Кэт предстояла замена протеза на более «взрослую» и совершенную модель, а эту новую модификацию Роберт никогда раньше не устанавливал. Но главным было даже не это. В конце концов, об особенностях данной модели он узнал все, что мог. К тому же, у него был внушительный опыт установки телесных протезов иных типов. Главным было то, что Кэт, которая с каждым днем все больше выбивалась из давнего и такого привычного для Роберта образа маленькой девочки, взрослела и становилась привлекательной девушкой. И сама мысль о том, — к Роберту она пришла внезапно, во время одной из операций, — что во время смены протеза Роб будет видеть ее обнаженной, со знанием самых личных, интимных моментов, смущала и нервировала его до последней степени. Единственным плюсом этой ситуации было то, что она всецело отвлекала его от еще одной тревоги Мора, — как помириться с Авой? Как вернуть ее?
Эти и множество других вопросов об Аве и об их отношениях постоянно крутились в его мыслях, изнуряя Мора тем больше, что он не знал, что ему делать. А то, что Роберт знал и уже сделал, — не помогло. Сначала Ава не отвечала на звонки. Теперь она, судя по тому, что соединение обрывалось не начавшись, заблокировала его номер. Да что там номер… она заблокировала самого Мора. Несколько раз, когда попытки обсудить с ней все произошедшее наедине, не принесли никакого результата, он устраивал встречи через общих друзей. Ава попалась на этот фокус дважды. Но в третий раз, увидев его до того, как он заметил, что она заметила его, Ава, очаровательно улыбнувшись друзьям, сказала, что вернется сразу же, как «поправит макияж».
Идиоты.
Нет. Он, Мор, идиот.
Друзья не удивились, и ничего не поняли до тех пор, пока подошедший к столику Мор не сказал им, что она обвела их всех.
— Она не «поправляет макияж». То есть никогда так не говорит, — со вздохом объяснил Роберт, ударяя кулаком по столу.
Стоило ли удивляться тому, что Ава не вернулась. Короче говоря, время шло, перетекая из дней в недели, а их размолвка так и не была решена. Честно говоря, у Мора при мысли о том, что еще он может сделать, для того, чтобы Ава его выслушала и простила, уже закипали мозги. И, что хуже всего, они закипали не давая ему каких-либо новых идей по выходу из этого положения. Но все-таки, — может быть, это просто был такой день, а может лабораторные боги или боги биоинженерии сжалились над своим преданным слугой, — у Роберта появилась новая, еще одна, затея.
Безумная.
И чрезвычайно неприятная для него в смысле воплощения, но… делать было нечего, — Роберт очень хотел помириться с Авой. Для начала он просто хотел, чтобы она его выслушала, не перебивая и не убегая. И если для всего этого ему придется звонить Уильяму снова и снова, — этот гад не отвечал на его звонки, — то… в динамике сотового телефона Мора зазвучали новые гудки.
Он ждал, не особо надеясь на ответ, когда в трубке раздался ироничный голос Уильяма:
— Роберт Мор? Чем могу помочь?
Роб нервно сглотнул, чувствуя, как царапает в пересохшем горле.
— Уильям? Привет… да, ты прав, скорее доброй ночи… где мы можем встретиться?
— В смысле «пересечься»? — с улыбкой переспросил андроид, смакуя слово, которое он узнал совсем недавно. — Я сейчас дома, у Авы Полгар. Если ваше дело настолько срочное и не терпит ни малейшего промедления, то можете приехать сюда. Вам напомнить адрес?... Рад, что вы его помните. До скорой встречи, Роберт Мор.
Насвистывая «Hot Stuff» Донны Саммер, — песню, памятную ему с того вечера в клубе, — Уильям пошел в душ. День был долгим, а вечер утомительным, но впереди, судя по всему, была не лишенная любопытства, поздняя встреча с Робертом Мором. Андроид просто не мог себе позволить выглядеть утомленным или раздраженным. Кто же, как не он, — в отсутствии Авы Полгар, — сыграет роль радушного хозяина? А кстати… где Ава?
