И запах гниющей рыбы. Он сделал знак сопровождающим, и кто-то включил фонарь. Рыба действительно валялась в избытке. При том, что вокруг было лесистое плато в середине материка. Что же тут творилось? Жрать рыбу было некому, почти все хищники и падальщики сгинули, вот она и тухла.
– Автомобиль готов, ваше высокопреосвященство.
Он кивнул. Вместительный внедорожник с широкими колёсами сиял фарами у грузового шлюза. Водитель открыл для него дверь, и он, прохлюпав сапогами по непонятной жиже, взобрался на высокую подножку и сел. Сопровождающие разместились в машине. Чертя фарами темноту и подпрыгивая на неровностях, внедорожник, лавируя между торчащими и уже поваленными деревьями, двинулся туда, где на высоком флагштоке развевался синий флаг с красным солнышком, словно в издёвку, нарисованным посредине. Флаг был подсвечен медузой в банке, висящей рядом на крюке. Джеронимо мельком подумал, что Мересань стоит сменить планетную символику. Солнышко это ныне явно неуместно.
Машина проехала через лагерь из палаток и шалашей. В лагере не было такого подавляющего ощущения темноты: огни костров разгоняли нависшую над планетой вечную ночь. Возле костров грелись люди, укутанные кто во что горазд. Водитель подвёл внедорожник к наспех сколоченному сараю с флагштоком. Джеронимо поблагодарил кивком, вошёл внутрь, наклонившись, чтобы не удариться о низкий косяк.
Пол в сарае был земляной, окон и вовсе никаких. Грубые табуреты, а стол дорогой, инкрустированный, невесть как переживший конец света. Миллиарды людей погибли, а столик живой. На столе стоял компьютер. Мересанское чудо: компьютер, для которого не нужно электричество. Машинка с ручным приводом. Колёса может крутить и текучая вода, и пар, и домашнее животное. Самый простой вариант – специально нанятый работник. Молодой темнокожий парень старательно вращал ручку, а адмирал т’Лехин просматривал какую-то информацию.
Джеронимо Натта поправил гарнитуру и молвил:
– Здравствуй, сын мой.
Т’Лехин сохранил файлы и разрешил парню остановиться. Посмотрел на землянина насторожённо и печально. Ему доводилось видеться с кардиналом на проклятой орбитальной станции у Шварца, но это абсолютно не значило, что он сколько-нибудь хорошо знал церковника.
– Я не ваш сын, – возразил он.
– Скоро станешь, – ответил кардинал спокойно. – Либо умрёшь язычником и попадешь в ад. Выбор есть всегда.
Т’Лехин скрипнул зубами.
– Вы мне угрожаете?
Он был в курсе, что Джеронимо Натта исполняет обязанности главнокомандующего земным флотом. Он также знал, что этот христианский пастырь велел своим подчинённым во имя милосердия возить на Мересань еду и лекарства. В результате он толком не понимал, как относиться к Натта: с благодарностью или с опаской.
Кардинал не ответил. Спросил о другом:
– Вы уже назначили дату выборов нового координатора?
Т’Лехин вспылил:
– Полагаете, это самый актуальный для нас вопрос? Зачем координатор миру, который находится при смерти?
– Ага, значит, ты осознаёшь, что самое худшее ещё не позади, – кивнул Джеронимо. – Ну, хорошо.
Адмирал т’Лехин решительно отказывался понимать, что в этом хорошего.
– Чего вы хотите, господин Натта?
– Можешь называть меня «ваше высокопреосвященство», сын мой. Начнёшь заранее – привыкнешь вовремя. Я хочу только поговорить с тобой, сын мой, о причинах твоих бед.
Т’Лехин хмыкнул. Кардинал невозмутимо сел на табурет, не дожидаясь приглашения, и отодвинул компьютер в сторону.
– Немудрено, что вы, мересанцы, не понимаете смысла апокалипсиса. Вы ведь незнакомы с истинной верой. Но всё, всё на этом свете имеет свой глубинный смысл. Вы разочаровали Господа, сын мой. Вы впустили к себе тьму, пригласили на свою землю служителя дьявола, вы позволили ему угнездиться здесь. Вы прислушивались к его словам, к тому, что сатана нашёптывал его устами…
– Имеете в виду Ена Пирана? – с горьким пониманием спросил т’Лехин. Ему даже нечего было возразить церковнику. Он сам был уверен, что Ен Пиран – пособник тьмы. После того, как его флагман «Чёрный» выстрелил из лазеров по ГС-переходу, сомнений не осталось. Т’Лехином владели два желания: спасти то, что осталось от Мересань, и страшно отомстить Ену Пирану. – Я не доверял ему. Я писал т’Согидину, пытался убедить его прогнать гъдеан.
