После этого легкий удар о землю и мягкое подпружинивание казались ерундой. Альба по крайней мере успела уже с жизнью попрощаться.
– Хоть бы предупредили, – пробормотала она, расстегивая ремни на поясе.
Так и сердце остановиться может…
Выгружались они долго, хотя в целом порядок был тот же – выйти из салона, по веревочной лестнице слезть на землю, а потом получить свой багаж. Но багажа словно бы стало больше, кто-то забыл закрыть свой чемодан, и из него вещи рассыпались по салону, виверна, уставшая на вид, недовольно пофыркивала, обдавая всех вокруг тяжелым дыханием. Да и солнце начало жарить на полную катушку, ведь приземлились они на круглую каменную площадку где-то в полях, без единого источника тени в округе, и скорости жара не прибавляла. Конечно, можно было попытаться встать в тень от ящера… Но Альба, хотя Бесси и ее погонщику симпатизировала, все же рисковать так не стала. Хотя напоследок и погладила теперь уже не теплую даже, а вполне себе горячую чешую. Виверна повернулась, посмотрела так, что Альба уже бежать подумывала, а потом не то чихнула, не то засмеялась, словно бы забавляясь с опасений Пришедший.
– Удачи тебе, Бесси, – пробормотала Альба, подхватывая торбу.
Если у виверны возможно и намечался какой-нибудь перерыв после дальнего перелета, то вот им предстояло идти до постоялого двора пешком еще немало.
Альба до прилета к Нижнему Выховцу как-то и не задумывалась, зачем их обязали брать с собой не только обычные вещи, но и головные уборы, но идя по жаре по старой мощеной дороге, ведущей через поля, четко поняла причину такого требования. На ее бандану, наскоро сооруженную из отреза одолженной у Амири ткани, может и посматривали свысока аристократы, но функцию свою такой вот «платок» выполнял на ура. Да и Альба чувствовала себя словно бы опять в роли вожатой детского лагеря, где и приохотилась к ношению просто завязанного хлопкового квадрата с каким-нибудь веселым изображением. И не жарко, и если потеряет или запачкает – не жалко. Да и ветром, как шапочку с вуалью ле Труэль, не унесет.
– А я думала, – зачем тебе ткань понадобилась? – Ами, которая сама носила косынку, повязанную на традиционный манер, не без любопытства разглядывала головной убор Альбы. – На твоей родине много моряков?
– Да вроде нет, – Альба не знала что еще ответить, но постаралась поддержать разговор, надеясь, что Амири больше не будет обижаться на обман во время игры. – Не больше, чем у вас. А почему ты спрашиваешь?
– Платок, – лаконично заметила Ами, – так его носят моряки. У до-коломо его называют до-ю-тар. Если верить тому, что в книгах написано, – немного смутилась она.
– Да вроде как моряков столько же, как и везде. У нас так носят ткань байкеры или туристы. Мы вроде как туристы как раз, вот я и решила надеть. Это как-то запрещено?
– Нет, – покачала головой Ами. – Ну или я об этом не знаю. А кто такие байкеры?
– Эм. Ну люди, которые на мотоциклах ездят.
– Дай угадаю – очередная машина, – влез в разговор до того молчавший Свен. – И не факт что реальная.
– Реальная, – мрачно заметила Альба. Замечание о том, что она все могла выдумать, задевало. – Могу показать. Если ментальный контакт осилишь.
– Э, нет, в мои мозги лезть не дам. Словами рассказывай.
Идти все равно было неблизко, и Альба в который раз за последний день начала описывать машину из своего мира. Существование самолетов для родившегося в мире магии и виверн Свена было чем-то непонятным, а вот мысль о железной лошади он воспринял с восторгом.
– Быстрая лошадь, которую гнать без устали можно! Это же отличная идея, – де Стен лучился энтузиазмом. – Скачи куда хочешь, сколько хочешь, кормить не надо, кристалл запитал и все, ногу при падении не сломаешь…
– Да. Сломаешь шею. Сразу, – остудила его пыл Альба. – Одно неверное движение, и конь твой скачет дальше, а ты лежишь на земле с раскроенным черепом. Или еще хуже.
