своего лучшего друга, когда тот трахал его девушку… Тут любой может сорваться. Вот Ник и сорвался. Но с другой стороны, двоякая, однако, получилась ситуация - ведь в то же время и мы с ним трахались за глаза от наших половинок.
Нет, не буду об этом думать! Пусть Боль притупилась, но не прошла окончательно. Тем более, что Том вновь всколыхнул её.
- Я сначала не понял, о чём он, - между тем продолжил мой собеседник, прокручивая в руках полупустой бокал. На меня он больше не смотрел. – А потом…
Стакан с громким стуком был опущен на столик, а руки, удерживающие его, сжались в кулаки.
Я же продолжала молчать. Ведь не моей идеей было затеять этот разговор, не я собиралась всё рассказывать. Будь моя воля, никогда бы и слова не сказала о том, что произошло между мной и Ником. Забыла бы это как страшный… нет как самый яркий и замечательный сон. Который, увы, имеет свойство заканчиваться.
Видно Том что-то такое увидел в моих глазах, потому как вопросительный взгляд, направленный на меня, сменился тяжким вздохом.
- В общем, ладно. Не об этом сейчас. – Аллилуйя! – Я…. фух, - Том потёр ладонью шею и вновь вцепился в меня взглядом, - может ты скажешь хоть что-нибудь?
Странное желание. Я не собиралась ни оправдываться, ни говорить. Я вообще его даже видеть не хотела. Он сам искал встречи, и начал этот разговор – теперь пусть выкручивается самостоятельно. Помогать ему я не сбиралась.
- Зачем? – хотела было скрестить руки на груди, но в последний момент передумала и ухватилась за всё ещё прохладный стакан. Медленно поднесла его к кубам, выдерживая взгляд Тома, и сделала небольшой глоток. Охлаждающая жидкость прокатилась по горлу, вызывая озноб.
Мой вопрос обескуражил собеседника, но он быстро взял себя в руки.
- Неужели тебе нечего сказать?
- Вообще-то ты¬ собирался говорить, а не я.
- Да, чёрт, прости. – Снова нервный жест: рукой по волосам. И наконец, я услышала то, чего ждала уже приличное время. – В общем, это началось в тот день, когда мы в первый раз поссорились.
И тут меня точно обухом по голове ударили. Пришлось держать себя в руках, чтобы горькая усмешка не сорвалась с губ.
О да, я хорошо помню тот день. Наша первая ссора и ужасное слово: «фригидная». Тот день не забыть, потому как именно с него и началось всё это безумие с Ником.
Какая же ирония судьбы получается!
- Я был зол, но быстро понял, что неправ. Я не должен был так резко отзываться о той, которую люблю, - эти слова Том произнёс тише, проникновеннее. Но они меня не тронули. Почти. – И я стал искать тебя, места себе не находил от вины и неизвестности. А после позвонила Мэл и сказала, что ты была у неё. Я сразу помчался к ней, узнать, в каком ты была состоянии и куда направилась. Но когда приехал… Лекс, я не знаю, что на меня нашло. Она была такой потерянной и расстроенной, да и я тоже… Мы сами не поняли, как всё случилось, а когда осознали, что натворили… Постарались забыть…
- Но это оказалось слишком трудной задачей, - понимающе закончила за него. Потому что полностью разделяла те же самые чувства, что и бывший.
- Да… Лекс, если бы ты знала, как я себя тогда ненавидел! – руки Тома дёрнулись в попытке дотянуться до моих, но я поспешно спрятала их под стол. Не нужно. Это лишнее. – Каждый раз я собирался рассказать тебе, но останавливался. Потому как знал, что тогда потеряю тебя. Навсегда. И я не решался. Потому что ты дорога мне, Лекс. И сейчас я хочу сказать только одно – прости. Если сможешь.
- А ты? – я решительно заглянула в некогда любимые глаза. – Ты сможешь простить?
