– Эйзза, – парень нежно и торжественно взял в руки Эйззину ладошку, – я хочу, чтобы ты стала моей женой. В радости и горе, до конца наших жизней.
– Стейрр, – откликнулась она, как тихое эхо, шёпотом, – я хочу, чтобы ты стал моим мужем, в радости и горе, до конца наших жизней.
– Я слышал, – сообщил Ххнн.
– Я слышал, – повторил Мрланк и задал следующий ритуальный вопрос: – Кто из вас покинет свой клан и присоединится к клану супруга?
– Я, – тут же отозвался Стейрр.
– Эйзза, введи своего супруга в клан.
Стейрр опустился на колени и склонил голову, чтобы Эйззе было удобно расплетать его косички. Долгое занятие – расплести сорок восемь штук. Мрланк вспомнил, как женился на Айцтране. Какая роскошная грива волос у неё была! Вьющиеся и словно бы в беспорядке, как у всех Арранц. Ей шла эта причёска, но он не захотел менять клан, а она согласилась перейти. Ему пришлось сначала отрезать длинные пряди ножницами, а потом стричь неумело обкромсанную голову машинкой до «ёжика». «Ёжик» тоже ей шёл, но это была уже не та Айцтрана, в которую он влюбился. Он вздохнул. Жениться надо по расчёту и внутри клана. Но почему-то не у всех получается…
Эйзза терпеливо и бережно расплетала тонкие косички, складывала жёлтые шнурки в аккуратную кучку. Мрланку на её месте, наверное, не хватило бы терпения. Ему хотелось верить, что их брак сложится хорошо. А почему нет? Эйзза заботливая и добрая девушка, лучшей жены трудно пожелать. И Стейрр уже показал, на что готов ради неё.
Распущенные волосы Стейрра мелко вились – непонятно, от природы или оттого, что всё время сплетались в косички. Казалось, что вокруг головы сияет золотой ореол. Взявшись за расчёску, Эйзза принялась с ним колдовать. Ореол распался на четыре пряди, из которых она стала плести одну толстую косу. Она вплела в неё жёлтый шнурок, крепко завязала и, закончив работу, отошла на шаг – полюбоваться.
– Вставай, Стейрр Ихстл, – сказал Мрланк. – Пора уже осуществить брак. И так с этим на два месяца опоздали…
– Стейрр, – кивнул Ххнн, – раздевай жену.
Эйзза хихикнула.
– И зачем было так тщательно одеваться?
Шитанн заухмылялись.
– Вот как раз за этим! Давай, Стейрр, не тормози.
Стейрр нерешительно потянулся к завязкам Эйззиного сайртака. Он раздевал женщин десятки раз, но кетреййи всегда находились под запретом. У него было такое чувство, словно он преступает закон.
– Стейрр, дальше, – ободряюще шепнула Эйзза, когда сайртак упал на пол.
Он дотронулся до голубой трикотажной герры, прямо под которой было тёплое тело. Потащил вверх, не отрывая глаз от обнажающейся белой кожи. Пальцы коснулись груди и задержались, ловя подушечками упоительное ощущение. Ххнн подмигнул Мрланку.
Эйзза подняла руки, чтобы жениху удобнее было снять с неё герру. Мягкая ткань заскользила вверх, всё быстрее открывая очень привлекательное зрелище. Ритуал женитьбы – наслаждение не только для главных действующих лиц, но и для свидетелей. Свидетели расположились так, чтобы иметь лучший обзор, и, смакуя, вкушали пищу для глаз. И неважно, что все эти роскошества они видели прежде. В таком ракурсе – впервые.
Дальше пошло веселее. Стейрр разогрелся и забыл о том, что раньше было нельзя. Теперь – можно и нужно. Он присел на одно колено перед разрумянившейся девушкой и, расстегнув на ней брюки, потянул их вниз вместе с бельём.
– Эй, куда торопишься? – со смешком произнёс Ххнн.
– Известно куда. – Мрланк улыбался.
Эйзза стояла во всей своей первозданной красе и с удовольствием ловила восхищённые взгляды. Она немножко стеснялась Стейрра. Мрланка и Ххнна – нет: они же шитанн. Чувствовать руки кетреййи, трогающие её одновременно робко и жадно, было очень странно.
– Эйзза, раздевай супруга, – сказал Мрланк.