– Можно придумать что-нибудь, – отмахнулся Свен. – Модифицировать защитные плетения дилижансов, воткнуть их в конур…
– Напряжение на краю поля не даст, – усмехнулся Жан. – Это ж одинаково что для нежити, что для артефактов – слишком много условий в действие все равно не впишешь, за предельной емкость работать не будет. Что, думаешь, не пробовали? Проще костяка поднять лошадиного
– А если…
Альба дальше не слушала. Все равно было ничего не понятно. Просто шла себе и шла вперед, раздумывая о том, что бы сделали люди ее мира, попади им в руки магия. Местным вон те же самолеты не нужны, железные кони, судя по направлению беседы, сместившейся к преимуществам некролошадей над металлическими, тоже не нужны… Да и к лучшему. Виверна Альба понравилась, пусть и приземление подкачало. Да, и, откровенно говоря, зверю Пришедшая доверяла больше, чем машине. Намного больше. С разумным ведь всегда можно договориться.
Нижний Выховец был очень небольшим городком у широкой реки. Небольшие одно- и двухэтажные строения с черепичными крышами с трех сторон окружал лес, придавая поселению невероятно уютный вид. Альбе это место напомнило какие-то небольшие деревеньки с ее собственной родины из тех, которые сохранились в неизменном виде со средних веков. Узкие улочки, дома, в которых второй этаж часто был больше первого, серый камень. За рекой раскинулись подворья, с которых доносилось кудахтанье, лай, мычание и множество других звуков, которые ожидаешь услышать там, где ведут подсобное хозяйство.
Дом, где им предстояло жить, находился около реки. Буквально – около. Пройти от небольшого заборчика десяток шагов – и будет некрутой берег, где даже в разгар дня отдыхало несколько местных мальчишек. Сам постоялый двор с поэтичным названием «У горных вод» был двухэтажным довольно приземистым вытянутым каменным зданием. На первом его этаже было что-то среднее между залом собраний, столовой и большой гостиной, некоторые части которой отделяли друг от друга тонкие деревянные перегородки. Здесь же находились покои хозяйки этого места, дородной седовласой женщины по имени Люси, кухня и отдельные комнаты для тех, кто мог это себе позволить. На втором же этаже было два одинаковых крыла по шесть похожих друг на друга комнатушек, по размеру в два раза меньше той, в которой жила Альба в общежитии, но при этом рассчитанных на двоих постояльцев. Впрочем, жаловаться было особо не на что: комнатки сверкали чистотой, свежее белье на кровати пахло какими-то приятными травами, а вместительный шкаф позволял разложить все вещи. По крайней мере Альбин скарб влез без труда. Могли бы и в общей комнате посетить, так-то…
Альбу поселили с Амири. Однокурсница не возражала, но, разбирая свои вещи, немного походя заметила:
– Ты говорила о торте. Есть его у нас негде, к сожалению. А вот для пирожных блюда не нужны.
– Намек понят, – улыбнулась Альба.
– Ну, я ведь сказала, что перестану обижаться к моменту, когда мы приземлимся, – подмигнула Амири. – Думаю и у остальных полно забот.
.– Ладно, пойду выясню, есть ли в этом городе места с пирожными.
Веще Альба уже разобрала, да и осмотреться хотелось.
И хотелось побыть немного с самой собой после полудня в постоянном обществе однокурсников.
– Или с булочками. Их можно найти по запаху, не ошибешься, – Амири с задумчивым видом извлекла из своего какое-то цветастое платье. – И зачем оно мне…
– Скоро вернусь, – Альба достала из кошеля пару монет, подумав, пристроила ножны с мечом в шкафу около плаща, и отправилась на поиски съестного.
