– А еще люди иногда сами высаживают елочки, чтобы в лесу было больше зеленых красавиц. У нас природу тоже любят и берегут.
Лицо эльфийского короля просветлело.
Заметив это, девушка радостно схватила из коробки первый попавшийся шарик.
– Давай скорее, а то украсят без нас! – поторопила она, повесив игрушку на ветку лесной красавицы.
Эльф последовал ее примеру, выудив золотистый колокольчик с алым бантом. С видом эстета, оценивающего картину, взглянул на елку, на миг задумался и приладил колокольчик рядом с игрушкой Фаи.
Работа пошла веселее.
– Красиво, – благоговейно произнес он спустя полчаса, влюбленно глядя на наряженную ель.
Фая с улыбкой наблюдала за иномирным ушастиком. В голове не укладывалось, что взрослый эльф может с детским восторгом в глазах, смотреть на привычную для всех земных жителей новогоднюю елку.
“Хорошо еще, что у него волосы длинные и ушки закрыты, а поверх камзола надет пуховик. А то главным чудом для народа стала бы не ель, ох, не ель, – с улыбкой подумала Фая. – и все же, как много значит это мимолетное ощущение зимних чудес!”
– Сейчас, погоди, – сказала она. Поняв, что увлеченный созерцанием елки эльф не слышит ее, махнула рукой и куда-то ушла.
Вернувшись через пару минут с пластиковым стаканчиком в руках, застала Листеральда на том же месте с восхищенно горящими глазами и блаженной улыбкой на губах.
– Лися, – осторожно позвала Фая.
Вздрогнув, эльф будто опомнился и обернулся к своей спутнице.
– Держи, – Фая протянула стаканчик ушастому созерцателю.
– Что это? – поинтересовался он, забирая подношение.
Фая вспыхнула как маков цвет, когда пальцы на миг соприкоснулись с пальцами эльфа, и смущенно произнесла:
– Горячий шоколад. Пей.
Листеральд поднес стаканчик к губам и сделал несколько мелких глотков.
Приятное тепло разлилось по телу, заставив эльфа блаженно зажмуриться.
– Никогда не пил ничего вкуснее! – воскликнул он.
Пристально взглянув на Фаю, эльф вдруг смутился и протянул ей стаканчик:
– Прошу, леди, испейте из моих рук сей дивный напиток!
Он помолчал немного и добавил:
– Согласно поверью моей страны, если эльф разделит дивный нектар девой, что дорога его сердцу, то их судьбы будут навеки связаны.
Он замолчал и с надеждой взглянул на Фаю влюбленными глазами.
Девушка смущенно кашлянула сделала большой глоток, и на ее губах заиграла счастливая улыбка.
Листеральд наклонился к ней тихо прошептал:
– Фея, ты испачкалась.
Кончики пальцев эльфийского романтика коснулись щеки девушки, будто стирая горячий шоколад.
Удар сердца и мягкие, горячие губы Листеральда накрыли поцелуем девичьи уста.
Фая замерла, растворяясь в волшебстве первого, самого сладкого в жизни поцелуя.
Где-то неподалеку дети рассказывали стихи дедушке Морозу. В воздухе витал запах зимы и мандаринов, а огоньки гирлянд озорно подмигивали влюбленным. Но все это меркло перед чудом первой любви.
Внезапно раздался хлопок. Вздрогнув, девушка открыла глаза и поняла, что стоит посреди площади. Листеральда рядом не было.
– Тер! Листеральд! – крикнула Фая, но этот крик потонул во всеобщем праздничном гвалте.
Листеральд недоуменно озирался по сторонам. Взору предстала странная горница, убранная всевозможными диковинами. На стенах висели самотканые ковры, всюду виднелась резная мебель. Канделябры напоминали черепа, в глазницах которых мерно подрагивало свечное пламя.
– Где я? – машинально выпалил эльф.
– Да уж не у своей ненаглядной! – раздался за спиной елейный голос Дориэля. Резко обернувшись, Тер увидел, что на него уставились три пары широко распахнутых глаз. Двое незнакомцев смотрели с удивлением, и лишь братец – со смесью презрения и насмешки.
– Как это понимать, Дорик? – не размениваясь на приветствия, процедил Листеральд. В обычно добрых, спокойных глазах полыхнуло сине-зеленое пламя – предвестник такой ярости, что камня на камне не останется.
