Как быстро меняются люди ролями. Теперь Лиза контролировала ситуацию. А Марина чувствовала, что сходит с ума.
Девушка последовала совету писательницы. И смогла собрать остаток сил, удержав остатки ясности своего разума.
- Лиза, а почему Вы сказали, что эти обрядцы - не люди?
- Я с одного из них кожу с морды сорвала, когда сопротивлялась,- шёпотом сообщила женщина. - Там под ней волосатая жуткая рожа с зубастыми челюстями наружу. И четыре уха на макушке. Я думаю, что все остальные - такие же. И бабаюшка их- главное чудище.
Раздался стук упавшего тела. Инесса не выдержала и, наконец, потеряла сознание. То ли от непрекращающейся боли, то ли от потери крови, то ли от нервного истощения. В любом случае, блогерша впала в долгожданное забитие, чем вызвала зависть Марины. Ей тоже хотелось отключиться.
Но Марина продолжала медленно и глубоко дышать, чтобы сохранять рассудок и заставить работать мозг. Пить хотелось ужасно. А мигрень не отступала ни на минуту. К тому же девушка начала замечать, что мухи начали подлетать и к её спине. Не долго думая, Марина прижалась к стене под креплением цепи.
- Правильно, что спрятала спину,- заметила Лиза. Она у тебя вся стёрта до крови. По-видимому, когда автобус ваш перевернулся, твое стекло разбилось и ты спиной по дороге терлась.
Марина посмотрела на Светлану. Та так и продолжала лежать без сознания в окружении мух.
- А Света в себя не приходила?- с надеждой в голосе спросила Лизу девушка.
- Нет. Как внесли и на пол бросили, надев ошейник, так и лежит. Вроде дышит. Судя по крови у нее серьезная травма черепа. И сто процентов - сотрясение головного мозга.
- Лиза, скажите, а давно мы здесь находимся? В этой избе.
- Дело движется к вечеру. Часов пять в отключке ты точно была,- сообщила писательница.
- Как Вы думаете, что им от нас нужно?
- Уверена, толпа нелюдей хочет нас принести в жертву.
- Господи, на дворе двадцать первый век. Какие жертвы?
- Человеческие.
- Это просто уму не постижимо.
- Согласна. Но все, что вокруг нас происходит, очень на это похоже.
- Мне кажется, что я сплю,- призналась Марина. - И не могу проснуться.
- Я тоже, милая. Я тоже,- отозвалась Лиза.
Пленницы замолчали. Через раздражающее гудение насекомых Марине почудились странные звуки сначала на крыше, а затем шуршание началось внутри дымохода.
"Боже, если в этой развалине есть крысы, то станет ещё хуже, чем сейчас,- подумала девушка, бросив взгляд на лежащих на полу Инессу и Светлану. - Они начнут их жрать заживо."
Шорох в дымоходе не исчезал.Более того, он усиливался. Марина напряглась. Лиза так же расслышала звук движения внутри печи и отползла по мере длины цепи в угол.
Марина огляделась в поисках какого -нибудь подходящего для удара предмета. Но вокруг девушки было абсолютно пусто.
Из устья печи начала сыпаться сажа и песок и мгновенно растворяться в воздухе, не оставляя следа.
Писательница предусмотрительно забилась в угол, несмотря на болезненно натяную цепь, заставляющую ошейник врезаться в кожу шеи.
У Марины не было рядом углов. Но был небольшой зазор между задней стенкой печи и самой избы, образующий подобие несплошного угла. Именно в него девушка постаралась вжаться, как можно теснее.
Судя по количеству высыпаемого в никуда мусора и размерам отверстия, из дымохода могло проникнуть в избу существо не больше кошки. Но даже это животное будучи бешеным, может стать смертельным для скованного в движениях человека. А для бессознательного и подавно.
Рисуя в голове картинку высовывающейся из печи грязной оскаленной морды крысы или кота, Марина предусмотрительно стиснула зубы, чтобы не закричать. Но когда из отверстия высотой не более тридцати сантиметров медленно высунулась усохшая темно- серая с выпирающими суставами на длинных человеческих пальцах со сломанными синюшними ногтями рука, девушка закричала.
