Дирих и Ганс переглянулись.
– Давай попробуем, – улыбнулся заместитель старосты.
Ганс промолчал, явно не в восторге от затеи.
Пришедшая была почти уверена, что Дитрих хотел что-то получить от такой вот поддержки ее идеи. Но, в конце концов, ничего она ему не должна. Пока. А если получится все, то будет ему уроком.
Пока все переговаривались и пересаживались, Альба собралась с мыслями, вспоминая варианты тем. Нужно было что-то нейтральное… И не оскорбительное. И понятное местным.
Наконец получилось три тройки активно играющих– ее тройка, Дитрих с Йозефом и почему-то Далией, и Виолетта с подругами, и, четвертой группой, – все остальные.
– Хорошо, – Альба чуть подобралась, понимая, что ввод в игру по сути – ментальная уловка, и намерена она ее выполнить на глазах у, вообще-то, магистра-менталиста. Но, с другой стороны, она с детьми так играла в мире без всякой магии. – Закройте глаза. Нам с вами предстоит путешествие. Представьте себе иной мир. С другими законами. Мир, в который вы перенесетесь на ближайшее время, – Альба говорила это размеренно… Она не знала сама как объяснить тот тембр, которым иногда могла что-то рассказывать. Она сама открыла это только став вожатой. Прошлым… На деле позапрошлым летом. Прошлым она тоже была в лагере. Тоже работала. Вернулась домой, поехала к подруге… И все закончилось. Но это не нужно допускать в разум. – Другой мир. Я буду считать до пяти. Раз. И вы перенесетесь в иное место и в иное время. Два. Окажетесь в мире, где нет магии. Три. Станете на время кем-то другим. Четыре. Другим человеком в другом мире. Пять. Открывайте глаза. Добро пожаловать в Даксбург, город исследователей и ученых, столицу мира. – Адепты переглядывались между собой. Кто-то несколько заинтересованно, кто-то не совсем понимая, что происходит. – Итак, у нас есть жители Даксбурга, – Альба указала рукой на самую большую группу. – И представители исследовательских центров, – теперь кивок на три группы поменьше. – Давайте начнем с последних. Сейчас я каждой из исследовательских групп расскажу, какое именно из существующих в моем мире открытий она представляет. В каждой группе есть ученый, газетчик и аристократ. Увы, в Даксбурге во самым крупным вопросам имеет право голосовать весь городской совет, – Альба указала на самую большую группу. – И после того, как я дам исследователям их открытия, у них будет время подготовиться, представить совету свои идеи и предложить законопроект для этих идей реализации. Тот, чей проект одобрит совет, получит право его реализовать и славу самого лучшего политика. Вам, советники, стоит подумать о том, кто вы по профессии и чем занимаетесь в Даксбурге. Сейчас я выдам задание исследователям, и расскажу, что нужно будет делать вам. Придумки могут быть любые. Пока решайте для себя.
«Советники» начали переговариваться между собой. Альба же направилась к «исследователям», выдавай им открытия.
Группе Свена достались последние разработки в области исследования болезней, доказывающие, что опасные заболевания передаются через рукопожатия, и, соответственно, стоит думать о том, как рукопожатия запретить. Благо среди местных такая форма приветствия была распространена.
Перед группой Дитриха стояла задача объяснить, что в день надо пить не больше стакана воды, иначе из тела вымывается значительное количество питательных веществ, поглощенных с пищей. Жидкость нужна какая угодно, но не вода. Собственно, нужно заставить горожан пить не больше стакана в сутки.
Виолетте и ее подругам Альба, посмеявшись про себя, предложила новейшее открытие в области семейной психологии и репродуктивного здоровья, доказывающее, что самые крепкие браки – те, в которых партнер младше партнерши ровно на три года, семь месяцев и десять дней, и теперь именно такие союзы и должны заключаться.