– Я тебе тоже тоже рад, братик! – расплылся в улыбке Дориэль, срываясь с места.
Листеральд отступил на шаг, выставив перед собой ладони на манер щита.
– Неужели не хочешь обнять брата после долгой разлуки?– сверкнув заученной, словно приклеенной к губам улыбкой, спросил Дориэль. – я же помог тебе, выдернув из лап той человечки.
– Верни меня назад! Сейчас же! – зарычал Тер. – вернуть в иной мир способен лишь тот, кто тебя из него вырвал!
Если бы Фая слышала этот утробный, угрожающий рык, то не поверила бы, что его способен издать ее добрый, мягкий, интеллигентный Листик.
Два ушастика прожигали друг друга взглядами, словно пытались выжечь упрямство, поселившееся в сердце невольного противника.
– Не буду я тебя возвращать! Я ведь не зря спас тебя от этой человечки! Ты влюблен, но через пару месяцев наверняка забудешь ее.
– Тебя моя личная жизнь и мои дела сердечные не касаются! - не сдавался Листеральд.
– Еще как касаются! – фыркнул Дориэль – ты позоришь королевскую кровь эльфийского народа романом с этой…
Он осекся, увидев, что ярость в глазах Тера плавно перетекает в бешенство.
– С кем, братец? Скажи, с кем? – спросил Листеральд так ласково, что кровь стыла в жилах.
Дориэль сглотнул, нервно облизал губы и выпалил:
– С простлюдинкой! Со смертной иномирянкой!
В глазах благородного короля полыхнуло бешенство, окрасив радужку в ядовито-болотный цвет.
Тер рванулся и схватил братца за грудки.
Тряхнул, как нашкодившего котенка и прошипел:
– Не смей!
– Или что?! – ухмыльнулся Дориэль.
Внезапно налетевший ледяной ветер сбил двух бретеров с ног и разбросал по разным углам горницы.
– А ну тихо! – рявкнула Снежная королева, отзывая ветер обратно в руки.
– Но, Снежа… – простонал Дориэль, изрядно приложившийся затылком.
– Успокоились оба, – ледяным тоном отчеканила Снежка. – Эльфы, короли соседних королевств, братья, а ведете себя как дети неразумные!
– Снежа, не лезь туда, куда не… – начал было возмущаться Дориэль, но умолк под тяжелым, не сулящим ничего хорошего взглядом жены.
Листеральд молча поднялся, отряхиваясь от невидимой пыли.
– Благодарю за радушный прием, дорогие хозяева, – ехидно произнес он, в три стороны отвесив земные поклоны – я, пожалуй к себе пойду.
– Но… – Начала было Снежка. – Как же иномирянка? Ведь любовь…
– Я сам разыщу способ вновь открыть портал и найти любимую, леди, – улыбнулся Листеральд, благодарный снежной незнакомке за нечаянную поддержку.
– Обещай, что найдешь свою Фею, – тихо попросила Снежа.
– Клянусь, леди, – пылко прижав руку к сердцу, воскликнул Листеральд.
Выудив из так и не ставшей кафтаном шубы колечко, эльф бросил его на пол. Портал открылся мгновенно. Переливаясь золотым светом, он словно приглашал отправиться в путь. Тер, не олядываясь, шагнул в портал.
Фая вышла из школы и сердито потопала домой, утопая в сугробах. С затянутого серыми облаками неба, кружась в странном танце, падали снежинки. Но девушка не замечала красоты причудливого танца.
«Как меня замучили насмешки подружек! – заевшей пластинкой крутилось в сознании. – Странная я, видите ли! Будешь тут странной, когда от Тера уже месяц никаких новостей! Исчез в одну секунду и будто не было никогда»
Фая до того погрузилась в свои мысли, что не заметила как забрела в гущу леса, расположенного в черте города. Снег лежал на раскидистых лапах вековых елей, а иней серебрил ветви деревьев, лишившихся на зимний период своего ярко-зеленого одеяния.
Местные жители любили гулять по природному парку и дышать воздухом, однако в самое сердце чащи мало кто заходил. Девушка остановилась, с любопытством оглядываясь по сторонам.
Огромные деревья и разномастные коряги, припорошенные снегом, напоминали девушке иллюстрации из любимых некогда книжек со сказками.
