– А может, он и по сердцу тебе придется, – подмигнула старушка, заплетавшая княжне косу.
– Если бы, нянюшка! Мне б того повстречать, кто меня бы смог понять. И вообще, интересно: каков он? И почему чародей сватается к простой деве? Почему не ищет ровню?
– Да кто ж тех чаротворцев разберет-то, дитя? – вздохнула нянюшка.
Как только слуги закончили хлопотать над ней, Варвара воспользовалась переполохом от подготовки к встрече гостя и улизнула из терема.
Ярволод тоже нервничал и от того терзал расспросами 0волшебное зеркало.
– Покажи еще раз красу ненаглядную! Покажи, дай душеньку потешить!
Зеркало вздохнуло и подернулось рябью, а через мгновение на нем вспыхнуло изображение рыжеволосой ? в изумрудном платье, сидящей на речном берегу.
– Хороша дева! Чудо как хороша! – прищелкнул языком маг и тихо молвил:
– Может, она утолит мою печаль и исцелит раны сердечные?
– Тут к миленькому личику характер ершистый прилагается, –осторожно предупредило зеркало. – может, и не пойдет за тебя краса этакая.
– Кто ж ее спросит?– фыркнул Ярволод, поправляя рукава кафтана. – в наше время важно лишь отцово мнение, а я зять хоть куда! Богат, знатен и магией не обделен! Так что будет Варюшка моей! А коли фордыбачить вздумает, тотчас пополнит коллекцию моих дивных пичужек.
Ярволод расплылся в самодовольной улыбке и взглянул на десять золотых клеток, в каждой из которых сидели жар-птицы с лицами прекрасных дев. Все они когда-то были гордыми царевнами, но теперь гордость уступила место молчаливой покорности. У всех, кроме одной.
Подойдя к ее клетке, Ярволод недобро сверкнул глазами:
– Ну что, Веселинушка, все еще не мил я тебе? По-прежнему видишь во мне братца названого, а душа тоскует о другом?
– И вовеки веков будет так! – гордо вскинула голову Веселина.
– Ну, стало быть, не видать тебе воли как ушей своих.
Варвара, сидя на берегу реки, достала из лукошка тарелочку и яблочко заговорённое.
– Катись, яблочко, по тарелочке, покажи мне жениха-чародеюшку!
Поверхность блюдца засверкала, и взору девы предстал высокий молодец в кафтане цвета неба, с волосами чернее смолы да с улыбкой лисьей на устах.
«Вполне себе красавЕц – подумала Варвара- но этого все же мало, чтобы сердце свое подарить»
И тут взору ее крупным планом предстали очи небывалые цвета гречишного меда да с золотой искрой.
«Взгляд зверя дикого, волка лесного» – отпрянув, подумала девушка, пытаясь унять частящее сердце. А тарелочка все показывала, как Ярволод тянет руку свою к птице дивной, которая от него в угол клетки своей забивается.
Ярволод вдруг усмехнулся.
– Всегда ты, Веселинушка, подле меня птицею будешь! А дочка княжеская моей супругой станет.
– На что тебе дочка княжеская? Почему пару средь чародеек не ищешь? – спросила птица.
– С Великим князем Яснодаром всяк породниться желает. А дочь его, Варвара, слывёт девицей доброй и по красоте тебе ровней будет. Исцелит она израненное сердце мое.
Рассмеялась птица смехом звонким, человеческим.
Небрежный взмах руки Ярволода превратил тот смех в чириканье.
Не смогла Варвара дальше смотреть. Схватила блюдечко да, быстрой ланью домой побежала.
«Успеть бы все тятеньке рассказать» – билось в висках
Усмирив птицу, Ярволод кликнул ветер буйный, что в соседнее царство его вмиг перенес, прямо в терем Яснодара.
– Здрав будь, добрый молодец, – услышал маг зычный голос хозяина. – как же ты мимо стражи моей прошел?
– Что чароплету стража, когда он может ветер оседлать и на нем в окно влететь, князь батюшка? –самодовольно усмехнулся чародей.
– Негоже человеку благородному как вору подлому через окно в дом проникать, – покачал головой князь.
В этот миг дверь дубовая распахнулась и в палаты княжеские вбежала дева юная.
– Тятенька! Я страшное узнала! – воскликнула она и замолчала на полуслове, увидев гостя.
