– Ты не веришь, что я дам отпор без магии? – хмыкнула, покачивая оружие в руке.
– Я знаю, насколько легко тебя завести.
И он был прав.
Тем временем мы продолжали ходить по кругу, внимательно следя друг за другом. Без зрителей я сразу же почувствовала себя свободнее, и игривость Илая стала передаваться и мне. Мужчина двигался легко, как лис.
– Начинай, - приказал капитан.
И я быстро направилась к нему по кривой. Сабля непривычно отягощала руку. Я ударила – осторожно, чтобы не навредить. Движение меча казалось непредсказуемым, было сложно контролировать размах. Моей нерешительностью и воспользовался капитан: с нарочитым спокойствием он увернулся и тихонько стукнул меня по темечку плоской стороной лезвия.
– Не бойся нападать и будь раскованнее.
– Хватит меня учить.
– А мы чем здесь занимаемся? Танцуем?
Я развернулась и сделала выпад – но Илай тут же отвел мое оружие в сторону и резко приблизился. Тяжелая рука легла на талию и притянула к себе. Сабли, встретившись, звякнули вдоль наших тел.
– Но я бы посоветовал относиться к этому именно как к танцу, - с лукавой улыбкой прошептал Илай, приблизив свое лицо к моему. – Потому что битва – это всегда танец… относись к своему оппоненту как к любовнику.
– А если я хочу его задушить? – так же тихо ответила я.
– А что тебе мешает?
И, посмеиваясь, Илай отстранился – а я, теряя эту близость, интуитивно потянулась к нему. Но внезапно мужчина замер и встревоженно посмотрел куда-то мне за спину.
– Клэр, глянь…
Ну я и обернулась – и получила звонкий шлепок по своему приключенческому радару.
– Гад! – отреагировала мгновенно, немного смущенно, но определённо – зло. – Достану. Руки оторву!
Не теряя ни секунды, бросилась к Илаю и замахнулась саблей. Он отбил, и я ударила снова – клинки скрестились. Уверена, капитан поддавался, ну а я напирала со всем своим упорством. Металл дрожал. Но мы с Илаем смотрели друг на друга, не разрывая контакт. И даже дышали, кажется, в унисон. Рука к руке, клинок к клинку, мы стояли, и ничто больше в мире нас не волновало. Только наш танец – а сражение напоминало именно его. А потом моя сабля съехала, и я полетела вниз. Ощутив подножку, упала – но тут же перекатилась в сторону: Илай взял да и всадил саблю там, где я только что лежала. Вот разошелся! Ну ничего, достану я его. Ох, достану…
– Не обязательно протирать полы прямо во время занятия, - раздалось весёлое со стороны капитана.
– А ты присоединяйся.
Но только я попробовала встать, мужчина придавил ногой мою саблю. Ну а я что? Пошла ва-банк. У меня был только один шанс перехитрить моего противника. Я выхватила кинжал из голенища и вонзила его совсем рядом с ногой Илая. Тот сразу же отошел – на рефлексе.
Этого было достаточно. Я тут же вскочила на ноги и бросилась на капитана, явно не ожидавшего моего трюка с ножом. Но что-то он все-таки предугадал, потому что качнулся в сторону – и мой клинок пролетел под его мышкой. Я совершила несколько шагов за ним – и была перехвачена Илаем, развернувшим меня к себе. Задыхаясь, предприняла последнюю попытку защититься и встретила его саблю своей. И снова звон. Шаг назад – и была прижата к мачте. Илай увел мое оружие вверх, удерживая руки над моей же головой. Грудь к груди, глаза в глаза – это было что-то невероятное.
Так же, как и я, тяжело дыша, Илай прошелся затуманенным взглядом по моему телу. Свободная рука легла на талию, притягивая к себе. Смяла в кулак влажную ткань рубашки. А я не могла и не хотела сопротивляться, только смотрела в его глаза – и принимала свое поражение. Я проиграла Илаю. Я утонула в море его глаз.
А потом случилось то, чего я постоянно избегала даже в своих мыслях. Капитан прильнул к моим губам, целуя, обжигая. В какой-то момент я, кажется, даже выронила саблю, не помню. Но мужчина не позволил мне опустить руки, удерживая их над головой. Но я бы не сбежала. Этот поцелуй не был похож ни на какой прежний: в нем хотелось утонуть с головой. Сейчас я была согласна даже захлебнуться в тех чувствах, которые мы с Илаем делили на двоих.
