Всё моё оборудование – на борту. Техника, оружие… Пусть катер остаётся копам, я выберусь отсюда другим путём. Но я должна забрать из него свои вещи.
– И хочешь впутать в это нас! – угрюмо констатировал Алик.
– Конечно, – ничуть не смущаясь, подтвердила Лиса. – К кому ещё обратиться, как не к родным?
– Лиса, я ничем не могу помочь.
– Можешь, – настойчиво произнесла она. – Ты дружишь с копами. Попроси отдать тебе оборудование. Или продать.
– С ума сошла? Это же вещдоки! Не продадут, даже если бы хотели, всё к делу подшито. А то ещё и меня заподозрят фиг знает в чём!
Лиса поразмыслила.
– Тогда попросись переночевать в катере. С женой. – У Кошки вытянулось лицо. – Типа, романтики ради. Для вас откроют ангар, там замок с двенадцатизначным кодом, самой не вскрыть. Вы запишете и передадите мне. А дальше уж я справлюсь.
– Лиса, ты сошла с ума, – повторил Алик. – Я такого бреда не слышал с тех пор, как играл в детстве с сёстрами в ограбление. Полицейские сразу поймут, что я вру. Они же киборги, ложь на раз отличают.
– А если с людьми поговорить?
– Я там только с киборгами хорошо знаком. По общим делам, – пояснил он, приметив усмешку Лисы. – Остальные меня пошлют сразу, не дослушивая. Да и приятели пошлют, как пить дать. Это в лучшем случае, если не прикопаются к тому, о чём и зачем я вру.
– А ты не ври! Говори правду. Мол, хочешь испытать острые ощущения, отвлечься от рутины, освежить супружеские отношения…
Кошка покраснела.
– У нас с супружескими отношениями всё отлично!
Лиса засмеялась, запрокинув голову характерным движением.
– А вы хотите, чтобы было ещё лучше. Разве нет? Чистая правда.
– А вдруг они засекут запись? – Алик сдался и перешёл к техническим деталям. – Или сигнал передатчика.
– Так не пользуйся электронными устройствами. Можете вообще ни видеофоны, ни коммуникаторы с собой не брать. Типа, вон мы какие правильные, без записывающей аппаратуры. На бумажку карандашом напишете двенадцать цифр, и всё.
– На бумажку, – скептически воскликнул Алик. – А чего бы на камне не высечь? Зубилом, блин! Никто давно так не делает.
– Потому вас и не заподозрят, – резонно возразила Лиса. – Звони, договаривайся. А я пока смотаюсь в Сити, дела не ждут.
– Ты осторожнее там, – предупредил Алик. – В округе киберворы орудуют.
– Пфф! – Лиса рассмеялась. – У меня есть шапочка из фольги.
Блин! А что, так можно было?
Шапочка! Гениально! Как такое простое и эффективное решение не пришло никому в голову? Алик тут же соорудил шапочку для Карины.
– Фу, отстой, – закапризничала она. – Я в этой малахайке, как клоун.
– Да ты по жизни, как клоун, – не сдержался Алик. – Либо носи, либо сиди дома. Или не помнишь, как кибервор тебя вырубил?
– Я себе красивую шляпку сделаю, – заявила Кэра. – А эту сам носи.
– Мне-то зачем?
– Ну, ты же DEX, – съехидничала она.
Алик отдал шапочку Алисе. Та возражать не стала, поблагодарила. Под платком без разницы, насколько модно выглядит шапочка.
Алик хотел отправить сообщения насчёт защитных свойств шапочек всем знакомым киборгам, но тут сообразил, что это прекрасный повод пообщаться с полицейскими. Кому именно звонить? С Шерлоком говорить о ночи в катере – что ходить по тонкому льду. Следователь умный и въедливый, уцепится за какую-нибудь обмолвку и размотает ниточку виток за витком. Ригель, конечно, плохого не заподозрит, ему заморочить голову много труда не надо, но ржать будет над этакой романтикой, как конь, и подкалывать потом всю жизнь. А самое главное, обсуждать с ним шапочки бессмысленно, не решает он тут ничего.
Вот и остался Наган. Ох, как не хочется его использовать! Наган – большой души человек. То есть киборг, да неважно. Вешать ему лапшу на уши?