– А вот и Варенька, отрада души моей! – улыбнулся князь.
Круто повернувшись на каблуках, Ярволод отвесил земной поклон и молвил:
– Прекрасная княжна, я прошу Вашей руки!
– Только руки? Неужели думаете, что ваши колдовские премудрости заставят меня отдать вам сердце?- фыркнула девушка, гордо выпрямившись, – Я наслышана о вас и делах ваших Ярволод.
– Все мои деяния во благо люду простому, а жену свою я окружу заботой небывалой! - вкрадчиво промурлыкал маг.
– Не желаю с чародеем каравай делить! – отчеканила Варвара и вышла из палаты отцовской.
– Непокор-р-рная дочь! – горделиво улыбнулся князь. – Мое воспитание!
– Разве Вы ей не прикажете? – растерялся Ярволод.
– Неволить Вареньку я не стану, – сухо отрезал Яснодар.
Раздосадованный маг поклонился и стремительно покинул покои княжеские.
«Да как она посмела мне отказать? Простая девчонка! Отвергла меня, чародея великого! Ну ничего, я ее проучу!» бушевал Ярволод, в ушах которого все еще звучало гордое: «не желаю каравай делить»!
Оказавшись во дворе терема, маг увидел Варвару. Она вела беседу со старым дружинником:
– Ты бы его видел дядька Игнат. Гусь напыщенный! Да чтобы я…
– Детонька, да все равно ведь придется. На кого иначе твой батюшка престол оставит? – мягко сказал дружинник, подкручивая седой ус – Да и наследник надобен.
– Я бы и рада, но нет меня достойного ни по роду, ни по уму. А делам государственным меня саму тятенька учит и…
Договорить она не успела.
– Варвара! – донесся до нее окрик Ярволода.
Девушка стремительно обернулась.
-Вы своим отказом оскорбили меня, княжна! За это я на три дня обращу вас в птицу, а затем вновь о согласии спрошу.
– Не трудитесь, мой ответ неизменен, – гордо выпалила она. — вовеки не покорюсь я тому, кто свое через страх получает!
– Тем хуже для вас, княжна.- хмыкнул маг и на пальцах его заискрились звезды. Буйным вихрем закрутились они и полетели в сторону княжны.
Та ловко увернулась от заклятия и звонко рассмеялась:
— Не попал! А еще маг!
Ярволод усмехнулся и метнул в девушку новое заклятие
Оно приближалось медленно, будто улавливая девичьи движения. А когда сгусток магии почти настиг ее, княжна выхватила у старого дружинника щит. Отразившись от медной поверхности, чародейские звезды развернулись и полетели в своего хозяина.
Раздался тихий вскрик, щелчок и вот уже на месте Ярволода стоит растерянный гусь в плаще.
– Вот и славно, а в тереме твоем освободились от чар все птицы. – улыбнулась Варвара.
– Га!
– Назад хочешь? Не умею я расколдовывать. – развела руками Варвара. – ничего, Походи так три дня, глядишь подобреешь и научишься себя вести с девушками!
Закончив рассказ, Кощей смолк, ожидая аплодисментов.
Но вместо этого Дориэль лишь прокашлялся и спросил:
– Мы братца-то искать будем?
– Скучные вы! – махнул рукой Бессмертный.
Велев слугам принести сушеное яблоко, хозяин терема поудобнее устроился в кресле и заунывно начал.
– Ты катись, наливное… тьфу ты! Сушеное яблочко да по блюдечку, покажи нам, что видеть желается.
Яблочко нехотя дрогнуло, сдвинулось и медленно покатилось по каемочке, рисуя дивную картину.
Баба Яга хмурилась, глядя за окно и вслушиваясь бодрый в топот избушки, пытающейся согреть куриные ноги. Вроде Новый Год скоро, снега по самый нос навалило, а настроения новогоднего как не было, так и нет. При мысли о том, что придется рубить елку для новогодней ночи, вообще хотелось рыдать в голос.
– Ты чего это, Ягушка? – заботливо спросил Леший, обнимая ее за плечи.
— Новый Год этот, будь он неладен, – буркнула Ежка.
– Чем ж тебе праздник-то не угодил, милая? Ведь самая волшебная ночь в году! Зайчишки вокруг елок хороводы водят, белочки шишки звездным сиянием обматывают и дупла украшают!