В голос ей ответила тем же Лиза.
Вторая аналогичная рука начала выползать наружу параллельно первой.
Жуткие конечности продолжали вытягиваться из устья печи. Стали хорошо различимы обтянутые пергаментной кожей неестественного цвета кости предплечий. Они тянулись и тянулись из отверстия. Пока не достигли грязного пола. Затем запястья перевернулись ладонями вниз и тонкие пальцы одновременно ненормально широко растопырились, превратив кисти рук в импровизированных пауков, которые сразу же поползли по деревянной поверхности.
Марина с силой прижала свою ладонь ко рту, прерывая насильно свой собственный крик. Лиза начала скулить.
Пальцы быстро перемещались по доскам с сторону лежащей без сознания Инессы, продолжая вытягивать чудовищные руки.
Их длина превышала не менее полутора метров, когда стали различимы локти существа. И практически сразу между ними появился клок белых спутанных волос.
А затем вдруг из устья печи стремительно выскользнуло само существо. Им оказалась невероятно маленькая и худая старуха с сером мятом довольно грязном одеянии и головой, покрытой копной сальных, очень длинных, седых волос, из-за которых было сразу невозможно разглядеть лицо.
Но у Марины и не было желания рассматривать внезапную посетительницу их тюрьмы.
Старуха была не более метра высотой. Она втянула к своим плечам вытянутые руки, сделав их максимально пропорциональными телу и шлёпнулась с глухим стуком своим задом прямо на пол перед печкой.
Костлявыми руками она откинула назад волосы, продемонстрировав сморщенную, словно чернослив, мертвецко- бледную физиономию. Различить черты было практически невозможно, поскольку все внимание забирала на себя влажная черная дыра вместо левого глаза. Отсутствовало не только глазное яблоко, но и оба века и бровь.
Старуха звонко пошлепала своими губами и посмотрела единственным подернутым бельмом глазом сначала на Марину, а затем на Лизу. Обе женщины молчали. Более того они даже старались не дышать от охватившего их обеих ужаса.
Немного посидев и хорошенько рассмотрев пленниц, старуха, удовлетворившись реакцией пленниц на свое появление, вскочила на ноги, повернулась к ним спиной и довольно шустро приблизилась к Инессе. Пару раз пнула через ткань своего одеяния, волочащегося подолом по полу, девушку сначала по плечу, а затем по бедру, подняв с ее тела облако мух. Снова пошлепав губами, старуха оказалась рядом со сломанной рукой Инессы. Послышалось довольное урчание, и жуткая гостья схватила поврежденную конечность блогерши в свои костлявые руки. Наклонившись, начала слизывать сочащуюся из раны девушки кровь длинным синим языком.
"Лучше бы была кошка или крыса,"- подумала Марина, словно в тумане наблюдая, как старуха с причмокиванием обсасывает торчащие из плоти сломанные кости, не обращая внимания на назойливо крутящихся вокруг нее мух.
В углу выворачивало наизнанку Лизу. Спазмы были настолько частыми и сильными, что женщина начала задыхаться.
Однако это ничуть не смущало угощавшуюся кровью Инессы старуху, которая ни на секунду не отвлекаясь от своего занятия, начала бросать взгляды уже на Светлану.
Марина лихорадочно соображала, как не подпустить жуткое существо к подруге.
Девушка видела, что конечность Инессы стала заметно чище и можно было разглядеть мертвецко- бледный цвет кожи болтающейся на нескольких сухожилиях и небольшом лоскуте тонких мышц запястья с ярко-красным длинным маникюром.
Внезапно послышался звук деревянного затвора двери со стороны улицы.
Старуха мгновенно бросила руку Инессы и замерла, прислушиваясь, чем до жути стала напоминать какое-то неизвестное науке безобразное животное, которое застали в расплох во время кормежки.