Целуя и лаская, капитан был нежен, но все-таки настойчив. Я бы даже сказала нетерпелив. Мы были путниками в пустыне, нашедшими воду. И мы не могли насытиться.
Но все-таки не до конца мы потеряли рассудок. Ну или хотя бы один из нас. Краем уха я услышала, как скрипнула дверь в трюм – и уже через секунду стояла по другую сторону мачты. Смущенно приглаживая волосы, встретила заинтересованный взгляд Бенедикта. Ну а что? Илай из меня все соки на тренировке выжал. Только вот опухшие губы горят, и рубашка сползла…
– Кто победил? – тем временем полюбопытствовал боцман.
– Илай, - буркнула я, даже не давая капитану придумать что-то компрометирующее. Хотя чего таить, мы своим видом сами же себя и компрометировали. Я не смотрела на Илая, но боковым зрением видела, что он тоже еще не восстановил сбившееся дыхание.
– Ну ничего, научишься ещё, - ободряюще заверил Бенедикт и повернулся к моему учителю. – Капитан, вы закончили?
– Да, конечно. Можно возвращаться к работе. Клэр?..
– А я ванну приму, - перебила его. - Не заходи ко мне, пожалуйста. Бенедикт свидетель моей просьбе.
– Да уж прослежу. – Я прямо видела, как Бенедикт сдерживался, чтобы не пошутить, и за то спасибо. – Только потом спустись к нам, пожалуйста, есть дело по колдовскому вопросу.
– Я должен в этом участвовать? – настороженно спросил Илай, смотря то на меня, то на боцмана.
– Не обязан, капитан. Все как обычно.
– Лучше ванну прими, - посоветовала капитану, все так же игнорируя его взглядом. Было слишком неловко, и я еще не решила, как отношусь к произошедшему. Появление Бенедикта оказалось как никогда кстати. – А то не продержусь в трюме и минуты.
– Ладно, ладно. Тогда иди быстрее купайся, а то ведь присоединюсь.
– Руки оторву!
И я ускакала в каюту, лишь бы не оставаться с Илаем наедине. Вскоре мне наполнили бадью, и чего мне стоило не утопиться в ней. А ведь хотелось. А еще я страстно желала побиться головой о бортик: то ли от переполнявшего меня волнения, то ли от отчаянного «и что мне с этим делать?!».
Наше с Илаем влечение друг к другу неоспоримо и было продемонстрировано достаточно наглядно. Доказательство этому горело у меня на губах. Поэтому дальше делать вид, будто бы мы просто очень близкие друзья и соседи по комнате, просто не получится. Сбежать тоже не прокатит: мы в море без единого варианта развернуть корабль обратно. Конечно, любая другая девушка уже поблагодарила бы вселенную за взаимные чувства и воспользовалась этим «круизом» на полную, но не я: не хотела разбитого сердца, тем более - сейчас, когда отчётливо видела цель своего пути. И в его конце не будет Илая. Зато будет магическая академия, работа в Королевстве. Будут новые друзья, знакомые, когда-нибудь даже семья. А вот пираты останутся в море.
Когда я вновь собралась топиться, в каюту постучали.
– Клэр, мне нужно зайти, - крикнул от двери капитан. И если сперва я облегчённо выдохнула, то тут же подобралась.
– Нельзя!
– Ты за ширмой?
– Да..
– Ну вот и оставайся там.
Я прикрыла себя руками и прислушалась к происходящему за ширмой. Тихо прикрыв дверь, мужчина направился куда-то к рабочему столу. До меня донеслись шорох бумаги и звук отодвигаемых ящиков.
Купаться как-то разом расхотелось. Приподнявшись над бадьей, я стала искать одежду и обнаружила, что оставила ее на кровати. Черт. Недальновидно, совсем на меня не похоже. В этом тоже наверняка виноват Илай. Впрочем, как и во всех остальных моих бедах.
Пришлось аккуратно встать и, шлепая по доскам, снять полотенце с ширмы.