– И все кому не лень елки рубЮт, чтобы в квартирах своих поставить– передразнила его Яга. – Красота неописанная потом по всему лесу – сплошные пеньки!
Леший понимающе хмыкнул и улыбнулся в густые усы из пушистого мха. За пятьсот лет совместной жизни женушка явно прониклась мыслью, что природу беречь надо. Мелочь, а приятно.
— Ягуша, ну не хочешь ты настоящую ёлку, давай я искусственную принесу, — ласково сказал он.
Яга сбросила мужнюю руку и сердито протопала к большому сундуку, на котором дремал пушистый черный кот.
Взяв животинку на руки, села на сундук, устроив любимца у себя на коленях.
– Искусственную?! Ишь чего удумал, чурбан бесчувственный! – фыркнула она, гладя кота. – Да этот кусок зеленого пластика мне все мухоморы в избе перетравит парaми химическими! А Васенька вообще позеленеет от такого.
– Мя! – сердито подтвердил кот, приоткрыв глаз.
— Ну хорошо-хорошо! — стушевался Леший и пробормотал себе под нос:
– С дурной Ежкой спорить себе дороже.
– Чего?!
— Я говорю, что ты предлагаешь, ягодка моя? – елейно спросил любящий муженек.
Баба Яга зарделась, засмущалась, аки красна девица, что аж все возмущения из головы как ветром выдуло.
– А какая я у тебя ягодка? – кокетливо уточнила она, поправляя седые лохмы.
– Волчая, – ехидно припечатал Леший.
Яга сердито зыркнула на мужа и нехотя встала, согнав недовольно мяукнувшего Ваську с колен.
– Ты чёй-та удумала, Ягуша? – опасливо спросил Леший.
Проигнорировав его вопрос, баба Яга подошла к окну, распахнула его и стала колдовать. Миг – и в избушку влетело с десяток снежков. По мановению руки колдуньи весь снежный рой устремился к Лешему.
Яга посмеивалась, глядя как муж улепетывает от снежных комочков, а те так и норовят запрыгнуть за шиворот его косоворотки.
"А правда: чем можно заменить зеленую красавицу?"– рассуждала хозяйка избушки, наблюдая как муженек резво карабкается на полати.
– Да уйми ж ты своих иродов снежных, ягода-малинка моя! – взмолился Леший, чуть не плача.
"Ягода малинка, оп-оп-оп..." – тут же прилипчивым мотивом заиграло в голове у Ежки, заставляя ноги пуститься в пляс.
– Фу ты ну ты! – сплюнула она, проплясывая мимо печки. – опять к людям ходил, старый пень?! Их музЫки наслушался, а теперича песни эти как заклятья на мне испытываешь?!
– А ежели и так? Ты же тоже на мне свои чары испытываешь? – Леший показал любимой вредине язык.
Рассмеявшись, та махнула рукой, и снежное войско растаяло без следа.
Свесившийся с печки Леший улыбнулся и посмотрел на Ягу долгим взглядом, полным нежности. Такая вредная и своенравная, но такая любимая. У всех Василисы прекрасные да премудрые, а у него прекрасная Яга. Правда не премудрая, а скорее перемудреная – сам черт не разберет, какие мысли и идеи роятся в этой голове – но это уже детали.
Яга перестала танцевать и устало опустилась на сундук.
– Фу, уморил старушку, – выдохнула она, отирая пот со лба рукавом сарафана.
Мысли все также роились вокруг елки. Яга понимала, что лесную красавицу нельзя заменить абы чем.
Это должно быть что-то натуральное и напоминать ёлку.
– Ёлочка-ёлка... – бормотала она, глядя на изрисованное морозными узорами окно.
В этот момент дверь со скрипом распахнулась, впуская внутрь сугроб с глазками и в короне.
– Здравы будьте, хозяева! – молвил сугроб лязгающим голосом и отряхнулся.
Взору Яги и спрятавшегося на печке Лешего предстал взъерошенный Кощей.
Поправив съехавшую на бок корону, он молодцевато щелкнул шпорами сапог-скороходов и спросил:
– Чего грустим?
– Думаем, из чего елку смастрячить такую, чтоб природе не во вред, – отозвался Леший, слезая с печки.
Кощей почесал макушку, сел на лавку и выдал:
– Так это... Балда ж с чертями чудо-лавку открыл. "Балдаберис" называется. Там всякой всячины со всех уголков сказочного мира пруд пруди и доставляют ковром-самолетом за пару дней.