Когда дверь начала резко открываться, старуха рванулась к печи. В тот же момент Марина совершила поступок, который просто не в состоянии была объяснить. Она с силой оттолкнулась от стены, не обращая внимания на пронзившую ее спину боль, и успела закрыть ею устье печи, оказавшись на пути убегающей тем же способом, что и появилась, старухи, натянув цепь так, что едва не вывернула себе шею.
Старая бестия, понимая, что выход оказался неожиданно закрыт телом девушки, вцепилась в ее плечи, впиваясь своими когтями в кожу. Марина завизжала. Но не от боли. А от близости нахождения морды старухи. Лицо девушки обдало смрадом из запахов крови, тухлого мяса и немытого старческого тела. К тому же существо рьяно защелкало перед девушкиным носом коричневыми колышками, оставшимися после сгнивших зубов, намереваясь откусить его кончик. Марина тоже с силой ухватилась за костлявые плечи старухи и, упершись, не давала той приблизиться к ее лицу для укуса.
К удивлению молодой женщины эта безобразная маленькая старуха оказалась сильнее ее. И когда Марина начал понимать, что уступает натиску твари, вдруг все закончилось. По крайней мере для девушки. Старуха взлетела в воздух и повисла над полом, извиваясь и громко визжа. А из-под подола вывалился и повис голый сморщенный серый хвост. Как у крысы или опоссума. Только раз в пятьдесят толще и длиннее.
Марина не сразу поняла, что существо повисло не самостоятельно. Его держала за горло Агата Прасковьевна на вытянутой перед собой руке. Затем бабаюшка довольно умело перехватила старуху, отпустив шею и ухватив ту за мерзкий хвост. Тварь мгновенно угомонились и, повиснув в воздухе вниз головой, начала раскачиваться на подобии маятника.
Входная дверь в хату была распахнута настежь. В дверной проем заглядывало несколько обрядцев, не смея переступить порог.
- Кто не закрыл дымоход и устье в печи?- загремел голос "бабаюшки" с такой силой, что затрещали старые бревна в стенах и посыпались остатки пакли. Дверной проем стал абсолютно свободен. - Все вы прекрасно знаете, что вештицы залазят в хату через печь? Особенно, если кровь учуят. Вот пожалуйста. Одна уже тут, как тут. Кто за подготовку хаты отвечал?
- Так вроде Ярёма,- раздался дребезжащий женский голос с улицы.
- Шкуру снять.
- Но , бабаюшка, она у него ещё с прошлого наказания до конца не наживилась,- ответил тот же голос.
- Значит выводов не сделал. Тогда в котел его,- бабаюшка повернулась лицом к входной двери и с силой швырнула в нее старуху.- И эту туда же.
Несколько обрядцев прямо в полете перехватили впавшую после распоряжения Агата Прасковьевны в полное безумие вештицу. Старуха выла, визжала, скулила так, что закладывало уши. Однако цепкие пальцы обрядцев намертво ухватили беснующееся существо.
А Марина закрыла уши ладонями, сжавшись в комочек.
Когда оглушающие звуки относимого прочь существа стали едва различимы, бабаюшка обернулась к прикованным женщинам. Стремительно заскочивший в помещение пожилой обрядец с двумя торчащими седыми пучками тонких волос над ушами на лысой голове поставил на пол не далее чем в метре от порога довольно массивный табурет и сразу же скрылся за дверным проходом.
Агата Прасковьевна устало вздохнув своей богатырской грудью тяжело рухнула на табурет. Тот жалобно скрипнул, но вес бабаюшки принял на себя достойно.
Женщина поправила косу на впечатляющем бюсте, почесала кончик носа и забросила ногу на ногу, этим движением приподняв подол своего длинного сарафана. Слегка прикрытые несколькими слоями ткани перед глазами Марины вместо женских ступней, пусть и сорок пятого размера, открылись огромные коровьи копыта.
Для закрепления произведенного эффекта Агата Прасковьевна демонстративно наклонилась и почесала толстыми пальцами выпирающий над копытом сустав, покрытый короткой коричневой шерстью животного.