«Только избушки на курьих ножках не хватает» – фыркнула девушка, усаживаясь на пенек и доставая из рюкзака бутер с колбасой.
«Сяду на пенек, съем… бутерброд! Эх, не по-сказочному как-то!» – вдохнула Фая и хотела уже отправить перекус в рот, как вдруг за спиной раздалось вопросительное:
– Вуф?
Подпрыгнув на месте и чуть не выронив перекус, девушка обернулась и увидела огромного седого волка.
– П-привет, – выдавила из себя она, стараясь сохранять спокойствие и не показывать страха.
«От обычной собаки бежать нельзя, а уж от волка – тем более» – пронеслось в мозгу.
Зверь тем временем подошел к Фае, демонстративно понюхал бутерброд и облизнулся.
– Ву-у-уф! – просительно выдал он, глядя на девушку удивительно умными сине-фиалковыми глазами.
Она невольно замерла, любуясь. Зверь казался ей ожившей сказкой на фоне заснеженного леса: серебристая шерсть искрилась и переливалась в лучах зимнего солнца.
– Ты голоден? Угостить? – опомнилась Фая, протягивая бутер дрожащей рукой.
Волк осторожно «слизал» колбасу с бутерброда.
– Ну хитрюга! – рассмеялась девушка.
Волк тихо заурчал, и Фае показалось, что он тоже смеется. Шерсть зверя меж тем из серебристой становилась кипенно-белой.
– Странный ты. Не похож на обычного волка.
– Вуф? – склонил голову обитатель леса.
– Почему-почему? – передразнила девушка, – шерсть гладкая, цвет меняет и как-то странно искрится. Да и глаза у тебя сине-фиалковые, у обычных волков таких точно быть не может.
Она помолчала немного и пробормотала:
– Ну приплыли! Сказочные волки уже мерещатся, а я с ними еще и разговариваю!
– Ву-уф! – обиженно буркнул волк.
«Я не глюк!» – послышалось Фае, а в следующий миг и холодный черный нос ткнулся ей в ладонь.
«Я страж этого леса», –раздалось в сознании девушки.
– Ого! – воскликнула она и осторожно спросила:
– А мне вообще можно тут находиться?
– Можно, – улыбнулся волк. – Ты одна из немногих, кому теперь открыта сюда дорога. Ты не испугалась и покормила духа-хранителя. Теперь можешь приходить в лес, когда захочешь, и писать истории, а я буду помогать тебе.
– Спасибо, – смутилась Фая.
– Пойдем, я покажу тебе кое-что, – махнул хвостом волк и направился вглубь лесной чащи.
Фая поднялась с пенька и пошла следом.
Идти пришлось недолго. Лесной страж привел девушку на большую поляну, где рос могучий дуб.
– Ух ты! – восторженно выдохнула Фая.
– Ага, – довольно улыбнулся волк и, показав на одну из сухих ветвей дуба, произнес:
– Обломи ветку. Она превратиться в ручку и будет помогать тебе создавать миры. Ты подумаешь, а она запишет.
– Круто! – обрадовалась девушка. – Позволь приходить в эту часть леса и искать вдохновения.
– Я всегда рад тебе, девочка, – улыбнулся волк.
Несколько дней спустя Фая сидела на том же пеньке и зачитывала волку наброски своей новой истории.
– Ну, как тебе рассказ о добром хранителе леса, мудром седом волке? – спросила девушка, взглянув в красивые глаза зверя.
– Нравится, – дернул ушами благодарный слушатель. – Только я хотел попросить…
Он замолчал и грустно вздохнул.
– Говори, – подбодрила юная писательница, почесав друга между ушками.
– Ты можешь назвать рассказ не «Седой хранитель леса», а «Седая вОлка»? – после паузы спросил он.
– Почему «седая волка»? – изумилась Фая.
Волк прижал уши к голове и посмотрел на юную писательницу полными грусти глазами.
– Люди называют своих питомцев мило и в женском роде: кошечка, рыбка, собачка, – смущенно произнес волк и добавил совсем тихо:
– Я очень хочу быть чьей-то седой волкой.
Растрогавшись, девушка крепко обняла друга за теплую, мягкую шею.
– У всех собачки и кошечки, а у меня будет моя седая волка! – также тихо сказала она и достала из сумки венскую вафлю.