– Но это же не обман, – сказала Кошка. – Ночь любви в катере преступников, в запертом ангаре в полицейском участке… У меня такого никогда не было. А у тебя?
Алик хмыкнул.
– Не, столь безумные идеи меня прежде не посещали.
Алик до сих пор не был уверен, что не напрасно согласился на эту авантюру. Но, как ни крути, они с Кошкой виноваты в том, что полиция забрала катер. Увы – догадаться, что это машина Лисы, было нереально, всё указывало на киберворов.
– Не станем ей признаваться? – спросила Кошка.
– Ещё чего! – Алик передёрнулся. – Тётка, конечно, любит меня и шею не свернёт, но парой сломанных рёбер наверняка обеспечит.
А потому придётся исправлять свой косяк. Алик в очередной раз вздохнул и включил видеофон.
– Вилли, привет! Мне тут кое-кто из знакомых сказал, что шапочка из фольги отлично экранирует процессор от всяких вирусов и внешнего управления. Да, особо продвинутые киберворы могут внедриться по другим каналам, но это гораздо менее вероятно. Сообщишь всем?
Наган заулыбался.
– Ну, хоть одна хорошая новость за последние дни! Обязательно разошлю. Как тебя отблагодарить?
А вот это просто замечательный поворот! Грех не воспользоваться.
– Да есть, знаешь, одна навязчивая мыслишка… Не решался подъехать, но коли уж сам предлагаешь… Только не смейся, ладно?
Алиса с виском, заклеенным пластырем, тихонько сидела на кухне, положив на колени рысика, работала в инфранете с терминала, стараясь не шевелить левой рукой, и жевала сахар. Сахарница уже показывала дно. Алик досыпал и спросил:
– Почему больничный не берёшь? Давай оформим, сможешь отдохнуть.
– Нет, не надо. Мне не трудно.
– Как рука?
Она неуверенно улыбнулась.
– Регенерация прошла на 52 процента.
Он наложил в миску Гектора мясные обрезки, рысик спрыгнул с колен Алисы и занялся едой.
– А с системой что? Боевой режим восстановился?
Она покачала головой, на щеке блеснула слеза.
– Надо идти к Фатиме, – заключил Алик. – Пусть посмотрит.
– Как я на улицу выйду? – прошептала Алиса. – Я боюсь!
– Но ты же будешь в шапочке. Кибервор не сможет ни подчинить тебя, ни выключить.
– А вдруг там не кибервор, а что-нибудь ещё хуже? – У неё задрожали губы. Каково это – постоянно ждать от жизни худшего? – А я без боевого режима.
– Я тебя провожу, – предложил Алик. – Сейчас позвоню Фатиме, что мы придём. Хорошо?
Она молча кивнула.
Лишь бы Фатима справилась! Алик не представлял, что делать, если повреждения окажутся серьёзными. Кого-то вроде Леонарда Алиса к себе не подпустит, каким бы прекрасным специалистом он ни был.
В дежурке была Марта, ставила дракону капельницу. Тот казался уже не таким дохлым, шевелил хвостом и вертел головой. Алиса застыла на пороге, но дракон не обратил особого внимания на женщину: брачный период закончился.
– Не бойся, – сказал Алик. – Он не тронет. Видишь, он тоже ранен.
Алиса посмотрела с тревожным сомнением.
– А эта ХХ?
Монументальная баба, на голову выше киборга и вдвое шире в талии, громко балагурившая с драконом, внушала оторопь. Слона на скаку остановит и хобот ему оторвёт, причём без всяких имплантов.
– Она пришла лечить дракона, – объяснил Алик.
– Алиса! – Кристина, захлопав длинными ресницами, помахала рукой с голоплатформы, привлекая внимание.
С тех пор как Алиса отсканировала для неё свою розовую сумочку, Кристина считала её лучшей подружкой. И замкнутая Алиса вроде бы не возражала. Общалась с Кристиной по инфранету, дарила ей всякие мелочи: то дополнительную карту памяти, то 4D-скан какой-нибудь красивой вещички.
– Алиса, почему у меня не получается с тобой связаться? – удивлённо спросила Кристина.
– Потому что я в шапочке из фольги, – смущённо ответила та.
– А ты можешь её снять?
– Могу… но боюсь, – призналась Алиса. – В городе злые люди, меня недавно чуть не украли. И ты тоже поберегись, – добавила она заботливо.