Проговаривала Альба «открытия» отдельно каждой группе, а потом подозвала всех «исследователей» к себе и разъяснила:
– У вас будет по десять минут на презентацию. Один человек из группы – ученый, будет объяснять открытие с позиции науки. Приводите все примеры, которые знаете или можете привести логически рассуждая. Можно много заумных слов, главное чтобы было обоснование. Задача газетчика – рассказать или нарисовать ко всему этому иллюстрации из жизни. Ну а политик представляет совету закон, который внедрит достижение исследователей в жизнь. Закон, который Совет поддержит. У вас пятнадцать минут на подготовку, справитесь раньше – раньше закончим. Вперед.
С «советниками» все было проще. Придумать образ. Ответить на вопросы о городе и своих целях. Показать каждому, что его «маске» в Дасбурге может быть важно.
Альба сновала от «исследователей» к «советникам», отвечала на вопросы, стараясь вовлечь в игру как можно сильнее.
И старалась не смеяться в момент, когда «исследователи» начали представлять свои труды. А это было ну очень сложно. Особенно когда Амири, дочь и внучка целителей, начала искренне рассказывать о вреде рукопожатий с позиции местного аналога микробиологии, а Жан в красках описывал как один больной перезаражал, здороваясь, весь город. Свен предложил поощрять ношение перчаток и штрафовать всех, кто пожимает руки в общественных местах. Команда Дитриха подготовила целую пантомиму, посвященную трудности добывания чистой воды и пообещала поддерживать всех покупателей иных напитков налоговыми льготами, ну а саму воду выдавать только по нормам, но бесплатно. Ле Труэль пустилась в рассказ о, судя по всему, реально существовавшем браке каких-то знакомых с искомой разницей в возрасте, а ее подруги намеревались спонсировать бесплатное для населения брачное агентство, подбирающее партнеров, родившихся в нужное время…
Среди «Совета» развернулась дискуссия, весьма насыщенная. Скидки на кофе соревновались в популярности с бесплатным подбором пары, хотя и сторонницы перчаток как модного аксессуара нашлись…
В итоге выгоды от развития сразу нескольких связанных с производством напитков отраслей экономики победило, и с перевесом в один голос была принята идея команды Дитриха.
– Что ж, теперь в Даксбурге пьют не больше стакана воды в день, – усмехнулась Альба. – Потому что больше чистой воды и нет. Итак, я думаю, пора оставить этот странный город любителей кофе. Закройте глаза. Нам пора возвращаться. Оставьте того, кем вы были, на улицах города Даксбург. Оставьте там воду, женитьбу и перчатки. Я посчитаю до пяти. Раз. Вы – на пути из Университета в Нижний Выховец. Два. Вы – адепты – первого курса. Три. Вы летите на виверне, которая медленно машет крыльями. Три. Вы сидите на мягких стульях. Четыре. Вы – маги в преддверии летней практики. Пять – откройте глаза. И, пожалуйста, пересядьте так чтобы вы сидели так же, как и тогда, как мы начинали.
Альба сама потянулась. Ей как-то говорили, что этот счет на вход и выход из игры, нужный, чтобы играющим не мешали реальные взаимоотношения и реальные последствия, наводил транс. Может и так – но на нее это тоже работало, пусть она сама и не играла.
– Это было занимательно, – заметил Ганс. – Для детского сада. И совершенно бессмысленно.
– Возможно, – Альба постаралась говорить ровно. – Вопрос ко всем – какие из открытий моего мира, по вашему мнению, стоит продвинуть в вашем?
Мнения разделились. Хотя парни оказались не в восторге от неравных браков.
– Это ерунда, – сжимал мощные кулачища Харальд, – где это видано, что бы муж младше жены был?
– А может потому что не видано у нас столько несчастных мужей и жен, – парировала Мария.
– Да как вообще счастье померять?
– А это…
В последующий гвалт Альба встревать не стала, давай возможность всем все обсудить.
Свен с каким-то хитрым прищуром посматривал то на Альбу, то на Виолетту, доказывающую всем, что идеальная разница в возрасте между супругами есть.