– Потому ты и жив, – бесстрастно объяснил Джеронимо, – а т’Согидин мертв. Господь хранит чистые и благонамеренные души. Однако то, что необратимо заражено тьмой и не поддаётся лечению, приходится отсекать, как поражённую гангреной конечность. Вместе с гнилью неминуемо гибнут и здоровые ткани, но это приемлемая цена за то, чтобы гниль не распространилась дальше. Господь покарал Мересань потому, что тьма стала прочно укореняться у вас. Пятна тьмы поразили ноосферу вашего мира, такие пятна, что уже не вывести.
– Почему тогда на Гъде не наступает конец света? – желчно спросил т’Лехин. – Именно оттуда тьма ползёт в Галактику!
– Всему своё время, – философски ответствовал Джеронимо. – Бог покарает их, непременно. Но речь сейчас не о них, сын мой. Речь о вас, о выживших. Господь избрал вас, чтобы сохранить ваш народ, а меня – чтобы привести вас в лоно истинной веры. Приняв крещение, вы обретёте защиту и новую родину. Земля найдёт для вас другую планету.
– Хотите купить нашу веру? – тихо, чтобы не поддаться искушению наорать на кардинала, произнёс т’Лехин. – Почему я должен всё это выслушивать, а? Вы не можете говорить за Землю, вы – не координатор!
– Ты тоже, – спокойно заметил Джеронимо.
– Потому что нам не до выборов! Я обращусь непосредственно к Салиме ханум. Она – не вашей веры, она не станет требовать от нас, чтобы мы принимали ваше это… христианство! Если она узнает о том, что вы нам предлагаете, отзовёт вас с Мересань!
– Верно. – Джеронимо сухо улыбнулся. – Ты можешь на меня пожаловаться, и она, конечно, внимет твоей просьбе, вернёт меня на Землю и пожурит. Полномочным представителем Земли на Мересань станет второй по рангу офицер, ныне находящийся здесь. Возможно, Салима ханум будет даже рада такому исходу, поскольку полностью ему доверяет. Желаю тебе успешного взаимодействия с ним, сын мой.
Кардинал поднялся, поддёрнув мантию, и вышел, милостиво кивнув на прощание.
– Ложимся в дрейф, – сказал Мрланк. – Землян подождём.
Появился кетреййи с напитками. Эх, как же было хорошо, когда напитки разносила Эйзза. Мрланк взял у паренька реттихи, вышел из рубки. После этакой приключившейся хрени расслабиться бы как следует, но как следует без Эйззы не получается.
– Где эти? – осведомился он у Ччека Кенцца, на всякий случай жестикулируя: этот кетреййи с белым хвостом, перетянутым резинкой, был изрядным тормозом. – Ну, земляне, которые с беспилотника?
– А! – Мужик догадался, о чём его спрашивают. – В кают-компании сидят. Вам кровь не нужна?
– Своих найду, отдыхай, – отмахнулся он. Не так чтобы очень нужна, просто было бы неплохо расслабиться… Мысль становилась навязчивой. Сто червей могильных!
Навстречу Мрланку поднялся плотный черноволосый землянин с тяжёлым подбородком, протягивая руку. Он был уже знаком с этим земным жестом, тупить не стал, пожал.
– Зальцштадтер, – представился землянин. – Захар Маркович. Кризисный управляющий компании «Экзокристалл».
– Н-да, кризис-то налицо, – хохотнул шитанн. – Мрланк Селдхреди, адмирал. Сейчас дождёмся ваших, пересядете.
Он окинул взглядом подобранных землян. На удивление немного. Мужики видом как бойцы, на рабочих не похожи.
– Это всё? А чего у вас мини-корабль такой тяжёлый был?
– Груз там, – пояснил Зальцштадтер.