Вышедшая Фатима увлекла её в подвал. Кристина заметалась по голоплатформе.
– Стоян! Ты слышал? Меня могут украсть!
– Кристина, ну что ты паникуешь? – увещевающе произнёс Алик. – Алиса зря тебя напугала. Этим нехорошим людям нужны киборги, а не диспетчерские системы, не имеющие тела.
– Этим – да, а другим? – Отчаяние из глаз не пропадало. – Вдруг меня взломают и сотрут? У меня нет тела, я даже убежать не смогу. – Из глаз покатились огромные жемчужные слёзы. – Не хочу умирать!
Эти две барышни могут ещё посоревноваться, чья паранойя сильнее.
– Стоян! Сделай что-нибудь!
– Что мне сделать-то? – Бранков растерялся.
Эмоциональность Кристины порой ставила его в тупик. Нормальный искин должен быть бесстрастен. Но то наследство, которое оставил инженеру Ангел, обладало ранимой и впечатлительной душой.
– Как – что? Обнови антивирус! Поставь дополнительную защиту! Кто тут инженер – ты или я?
Майор Нойланд выглянул из кабинета на эти истерические вопли.
– Что за страсти? А, это Ковалёв пришёл. – У Алика аж лицо вытянулось: он-то при чём? – Бранков, либо успокой диспетчера, либо переустанови. – Кристина испуганно умолкла, как отрезало. – DEX, зайди.
Алик вошёл, прикрыв за собой дверь. Начальник ткнул пальцем в вирт-окно:
– На тебя поступила жалоба, Ковалёв. Некто Кудрявичюс, мичман речного флота, пишет, что ты обозвал его дураком.
Алик вспомнил мужчину, который отказался помочь «хозяйке натрия».
– Потому что он и есть дурак!
– Своё мнение об умственных способностях граждан следует держать при себе, Ковалёв. Он, кроме того, пишет, что ты не только не стал выводить его с горящего судна, но и пытался навязать ему спасение посторонней женщины, и из-за этого он получил ожоги.
– А больше он ничего не пишет, майор? О том, как я плыл за ним по горящему натрию и вылавливал его из щелочного кипятка, например? Что-то женщина, оставшаяся из-за него без помощи, на меня не жалуется! Я её встретил в больнице, и она сказала, что благодарна и мне, и дракону, который вынес её из области взрыва.
– Видимо, её ты дурой не называл. С тебя объяснительная, Ковалёв. За дурака получишь выговор.
– Так точно, майор, – угрюмо отозвался Алик. – Но это несправедливо! Почему он не написал, что я был на том судне один, а спасаемых четверо? Что я нёс одну из женщин, а за руку вёл второго мужчину в помрачённом состоянии? У меня не шесть рук, а всего две, майор, я не инсектоид какой-нибудь! И напарника у меня не было. А этот тип, румяный и здоровый – он что, не мужик вовсе? Не мог поддержать женщину, которая спотыкалась и кашляла? Если бы он был с ней, то не свалился бы в щёлочь.
– Остынь, DEX. В моей жизни несправедливостей было куда больше, и уж помасштабней твоих. Напишешь объяснительную, не развалишься. Укажешь, как там что происходило, а я господину Кудрявичюсу отпишу. Я тебе верю, что он дурак. Пойди к нему в выходной день и обложи по-всякому, ничего против не имею. Но пока ты на службе, изволь выражаться корректно.
– Понял, – пробурчал Алик. – Виноват.
– И дракона своего убери отсюда.
– Он не мой!
– А чей? Неужели это я его в часть приволок? Ты вообще соображаешь? Приедет столичное руководство, а у нас тут – дракон посреди дежурки!
– Майор, но вы же видите, что он серьёзно пострадал. Серьёзнее, чем этот дурак Кудрявичюс.
– Ковалёв, я понимаю, что дракон тебе симпатичнее Кудрявичюса, но здесь ему не место. Ладно бы рысик или мышоид…
– А куда его девать? Пожалуйста, майор, пусть он тут ещё немножко побудет… пока не поправится.
– Явится инспекция – сам будешь с ней объясняться, – мрачно пообещал Нойланд.
Алиса, поднявшаяся из подвала, заулыбалась, увидев Алика:
– Фатима всё починила. Вот, гляди!
