Может, переход через разрыв в оболочке миров наделил меня знанием местного языка? Но нет. Дигна ошибочно порадовалась, что он одинаков в обеих реальностях, значит, не всем попаданцам так везло. И сейчас, когда задумалась об этом, я осознала, что думаю по-прежнему по-русски, а вот говорю… говорю совсем на другом языке.
- Ты, девонька, коли всё одно, куда путь держать, иди в столицу, в Сатдар, – советовала хозяйка. – Далёко она от нас, почитай, половину империи пересечь надобно. Зато поглядишь, как у нас красиво.
В столицу, так в столицу. Я вынула из рюкзака записную книжку и коротко застенографировала всё, что рассказывала мне Дигна. А заодно зарисовала примерный маршрут до Сатдара. С грустью вспомнила утонувший в океане смартфон. Наверно, выпал из руки, когда я в ступоре смотрела на приближающуюся стену приливной волны. Хотя толку от него в чужом мире явно было бы маловато.
- И, прошу тебя, девонька, береги себя. В обиду не давай. Эх, неразумное ты дело задумала, одной странствовать… Девушка, всё же. Даже защитить себя не сможешь. А вдруг лихие люди? А вдруг оболочка поблизости порвется? И полезут оттуда гады темные да кровожадные…
Я поёжилась. Обе перспектива не внушали оптимизма. Но… передумать не заставили.
- Дигна, а почему у вас так? Отчего оболочка рвется?
- Да кто ж ее знает? Такого раньше не было. Почитай, лет двадцать, как началось. Что-то стряслось с нашим миром, а что – никому не ведомо. Император, слыхала, войско увеличил, и если какая мерзость прорвется к нам да по землям нашим расползется, отправляет ловить.
Время до вечера быстро пролетело. Обновки сели по фигуре как влитые и неожиданно мне понравились. Получились изящные обтягивающие брючки и рубаха-туника до колен с пояском из обрезков лишней ткани. Эдакий компромисс между правилами приличия в местном обществе и удобством.
- Дигна! – восхитилась я. – Спасибо!
Хозяйка зарумянилась от удовольствия.
А потом мы в четыре руки приготовили нехитрый ужин.
Мне очень уж хотелось отблагодарить добрую рукодельницу, но она лишь отмахивалась и повторила, что поступки возвращаются по кругу: сегодня поможешь ты, а завтра – тебе.
К ночи совсем стемнело. Избу освещали лучины, и всё равно света не хватало.
Я вышла во двор подышать и обомлела. На небе, среди незнакомых созвездий, сияли три полумесяца! Маленький красный, белый – в несколько раз крупнее – и привычного лунного размера средний золотистый.
Вот сейчас я окончательно осознала, что мир этот – не какой-нибудь дальний забытый уголок моей родной Земли. Сглотнула, вдохнула полной грудью чистый свежий прохладный воздух. И улыбнулась. А ведь никогда прежде не ощущала себя настолько счастливой! Словно, потеряв дорогу домой, отбросив сомнения, условности, якоря и привязанности, я обрела нечто более важное.
Себя.
Немного жаль было родителей. Они, наверно, уже все больницы и морги обзвонили, когда поняли, что ни до какой маминой подруги их дочь так и не добралась. Только Танюха знает, где я была, когда созванивалась с ней в последний раз и так внезапно оборвалась связь. Вот только не поможет это ничем в поисках пропавшей Есении. Потому что ни в том городе, ни на Земле в целом ее больше нет.
Вздохнув, я вернулась в дом. А там меня ждал сюрприз. Оказывается, под одной крышей с жилыми помещениями располагалась и маленькая банька. Крохотные предбанник и помывочная отделялись от комнаты коридором, через который мы и попадали в избу. В помывочной имелась своя печка с баком для воды, скамейка, деревянная лохань и самодельное мыло для мытья волос и всего тела. Дигна не стала полноценно топить баньку, просто довела температуру воды в баке до комфортной, да мне и этого хватило, чтобы ополоснуться и освежиться как следует.