Менталист спокойно наблюдал за происходящим. Декан, кажется, спала, но она явно или использовала какие-то чары, не проснувшись от шума, либо лишь делала вид, что дремлет.
– Так зачем это все? – спросил молчавший почти все время Стивен.
– Все просто, – Альба улыбнулась теперь уже чуть более искренне. – Это демонстрация одной технологии, по которой можно внедрить в общество нужное решение. Сначала его необходимость доказывают ученые, потом – авторы газет, книг и просто распространители слухов, и уже потом политик приносит народу свою волю. И народ его поддерживает, послушав доводы науки, хоть магической, хоть нет, реальные истории из жизни и прикинув все экономические бонусы и минусы от нового закона. Таким образом можно внедрить все что угодно. Запретить пожимать руки. Ограничить в том, что пить, а что нет. Навязать выбор мужа или жены. Выбрать круг общения, представив кого-то неподходящим для дружбы. Поселить ненависть. Неважно что именно внедрять таким образом – это сработает. А демонстрирую я это потому, что управлять людьми в моем родном мире умеют без всякой магии. Унас много интересного. И в медицине в том числе. Но ничего о рукопожатиях, воде и браках. Увы.
В воцарившейся тишине раздался немного обиженный голос Ами:
– Значит мы говорили неправду?
– В Даксбурге – да. Дело не в том, что говорят, а в том – как. И этому у нас учат даже детей. И работает это в любом мире одинаково, позволяя одним манипулировать другими. Надеюсь, я скрасила вашу поездку, – Альба чуть поклонилась и села на свое место.
Последующую за этим бурю негодования пришлось стоически выслушивать. Впрочем, от Альбы быстро отстали, начав громко обсуждать «примитивность немагических миров». Но обсуждать уязвленно. Альба была уверенна, что задела она многих.
Ей было интересно только мнение своих товарищей.
– Ами, не обижайся только на мой обман, хорошо? – Альба попыталась как-то сгладить ситуацию. – Без небольшого обмана ничего не сработало.
– Ты разобидела почти всех в этом салоне, ты это знаешь? – заметил Свен.
Альба пожала плечами.
– Я просто хотела показать, что есть вещи, в которых не нужна магия.
– И уесть аристократов, – хмыкнул Свен. – И получилось. Последнее так точно. А поймет ли кто-то что-то – это вопрос…
Альба вздохнула. На такой эффект она как-то не рассчитывала.
– Я куплю вам торт. В качестве компенсации.
– Не надо, – Ами все еще выглядела недовольной. – Я прощу тебя. Когда прилетим. Наверное.
– Ладно, – Альба оглянулась на мрачных однокурсников, и, подумав, отсела на свободное место подальше от всех.
Если кто-то что-то хочет обсудить, то пускай, она мешать не будет. Но в следующий раз так лучше не делать. Наверное. Хотя на нее подростки-то меньше обижались, чем эти «взрослые».
За размышлениями о том, что ее вообще дернуло это устроить, и воспоминаниями о ребятах в лагере, с которыми Альба играла в «Даксбург» раньше, Пришедшая не заметила, как затихли разговоры и салон начал погружаться в сонное оцепенение. Не то дело было в раннем подъеме, не то в размеренных махах крыльев виверны, не то все выдохлись после «политических дебатов», но в какой-то момент Альба поняла, что все уже спят.
Она и сама позевывала, смотря в окно на проплывающие внизу леса и поля.
Купит торт по прилету. Если что – сама его съест.
– Это был интересный урок, – Теор, ходивший за вещами в багажный отсек, остановился рядом.
– Но не все его поймут, – с сожалением заметила Альба.
– Скорее – не все его поймут сейчас. К тому же, когда мы доберемся, будут иные заботы, кроме как дуться на то, что кого-то оставили в дураках. Расскажешь потом, как научилась словесно наводить транс. А я думал, откуда у тебя так легко получаются неосознанные внушения… Но пока лично я буду спать, – менталист махнул чем-то, напоминающим подушку для путешественников. – Подъем был ранний, и дел по прилету много.
Теор направился к себе.