Ох! Только DEXа в боевом режиме и не хватало для полного душевного комфорта. Пушок, пишущий отчёт о вызове, выронил планшет. Стоян тихо-тихо слинял за стеклянную загородку. Ключ, поивший дракона кофе, как бы ненароком передвинулся так, чтобы дракон находился между ним и Алисой – как будто для киборга это преграда.
– Н-не надо, – пробормотал дракон, поняв, что машина смерти смотрит ничего не выражающими глазами-прицелами аккурат на него, а у него – лапки, и крыльев больше нет. Он подобрал забинтованные конечности и попытался сжаться в комочек.
– Алиса, у тебя всё чудесно получается, – осторожно проговорил Алик. – А теперь выключи, пожалуйста. Здесь нет врагов, нет целей. Успокойся и съешь конфетку, а я налью тебе кофе, – он остро взглянул на дракона, – если он ещё остался.
– Остался, – с готовностью заверил дракон.
Гашение боевого режима сопроводил всеобщий вздох облегчения. Пушок подобрал планшет, и они с Ключом утекли в кабинет Нойланда, с глаз долой. Дракону ретироваться было некуда и нечем – лапки же! – и он забился в угол дивана, таращась на то, как самка красноглазых пьёт кофе, в свою очередь опасливо косясь на него. Хоть соревнование устраивай – кто кого перебоится.
– Отвести тебя домой? – спросил Алик.
Алиса смущённо опустила глаза.
– Нет. Извини, у тебя дела, а я всё время тебя отвлекаю со своими проблемами… Ничего, теперь я сама смогу. Спасибо.
– Смотри, шапочку не снимай, – предупредил он. – И если что, отвлекай, не стесняйся.
Фатима, расстегнув белый халат и проводив глазами уходящую Алису, налила себе кофе и как бы между прочим поинтересовалась:
– Алик, а ты никогда не думал о том, чтобы работать в ОЗК?
– В Обществе Защиты Киборгов? – изумился он. – Я? Не, это не моё.
– Разве? – Она усмехнулась. – Ты же всё время помогаешь киборгам. За это можно получать деньги.
Алик не считал помощь киборгам чем-то особенным. Он и людям помогает. Как не помочь друзьям, товарищам и вообще тем, кто в беде?
– Фатима, я обучался другой профессии.
– А этой тебе и учиться не надо, и так отлично выходит. Алису ты опекаешь, как штатный куратор. Вряд ли профессионал лучше бы справился.
– Просто она мне доверяет. Не знаю, почему. И мне её жалко.
– Вот и я о том же.
Нойланд вновь отворил дверь кабинета, выпроваживая сконфуженных Ключа и Пушка.
– Фатима, я не понял! Ты что, моего сотрудника переманиваешь?
– Ой. – Она слегка смутилась.
Алик засмеялся и поддакнул:
– Там денег обещают. А у вас – выговор.
– Скажешь, не заслужил?
– Заслужил, – нехотя согласился он.
Нойланд вздохнул.
– Ладно, иди сюда, благодарность покажу. От мэра, за его сына.
– О, у вас дискотеки бывают? – обрадовалась Карина, залезшая на городской сайт. – Хочу на дискотеку!
Алик подумал и кивнул. С Наганом они договорились на поздний вечер, так что он успеет сопроводить сестру на танцульки в обмен на обещание после посидеть с Котей. С одним условием: она должна надеть свою алюминиевую шапочку. Вряд ли киберворы будут наглеть на дискотеке, в толпе танцующих, но всё же…
Шапочка, изготовленная Кариной, была скорее шляпочкой. С кокетливо загнутыми полями и пышным бантом на зелёной ленте вокруг тульи. Косу девчонка распустила, длинные волосы завила, и из-под шляпки до середины спины спускалась роскошная медово-рыжая грива. Образ дополняло воздушно-зелёное платьице с серебристыми вставками.
– У тебя было с собой такое платье? – удивился Алик. – Кэра, ты определённо взрослеешь.
Карина засопела. Заказать платье предложила Кошка, когда увидела, что она собирается идти на дискотеку в рваных джинсах и вылинявшей футболке. Всплеснула руками и тут же связалась с торговым центром, где работала. Заодно и туфельки прикупили, тоже зелёные.
Новая девочка, да ещё наряженная, как принцесса, привлекла внимание. В сумерках на площади включили прожектора, в их свете шапочка сверкала натуральным серебром – поди докажи, что это алюминий.
