А потом по Браггихольм заполнил глухой ритм барабана. Он был очень похож на тот, что отбивали для мертвых гребцов на Черной Галере. Но только похож. Он звучал лучше. Словно дождавшись, пока в чертоге утихнет удивленный гул людей, которые еще не разу не видели барабана, к ритму присоединилась флейта.
Атли начал рассказ. Это трудно было назвать пением.
- Хродвальда крутобокий олень, землей кораблей идя…
Начал Атли. Слишком просто! “Крутобокий олень” это старый кенинг для корабля. И редко его говорят для драккара. Хотя, трудно не согласиться, что первый драккар Хродвальда был больше похож на кнорр. Да и “земля кораблей” тоже слишком старый, слишком простой кеннинг, даже не надо думать чтобы понять его! Хродвальд сжал кулаки, и опустил глаза вниз.
- Он рассказывает наш путь - тихо сказал Веслолицый - И делает это хорошо.
Хродвальд прислушался. И действительно, в вязь стихов Атли вставлял приметные места, рассказывал про заметные скалы, проговаривал дни пути и места пригодные для стоянок.
Слова шумели и накатывались как морской прибой, и рассыпались пеной и брызгами. А потом сплетались причудливой вязью кеннингов. Повествование было ровным и спокойным, и словно живой картиной вставала перед мысленным взором Хродвальда. Холодные и опасные воды Льдистого Моря сменяются теплым течением Струи Тора. Ветер сменился на южный, и приходится сесть на весла. Люди гребут день за днем, и это тяжелый труд. И вот на исходе еда и вода, и команда драккара начинает беспокоиться, и хочет вернуться. И тут появляется Хродвальд, и говорит что не прочь повернуть назад, но сначала спросит совета у скальда. Скальд говорит что это смелый поход, и он даже споет о нем песню, но она будет слишком коротка. “Подождем еще один день” якобы говорит Хродвальд. Так повторяется несколько раз, и каждый раз Хродвальд якобы поддается на неявные уговоры скальда, говоря “И еще один день”.
Хродвальд сидит с непроницаемым лицом. Атли не называет себя по имени. И нельзя сказать, что Хродвальд не говорил про “еще хоть один день”. Но ярлу все помнилось несколько иначе.
Тут Атли добирается в своем рассказе до бухты у южного берега, и сухо но емко описывает её. Скалы, проливы, глубины. Хродвальд снова повторяет про “еще один день”. Команда доедает последнюю снедь, ночует, и следующим днем идет дальше на юг. И на следующий день они видят южный берег. Атли снова вплетает в стихи все то, что они видели на берегу, и тут Хродвальд не смог бы сказать что он помнит по другому. Излучины реки, рыбачьи затоны, рощи деревьев и изгибы берега - даже если бы Хродвальд не был там сам, то послушав эту сагу, он бы смог добраться до устья большой реки.
Наконец Хродвальд и его люди высаживаются. И находят стадир без стен. Хродвальд не заметил когда, но ритм музыки изменился, стал тревожнее, резче.
Атли подробно описывает дома, и скудно грабеж. И совсем не говорит о добыче, говоря лишь что она была хороша.
Пора возвращаться, но Хродвальд, якобы говорит “возьмем еще один”, видимо имея в виду другой южный стадир.
Они берут и этот. “И еще один” говорит Хродвальд. В этом стадире они встречают драуга. Атли честно признает, что южный живой мертвец не так уж и страшен, но описывая схватку, упоминает его силу, и порванную кольчугу одного из воинов. Из рассказа кажется, будто первого драуга убил скальд, хотя прямо так и не сказано. Хродвальд хмыкает. Спокойный рассказ Атли течет дальше, он упоминает что южане богаты, что если их “хорошо спросить, помогая в разговоре ножом” они раскрывают клады. И что южане достаточно глупы, ведь думают что могут купить у людей севера свободу и милосердие для себя или детей. Трудно купить то, что нужно для себя. И тут ритм резко меняется, флейта отступает, затихает, но возвращается тревожными нотами. У берега людей Хродвальда ждет армия мертвецов. Эта часть саги Хродвальду понравилась. Но она могла быть и подлиннее.