Ранний подъем – это точно. И дел будет много, еще идти и…
Глаза сами собой закрылись.
Снилась Альбе река, лесная поляна и почему-то город, наполненный обиженными политиками с лицом что-то выкрикивающего Ганса…
**
– Теперь ты их вообще всех усыпил, – с некоторым негодованием заметила Айвор, когда Теор вернулся с подушкой.
– Усыпил. Так меньше шума, а у многих – страхов. Ну и мы с тобой можем говорить окружив себя меньшим количеством чар, знаешь ли.
– Это не слишком-то педагогично.
– Ты мне говоришь об этике применения ментальной магии? – Теор поднял бровь с некоторой издевкой.
Айвор покачала головой.
– Все равно это…
– Это целесообразно. Да и я устал уже за ними следить. Игра Альбы их развлекла, но и многих и задела. Толку дальше обиды лелеять? Пусть спят. Все равно больше чем полпути уже пролетели. Не думал, что именно среди этой группы будет столько летящих впервые.
– Ты в своей провинции привык, что без виверны в жизни никуда не добраться, – отмахнулась Айвор, – вот и все.
– Возможно, – кивнул Теор. – Ладно, расскажи мне лучше о том, где мы будем жить. И где будет жить Анна.
– И где ставить защиту, – усмехнулась Айвор. – Сейчас. Будет тебе схема.
Теор довольно долго рассматривал карты, которые декан извлекла из подсумка.
– Анна в самом Выховце, мы живем в Нижнем, изучаем там архив, ходим на экскурсии в музей во второй половине дня и потом делаем вылазку к реке Бурояти? Не думаешь, что туда может что-то спуститься с гор? Я конечно уже давно не на службе, но регион там очень не спокойный. Очень.
– Знаю. Но им нужно уметь за себя постоять и в этом неспокойном месте. Территорию проверяли, это наш считай карманный лагерь, туда все лето кто-то от Университета ездит или на несколько дней, или на день как перевалочный пункт для экспедиций глубже в горы. Там все тихо на километры, да и уметь держаться в пределах защиты – это тоже навык, который нужно отрабатывать.
– Как будто ты студентов не знаешь. Сбегут за периметр еще даже дежурства не распределив.
– Значит останутся без еды.Не полезет за нами ни де Грей в лес, ни кто-то еще. Там не замаскируешься толком.
– Ага, и перемещаться нет возможности среди измененной земли, – поморщился Теор. – Будем только мы.
– Не только. Да и Саманта же будет.
– Что? – Теор уставился на подругу. – И мне она не сказала? Как ты вообще на нее вышла?
– Официально, – пожала плечами Айвор. – Смотрела, кто по заявкам в округе работает, чтобы если что реагировать адекватно, и увидела, что у нее в Выховце семинар и заказ. Ну и написала.
– Вот женушка… Еще я скрытный тип, – покачал головой Теор.
– Извини. Кажется, я сюрприз испортила. Она правда только к концу второй недели будет.
– Пустое, – отмахнулся Теор. – Если бы хотела что-то скрыть о меня, то не сказала бы об этом. Хотя… Хм. Вообще она что-то говорила про конференцию по аномальным спиритам, но я не подумал что эта конференция в ж Выховце всегда…
Айвор фыркнула.
– А вот был бы ты ровно на три года и сколько-то там месяцев младше…
Ответом ей был искренний смех.
Спала Альба до самого прилета. Возможно, проспала бы и приземление, но властный голос декана, призывающий пристегнуться, разбудил. Спать днем не то чтобы было хорошей идеей, но, по крайней мере, так не пришлось еще несколько часов пялиться в окно и пытаться найти максимально удобную позу на не самом жестком, но все же уже надоевшем стуле.
Посадка оказалась чуть иначе, чем Альба себе представляла. Вообще приземление было бы очень приятным, если бы до того летающая зверюга не свернула крылья и не начала падать вертикально вниз, успев напугать, кажется, большую часть адептов, незнакомых с тонкостями полетов на ящерах.