Полотенце я использовала свое, а потом переоделась в пижаму. Предполагалось, что в родном городе несколько дней буду жить у чужой по сути женщины, потому привезла с собой не любимый комплект шортики-топик, а пижаму поскромнее: длинные свободные штанишки и рубашку с рукавами.
Вторая комната за стеной, которая делила печь пополам, оказалась маленькой спаленкой. Вместо кровати там стояла широкая скамья с матрацем, набитым душистыми травами, и легким одеялом. Это спальное место Дигна отвела своей гостье, а сама ушла спать на печь.
Засыпала я с мыслями о дороге. Хорошо, что сейчас лето, вяло шевельнулись мысли. А если бы угодила в Ардалион в разгар зимы? По заснеженными дорогам и трескучему морозу не очень-то попутешествуешь. Допустим, теплую одежду я добуду. Найду подработку, куплю утепленные штаны и шубу. Если возникнут проблемы с ночевкой, то в рюкзаке есть спички и зажигалка, буду жечь костры и греться. Вот только насколько их хватит? Зажигалка, конечно, новая, а коробок со спичками всего один. Нет, плохая идея пересекать чужую, неизвестно какими сюрпризами богатую страну в сезон холодов. Пожалуй, стоит подумать над тем, как вернуться домой до наступления этого неудобного времени года… Ведь должен же быть способ?
С этими мыслями я провалилась в сон.
Снился мне сумбур из услышанной за день информации и собственных размышлений. Бесконечные сугробы, ледяные горы, завывающая метель чередовались с жуткими монстрами, какими нафантазировались мне темные пришельцы из других реальностей. Нудный тягучий кошмар, где я убегала по колено снегу и никак не могла отделаться от этих тварей, черными тенями скользящих по ослепительно белой равнине.
- Костер! – почему-то решила я. – Мне нужен костер!
А потом замерзшими пальцами рылась в рюкзаке в поисках зажигалки. Но никак не находила.
И тут я его увидела. Костер вспыхнул посреди заснеженного поля. Где-то далеко между мной и размытой линией горизонта. Я бросилась к нему, как к последней надежде выбраться из этого вязкого кошмара…
И проснулась.
За ночь в комнатке похолодало. Даже очень. Жесткая скамья под спиной сделалась какой-то ледяной, будто я лежала на голом камне, и не в доме, а на улице в лютый мороз. Странно, неужели ночью рядом с океаном температура воздуха опускается настолько низко? Тогда почему Дигна не дала мне одеяло потеплее?
Я потянулась за имеющимся, чтобы укутаться в него как следует, и вдруг замерла.
Потому что услышала странное потрескивание.
И ощутила запах дыма. Такой сильный, что в горле запершило, а я закашлялась. Мы горим? Пожар!
- Дигна! – закричала я, пытаясь вскочить со скамьи.
Вот только никакой скамьи не было. Как и спальной комнатки. Впрочем, как и самого дома Дигны.
Вместо них была пещера, горящий в ее центре костер и девушка со спутанными волосами в одежде из шкуры, в немом изумлении уставившаяся прямо на меня.
Я ещё сплю. Точно сплю. Это же тот самый костер, к которому я бежала в своем кошмаре, разве что фон вокруг него стал иным. Бескрайняя ледяная пустыня сменилась на холодную каменную пещеру.
А черные твари? Они тоже здесь?
Беспокойно оглядевшись, поняла, что в пещере нас только двое. Я и та самая девчонка, словно сошедшая со страниц учебника по истории. Конкретно тех страниц, где древние люди охотятся на мамонтов, размахивают дубинками и щеголяют в модных мохнатых юбочках от доисторических кутюрье.