– Клэр, я бы хотел спросить у тебя кое-что, - вдруг сказал Илай откуда-то со стороны комнаты.
– А лучше ты момента не нашел? Я тут вообще-то голая.
– Я в курсе. Ты, кстати, против света стоишь.
Пришлось быстро завернуться в полотенце и замереть, прислушиваясь. Почему-то мне казалось, что капитан стоит совсем близко, хотя его голос и доносился в трех метрах от ширмы. Было волнительно вот так стоять в одной комнате с ним всего лишь в полотенце, едва меня прикрывающем, и чтобы с моих влажных ног стекала вода. Тем более, сейчас, всего лишь спустя пятнадцать минут после нашего поцелуя. Первого… подумав об этом в таком ключе, я улыбнулась. Но сейчас не о романтике.
В связи со всем этим было бы наивно считать, что Илай хочет поговорить о чем-то отстраненном. Еще глупее было бы думать, что сейчас все его мысли направлены не по эту сторону ширмы.
– Поэтому ты придумал себе какие-то очень важные дела, чтобы проникнуть в каюту? – напряжённо спросила.
– А ты всегда такая догадливая или только сейчас? – хмыкнул Илай. Судя по тихому жужжанию, он вертел глобус. И, скорее всего, привычно сидел на краю стола.
– А ты часто пользуешься моей доверчивостью?
– Нет, только сейчас.
– Значит, постоянно.
– А я ведь даже не сказал, что у меня есть какие-то дела в каюте. Просто предупредил, что мне нужно зайти, - ответили из-за ширмы с чисто лисьей хитростью.
С тяжёлым вздохом я признала свое поражение. Звание ведьмы тоже не оправдала: мой экзаменатор превзошел меня в честном бою.
Аккуратно выглянув из-за ширмы, чтобы было видно только голову да плечо, я с напускным раздражением сказала:
– Тогда задавай вопрос и уходи. – И кивнула в сторону кровати, где была раскидана моя одежда.
Илай за мной проследил, всё понял и вновь повернулся к ширме. Взгляд мужчины сполз на мое влажное плечо и потемнел. Почувствовав себя неловко, я снова спряталась за спасительную ширму. Здесь хотя бы не видно, как смотрит на меня Илай.
– Может, ты перестанешь бегать от меня? – вдруг требовательно спросил он.
– Ты же видел, что я без одежды.
– Клэр, если ты будешь постоянно напоминать мне о том, что обнажена, я буду говорить с тобой по ту сторону ширмы.
Намек поняла, язык прикусила, край полотенца приподняла повыше.
– А так я все время с тобой бегаю, иногда даже за тобой. – Правило жизни номер пять: в любой неловкой ситуации коси под дурочку. – Ну, ладно, иногда и от тебя тоже, особенно когда переступаешь рамки приличного.
– Во время тренировки я тоже переступил границы дозволенного?
– Нет, это была уже я.
И мы замолчали. Может, думали об одном, а может, о разном. Но я боялась даже шелохнуться, всем своим телом чувствуя присутствие Илая. И он нарушил эту тишину первым, медленно приблизившись к ширме. Теперь мы стояли совсем близко друг к другу. Даже не представляю, каких усилий ему стоило сохранять дистанцию.
– Клэр, если ты соврешь, я пойму это и заставлю говорить искренне.
–Ты собираешься применить насилие? – не поверила я.
– Нет, удовольствие.
Краснея, закрыла лицо руками. Слова Илая разрывали меня изнутри: я чувствовала и волнение, и смущение, и сильное желание подыграть и отдать себя на волю мужчины. Снова ощутить его сильные руки, нежные губы… от мыслей об этом в полотенце как-то резко стало тесно, я бы даже сказала душно.
– Ну так спрашивай быстрее, - хрипловато поторопила мужчину.
– Ты была искренна на палубе?
– Да. Все было взаимно, если ты об этом.
– И ты собираешься и дальше делать вид, будто между нами ничего нет?
– Не вижу никакого противоречия.
– А я – да, одно внушительное. Знаешь, глаза мозолит.
– Ну так не смотри!
Ширма задрожала: кажется, в нее вцепились с другой стороны.
– Клэр, я хочу тебя поцеловать.
– Ну так целуй.