Марина неожиданно про себя заметила, что перестала удивляться. Видимо в мозгу кончился гормон для этого умственного процесса. И начал работать рассудок, который сразу же подсказал молодой женщине, что все вокруг, если не сон, то, должно быть, грим и костюмы для какого-то представления. Извращенного жуткого представления. Людей!
Поэтому, все что сделала девушка, увидев вместо человеческих ног бабаюшки копыта- это громко фыркнула. Этой реакцией она по-видимому умудрилась обидеть Агату Прасковьевну. Потому, что женщина быстро натянула подол сарафана обратно на свои "коровьи" ноги и вытянулась на стуле, сложив на груди руки с замок.
- Итак,- громовой голос бабаюшки заставил Марину вздрогнуть, Лизу ещё сильнее вжаться в угол, Инессу застонать и даже Светлану, наконец, немного пошевелиться,- Благодарствую за помощь в поимке вештицы. Эти паразиты нашли лазейку в наш просвет. От запаха крови безумеют. Спасу от них нет. Ну, да ладно. Не будем ходить вокруг да около. Поэтому спешу вам, голУбки, сообщить, что вы не спите, ещё не умерли, не находитесь под дурманом и не участвуете в современном скороморошьем представлении. Вам выпала огромная честь пересечь реку Смородину и оказаться ровно на границе между явью и навью. По вашему, на пропускном пункте между миром живых и миром нечисти.
Агата Прасковьевна сделала паузу, давая слушательницам осознать ею сказанное, и продолжила:
- Но вы уж извините, экскурсии не будет. И до первых петухов завтрашнего дня мы с вами попрощаемся. Потому что вы станете платой самому Гридю, охраняющему равновесие двух миров.
- Бред какой-то,- тихо, словно сама себе произнесла Марина.- Какая явь? Какая навь? Вы же взрослые люди.
Девушка не понимала откуда у нее неожиданно взялась смелость отвечать этой безумной женщине.
- А вы здесь все кучка больных ряженых маньяков- косплейщиков, нацепивших на себя маски, чулки с копытами и хвосты. Если вы отпустите нас, мы сделаем вид, что ничего не произошло. Точнее произошло, но из-за аварии на дороге, а не из-за вас,- продолжила свое предложение Марина. - Правда я могу обещать все это только за своих друзей. За писательницу и сладкую парочку я говорить не буду.
- Я...я тоже буду молчать... Обещаю. Я все забуду, как только вы выпустите меня отсюда. Никакой полиции. Я клянусь,- Лиза осторожно выползла из своего угла и сложила руки в молитвенном жесте.
Агата Прасковьевна посмотрела сначала на Инессу, затем на Лизу. И вновь вернула взгляд на Марину. Выражение круглого лица бабаюшки с правильными, но немного грубоватыми чертами было абсолютно безразличным и пустым.
- Из года в год одни и те же мольбы и предложени. Уже нет сил их выслушивать,- вздохнула женщина. - Нет, девицы- красавицы, отсюда вы уже не выйдете. Вы будете главными участниками обряда Солнцеворота, как это требуется согласно многовековому ритуалу.
Бабаюшка поднялась с табурета и, как настоящее копытное животное, резко и довольно метко ударила назад ногой по предмету, даже не обернувшись. Табурет вылетел из хаты через открытую дверь, где тут же был подобран ожидающими обрядцами.
- Что с парнями?- не дала уйти Агате Прасковьевне Марина.- Где они?
- Тебе не все равно?- женщина погладила свою косу на груди так, словно это было какое-то животное. - Они - такая же оплата за закрытые границы, как и вы. Смотрители требуют одинакового количества мужчин и женщин для обряда. И чтобы все были живы на момент оплаты.
Бабаюшка с довольно громким стуком копыт по дереву вышла из хаты тяжёлой поступью. Входная дверь за ней мгновенно захлопнулась.