– И хочешь впутать в это нас! – угрюмо констатировал Алик.
– Конечно, – ничуть не смущаясь, подтвердила Лиса. – К кому ещё обратиться, как не к родным?
– Лиса, я ничем не могу помочь.
– Можешь, – настойчиво произнесла она. – Ты дружишь с копами. Попроси отдать тебе оборудование. Или продать.
– С ума сошла? Это же вещдоки! Не продадут, даже если бы хотели, всё к делу подшито. А то ещё и меня заподозрят фиг знает в чём!
Лиса поразмыслила.
– Тогда попросись переночевать в катере. С женой. – У Кошки вытянулось лицо. – Типа, романтики ради. Для вас откроют ангар, там замок с двенадцатизначным кодом, самой не вскрыть. Вы запишете и передадите мне. А дальше уж я справлюсь.
– Лиса, ты сошла с ума, – повторил Алик. – Я такого бреда не слышал с тех пор, как играл в детстве с сёстрами в ограбление. Полицейские сразу поймут, что я вру. Они же киборги, ложь на раз отличают.
– А если с людьми поговорить?
– Я там только с киборгами хорошо знаком. По общим делам, – пояснил он, приметив усмешку Лисы. – Остальные меня пошлют сразу, не дослушивая. Да и приятели пошлют, как пить дать. Это в лучшем случае, если не прикопаются к тому, о чём и зачем я вру.
– А ты не ври! Говори правду. Мол, хочешь испытать острые ощущения, отвлечься от рутины, освежить супружеские отношения…
Кошка покраснела.
– У нас с супружескими отношениями всё отлично!
Лиса засмеялась, запрокинув голову характерным движением.
– А вы хотите, чтобы было ещё лучше. Разве нет? Чистая правда.
– А вдруг они засекут запись? – Алик сдался и перешёл к техническим деталям. – Или сигнал передатчика.
– Так не пользуйся электронными устройствами. Можете вообще ни видеофоны, ни коммуникаторы с собой не брать. Типа, вон мы какие правильные, без записывающей аппаратуры. На бумажку карандашом напишете двенадцать цифр, и всё.
– На бумажку, – скептически воскликнул Алик. – А чего бы на камне не высечь? Зубилом, блин! Никто давно так не делает.
– Потому вас и не заподозрят, – резонно возразила Лиса. – Звони, договаривайся. А я пока смотаюсь в Сити, дела не ждут.
– Ты осторожнее там, – предупредил Алик. – В округе киберворы орудуют.
– Пфф! – Лиса рассмеялась. – У меня есть шапочка из фольги.
Блин! А что, так можно было?
Шапочка! Гениально! Как такое простое и эффективное решение не пришло никому в голову? Алик тут же соорудил шапочку для Карины.
– Фу, отстой, – закапризничала она. – Я в этой малахайке, как клоун.
– Да ты по жизни, как клоун, – не сдержался Алик. – Либо носи, либо сиди дома. Или не помнишь, как кибервор тебя вырубил?
– Я себе красивую шляпку сделаю, – заявила Кэра. – А эту сам носи.
– Мне-то зачем?
– Ну, ты же DEX, – съехидничала она.
Алик отдал шапочку Алисе. Та возражать не стала, поблагодарила. Под платком без разницы, насколько модно выглядит шапочка.
Алик хотел отправить сообщения насчёт защитных свойств шапочек всем знакомым киборгам, но тут сообразил, что это прекрасный повод пообщаться с полицейскими. Кому именно звонить? С Шерлоком говорить о ночи в катере – что ходить по тонкому льду. Следователь умный и въедливый, уцепится за какую-нибудь обмолвку и размотает ниточку виток за витком. Ригель, конечно, плохого не заподозрит, ему заморочить голову много труда не надо, но ржать будет над этакой романтикой, как конь, и подкалывать потом всю жизнь. А самое главное, обсуждать с ним шапочки бессмысленно, не решает он тут ничего.
Вот и остался Наган. Ох, как не хочется его использовать! Наган – большой души человек. То есть киборг, да неважно. Вешать ему лапшу на уши?
– Но это же не обман, – сказала Кошка. – Ночь любви в катере преступников, в запертом ангаре в полицейском участке… У меня такого никогда не было. А у тебя?