– Будешь? – протянула кусочек на ладони.
Волк понюхал угощение и предвкушающе улыбнулся:
– Я всегда мечтал попробовать такое... как же вы, люди, называете эти штуки? Ах, да, вспомнил: вуфли!
Каждый раз, когда Фая возвращалась домой из леса, она зачитывала маме свои рассказы. Главным героем неизменно была большая седая волка.
– Ну ты у меня фантазерка! Надо же такое придумать, что у нашей лесной аллеи может быть хранитель в виде седого волка, – восхитилась мама, выслушав очередной рассказ.
Она вдруг прищурилась:
– Кстати, а имя у волка есть?
– Вуфка, – улыбнулась Фая.
Мама кивнула и вышла из комнаты, а девушка продолжила писать рассказ.
За окном в бешенном вихре кружились снежинки, а ветер угрожающе завывал и стучал в стекла.
“Как там мой Вуфка? Не мерзнет ли?” – встревоженно подумала девушка и тут же печально улыбнулась: “Интересно: Тер еще помнит обо мне? И если да, то почему от него нет вестей?”.
Пытаясь отогнать печальные мысли, она тряхнула волосами и вновь принялась за писательство.
На следующий день девушка понеслась в лес, прихватив с теплый плед и множество вкусняшек. Субботнее утро выдалось морозным, но солнечным.
– Ву-уфка! Ву-у-уфка-а-а-а! – звала Фая хранителя леса, с трудом пробираясь по заснеженной тропинке.
«Я здесь», –отозвался волк, материализуясь рядом с Ланой снопом золотистых искр. На миг девушке показалось, что ее седая вОлка улыбается.
- Привет.- улыбнулась гостья лесной чащи, привычно целуя друга в холодный черный нос.
Волк склонил голову на бок и заговорщически взглянул на Лану.
– А что ты мне сегодня принесла?- спросил он, облизываясь.
– Кашу с мясом, – ответила девушка, доставая из сумки завернутый в плед контейнер и ставя его на снег.
Волк с сомнением понюхал угощение.
– Лопай, пока не остыло, – подбодрила Фая.
– А вуфли будут? – с надеждой спросила седая вОлка, пристально взглянув на девушку большими печальными глазами.
– Хитрый какой! – рассмеялась она, – сначала кашу съешь, а потом будет десерт.
Вуфка театрально вздохнул и принялся уплетать кашу.
Несмотря на то, что хранитель леса был увлечен приемом пищи, острые ушки чуть подергивались, улавливая малейший шум. Волк вдруг оторвался от каши и замер, вслушиваясь в тишину. На морде его расплылась самая настоящая улыбка. Он кивнул кому-то и, склонив голову набок, внимательно посмотрел на Фаю.
– Что? – не поняла она.
– Мой старый друг просил передать, что скучает по своей прекрасной Фее, – буднично сообщил Вуфка.
Фая почувствовала, как все внутри сжимается.
– Тер помнит меня?! Правда помнит?! – радостно спросила она, срываясь на визг.
– Помнит, – дернул ушами волк, – но сам вырваться к тебе не может. Поэтому только что попросил меня показать тебе портал в его мир.
Фая почувствовала, как голова нещадно пошла кругом от волнения. Наконец-то она увидит своего любимого ушастика!
Она выжидательно посмотрела на Вуфку. Он – также выжидательно – на нее.
– Что? – не поняла Фая.
– А вуфли-то будут? – хитро и чуть обиженно спросил хранитель леса.
Хлопнув себя по лбу, девушка достала из сумочки несколько венских вафель.
Съев последнюю, Вуфка сыто облизнулся и пошел вглубь чащи. Фая посеменила за ним и спустя пять минут уткнулась в тот самый волшебный дуб.
– Лезь в дупло, – пояснил волк, – там портал, он доставит тебя прямо к замку.
Хмыкнув, девушка присела на корточки, чмокнула хвостатого друга в нос и улыбнулась:
– Спасибо тебе, Вуфка! Спасибо!
– Спасибо – много, а вуфель в следующий раз можно и побольше, – хмыкнул волк, лизнув девушку в щеку.
Рассмеявшись, Фая встала, подошла поближе к дереву и нырнула в дупло.