Она шагнула к Стейрру. Ей было слегка не по себе. Самой раздеть мужчину-кетреййи – совсем не то, что позволить ему раздеть себя.
– Давай, – подбодрил её улыбающийся Мрланк; какое счастье видеть хирра Мрланка таким веселым. – Нам же интересно, что у него там.
– Да, этого мы никогда не видели! – подтвердил Ххнн.
Стейрр засмущался, но женские пальчики зашарили у него на груди, развязывая одежду, и смущение ушло вслед за страхом, вытесняясь растущим возбуждением. Когда Эйзза добралась до его брюк, отросток в них едва помещался.
– О-о! – забалагурили шитанн в один голос. – Эйзза, да тебе повезло! Смотри, каков красавец!
Если честно, ничего особенного в отростке Стейрра не было. Обычный для кетреййи. Но надо же поддержать мужика. И жене не повредит, если она будет думать, что её муж такой супермолодец.
Теперь и Стейрр был целиком разоблачен. Супруги стояли друг напротив друга, полностью готовые к исполнению супружеских обязанностей.
– Стейрр, ложись на кровать, – распорядился Мрланк.
Постель была свежей, пахнущей цветами ттеи. Золотоволосый кетреййи улёгся набок, и Мрланк мотнул головой:
– На спину.
В таком положении было видно, что отросток Стейрра торчит почти вертикально. Хоть завидуй! Ххнн окликнул девушку:
– Эйзза. Подойди и садись на него.
Эйзза нерешительно опустилась на кровать.
– А как?
Шитанн покатились со смеху.
– Ну, для начала – лицом к лицу, – просмеявшись, предложил Ххнн. – А там – как знаете.
Эйзза подползла ближе к Стейрру, перекинула ногу через его бедро, повозилась. Шитанн переглянулись.
– Брак свершился, – сказал Ххнн.
– Брак свершился, – повторил Мрланк.
Они повернулись, чтобы уйти.
– А дальше что делать? – жалобно спросила Эйзза.
Шитанн опять засмеялись.
– Ну, вы уж как-нибудь догадайтесь!
– Капитан, вас вызывают.
Фархад с сожалением сдал вахту. Вести корабль может любой пилот, но с инопланетянами следует разговаривать капитану. Федотыч одобрительно похлопал стажёра по плечу.
Гржельчик включил изображение. В одном из окон огромного экрана рубки появился весёлый тсетианин в военном мундире.
– Грзельтик, ты? – У тсетиан вечно проблемы с шипящими, но переходить на «Йозеф» лопоухий капитан «БМ-65» на службе считал неэтичным. – И чего ты ищешь в нашем секторе? Неужели нарушителей границ? Тебе не кажется, что это нелогично?
– Привет, Асхарду, – откликнулся Йозеф. – Искать нарушителей у вас бессмысленно, я знаю. Я просто хотел тебя навестить.
Тсетианин засмеялся.
– Сразу видно, Грзельтик, что тебе нечего делать. Ваши вечные враги лишились флота и сидят тихо, так?
– Не то чтобы совсем, – улыбнулся Йозеф. – Один линкор у Рая остался. И, знаешь, я рад. Военным необходим противник, как ты считаешь? Кто-то же должен держать наши силы в тонусе. А вы, уж прости, на эту роль не годитесь.
Асхарду широко усмехнулся. Самим тсетианам наличие врага вовсе не казалось непременным условием благополучия вооруженных сил. Собственной дисциплины и целеустремлённости было для них вполне достаточно. А что до врага – нет его, и хорошо, одной головной болью меньше. Тсета предпочитала быть окружённой друзьями – если не такими любезными уму и сердцу, как Земля, то хотя бы спокойными и безопасными, как Дуурдухан.
– Как твоя Марта? – спросил тсетианин.
Йозеф невольно скривился, но ответил:
– Замечательно. Здорова и, наверное, счастлива.
Замечательно? Узнав, что супруга огрела капитана сковородкой по голове, Фархад вовсе так не думал. Уж он бы не позволил собственной жене обращаться с собой подобным образом. Впрочем, рассуждения неженатого парня о браке вряд ли многого стоят. Прекрасные теории, которые неизвестно как соотнесутся с практикой.