– Вот уроды, – плюнул Мрланк. – Вы же из-за своего клятого груза так долго шли, едва не опоздали. Командующий эскадрой уже кипятком ссал от нервов!
Зальцштадтер виновато пожал плечами.
– А рабочих куда дели?
Он пожал плечами ещё виноватее.
– У нас в основном гъдеанские пленные работали.
Мрланк понял сразу. И вины никакой за Зальцштадтером не усмотрел. Чего гъдеан жалеть? Никто их на Нлакис не звал, сами припёрлись. За что боролись, на то и напоролись.
– О! – Взгляд его, плавающий туда-сюда, остановился. Одна гъдеанка всё-таки затесалась в эту компанию землян. Ничего так баба, хорошенькая. Понятно, зачем с собой взяли. – Слушай, Зальцштадтер! Тебе эта баба очень нужна?
– Ни на кой горький корень она мне не нужна, – искренне заверил землянин.
– Тогда заберу. Можно? – спросил Мрланк на всякий случай. Он, конечно, тут командир, но ссориться с землянами из-за женщины не хотелось.
– Забирай. Унтли! – Он повысил голос, обращаясь к женщине. – Иди сюда!
Гъдеанка выбралась из угла, подошла покорно, расправляя юбки. Одарила Мрланка испуганным взором.
– Это адмирал Мрланк. Человек, который всем нам спас жизнь. Если он будет тобой недоволен, я очень сильно пожалею, что разрешил взять тебя на борт.
Она часто-часто закивала, огромные глаза наполнились слезами. Мрланк, сделав повелительный жест, зашагал к своей каюте, не оборачиваясь. Она, панически обернувшись к бывшему господину директору и получив подтверждающий кивок, судорожно вздохнула и засеменила следом.
Поначалу девушка Мрланку понравилась. Без претензий, послушная. Даже улыбаться пыталась, хотя понятно, что не до улыбок ей сейчас: такое пережила. Проблема возникла в самом конце, когда он, чтобы приятно и с пользой завершить секс, потянулся к её горлу. Тут она и закричала: «Не надо!» Прикрывалась ладонями, пыталась отбиваться. Всё удовольствие испортила. Он уже подумывал перевернуть её да наказать хорошенько ремнём, как провинившуюся кетреййи, но в голове щёлкнуло: она ведь не кетреййи. Гъдеанка, из тех захватчиков, что хозяйничали на райском Нлакисе, соотечественница проклятого Ена Пирана. Чего с ней церемониться? Он размахнулся и отвесил ей тяжёлую оплеуху. Голова мотнулась, открывая беззащитную шею; он вспорол вену – слишком сильно, кровь побежала мимо губ, впустую. На вкус кровь была так себе, с кетреййи не сравнить, и это разочаровало его ещё больше. Но от дармового гемоглобина грех отказываться, и он пил, не считая глотки – какая разница? Если баба и помрёт, всё равно это будет лучше, чем участь шшерских пленников у гъдеан.
– Ваше высокопреосвященство. – Один из монахов постучался в кабинет. – Адмирал т’Лехин просит встречи с вами.
Джеронимо Натта улыбнулся в сторону. Не иначе, адмирал т’Лехин узнал, кто именно второй по рангу офицер Земли, доверенное лицо Салимы. Подлизываться пришёл. Но тыкать ему этим не стоит. Пришёл – и прекрасно. Всё то хорошо, что наставляет на путь истинной веры.
– Зовите, – кивнул он.
Временная резиденция главнокомандующего располагалась на шаттле. Не слишком просторно, но гораздо комфортнее, чем сараюха мересанского не то адмирала, не то координатора.
– Добро пожаловать, сын мой.
Т’Лехин устало вздохнул. Но, против обыкновения, возражать не стал. Сын так сын, есть вещи поважнее. Жизненно важные.
– Итак? – Джеронимо вопросительно посмотрел на адмирала. – Ты пришёл ко мне, и я думаю, что Господь ведёт тебя по правильной дороге. Для тебя, сын мой, лучше иметь дело со мной, нежели с адмиралом Шварцем. Кстати, адмирал Шварц – добрый сын нашей Церкви, рыцарь-командор мальтийского ордена. Однако он в большей степени воин, чем христианин. Он, без сомнения, приведёт вас в лоно Церкви не менее верно, чем я, но он будет крестить огнём и мечом. Я же, сын мой – больше христианин, чем воин. Я склонен проявлять милосердие к заблудшим и терпимость к падшим, а мечу предпочитаю слово.