Первым, что увидела Фая, выйдя из портала, были могучие деревья, верхушки которых закрывали солнце.
Лицо эльфийского короля просветлело.
Заметив это, девушка радостно схватила из коробки первый попавшийся шарик.
– Давай скорее, а то украсят без нас! – поторопила она, повесив игрушку на ветку лесной красавицы.
Эльф последовал ее примеру, выудив золотистый колокольчик с алым бантом. С видом эстета, оценивающего картину, взглянул на елку, на миг задумался и приладил колокольчик рядом с игрушкой Фаи.
Работа пошла веселее.
– Красиво, – благоговейно произнес он спустя полчаса, влюбленно глядя на наряженную ель.
Фая с улыбкой наблюдала за иномирным ушастиком. В голове не укладывалось, что взрослый эльф может с детским восторгом в глазах, смотреть на привычную для всех земных жителей новогоднюю елку.
“Хорошо еще, что у него волосы длинные и ушки закрыты, а поверх камзола надет пуховик. А то главным чудом для народа стала бы не ель, ох, не ель, – с улыбкой подумала Фая. – и все же, как много значит это мимолетное ощущение зимних чудес!”
– Сейчас, погоди, – сказала она. Поняв, что увлеченный созерцанием елки эльф не слышит ее, махнула рукой и куда-то ушла.
Вернувшись через пару минут с пластиковым стаканчиком в руках, застала Листеральда на том же месте с восхищенно горящими глазами и блаженной улыбкой на губах.
– Лися, – осторожно позвала Фая.
Вздрогнув, эльф будто опомнился и обернулся к своей спутнице.
– Держи, – Фая протянула стаканчик ушастому созерцателю.
– Что это? – поинтересовался он, забирая подношение.
Фая вспыхнула как маков цвет, когда пальцы на миг соприкоснулись с пальцами эльфа, и смущенно произнесла:
– Горячий шоколад. Пей.
Листеральд поднес стаканчик к губам и сделал несколько мелких глотков.
Приятное тепло разлилось по телу, заставив эльфа блаженно зажмуриться.
– Никогда не пил ничего вкуснее! – воскликнул он.
Пристально взглянув на Фаю, эльф вдруг смутился и протянул ей стаканчик:
– Прошу, леди, испейте из моих рук сей дивный напиток!
Он помолчал немного и добавил:
– Согласно поверью моей страны, если эльф разделит дивный нектар девой, что дорога его сердцу, то их судьбы будут навеки связаны.
Он замолчал и с надеждой взглянул на Фаю влюбленными глазами.
Девушка смущенно кашлянула сделала большой глоток, и на ее губах заиграла счастливая улыбка.
Листеральд наклонился к ней тихо прошептал:
– Фея, ты испачкалась.
Кончики пальцев эльфийского романтика коснулись щеки девушки, будто стирая горячий шоколад.
Удар сердца и мягкие, горячие губы Листеральда накрыли поцелуем девичьи уста.
Фая замерла, растворяясь в волшебстве первого, самого сладкого в жизни поцелуя.
Где-то неподалеку дети рассказывали стихи дедушке Морозу. В воздухе витал запах зимы и мандаринов, а огоньки гирлянд озорно подмигивали влюбленным. Но все это меркло перед чудом первой любви.
Внезапно раздался хлопок. Вздрогнув, девушка открыла глаза и поняла, что стоит посреди площади. Листеральда рядом не было.
– Тер! Листеральд! – крикнула Фая, но этот крик потонул во всеобщем праздничном гвалте.
***
Листеральд недоуменно озирался по сторонам. Взору предстала странная горница, убранная всевозможными диковинами. На стенах висели самотканые ковры, всюду виднелась резная мебель. Канделябры напоминали черепа, в глазницах которых мерно подрагивало свечное пламя.
– Где я? – машинально выпалил эльф.
– Да уж не у своей ненаглядной! – раздался за спиной елейный голос Дориэля. Резко обернувшись, Тер увидел, что на него уставились три пары широко распахнутых глаз. Двое незнакомцев смотрели с удивлением, и лишь братец – со смесью презрения и насмешки.
– Как это понимать, Дорик? – не размениваясь на приветствия, процедил Листеральд. В обычно добрых, спокойных глазах полыхнуло сине-зеленое пламя – предвестник такой ярости, что камня на камне не останется.