Тсетианину этого было довольно. Здоровье и счастье жены – на первом месте. Тсета никогда не являлась матриархальным миром, но её жители полагали, что благоденствие женщин тесно связано с развитием экономики. Здоровые счастливые женщины – это здоровые счастливые дети – а это наше будущее. Логично. Гржельчик с этой логикой соглашался, но ему казалось, что счастливые мужчины тоже пригодились бы планете.
– Зайдёшь? – спросил он. – У нас гречка есть.
Йозеф ещё не знал инопланетянина, которому не понравилась бы гречневая крупа. Даже вампир одобрил. Однако экспорт крупы сталкивался с финансовыми трудностями: после переброски грузовым порталом гречка становилась настолько дорогой, что позволить себе это удовольствие могли лишь миры, серьёзно нуждающиеся в пищевых продуктах. Ирония судьбы: им-то как раз всё равно – гречка, не гречка, лишь бы питательно. Но коли на складе ГС-крейсера имеются запасы крупы – почему бы не обменять несколько мешков на что-нибудь не менее привлекательное? С Мрланком Йозеф махнулся на реттихи, и теперь весь экипаж смаковал «вампирское питьё». Почему вампирское? Кетреййи тоже с удовольствием пьют реттихи.
– Сейчас буду, – кивнул Асхарду. – Что тебе привезти? Отор, саннате? – он назвал тсетианские вкусности, не слишком ценимые самими тсетианами, которым стандартный флотский рацион уже поперёк горла стоял. – Или спирт?
Пару секунд Гржельчик мучился выбором и в конце концов сдался.
– Тащи всё в равных долях. И ноутбук не забудь.
Передать файлы можно и через обычные каналы связи, но вся проходящая информация пишется в бортовой журнал. Командование обеих сторон смотрит сквозь пальцы на всякую ерунду вроде обмена фотографиями жилищ, родных и домашних питомцев или сеанса одновременной игры в го. Подобные записи даже передают аналитикам: вдруг какие-нибудь выводы сделают об особенностях чужого менталитета или тактики. Однако полнометражные порнофильмы если и вызовут в штабе интерес, то вряд ли – понимание.
Ххнн включил новую композицию. Земная музыка вызвала одобрение Мрланка. Впрочем, в музыке он разбирался плохо, в отличие от Ххнна. Не инфразвук – и ладно. Громко, ритмично – вообще чудесно.
Ххнн поморщился, когда прекрасную мелодию перебил перелив коммуникатора Мрланка.
– Капитан, вас хочет видеть какой-то землянин, – доложил дежурный. – Его зовут Такаши Ясудо, и он говорит, что его послал к вам главнокомандующий. Он ждет у шлюза.
Мрланк вспомнил. Это имя упоминал Ларс Максимилиансен.
– Впустите его. И проведите в центральную рубку, я буду там. Ххнн, – он отключил коммуникатор и обратился к старпому, – позаботься, пожалуйста, чтобы нас не беспокоили.
Командир грозного крейсера был маленьким и худеньким. Не немощным, просто телосложение такое. Однако из-за этого он чувствовал себя на чужом корабле, в окружении вампиров ещё более неуютно. Не то чтобы вокруг были одни вампиры. Не менее часто попадались блондины кетреййи, один из них как раз вёл Такаши на встречу с капитаном Мрланком. Но следы укусов, которые он заметил на шеях некоторых из них, и вовсе опустили настроение землянина ниже плинтуса. Тем не менее проигнорировать приказ главнокомандующего, развернуться и уйти он не мог. Максимилиансен сказал: договориться, – значит, надо договариваться.
– О-о, я вас знаю. – Улыбка Мрланка лишь чуть приоткрыла клыки, но Такаши зябко поёжился. – Крейсер «Максим Каммерер», верно?
Чёрный «ёжик», как у Селдхреди, плоское лицо, тёмные глаза за узкими светлыми очками. Да, Мрланк встретился с ним не впервые.
Такаши неохотно кивнул. Он тоже помнил этого типа, обставившего его в гонках. Не самые приятные воспоминания.
В рубке был полумрак – освещение, комфортное для сумеречника, но, с точки зрения землянина, мрачное, усугубляющее пессимистический настрой.
– Присаживайтесь, господин Такаши. – Мрланк развернул свой ноутбук и указал землянину на кресло рядом. – Водку будете?
Такаши от неожиданности вздрогнул. Прийти к кошмарному вампиру и получить приглашение выпить? Нонсенс какой-то. Зачем вампиру поить его водкой? Не иначе, чтобы расслабился и не сопротивлялся, когда тот вскроет ему вены.