После схватки вдруг выясняется, что северяне набрали слишком много добра, и оно не помещается на драккар. И тогда Хродвальд решает загрузить добром рыбацкий баркас. И еще один. И еще один.
Атли затихает, и с благодарностью отпивает из принесенного кубка. И снова начинает петь. Вот он добирается до битве на Черной Галере. Которая начинается с того, что к скальду является Брагги, и говорит что им пора уходить домой. Хродвальд услышав об этом от скальда. Хродвальд снова хмыкает. Как будто это не сам ярл говорил с богом. Но зато дальше именно сам Хродвальд решает напасть на преследователей. “Мне нужен корабль”, якобы говорит Хродвальд “Еще один”.
Битву Атли описывает красочно, но бессодержательно, лишь упоминая, что Кранк Деревянная Стена первым взошел на палубу врага. Это неудивительно, ведь Атли, как и все берсерки, плохо помнит битвы в которых выпускает из себя дира.
Рваный ритм барабана и сплетающиеся и расплетающиеся мелодии лиры и флейты делают эту битву красивой. И в ней почти нет слов о Хродвальде. Люди с севера победили, и взяли хорошую добычу. На этом сага кончается.
Хродвальд со злостью бьет себя кулаком по ноге. Обычно в битвах подробно описывают подвиги героев, и молодой ярл чувствует себя обманутым.
- Атли спел хорошую сагу - тихо шепчет Нарви - Жаль што она такая маленькая. Туда даше не влез его лушший друг, Кленг. Видимо, оказался слишком большим.
Тем временем люди в чертоге одобрительно заговорили, то и дела со смехом повторяя “И еще один”. Брагги кивнул, и поднял руку, подавая знак рабам. В зал внесли подарки для Атли. Меч с серебряной рукоятью, отрез красивой ткани и шлем. Это богатые дары. Хродвальд испытал скорее облегчение, чем радость. И тут на него налетели братья, хлопая по плечу, и поздравляя. За ними потянулись и другие люди, знакомые и незнакомые. Подошел даже Брагги, и сказал пару хвалебных слов. Спросил почему Клепп не пришел послушать сагу, и ему ответили что тот пьяным лежит в повозке. Брагги расхохотался, велел не расходиться и праздновать и поход Хродвальда, и сагу Атли. В чертог выкатили бочку меда. Пока все разливали мед, и искали рога, Брагги тихонько ушел, чтобы не мешать людям. К молодому ярлу, за которого с двух сторон крепко держались его братья, подходили и подходили люди со словами восхищения, и вопросами. Хродвальд глупо кивал на хвалебные речи, и глупо улыбался вместо ответов. Ему все наливали и наливали меда, да и все остальные, кто был в чертоге, стали праздновать. Ярл уже не видел, как хмурый Нарви оторвался от толпы, и пошел за Брагги.
Глава 22. Старческие разговоры
— Что ты собираешься делать?! Одумайся, это же бог а не соседский ярл! — обеспокоенно причитал Айвен, едва поспевая за широко шагающим Хродвальдом. — Ты злишься потому что Брагги говорит с твоим хирдманом, но разве он не в своем праве? И ты боишься что он уговорит Клеппа остаться у него. Но почему бы и нет?
— Потому что нет! — зло рявкнул Хродвальд через плечо. Еще недавно у него было хорошее настроение, все поздравляли его с личной сагой, и подносили рога с элем. Но молодой ярл не успел много выпить до того как сквозь толпу протиснулся Нарви, и шепнул ярлу на ухо:
— Брагги нашел Клеппа и Алкину, и увел их в свой малый чертог. Они уже долго находятся там.
Дальнейшие свои действия Хродвальд и сам не мог объяснить. Сначала молодой ярл рассвирепел. Потом, молча, ринулся к малому чертогу Брагги. Это отдельно стоящее здание, в котором обычно бывали только херсиры да сам Брагги. Хродвальд и сам не знал, что он хотел сделать когда дойдет. Но слова Айвена заставили его задуматься об этом. А может, весенняя прохлада и быстрая прогулка разогнала хмель и прояснила разум. Дойдя до малого чертога Брагги, он обнаружил у двери трех сидящих на лавочке хирдманов. Трезвых и с оружием. Охранники. Хирдманы, увидев что Хродвальд и его люди идут к ним, лениво встали, надели шлемы, и взяли в руки копья. Хродвальд снова остро почувствовал, как же неуютно без привычной тяжести оружия на поясе, и замедлил шаг.