– Я тебе тоже тоже рад, братик! – расплылся в улыбке Дориэль, срываясь с места.
Листеральд отступил на шаг, выставив перед собой ладони на манер щита.
– Неужели не хочешь обнять брата после долгой разлуки?– сверкнув заученной, словно приклеенной к губам улыбкой, спросил Дориэль. – я же помог тебе, выдернув из лап той человечки.
– Верни меня назад! Сейчас же! – зарычал Тер. – вернуть в иной мир способен лишь тот, кто тебя из него вырвал!
Если бы Фая слышала этот утробный, угрожающий рык, то не поверила бы, что его способен издать ее добрый, мягкий, интеллигентный Листик.
Два ушастика прожигали друг друга взглядами, словно пытались выжечь упрямство, поселившееся в сердце невольного противника.
– Не буду я тебя возвращать! Я ведь не зря спас тебя от этой человечки! Ты влюблен, но через пару месяцев наверняка забудешь ее.
– Тебя моя личная жизнь и мои дела сердечные не касаются! - не сдавался Листеральд.
– Еще как касаются! – фыркнул Дориэль – ты позоришь королевскую кровь эльфийского народа романом с этой…
Он осекся, увидев, что ярость в глазах Тера плавно перетекает в бешенство.
– С кем, братец? Скажи, с кем? – спросил Листеральд так ласково, что кровь стыла в жилах.
Дориэль сглотнул, нервно облизал губы и выпалил:
– С простлюдинкой! Со смертной иномирянкой!
В глазах благородного короля полыхнуло бешенство, окрасив радужку в ядовито-болотный цвет.
Тер рванулся и схватил братца за грудки.
Тряхнул, как нашкодившего котенка и прошипел:
– Не смей!
– Или что?! – ухмыльнулся Дориэль.
Внезапно налетевший ледяной ветер сбил двух бретеров с ног и разбросал по разным углам горницы.
– А ну тихо! – рявкнула Снежная королева, отзывая ветер обратно в руки.
– Но, Снежа… – простонал Дориэль, изрядно приложившийся затылком.
– Успокоились оба, – ледяным тоном отчеканила Снежка. – Эльфы, короли соседних королевств, братья, а ведете себя как дети неразумные!
– Снежа, не лезь туда, куда не… – начал было возмущаться Дориэль, но умолк под тяжелым, не сулящим ничего хорошего взглядом жены.
Листеральд молча поднялся, отряхиваясь от невидимой пыли.
– Благодарю за радушный прием, дорогие хозяева, – ехидно произнес он, в три стороны отвесив земные поклоны – я, пожалуй к себе пойду.
– Но… – Начала было Снежка. – Как же иномирянка? Ведь любовь…
– Я сам разыщу способ вновь открыть портал и найти любимую, леди, – улыбнулся Листеральд, благодарный снежной незнакомке за нечаянную поддержку.
– Обещай, что найдешь свою Фею, – тихо попросила Снежа.
– Клянусь, леди, – пылко прижав руку к сердцу, воскликнул Листеральд.
Выудив из так и не ставшей кафтаном шубы колечко, эльф бросил его на пол. Портал открылся мгновенно. Переливаясь золотым светом, он словно приглашал отправиться в путь. Тер, не олядываясь, шагнул в портал.
***
Фая вышла из школы и сердито потопала домой, утопая в сугробах. С затянутого серыми облаками неба, кружась в странном танце, падали снежинки. Но девушка не замечала красоты причудливого танца.
«Как меня замучили насмешки подружек! – заевшей пластинкой крутилось в сознании. – Странная я, видите ли! Будешь тут странной, когда от Тера уже месяц никаких новостей! Исчез в одну секунду и будто не было никогда»
Фая до того погрузилась в свои мысли, что не заметила как забрела в гущу леса, расположенного в черте города. Снег лежал на раскидистых лапах вековых елей, а иней серебрил ветви деревьев, лишившихся на зимний период своего ярко-зеленого одеяния.
Местные жители любили гулять по природному парку и дышать воздухом, однако в самое сердце чащи мало кто заходил. Девушка остановилась, с любопытством оглядываясь по сторонам.
Огромные деревья и разномастные коряги, припорошенные снегом, напоминали девушке иллюстрации из любимых некогда книжек со сказками.