Впрочем, девочка одной юбочкой не ограничилась, на ней было полноценное, пусть и топорно, неумело сшитое платье из мягкой выделанной шкуры, и какое-то подобие то ли сапожек, то ли унтиков из шкуры погрубее. Что вполне оправдано при царящем в пещере зимнем холоде, лишь слегка разбавляемом теплом от дымного потрескивающего костра.
Длинные, беспорядочно спадающие по меховому платью до самого пояса волосы незнакомки, казалось, никогда не видели расчески и шампуня.
Девочка выглядела колоритно. Даже весьма.
Словно меня занесло в прошлое во времена первобытно-общинного строя или на псевдоисторическую тусовку любителей ну очень уж далекой старины.
Странный же сон мне решил присниться в чужом мире…
И слишком уж реалистичный.
Потому что, в отличие от предыдущего сумбурного эпизода с погоней, этот отличался излишней проработкой деталей.
Во-первых, я ощущала холод. Не тот условный «я, типо, мерзну», диктуемый сценарием расфантазировавшегося мозга. Нет, мерзла я по-настоящему. Задубела так, что зуб на зуб не попадал. Сон не озаботился такими мелочами, как теплая куртка или, на худой конец, одежка в стиле обитательницы пещеры. Я была в том же, в чем заснула – в незабудковой пижаме. С босыми ногами на ледяных камнях.
Во-вторых, слишком уж реалистично, насколько позволял увидеть неверный дергающийся свет костра, выглядело всё вокруг. Даже постоянный гость моих снов – разъяренный динозавр – и каменный остров посреди океана возникали в моих видениях не настолько отчетливыми, словно выплывали из тумана неверных воспоминаний. В пещере же каждая тень, каждая трещинка была на своем месте. Размеры ее позволяли спокойно жить целому племени таких, как стоявшая у костра первобытная девчонка. Аркообразный зев входа занавешивала толстая коричневая шкура, над которой оставалось небольшое отверстие. Дым от костра поднимался к потолку и вытягивался через эту импровизированную форточку, спасая нас от опасности угореть до смерти.
У дальней стены пещеры я разглядела сваленные вместе шкуры. Много шкур. У другой – камни и непонятные мне примитивные инструменты. И даже что-то похожее на посуду имелось. Пещера выглядела обжитой.
Девочка молчала. И наблюдала за мной с настороженным видом, словно взъерошенный диковатый волчонок, внезапно оказавшийся перед непонятным зверем. Совершенно непонимающий, то ли бежать со всех ног куда подальше, то ли броситься на неизведанного врага первым.
На вид ей было лет пятнадцать. Худенькая и, если отмыть и одеть в привычную моему глазу одежду, даже симпатичная. Лицо и руки испачканы чем-то серо-черным. Один взгляд на костер и остатки пепла вокруг него прояснил, чем именно. Ну, здравствуй, доисторическая Золушка.
- Привет! – сказала я самым спокойным голосом, на который сейчас была способна. Не хотелось пугать девочку еще больше. Она и так застыла столбом и не сводила с меня напряженного взгляда.
Но едва я начала двигаться, как первобытная Золушка в то же мгновение встала так, чтобы подрагивающий огонь оказался за ее спиной. Будто заслонила его, защищая от неведомого врага.
От меня?!
Да я всего лишь погреться хотела!
- Можно, я подойду? – попросила я умоляюще. – Замерзла как цуцик! Еще немного, и совсем превращусь в сосульку...
- Ты кто такая? – возмутилась девчонка, наконец, отмерев.
Огонь за ее спиной притягивал меня магнитом, но Золушка не собиралась к нему подпускать. Жалко ей, что ли?
- Я Есе-се-сения, – представилась я, пытаясь унять дрожь и надеясь, что вежливость напомнит девушке о законах гостеприимства, и она перестанет заслонять дорогу к теплу.
Хотя о чем я, какое гостеприимство у пещерных людей?