Он выдержал мой взгляд гораздо легче, чем я – его. Но вот отвечать на вопрос не спешил. И я поняла – сомневается. А может уже давно всё решил. Только вот что именно он решил? Если бы ненавидел меня – не стал бы искать встречи и оправдываться. А если до сих пор любит… на что надеется? Ведь я уже не смогу забыть того, что видела. И теперь, после его рассказа – тем более.
- Не знаю. – Выдохнул наконец потерянно мой собеседник. – Но если ты дашь нам ещё один шанс…
- Что? – мне показалось, что я ослышалась. После всего он просит дать шанс?
- Я знаю, что мы оба виноваты друг перед другом… Оба запутались в этой паутине предательства и лжи. Но…
- Нет! – резко прервала его, пока он не сказал лишнего, - нет, Том. Не будет никаких больше шансов. Прости. Я – эгоистка. Считай меня кем хочешь, даже последней тварью, но нет. Я не смогу тебя простить. Тем более, что и сама не меньше виновата перед тобой. – Я шумно втянула носом воздух и на одном дыхании выпалила, то что жгло изнутри уже довольно давно: - Потому что в тот самый день, как ты и Мэл переспали, мы с Ником тоже…переспали. И я прекрасно понимаю твои чувства, так как сама ненавидела себя. До сих пор ещё ненавижу. Скажи, как я могу простить кого-то, когда саму себя не получается?
- Лекс…
Потрясённый шёпот Тома дрожью прошёлся по телу. Нет, это было выше моих сил: сидеть здесь, видеть его, слышать…
- Прости, - я вскочила из-за столика, едва не уронив свой бокал. Бежать. Надо бежать от него.
Что я собственно и сделала, оставив в прошлом бывшего и все чувства к нему. Прав был тогда Ник, когда сказал Тому: «в расчёте». Теперь мы действительно все были в расчёте.
Прода от 05.03.2018, 22:37
Глава 14 Конец(?)
- Алексия, подожди!
Вот не думала, что он будет настолько упорным.
Том нагнал меня довольно быстро и теперь раздражал своей приставучестью. Ну вот что не ясного я сказала? Или он не понял с первого раза?
- Лекси, пожалуйста. – Дорогу мне нагло перегородили, поэтому пришлось резко останавливаться, чтобы не впечататься носом в мужскую грудь. – Мы же не закончили.
- Нет, Том, закончили. И разговор, и наши отношения. В тот самый день, когда ты трахал мою лучшую подругу у меня на глазах.
- Ле-е-екс, - простонал бывший, хватаясь за голову.
Но мне было плевать на его чувства. В данный момент мне на ум вдруг пришёл вопрос, который тут же сорвался с языка.
- Сколько раз после первого раза вы ещё с Мел спали?
Плечи Тома тут же напряглись, выдавая его состояние.
- Я…
- Только не ври мне. Раз уж начал говорить, так заканчивай.
Мы стояли посреди тротуара, и редкие прохожие, что осмелились выползти в это пекло, огибали нас по широкой дуге, точно чувствовали витавшее вокруг нас напряжение.
Том же продолжал обречённо смотреть на меня и молчать. Я его до сих пор не понимала. Зачем искал? Зачем затеял всё это? Неужели после всего произошедшего он вновь хочет быть со мной? Как-то не верилось…
- Лекс…
- Или говори, или отойди. – Прервала я вновь жалкую попытку увильнуть от ответа.
Зачем я хотела это знать? Может, чтобы ещё больше возненавидеть его… или себя?
- Ещё несколько раз, - сдался бывший жених. – И… - тут он замялся, но всё же решился: - в последнюю командировку. Мел тогда сама поехала за мной…
Болезненные воспоминания о тех днях нахлынули без спроса. И как-то всё теперь казалось очевидным, что мне оставалось только мысленно обозвать себя последней дурой. Это насколько же я погрязла в своих переживаниях относительно Ника, что не увидела очевидного, не смогла сопоставить странность отъезда подруги, совпавшего с командировкой Тома? И все его задержки на работе, неожиданные звонки…
Больно. Это до сих пор больно. Как же гадко чувствовать разочарование в некогда близком и дорогом человеке.