У Роберта Мора не было ни времени, ни желания вступать с андроидом в долгие, галантные разговоры, которые тот, по его мнению, очень любил. Поэтому, встретившись с Уильямом, и едва переступив порог дома Авы, — при мысли об этом его сердце обдало жаром и холодом, — Роб сразу перешел к делу.
— Ты должен… вернее, я хотел бы… я просил бы тебя…
— В этот раз я не стану закрывать дверь у вас перед носом, Роберт Мор. Можете ничего не опасаться, и говорить свободно, — легким, плавным голосом произнес Уильям, и отошел в сторону, пропуская гостя.
«Люди, конечно, весьма странные», — заметил про себя робот, в ожидании глядя на сдавшего в мышечной массе, да и вообще как-то изменившегося не в лучшую сторону врача.
— Ава… как она? Я хотел бы знать, — тихо произнес Роберт, и несмело, мельком, посмотрел на андроида.
— Я не уверен, что у меня есть полномочия, которые позволяли бы мне ответить на ваш вопрос.
Мор быстро кивнул, мысленно ругая себя за вопрос, и за то, что андроид снова начал опутывать разговор своими витиеватыми словами, — как раз теми, которых Мор хотел избежать. Роберт открыл рот, чтобы спросить о том, из-за чего он просил андроида о встрече, как во входную стеклянную дверь шумной дробью постучала Кэт. Мор тяжело вздохнул. Значит, удержать ее дома он, все-таки, не смог, особенно когда она узнала, что Роберт едет на встречу с Уильямом.
— Билли! — сияя, крикнула Кэт, поднимая руки вверх и пытаясь обнять андроида, что вышло неловко, потому что Уильям и не думал отвечать на объятия девочки, а, поймав ее руки на взлете, только сжал пальцы Кэтрин в своих руках, смотря на нее с вежливой улыбкой.
— Добрый вечер, Кэтрин Мор. Вернее, доброй ночи.
— Как ты, Билли?
— Не ожидал вас здесь увидеть после того визита, когда вы рылись…— невозмутимо заметил андроид, глядя, как лицо Кэтрин загорается красным.
«Теперь ты не станешь мешать моему разговору с Робертом Мором», — удовлетворенно подумал Уильям, разглядывая смущенное лицо Кэт, и подошел к Роберту, который, видимо погруженный в свои невеселые мысли, не расслышал полуфразы андроида, но верно распознал выражение его лица, и потому, когда Уильям остановился напротив него, перешел к делу:
— Мне нужна твоя помощь, Уильям.
Роберт перевел взгляд на сестру, радуясь, что она не вмешивается в разговор.
— Может быть, ты помнишь… Кэт нужна замена протеза, и я… должен признать, что не до конца понимаю систему креплений на новой модели. Она сделана по новейшей разработке, в создании которой я не участвовал, и я боюсь, что…
— Сделаете что-то не так, и нанесете вред своей сестре? — уточнил андроид.
Мор шумно сглотнул.
— А почему вы решили, что я могу помочь? Я никогда не занимался установкой или заменой протезов подобного типа.
— Но ты — андроид, я уверен, ты в этом быстро разберешься. И Кэт доверяет тебе, даже больше, чем мне, а я… я хотел бы, чтобы между удобным и красивым протезом она выбрала первый вариант, но она…упрямая… хочет красивый, и не слишком подходящий ей по типу строения тела, говорит, что в нем она будет нравится тебе гораздо больше, и…
— Это недопустимо, — строго ответил Уильям.
— Помогать?
— Отвечать на влюбленность девочки, — поправил Мора андроид. — Хотя… сначала испытывать гнев по отношению ко мне из-за симпатии Кэтрин Мор, в зарождении и развитии которой я не принимал и не хотел принимать никакого, даже опосредованного участия, затем кричать в полицейском участке, а теперь просить меня о помощи на основании существующей симпатии вашей сестры ко мне…
Мор тяжело вздохнул. Уильяму показалось, что он стал даже меньше ростом. Прервав свою речь, андроид помолчал, тщательно обдумывая слова Роберта, и, наконец, сообщил свое решение:
— Предлагаю заключить договор о взаимной помощи. Я помогу вам в том, о чем вы просите, а вы…— Уильям еще раз обдумал то, что хотел сказать. — …Проверите работу моей операционной системы. Существует некоторый нюанс, возникающий время от времени, и я хочу знать, что это — сбой в программном обеспечении или фактор иного рода.