- Ты дух? – требовательно спросила Золушка. – Или человек?
- Вот п-п-прямо сейчас я и сама н-н-не знаю, – честно призналась я, обнимая себя за плечи. Но теплее от этого не становилось. – Это же сон… А на к-к-кого похожа?
- На человека, – отозвалась девушка с растерянностью. – Только странного.
Значит, как минимум, не прозрачная. Мало ли, кем я могу оказаться в этом нелепом сне.
Кажется, я опять непонятно где. И опять понимаю местных жителей. Потому что стоявшая передо мной девушка говорила вовсе не по-русски. И даже не на языке империи Вардгес.
В голове незрелая первобытная речь облекались в понятные для меня слова и понятия. Но если сосредоточиться, можно различить не только то, что я слышала в переводе моего мозга, но и то, что девчонка произносила на самом деле.
Возможно, каким-то неведомым образом меня занесло в одну из множества других стран Ардалиона. Хотела попутешествовать? Получи, распишись. Потому что я начинала сомневаться, что вот прямо сейчас всё вокруг меня – это сон.
Ни фига это не сон. Ни капельки. И замерзаю я совсем по-настоящему.
Поэтому отбросила вежливость и церемонии и пошла прямо к костру. Обогнула опешившую от такой наглости девчонку и с наслаждением протянула к огню руки. Блаженство! Тепло растекалось по венам, замерзшее тело начало отогреваться.
В какой-то момент мне показалось, что Золушка сейчас бросится на меня… Но она лишь хмурилась, с подозрительностью наблюдая за моими действиями.
- Ты не причинишь Огню вред? – спросила она то, что, по-видимому, беспокоило ее сильнее всего.
Она так и произнесла слово «Огню», с благоговением, будто имя божества.
- Нет, – удивленно ответила я. – А должна?
- Ты не из нашего племени, – резонно заметила Золушка. – Появилась непонятно как. Откуда я знаю, что у тебя на уме?
- Если я что-то сделаю Огню, то сама замерзну.
С этим девушка согласилась и, наконец, успокоилась.
- Я Айра, младшая дочь Матери Племени, жена Огня, – произнесла она. – И прошу, обращайся с Огнем почтительно.
Айра опустилась на кусок шкуры, лежащей у костра, поджала под себя ноги.
- Жена Огня? – изумленно повторила я.
Понятие «горячий муж» приобретало слегка иной смысл.
- Да, – подтвердила Айра, глядя на меня поверх костра. В ее карих глазах отразилось дрожащее оранжевое пламя. – Жена Огня.
И в голосе ее было столько гордости, столько священной радости, что я сразу поняла: почетный это статус, выйти замуж за костер.
Впрочем, чего я хотела от первобытных людей? Для них огонь был даже не просто живым существом, а чем-то сродни богу. Нечто пугающее, могущественное, но без чего Племя не может существовать. Если я правильно помнила из школьной программы, сами древние люди разжигать его не умели, а добывали во время лесных пожаров, от дерева, загоревшегося после удара молнии. А потом заботливо хранили, не позволяя угасать. Ведь сберечь гораздо проще, чем искать новый источник жизненно необходимого пламени.
Но причем здесь замужество?
- Айра, почему тебя выдали за Огонь замуж? – озвучила я вопрос.
Айра поняла его немного по-своему.
- Как почему? – искренне удивилась Айра. – Потому что я – младшая. Старшие дочери Матери племени – жены мужчин. Они детей рожают. Они живут жизнью Племени. Только младших дочерей делают женами Огня. Они не могу быть женами мужчин. И быть с мужчиной не могут. Мать Племени уже стара, у нее не будет других дочерей, я последняя. И потому с детства была предназначена Огню.
- И… в чем же заключается ваша с ним… семейная жизнь? – осторожно уточнила я в легком шоке от открывающихся подробностей и брачных перспектив отпрысков местного сообщества.
