Девушка ревела:
— Не знаю… Лошадь будто взбесилась, сломала мне колесницу и убежала в лес.
— Кормить её чаще надо и пиздить поменьше.
Девушка продолжала рыдать:
— Я за эту колесницу и лошадь такой пизды от родителей получу!
— Да ладно, не реви ты, всё наладится.
Девушка немного успокоилась и убрала руки от лица, как вдруг увидела, что с ней разговаривает кот. Она завизжала:
— Еб твою мать! Говорящий кот! Иди нахуй отсюда!
Том помолчал, потом подумал и пошёл дальше, прошептав ей:
— Ебаная стерва.
Он вышел из города и пошёл к водопаду, возле которого была радуга. Том залез на радугу и пошёл по ней, чтобы перейти речку.
Спустя пару сотен метров он подошёл к старой избе, которая была на окраине леса. Кот Том осмотрелся по сторонам, будто чтобы убедиться, что за ним никто не идёт, хотя он и так прекрасно знал: вокруг на сотни метров нет ни одной живой души.
Он ещё раз вдохнул свежий воздух, а после вошёл в старую избу. Она была полна веретен, нитей и огромного ткацкого станка, за которым сидели три старухи-пряхи. Они плели гигантское полотно, переливавшееся магическим светом. Каждая нить этого полотна была одной из человеческих судеб.
Одна из старух спросила его:
— Опять из дома сбежал?
— А хули дома делать-то? Кормят меня там сухарями да огрызками со стола.
Том знал, что старухи понимают: он врёт, и кормят его вполне нормально. Но он также знал, что эта манипуляция всегда срабатывает, и они не отпустят его голодным.
Одна из старух спросила:
— Не кормят?
Он ответил:
— Вот именно.
— Ну так садись за стол, расскажи нам что-то интересное.
Старуха стянула скатерть со стола, который был усеян деликатесами. Том Кот запрыгнул на стол и начал трапезничать.
— А что вам рассказать-то? Люди всё стали какими-то злыми, нервными. Нет покоя никогда.
Одна из старух ухмыльнулась:
— Всегда так было.
Он, чавкая, продолжил:
— Вот иду я сегодня, гуляю, а у одной лошадь ускакала, да ещё и карету ей разбила. А я ей и говорю: «Вы лошадь лучше бы так кормили, как пашете заставляете и телеги таскать, тогда бы она от вас точно не убежала».
Трое старух засмеялись в один голос:
— Знаем такую.
— А я знаю, что вы её знаете. Да мне, конечно, не жалко людей… Злые они. Но раз уж зашёл за этот диалог, может, вы это… подправите ей там что-то? Чтобы с ней всё было нормально. Жалко её.
— Ты же знаешь, Том, что уже нельзя ничего поправить. Это нарушит баланс.
— Ой, баланс-хуянс. Сколько вы уже эту сетку плетёте, а толку никакого.
Том спрыгнул со стола и подошёл к старухам.
— С её судьбой всё будет хорошо?
— То, что всё будет хорошо… Нет, не то чтобы меня это сильно волновало, но можно я посмотрю на её нить?
Старуха улыбнулась и показала ему кривым пальцем на одну из миллионов волшебных нитей:
— Посмотри.
Кот Том подошёл к волшебной нити и дотронулся до неё лапой. Как вдруг за пару секунд он прожил всю жизнь девушки, которую встретил сегодня на улице. Он отошёл от увиденного, потом сел возле выхода и стал вылизывать свои яйца, приговаривая:
— Вот это нихуясебе… Мне бы такую судьбу.
Взгляд в будущее.
Радомир со своим другом Богданом собрался сегодня на рыбалку. Он взял отцовскую удочку и вышел за двор — там его уже ожидали.
Богдан сказал:
— Радик, хули так долго?
— Да, блять, мать заставила свиней кормить.
— Ебаные свиньи.
— Ага.
Их путь проходил через мёртвое, вонючее болото, которое нужно было пересечь, чтобы выйти к просторному берегу реки. Это место было рыбным, так как мало у кого хватало терпения и нервов, чтобы пройти через болото.
На болоте жили газообразные существа, которые обладали сверхвысоким интеллектом, ведь их раса была практически безмерна. Но народ Краснограда называл их просто… Пердячки.
Богдан сказал:
— Ты в курсе, что пердячки умеют читать мысли?