— Хорошо… хорошо! — радостно отозвался Мор, делая тяжелый выдох. — Спасибо, Уильям, правда…
— Не стоит благодарности, Роберт Мор. Я считаю это взаимовыгодным договором. И прошу не сообщать никому о моей просьбе, которую я только что озвучил.
Мор кивнул, соглашаясь, и с улыбкой осматриваясь по сторонам. Перемена, произошедшая с ним, ощущалась почти физически, и сейчас он выглядел как Сизиф, неожиданно освобожденный от своей муки.
— Это все?
— Да-а… да, все.
Мор осмотрел гостиную.
«Хочет остаться, но не находит для этого причины», — разгадал его поведение Уильям, изящно указывая рукой в сторону входной двери.
— Кэт… Кэтрин! — позвал Роберт. — Нам пора.
— Но…— недовольно отозвалась девочка.
— Может быть, передать что-нибудь Аве Полгар? — напоследок спросил Уильям.
— Нет, я… сам поговорю с ней… — неуверенно протянул Мор, переступая порог.
— А я бы поговорила с тобой, — громко заявила Сильвия, возникая из темноты за спиной Роберта и Кэт, и сразу переходя к делу.
— Значит, так ты ценишь приглашение на закрытый вечер? Сбегая, как какой-нибудь мальчишка? И тебе плевать, что о нас подумают люди?! Мы не можем себе такого позволить!
Брови Уильяма поползли вверх от удивления. Что и говорить: такого он не ожидал. Впрочем, тон Сильвии не был важен, Уильяма очень мало беспокоили ее слова. Гораздо интереснее для него было то, что будет происходить дальше, и чем закончится этот причудливый разнос. «Даму надо выслушать», — вспомнил Уильям фразу из какого-то фильма 1950-х, и усмехнулся: надо, так надо. Андроид отступил в сторону, и Сильвия, пребывающая, должно быть, в крайней из доступных ей степеней негодования, первой поняла его движение. С фразой «толкаемся здесь, как рыбы!» она зашла в дом Авы Полгар, громко стуча каблуками. А Кэт, которая, судя по выражению лица, разрывалась между вспыхнувшей ревностью и неуемным желанием узнать, чем все это закончится, вернулась в гостиную вслед за блондинкой, переводя горящий взгляд с нее на андроида, и обратно. Роберт начал что-то негромко говорить Кэт, но она совершенно его не слушала, завороженная открывшейся сценой, и потому Мор тоже вернулся в дом.
— А что можем? — спросил Уильям, с любопытством глядя на присутствующих.
Сильвия непонимающе тряхнула головой, и андроид, слегка закатив глаза, медленно пояснил:
— Ты сказала, что «мы не можем себе такого позволить». А что мы можем себе позволить?
— Все, что хотим! Красивую жизнь, яхты, путешествия…— воодушевленно начала перечислять блондинка, и остановилась, когда до нее дошло, что фраза Уильяма была издевкой. — Ты смеешься надо мной? Ты издеваешься? Надо мной?!
С каждым новым вопросом голос Сильвии становился все выше.
— Ты, который живет в этом доме, с какой-то девчонкой!
— Сильвия! — одернул ее Мор, но она отмахнулась от него.
— Ты… всегда уходишь от ответа на этот вопрос! Ты, который не может ничего сказать! Ты даже не можешь оценить все то, что я делаю для тебя! Я выбрала тебя, а ты!... Почему ты живешь здесь?!
Блондинка разошлась не на шутку, словно у нее внезапно открылся сливной шлюз, и все массы определенного рода начали выходить на свет божий одновременно. И если это предположение было верным, то самой Сильвии оно доставляло очень мало удовольствия, — впервые за все время, что Уильям ее знал, она действительно потеряла над собой контроль, и, — в подтверждение одной давней шутке, — вышла из себя, но никак не могла зайти обратно.