– Вы говорили, что можете помочь с планетой, – вымолвил т’Лехин.
Он подал просьбу в Совет координаторов, обращаясь к Дисмикку, Шшерскому Раю и Хао. Дисмикк не счёл нужным даже отвечать, прислал смайлик с саркастической усмешкой. Криййхан Винт цинично заявил, что приютил бы любую расу с красной кровью на определённых условиях, а синие ему без надобности. С Хао пришло краткое «нет».
– Земля готова договориться с Хао, – сказал Джеронимо. – Планета полупустая, для вас найдётся место.
Надежда растаяла.
– Они уже отказали.
– Я не люблю повторять, сын мой, – с упрёком проговорил Джеронимо. – Поверь мне, Салима ханум всё устроит. Если она скажет координатору Хао «прыг», он подпрыгнет и будет прыгать, пока она не разрешит прекратить.
Это была прекрасная комбинация восьмилетней давности. Хао – планета, богатая тяжёлыми металлами. Настолько богатая, что почвы почти ничего не родят. Веками она балансировала на грани того, чтобы не превратиться в чей-нибудь сырьевой придаток, и покупала зерно по бешеным ценам. Поставлять злаки на Хао было так выгодно, что за монополию не грех и подраться. Восемь лет назад Мересань и Гъде сцепились, выясняя, чьи торговцы имеют больше прав на хаоского потребителя. А пока они воевали, Салима сделала Хао предложение, после принятия которого один из традиционных идолов – Мать-Кормилицу – изображают по её образу, сменив канон, чего не случалось тысячелетиями. Её предложение на первый взгляд противоречило духу коммерции. А также на второй и на третий. Она объявила, что Земля будет поставлять Хао зерно бесплатно. А что взамен, аккуратно поинтересовались представители Хао. Нам ничего не нужно, ответила она. Это подарок. Ну, если вдруг когда-нибудь что-нибудь понадобится – что-то, не требующее от вас особых затрат… Налогоплательщики были в шоке. Кормить чужую планету на халяву, пусть она и потребляет на порядок меньше, чем Земля, никому не хотелось. Но за восемь лет Земле то и дело что-нибудь надобилось – такое, разумеется, что не требовало специальных затрат. Голос в Совете координаторов, посредничество в сделках, выделенная территория для ремонтных баз… Сегодня никто уже не сомневался, что иметь прикормленный мирок – отличная идея.
Вот и мы станем такими же, с горечью подумал т’Лехин. Если мы примем помощь от Земли, то нам придётся прыгать по её указке. А если поможет кто-то другой, темп прыжков будет задавать он. Все, что в руках т’Лехина – выбрать того, кто станет указывать ему, что делать… Пустые иллюзии, он и этого не может. Нет никакого выбора, помощь предлагает только Земля. И он ещё воображал, что выиграет войну и Салима будет его ублажать! Наивный мечтатель.
– Вам будет позволено поселиться на Хао, – сказал Джеронимо. – Но не просто так, а во славу Господа нашего Иисуса Христа. Вы построите на Хао храм во имя Его и в память о невинных жертвах апокалипсиса. Все, кто пожелает переселиться, должны будут принять крещение. Те, кто не желает… Что ж, неволить не станем.
– Хорошенький выбор, – процедил т’Лехин. – Я вас понял… ваше высокопреосвященство.
– Из тебя выйдет неплохой координатор, сын мой, – мягко произнёс Джеронимо. – Если ты захочешь стать моим крестником, я буду рад.
Т’Лехин тихо рассмеялся. Ещё один фиктивный выбор. Конечно, он станет крестником кардинала. Он должен подать пример всем мересанцам. Вынужден, иначе никак.
Выстрел охладил преследовательский пыл.
– Почему они стреляют по райскому кораблю? – недоумённо произнёс Цхтам Шшер.
Ччайкар Ихстл сразу всё понял.
– Ты наш корабль со стороны видел? Даже конструктор не узнает это чудовище-мутант!
Радиосвязь всё так же сбоила. Как объяснить, что они – не враги? «Райская звезда» продолжала двигаться в первоначальном направлении, но решение не приходило.