Насколько Альба поняла, в их проживание здесь были включены завтраки и ужины, остальное – кто во что горазд. Покидать таверну никто не запрещал, декан лишь объявила во время заселения о собрании через полтора часа внизу. Альба не планировала ни стоять прямо сейчас в очереди в ванную комнату на этаже, помыться и вечером можно, ни распаковывать множество вещей, которых просто не было, ни как-то еще обустраиваться, так что небезосновательно рассчитывала обернуться куда быстрее назначенного времени. Городок то явно было можно за десяток-другой минут обойти.
Нижний Выховец разительно отличался от Избора. Столица Алисии была похожа на шумный, полный движения мегаполис, пусть и с другой архитектурой и отсутствием привычных Альбе автомобилей. Множество средств передвижения, снующих по центру улиц, пусть и парнокопытных по большей части, тысячи людей в самых разных одеждах, ряды магазинчиков, десятки таверн, множество статуй и фонтанов в богатых кварталах и узкие, почти непроходимые улицы в бедных. Здесь же было всего едва ли больше сотни домов, которые небольшими ручейками стекались к крошечной центральной площади. Единственным крупным зданием был стоящий на границе с лесом величественный трехэтажный особняк, который находился чуть поодаль от других строений, и издалека казался не слишком-то и обитаемым.
Альба, подумав, устремилась к центру города. Несмотря на небольшие размеры поселения, наверняка тут были любители выпечки. Не в домах же все хлеб пекут, верно? Значит будет и булочная, и наверняка там, куда всем удобно идти.
Людей на улицах было не слишком много, и незнакомая девушка с «пиратской повязкой» на голове привлекала внимание. Открыто глазели на Альбу только дети, но, пока она шла к центральной площади, успела поймать и взгляд какого-то парня, чинившего крышу, и поджатые губы пары пожилых женщин, беседующих на веранде, и недовольный смешок от юной, едва ли на три-четыре года младше Альбы, девушки, возившийся с чем-то у решетки сточной канавы.
Впрочем, наверняка в таком месте все всех знают, и глазели бы не только на Пришедшую в одежде северянки и бандане на голове, но и на любого другого гостя, хоть на одетого с иголочки Дитриха, хоть на выросшую в похожем месте Ами.
Булочная действительно обнаружилась на центрально площади. Центральной площадке скорее – уж больно мала она была. Особенно для Альбы, привыкшей уже за последний год к простору Университета.
Зато пахло в крошечном магазинчике так, что проголодавшейся за перелет Пришедшей стоило большого труда не потратить сразу все взятые с собой деньги, а было их по местным ценам не мало. До того она не задумалась над столичностью Избора, заходя не в самые большие таврены во время коротких вылазок в город, но теперь четко поняла, что в этом мире цены на одни и те же вещи в разных местах отличались кардинально.
В итоге под уговоры приветливой русоволосой продавщицы и собственного желудка, Альба накупила выпечки целую корзину выпечки, с твердым обещанием занести тару обратно в следующий раз. Владелица лавки поглядывала на нее с интересом, и провожая, пригласила приходить еще.
– Вы ведь из столичных студиозов, верно? К нам каждое лето приезжают от вас, останавливаются у Люси, а то и не по одному разу. Заходите еще, и друзей приводите. Я знаю, у вас, молодых, лишних средств не водится, а кушать охота, так что много не возьму. Кстати, так, между нами – через лесок тропинка, что на западе, ведет в Троканец, деревеньку, что от Костяной Мельницы неподалеку, и там моя подруга хорошая таверну держит. Эль, жаркое, развлечения – туда со всей округи приходят, и из Выховца даже, уж больно стряпня хороша. Заходите, не пожалеете.
Уверив словоохотливую женщину в том, что всенепременно придет, как будет время, Альба направилась в обратный путь.
Но просто так вернуться в дом у реки ей не дали. Дорогу перегородила та самая девушка, которая до того возилась с решеткой. Черноволосая, угрюмая и порядком испачканная, она выглядела готовой броситься в драку.
– Ты – колдунья, – произнесла она это как обвинение.