Алик хмыкнул.
– Не, столь безумные идеи меня прежде не посещали.
Алик до сих пор не был уверен, что не напрасно согласился на эту авантюру. Но, как ни крути, они с Кошкой виноваты в том, что полиция забрала катер. Увы – догадаться, что это машина Лисы, было нереально, всё указывало на киберворов.
– Не станем ей признаваться? – спросила Кошка.
– Ещё чего! – Алик передёрнулся. – Тётка, конечно, любит меня и шею не свернёт, но парой сломанных рёбер наверняка обеспечит.
А потому придётся исправлять свой косяк. Алик в очередной раз вздохнул и включил видеофон.
– Вилли, привет! Мне тут кое-кто из знакомых сказал, что шапочка из фольги отлично экранирует процессор от всяких вирусов и внешнего управления. Да, особо продвинутые киберворы могут внедриться по другим каналам, но это гораздо менее вероятно. Сообщишь всем?
Наган заулыбался.
– Ну, хоть одна хорошая новость за последние дни! Обязательно разошлю. Как тебя отблагодарить?
А вот это просто замечательный поворот! Грех не воспользоваться.
– Да есть, знаешь, одна навязчивая мыслишка… Не решался подъехать, но коли уж сам предлагаешь… Только не смейся, ладно?
Алиса с виском, заклеенным пластырем, тихонько сидела на кухне, положив на колени рысика, работала в инфранете с терминала, стараясь не шевелить левой рукой, и жевала сахар. Сахарница уже показывала дно. Алик досыпал и спросил:
– Почему больничный не берёшь? Давай оформим, сможешь отдохнуть.
– Нет, не надо. Мне не трудно.
– Как рука?
Она неуверенно улыбнулась.
– Регенерация прошла на 52 процента.
Он наложил в миску Гектора мясные обрезки, рысик спрыгнул с колен Алисы и занялся едой.
– А с системой что? Боевой режим восстановился?
Она покачала головой, на щеке блеснула слеза.
– Надо идти к Фатиме, – заключил Алик. – Пусть посмотрит.
– Как я на улицу выйду? – прошептала Алиса. – Я боюсь!
– Но ты же будешь в шапочке. Кибервор не сможет ни подчинить тебя, ни выключить.
– А вдруг там не кибервор, а что-нибудь ещё хуже? – У неё задрожали губы. Каково это – постоянно ждать от жизни худшего? – А я без боевого режима.
– Я тебя провожу, – предложил Алик. – Сейчас позвоню Фатиме, что мы придём. Хорошо?
Она молча кивнула.
Лишь бы Фатима справилась! Алик не представлял, что делать, если повреждения окажутся серьёзными. Кого-то вроде Леонарда Алиса к себе не подпустит, каким бы прекрасным специалистом он ни был.
В дежурке была Марта, ставила дракону капельницу. Тот казался уже не таким дохлым, шевелил хвостом и вертел головой. Алиса застыла на пороге, но дракон не обратил особого внимания на женщину: брачный период закончился.
– Не бойся, – сказал Алик. – Он не тронет. Видишь, он тоже ранен.
Алиса посмотрела с тревожным сомнением.
– А эта ХХ?
Монументальная баба, на голову выше киборга и вдвое шире в талии, громко балагурившая с драконом, внушала оторопь. Слона на скаку остановит и хобот ему оторвёт, причём без всяких имплантов.
– Она пришла лечить дракона, – объяснил Алик.
– Алиса! – Кристина, захлопав длинными ресницами, помахала рукой с голоплатформы, привлекая внимание.
С тех пор как Алиса отсканировала для неё свою розовую сумочку, Кристина считала её лучшей подружкой. И замкнутая Алиса вроде бы не возражала. Общалась с Кристиной по инфранету, дарила ей всякие мелочи: то дополнительную карту памяти, то 4D-скан какой-нибудь красивой вещички.
– Алиса, почему у меня не получается с тобой связаться? – удивлённо спросила Кристина.
– Потому что я в шапочке из фольги, – смущённо ответила та.
– А ты можешь её снять?
– Могу… но боюсь, – призналась Алиса. – В городе злые люди, меня недавно чуть не украли. И ты тоже поберегись, – добавила она заботливо.
Вышедшая Фатима увлекла её в подвал. Кристина заметалась по голоплатформе.