— Вот это да!….— восхищенно протянула Ава Полгар, останавливаясь позади всей компании. До сих пор не замеченная никем, она вышла вперед и постаралась эффектно пройти на каблуках под взглядами присутствующих. Но, сделав пару шагов, поняла, что эту идею лучше оставить. Наверное поэтому Ава, аккуратно сняв туфли, зацепила их тонкими пальцами за задник, и, обогнув Сильвию, — она кивнула блондинке в знак приветствия, — решила, что лучше будет пройтись босиком.
Весьма неустойчивый проход закончился рядом с худощавой фигурой андроида, если точнее, — слева от него. Ава, запнувшись, едва не уткнулась носом ему в живот, но вовремя удержала равновесие, и, прочистив горло, с гордым, — как ей казалось, — и как можно более невозмутимым видом, остановилась рядом с Уильямом, поправила оранжевое мини-платье, поставила туфли на пол и скрестила руки на груди как бывалый супершпион.
— Вот это компания! — выдохнула Ава, и снова замолчала.
Несколько секунд она стояла неподвижно, рассматривая лица нежданных гостей, а потом широко улыбнулась и засмеялась, подмигивая остолбеневшему андроиду.
— Живет здесь Уильям, а проблемы с этим у тебя, Сил? — Ава звонко рассмеялась. Заметив, как скукожилось лицо блондинки, Ава невозмутимо продолжила.
— Тебе не нравится, когда тебя так называют?...Ну прости, я совсем не хотела тебя обидеть… зацепить, задеть, оскорбить…
— Эв, что с тобой? — начал Роберт, подходя ближе и протягивая к ней руку.
— Не трогай меня! — прошептала Ава.
Отшатнувшись в сторону от Мора, она прижалась к Уильяму и удивленно застыла на месте, словно сама не поняла, как такое могло произойти. Подобные события в пьесах называют «немыми сценами». И эта сцена оказалась именно такой. Уильям, не говоря ни слова, тоже с удивлением посмотрел на Аву Полгар. И Роберт Мор, и Кэт, и «Сил» — кто пораженно, а кто с негодованием и ревностью, — тоже разглядывали ее.
А сама Ава, неожиданно для себя обняв Уильяма, и чувствуя тепло его тела за тонкой тканью рубашки, и слушая, как мерно и спокойно бьется, — она была в том уверена, — в груди его сердце, ощутила, как постепенно, по капле, ее накрывает лавина долго сдерживаемых эмоций: злость, боль, страх, отчаяние и одиночество. Ее черные глаза заблестели. Взгляд Авы пробежал по лицам Кэт и Сильвии, а дойдя до Мора, надолго остановился на его фигуре и лице. Ава смотрела на него не отрываясь, пока на глаза не выступили слезы.
А потом все изменилось. Перед ее затуманенным взглядом возник Уильям. Она снова ощутила исходящее от него тепло, такое притягательное и уютное, что… поднявшись на носки, Ава притянула Уильяма к себе, и нежно коснулась его губ. Слезы еще бежали по ее щекам, когда их поцелуй кратко вспыхнул, став неожиданностью для обоих. Сжав лицо Авы в ладонях, Уильям немного отстранился, заглянул в черные, блестящие золотом глаза, и наклонился к ней, чтобы испить, наконец, ее губы на вкус.
В первые мгновения он целовал Аву робко и несмело, словно не доверяя тому, что происходит с ним. Но стоило ей ответить, как поцелуй изменился, — стал горячим и безрассудным, безотчетным, бескрайним… Уильям вел Аву за собой, и останавливался, — завороженный, потрясенный, не верящий и не знающий такой глубины, и испуганный ею… Удивленные, растерянные и смущенные, они каким-то образом все же смогли остановиться. Ава, не глядя ни на кого, отвернулась, обнимая Уильяма. А он обнял ее, — обеими руками, как крыльями, укрывая ото всех.