Альба немного оторопела, но взгляд незнакомки выдержала.
– Начинающий маг. И что с этого?
– Поможешь мне, – поставила ее перед фактом черноволосая.
Альба хотела было возмутиться таким подходом, но еще раз оглядела девушку и передумала. Той было лет шестнадцать, наверное, и выглядела она не слишком счастливой.
– Чего ты хочешь?
– Тебя не затруднит, колдунья, – фыркнула незнакомка. И показала на решетку рядом с собой. – Достань монету. Тебе это ничего не стоит.
– В приличном обществе принято говорить «Пожалуйста», когда хочешь чтобы тебе оказали услугу, – заметила Альба, сверля взглядом нахалку.
Та несколько секунд явно выбирала между гордостью и нуждой, и вторая пересилила.
– Пожалуйста, – почти выплюнула она так, словно слова жгли ей губы.
– Так лучше, – Альба присела, стараясь держать корзинку подальше от решетки, неизвестно в чем выпачканной, и, нашарив взглядом монету, простой левитацией заставила ее прыгнуть в руку черноволосой. – Могла бы вежливо попросить.
– Вас допросишься, – фыркнула девушка, оттирая рукавом рубахе серебряный кругляш. – От магов вообще ничего хорошего не жди.
Альба только пожала плечами и, поднявшись на ноги, продолжила путь. В спину ей донеслось:
– Колдунья, ты в Троканец не ходи. В таверне много шушеры, обдерут как липку, и пойло там поганое.
– Спасибо за совет, незнакомка, – обернувшись произнесла Альба.
– Меня Мэл зовут, – немного смутившись заметила черноволосая.
– Альба.
– Спасибо в общем, – черноволосая явно исчерпала на сегодня лимит благодарностей, и быстрым шагом отправилась куда-то в сторону площади.
Альба усмехнулась про себя и продолжила путь. Интересные тут живут люди.
До собрания курса она с Ами и парнями успели выпить чаю у реки, закипятив воду в котелке Альбы и взяв заварку у Жана, и съесть почти все булочки. Может быть подруга владелицы булочной и держала таверну с не самой хорошей выпивкой, но на качестве выпечки это никак не сказывалось. Альба коротко пересказала предостережение Мэл о соседней деревне, на что Жан на удивление серьезно заметил:
– В такие места и правда лучше не ходить. Мы для них – богатеи из города, которых облапошить раз плюнуть. И чуть что – побегут жаловаться или преподам, или бургомистру, что мол магию примели к бедным-несчастным, и потом еще и штраф платить придется. Не, повеселиться там можно конечно, но лучше в оба смотреть и не напиваться уж точно.
– Туда нам наверняка запретят ходить, – заметила Амири, поедая сладкий калач. – Ладно погулять здесь, мы все-таки не дети малые, но наверняка только в пределах поселения разрешат ходить, а не по округе.
– Да пускай запрещают, – отмахнулся Свен, – это никак не проконтролировать. Точнее можно, но на то щиты понадобятся с прорвой энергии, такие в Измененных Землях никто ставить не будет. Здесь нам это не чувствуется почти, но на самом деле многие заклинание творить сложнее, особенно те, что только магистры умеют использовать, а не какое-нибудь кипячение. Так что преподы максимум поставят какой сигнальный контур, но не будут лезть, если проблем не устроим.
– То есть ты намерен пойти в деревню.
– Разумеется. Даже если запретят. Я что, приехал неделю корпеть над пылью в архиве?
Альба подумала про себя, что если магистры разрешат гулять по окрестностям, то Свен наверняка будет принципиально сидеть у себя в комнате, которую делит с Жаном. Просто из чувства протеста.
Впрочем, сопровождающие избавили Свена от такой необходимости, действительно ограничив передвижение Нижним Выховцем. Как заметил Теор: «Вы приехали сюда исследовать магические аномалии в теоретическом аспекте, а не возможности своего организма по усвоению бражки в практическом». По лицу Харальда было ясно, что долго этот запрет не продержится.