– Вон линкор, – сказал Ихер Сим. Всё-таки они его нагнали. – И четыре крейсера Земли рядом.
– Автомобиль готов, ваше высокопреосвященство.
Он кивнул. Вместительный внедорожник с широкими колёсами сиял фарами у грузового шлюза. Водитель открыл для него дверь, и он, прохлюпав сапогами по непонятной жиже, взобрался на высокую подножку и сел. Сопровождающие разместились в машине. Чертя фарами темноту и подпрыгивая на неровностях, внедорожник, лавируя между торчащими и уже поваленными деревьями, двинулся туда, где на высоком флагштоке развевался синий флаг с красным солнышком, словно в издёвку, нарисованным посредине. Флаг был подсвечен медузой в банке, висящей рядом на крюке. Джеронимо мельком подумал, что Мересань стоит сменить планетную символику. Солнышко это ныне явно неуместно.
Машина проехала через лагерь из палаток и шалашей. В лагере не было такого подавляющего ощущения темноты: огни костров разгоняли нависшую над планетой вечную ночь. Возле костров грелись люди, укутанные кто во что горазд. Водитель подвёл внедорожник к наспех сколоченному сараю с флагштоком. Джеронимо поблагодарил кивком, вошёл внутрь, наклонившись, чтобы не удариться о низкий косяк.
Пол в сарае был земляной, окон и вовсе никаких. Грубые табуреты, а стол дорогой, инкрустированный, невесть как переживший конец света. Миллиарды людей погибли, а столик живой. На столе стоял компьютер. Мересанское чудо: компьютер, для которого не нужно электричество. Машинка с ручным приводом. Колёса может крутить и текучая вода, и пар, и домашнее животное. Самый простой вариант – специально нанятый работник. Молодой темнокожий парень старательно вращал ручку, а адмирал т’Лехин просматривал какую-то информацию.
Джеронимо Натта поправил гарнитуру и молвил:
– Здравствуй, сын мой.
Т’Лехин сохранил файлы и разрешил парню остановиться. Посмотрел на землянина насторожённо и печально. Ему доводилось видеться с кардиналом на проклятой орбитальной станции у Шварца, но это абсолютно не значило, что он сколько-нибудь хорошо знал церковника.
– Я не ваш сын, – возразил он.
– Скоро станешь, – ответил кардинал спокойно. – Либо умрёшь язычником и попадешь в ад. Выбор есть всегда.
Т’Лехин скрипнул зубами.
– Вы мне угрожаете?
Он был в курсе, что Джеронимо Натта исполняет обязанности главнокомандующего земным флотом. Он также знал, что этот христианский пастырь велел своим подчинённым во имя милосердия возить на Мересань еду и лекарства. В результате он толком не понимал, как относиться к Натта: с благодарностью или с опаской.
Кардинал не ответил. Спросил о другом:
– Вы уже назначили дату выборов нового координатора?
Т’Лехин вспылил:
– Полагаете, это самый актуальный для нас вопрос? Зачем координатор миру, который находится при смерти?
– Ага, значит, ты осознаёшь, что самое худшее ещё не позади, – кивнул Джеронимо. – Ну, хорошо.
Адмирал т’Лехин решительно отказывался понимать, что в этом хорошего.
– Чего вы хотите, господин Натта?
– Можешь называть меня «ваше высокопреосвященство», сын мой. Начнёшь заранее – привыкнешь вовремя. Я хочу только поговорить с тобой, сын мой, о причинах твоих бед.
Т’Лехин хмыкнул. Кардинал невозмутимо сел на табурет, не дожидаясь приглашения, и отодвинул компьютер в сторону.
– Немудрено, что вы, мересанцы, не понимаете смысла апокалипсиса. Вы ведь незнакомы с истинной верой. Но всё, всё на этом свете имеет свой глубинный смысл. Вы разочаровали Господа, сын мой. Вы впустили к себе тьму, пригласили на свою землю служителя дьявола, вы позволили ему угнездиться здесь. Вы прислушивались к его словам, к тому, что сатана нашёптывал его устами…
– Имеете в виду Ена Пирана? – с горьким пониманием спросил т’Лехин. Ему даже нечего было возразить церковнику. Он сам был уверен, что Ен Пиран – пособник тьмы. После того, как его флагман «Чёрный» выстрелил из лазеров по ГС-переходу, сомнений не осталось. Т’Лехином владели два желания: спасти то, что осталось от Мересань, и страшно отомстить Ену Пирану. – Я не доверял ему. Я писал т’Согидину, пытался убедить его прогнать гъдеан.