— Пойдешь со мной — сказал Хродвальд, и угрюмо посмотрел на Айвена, ожидая возражений. Но тот, неожиданно легко согласился:
— Конечно мой ярл! Но с условием, что ты будешь думать, прежде чем начнешь говорить. Или буду говорить я!
— Ладно — согласился Хродвальд. Ярл не собирался ссориться с Брагги, и делать так, как сказал Айвен, будет правильно.
— Ну а мы с Веслолицым — тут же сказал Нарви — подождем вас тут.
Хродвальд с Айвеном подошли к охране вдвоем. Ярл представился, и сказал что пришел за своим хирдманом. Против ожидания, те спокойно пропустили внутрь их обоих.
Хирдман мог говорить с кем захочет, и когда захочет. Но только не с другим ярлом, тем более наедине. Это было… Неприлично.
И означало обычно только одно. Хирдман разочарован в своем ярле, и хочет сменить его. Но даже так, следовало сначало уладить дела с тем, кому принадлежит твой меч сейчас, а уже потом говорить с другими.
Конечно Брагги не был ярлом, или даже конунгом. Но все же, все же...
Хродвальд с Айвеном вошли в малый чертог. Тут было не в пример уютнее чем в большом. Очаг был аккуратно сложен из камней, и приподнят над полом. А сверху над очагом был закреплен широкий кожаный полог, который отводил дым в крохотное окошко, поэтому в малом чертоге было куда светлее чем в большом, и легче дышалось. И намного теплее, наверно камни лучше прогревали дом, чем просто яма в полу. Хродвальд подумал что надо бы посоветовать сделать такой же очаг Торвальду.
— Проходи сюда и садись, храбрый Хродвальд! — прогудел из темноты Брагги. — И не забудь своего друга.
Подождав пока глаза немного привыкнут к полумраку, Хродвальд послушался приглашения. Малый чертог был куда уютнее любого жилища что видел Хродвальд. Он шел не торопясь, дивясь на вычурную мебель, укрытую пушистыми шкурами. Развешанное на стенах оружие, надолго приковало его взгляд. Айвена куда больше заинтересовали разбросанные по чертогу диковинки. Наконец они подошли к Брагги. Бог сидел за большим столом, на сложно изогнутом и украшенном резьбой стуле. В отличии от прямого и сурового трона, что стоял в большом чертоге, этот даже на вид был удобным. Брагги кивнул на пару других стульев, похожих на божественный, но куда меньшего размера. Хродвальд с Авеном опустились в них, с осторожностью устраиваясь на мягких подушках. Тихо появившиеся из темноты работницы поставили перед ними блюдо с сухими фруктами и кусочками копченого с травами мяса, а в руки вручили рога. Блюда были, похоже, серебряными. И немного мятыми от долгого использования. Хродвальд настороженно посмотрел на рог который ему дали, и сравнил с теми что в руках остальных. Это были очень простые, самые обычные рога, даже без отделки, и своей простотой они сильно выделялись на фоне окружающей роскоши. Хродвальд осторожно пригубил из рога. Это был, видимо,мед. Но это был очень хороший мед. Не просто очень хороший… Хродвальд не мог подобрать слова. Как если бы сравнивая грязную лужу и море, он не знал слово “море”, и сказал бы “очень большая лужа”.
— Это… Это… Что это? — потрясенно спросил Айвен, тоже успевший отпить из своего рога. Сидящие за столом засмеялись. Во главе стола сидел Брагги, по правую руку от него сидел Оддрун и Атли, по левую Клепп и Алкина. Хродвальд поискал взглядом посох ведьмы, но не нашел его. А вот копье Оддруна стояло рядом с ним, на специальной подставке.
— Судя по вкусу, это молоко Хейдрун — сказал Брагги — но я не могу поручится, ведь я не пил его… — бог замолчал и задумался.