– Хоть бы предупредили, – пробормотала она, расстегивая ремни на поясе.
Так и сердце остановиться может…
Выгружались они долго, хотя в целом порядок был тот же – выйти из салона, по веревочной лестнице слезть на землю, а потом получить свой багаж. Но багажа словно бы стало больше, кто-то забыл закрыть свой чемодан, и из него вещи рассыпались по салону, виверна, уставшая на вид, недовольно пофыркивала, обдавая всех вокруг тяжелым дыханием. Да и солнце начало жарить на полную катушку, ведь приземлились они на круглую каменную площадку где-то в полях, без единого источника тени в округе, и скорости жара не прибавляла. Конечно, можно было попытаться встать в тень от ящера… Но Альба, хотя Бесси и ее погонщику симпатизировала, все же рисковать так не стала. Хотя напоследок и погладила теперь уже не теплую даже, а вполне себе горячую чешую. Виверна повернулась, посмотрела так, что Альба уже бежать подумывала, а потом не то чихнула, не то засмеялась, словно бы забавляясь с опасений Пришедший.
– Удачи тебе, Бесси, – пробормотала Альба, подхватывая торбу.
Если у виверны возможно и намечался какой-нибудь перерыв после дальнего перелета, то вот им предстояло идти до постоялого двора пешком еще немало.
Альба до прилета к Нижнему Выховцу как-то и не задумывалась, зачем их обязали брать с собой не только обычные вещи, но и головные уборы, но идя по жаре по старой мощеной дороге, ведущей через поля, четко поняла причину такого требования. На ее бандану, наскоро сооруженную из отреза одолженной у Амири ткани, может и посматривали свысока аристократы, но функцию свою такой вот «платок» выполнял на ура. Да и Альба чувствовала себя словно бы опять в роли вожатой детского лагеря, где и приохотилась к ношению просто завязанного хлопкового квадрата с каким-нибудь веселым изображением. И не жарко, и если потеряет или запачкает – не жалко. Да и ветром, как шапочку с вуалью ле Труэль, не унесет.
– А я думала, – зачем тебе ткань понадобилась? – Ами, которая сама носила косынку, повязанную на традиционный манер, не без любопытства разглядывала головной убор Альбы. – На твоей родине много моряков?
– Да вроде нет, – Альба не знала что еще ответить, но постаралась поддержать разговор, надеясь, что Амири больше не будет обижаться на обман во время игры. – Не больше, чем у вас. А почему ты спрашиваешь?
– Платок, – лаконично заметила Ами, – так его носят моряки. У до-коломо его называют до-ю-тар. Если верить тому, что в книгах написано, – немного смутилась она.
– Да вроде как моряков столько же, как и везде. У нас так носят ткань байкеры или туристы. Мы вроде как туристы как раз, вот я и решила надеть. Это как-то запрещено?
– Нет, – покачала головой Ами. – Ну или я об этом не знаю. А кто такие байкеры?
– Эм. Ну люди, которые на мотоциклах ездят.
– Дай угадаю – очередная машина, – влез в разговор до того молчавший Свен. – И не факт что реальная.
– Реальная, – мрачно заметила Альба. Замечание о том, что она все могла выдумать, задевало. – Могу показать. Если ментальный контакт осилишь.
– Э, нет, в мои мозги лезть не дам. Словами рассказывай.
Идти все равно было неблизко, и Альба в который раз за последний день начала описывать машину из своего мира. Существование самолетов для родившегося в мире магии и виверн Свена было чем-то непонятным, а вот мысль о железной лошади он воспринял с восторгом.
– Быстрая лошадь, которую гнать без устали можно! Это же отличная идея, – де Стен лучился энтузиазмом. – Скачи куда хочешь, сколько хочешь, кормить не надо, кристалл запитал и все, ногу при падении не сломаешь…
– Да. Сломаешь шею. Сразу, – остудила его пыл Альба. – Одно неверное движение, и конь твой скачет дальше, а ты лежишь на земле с раскроенным черепом. Или еще хуже.