Радомира это насмешило.
— Ой, да не пизди ты.
— Нет, серьёзно. Они проникают в мозг через уши и читают наши мысли.
— Кто тебе это сказал?
— Бабушка.
— Твоя бабушка старая карга, я недавно видел, как она разговаривала с забором.
— Она видит духов.
— Ага, хуюхов.
Они подошли к болотам. Богдан и Радомир увидели, что пердячки заметили их и заинтересовались.
Радомир сказал:
— Значит так: проходим мимо них и молчим. Игнорируем. Ты сам знаешь, пердячки те ещё пидоры, вечно мутят на болотах свои схемы. Нам просто нужно добраться до рыбного берега.
Богдан хихикнул:
— Замётано.
Они дошли до середины болота, как вдруг пердячки стали их окружать и заговорили:
— Эй, парни, хотите подзаработать? Хотите кайфонуть? Хотите кайфа? Золото… очень много золота…
Богдан заорал:
— Какого хуя?! Эти пидорасы залезли мне в голову!
Он отмахнулся от газообразного существа и обратился к ближайшему:
— Братан, сьеби нахуй отсюда, или я тебе сейчас всеку, без шуток!
После этой фразы пердячки будто потеряли к ним интерес и поплыли по поверхности болота по своим делам.
Когда Радомир и Богдан дошли до рыбного берега, Радомир спросил:
— Как ты собирался ему всечь? Он же, блять, газообразный.
— Да хуй его знает. Мне бабушка сказала, что пердячки боятся угроз.
— Охуеть… Он реально залез тебе в мозг?
— Да.
— Как ты это понял?
— У меня начались глюки. Будто я сижу голый на куче золота, а вокруг меня очень много голых баб.
— Да не гони ты.
— Я серьёзно. Но я-то понял, что это глюк, вот и заорал.
— Да уж, наглые они.
— И не говори. Только это… Радик, ты никому из пацанов не рассказывай, что во мне была пердячка. Ну, сам понимаешь… по-гейски как-то.
— Да, согласен, это по-гейски. Я никому не скажу, не переживай. Давай лучше уже закинем удочки.
Они прикормили рыбу, подождали несколько минут и стали ждать поклёвку.
Перед тем как начать рыбачить, Богдан пробормотал, что если он домой сегодня не принесёт хотя бы три большие рыбы, то батя ему даст пизды.
Спустя полчаса Радомир стал вытягивать рыбу за рыбой. Его азарт разгорелся, а эго выросло до неимоверных размеров. Как вдруг Богдан заметил что-то неладное.
— Радя, смотри, это ещё что за хуйня?!
К ним к берегу плыла молодая, красивая девушка.
Радомир сказал:
— Ебать его в рот.
Девушка подплыла настолько близко, что стало видно её лицо. Она улыбалась парням:
— Парни, вы чего скучаете? Пойдёмте со мной купаться.
Радомир ответил:
— Купаться? Ты ебнулась? Холодрыга на улице, да ещё и течение — нас унесёт сразу же!
Богдан вцепился ему в рукав и забормотал:
— Это глюки от пердячек, я тебе клянусь, глюки!
Девушка подплыла к ним ещё ближе, а на середине речки показались ещё пару голов, и они стали хихикать.
Радомир, чтобы успокоить друга, сказал:
— Какие ещё нахуй глюки? Это русалка, долбоёб.
Девушка продолжала:
— Парни, вы чего там стоите? Хотите увидеть сиськи? Поплыли с нами купаться. Или вы геи?
Фраза про геев задела Богдана за живое. Он поднял с берега камень и крикнул…
— Какие ещё нахуй сиськи? Пиздуй отсюда! — заорал Богдан.
Он со всей силы кинул камень и попал русалке прямо в лоб. Та, не ожидая такой свирепости и злости, тут же уплыла вдаль. Парни продолжили рыбачить.
Богдан сказал:
— Вот так дожились… Везде одни шлюхи.
Радомир подтвердил его слова:
— И не говори.
Борщ.
Божена Владимировна с утра суетилась на кухне. Ей помогал Том-кот своим присутствием.
Сегодня Божена Владимировна готовила борщ. Точнее, большой казан борща — на всю семью.
Все разошлись по своим делам. Том любил такие моменты, когда в доме становилось тихо. Но к Божене Владимировне это не относилось: она шумела, бренчала кастрюлями и вечно бубнила что-то себе под нос.