Хродвальд и Айвен сидели прямо напротив Брагги, благо стол был достаточно широк, чтобы за ним поместился бог. И поэтому место для двух людей там легко нашлось. Если смотреть со стороны, то Хродвальд сидел на втором по почету месте, после Брагги. Если говорить на чистоту, часто именно так сажали тех, кто не был желанным гостем. По хорошему, надо бы было пересадить Клеппа и Алкину дальше, а Хродвальда посадить по левую руку от хозяина дома. Но Брагги так не сделал. Хродвальд задумался, что бы это могло значить, и мимодумно отпил из рога. Тут же его мысли выветрились, оставив после себя чистое восхищение вкусом напитка.
— Но мой бог — снова встрял Айвен — Хейдрун разве это не коза, что живет в Вальхалле?
— Ты прав, Айвен. Потому я и говорю, что это питье лишь похоже по вкусу, ведь Радужный Мост давно рухнул, и я пробовал её молоко так давно, что мог спутать. Но все же, если это питье похоже на медвянное молоко Хейдрун, на котором вскармливают эйхериев, бессмертную дружину Одина, то вам, смертным, следует пить его с осторожностью.
— Я пью его уже давно, и выпил много, и со мной хорошо — сказал Клепп, и судя по его радостному, и слегка заплетающемуся голосу, он выпил много уже и сегодня.
— И по тебе это видно. Подрастешь еще на пару локтей, и станешь похож на молодого эйхерия! — хохотнул Брагги.
Хродвальд удивленно приподнял брови. Бог был либо слегка пьян, либо в очень хорошем настроении. Или и то, и то. Все знали что заводить разговоры о Асгарде при Брагги не стоит. Эти воспоминания печалили его, и он иногда удалялся в безлюдные места, и стоял там в одиночестве месяцами. Должно быть он скучал по родине. Возможно, даже сильнее как мог бы скучать человек. Но сегодня Брагги говорил о Асгарде так, словно дом асов был рядом.
— Кстати, Хродвальд, мы тут побеседовали с Клеппом… Он тебе показывал свой — Брагги покрутил в воздухе рукой.
— Что свой? — насторожился Хродвальд.
— Покажи, покажи ему! — засмеялся Атли — Ты должен это увидеть мой молодой ярл! Тебе понравится!
— Что увидеть?! — еще больше насторожился Хродвальд. Клепп молча встал, и засунул руку под стол. С задумчивым видом пошарив ей, он достал, и с громким деревянным стуком поставил на стол… Хродвальд пренебрежительно хмыкнул.
— Подожди, это еще не все! — не дал Хродвальду возможность высказаться Атли — сейчас он его расправит…
— Хродвальд с сомнением смотрел на странный сверток. С одной стороны к свертку был привязан маленький деревянный кораблик. Лодочка. Клепп осторожно развернул сверток. Это оказался высушенный бычий пузырь. Смазанный маслом, видимо для того, чтобы не высох. Таким иногда затягивают оконца в домах зимой. Но этот был сшит наподобие мешка. Клепп осторожно выдавил из маленькой фляги жира, по виду тюленьего, прямо в лодочку. Потом достал из сумки под столом скрученную веревочку, какую кладут в лампы. Немного повозился с лучиной, топя жир, и зажигая фитиль. Когда это ему наконец удалось, Клепп расправил над лодочкой бычий пузырь, и некоторое время держал его так. Тепло медленно заполняло пузырь, расправляя его складки, пока наконец тот не стал похож на задницу овцы. Клепп развел руки, и вся поделка медленно взлетела, оторвавшись от стола. Хродвальд пренебрежительно фыркнул. Детские фокусы. Он и сам видел как тепло от костра подхватывает и уносит вверх шерсть и даже легкие щепки.
— Это не магия! — сказал Хродвальд — А обман!
— Это не главное! — перебил Атли — Ну же Клепп, скажи своему ярлу, что сказал нам!
Клепп осторожно потушил фитиль в лодочке, и начал укладывать её обратно в сумку.
— Я предложил им сделать такую же вещь, но большую. Такую большую, чтобы можно было посадить в неё людей.