– Можно придумать что-нибудь, – отмахнулся Свен. – Модифицировать защитные плетения дилижансов, воткнуть их в конур…
– Напряжение на краю поля не даст, – усмехнулся Жан. – Это ж одинаково что для нежити, что для артефактов – слишком много условий в действие все равно не впишешь, за предельной емкость работать не будет. Что, думаешь, не пробовали? Проще костяка поднять лошадиного
– А если…
Альба дальше не слушала. Все равно было ничего не понятно. Просто шла себе и шла вперед, раздумывая о том, что бы сделали люди ее мира, попади им в руки магия. Местным вон те же самолеты не нужны, железные кони, судя по направлению беседы, сместившейся к преимуществам некролошадей над металлическими, тоже не нужны… Да и к лучшему. Виверна Альба понравилась, пусть и приземление подкачало. Да, и, откровенно говоря, зверю Пришедшая доверяла больше, чем машине. Намного больше. С разумным ведь всегда можно договориться.
Нижний Выховец был очень небольшим городком у широкой реки. Небольшие одно- и двухэтажные строения с черепичными крышами с трех сторон окружал лес, придавая поселению невероятно уютный вид. Альбе это место напомнило какие-то небольшие деревеньки с ее собственной родины из тех, которые сохранились в неизменном виде со средних веков. Узкие улочки, дома, в которых второй этаж часто был больше первого, серый камень. За рекой раскинулись подворья, с которых доносилось кудахтанье, лай, мычание и множество других звуков, которые ожидаешь услышать там, где ведут подсобное хозяйство.
Дом, где им предстояло жить, находился около реки. Буквально – около. Пройти от небольшого заборчика десяток шагов – и будет некрутой берег, где даже в разгар дня отдыхало несколько местных мальчишек. Сам постоялый двор с поэтичным названием «У горных вод» был двухэтажным довольно приземистым вытянутым каменным зданием. На первом его этаже было что-то среднее между залом собраний, столовой и большой гостиной, некоторые части которой отделяли друг от друга тонкие деревянные перегородки. Здесь же находились покои хозяйки этого места, дородной седовласой женщины по имени Люси, кухня и отдельные комнаты для тех, кто мог это себе позволить. На втором же этаже было два одинаковых крыла по шесть похожих друг на друга комнатушек, по размеру в два раза меньше той, в которой жила Альба в общежитии, но при этом рассчитанных на двоих постояльцев. Впрочем, жаловаться было особо не на что: комнатки сверкали чистотой, свежее белье на кровати пахло какими-то приятными травами, а вместительный шкаф позволял разложить все вещи. По крайней мере Альбин скарб влез без труда. Могли бы и в общей комнате посетить, так-то…
Альбу поселили с Амири. Однокурсница не возражала, но, разбирая свои вещи, немного походя заметила:
– Ты говорила о торте. Есть его у нас негде, к сожалению. А вот для пирожных блюда не нужны.
– Намек понят, – улыбнулась Альба.
– Ну, я ведь сказала, что перестану обижаться к моменту, когда мы приземлимся, – подмигнула Амири. – Думаю и у остальных полно забот.
.– Ладно, пойду выясню, есть ли в этом городе места с пирожными.
Веще Альба уже разобрала, да и осмотреться хотелось.
И хотелось побыть немного с самой собой после полудня в постоянном обществе однокурсников.
– Или с булочками. Их можно найти по запаху, не ошибешься, – Амири с задумчивым видом извлекла из своего какое-то цветастое платье. – И зачем оно мне…
– Скоро вернусь, – Альба достала из кошеля пару монет, подумав, пристроила ножны с мечом в шкафу около плаща, и отправилась на поиски съестного.