Марина пристально посмотрела на тоненькие просветы между сколоченными досками двери, заметив тень опустившейся планки затвора.
Девушка последовала совету писательницы. И смогла собрать остаток сил, удержав остатки ясности своего разума.
- Лиза, а почему Вы сказали, что эти обрядцы - не люди?
- Я с одного из них кожу с морды сорвала, когда сопротивлялась,- шёпотом сообщила женщина. - Там под ней волосатая жуткая рожа с зубастыми челюстями наружу. И четыре уха на макушке. Я думаю, что все остальные - такие же. И бабаюшка их- главное чудище.
Раздался стук упавшего тела. Инесса не выдержала и, наконец, потеряла сознание. То ли от непрекращающейся боли, то ли от потери крови, то ли от нервного истощения. В любом случае, блогерша впала в долгожданное забитие, чем вызвала зависть Марины. Ей тоже хотелось отключиться.
Но Марина продолжала медленно и глубоко дышать, чтобы сохранять рассудок и заставить работать мозг. Пить хотелось ужасно. А мигрень не отступала ни на минуту. К тому же девушка начала замечать, что мухи начали подлетать и к её спине. Не долго думая, Марина прижалась к стене под креплением цепи.
- Правильно, что спрятала спину,- заметила Лиза. Она у тебя вся стёрта до крови. По-видимому, когда автобус ваш перевернулся, твое стекло разбилось и ты спиной по дороге терлась.
Марина посмотрела на Светлану. Та так и продолжала лежать без сознания в окружении мух.
- А Света в себя не приходила?- с надеждой в голосе спросила Лизу девушка.
- Нет. Как внесли и на пол бросили, надев ошейник, так и лежит. Вроде дышит. Судя по крови у нее серьезная травма черепа. И сто процентов - сотрясение головного мозга.
- Лиза, скажите, а давно мы здесь находимся? В этой избе.
- Дело движется к вечеру. Часов пять в отключке ты точно была,- сообщила писательница.
- Как Вы думаете, что им от нас нужно?
- Уверена, толпа нелюдей хочет нас принести в жертву.
- Господи, на дворе двадцать первый век. Какие жертвы?
- Человеческие.
- Это просто уму не постижимо.
- Согласна. Но все, что вокруг нас происходит, очень на это похоже.
- Мне кажется, что я сплю,- призналась Марина. - И не могу проснуться.
- Я тоже, милая. Я тоже,- отозвалась Лиза.
Пленницы замолчали. Через раздражающее гудение насекомых Марине почудились странные звуки сначала на крыше, а затем шуршание началось внутри дымохода.
"Боже, если в этой развалине есть крысы, то станет ещё хуже, чем сейчас,- подумала девушка, бросив взгляд на лежащих на полу Инессу и Светлану. - Они начнут их жрать заживо."
Шорох в дымоходе не исчезал.Более того, он усиливался. Марина напряглась. Лиза так же расслышала звук движения внутри печи и отползла по мере длины цепи в угол.
Марина огляделась в поисках какого -нибудь подходящего для удара предмета. Но вокруг девушки было абсолютно пусто.
Из устья печи начала сыпаться сажа и песок и мгновенно растворяться в воздухе, не оставляя следа.
Писательница предусмотрительно забилась в угол, несмотря на болезненно натяную цепь, заставляющую ошейник врезаться в кожу шеи.
У Марины не было рядом углов. Но был небольшой зазор между задней стенкой печи и самой избы, образующий подобие несплошного угла. Именно в него девушка постаралась вжаться, как можно теснее.
Судя по количеству высыпаемого в никуда мусора и размерам отверстия, из дымохода могло проникнуть в избу существо не больше кошки. Но даже это животное будучи бешеным, может стать смертельным для скованного в движениях человека. А для бессознательного и подавно.
Рисуя в голове картинку высовывающейся из печи грязной оскаленной морды крысы или кота, Марина предусмотрительно стиснула зубы, чтобы не закричать. Но когда из отверстия высотой не более тридцати сантиметров медленно высунулась усохшая темно- серая с выпирающими суставами на длинных человеческих пальцах со сломанными синюшними ногтями рука, девушка закричала.