X.
Ава медленно открыла глаза и с трудом повернула голову из стороны в сторону. Темные шторы были заботливо кем-то задернуты, и яркое солнце пробивалось в ее спальню только узким, жарким лучом. Глаза девушки снова закрылись.
«Просто невероятно… как может болеть голова…» — осторожно подумала она, будто мысли стали неподъемными, и потому с ними следовало обращаться с особой осторожностью.
Эти и множество других вопросов об Аве и об их отношениях постоянно крутились в его мыслях, изнуряя Мора тем больше, что он не знал, что ему делать. А то, что Роберт знал и уже сделал, — не помогло. Сначала Ава не отвечала на звонки. Теперь она, судя по тому, что соединение обрывалось не начавшись, заблокировала его номер. Да что там номер… она заблокировала самого Мора. Несколько раз, когда попытки обсудить с ней все произошедшее наедине, не принесли никакого результата, он устраивал встречи через общих друзей. Ава попалась на этот фокус дважды. Но в третий раз, увидев его до того, как он заметил, что она заметила его, Ава, очаровательно улыбнувшись друзьям, сказала, что вернется сразу же, как «поправит макияж».
Идиоты.
Нет. Он, Мор, идиот.
Друзья не удивились, и ничего не поняли до тех пор, пока подошедший к столику Мор не сказал им, что она обвела их всех.
— Она не «поправляет макияж». То есть никогда так не говорит, — со вздохом объяснил Роберт, ударяя кулаком по столу.
Стоило ли удивляться тому, что Ава не вернулась. Короче говоря, время шло, перетекая из дней в недели, а их размолвка так и не была решена. Честно говоря, у Мора при мысли о том, что еще он может сделать, для того, чтобы Ава его выслушала и простила, уже закипали мозги. И, что хуже всего, они закипали не давая ему каких-либо новых идей по выходу из этого положения. Но все-таки, — может быть, это просто был такой день, а может лабораторные боги или боги биоинженерии сжалились над своим преданным слугой, — у Роберта появилась новая, еще одна, затея.
Безумная.
И чрезвычайно неприятная для него в смысле воплощения, но… делать было нечего, — Роберт очень хотел помириться с Авой. Для начала он просто хотел, чтобы она его выслушала, не перебивая и не убегая. И если для всего этого ему придется звонить Уильяму снова и снова, — этот гад не отвечал на его звонки, — то… в динамике сотового телефона Мора зазвучали новые гудки.
Он ждал, не особо надеясь на ответ, когда в трубке раздался ироничный голос Уильяма:
— Роберт Мор? Чем могу помочь?
Роб нервно сглотнул, чувствуя, как царапает в пересохшем горле.
— Уильям? Привет… да, ты прав, скорее доброй ночи… где мы можем встретиться?
— В смысле «пересечься»? — с улыбкой переспросил андроид, смакуя слово, которое он узнал совсем недавно. — Я сейчас дома, у Авы Полгар. Если ваше дело настолько срочное и не терпит ни малейшего промедления, то можете приехать сюда. Вам напомнить адрес?... Рад, что вы его помните. До скорой встречи, Роберт Мор.
Насвистывая «Hot Stuff» Донны Саммер, — песню, памятную ему с того вечера в клубе, — Уильям пошел в душ. День был долгим, а вечер утомительным, но впереди, судя по всему, была не лишенная любопытства, поздняя встреча с Робертом Мором. Андроид просто не мог себе позволить выглядеть утомленным или раздраженным. Кто же, как не он, — в отсутствии Авы Полгар, — сыграет роль радушного хозяина? А кстати… где Ава?
***
У Роберта Мора не было ни времени, ни желания вступать с андроидом в долгие, галантные разговоры, которые тот, по его мнению, очень любил. Поэтому, встретившись с Уильямом, и едва переступив порог дома Авы, — при мысли об этом его сердце обдало жаром и холодом, — Роб сразу перешел к делу.