– Давай попробуем, – улыбнулся заместитель старосты.
Ганс промолчал, явно не в восторге от затеи.
Пришедшая была почти уверена, что Дитрих хотел что-то получить от такой вот поддержки ее идеи. Но, в конце концов, ничего она ему не должна. Пока. А если получится все, то будет ему уроком.
Пока все переговаривались и пересаживались, Альба собралась с мыслями, вспоминая варианты тем. Нужно было что-то нейтральное… И не оскорбительное. И понятное местным.
Наконец получилось три тройки активно играющих– ее тройка, Дитрих с Йозефом и почему-то Далией, и Виолетта с подругами, и, четвертой группой, – все остальные.
– Хорошо, – Альба чуть подобралась, понимая, что ввод в игру по сути – ментальная уловка, и намерена она ее выполнить на глазах у, вообще-то, магистра-менталиста. Но, с другой стороны, она с детьми так играла в мире без всякой магии. – Закройте глаза. Нам с вами предстоит путешествие. Представьте себе иной мир. С другими законами. Мир, в который вы перенесетесь на ближайшее время, – Альба говорила это размеренно… Она не знала сама как объяснить тот тембр, которым иногда могла что-то рассказывать. Она сама открыла это только став вожатой. Прошлым… На деле позапрошлым летом. Прошлым она тоже была в лагере. Тоже работала. Вернулась домой, поехала к подруге… И все закончилось. Но это не нужно допускать в разум. – Другой мир. Я буду считать до пяти. Раз. И вы перенесетесь в иное место и в иное время. Два. Окажетесь в мире, где нет магии. Три. Станете на время кем-то другим. Четыре. Другим человеком в другом мире. Пять. Открывайте глаза. Добро пожаловать в Даксбург, город исследователей и ученых, столицу мира. – Адепты переглядывались между собой. Кто-то несколько заинтересованно, кто-то не совсем понимая, что происходит. – Итак, у нас есть жители Даксбурга, – Альба указала рукой на самую большую группу. – И представители исследовательских центров, – теперь кивок на три группы поменьше. – Давайте начнем с последних. Сейчас я каждой из исследовательских групп расскажу, какое именно из существующих в моем мире открытий она представляет. В каждой группе есть ученый, газетчик и аристократ. Увы, в Даксбурге во самым крупным вопросам имеет право голосовать весь городской совет, – Альба указала на самую большую группу. – И после того, как я дам исследователям их открытия, у них будет время подготовиться, представить совету свои идеи и предложить законопроект для этих идей реализации. Тот, чей проект одобрит совет, получит право его реализовать и славу самого лучшего политика. Вам, советники, стоит подумать о том, кто вы по профессии и чем занимаетесь в Даксбурге. Сейчас я выдам задание исследователям, и расскажу, что нужно будет делать вам. Придумки могут быть любые. Пока решайте для себя.
«Советники» начали переговариваться между собой. Альба же направилась к «исследователям», выдавай им открытия.
Группе Свена достались последние разработки в области исследования болезней, доказывающие, что опасные заболевания передаются через рукопожатия, и, соответственно, стоит думать о том, как рукопожатия запретить. Благо среди местных такая форма приветствия была распространена.
Перед группой Дитриха стояла задача объяснить, что в день надо пить не больше стакана воды, иначе из тела вымывается значительное количество питательных веществ, поглощенных с пищей. Жидкость нужна какая угодно, но не вода. Собственно, нужно заставить горожан пить не больше стакана в сутки.
Виолетте и ее подругам Альба, посмеявшись про себя, предложила новейшее открытие в области семейной психологии и репродуктивного здоровья, доказывающее, что самые крепкие браки – те, в которых партнер младше партнерши ровно на три года, семь месяцев и десять дней, и теперь именно такие союзы и должны заключаться.