- И ты после всего этого ещё и просишь дать нам шанс? – не выдержав, повысила голос. – Зная, что мы совершили самое страшное предательство?! Нарушили табу, которое нельзя было нарушать?!
- Пойми, Лекс, я люблю тебя! До сих пор люблю! – Том тоже не стал больше сдерживать рвущиеся наружу чувства.
- Ага, и именно поэтому трахал мою лучшую подругу?
Выяснять отношения на людях – то ещё удовольствие. Кто захочет выносить грязь личной жизни на всеобщее обозрение? Но в тот момент нам было всё равно: и недовольные взгляды, и неодобрительные шепотки вокруг. Кажется, кому-то захотелось зрелищ, и неподалеку от нас образовывались кучки зевак.
- Ты тоже в это время не просто так сидела! – упрекнул Том с каким-то отчаянием. – Но я прощаю тебя! Понимаю, что сам виноват. – Уже тише добавил.
- Ну спасибо за прощение! – я же не собиралась успокаиваться. Слишком разъедало всё внутри. – Только оно мне не нужно! И ты мне больше не нужен! Иди к Мел и ей признавайся в любви!
Внезапно я ощутила, как щёки расчертили прохладные дорожки. Даже не заметила, что начала плакать. Это совсем на меня не похоже.
- Всё, - вытерла тыльной стороной ладони солёные слёзы, и взяла себя в руки, - всё, Том, это конец. Забудь меня.
Удивительно, но он понял. Плечи разом поникли, а руки сжались в кулаки. Но Том не сказал больше ни слова. Он просто удручённо кивнул и развернулся, чтобы не оглядываясь уйти. Не только от меня, но и из моей жизни. Надеюсь, что навсегда.
***
Возвращаться в родной город после сорванной свадьбы и громкого побега не очень-то хотелось. Но это было рождество. Семейный, мать его, праздник! Я не могла отказаться, как бы сильно этого не хотела. Но я и так подвела своих родителей, поэтому не приехать не могла.
Встретили меня на удивление очень тепло. И самое главное, что никто даже не вспоминал о произошедшем полгода назад. Не было никаких упрекающих или сочувствующих взглядов, никто не обвинял меня в побеге и длительном молчании. Словно ничего такого из ряда вон выходящего не произошло. И за это я была благодарна.
Праздник прошел по-тихому. По-семейному. Меня расспрашивали о новом месте жительства да о работе, обходя стороной вопросы о личной жизни. Рассказывали о своих делах, изменениях в жизни общих знакомых. И я потихонечку расслаблялась, меня отпускало то напряжение, что охватило по прибытии в родные места.
Как же я боялась встретить тут кого-нибудь из старых знакомых по дороге к дому, но ничего такого не случилось. А уж все остальные дни рождественских каникул я планировала сидеть безвылазно в четырёх стенах, укрывшись от всего мира тёплым пледом. Но увы, не получилось.
На второй день мама потащила меня по магазинам, чтобы я сама выбрала себе подарок. И сколько бы я не упиралась, изменить мамино решение не получилось. Пришлось тащиться с ней в центр города на ежегодную неделю рождественских скидок.
И закон подлости не заставил себя ждать.
Мы столкнулись у примерочной в магазине нижнего белья. Мел не сразу заметила меня, воодушевлённо рассматривая кроваво-красный комплект, зажатый в руках, а когда подняла взгляд – мечтательная улыбка сошла с её лица. Мы замерли друг напротив друга не зная, что делать дальше. Что-то говорить – не имело смысла, а просто развернуться и уйти отчего-то не получалось.