Не знаю, кто сказал это за меня. В присутствии Илая я больше за себя не ручалась и не несла никакой ответственности за собственные поступки. Не в силах удерживать съезжающую крышу, отправила ее в свободное плавание и ответила на нетерпеливый поцелуй Илая, который уже настиг меня по эту сторону ширмы. Он вцепился в мое полотенце, я – в его рубашку, в волосы, до всего, до чего могла дотянуться. Не насытившись в прошлый раз, мы целовали друг друга долго, настойчиво, но ни в коем случае не грубо. Илай даже сейчас не изменял себе, стараясь быть чутким.
Забывшись, мы сделали несколько шагов в сторону кровати, но я дернула капитана обратно – и не рассчитала. Ноги подогнулись, и я свалилась в бадью, утягивая мужчину за собой. С всплеском нас окатило водой, а я еще и о бортик стукнулась. Но именно этот удар отрезвил, возвращая в реальность. Илай, частично нависший надо мной, задрожал от смеха. Ну а я, сплевывая воду, не сдержалась и захихикала тоже.
– Кто-то очень любит водные процедуры, - пошутил нар Брекен, придерживая меня над поверхностью воды. Не знаю, каким чудом полотенце осталось на месте, лишь приспустившись.
– Тут, вообще-то, вода остыла.
– Моя вина.
И пират аккуратно вытащил меня из бадьи, еще и полотенце сам поправил, ну прямо джентльмен. Похоже, выпустив пар, мужчине стало немного проще мириться с моей наготой. А может, ему стало меня попросту жалко: ударилась, так еще и полотенце перестало выполнять свою функцию.
– Одну секунду.
Через десять Илай вернулся не только со своим полотенцем, но и мою одежду с кровати прихватил. От такой заботы у меня даже лыбу свело. Ну что за прелесть! Обходительный и нежный, но в то же время такой сильный и чувственный. Ну и что мне делать с этим идеалом мужчины?
Не давая мне передумать в составлении хорошего мнения, Илай переместился на кровать.
– Это немного странно, что я пользуюсь твоим полотенцем, разве нет? – спросила, выжимая волосы.
– Прошлое полотенце тоже принадлежало мне, - заметил мужчина. – Меня-то все устраивает.
Я промолчала. Закончив вытираться, повесила полотенце на бортик и стала надевать нижнее белье.
– Мне нравится, когда ты искренна и не прячешь свои желания.
– Это называется легкомыслие.
– Это называется два взрослых человека очень нравятся друг другу.
– Тогда как называется то, когда два взрослых человека делают большую глупость, которая может выйти из-под контроля?
– Брать от жизни все.
Понимая, что терять уже нечего, я продолжила шнуровать рубашку уже в комнате. Илай все равно уже видел все, что только можно.
– А если кто-то из нас бесповоротно влюбится? – напомнила я.
– А ты сможешь и дальше делать вид, будто мы друг другу не нравимся?
– Нет.
– Тогда и не выпендривайся. И вообще, я тоже хочу освежиться.
– Мне на сегодня точно водных процедур хватило. Пойду узнаю, что они от меня хотели.
Вздохнув, оставила Илая в каюте. Уже снаружи я дала себе немного времени успокоиться и еще раз все хорошенько обдумать. Счастливая улыбка то и дело трогала губы: как бы я не пыталась отрицать очевидное, этот пират мне нравился. Безумно, до потери памяти. И к нему всегда хотелось возвращаться: именно поэтому я и оказалась здесь, собственно.
Глупая улыбка не покидала меня и в трюме, который я почти тут же спустилась. Раз не нашла боцмана наверху, он наверняка был здесь. Внизу меня встретил весёлый шум: пираты вовсю… бухали. Называть это «выпиванием» было бы комплиментом.
– Пьете? И без нас? – с «порога» улыбнулась я.
Судя по ответным взглядам, на праздник жизни меня не ждали. Даже обидно стало: пока я строила из себя пацана, ни одной бутылки не зажали, так еще и поощряли. Но среди мужчин из старой команды были и новенькие. И, в отличие от снисходительных «старичков», они смотрели на меня с явной неприязнью.
– А бабам сюда можно? – Один из еще незнакомых мне моряков повернулся к Рори с нескромным вопросом.