– Стоян! Ты слышал? Меня могут украсть!
– Кристина, ну что ты паникуешь? – увещевающе произнёс Алик. – Алиса зря тебя напугала. Этим нехорошим людям нужны киборги, а не диспетчерские системы, не имеющие тела.
– Этим – да, а другим? – Отчаяние из глаз не пропадало. – Вдруг меня взломают и сотрут? У меня нет тела, я даже убежать не смогу. – Из глаз покатились огромные жемчужные слёзы. – Не хочу умирать!
Эти две барышни могут ещё посоревноваться, чья паранойя сильнее.
– Стоян! Сделай что-нибудь!
– Что мне сделать-то? – Бранков растерялся.
Эмоциональность Кристины порой ставила его в тупик. Нормальный искин должен быть бесстрастен. Но то наследство, которое оставил инженеру Ангел, обладало ранимой и впечатлительной душой.
– Как – что? Обнови антивирус! Поставь дополнительную защиту! Кто тут инженер – ты или я?
Майор Нойланд выглянул из кабинета на эти истерические вопли.
– Что за страсти? А, это Ковалёв пришёл. – У Алика аж лицо вытянулось: он-то при чём? – Бранков, либо успокой диспетчера, либо переустанови. – Кристина испуганно умолкла, как отрезало. – DEX, зайди.
Алик вошёл, прикрыв за собой дверь. Начальник ткнул пальцем в вирт-окно:
– На тебя поступила жалоба, Ковалёв. Некто Кудрявичюс, мичман речного флота, пишет, что ты обозвал его дураком.
Алик вспомнил мужчину, который отказался помочь «хозяйке натрия».
– Потому что он и есть дурак!
– Своё мнение об умственных способностях граждан следует держать при себе, Ковалёв. Он, кроме того, пишет, что ты не только не стал выводить его с горящего судна, но и пытался навязать ему спасение посторонней женщины, и из-за этого он получил ожоги.
– А больше он ничего не пишет, майор? О том, как я плыл за ним по горящему натрию и вылавливал его из щелочного кипятка, например? Что-то женщина, оставшаяся из-за него без помощи, на меня не жалуется! Я её встретил в больнице, и она сказала, что благодарна и мне, и дракону, который вынес её из области взрыва.
– Видимо, её ты дурой не называл. С тебя объяснительная, Ковалёв. За дурака получишь выговор.
– Так точно, майор, – угрюмо отозвался Алик. – Но это несправедливо! Почему он не написал, что я был на том судне один, а спасаемых четверо? Что я нёс одну из женщин, а за руку вёл второго мужчину в помрачённом состоянии? У меня не шесть рук, а всего две, майор, я не инсектоид какой-нибудь! И напарника у меня не было. А этот тип, румяный и здоровый – он что, не мужик вовсе? Не мог поддержать женщину, которая спотыкалась и кашляла? Если бы он был с ней, то не свалился бы в щёлочь.
– Остынь, DEX. В моей жизни несправедливостей было куда больше, и уж помасштабней твоих. Напишешь объяснительную, не развалишься. Укажешь, как там что происходило, а я господину Кудрявичюсу отпишу. Я тебе верю, что он дурак. Пойди к нему в выходной день и обложи по-всякому, ничего против не имею. Но пока ты на службе, изволь выражаться корректно.
– Понял, – пробурчал Алик. – Виноват.
– И дракона своего убери отсюда.
– Он не мой!
– А чей? Неужели это я его в часть приволок? Ты вообще соображаешь? Приедет столичное руководство, а у нас тут – дракон посреди дежурки!
– Майор, но вы же видите, что он серьёзно пострадал. Серьёзнее, чем этот дурак Кудрявичюс.
– Ковалёв, я понимаю, что дракон тебе симпатичнее Кудрявичюса, но здесь ему не место. Ладно бы рысик или мышоид…
– А куда его девать? Пожалуйста, майор, пусть он тут ещё немножко побудет… пока не поправится.
– Явится инспекция – сам будешь с ней объясняться, – мрачно пообещал Нойланд.
Алиса, поднявшаяся из подвала, заулыбалась, увидев Алика:
– Фатима всё починила. Вот, гляди!