«Только избушки на курьих ножках не хватает» – фыркнула девушка, усаживаясь на пенек и доставая из рюкзака бутер с колбасой.
«Сяду на пенек, съем… бутерброд! Эх, не по-сказочному как-то!» – вдохнула Фая и хотела уже отправить перекус в рот, как вдруг за спиной раздалось вопросительное:
– Вуф?
Подпрыгнув на месте и чуть не выронив перекус, девушка обернулась и увидела огромного седого волка.
– П-привет, – выдавила из себя она, стараясь сохранять спокойствие и не показывать страха.
«От обычной собаки бежать нельзя, а уж от волка – тем более» – пронеслось в мозгу.
Зверь тем временем подошел к Фае, демонстративно понюхал бутерброд и облизнулся.
– Ву-у-уф! – просительно выдал он, глядя на девушку удивительно умными сине-фиалковыми глазами.
Она невольно замерла, любуясь. Зверь казался ей ожившей сказкой на фоне заснеженного леса: серебристая шерсть искрилась и переливалась в лучах зимнего солнца.
– Ты голоден? Угостить? – опомнилась Фая, протягивая бутер дрожащей рукой.
Волк осторожно «слизал» колбасу с бутерброда.
– Ну хитрюга! – рассмеялась девушка.
Волк тихо заурчал, и Фае показалось, что он тоже смеется. Шерсть зверя меж тем из серебристой становилась кипенно-белой.
– Странный ты. Не похож на обычного волка.
– Вуф? – склонил голову обитатель леса.
– Почему-почему? – передразнила девушка, – шерсть гладкая, цвет меняет и как-то странно искрится. Да и глаза у тебя сине-фиалковые, у обычных волков таких точно быть не может.
Она помолчала немного и пробормотала:
– Ну приплыли! Сказочные волки уже мерещатся, а я с ними еще и разговариваю!
– Ву-уф! – обиженно буркнул волк.
«Я не глюк!» – послышалось Фае, а в следующий миг и холодный черный нос ткнулся ей в ладонь.
«Я страж этого леса», –раздалось в сознании девушки.
– Ого! – воскликнула она и осторожно спросила:
– А мне вообще можно тут находиться?
– Можно, – улыбнулся волк. – Ты одна из немногих, кому теперь открыта сюда дорога. Ты не испугалась и покормила духа-хранителя. Теперь можешь приходить в лес, когда захочешь, и писать истории, а я буду помогать тебе.
– Спасибо, – смутилась Фая.
– Пойдем, я покажу тебе кое-что, – махнул хвостом волк и направился вглубь лесной чащи.
Фая поднялась с пенька и пошла следом.
Идти пришлось недолго. Лесной страж привел девушку на большую поляну, где рос могучий дуб.
– Ух ты! – восторженно выдохнула Фая.
– Ага, – довольно улыбнулся волк и, показав на одну из сухих ветвей дуба, произнес:
– Обломи ветку. Она превратиться в ручку и будет помогать тебе создавать миры. Ты подумаешь, а она запишет.
– Круто! – обрадовалась девушка. – Позволь приходить в эту часть леса и искать вдохновения.
– Я всегда рад тебе, девочка, – улыбнулся волк.
***
Несколько дней спустя Фая сидела на том же пеньке и зачитывала волку наброски своей новой истории.
– Ну, как тебе рассказ о добром хранителе леса, мудром седом волке? – спросила девушка, взглянув в красивые глаза зверя.
– Нравится, – дернул ушами благодарный слушатель. – Только я хотел попросить…
Он замолчал и грустно вздохнул.
– Говори, – подбодрила юная писательница, почесав друга между ушками.
– Ты можешь назвать рассказ не «Седой хранитель леса», а «Седая вОлка»? – после паузы спросил он.
– Почему «седая волка»? – изумилась Фая.
Волк прижал уши к голове и посмотрел на юную писательницу полными грусти глазами.
– Люди называют своих питомцев мило и в женском роде: кошечка, рыбка, собачка, – смущенно произнес волк и добавил совсем тихо:
– Я очень хочу быть чьей-то седой волкой.
Растрогавшись, девушка крепко обняла друга за теплую, мягкую шею.
– У всех собачки и кошечки, а у меня будет моя седая волка! – также тихо сказала она и достала из сумки венскую вафлю.