– Н-нет, я не пью, – соврал он.
– Ну, как хотите. – Мрланк разочарованно убрал бутылку. – Тогда могу предложить реттихи. Если планируете отказаться, то учтите: райский напиток вы вряд ли когда ещё попробуете.
– А вы тоже будете? – спросил Такаши.
– Нет. У меня проблемы с желудком, – скривился Мрланк. – Но я потеряю немного: за свою жизнь я пил реттихи бесчисленное количество раз.
Видя, что землянин колеблется, Мрланк усмехнулся:
– Думаете, я вас отравить собираюсь? Мне с вами договариваться. Да и какой смысл вас травить, скажите на милость? Отравленная кровь бесполезна.
– Ну, хорошо, – неуверенно согласился Такаши.
– Нам предстоит обсудить очень деликатный вопрос, господин Такаши. Когда «Максим Каммерер» пойдёт в следующий рейд и будет проходить мимо Нлакиса, на него нападёт гъдеанский эсминец. Вы можете сами выбрать у своего корабля точки, куда он ударит.
Главнокомандующий объяснил капитану Такаши, что в роли гъдеанского эсминца будет выступать «Райская молния». Но подставлять борт вампиру едва ли лучше, чем гъдеанину.
– Я-то выберу, – прищурился Такаши. – Но где гарантия, что вы не промахнётесь?
– Не будете дёргаться – не промахнёмся, – с усмешкой уронил Мрланк. – У меня стрелки не пальцем деланные, попадут куда надо.
– Вот этого я и боюсь, – пробормотал Такаши.
Мрланк оскорблённо вскинул голову.
– Не доверяете? Если раздолбаем вам что-нибудь кроме оговорённого, можете стрелять на поражение! Но если, – он прижал уши, – вы сделаете это без оснований, то имейте в виду: бой не будет лёгким. Трижды весь свет проклянёте, когда станете подсчитывать погибших и стоимость ремонта.
Кетреййи с двумя косами принёс бокал с чем-то густо-коричневым, цвета сгущённого молока. Видимо, то самое реттихи. Такаши осторожно понюхал и отпил глоточек. Запах напоминал кофе, а вкус был мягким, сладковатым.
– Не угрожайте мне, господин Мрланк. Крейсер намного сильнее вашего линкора, кем бы он ни прикинулся: эсминцем или дредноутом. Если нас ждёт ремонт, то вас – уничтожение.
Шитанн покачал головой.
– Не факт. «Молния» не раз сражалась с превосходящим противником. Победы нам не одержать, это так, но мы постараемся уцелеть.
– Я не дам вам уйти.
Мрланк поднял бровь и иронично промолвил:
– Но я же не буду спрашивать вашего разрешения, господин Такаши. У вас отличный корабль, не спорю, но как пилот вы со мной рядом не стояли. Я уйду от вас даже на паре ускорителей.
Такаши скрипнул зубами.
– Будь на вашем месте капитан Гржельчик, тогда да, шансов у меня не осталось бы. Но, честно говоря, мне было бы спокойнее планировать будущий бой с ним. Я точно знаю, что он не станет бить по уязвимым местам «Молнии» просто потому, что ему что-то показалось.
– Вы много общались с капитаном Гржельчиком, – вспомнил Такаши.
Он видел их виртуальное сражение по интернету. Можно сколько угодно пыжиться, но мастерство обоих говорило само за себя. Он знал, что потом противники пьянствовали, отмечая ничью, и расслаблялись в сауне. Он, Такаши, вряд ли решился бы остаться в сауне с вампиром один на один – голым, разгорячённым и безоружным.
– Господин Мрланк, вы пили его кровь?
– Конечно, нет. – Усмешка Мрланка затронула лишь губы. – Мне кажется, это его обидело бы. Вы, земляне, видите в том, чтобы отдать свою кровь, слабость и унижение, а не знак приязни и доверия. – Он пожал плечами. – И вообще, при прочих равных я предпочитаю женщин.
Такаши ощутил некоторое облегчение. Больше всего он боялся, что этот вампир насосался Гржельчиковой крови и нацелился на его. Он действительно воспринимал это как унижение, чуть ли не как насильственную потерю девственности. Хотя, если подумать…
Он сделал ещё один глоток реттихи – побольше. Странный вкус, но приятный и бодрящий. Глубоко вздохнув, он положил на стол свой ноутбук и раскрыл его.