Проговаривала Альба «открытия» отдельно каждой группе, а потом подозвала всех «исследователей» к себе и разъяснила:
– У вас будет по десять минут на презентацию. Один человек из группы – ученый, будет объяснять открытие с позиции науки. Приводите все примеры, которые знаете или можете привести логически рассуждая. Можно много заумных слов, главное чтобы было обоснование. Задача газетчика – рассказать или нарисовать ко всему этому иллюстрации из жизни. Ну а политик представляет совету закон, который внедрит достижение исследователей в жизнь. Закон, который Совет поддержит. У вас пятнадцать минут на подготовку, справитесь раньше – раньше закончим. Вперед.
С «советниками» все было проще. Придумать образ. Ответить на вопросы о городе и своих целях. Показать каждому, что его «маске» в Дасбурге может быть важно.
Альба сновала от «исследователей» к «советникам», отвечала на вопросы, стараясь вовлечь в игру как можно сильнее.
И старалась не смеяться в момент, когда «исследователи» начали представлять свои труды. А это было ну очень сложно. Особенно когда Амири, дочь и внучка целителей, начала искренне рассказывать о вреде рукопожатий с позиции местного аналога микробиологии, а Жан в красках описывал как один больной перезаражал, здороваясь, весь город. Свен предложил поощрять ношение перчаток и штрафовать всех, кто пожимает руки в общественных местах. Команда Дитриха подготовила целую пантомиму, посвященную трудности добывания чистой воды и пообещала поддерживать всех покупателей иных напитков налоговыми льготами, ну а саму воду выдавать только по нормам, но бесплатно. Ле Труэль пустилась в рассказ о, судя по всему, реально существовавшем браке каких-то знакомых с искомой разницей в возрасте, а ее подруги намеревались спонсировать бесплатное для населения брачное агентство, подбирающее партнеров, родившихся в нужное время…
Среди «Совета» развернулась дискуссия, весьма насыщенная. Скидки на кофе соревновались в популярности с бесплатным подбором пары, хотя и сторонницы перчаток как модного аксессуара нашлись…
В итоге выгоды от развития сразу нескольких связанных с производством напитков отраслей экономики победило, и с перевесом в один голос была принята идея команды Дитриха.
– Что ж, теперь в Даксбурге пьют не больше стакана воды в день, – усмехнулась Альба. – Потому что больше чистой воды и нет. Итак, я думаю, пора оставить этот странный город любителей кофе. Закройте глаза. Нам пора возвращаться. Оставьте того, кем вы были, на улицах города Даксбург. Оставьте там воду, женитьбу и перчатки. Я посчитаю до пяти. Раз. Вы – на пути из Университета в Нижний Выховец. Два. Вы – адепты – первого курса. Три. Вы летите на виверне, которая медленно машет крыльями. Три. Вы сидите на мягких стульях. Четыре. Вы – маги в преддверии летней практики. Пять – откройте глаза. И, пожалуйста, пересядьте так чтобы вы сидели так же, как и тогда, как мы начинали.
Альба сама потянулась. Ей как-то говорили, что этот счет на вход и выход из игры, нужный, чтобы играющим не мешали реальные взаимоотношения и реальные последствия, наводил транс. Может и так – но на нее это тоже работало, пусть она сама и не играла.
– Это было занимательно, – заметил Ганс. – Для детского сада. И совершенно бессмысленно.
– Возможно, – Альба постаралась говорить ровно. – Вопрос ко всем – какие из открытий моего мира, по вашему мнению, стоит продвинуть в вашем?
Мнения разделились. Хотя парни оказались не в восторге от неравных браков.
– Это ерунда, – сжимал мощные кулачища Харальд, – где это видано, что бы муж младше жены был?
– А может потому что не видано у нас столько несчастных мужей и жен, – парировала Мария.
– Да как вообще счастье померять?
– А это…
В последующий гвалт Альба встревать не стала, давай возможность всем все обсудить.
Свен с каким-то хитрым прищуром посматривал то на Альбу, то на Виолетту, доказывающую всем, что идеальная разница в возрасте между супругами есть.
Менталист спокойно наблюдал за происходящим. Декан, кажется, спала, но она явно или использовала какие-то чары, не проснувшись от шума, либо лишь делала вид, что дремлет.