– Потому ты и жив, – бесстрастно объяснил Джеронимо, – а т’Согидин мертв. Господь хранит чистые и благонамеренные души. Однако то, что необратимо заражено тьмой и не поддаётся лечению, приходится отсекать, как поражённую гангреной конечность. Вместе с гнилью неминуемо гибнут и здоровые ткани, но это приемлемая цена за то, чтобы гниль не распространилась дальше. Господь покарал Мересань потому, что тьма стала прочно укореняться у вас. Пятна тьмы поразили ноосферу вашего мира, такие пятна, что уже не вывести.
– Почему тогда на Гъде не наступает конец света? – желчно спросил т’Лехин. – Именно оттуда тьма ползёт в Галактику!
– Всему своё время, – философски ответствовал Джеронимо. – Бог покарает их, непременно. Но речь сейчас не о них, сын мой. Речь о вас, о выживших. Господь избрал вас, чтобы сохранить ваш народ, а меня – чтобы привести вас в лоно истинной веры. Приняв крещение, вы обретёте защиту и новую родину. Земля найдёт для вас другую планету.
– Хотите купить нашу веру? – тихо, чтобы не поддаться искушению наорать на кардинала, произнёс т’Лехин. – Почему я должен всё это выслушивать, а? Вы не можете говорить за Землю, вы – не координатор!
– Ты тоже, – спокойно заметил Джеронимо.
– Потому что нам не до выборов! Я обращусь непосредственно к Салиме ханум. Она – не вашей веры, она не станет требовать от нас, чтобы мы принимали ваше это… христианство! Если она узнает о том, что вы нам предлагаете, отзовёт вас с Мересань!
– Верно. – Джеронимо сухо улыбнулся. – Ты можешь на меня пожаловаться, и она, конечно, внимет твоей просьбе, вернёт меня на Землю и пожурит. Полномочным представителем Земли на Мересань станет второй по рангу офицер, ныне находящийся здесь. Возможно, Салима ханум будет даже рада такому исходу, поскольку полностью ему доверяет. Желаю тебе успешного взаимодействия с ним, сын мой.
Кардинал поднялся, поддёрнув мантию, и вышел, милостиво кивнув на прощание.
– Ложимся в дрейф, – сказал Мрланк. – Землян подождём.
Появился кетреййи с напитками. Эх, как же было хорошо, когда напитки разносила Эйзза. Мрланк взял у паренька реттихи, вышел из рубки. После этакой приключившейся хрени расслабиться бы как следует, но как следует без Эйззы не получается.
– Где эти? – осведомился он у Ччека Кенцца, на всякий случай жестикулируя: этот кетреййи с белым хвостом, перетянутым резинкой, был изрядным тормозом. – Ну, земляне, которые с беспилотника?
– А! – Мужик догадался, о чём его спрашивают. – В кают-компании сидят. Вам кровь не нужна?
– Своих найду, отдыхай, – отмахнулся он. Не так чтобы очень нужна, просто было бы неплохо расслабиться… Мысль становилась навязчивой. Сто червей могильных!
Навстречу Мрланку поднялся плотный черноволосый землянин с тяжёлым подбородком, протягивая руку. Он был уже знаком с этим земным жестом, тупить не стал, пожал.
– Зальцштадтер, – представился землянин. – Захар Маркович. Кризисный управляющий компании «Экзокристалл».
– Н-да, кризис-то налицо, – хохотнул шитанн. – Мрланк Селдхреди, адмирал. Сейчас дождёмся ваших, пересядете.
Он окинул взглядом подобранных землян. На удивление немного. Мужики видом как бойцы, на рабочих не похожи.
– Это всё? А чего у вас мини-корабль такой тяжёлый был?
– Груз там, – пояснил Зальцштадтер.
– Вот уроды, – плюнул Мрланк. – Вы же из-за своего клятого груза так долго шли, едва не опоздали. Командующий эскадрой уже кипятком ссал от нервов!
Зальцштадтер виновато пожал плечами.