– Стейрр, – откликнулась она, как тихое эхо, шёпотом, – я хочу, чтобы ты стал моим мужем, в радости и горе, до конца наших жизней.
– Я слышал, – сообщил Ххнн.
– Я слышал, – повторил Мрланк и задал следующий ритуальный вопрос: – Кто из вас покинет свой клан и присоединится к клану супруга?
– Я, – тут же отозвался Стейрр.
– Эйзза, введи своего супруга в клан.
Стейрр опустился на колени и склонил голову, чтобы Эйззе было удобно расплетать его косички. Долгое занятие – расплести сорок восемь штук. Мрланк вспомнил, как женился на Айцтране. Какая роскошная грива волос у неё была! Вьющиеся и словно бы в беспорядке, как у всех Арранц. Ей шла эта причёска, но он не захотел менять клан, а она согласилась перейти. Ему пришлось сначала отрезать длинные пряди ножницами, а потом стричь неумело обкромсанную голову машинкой до «ёжика». «Ёжик» тоже ей шёл, но это была уже не та Айцтрана, в которую он влюбился. Он вздохнул. Жениться надо по расчёту и внутри клана. Но почему-то не у всех получается…
Эйзза терпеливо и бережно расплетала тонкие косички, складывала жёлтые шнурки в аккуратную кучку. Мрланку на её месте, наверное, не хватило бы терпения. Ему хотелось верить, что их брак сложится хорошо. А почему нет? Эйзза заботливая и добрая девушка, лучшей жены трудно пожелать. И Стейрр уже показал, на что готов ради неё.
Распущенные волосы Стейрра мелко вились – непонятно, от природы или оттого, что всё время сплетались в косички. Казалось, что вокруг головы сияет золотой ореол. Взявшись за расчёску, Эйзза принялась с ним колдовать. Ореол распался на четыре пряди, из которых она стала плести одну толстую косу. Она вплела в неё жёлтый шнурок, крепко завязала и, закончив работу, отошла на шаг – полюбоваться.
– Вставай, Стейрр Ихстл, – сказал Мрланк. – Пора уже осуществить брак. И так с этим на два месяца опоздали…
– Стейрр, – кивнул Ххнн, – раздевай жену.
Эйзза хихикнула.
– И зачем было так тщательно одеваться?
Шитанн заухмылялись.
– Вот как раз за этим! Давай, Стейрр, не тормози.
Стейрр нерешительно потянулся к завязкам Эйззиного сайртака. Он раздевал женщин десятки раз, но кетреййи всегда находились под запретом. У него было такое чувство, словно он преступает закон.
– Стейрр, дальше, – ободряюще шепнула Эйзза, когда сайртак упал на пол.
Он дотронулся до голубой трикотажной герры, прямо под которой было тёплое тело. Потащил вверх, не отрывая глаз от обнажающейся белой кожи. Пальцы коснулись груди и задержались, ловя подушечками упоительное ощущение. Ххнн подмигнул Мрланку.
Эйзза подняла руки, чтобы жениху удобнее было снять с неё герру. Мягкая ткань заскользила вверх, всё быстрее открывая очень привлекательное зрелище. Ритуал женитьбы – наслаждение не только для главных действующих лиц, но и для свидетелей. Свидетели расположились так, чтобы иметь лучший обзор, и, смакуя, вкушали пищу для глаз. И неважно, что все эти роскошества они видели прежде. В таком ракурсе – впервые.
Дальше пошло веселее. Стейрр разогрелся и забыл о том, что раньше было нельзя. Теперь – можно и нужно. Он присел на одно колено перед разрумянившейся девушкой и, расстегнув на ней брюки, потянул их вниз вместе с бельём.
– Эй, куда торопишься? – со смешком произнёс Ххнн.
– Известно куда. – Мрланк улыбался.
Эйзза стояла во всей своей первозданной красе и с удовольствием ловила восхищённые взгляды. Она немножко стеснялась Стейрра. Мрланка и Ххнна – нет: они же шитанн. Чувствовать руки кетреййи, трогающие её одновременно робко и жадно, было очень странно.
– Эйзза, раздевай супруга, – сказал Мрланк.
Она шагнула к Стейрру. Ей было слегка не по себе. Самой раздеть мужчину-кетреййи – совсем не то, что позволить ему раздеть себя.