Ох! Только DEXа в боевом режиме и не хватало для полного душевного комфорта. Пушок, пишущий отчёт о вызове, выронил планшет. Стоян тихо-тихо слинял за стеклянную загородку. Ключ, поивший дракона кофе, как бы ненароком передвинулся так, чтобы дракон находился между ним и Алисой – как будто для киборга это преграда.
– Н-не надо, – пробормотал дракон, поняв, что машина смерти смотрит ничего не выражающими глазами-прицелами аккурат на него, а у него – лапки, и крыльев больше нет. Он подобрал забинтованные конечности и попытался сжаться в комочек.
– Алиса, у тебя всё чудесно получается, – осторожно проговорил Алик. – А теперь выключи, пожалуйста. Здесь нет врагов, нет целей. Успокойся и съешь конфетку, а я налью тебе кофе, – он остро взглянул на дракона, – если он ещё остался.
– Остался, – с готовностью заверил дракон.
Гашение боевого режима сопроводил всеобщий вздох облегчения. Пушок подобрал планшет, и они с Ключом утекли в кабинет Нойланда, с глаз долой. Дракону ретироваться было некуда и нечем – лапки же! – и он забился в угол дивана, таращась на то, как самка красноглазых пьёт кофе, в свою очередь опасливо косясь на него. Хоть соревнование устраивай – кто кого перебоится.
– Отвести тебя домой? – спросил Алик.
Алиса смущённо опустила глаза.
– Нет. Извини, у тебя дела, а я всё время тебя отвлекаю со своими проблемами… Ничего, теперь я сама смогу. Спасибо.
– Смотри, шапочку не снимай, – предупредил он. – И если что, отвлекай, не стесняйся.
Фатима, расстегнув белый халат и проводив глазами уходящую Алису, налила себе кофе и как бы между прочим поинтересовалась:
– Алик, а ты никогда не думал о том, чтобы работать в ОЗК?
– В Обществе Защиты Киборгов? – изумился он. – Я? Не, это не моё.
– Разве? – Она усмехнулась. – Ты же всё время помогаешь киборгам. За это можно получать деньги.
Алик не считал помощь киборгам чем-то особенным. Он и людям помогает. Как не помочь друзьям, товарищам и вообще тем, кто в беде?
– Фатима, я обучался другой профессии.
– А этой тебе и учиться не надо, и так отлично выходит. Алису ты опекаешь, как штатный куратор. Вряд ли профессионал лучше бы справился.
– Просто она мне доверяет. Не знаю, почему. И мне её жалко.
– Вот и я о том же.
Нойланд вновь отворил дверь кабинета, выпроваживая сконфуженных Ключа и Пушка.
– Фатима, я не понял! Ты что, моего сотрудника переманиваешь?
– Ой. – Она слегка смутилась.
Алик засмеялся и поддакнул:
– Там денег обещают. А у вас – выговор.
– Скажешь, не заслужил?
– Заслужил, – нехотя согласился он.
Нойланд вздохнул.
– Ладно, иди сюда, благодарность покажу. От мэра, за его сына.
Глава 2. Романтическая ночь
– О, у вас дискотеки бывают? – обрадовалась Карина, залезшая на городской сайт. – Хочу на дискотеку!
Алик подумал и кивнул. С Наганом они договорились на поздний вечер, так что он успеет сопроводить сестру на танцульки в обмен на обещание после посидеть с Котей. С одним условием: она должна надеть свою алюминиевую шапочку. Вряд ли киберворы будут наглеть на дискотеке, в толпе танцующих, но всё же…
Шапочка, изготовленная Кариной, была скорее шляпочкой. С кокетливо загнутыми полями и пышным бантом на зелёной ленте вокруг тульи. Косу девчонка распустила, длинные волосы завила, и из-под шляпки до середины спины спускалась роскошная медово-рыжая грива. Образ дополняло воздушно-зелёное платьице с серебристыми вставками.
– У тебя было с собой такое платье? – удивился Алик. – Кэра, ты определённо взрослеешь.
Карина засопела. Заказать платье предложила Кошка, когда увидела, что она собирается идти на дискотеку в рваных джинсах и вылинявшей футболке. Всплеснула руками и тут же связалась с торговым центром, где работала. Заодно и туфельки прикупили, тоже зелёные.
Новая девочка, да ещё наряженная, как принцесса, привлекла внимание. В сумерках на площади включили прожектора, в их свете шапочка сверкала натуральным серебром – поди докажи, что это алюминий.