– А рабочих куда дели?
Он пожал плечами ещё виноватее.
– У нас в основном гъдеанские пленные работали.
Мрланк понял сразу. И вины никакой за Зальцштадтером не усмотрел. Чего гъдеан жалеть? Никто их на Нлакис не звал, сами припёрлись. За что боролись, на то и напоролись.
– О! – Взгляд его, плавающий туда-сюда, остановился. Одна гъдеанка всё-таки затесалась в эту компанию землян. Ничего так баба, хорошенькая. Понятно, зачем с собой взяли. – Слушай, Зальцштадтер! Тебе эта баба очень нужна?
– Ни на кой горький корень она мне не нужна, – искренне заверил землянин.
– Тогда заберу. Можно? – спросил Мрланк на всякий случай. Он, конечно, тут командир, но ссориться с землянами из-за женщины не хотелось.
– Забирай. Унтли! – Он повысил голос, обращаясь к женщине. – Иди сюда!
Гъдеанка выбралась из угла, подошла покорно, расправляя юбки. Одарила Мрланка испуганным взором.
– Это адмирал Мрланк. Человек, который всем нам спас жизнь. Если он будет тобой недоволен, я очень сильно пожалею, что разрешил взять тебя на борт.
Она часто-часто закивала, огромные глаза наполнились слезами. Мрланк, сделав повелительный жест, зашагал к своей каюте, не оборачиваясь. Она, панически обернувшись к бывшему господину директору и получив подтверждающий кивок, судорожно вздохнула и засеменила следом.
Поначалу девушка Мрланку понравилась. Без претензий, послушная. Даже улыбаться пыталась, хотя понятно, что не до улыбок ей сейчас: такое пережила. Проблема возникла в самом конце, когда он, чтобы приятно и с пользой завершить секс, потянулся к её горлу. Тут она и закричала: «Не надо!» Прикрывалась ладонями, пыталась отбиваться. Всё удовольствие испортила. Он уже подумывал перевернуть её да наказать хорошенько ремнём, как провинившуюся кетреййи, но в голове щёлкнуло: она ведь не кетреййи. Гъдеанка, из тех захватчиков, что хозяйничали на райском Нлакисе, соотечественница проклятого Ена Пирана. Чего с ней церемониться? Он размахнулся и отвесил ей тяжёлую оплеуху. Голова мотнулась, открывая беззащитную шею; он вспорол вену – слишком сильно, кровь побежала мимо губ, впустую. На вкус кровь была так себе, с кетреййи не сравнить, и это разочаровало его ещё больше. Но от дармового гемоглобина грех отказываться, и он пил, не считая глотки – какая разница? Если баба и помрёт, всё равно это будет лучше, чем участь шшерских пленников у гъдеан.
– Ваше высокопреосвященство. – Один из монахов постучался в кабинет. – Адмирал т’Лехин просит встречи с вами.
Джеронимо Натта улыбнулся в сторону. Не иначе, адмирал т’Лехин узнал, кто именно второй по рангу офицер Земли, доверенное лицо Салимы. Подлизываться пришёл. Но тыкать ему этим не стоит. Пришёл – и прекрасно. Всё то хорошо, что наставляет на путь истинной веры.
– Зовите, – кивнул он.
Временная резиденция главнокомандующего располагалась на шаттле. Не слишком просторно, но гораздо комфортнее, чем сараюха мересанского не то адмирала, не то координатора.
– Добро пожаловать, сын мой.
Т’Лехин устало вздохнул. Но, против обыкновения, возражать не стал. Сын так сын, есть вещи поважнее. Жизненно важные.
– Итак? – Джеронимо вопросительно посмотрел на адмирала. – Ты пришёл ко мне, и я думаю, что Господь ведёт тебя по правильной дороге. Для тебя, сын мой, лучше иметь дело со мной, нежели с адмиралом Шварцем. Кстати, адмирал Шварц – добрый сын нашей Церкви, рыцарь-командор мальтийского ордена. Однако он в большей степени воин, чем христианин. Он, без сомнения, приведёт вас в лоно Церкви не менее верно, чем я, но он будет крестить огнём и мечом. Я же, сын мой – больше христианин, чем воин. Я склонен проявлять милосердие к заблудшим и терпимость к падшим, а мечу предпочитаю слово.