– Давай, – подбодрил её улыбающийся Мрланк; какое счастье видеть хирра Мрланка таким веселым. – Нам же интересно, что у него там.
– Да, этого мы никогда не видели! – подтвердил Ххнн.
Стейрр засмущался, но женские пальчики зашарили у него на груди, развязывая одежду, и смущение ушло вслед за страхом, вытесняясь растущим возбуждением. Когда Эйзза добралась до его брюк, отросток в них едва помещался.
– О-о! – забалагурили шитанн в один голос. – Эйзза, да тебе повезло! Смотри, каков красавец!
Если честно, ничего особенного в отростке Стейрра не было. Обычный для кетреййи. Но надо же поддержать мужика. И жене не повредит, если она будет думать, что её муж такой супермолодец.
Теперь и Стейрр был целиком разоблачен. Супруги стояли друг напротив друга, полностью готовые к исполнению супружеских обязанностей.
– Стейрр, ложись на кровать, – распорядился Мрланк.
Постель была свежей, пахнущей цветами ттеи. Золотоволосый кетреййи улёгся набок, и Мрланк мотнул головой:
– На спину.
В таком положении было видно, что отросток Стейрра торчит почти вертикально. Хоть завидуй! Ххнн окликнул девушку:
– Эйзза. Подойди и садись на него.
Эйзза нерешительно опустилась на кровать.
– А как?
Шитанн покатились со смеху.
– Ну, для начала – лицом к лицу, – просмеявшись, предложил Ххнн. – А там – как знаете.
Эйзза подползла ближе к Стейрру, перекинула ногу через его бедро, повозилась. Шитанн переглянулись.
– Брак свершился, – сказал Ххнн.
– Брак свершился, – повторил Мрланк.
Они повернулись, чтобы уйти.
– А дальше что делать? – жалобно спросила Эйзза.
Шитанн опять засмеялись.
– Ну, вы уж как-нибудь догадайтесь!
– Капитан, вас вызывают.
Фархад с сожалением сдал вахту. Вести корабль может любой пилот, но с инопланетянами следует разговаривать капитану. Федотыч одобрительно похлопал стажёра по плечу.
Гржельчик включил изображение. В одном из окон огромного экрана рубки появился весёлый тсетианин в военном мундире.
– Грзельтик, ты? – У тсетиан вечно проблемы с шипящими, но переходить на «Йозеф» лопоухий капитан «БМ-65» на службе считал неэтичным. – И чего ты ищешь в нашем секторе? Неужели нарушителей границ? Тебе не кажется, что это нелогично?
– Привет, Асхарду, – откликнулся Йозеф. – Искать нарушителей у вас бессмысленно, я знаю. Я просто хотел тебя навестить.
Тсетианин засмеялся.
– Сразу видно, Грзельтик, что тебе нечего делать. Ваши вечные враги лишились флота и сидят тихо, так?
– Не то чтобы совсем, – улыбнулся Йозеф. – Один линкор у Рая остался. И, знаешь, я рад. Военным необходим противник, как ты считаешь? Кто-то же должен держать наши силы в тонусе. А вы, уж прости, на эту роль не годитесь.
Асхарду широко усмехнулся. Самим тсетианам наличие врага вовсе не казалось непременным условием благополучия вооруженных сил. Собственной дисциплины и целеустремлённости было для них вполне достаточно. А что до врага – нет его, и хорошо, одной головной болью меньше. Тсета предпочитала быть окружённой друзьями – если не такими любезными уму и сердцу, как Земля, то хотя бы спокойными и безопасными, как Дуурдухан.
– Как твоя Марта? – спросил тсетианин.
Йозеф невольно скривился, но ответил:
– Замечательно. Здорова и, наверное, счастлива.
Замечательно? Узнав, что супруга огрела капитана сковородкой по голове, Фархад вовсе так не думал. Уж он бы не позволил собственной жене обращаться с собой подобным образом. Впрочем, рассуждения неженатого парня о браке вряд ли многого стоят. Прекрасные теории, которые неизвестно как соотнесутся с практикой.
Тсетианину этого было довольно. Здоровье и счастье жены – на первом месте. Тсета никогда не являлась матриархальным миром, но её жители полагали, что благоденствие женщин тесно связано с развитием экономики. Здоровые счастливые женщины – это здоровые счастливые дети – а это наше будущее. Логично. Гржельчик с этой логикой соглашался, но ему казалось, что счастливые мужчины тоже пригодились бы планете.