– Я знаю, насколько легко тебя завести.
И он был прав.
Тем временем мы продолжали ходить по кругу, внимательно следя друг за другом. Без зрителей я сразу же почувствовала себя свободнее, и игривость Илая стала передаваться и мне. Мужчина двигался легко, как лис.
– Начинай, - приказал капитан.
И я быстро направилась к нему по кривой. Сабля непривычно отягощала руку. Я ударила – осторожно, чтобы не навредить. Движение меча казалось непредсказуемым, было сложно контролировать размах. Моей нерешительностью и воспользовался капитан: с нарочитым спокойствием он увернулся и тихонько стукнул меня по темечку плоской стороной лезвия.
– Не бойся нападать и будь раскованнее.
– Хватит меня учить.
– А мы чем здесь занимаемся? Танцуем?
Я развернулась и сделала выпад – но Илай тут же отвел мое оружие в сторону и резко приблизился. Тяжелая рука легла на талию и притянула к себе. Сабли, встретившись, звякнули вдоль наших тел.
– Но я бы посоветовал относиться к этому именно как к танцу, - с лукавой улыбкой прошептал Илай, приблизив свое лицо к моему. – Потому что битва – это всегда танец… относись к своему оппоненту как к любовнику.
– А если я хочу его задушить? – так же тихо ответила я.
– А что тебе мешает?
И, посмеиваясь, Илай отстранился – а я, теряя эту близость, интуитивно потянулась к нему. Но внезапно мужчина замер и встревоженно посмотрел куда-то мне за спину.
– Клэр, глянь…
Ну я и обернулась – и получила звонкий шлепок по своему приключенческому радару.
– Гад! – отреагировала мгновенно, немного смущенно, но определённо – зло. – Достану. Руки оторву!
Не теряя ни секунды, бросилась к Илаю и замахнулась саблей. Он отбил, и я ударила снова – клинки скрестились. Уверена, капитан поддавался, ну а я напирала со всем своим упорством. Металл дрожал. Но мы с Илаем смотрели друг на друга, не разрывая контакт. И даже дышали, кажется, в унисон. Рука к руке, клинок к клинку, мы стояли, и ничто больше в мире нас не волновало. Только наш танец – а сражение напоминало именно его. А потом моя сабля съехала, и я полетела вниз. Ощутив подножку, упала – но тут же перекатилась в сторону: Илай взял да и всадил саблю там, где я только что лежала. Вот разошелся! Ну ничего, достану я его. Ох, достану…
– Не обязательно протирать полы прямо во время занятия, - раздалось весёлое со стороны капитана.
– А ты присоединяйся.
Но только я попробовала встать, мужчина придавил ногой мою саблю. Ну а я что? Пошла ва-банк. У меня был только один шанс перехитрить моего противника. Я выхватила кинжал из голенища и вонзила его совсем рядом с ногой Илая. Тот сразу же отошел – на рефлексе.
Этого было достаточно. Я тут же вскочила на ноги и бросилась на капитана, явно не ожидавшего моего трюка с ножом. Но что-то он все-таки предугадал, потому что качнулся в сторону – и мой клинок пролетел под его мышкой. Я совершила несколько шагов за ним – и была перехвачена Илаем, развернувшим меня к себе. Задыхаясь, предприняла последнюю попытку защититься и встретила его саблю своей. И снова звон. Шаг назад – и была прижата к мачте. Илай увел мое оружие вверх, удерживая руки над моей же головой. Грудь к груди, глаза в глаза – это было что-то невероятное.
Так же, как и я, тяжело дыша, Илай прошелся затуманенным взглядом по моему телу. Свободная рука легла на талию, притягивая к себе. Смяла в кулак влажную ткань рубашки. А я не могла и не хотела сопротивляться, только смотрела в его глаза – и принимала свое поражение. Я проиграла Илаю. Я утонула в море его глаз.
А потом случилось то, чего я постоянно избегала даже в своих мыслях. Капитан прильнул к моим губам, целуя, обжигая. В какой-то момент я, кажется, даже выронила саблю, не помню. Но мужчина не позволил мне опустить руки, удерживая их над головой. Но я бы не сбежала. Этот поцелуй не был похож ни на какой прежний: в нем хотелось утонуть с головой. Сейчас я была согласна даже захлебнуться в тех чувствах, которые мы с Илаем делили на двоих.