– Да ну их, – отмахнулась Яга. – еще напутают чего черти, пришлют вместо елки метелку какую.
Яга вдруг замерла, точно громом пораженная, а потом вскочила с места и радостно воскликнула:
– Точно! Метелка!
Увидела две пары глаз, с одинаковым недоумением уставившихся на нее, и смущенно пояснила:
– Ну а что? Моя метла все равно зимой без дела пылится. А она, на минуточку, из природных материалов сделана.
От таких доводов глаза Лешего и Кощея стали размером с блюдца.
— Ягусенька, ты уверена, что хочешь наряжать метёлку? — ласково спросил Кощей, приобняв ее за плечи.
Ягу передернуло от его приторного тона.
–Шоколад в сиропе, ей-богу! – фыркнула она. – Такое чувство, будто вы оба считаете меня душевнобольной.
– Почему душевно? – засуетился Леший, трогая лоб жены. – Ничего не душевно, а просто больной. Может, это у тебя жар или простуда какая, что ты бредишь, Ягушка?
– Я просто хочу метёлку! – топнула ногой Яга и осеклась – То есть ёлку... в общем, ёлку из метёлки хочу, вот!
Леший с Кощеем переглянулись, и последний едва заметно покрутил пальцем у виска.
Видимо, оба пришли к выводу, что с "просто больной" колдуньей лучше не спорить, потому что дружно рванули на чердак.
– Вы куда?!
— Пойду протру твою метлу от пыли, – ответил Леший.
– А я достану ёлочные игрушки, – спешно пояснил Кощей.
Избушка недовольно закудахтала, когда эти двое начали активно орудовать на чердаке, сиречь под крышей.
Через час Яга старательно обматывала древко метлы зеленой светящейся паутиной, фальшиво распевая:
— И вот она нарядная на праздник к нам пришла...
— И крышу окончательно детишечкам снесла, — ехидно подхватили Кощей с Лешим, усиливая сияние своими чарами.
— Да ну вас! — отмахнулась счастливая Яга.
Не обращая внимания на тихие смешки за спиной, она с помощью магии закрепила метелочку посередине горницы, поставив ее на древко. – Ну вот! Красота! – умилилась волшебница-затейница, сложив руки бутончиком, – Теперича остается только украсить прутья... ой, тьфу ты! Лапы моей ёлочки-метелочки.
От магии в этом вопросе Яга отказалась принципиально, ведь вручную наряжать гораздо интереснее.
Провозилась троица до вечера, развешивая елочные игрушки на каждый прутик в отдельности. Кощей украсил ёлку-метёлку гирляндой из светящихся косточек, Леший развесил на прутики разноцветные шишки, а сама Яга гордо водрузила на "верхушку" елки большую шляпку от мухомора.
Кот Васька нарезал круги вокруг импровизированной елки, и в зеленых глазах его явственно читалось: "Как же тебя уронить-то?".
— А ведь неплохо получилось, — довольно улыбнулся Леший.
– И все-таки не понимаю я, почему ты согласился на это метелочное безумие? – спросил его Кощей.
Яга подошла к супругу, склонила голову ему на плечо и, любуясь результатом трех часов совместной работы, проворковала:
— Потому что у меня самый лучший на свете муж!
Глядя на все это великолепие, Кощей утирал непрошенные слезы.
– Ишь ты, чудо-блюдечко! Все раны мне разбередило да о прошлом напомнило! Я ведь в глубине души то и желал увидеть – шмыгнул носом он. – Как чУдно и дружно мы жили в волшебном лесу, а сейчас все по теремам сидят, как сычи!
– Ой, Кеша, ну хватит сосульки слезами топить, – поморщилась снежная королева. – крути яблоко дальше, ищи братика моего муженька!
Утерев нос рукавом кафтана, Кощей снова раскрутил яблоко и бодро скомандовал:
– Ну, показывай, чудо яблоко, то, что сердцу увидеть хочется.
Яблочко снова завертелось, закружилось.
– Смотрю я на это яблочко и голова кружИтся, – улыбнулась Снежка. – Как тогда, на концерте Соловья.
Яблоко на миг замерло, а потом начало показывать расплывчатую картинку.
Савелий, более известный как “Соловей разбойник-младший” сидел за столом, чинно поедая завтрак. Выпив восьмую чашку чая, сын «того самого» Соловья загрустил.