В голос ей ответила тем же Лиза.
Вторая аналогичная рука начала выползать наружу параллельно первой.
Жуткие конечности продолжали вытягиваться из устья печи. Стали хорошо различимы обтянутые пергаментной кожей неестественного цвета кости предплечий. Они тянулись и тянулись из отверстия. Пока не достигли грязного пола. Затем запястья перевернулись ладонями вниз и тонкие пальцы одновременно ненормально широко растопырились, превратив кисти рук в импровизированных пауков, которые сразу же поползли по деревянной поверхности.
Марина с силой прижала свою ладонь ко рту, прерывая насильно свой собственный крик. Лиза начала скулить.
Пальцы быстро перемещались по доскам с сторону лежащей без сознания Инессы, продолжая вытягивать чудовищные руки.
Их длина превышала не менее полутора метров, когда стали различимы локти существа. И практически сразу между ними появился клок белых спутанных волос.
А затем вдруг из устья печи стремительно выскользнуло само существо. Им оказалась невероятно маленькая и худая старуха с сером мятом довольно грязном одеянии и головой, покрытой копной сальных, очень длинных, седых волос, из-за которых было сразу невозможно разглядеть лицо.
Но у Марины и не было желания рассматривать внезапную посетительницу их тюрьмы.
Старуха была не более метра высотой. Она втянула к своим плечам вытянутые руки, сделав их максимально пропорциональными телу и шлёпнулась с глухим стуком своим задом прямо на пол перед печкой.
Костлявыми руками она откинула назад волосы, продемонстрировав сморщенную, словно чернослив, мертвецко- бледную физиономию. Различить черты было практически невозможно, поскольку все внимание забирала на себя влажная черная дыра вместо левого глаза. Отсутствовало не только глазное яблоко, но и оба века и бровь.
Старуха звонко пошлепала своими губами и посмотрела единственным подернутым бельмом глазом сначала на Марину, а затем на Лизу. Обе женщины молчали. Более того они даже старались не дышать от охватившего их обеих ужаса.
Немного посидев и хорошенько рассмотрев пленниц, старуха, удовлетворившись реакцией пленниц на свое появление, вскочила на ноги, повернулась к ним спиной и довольно шустро приблизилась к Инессе. Пару раз пнула через ткань своего одеяния, волочащегося подолом по полу, девушку сначала по плечу, а затем по бедру, подняв с ее тела облако мух. Снова пошлепав губами, старуха оказалась рядом со сломанной рукой Инессы. Послышалось довольное урчание, и жуткая гостья схватила поврежденную конечность блогерши в свои костлявые руки. Наклонившись, начала слизывать сочащуюся из раны девушки кровь длинным синим языком.
"Лучше бы была кошка или крыса,"- подумала Марина, словно в тумане наблюдая, как старуха с причмокиванием обсасывает торчащие из плоти сломанные кости, не обращая внимания на назойливо крутящихся вокруг нее мух.
В углу выворачивало наизнанку Лизу. Спазмы были настолько частыми и сильными, что женщина начала задыхаться.
Однако это ничуть не смущало угощавшуюся кровью Инессы старуху, которая ни на секунду не отвлекаясь от своего занятия, начала бросать взгляды уже на Светлану.
Марина лихорадочно соображала, как не подпустить жуткое существо к подруге.
Девушка видела, что конечность Инессы стала заметно чище и можно было разглядеть мертвецко- бледный цвет кожи болтающейся на нескольких сухожилиях и небольшом лоскуте тонких мышц запястья с ярко-красным длинным маникюром.
Внезапно послышался звук деревянного затвора двери со стороны улицы.
Старуха мгновенно бросила руку Инессы и замерла, прислушиваясь, чем до жути стала напоминать какое-то неизвестное науке безобразное животное, которое застали в расплох во время кормежки.