Целуя и лаская, капитан был нежен, но все-таки настойчив. Я бы даже сказала нетерпелив. Мы были путниками в пустыне, нашедшими воду. И мы не могли насытиться.
Но все-таки не до конца мы потеряли рассудок. Ну или хотя бы один из нас. Краем уха я услышала, как скрипнула дверь в трюм – и уже через секунду стояла по другую сторону мачты. Смущенно приглаживая волосы, встретила заинтересованный взгляд Бенедикта. Ну а что? Илай из меня все соки на тренировке выжал. Только вот опухшие губы горят, и рубашка сползла…
– Кто победил? – тем временем полюбопытствовал боцман.
– Илай, - буркнула я, даже не давая капитану придумать что-то компрометирующее. Хотя чего таить, мы своим видом сами же себя и компрометировали. Я не смотрела на Илая, но боковым зрением видела, что он тоже еще не восстановил сбившееся дыхание.
– Ну ничего, научишься ещё, - ободряюще заверил Бенедикт и повернулся к моему учителю. – Капитан, вы закончили?
– Да, конечно. Можно возвращаться к работе. Клэр?..
– А я ванну приму, - перебила его. - Не заходи ко мне, пожалуйста. Бенедикт свидетель моей просьбе.
– Да уж прослежу. – Я прямо видела, как Бенедикт сдерживался, чтобы не пошутить, и за то спасибо. – Только потом спустись к нам, пожалуйста, есть дело по колдовскому вопросу.
– Я должен в этом участвовать? – настороженно спросил Илай, смотря то на меня, то на боцмана.
– Не обязан, капитан. Все как обычно.
– Лучше ванну прими, - посоветовала капитану, все так же игнорируя его взглядом. Было слишком неловко, и я еще не решила, как отношусь к произошедшему. Появление Бенедикта оказалось как никогда кстати. – А то не продержусь в трюме и минуты.
– Ладно, ладно. Тогда иди быстрее купайся, а то ведь присоединюсь.
– Руки оторву!
И я ускакала в каюту, лишь бы не оставаться с Илаем наедине. Вскоре мне наполнили бадью, и чего мне стоило не утопиться в ней. А ведь хотелось. А еще я страстно желала побиться головой о бортик: то ли от переполнявшего меня волнения, то ли от отчаянного «и что мне с этим делать?!».
Прода от 30.05.2024, 12:14
Наше с Илаем влечение друг к другу неоспоримо и было продемонстрировано достаточно наглядно. Доказательство этому горело у меня на губах. Поэтому дальше делать вид, будто бы мы просто очень близкие друзья и соседи по комнате, просто не получится. Сбежать тоже не прокатит: мы в море без единого варианта развернуть корабль обратно. Конечно, любая другая девушка уже поблагодарила бы вселенную за взаимные чувства и воспользовалась этим «круизом» на полную, но не я: не хотела разбитого сердца, тем более - сейчас, когда отчётливо видела цель своего пути. И в его конце не будет Илая. Зато будет магическая академия, работа в Королевстве. Будут новые друзья, знакомые, когда-нибудь даже семья. А вот пираты останутся в море.
Когда я вновь собралась топиться, в каюту постучали.
– Клэр, мне нужно зайти, - крикнул от двери капитан. И если сперва я облегчённо выдохнула, то тут же подобралась.
– Нельзя!
– Ты за ширмой?
– Да..
– Ну вот и оставайся там.
Я прикрыла себя руками и прислушалась к происходящему за ширмой. Тихо прикрыв дверь, мужчина направился куда-то к рабочему столу. До меня донеслись шорох бумаги и звук отодвигаемых ящиков.
Купаться как-то разом расхотелось. Приподнявшись над бадьей, я стала искать одежду и обнаружила, что оставила ее на кровати. Черт. Недальновидно, совсем на меня не похоже. В этом тоже наверняка виноват Илай. Впрочем, как и во всех остальных моих бедах.
Пришлось аккуратно встать и, шлепая по доскам, снять полотенце с ширмы.