– Если бы, нянюшка! Мне б того повстречать, кто меня бы смог понять. И вообще, интересно: каков он? И почему чародей сватается к простой деве? Почему не ищет ровню?
– Да кто ж тех чаротворцев разберет-то, дитя? – вздохнула нянюшка.
Как только слуги закончили хлопотать над ней, Варвара воспользовалась переполохом от подготовки к встрече гостя и улизнула из терема.
***
Ярволод тоже нервничал и от того терзал расспросами 0волшебное зеркало.
– Покажи еще раз красу ненаглядную! Покажи, дай душеньку потешить!
Зеркало вздохнуло и подернулось рябью, а через мгновение на нем вспыхнуло изображение рыжеволосой ? в изумрудном платье, сидящей на речном берегу.
– Хороша дева! Чудо как хороша! – прищелкнул языком маг и тихо молвил:
– Может, она утолит мою печаль и исцелит раны сердечные?
– Тут к миленькому личику характер ершистый прилагается, –осторожно предупредило зеркало. – может, и не пойдет за тебя краса этакая.
– Кто ж ее спросит?– фыркнул Ярволод, поправляя рукава кафтана. – в наше время важно лишь отцово мнение, а я зять хоть куда! Богат, знатен и магией не обделен! Так что будет Варюшка моей! А коли фордыбачить вздумает, тотчас пополнит коллекцию моих дивных пичужек.
Ярволод расплылся в самодовольной улыбке и взглянул на десять золотых клеток, в каждой из которых сидели жар-птицы с лицами прекрасных дев. Все они когда-то были гордыми царевнами, но теперь гордость уступила место молчаливой покорности. У всех, кроме одной.
Подойдя к ее клетке, Ярволод недобро сверкнул глазами:
– Ну что, Веселинушка, все еще не мил я тебе? По-прежнему видишь во мне братца названого, а душа тоскует о другом?
– И вовеки веков будет так! – гордо вскинула голову Веселина.
– Ну, стало быть, не видать тебе воли как ушей своих.
***
Варвара, сидя на берегу реки, достала из лукошка тарелочку и яблочко заговорённое.
– Катись, яблочко, по тарелочке, покажи мне жениха-чародеюшку!
Поверхность блюдца засверкала, и взору девы предстал высокий молодец в кафтане цвета неба, с волосами чернее смолы да с улыбкой лисьей на устах.
«Вполне себе красавЕц – подумала Варвара- но этого все же мало, чтобы сердце свое подарить»
И тут взору ее крупным планом предстали очи небывалые цвета гречишного меда да с золотой искрой.
«Взгляд зверя дикого, волка лесного» – отпрянув, подумала девушка, пытаясь унять частящее сердце. А тарелочка все показывала, как Ярволод тянет руку свою к птице дивной, которая от него в угол клетки своей забивается.
Ярволод вдруг усмехнулся.
– Всегда ты, Веселинушка, подле меня птицею будешь! А дочка княжеская моей супругой станет.
– На что тебе дочка княжеская? Почему пару средь чародеек не ищешь? – спросила птица.
– С Великим князем Яснодаром всяк породниться желает. А дочь его, Варвара, слывёт девицей доброй и по красоте тебе ровней будет. Исцелит она израненное сердце мое.
Рассмеялась птица смехом звонким, человеческим.
Небрежный взмах руки Ярволода превратил тот смех в чириканье.
Не смогла Варвара дальше смотреть. Схватила блюдечко да, быстрой ланью домой побежала.
«Успеть бы все тятеньке рассказать» – билось в висках
***
Усмирив птицу, Ярволод кликнул ветер буйный, что в соседнее царство его вмиг перенес, прямо в терем Яснодара.
– Здрав будь, добрый молодец, – услышал маг зычный голос хозяина. – как же ты мимо стражи моей прошел?
– Что чароплету стража, когда он может ветер оседлать и на нем в окно влететь, князь батюшка? –самодовольно усмехнулся чародей.
– Негоже человеку благородному как вору подлому через окно в дом проникать, – покачал головой князь.
В этот миг дверь дубовая распахнулась и в палаты княжеские вбежала дева юная.
– Тятенька! Я страшное узнала! – воскликнула она и замолчала на полуслове, увидев гостя.
– А вот и Варенька, отрада души моей! – улыбнулся князь.