– Так зачем это все? – спросил молчавший почти все время Стивен.
– Все просто, – Альба улыбнулась теперь уже чуть более искренне. – Это демонстрация одной технологии, по которой можно внедрить в общество нужное решение. Сначала его необходимость доказывают ученые, потом – авторы газет, книг и просто распространители слухов, и уже потом политик приносит народу свою волю. И народ его поддерживает, послушав доводы науки, хоть магической, хоть нет, реальные истории из жизни и прикинув все экономические бонусы и минусы от нового закона. Таким образом можно внедрить все что угодно. Запретить пожимать руки. Ограничить в том, что пить, а что нет. Навязать выбор мужа или жены. Выбрать круг общения, представив кого-то неподходящим для дружбы. Поселить ненависть. Неважно что именно внедрять таким образом – это сработает. А демонстрирую я это потому, что управлять людьми в моем родном мире умеют без всякой магии. Унас много интересного. И в медицине в том числе. Но ничего о рукопожатиях, воде и браках. Увы.
В воцарившейся тишине раздался немного обиженный голос Ами:
– Значит мы говорили неправду?
– В Даксбурге – да. Дело не в том, что говорят, а в том – как. И этому у нас учат даже детей. И работает это в любом мире одинаково, позволяя одним манипулировать другими. Надеюсь, я скрасила вашу поездку, – Альба чуть поклонилась и села на свое место.
Последующую за этим бурю негодования пришлось стоически выслушивать. Впрочем, от Альбы быстро отстали, начав громко обсуждать «примитивность немагических миров». Но обсуждать уязвленно. Альба была уверенна, что задела она многих.
Ей было интересно только мнение своих товарищей.
– Ами, не обижайся только на мой обман, хорошо? – Альба попыталась как-то сгладить ситуацию. – Без небольшого обмана ничего не сработало.
– Ты разобидела почти всех в этом салоне, ты это знаешь? – заметил Свен.
Альба пожала плечами.
– Я просто хотела показать, что есть вещи, в которых не нужна магия.
– И уесть аристократов, – хмыкнул Свен. – И получилось. Последнее так точно. А поймет ли кто-то что-то – это вопрос…
Альба вздохнула. На такой эффект она как-то не рассчитывала.
– Я куплю вам торт. В качестве компенсации.
– Не надо, – Ами все еще выглядела недовольной. – Я прощу тебя. Когда прилетим. Наверное.
– Ладно, – Альба оглянулась на мрачных однокурсников, и, подумав, отсела на свободное место подальше от всех.
Если кто-то что-то хочет обсудить, то пускай, она мешать не будет. Но в следующий раз так лучше не делать. Наверное. Хотя на нее подростки-то меньше обижались, чем эти «взрослые».
За размышлениями о том, что ее вообще дернуло это устроить, и воспоминаниями о ребятах в лагере, с которыми Альба играла в «Даксбург» раньше, Пришедшая не заметила, как затихли разговоры и салон начал погружаться в сонное оцепенение. Не то дело было в раннем подъеме, не то в размеренных махах крыльев виверны, не то все выдохлись после «политических дебатов», но в какой-то момент Альба поняла, что все уже спят.
Она и сама позевывала, смотря в окно на проплывающие внизу леса и поля.
Купит торт по прилету. Если что – сама его съест.
– Это был интересный урок, – Теор, ходивший за вещами в багажный отсек, остановился рядом.
– Но не все его поймут, – с сожалением заметила Альба.
– Скорее – не все его поймут сейчас. К тому же, когда мы доберемся, будут иные заботы, кроме как дуться на то, что кого-то оставили в дураках. Расскажешь потом, как научилась словесно наводить транс. А я думал, откуда у тебя так легко получаются неосознанные внушения… Но пока лично я буду спать, – менталист махнул чем-то, напоминающим подушку для путешественников. – Подъем был ранний, и дел по прилету много.
Теор направился к себе.