– Зайдёшь? – спросил он. – У нас гречка есть.
Йозеф ещё не знал инопланетянина, которому не понравилась бы гречневая крупа. Даже вампир одобрил. Однако экспорт крупы сталкивался с финансовыми трудностями: после переброски грузовым порталом гречка становилась настолько дорогой, что позволить себе это удовольствие могли лишь миры, серьёзно нуждающиеся в пищевых продуктах. Ирония судьбы: им-то как раз всё равно – гречка, не гречка, лишь бы питательно. Но коли на складе ГС-крейсера имеются запасы крупы – почему бы не обменять несколько мешков на что-нибудь не менее привлекательное? С Мрланком Йозеф махнулся на реттихи, и теперь весь экипаж смаковал «вампирское питьё». Почему вампирское? Кетреййи тоже с удовольствием пьют реттихи.
– Сейчас буду, – кивнул Асхарду. – Что тебе привезти? Отор, саннате? – он назвал тсетианские вкусности, не слишком ценимые самими тсетианами, которым стандартный флотский рацион уже поперёк горла стоял. – Или спирт?
Пару секунд Гржельчик мучился выбором и в конце концов сдался.
– Тащи всё в равных долях. И ноутбук не забудь.
Передать файлы можно и через обычные каналы связи, но вся проходящая информация пишется в бортовой журнал. Командование обеих сторон смотрит сквозь пальцы на всякую ерунду вроде обмена фотографиями жилищ, родных и домашних питомцев или сеанса одновременной игры в го. Подобные записи даже передают аналитикам: вдруг какие-нибудь выводы сделают об особенностях чужого менталитета или тактики. Однако полнометражные порнофильмы если и вызовут в штабе интерес, то вряд ли – понимание.
Ххнн включил новую композицию. Земная музыка вызвала одобрение Мрланка. Впрочем, в музыке он разбирался плохо, в отличие от Ххнна. Не инфразвук – и ладно. Громко, ритмично – вообще чудесно.
Ххнн поморщился, когда прекрасную мелодию перебил перелив коммуникатора Мрланка.
– Капитан, вас хочет видеть какой-то землянин, – доложил дежурный. – Его зовут Такаши Ясудо, и он говорит, что его послал к вам главнокомандующий. Он ждет у шлюза.
Мрланк вспомнил. Это имя упоминал Ларс Максимилиансен.
– Впустите его. И проведите в центральную рубку, я буду там. Ххнн, – он отключил коммуникатор и обратился к старпому, – позаботься, пожалуйста, чтобы нас не беспокоили.
Командир грозного крейсера был маленьким и худеньким. Не немощным, просто телосложение такое. Однако из-за этого он чувствовал себя на чужом корабле, в окружении вампиров ещё более неуютно. Не то чтобы вокруг были одни вампиры. Не менее часто попадались блондины кетреййи, один из них как раз вёл Такаши на встречу с капитаном Мрланком. Но следы укусов, которые он заметил на шеях некоторых из них, и вовсе опустили настроение землянина ниже плинтуса. Тем не менее проигнорировать приказ главнокомандующего, развернуться и уйти он не мог. Максимилиансен сказал: договориться, – значит, надо договариваться.
– О-о, я вас знаю. – Улыбка Мрланка лишь чуть приоткрыла клыки, но Такаши зябко поёжился. – Крейсер «Максим Каммерер», верно?
Чёрный «ёжик», как у Селдхреди, плоское лицо, тёмные глаза за узкими светлыми очками. Да, Мрланк встретился с ним не впервые.
Такаши неохотно кивнул. Он тоже помнил этого типа, обставившего его в гонках. Не самые приятные воспоминания.
В рубке был полумрак – освещение, комфортное для сумеречника, но, с точки зрения землянина, мрачное, усугубляющее пессимистический настрой.
– Присаживайтесь, господин Такаши. – Мрланк развернул свой ноутбук и указал землянину на кресло рядом. – Водку будете?
Такаши от неожиданности вздрогнул. Прийти к кошмарному вампиру и получить приглашение выпить? Нонсенс какой-то. Зачем вампиру поить его водкой? Не иначе, чтобы расслабился и не сопротивлялся, когда тот вскроет ему вены.
– Н-нет, я не пью, – соврал он.