Круто повернувшись на каблуках, Ярволод отвесил земной поклон и молвил:
– Прекрасная княжна, я прошу Вашей руки!
– Только руки? Неужели думаете, что ваши колдовские премудрости заставят меня отдать вам сердце?- фыркнула девушка, гордо выпрямившись, – Я наслышана о вас и делах ваших Ярволод.
– Все мои деяния во благо люду простому, а жену свою я окружу заботой небывалой! - вкрадчиво промурлыкал маг.
– Не желаю с чародеем каравай делить! – отчеканила Варвара и вышла из палаты отцовской.
– Непокор-р-рная дочь! – горделиво улыбнулся князь. – Мое воспитание!
– Разве Вы ей не прикажете? – растерялся Ярволод.
– Неволить Вареньку я не стану, – сухо отрезал Яснодар.
Раздосадованный маг поклонился и стремительно покинул покои княжеские.
«Да как она посмела мне отказать? Простая девчонка! Отвергла меня, чародея великого! Ну ничего, я ее проучу!» бушевал Ярволод, в ушах которого все еще звучало гордое: «не желаю каравай делить»!
Оказавшись во дворе терема, маг увидел Варвару. Она вела беседу со старым дружинником:
– Ты бы его видел дядька Игнат. Гусь напыщенный! Да чтобы я…
– Детонька, да все равно ведь придется. На кого иначе твой батюшка престол оставит? – мягко сказал дружинник, подкручивая седой ус – Да и наследник надобен.
– Я бы и рада, но нет меня достойного ни по роду, ни по уму. А делам государственным меня саму тятенька учит и…
Договорить она не успела.
– Варвара! – донесся до нее окрик Ярволода.
Девушка стремительно обернулась.
-Вы своим отказом оскорбили меня, княжна! За это я на три дня обращу вас в птицу, а затем вновь о согласии спрошу.
– Не трудитесь, мой ответ неизменен, – гордо выпалила она. — вовеки не покорюсь я тому, кто свое через страх получает!
– Тем хуже для вас, княжна.- хмыкнул маг и на пальцах его заискрились звезды. Буйным вихрем закрутились они и полетели в сторону княжны.
Та ловко увернулась от заклятия и звонко рассмеялась:
— Не попал! А еще маг!
Ярволод усмехнулся и метнул в девушку новое заклятие
Оно приближалось медленно, будто улавливая девичьи движения. А когда сгусток магии почти настиг ее, княжна выхватила у старого дружинника щит. Отразившись от медной поверхности, чародейские звезды развернулись и полетели в своего хозяина.
Раздался тихий вскрик, щелчок и вот уже на месте Ярволода стоит растерянный гусь в плаще.
– Вот и славно, а в тереме твоем освободились от чар все птицы. – улыбнулась Варвара.
– Га!
– Назад хочешь? Не умею я расколдовывать. – развела руками Варвара. – ничего, Походи так три дня, глядишь подобреешь и научишься себя вести с девушками!
Закончив рассказ, Кощей смолк, ожидая аплодисментов.
Но вместо этого Дориэль лишь прокашлялся и спросил:
– Мы братца-то искать будем?
– Скучные вы! – махнул рукой Бессмертный.
Велев слугам принести сушеное яблоко, хозяин терема поудобнее устроился в кресле и заунывно начал.
– Ты катись, наливное… тьфу ты! Сушеное яблочко да по блюдечку, покажи нам, что видеть желается.
Яблочко нехотя дрогнуло, сдвинулось и медленно покатилось по каемочке, рисуя дивную картину.
***
Баба Яга хмурилась, глядя за окно и вслушиваясь бодрый в топот избушки, пытающейся согреть куриные ноги. Вроде Новый Год скоро, снега по самый нос навалило, а настроения новогоднего как не было, так и нет. При мысли о том, что придется рубить елку для новогодней ночи, вообще хотелось рыдать в голос.
– Ты чего это, Ягушка? – заботливо спросил Леший, обнимая ее за плечи.
— Новый Год этот, будь он неладен, – буркнула Ежка.
– Чем ж тебе праздник-то не угодил, милая? Ведь самая волшебная ночь в году! Зайчишки вокруг елок хороводы водят, белочки шишки звездным сиянием обматывают и дупла украшают!
– И все кому не лень елки рубЮт, чтобы в квартирах своих поставить– передразнила его Яга. – Красота неописанная потом по всему лесу – сплошные пеньки!