— Ты должен… вернее, я хотел бы… я просил бы тебя…
— В этот раз я не стану закрывать дверь у вас перед носом, Роберт Мор. Можете ничего не опасаться, и говорить свободно, — легким, плавным голосом произнес Уильям, и отошел в сторону, пропуская гостя.
«Люди, конечно, весьма странные», — заметил про себя робот, в ожидании глядя на сдавшего в мышечной массе, да и вообще как-то изменившегося не в лучшую сторону врача.
— Ава… как она? Я хотел бы знать, — тихо произнес Роберт, и несмело, мельком, посмотрел на андроида.
— Я не уверен, что у меня есть полномочия, которые позволяли бы мне ответить на ваш вопрос.
Мор быстро кивнул, мысленно ругая себя за вопрос, и за то, что андроид снова начал опутывать разговор своими витиеватыми словами, — как раз теми, которых Мор хотел избежать. Роберт открыл рот, чтобы спросить о том, из-за чего он просил андроида о встрече, как во входную стеклянную дверь шумной дробью постучала Кэт. Мор тяжело вздохнул. Значит, удержать ее дома он, все-таки, не смог, особенно когда она узнала, что Роберт едет на встречу с Уильямом.
— Билли! — сияя, крикнула Кэт, поднимая руки вверх и пытаясь обнять андроида, что вышло неловко, потому что Уильям и не думал отвечать на объятия девочки, а, поймав ее руки на взлете, только сжал пальцы Кэтрин в своих руках, смотря на нее с вежливой улыбкой.
— Добрый вечер, Кэтрин Мор. Вернее, доброй ночи.
— Как ты, Билли?
— Не ожидал вас здесь увидеть после того визита, когда вы рылись…— невозмутимо заметил андроид, глядя, как лицо Кэтрин загорается красным.
«Теперь ты не станешь мешать моему разговору с Робертом Мором», — удовлетворенно подумал Уильям, разглядывая смущенное лицо Кэт, и подошел к Роберту, который, видимо погруженный в свои невеселые мысли, не расслышал полуфразы андроида, но верно распознал выражение его лица, и потому, когда Уильям остановился напротив него, перешел к делу:
— Мне нужна твоя помощь, Уильям.
Роберт перевел взгляд на сестру, радуясь, что она не вмешивается в разговор.
— Может быть, ты помнишь… Кэт нужна замена протеза, и я… должен признать, что не до конца понимаю систему креплений на новой модели. Она сделана по новейшей разработке, в создании которой я не участвовал, и я боюсь, что…
— Сделаете что-то не так, и нанесете вред своей сестре? — уточнил андроид.
Мор шумно сглотнул.
— А почему вы решили, что я могу помочь? Я никогда не занимался установкой или заменой протезов подобного типа.
— Но ты — андроид, я уверен, ты в этом быстро разберешься. И Кэт доверяет тебе, даже больше, чем мне, а я… я хотел бы, чтобы между удобным и красивым протезом она выбрала первый вариант, но она…упрямая… хочет красивый, и не слишком подходящий ей по типу строения тела, говорит, что в нем она будет нравится тебе гораздо больше, и…
— Это недопустимо, — строго ответил Уильям.
— Помогать?
— Отвечать на влюбленность девочки, — поправил Мора андроид. — Хотя… сначала испытывать гнев по отношению ко мне из-за симпатии Кэтрин Мор, в зарождении и развитии которой я не принимал и не хотел принимать никакого, даже опосредованного участия, затем кричать в полицейском участке, а теперь просить меня о помощи на основании существующей симпатии вашей сестры ко мне…
Мор тяжело вздохнул. Уильяму показалось, что он стал даже меньше ростом. Прервав свою речь, андроид помолчал, тщательно обдумывая слова Роберта, и, наконец, сообщил свое решение:
— Предлагаю заключить договор о взаимной помощи. Я помогу вам в том, о чем вы просите, а вы…— Уильям еще раз обдумал то, что хотел сказать. — …Проверите работу моей операционной системы. Существует некоторый нюанс, возникающий время от времени, и я хочу знать, что это — сбой в программном обеспечении или фактор иного рода.