– Ну, как хотите. – Мрланк разочарованно убрал бутылку. – Тогда могу предложить реттихи. Если планируете отказаться, то учтите: райский напиток вы вряд ли когда ещё попробуете.
– А вы тоже будете? – спросил Такаши.
– Нет. У меня проблемы с желудком, – скривился Мрланк. – Но я потеряю немного: за свою жизнь я пил реттихи бесчисленное количество раз.
Видя, что землянин колеблется, Мрланк усмехнулся:
– Думаете, я вас отравить собираюсь? Мне с вами договариваться. Да и какой смысл вас травить, скажите на милость? Отравленная кровь бесполезна.
– Ну, хорошо, – неуверенно согласился Такаши.
– Нам предстоит обсудить очень деликатный вопрос, господин Такаши. Когда «Максим Каммерер» пойдёт в следующий рейд и будет проходить мимо Нлакиса, на него нападёт гъдеанский эсминец. Вы можете сами выбрать у своего корабля точки, куда он ударит.
Главнокомандующий объяснил капитану Такаши, что в роли гъдеанского эсминца будет выступать «Райская молния». Но подставлять борт вампиру едва ли лучше, чем гъдеанину.
– Я-то выберу, – прищурился Такаши. – Но где гарантия, что вы не промахнётесь?
– Не будете дёргаться – не промахнёмся, – с усмешкой уронил Мрланк. – У меня стрелки не пальцем деланные, попадут куда надо.
– Вот этого я и боюсь, – пробормотал Такаши.
Мрланк оскорблённо вскинул голову.
– Не доверяете? Если раздолбаем вам что-нибудь кроме оговорённого, можете стрелять на поражение! Но если, – он прижал уши, – вы сделаете это без оснований, то имейте в виду: бой не будет лёгким. Трижды весь свет проклянёте, когда станете подсчитывать погибших и стоимость ремонта.
Кетреййи с двумя косами принёс бокал с чем-то густо-коричневым, цвета сгущённого молока. Видимо, то самое реттихи. Такаши осторожно понюхал и отпил глоточек. Запах напоминал кофе, а вкус был мягким, сладковатым.
– Не угрожайте мне, господин Мрланк. Крейсер намного сильнее вашего линкора, кем бы он ни прикинулся: эсминцем или дредноутом. Если нас ждёт ремонт, то вас – уничтожение.
Шитанн покачал головой.
– Не факт. «Молния» не раз сражалась с превосходящим противником. Победы нам не одержать, это так, но мы постараемся уцелеть.
– Я не дам вам уйти.
Мрланк поднял бровь и иронично промолвил:
– Но я же не буду спрашивать вашего разрешения, господин Такаши. У вас отличный корабль, не спорю, но как пилот вы со мной рядом не стояли. Я уйду от вас даже на паре ускорителей.
Такаши скрипнул зубами.
– Будь на вашем месте капитан Гржельчик, тогда да, шансов у меня не осталось бы. Но, честно говоря, мне было бы спокойнее планировать будущий бой с ним. Я точно знаю, что он не станет бить по уязвимым местам «Молнии» просто потому, что ему что-то показалось.
– Вы много общались с капитаном Гржельчиком, – вспомнил Такаши.
Он видел их виртуальное сражение по интернету. Можно сколько угодно пыжиться, но мастерство обоих говорило само за себя. Он знал, что потом противники пьянствовали, отмечая ничью, и расслаблялись в сауне. Он, Такаши, вряд ли решился бы остаться в сауне с вампиром один на один – голым, разгорячённым и безоружным.
– Господин Мрланк, вы пили его кровь?
– Конечно, нет. – Усмешка Мрланка затронула лишь губы. – Мне кажется, это его обидело бы. Вы, земляне, видите в том, чтобы отдать свою кровь, слабость и унижение, а не знак приязни и доверия. – Он пожал плечами. – И вообще, при прочих равных я предпочитаю женщин.
Такаши ощутил некоторое облегчение. Больше всего он боялся, что этот вампир насосался Гржельчиковой крови и нацелился на его. Он действительно воспринимал это как унижение, чуть ли не как насильственную потерю девственности. Хотя, если подумать…
Он сделал ещё один глоток реттихи – побольше. Странный вкус, но приятный и бодрящий. Глубоко вздохнув, он положил на стол свой ноутбук и раскрыл его.