Насколько Альба поняла, в их проживание здесь были включены завтраки и ужины, остальное – кто во что горазд. Покидать таверну никто не запрещал, декан лишь объявила во время заселения о собрании через полтора часа внизу. Альба не планировала ни стоять прямо сейчас в очереди в ванную комнату на этаже, помыться и вечером можно, ни распаковывать множество вещей, которых просто не было, ни как-то еще обустраиваться, так что небезосновательно рассчитывала обернуться куда быстрее назначенного времени. Городок то явно было можно за десяток-другой минут обойти.
Нижний Выховец разительно отличался от Избора. Столица Алисии была похожа на шумный, полный движения мегаполис, пусть и с другой архитектурой и отсутствием привычных Альбе автомобилей. Множество средств передвижения, снующих по центру улиц, пусть и парнокопытных по большей части, тысячи людей в самых разных одеждах, ряды магазинчиков, десятки таверн, множество статуй и фонтанов в богатых кварталах и узкие, почти непроходимые улицы в бедных. Здесь же было всего едва ли больше сотни домов, которые небольшими ручейками стекались к крошечной центральной площади. Единственным крупным зданием был стоящий на границе с лесом величественный трехэтажный особняк, который находился чуть поодаль от других строений, и издалека казался не слишком-то и обитаемым.
Альба, подумав, устремилась к центру города. Несмотря на небольшие размеры поселения, наверняка тут были любители выпечки. Не в домах же все хлеб пекут, верно? Значит будет и булочная, и наверняка там, куда всем удобно идти.
Людей на улицах было не слишком много, и незнакомая девушка с «пиратской повязкой» на голове привлекала внимание. Открыто глазели на Альбу только дети, но, пока она шла к центральной площади, успела поймать и взгляд какого-то парня, чинившего крышу, и поджатые губы пары пожилых женщин, беседующих на веранде, и недовольный смешок от юной, едва ли на три-четыре года младше Альбы, девушки, возившийся с чем-то у решетки сточной канавы.
Впрочем, наверняка в таком месте все всех знают, и глазели бы не только на Пришедшую в одежде северянки и бандане на голове, но и на любого другого гостя, хоть на одетого с иголочки Дитриха, хоть на выросшую в похожем месте Ами.
Булочная действительно обнаружилась на центрально площади. Центральной площадке скорее – уж больно мала она была. Особенно для Альбы, привыкшей уже за последний год к простору Университета.
Зато пахло в крошечном магазинчике так, что проголодавшейся за перелет Пришедшей стоило большого труда не потратить сразу все взятые с собой деньги, а было их по местным ценам не мало. До того она не задумалась над столичностью Избора, заходя не в самые большие таврены во время коротких вылазок в город, но теперь четко поняла, что в этом мире цены на одни и те же вещи в разных местах отличались кардинально.
В итоге под уговоры приветливой русоволосой продавщицы и собственного желудка, Альба накупила выпечки целую корзину выпечки, с твердым обещанием занести тару обратно в следующий раз. Владелица лавки поглядывала на нее с интересом, и провожая, пригласила приходить еще.
– Вы ведь из столичных студиозов, верно? К нам каждое лето приезжают от вас, останавливаются у Люси, а то и не по одному разу. Заходите еще, и друзей приводите. Я знаю, у вас, молодых, лишних средств не водится, а кушать охота, так что много не возьму. Кстати, так, между нами – через лесок тропинка, что на западе, ведет в Троканец, деревеньку, что от Костяной Мельницы неподалеку, и там моя подруга хорошая таверну держит. Эль, жаркое, развлечения – туда со всей округи приходят, и из Выховца даже, уж больно стряпня хороша. Заходите, не пожалеете.
Уверив словоохотливую женщину в том, что всенепременно придет, как будет время, Альба направилась в обратный путь.
Но просто так вернуться в дом у реки ей не дали. Дорогу перегородила та самая девушка, которая до того возилась с решеткой. Черноволосая, угрюмая и порядком испачканная, она выглядела готовой броситься в драку.
– Ты – колдунья, – произнесла она это как обвинение.
Альба немного оторопела, но взгляд незнакомки выдержала.