Когда дверь начала резко открываться, старуха рванулась к печи. В тот же момент Марина совершила поступок, который просто не в состоянии была объяснить. Она с силой оттолкнулась от стены, не обращая внимания на пронзившую ее спину боль, и успела закрыть ею устье печи, оказавшись на пути убегающей тем же способом, что и появилась, старухи, натянув цепь так, что едва не вывернула себе шею.
Старая бестия, понимая, что выход оказался неожиданно закрыт телом девушки, вцепилась в ее плечи, впиваясь своими когтями в кожу. Марина завизжала. Но не от боли. А от близости нахождения морды старухи. Лицо девушки обдало смрадом из запахов крови, тухлого мяса и немытого старческого тела. К тому же существо рьяно защелкало перед девушкиным носом коричневыми колышками, оставшимися после сгнивших зубов, намереваясь откусить его кончик. Марина тоже с силой ухватилась за костлявые плечи старухи и, упершись, не давала той приблизиться к ее лицу для укуса.
К удивлению молодой женщины эта безобразная маленькая старуха оказалась сильнее ее. И когда Марина начал понимать, что уступает натиску твари, вдруг все закончилось. По крайней мере для девушки. Старуха взлетела в воздух и повисла над полом, извиваясь и громко визжа. А из-под подола вывалился и повис голый сморщенный серый хвост. Как у крысы или опоссума. Только раз в пятьдесят толще и длиннее.
Марина не сразу поняла, что существо повисло не самостоятельно. Его держала за горло Агата Прасковьевна на вытянутой перед собой руке. Затем бабаюшка довольно умело перехватила старуху, отпустив шею и ухватив ту за мерзкий хвост. Тварь мгновенно угомонились и, повиснув в воздухе вниз головой, начала раскачиваться на подобии маятника.
Входная дверь в хату была распахнута настежь. В дверной проем заглядывало несколько обрядцев, не смея переступить порог.
- Кто не закрыл дымоход и устье в печи?- загремел голос "бабаюшки" с такой силой, что затрещали старые бревна в стенах и посыпались остатки пакли. Дверной проем стал абсолютно свободен. - Все вы прекрасно знаете, что вештицы залазят в хату через печь? Особенно, если кровь учуят. Вот пожалуйста. Одна уже тут, как тут. Кто за подготовку хаты отвечал?
- Так вроде Ярёма,- раздался дребезжащий женский голос с улицы.
- Шкуру снять.
- Но , бабаюшка, она у него ещё с прошлого наказания до конца не наживилась,- ответил тот же голос.
- Значит выводов не сделал. Тогда в котел его,- бабаюшка повернулась лицом к входной двери и с силой швырнула в нее старуху.- И эту туда же.
Несколько обрядцев прямо в полете перехватили впавшую после распоряжения Агата Прасковьевны в полное безумие вештицу. Старуха выла, визжала, скулила так, что закладывало уши. Однако цепкие пальцы обрядцев намертво ухватили беснующееся существо.
А Марина закрыла уши ладонями, сжавшись в комочек.
Когда оглушающие звуки относимого прочь существа стали едва различимы, бабаюшка обернулась к прикованным женщинам. Стремительно заскочивший в помещение пожилой обрядец с двумя торчащими седыми пучками тонких волос над ушами на лысой голове поставил на пол не далее чем в метре от порога довольно массивный табурет и сразу же скрылся за дверным проходом.
Агата Прасковьевна устало вздохнув своей богатырской грудью тяжело рухнула на табурет. Тот жалобно скрипнул, но вес бабаюшки принял на себя достойно.
Женщина поправила косу на впечатляющем бюсте, почесала кончик носа и забросила ногу на ногу, этим движением приподняв подол своего длинного сарафана. Слегка прикрытые несколькими слоями ткани перед глазами Марины вместо женских ступней, пусть и сорок пятого размера, открылись огромные коровьи копыта.
Для закрепления произведенного эффекта Агата Прасковьевна демонстративно наклонилась и почесала толстыми пальцами выпирающий над копытом сустав, покрытый короткой коричневой шерстью животного.