– Клэр, я бы хотел спросить у тебя кое-что, - вдруг сказал Илай откуда-то со стороны комнаты.
– А лучше ты момента не нашел? Я тут вообще-то голая.
– Я в курсе. Ты, кстати, против света стоишь.
Пришлось быстро завернуться в полотенце и замереть, прислушиваясь. Почему-то мне казалось, что капитан стоит совсем близко, хотя его голос и доносился в трех метрах от ширмы. Было волнительно вот так стоять в одной комнате с ним всего лишь в полотенце, едва меня прикрывающем, и чтобы с моих влажных ног стекала вода. Тем более, сейчас, всего лишь спустя пятнадцать минут после нашего поцелуя. Первого… подумав об этом в таком ключе, я улыбнулась. Но сейчас не о романтике.
В связи со всем этим было бы наивно считать, что Илай хочет поговорить о чем-то отстраненном. Еще глупее было бы думать, что сейчас все его мысли направлены не по эту сторону ширмы.
– Поэтому ты придумал себе какие-то очень важные дела, чтобы проникнуть в каюту? – напряжённо спросила.
– А ты всегда такая догадливая или только сейчас? – хмыкнул Илай. Судя по тихому жужжанию, он вертел глобус. И, скорее всего, привычно сидел на краю стола.
– А ты часто пользуешься моей доверчивостью?
– Нет, только сейчас.
– Значит, постоянно.
– А я ведь даже не сказал, что у меня есть какие-то дела в каюте. Просто предупредил, что мне нужно зайти, - ответили из-за ширмы с чисто лисьей хитростью.
С тяжёлым вздохом я признала свое поражение. Звание ведьмы тоже не оправдала: мой экзаменатор превзошел меня в честном бою.
Аккуратно выглянув из-за ширмы, чтобы было видно только голову да плечо, я с напускным раздражением сказала:
– Тогда задавай вопрос и уходи. – И кивнула в сторону кровати, где была раскидана моя одежда.
Илай за мной проследил, всё понял и вновь повернулся к ширме. Взгляд мужчины сполз на мое влажное плечо и потемнел. Почувствовав себя неловко, я снова спряталась за спасительную ширму. Здесь хотя бы не видно, как смотрит на меня Илай.
– Может, ты перестанешь бегать от меня? – вдруг требовательно спросил он.
– Ты же видел, что я без одежды.
– Клэр, если ты будешь постоянно напоминать мне о том, что обнажена, я буду говорить с тобой по ту сторону ширмы.
Намек поняла, язык прикусила, край полотенца приподняла повыше.
– А так я все время с тобой бегаю, иногда даже за тобой. – Правило жизни номер пять: в любой неловкой ситуации коси под дурочку. – Ну, ладно, иногда и от тебя тоже, особенно когда переступаешь рамки приличного.
– Во время тренировки я тоже переступил границы дозволенного?
– Нет, это была уже я.
И мы замолчали. Может, думали об одном, а может, о разном. Но я боялась даже шелохнуться, всем своим телом чувствуя присутствие Илая. И он нарушил эту тишину первым, медленно приблизившись к ширме. Теперь мы стояли совсем близко друг к другу. Даже не представляю, каких усилий ему стоило сохранять дистанцию.
– Клэр, если ты соврешь, я пойму это и заставлю говорить искренне.
–Ты собираешься применить насилие? – не поверила я.
– Нет, удовольствие.
Краснея, закрыла лицо руками. Слова Илая разрывали меня изнутри: я чувствовала и волнение, и смущение, и сильное желание подыграть и отдать себя на волю мужчины. Снова ощутить его сильные руки, нежные губы… от мыслей об этом в полотенце как-то резко стало тесно, я бы даже сказала душно.
– Ну так спрашивай быстрее, - хрипловато поторопила мужчину.
– Ты была искренна на палубе?
– Да. Все было взаимно, если ты об этом.
– И ты собираешься и дальше делать вид, будто между нами ничего нет?
– Не вижу никакого противоречия.
– А я – да, одно внушительное. Знаешь, глаза мозолит.
– Ну так не смотри!
Ширма задрожала: кажется, в нее вцепились с другой стороны.
– Клэр, я хочу тебя поцеловать.
– Ну так целуй.