– Начинающий маг. И что с этого?
– Поможешь мне, – поставила ее перед фактом черноволосая.
Альба хотела было возмутиться таким подходом, но еще раз оглядела девушку и передумала. Той было лет шестнадцать, наверное, и выглядела она не слишком счастливой.
– Чего ты хочешь?
– Тебя не затруднит, колдунья, – фыркнула незнакомка. И показала на решетку рядом с собой. – Достань монету. Тебе это ничего не стоит.
– В приличном обществе принято говорить «Пожалуйста», когда хочешь чтобы тебе оказали услугу, – заметила Альба, сверля взглядом нахалку.
Та несколько секунд явно выбирала между гордостью и нуждой, и вторая пересилила.
– Пожалуйста, – почти выплюнула она так, словно слова жгли ей губы.
– Так лучше, – Альба присела, стараясь держать корзинку подальше от решетки, неизвестно в чем выпачканной, и, нашарив взглядом монету, простой левитацией заставила ее прыгнуть в руку черноволосой. – Могла бы вежливо попросить.
– Вас допросишься, – фыркнула девушка, оттирая рукавом рубахе серебряный кругляш. – От магов вообще ничего хорошего не жди.
Альба только пожала плечами и, поднявшись на ноги, продолжила путь. В спину ей донеслось:
– Колдунья, ты в Троканец не ходи. В таверне много шушеры, обдерут как липку, и пойло там поганое.
– Спасибо за совет, незнакомка, – обернувшись произнесла Альба.
– Меня Мэл зовут, – немного смутившись заметила черноволосая.
– Альба.
– Спасибо в общем, – черноволосая явно исчерпала на сегодня лимит благодарностей, и быстрым шагом отправилась куда-то в сторону площади.
Альба усмехнулась про себя и продолжила путь. Интересные тут живут люди.
До собрания курса она с Ами и парнями успели выпить чаю у реки, закипятив воду в котелке Альбы и взяв заварку у Жана, и съесть почти все булочки. Может быть подруга владелицы булочной и держала таверну с не самой хорошей выпивкой, но на качестве выпечки это никак не сказывалось. Альба коротко пересказала предостережение Мэл о соседней деревне, на что Жан на удивление серьезно заметил:
– В такие места и правда лучше не ходить. Мы для них – богатеи из города, которых облапошить раз плюнуть. И чуть что – побегут жаловаться или преподам, или бургомистру, что мол магию примели к бедным-несчастным, и потом еще и штраф платить придется. Не, повеселиться там можно конечно, но лучше в оба смотреть и не напиваться уж точно.
– Туда нам наверняка запретят ходить, – заметила Амири, поедая сладкий калач. – Ладно погулять здесь, мы все-таки не дети малые, но наверняка только в пределах поселения разрешат ходить, а не по округе.
– Да пускай запрещают, – отмахнулся Свен, – это никак не проконтролировать. Точнее можно, но на то щиты понадобятся с прорвой энергии, такие в Измененных Землях никто ставить не будет. Здесь нам это не чувствуется почти, но на самом деле многие заклинание творить сложнее, особенно те, что только магистры умеют использовать, а не какое-нибудь кипячение. Так что преподы максимум поставят какой сигнальный контур, но не будут лезть, если проблем не устроим.
– То есть ты намерен пойти в деревню.
– Разумеется. Даже если запретят. Я что, приехал неделю корпеть над пылью в архиве?
Альба подумала про себя, что если магистры разрешат гулять по окрестностям, то Свен наверняка будет принципиально сидеть у себя в комнате, которую делит с Жаном. Просто из чувства протеста.
Впрочем, сопровождающие избавили Свена от такой необходимости, действительно ограничив передвижение Нижним Выховцем. Как заметил Теор: «Вы приехали сюда исследовать магические аномалии в теоретическом аспекте, а не возможности своего организма по усвоению бражки в практическом». По лицу Харальда было ясно, что долго этот запрет не продержится.