Марина неожиданно про себя заметила, что перестала удивляться. Видимо в мозгу кончился гормон для этого умственного процесса. И начал работать рассудок, который сразу же подсказал молодой женщине, что все вокруг, если не сон, то, должно быть, грим и костюмы для какого-то представления. Извращенного жуткого представления. Людей!
Поэтому, все что сделала девушка, увидев вместо человеческих ног бабаюшки копыта- это громко фыркнула. Этой реакцией она по-видимому умудрилась обидеть Агату Прасковьевну. Потому, что женщина быстро натянула подол сарафана обратно на свои "коровьи" ноги и вытянулась на стуле, сложив на груди руки с замок.
- Итак,- громовой голос бабаюшки заставил Марину вздрогнуть, Лизу ещё сильнее вжаться в угол, Инессу застонать и даже Светлану, наконец, немного пошевелиться,- Благодарствую за помощь в поимке вештицы. Эти паразиты нашли лазейку в наш просвет. От запаха крови безумеют. Спасу от них нет. Ну, да ладно. Не будем ходить вокруг да около. Поэтому спешу вам, голУбки, сообщить, что вы не спите, ещё не умерли, не находитесь под дурманом и не участвуете в современном скороморошьем представлении. Вам выпала огромная честь пересечь реку Смородину и оказаться ровно на границе между явью и навью. По вашему, на пропускном пункте между миром живых и миром нечисти.
Агата Прасковьевна сделала паузу, давая слушательницам осознать ею сказанное, и продолжила:
- Но вы уж извините, экскурсии не будет. И до первых петухов завтрашнего дня мы с вами попрощаемся. Потому что вы станете платой самому Гридю, охраняющему равновесие двух миров.
- Бред какой-то,- тихо, словно сама себе произнесла Марина.- Какая явь? Какая навь? Вы же взрослые люди.
Девушка не понимала откуда у нее неожиданно взялась смелость отвечать этой безумной женщине.
- А вы здесь все кучка больных ряженых маньяков- косплейщиков, нацепивших на себя маски, чулки с копытами и хвосты. Если вы отпустите нас, мы сделаем вид, что ничего не произошло. Точнее произошло, но из-за аварии на дороге, а не из-за вас,- продолжила свое предложение Марина. - Правда я могу обещать все это только за своих друзей. За писательницу и сладкую парочку я говорить не буду.
- Я...я тоже буду молчать... Обещаю. Я все забуду, как только вы выпустите меня отсюда. Никакой полиции. Я клянусь,- Лиза осторожно выползла из своего угла и сложила руки в молитвенном жесте.
Агата Прасковьевна посмотрела сначала на Инессу, затем на Лизу. И вновь вернула взгляд на Марину. Выражение круглого лица бабаюшки с правильными, но немного грубоватыми чертами было абсолютно безразличным и пустым.
- Из года в год одни и те же мольбы и предложени. Уже нет сил их выслушивать,- вздохнула женщина. - Нет, девицы- красавицы, отсюда вы уже не выйдете. Вы будете главными участниками обряда Солнцеворота, как это требуется согласно многовековому ритуалу.
Бабаюшка поднялась с табурета и, как настоящее копытное животное, резко и довольно метко ударила назад ногой по предмету, даже не обернувшись. Табурет вылетел из хаты через открытую дверь, где тут же был подобран ожидающими обрядцами.
- Что с парнями?- не дала уйти Агате Прасковьевне Марина.- Где они?
- Тебе не все равно?- женщина погладила свою косу на груди так, словно это было какое-то животное. - Они - такая же оплата за закрытые границы, как и вы. Смотрители требуют одинакового количества мужчин и женщин для обряда. И чтобы все были живы на момент оплаты.
Бабаюшка с довольно громким стуком копыт по дереву вышла из хаты тяжёлой поступью. Входная дверь за ней мгновенно захлопнулась.
Марина пристально посмотрела на тоненькие просветы между сколоченными досками двери, заметив тень опустившейся планки затвора.