Том спросил у неё:
— Почему ты так суетишься? От такой спешки борщ быстрее не сварится.
— Я суечусь? Да, я суечусь! Потому что в этом ебаном доме нет никакого порядка. Всё лежит не там, где должно лежать. Как здесь вообще можно хоть что-то найти? — проворчала она, нарезая мясо. Божена Владимировна предпочитала материться только когда оставалась дома одна или с котом.
Том сказал:
— Так почему бы тебе не начать прятать те вещи, которые ты не можешь найти? Чтобы никто, кроме тебя, их не трогал.
— Прятать вещи? И как ты это себе представляешь?
— Обычно этими кухонными вещами, кроме тебя, никто не пользуется. Почему ты не можешь положить их туда, где знаешь только ты?
— Нет, Том. Это нелогично. Если этими вещами никто, кроме меня, не пользуется, то почему они постоянно не на своих местах? Плюс я могу сама забыть, куда их спрятала.
— Ты сама создаёшь себе проблемы. Может, если ты забываешь, куда кладёшь, то это и есть причина? Никто их не берёт, а ты сама перекладываешь, а потом забываешь.
Божена Владимировна сделала паузу, потом взяла в руки сковороду и злобно посмотрела на кота.
— То есть, по-твоему, я старая и всё забываю?!
Том, понимая, что дело пахнет неприятностями, тут же юркнул под кровать.
— Нет, я такого не говорил!
— А мне кажется, именно это ты и имел в виду!
— Нет, я говорю одно, а ты слышишь другое. Какая же ты старая? У тебя даже внуков ещё нет! Вот посмотри на своих дочерей — их же никто не взял замуж. Но не переживай, ты ещё сама сможешь родить… потому что ты не старая!
Эти слова окончательно вывели Божену Владимировну из себя. Она швырнула сковороду и начала тянуть Тома за лапу из-под кровати. Кот мяукал и сопротивлялся.
— Ах ты, маленький засранец! То есть, ты хочешь сказать, что моих дочерей никто замуж брать не хочет?!
— Нет, я вообще другое имел в виду!
— Нет, именно это ты и имел в виду!
— Божена, нет!.. Оставь меня! Прости!
Он отбивался задними лапами. В это время кастрюля с мясом на печи вскипела, вода пошла через край, и по дому распространился неприятный пар. Божена Владимировна бросилась к печи, чтобы отодвинуть казан. А Том, не растерявшись, ловко выпрыгнул в окно.
Она принялась резать свёклу и картошку, но, видимо от злости, случайно порезала палец.
В этот момент в дом вошёл Доброслав Радомирович и с улыбкой обратился к жене:
— Ого, как вкусно пахнет! Что у нас сегодня на обед?
Эта фраза стала последней каплей. Божена Владимировна схватила сковороду и влепила мужу по лбу так сильно, что тот от неожиданности упал на задницу.
— Хрен тебе, а не борщ! — крикнула она и злобно вышла из дома.
Сидящий на полу Доброслав Радомирович был в изумлении. Он огляделся, потом поднялся и пробормотал себе под нос:
— Вот это нихуясебе новости…
Леший.
Доброслав Радомирович и Радомир заготавливали дрова. Они рубили среднего размера деревья, потом пилили их на пеньки, складывали в повозку и везли во двор.
Радомир спросил:
— А как греются люди, когда рядом нет никаких деревьев?
Доброслав Радомирович покуривал трубку:
— Не тупи, Радомир. Деревья есть всегда.
— А вдруг они пропадут? Что мы тогда будем делать?
— Как это — пропадут?
— А вот так. Исчезнут.
Доброслав Радомирович глубоко задумался, а потом ответил:
— Тогда будем жечь коровье дерьмо.
Ответ отца поразил Радомира:
— Дерьмо?!
— Да, дерьмо. А что тебе не так?
В это время по лесу шёл пьяный леший. Увидев отца и сына за работой, он пробурчал:
— Нихуясебе! Эти мудаки совсем страх потеряли, никакого уважения… — и пьяной походкой направился к ним.
— Эй, вы что тут деревья пиздите? — сказал он. Леший был длинный и худощавый, с зелёными волосами и бородой. Лицо его было грязное, и казалось, что на нём с древних времён проросла древесная кора.