Леший понимающе хмыкнул и улыбнулся в густые усы из пушистого мха. За пятьсот лет совместной жизни женушка явно прониклась мыслью, что природу беречь надо. Мелочь, а приятно.
— Ягуша, ну не хочешь ты настоящую ёлку, давай я искусственную принесу, — ласково сказал он.
Яга сбросила мужнюю руку и сердито протопала к большому сундуку, на котором дремал пушистый черный кот.
Взяв животинку на руки, села на сундук, устроив любимца у себя на коленях.
– Искусственную?! Ишь чего удумал, чурбан бесчувственный! – фыркнула она, гладя кота. – Да этот кусок зеленого пластика мне все мухоморы в избе перетравит парaми химическими! А Васенька вообще позеленеет от такого.
– Мя! – сердито подтвердил кот, приоткрыв глаз.
— Ну хорошо-хорошо! — стушевался Леший и пробормотал себе под нос:
– С дурной Ежкой спорить себе дороже.
– Чего?!
— Я говорю, что ты предлагаешь, ягодка моя? – елейно спросил любящий муженек.
Баба Яга зарделась, засмущалась, аки красна девица, что аж все возмущения из головы как ветром выдуло.
– А какая я у тебя ягодка? – кокетливо уточнила она, поправляя седые лохмы.
– Волчая, – ехидно припечатал Леший.
Яга сердито зыркнула на мужа и нехотя встала, согнав недовольно мяукнувшего Ваську с колен.
– Ты чёй-та удумала, Ягуша? – опасливо спросил Леший.
Проигнорировав его вопрос, баба Яга подошла к окну, распахнула его и стала колдовать. Миг – и в избушку влетело с десяток снежков. По мановению руки колдуньи весь снежный рой устремился к Лешему.
Яга посмеивалась, глядя как муж улепетывает от снежных комочков, а те так и норовят запрыгнуть за шиворот его косоворотки.
"А правда: чем можно заменить зеленую красавицу?"– рассуждала хозяйка избушки, наблюдая как муженек резво карабкается на полати.
– Да уйми ж ты своих иродов снежных, ягода-малинка моя! – взмолился Леший, чуть не плача.
"Ягода малинка, оп-оп-оп..." – тут же прилипчивым мотивом заиграло в голове у Ежки, заставляя ноги пуститься в пляс.
– Фу ты ну ты! – сплюнула она, проплясывая мимо печки. – опять к людям ходил, старый пень?! Их музЫки наслушался, а теперича песни эти как заклятья на мне испытываешь?!
– А ежели и так? Ты же тоже на мне свои чары испытываешь? – Леший показал любимой вредине язык.
Рассмеявшись, та махнула рукой, и снежное войско растаяло без следа.
Свесившийся с печки Леший улыбнулся и посмотрел на Ягу долгим взглядом, полным нежности. Такая вредная и своенравная, но такая любимая. У всех Василисы прекрасные да премудрые, а у него прекрасная Яга. Правда не премудрая, а скорее перемудреная – сам черт не разберет, какие мысли и идеи роятся в этой голове – но это уже детали.
Яга перестала танцевать и устало опустилась на сундук.
– Фу, уморил старушку, – выдохнула она, отирая пот со лба рукавом сарафана.
Мысли все также роились вокруг елки. Яга понимала, что лесную красавицу нельзя заменить абы чем.
Это должно быть что-то натуральное и напоминать ёлку.
– Ёлочка-ёлка... – бормотала она, глядя на изрисованное морозными узорами окно.
В этот момент дверь со скрипом распахнулась, впуская внутрь сугроб с глазками и в короне.
– Здравы будьте, хозяева! – молвил сугроб лязгающим голосом и отряхнулся.
Взору Яги и спрятавшегося на печке Лешего предстал взъерошенный Кощей.
Поправив съехавшую на бок корону, он молодцевато щелкнул шпорами сапог-скороходов и спросил:
– Чего грустим?
– Думаем, из чего елку смастрячить такую, чтоб природе не во вред, – отозвался Леший, слезая с печки.
Кощей почесал макушку, сел на лавку и выдал:
– Так это... Балда ж с чертями чудо-лавку открыл. "Балдаберис" называется. Там всякой всячины со всех уголков сказочного мира пруд пруди и доставляют ковром-самолетом за пару дней.