Не знаю, кто сказал это за меня. В присутствии Илая я больше за себя не ручалась и не несла никакой ответственности за собственные поступки. Не в силах удерживать съезжающую крышу, отправила ее в свободное плавание и ответила на нетерпеливый поцелуй Илая, который уже настиг меня по эту сторону ширмы. Он вцепился в мое полотенце, я – в его рубашку, в волосы, до всего, до чего могла дотянуться. Не насытившись в прошлый раз, мы целовали друг друга долго, настойчиво, но ни в коем случае не грубо. Илай даже сейчас не изменял себе, стараясь быть чутким.
Забывшись, мы сделали несколько шагов в сторону кровати, но я дернула капитана обратно – и не рассчитала. Ноги подогнулись, и я свалилась в бадью, утягивая мужчину за собой. С всплеском нас окатило водой, а я еще и о бортик стукнулась. Но именно этот удар отрезвил, возвращая в реальность. Илай, частично нависший надо мной, задрожал от смеха. Ну а я, сплевывая воду, не сдержалась и захихикала тоже.
– Кто-то очень любит водные процедуры, - пошутил нар Брекен, придерживая меня над поверхностью воды. Не знаю, каким чудом полотенце осталось на месте, лишь приспустившись.
– Тут, вообще-то, вода остыла.
– Моя вина.
И пират аккуратно вытащил меня из бадьи, еще и полотенце сам поправил, ну прямо джентльмен. Похоже, выпустив пар, мужчине стало немного проще мириться с моей наготой. А может, ему стало меня попросту жалко: ударилась, так еще и полотенце перестало выполнять свою функцию.
– Одну секунду.
Через десять Илай вернулся не только со своим полотенцем, но и мою одежду с кровати прихватил. От такой заботы у меня даже лыбу свело. Ну что за прелесть! Обходительный и нежный, но в то же время такой сильный и чувственный. Ну и что мне делать с этим идеалом мужчины?
Не давая мне передумать в составлении хорошего мнения, Илай переместился на кровать.
– Это немного странно, что я пользуюсь твоим полотенцем, разве нет? – спросила, выжимая волосы.
– Прошлое полотенце тоже принадлежало мне, - заметил мужчина. – Меня-то все устраивает.
Я промолчала. Закончив вытираться, повесила полотенце на бортик и стала надевать нижнее белье.
– Мне нравится, когда ты искренна и не прячешь свои желания.
– Это называется легкомыслие.
– Это называется два взрослых человека очень нравятся друг другу.
– Тогда как называется то, когда два взрослых человека делают большую глупость, которая может выйти из-под контроля?
– Брать от жизни все.
Понимая, что терять уже нечего, я продолжила шнуровать рубашку уже в комнате. Илай все равно уже видел все, что только можно.
– А если кто-то из нас бесповоротно влюбится? – напомнила я.
– А ты сможешь и дальше делать вид, будто мы друг другу не нравимся?
– Нет.
– Тогда и не выпендривайся. И вообще, я тоже хочу освежиться.
– Мне на сегодня точно водных процедур хватило. Пойду узнаю, что они от меня хотели.
Вздохнув, оставила Илая в каюте. Уже снаружи я дала себе немного времени успокоиться и еще раз все хорошенько обдумать. Счастливая улыбка то и дело трогала губы: как бы я не пыталась отрицать очевидное, этот пират мне нравился. Безумно, до потери памяти. И к нему всегда хотелось возвращаться: именно поэтому я и оказалась здесь, собственно.
Глупая улыбка не покидала меня и в трюме, который я почти тут же спустилась. Раз не нашла боцмана наверху, он наверняка был здесь. Внизу меня встретил весёлый шум: пираты вовсю… бухали. Называть это «выпиванием» было бы комплиментом.
– Пьете? И без нас? – с «порога» улыбнулась я.
Судя по ответным взглядам, на праздник жизни меня не ждали. Даже обидно стало: пока я строила из себя пацана, ни одной бутылки не зажали, так еще и поощряли. Но среди мужчин из старой команды были и новенькие. И, в отличие от снисходительных «старичков», они смотрели на меня с явной неприязнью.
– А бабам сюда можно? – Один из еще незнакомых мне моряков повернулся к Рори с нескромным вопросом.