— Хорошо… хорошо! — радостно отозвался Мор, делая тяжелый выдох. — Спасибо, Уильям, правда…
— Не стоит благодарности, Роберт Мор. Я считаю это взаимовыгодным договором. И прошу не сообщать никому о моей просьбе, которую я только что озвучил.
Мор кивнул, соглашаясь, и с улыбкой осматриваясь по сторонам. Перемена, произошедшая с ним, ощущалась почти физически, и сейчас он выглядел как Сизиф, неожиданно освобожденный от своей муки.
— Это все?
— Да-а… да, все.
Мор осмотрел гостиную.
«Хочет остаться, но не находит для этого причины», — разгадал его поведение Уильям, изящно указывая рукой в сторону входной двери.
— Кэт… Кэтрин! — позвал Роберт. — Нам пора.
— Но…— недовольно отозвалась девочка.
— Может быть, передать что-нибудь Аве Полгар? — напоследок спросил Уильям.
— Нет, я… сам поговорю с ней… — неуверенно протянул Мор, переступая порог.
— А я бы поговорила с тобой, — громко заявила Сильвия, возникая из темноты за спиной Роберта и Кэт, и сразу переходя к делу.
— Значит, так ты ценишь приглашение на закрытый вечер? Сбегая, как какой-нибудь мальчишка? И тебе плевать, что о нас подумают люди?! Мы не можем себе такого позволить!
Брови Уильяма поползли вверх от удивления. Что и говорить: такого он не ожидал. Впрочем, тон Сильвии не был важен, Уильяма очень мало беспокоили ее слова. Гораздо интереснее для него было то, что будет происходить дальше, и чем закончится этот причудливый разнос. «Даму надо выслушать», — вспомнил Уильям фразу из какого-то фильма 1950-х, и усмехнулся: надо, так надо. Андроид отступил в сторону, и Сильвия, пребывающая, должно быть, в крайней из доступных ей степеней негодования, первой поняла его движение. С фразой «толкаемся здесь, как рыбы!» она зашла в дом Авы Полгар, громко стуча каблуками. А Кэт, которая, судя по выражению лица, разрывалась между вспыхнувшей ревностью и неуемным желанием узнать, чем все это закончится, вернулась в гостиную вслед за блондинкой, переводя горящий взгляд с нее на андроида, и обратно. Роберт начал что-то негромко говорить Кэт, но она совершенно его не слушала, завороженная открывшейся сценой, и потому Мор тоже вернулся в дом.
— А что можем? — спросил Уильям, с любопытством глядя на присутствующих.
Сильвия непонимающе тряхнула головой, и андроид, слегка закатив глаза, медленно пояснил:
— Ты сказала, что «мы не можем себе такого позволить». А что мы можем себе позволить?
— Все, что хотим! Красивую жизнь, яхты, путешествия…— воодушевленно начала перечислять блондинка, и остановилась, когда до нее дошло, что фраза Уильяма была издевкой. — Ты смеешься надо мной? Ты издеваешься? Надо мной?!
С каждым новым вопросом голос Сильвии становился все выше.
— Ты, который живет в этом доме, с какой-то девчонкой!
— Сильвия! — одернул ее Мор, но она отмахнулась от него.
— Ты… всегда уходишь от ответа на этот вопрос! Ты, который не может ничего сказать! Ты даже не можешь оценить все то, что я делаю для тебя! Я выбрала тебя, а ты!... Почему ты живешь здесь?!
Блондинка разошлась не на шутку, словно у нее внезапно открылся сливной шлюз, и все массы определенного рода начали выходить на свет божий одновременно. И если это предположение было верным, то самой Сильвии оно доставляло очень мало удовольствия, — впервые за все время, что Уильям ее знал, она действительно потеряла над собой контроль, и, — в подтверждение одной давней шутке, — вышла из себя, но никак не могла зайти обратно.