Радомир, увидев его, воскликнул:
— Нихуясебе, Леший!
Доброслав Радомирович добавил шёпотом:
— Я думал, этот чертяка давно спился к хуям.
Лешего в этих местах всерьёз никто не воспринимал: он был скорее деревенским пьяницей и клоуном, чем всемогущим духом, каким считался до прихода людей и до того, как познакомился с выпивкой.
Леший сказал:
— А ну-ка, два пидорка, несите мне ведро вина! Или хуй вам, а не деревья. Нет, два ведра! И это я ещё добрый. Могу брать по ведру за каждое срубленное вами дерево.
Доброслав Радомирович усмехнулся:
— По ведру за каждое дерево? Так ты же сопьёшься к херам, Леший.
— А это, мать вашу, уже не ваше дело! Или мы бухаем, или… про лес забываем.
Доброслав стал прикидывать, как отвязаться от пьяного духа.
— А ты когда-нибудь пробовал Божье вино?
— Божье вино? — Леший нахмурился.
— Да. У нас в Краснограде недавно стали делать его для богов.
— По названию понятно, что для богов.
— Так вот. Оно крепче в сто раз, чем обычное. Выдержать может только бог. Понимаешь, Леший?
— О бог ты мой…
— Вот именно.
— И где же мне его взять?
— А ты думаешь, выдержишь?
— Пфф, если боги осилят, то я — тем более!
— Можно так накидаться, что с утра голова трещать будет.
— Говори, где взять, смертный!
Доброслав подтолкнул сына локтем, чтобы тот подыграл. Радомир сразу оживился:
— Да нет, пап, бесполезно. Ты только глянь на этого хуесоса: худой, дряблый. Он от одного стакана откинется, отвечаю.
Леший взбесился от такой наглости. Он бегал вокруг дерева и орал:
— Говорите, где взять Божье вино! Или получите… этих… (он запнулся, думая, чем пригрозить) лесных пиздюлей!
Доброслав сказал:
— Значит так. Спускаешься вниз с леса и идёшь прямо к Краснограду. Там, возле города, найдёшь кузницу. Вино это не простое, делается при высокой температуре и магических технологиях. В кузнице живёт кузнец по имени Кузьма Владимирович. Вот у него и попросишь. Такому гостю, как ты, он точно не откажет.
Злой леший плюнул на листья и, шатаясь, побрёл в сторону Краснограда.
Отец и сын проводили его взглядом.
Радомир сказал:
— Пап, зачем ты отправил его к Кузьме Владимировичу? Он же теперь будет к нему приставать!
— Ну и пусть. Я этому уебану мешок капусты дал, а он должен был сделать подковы для лошади. Ты видел, чтоб наша лошадь в новых подковах ходила?
— Нет.
— Вот то-то и оно, сынок. Не для того я капусту выращивал, чтобы меня пытались наебать.
— Но, пап, мы же её украли у христиан.
— Запомни, Радомир, истину. Всё, что спижено у христиан, украденным не считается.
Колдун.
Улицу освещал тусклый свет луны. Доброслав Радомирович ворочался в постели — сон не шёл, на него напала бессонница.
В комнате сопели Божена Владимировна и кот Том. Доброслав крепко зажмурился, но так и не добился результата. В голове промелькнула мысль: «Ебаный в рот, пиздец».
Он решил выйти на улицу, подышать свежим воздухом и освежиться. Аккуратно сполз с кровати, стараясь никого не разбудить, на ощупь в темноте натянул лапти и вышел из дома.
Снаружи стояла тишина. Лёгкий ветер колыхал листья. Доброслав глубоко вдохнул полной грудью. Но вскоре его начало знобить, и тут он услышал шаги.
Из темноты показался худощавый силуэт, бредущий как мертвец. Пёс Добрыня высунул голову из будки, зарычал, но, узнав силуэт, снова улёгся спать. Это был старый местный колдун — вусмерть пьяный.
Доброслав спросил:
— Эй, ты какого хуя не спишь?
— Доброй ночи. Так ты сам не видишь? — колдун ткнул корявым пальцем в луну.
— Луна полная. Как тут уснуть?
— То есть ты не спишь из-за луны? — колдун начал злиться.
— Нет, блять, я просто по приколу тут шароеблюсь. Конечно из-за луны! Ты только глянь на эту залупу — прямо мне в глаз светит!