– Будешь? – протянула кусочек на ладони.
Волк понюхал угощение и предвкушающе улыбнулся:
– Я всегда мечтал попробовать такое... как же вы, люди, называете эти штуки? Ах, да, вспомнил: вуфли!
***
Каждый раз, когда Фая возвращалась домой из леса, она зачитывала маме свои рассказы. Главным героем неизменно была большая седая волка.
– Ну ты у меня фантазерка! Надо же такое придумать, что у нашей лесной аллеи может быть хранитель в виде седого волка, – восхитилась мама, выслушав очередной рассказ.
Она вдруг прищурилась:
– Кстати, а имя у волка есть?
– Вуфка, – улыбнулась Фая.
Мама кивнула и вышла из комнаты, а девушка продолжила писать рассказ.
За окном в бешенном вихре кружились снежинки, а ветер угрожающе завывал и стучал в стекла.
“Как там мой Вуфка? Не мерзнет ли?” – встревоженно подумала девушка и тут же печально улыбнулась: “Интересно: Тер еще помнит обо мне? И если да, то почему от него нет вестей?”.
Пытаясь отогнать печальные мысли, она тряхнула волосами и вновь принялась за писательство.
На следующий день девушка понеслась в лес, прихватив с теплый плед и множество вкусняшек. Субботнее утро выдалось морозным, но солнечным.
– Ву-уфка! Ву-у-уфка-а-а-а! – звала Фая хранителя леса, с трудом пробираясь по заснеженной тропинке.
«Я здесь», –отозвался волк, материализуясь рядом с Ланой снопом золотистых искр. На миг девушке показалось, что ее седая вОлка улыбается.
- Привет.- улыбнулась гостья лесной чащи, привычно целуя друга в холодный черный нос.
Волк склонил голову на бок и заговорщически взглянул на Лану.
– А что ты мне сегодня принесла?- спросил он, облизываясь.
– Кашу с мясом, – ответила девушка, доставая из сумки завернутый в плед контейнер и ставя его на снег.
Волк с сомнением понюхал угощение.
– Лопай, пока не остыло, – подбодрила Фая.
– А вуфли будут? – с надеждой спросила седая вОлка, пристально взглянув на девушку большими печальными глазами.
– Хитрый какой! – рассмеялась она, – сначала кашу съешь, а потом будет десерт.
Вуфка театрально вздохнул и принялся уплетать кашу.
Несмотря на то, что хранитель леса был увлечен приемом пищи, острые ушки чуть подергивались, улавливая малейший шум. Волк вдруг оторвался от каши и замер, вслушиваясь в тишину. На морде его расплылась самая настоящая улыбка. Он кивнул кому-то и, склонив голову набок, внимательно посмотрел на Фаю.
– Что? – не поняла она.
– Мой старый друг просил передать, что скучает по своей прекрасной Фее, – буднично сообщил Вуфка.
Фая почувствовала, как все внутри сжимается.
– Тер помнит меня?! Правда помнит?! – радостно спросила она, срываясь на визг.
– Помнит, – дернул ушами волк, – но сам вырваться к тебе не может. Поэтому только что попросил меня показать тебе портал в его мир.
Фая почувствовала, как голова нещадно пошла кругом от волнения. Наконец-то она увидит своего любимого ушастика!
Она выжидательно посмотрела на Вуфку. Он – также выжидательно – на нее.
– Что? – не поняла Фая.
– А вуфли-то будут? – хитро и чуть обиженно спросил хранитель леса.
Хлопнув себя по лбу, девушка достала из сумочки несколько венских вафель.
Съев последнюю, Вуфка сыто облизнулся и пошел вглубь чащи. Фая посеменила за ним и спустя пять минут уткнулась в тот самый волшебный дуб.
– Лезь в дупло, – пояснил волк, – там портал, он доставит тебя прямо к замку.
Хмыкнув, девушка присела на корточки, чмокнула хвостатого друга в нос и улыбнулась:
– Спасибо тебе, Вуфка! Спасибо!
– Спасибо – много, а вуфель в следующий раз можно и побольше, – хмыкнул волк, лизнув девушку в щеку.
Рассмеявшись, Фая встала, подошла поближе к дереву и нырнула в дупло.
Первым, что увидела Фая, выйдя из портала, были могучие деревья, верхушки которых закрывали солнце.