— Вот это да!….— восхищенно протянула Ава Полгар, останавливаясь позади всей компании. До сих пор не замеченная никем, она вышла вперед и постаралась эффектно пройти на каблуках под взглядами присутствующих. Но, сделав пару шагов, поняла, что эту идею лучше оставить. Наверное поэтому Ава, аккуратно сняв туфли, зацепила их тонкими пальцами за задник, и, обогнув Сильвию, — она кивнула блондинке в знак приветствия, — решила, что лучше будет пройтись босиком.
Весьма неустойчивый проход закончился рядом с худощавой фигурой андроида, если точнее, — слева от него. Ава, запнувшись, едва не уткнулась носом ему в живот, но вовремя удержала равновесие, и, прочистив горло, с гордым, — как ей казалось, — и как можно более невозмутимым видом, остановилась рядом с Уильямом, поправила оранжевое мини-платье, поставила туфли на пол и скрестила руки на груди как бывалый супершпион.
— Вот это компания! — выдохнула Ава, и снова замолчала.
Несколько секунд она стояла неподвижно, рассматривая лица нежданных гостей, а потом широко улыбнулась и засмеялась, подмигивая остолбеневшему андроиду.
— Живет здесь Уильям, а проблемы с этим у тебя, Сил? — Ава звонко рассмеялась. Заметив, как скукожилось лицо блондинки, Ава невозмутимо продолжила.
— Тебе не нравится, когда тебя так называют?...Ну прости, я совсем не хотела тебя обидеть… зацепить, задеть, оскорбить…
— Эв, что с тобой? — начал Роберт, подходя ближе и протягивая к ней руку.
— Не трогай меня! — прошептала Ава.
Отшатнувшись в сторону от Мора, она прижалась к Уильяму и удивленно застыла на месте, словно сама не поняла, как такое могло произойти. Подобные события в пьесах называют «немыми сценами». И эта сцена оказалась именно такой. Уильям, не говоря ни слова, тоже с удивлением посмотрел на Аву Полгар. И Роберт Мор, и Кэт, и «Сил» — кто пораженно, а кто с негодованием и ревностью, — тоже разглядывали ее.
А сама Ава, неожиданно для себя обняв Уильяма, и чувствуя тепло его тела за тонкой тканью рубашки, и слушая, как мерно и спокойно бьется, — она была в том уверена, — в груди его сердце, ощутила, как постепенно, по капле, ее накрывает лавина долго сдерживаемых эмоций: злость, боль, страх, отчаяние и одиночество. Ее черные глаза заблестели. Взгляд Авы пробежал по лицам Кэт и Сильвии, а дойдя до Мора, надолго остановился на его фигуре и лице. Ава смотрела на него не отрываясь, пока на глаза не выступили слезы.
А потом все изменилось. Перед ее затуманенным взглядом возник Уильям. Она снова ощутила исходящее от него тепло, такое притягательное и уютное, что… поднявшись на носки, Ава притянула Уильяма к себе, и нежно коснулась его губ. Слезы еще бежали по ее щекам, когда их поцелуй кратко вспыхнул, став неожиданностью для обоих. Сжав лицо Авы в ладонях, Уильям немного отстранился, заглянул в черные, блестящие золотом глаза, и наклонился к ней, чтобы испить, наконец, ее губы на вкус.
В первые мгновения он целовал Аву робко и несмело, словно не доверяя тому, что происходит с ним. Но стоило ей ответить, как поцелуй изменился, — стал горячим и безрассудным, безотчетным, бескрайним… Уильям вел Аву за собой, и останавливался, — завороженный, потрясенный, не верящий и не знающий такой глубины, и испуганный ею… Удивленные, растерянные и смущенные, они каким-то образом все же смогли остановиться. Ава, не глядя ни на кого, отвернулась, обнимая Уильяма. А он обнял ее, — обеими руками, как крыльями, укрывая ото всех.
X.
Ава медленно открыла глаза и с трудом повернула голову из стороны в сторону. Темные шторы были заботливо кем-то задернуты, и яркое солнце пробивалось в ее спальню только узким, жарким лучом. Глаза девушки снова закрылись.
«Просто невероятно… как может болеть голова…» — осторожно подумала она, будто мысли стали неподъемными, и потому с ними следовало обращаться с особой осторожностью.