– Да ну их, – отмахнулась Яга. – еще напутают чего черти, пришлют вместо елки метелку какую.
Яга вдруг замерла, точно громом пораженная, а потом вскочила с места и радостно воскликнула:
– Точно! Метелка!
Увидела две пары глаз, с одинаковым недоумением уставившихся на нее, и смущенно пояснила:
– Ну а что? Моя метла все равно зимой без дела пылится. А она, на минуточку, из природных материалов сделана.
От таких доводов глаза Лешего и Кощея стали размером с блюдца.
— Ягусенька, ты уверена, что хочешь наряжать метёлку? — ласково спросил Кощей, приобняв ее за плечи.
Ягу передернуло от его приторного тона.
–Шоколад в сиропе, ей-богу! – фыркнула она. – Такое чувство, будто вы оба считаете меня душевнобольной.
– Почему душевно? – засуетился Леший, трогая лоб жены. – Ничего не душевно, а просто больной. Может, это у тебя жар или простуда какая, что ты бредишь, Ягушка?
– Я просто хочу метёлку! – топнула ногой Яга и осеклась – То есть ёлку... в общем, ёлку из метёлки хочу, вот!
Леший с Кощеем переглянулись, и последний едва заметно покрутил пальцем у виска.
Видимо, оба пришли к выводу, что с "просто больной" колдуньей лучше не спорить, потому что дружно рванули на чердак.
– Вы куда?!
— Пойду протру твою метлу от пыли, – ответил Леший.
– А я достану ёлочные игрушки, – спешно пояснил Кощей.
Избушка недовольно закудахтала, когда эти двое начали активно орудовать на чердаке, сиречь под крышей.
Через час Яга старательно обматывала древко метлы зеленой светящейся паутиной, фальшиво распевая:
— И вот она нарядная на праздник к нам пришла...
— И крышу окончательно детишечкам снесла, — ехидно подхватили Кощей с Лешим, усиливая сияние своими чарами.
— Да ну вас! — отмахнулась счастливая Яга.
Не обращая внимания на тихие смешки за спиной, она с помощью магии закрепила метелочку посередине горницы, поставив ее на древко. – Ну вот! Красота! – умилилась волшебница-затейница, сложив руки бутончиком, – Теперича остается только украсить прутья... ой, тьфу ты! Лапы моей ёлочки-метелочки.
От магии в этом вопросе Яга отказалась принципиально, ведь вручную наряжать гораздо интереснее.
Провозилась троица до вечера, развешивая елочные игрушки на каждый прутик в отдельности. Кощей украсил ёлку-метёлку гирляндой из светящихся косточек, Леший развесил на прутики разноцветные шишки, а сама Яга гордо водрузила на "верхушку" елки большую шляпку от мухомора.
Кот Васька нарезал круги вокруг импровизированной елки, и в зеленых глазах его явственно читалось: "Как же тебя уронить-то?".
— А ведь неплохо получилось, — довольно улыбнулся Леший.
– И все-таки не понимаю я, почему ты согласился на это метелочное безумие? – спросил его Кощей.
Яга подошла к супругу, склонила голову ему на плечо и, любуясь результатом трех часов совместной работы, проворковала:
— Потому что у меня самый лучший на свете муж!
Глядя на все это великолепие, Кощей утирал непрошенные слезы.
– Ишь ты, чудо-блюдечко! Все раны мне разбередило да о прошлом напомнило! Я ведь в глубине души то и желал увидеть – шмыгнул носом он. – Как чУдно и дружно мы жили в волшебном лесу, а сейчас все по теремам сидят, как сычи!
– Ой, Кеша, ну хватит сосульки слезами топить, – поморщилась снежная королева. – крути яблоко дальше, ищи братика моего муженька!
Утерев нос рукавом кафтана, Кощей снова раскрутил яблоко и бодро скомандовал:
– Ну, показывай, чудо яблоко, то, что сердцу увидеть хочется.
Яблочко снова завертелось, закружилось.
– Смотрю я на это яблочко и голова кружИтся, – улыбнулась Снежка. – Как тогда, на концерте Соловья.
Яблоко на миг замерло, а потом начало показывать расплывчатую картинку.
***
Савелий, более известный как “Соловей разбойник-младший” сидел за столом, чинно поедая завтрак. Выпив восьмую чашку чая, сын «того самого» Соловья загрустил.