– Вы говорили, что можете помочь с планетой, – вымолвил т’Лехин.
Он подал просьбу в Совет координаторов, обращаясь к Дисмикку, Шшерскому Раю и Хао. Дисмикк не счёл нужным даже отвечать, прислал смайлик с саркастической усмешкой. Криййхан Винт цинично заявил, что приютил бы любую расу с красной кровью на определённых условиях, а синие ему без надобности. С Хао пришло краткое «нет».
– Земля готова договориться с Хао, – сказал Джеронимо. – Планета полупустая, для вас найдётся место.
Надежда растаяла.
– Они уже отказали.
– Я не люблю повторять, сын мой, – с упрёком проговорил Джеронимо. – Поверь мне, Салима ханум всё устроит. Если она скажет координатору Хао «прыг», он подпрыгнет и будет прыгать, пока она не разрешит прекратить.
Это была прекрасная комбинация восьмилетней давности. Хао – планета, богатая тяжёлыми металлами. Настолько богатая, что почвы почти ничего не родят. Веками она балансировала на грани того, чтобы не превратиться в чей-нибудь сырьевой придаток, и покупала зерно по бешеным ценам. Поставлять злаки на Хао было так выгодно, что за монополию не грех и подраться. Восемь лет назад Мересань и Гъде сцепились, выясняя, чьи торговцы имеют больше прав на хаоского потребителя. А пока они воевали, Салима сделала Хао предложение, после принятия которого один из традиционных идолов – Мать-Кормилицу – изображают по её образу, сменив канон, чего не случалось тысячелетиями. Её предложение на первый взгляд противоречило духу коммерции. А также на второй и на третий. Она объявила, что Земля будет поставлять Хао зерно бесплатно. А что взамен, аккуратно поинтересовались представители Хао. Нам ничего не нужно, ответила она. Это подарок. Ну, если вдруг когда-нибудь что-нибудь понадобится – что-то, не требующее от вас особых затрат… Налогоплательщики были в шоке. Кормить чужую планету на халяву, пусть она и потребляет на порядок меньше, чем Земля, никому не хотелось. Но за восемь лет Земле то и дело что-нибудь надобилось – такое, разумеется, что не требовало специальных затрат. Голос в Совете координаторов, посредничество в сделках, выделенная территория для ремонтных баз… Сегодня никто уже не сомневался, что иметь прикормленный мирок – отличная идея.
Вот и мы станем такими же, с горечью подумал т’Лехин. Если мы примем помощь от Земли, то нам придётся прыгать по её указке. А если поможет кто-то другой, темп прыжков будет задавать он. Все, что в руках т’Лехина – выбрать того, кто станет указывать ему, что делать… Пустые иллюзии, он и этого не может. Нет никакого выбора, помощь предлагает только Земля. И он ещё воображал, что выиграет войну и Салима будет его ублажать! Наивный мечтатель.
– Вам будет позволено поселиться на Хао, – сказал Джеронимо. – Но не просто так, а во славу Господа нашего Иисуса Христа. Вы построите на Хао храм во имя Его и в память о невинных жертвах апокалипсиса. Все, кто пожелает переселиться, должны будут принять крещение. Те, кто не желает… Что ж, неволить не станем.
– Хорошенький выбор, – процедил т’Лехин. – Я вас понял… ваше высокопреосвященство.
– Из тебя выйдет неплохой координатор, сын мой, – мягко произнёс Джеронимо. – Если ты захочешь стать моим крестником, я буду рад.
Т’Лехин тихо рассмеялся. Ещё один фиктивный выбор. Конечно, он станет крестником кардинала. Он должен подать пример всем мересанцам. Вынужден, иначе никак.
Выстрел охладил преследовательский пыл.
– Почему они стреляют по райскому кораблю? – недоумённо произнёс Цхтам Шшер.
Ччайкар Ихстл сразу всё понял.
– Ты наш корабль со стороны видел? Даже конструктор не узнает это чудовище-мутант!
Радиосвязь всё так же сбоила. Как объяснить, что они – не враги? «Райская звезда» продолжала двигаться в первоначальном направлении, но решение не приходило.
– Вон линкор, – сказал Ихер Сим. Всё-таки они его нагнали. – И четыре крейсера Земли рядом.