Ранний подъем – это точно. И дел будет много, еще идти и…
Глаза сами собой закрылись.
Снилась Альбе река, лесная поляна и почему-то город, наполненный обиженными политиками с лицом что-то выкрикивающего Ганса…
**
– Теперь ты их вообще всех усыпил, – с некоторым негодованием заметила Айвор, когда Теор вернулся с подушкой.
– Усыпил. Так меньше шума, а у многих – страхов. Ну и мы с тобой можем говорить окружив себя меньшим количеством чар, знаешь ли.
– Это не слишком-то педагогично.
– Ты мне говоришь об этике применения ментальной магии? – Теор поднял бровь с некоторой издевкой.
Айвор покачала головой.
– Все равно это…
– Это целесообразно. Да и я устал уже за ними следить. Игра Альбы их развлекла, но и многих и задела. Толку дальше обиды лелеять? Пусть спят. Все равно больше чем полпути уже пролетели. Не думал, что именно среди этой группы будет столько летящих впервые.
– Ты в своей провинции привык, что без виверны в жизни никуда не добраться, – отмахнулась Айвор, – вот и все.
– Возможно, – кивнул Теор. – Ладно, расскажи мне лучше о том, где мы будем жить. И где будет жить Анна.
– И где ставить защиту, – усмехнулась Айвор. – Сейчас. Будет тебе схема.
Теор довольно долго рассматривал карты, которые декан извлекла из подсумка.
– Анна в самом Выховце, мы живем в Нижнем, изучаем там архив, ходим на экскурсии в музей во второй половине дня и потом делаем вылазку к реке Бурояти? Не думаешь, что туда может что-то спуститься с гор? Я конечно уже давно не на службе, но регион там очень не спокойный. Очень.
– Знаю. Но им нужно уметь за себя постоять и в этом неспокойном месте. Территорию проверяли, это наш считай карманный лагерь, туда все лето кто-то от Университета ездит или на несколько дней, или на день как перевалочный пункт для экспедиций глубже в горы. Там все тихо на километры, да и уметь держаться в пределах защиты – это тоже навык, который нужно отрабатывать.
– Как будто ты студентов не знаешь. Сбегут за периметр еще даже дежурства не распределив.
– Значит останутся без еды.Не полезет за нами ни де Грей в лес, ни кто-то еще. Там не замаскируешься толком.
– Ага, и перемещаться нет возможности среди измененной земли, – поморщился Теор. – Будем только мы.
– Не только. Да и Саманта же будет.
– Что? – Теор уставился на подругу. – И мне она не сказала? Как ты вообще на нее вышла?
– Официально, – пожала плечами Айвор. – Смотрела, кто по заявкам в округе работает, чтобы если что реагировать адекватно, и увидела, что у нее в Выховце семинар и заказ. Ну и написала.
– Вот женушка… Еще я скрытный тип, – покачал головой Теор.
– Извини. Кажется, я сюрприз испортила. Она правда только к концу второй недели будет.
– Пустое, – отмахнулся Теор. – Если бы хотела что-то скрыть о меня, то не сказала бы об этом. Хотя… Хм. Вообще она что-то говорила про конференцию по аномальным спиритам, но я не подумал что эта конференция в ж Выховце всегда…
Айвор фыркнула.
– А вот был бы ты ровно на три года и сколько-то там месяцев младше…
Ответом ей был искренний смех.
Глава 3. На новом месте
Спала Альба до самого прилета. Возможно, проспала бы и приземление, но властный голос декана, призывающий пристегнуться, разбудил. Спать днем не то чтобы было хорошей идеей, но, по крайней мере, так не пришлось еще несколько часов пялиться в окно и пытаться найти максимально удобную позу на не самом жестком, но все же уже надоевшем стуле.
Посадка оказалась чуть иначе, чем Альба себе представляла. Вообще приземление было бы очень приятным, если бы до того летающая зверюга не свернула крылья и не начала падать вертикально вниз, успев напугать, кажется, большую часть адептов, незнакомых с тонкостями полетов на ящерах.