- Я кормлю его, – как нечто собой разумеющееся сказала Айра. – Храню. Поддерживаю в нем жизнь. Я всегда рядом с ним, слежу, чтобы мой муж не погиб.
- И потому сидишь в холодной пещере совсем одна? – догадалась я. – А где остальные? Где твое Племя?
- Мужчины на охоте. Женщины и дети гуляют.
Она махнула рукой в сторону закрытого шкурой выхода из пещеры.
Вот уж точно Золушка. Пока мать и сестры гуляют, пусть не балу, а просто на свежем воздухе, бедная девочка привязана к одному месту и даже из пещеры выйти не имеет права. И ведь искренне считает, что это ей выпала лучшая доля, ей повезло больше остальных...
А сердце мое уже заколотилось от восторженного предвкушения. Первобытное племя! Настоящее! И я его могу увидеть! Не просто на картинках в учебниках по истории или в кино, а собственными глазами!
- Ты, девонька, коли всё одно, куда путь держать, иди в столицу, в Сатдар, – советовала хозяйка. – Далёко она от нас, почитай, половину империи пересечь надобно. Зато поглядишь, как у нас красиво.
В столицу, так в столицу. Я вынула из рюкзака записную книжку и коротко застенографировала всё, что рассказывала мне Дигна. А заодно зарисовала примерный маршрут до Сатдара. С грустью вспомнила утонувший в океане смартфон. Наверно, выпал из руки, когда я в ступоре смотрела на приближающуюся стену приливной волны. Хотя толку от него в чужом мире явно было бы маловато.
- И, прошу тебя, девонька, береги себя. В обиду не давай. Эх, неразумное ты дело задумала, одной странствовать… Девушка, всё же. Даже защитить себя не сможешь. А вдруг лихие люди? А вдруг оболочка поблизости порвется? И полезут оттуда гады темные да кровожадные…
Я поёжилась. Обе перспектива не внушали оптимизма. Но… передумать не заставили.
- Дигна, а почему у вас так? Отчего оболочка рвется?
- Да кто ж ее знает? Такого раньше не было. Почитай, лет двадцать, как началось. Что-то стряслось с нашим миром, а что – никому не ведомо. Император, слыхала, войско увеличил, и если какая мерзость прорвется к нам да по землям нашим расползется, отправляет ловить.
Время до вечера быстро пролетело. Обновки сели по фигуре как влитые и неожиданно мне понравились. Получились изящные обтягивающие брючки и рубаха-туника до колен с пояском из обрезков лишней ткани. Эдакий компромисс между правилами приличия в местном обществе и удобством.
- Дигна! – восхитилась я. – Спасибо!
Хозяйка зарумянилась от удовольствия.
А потом мы в четыре руки приготовили нехитрый ужин.
Мне очень уж хотелось отблагодарить добрую рукодельницу, но она лишь отмахивалась и повторила, что поступки возвращаются по кругу: сегодня поможешь ты, а завтра – тебе.
К ночи совсем стемнело. Избу освещали лучины, и всё равно света не хватало.
Я вышла во двор подышать и обомлела. На небе, среди незнакомых созвездий, сияли три полумесяца! Маленький красный, белый – в несколько раз крупнее – и привычного лунного размера средний золотистый.
Вот сейчас я окончательно осознала, что мир этот – не какой-нибудь дальний забытый уголок моей родной Земли. Сглотнула, вдохнула полной грудью чистый свежий прохладный воздух. И улыбнулась. А ведь никогда прежде не ощущала себя настолько счастливой! Словно, потеряв дорогу домой, отбросив сомнения, условности, якоря и привязанности, я обрела нечто более важное.
Себя.
Немного жаль было родителей. Они, наверно, уже все больницы и морги обзвонили, когда поняли, что ни до какой маминой подруги их дочь так и не добралась. Только Танюха знает, где я была, когда созванивалась с ней в последний раз и так внезапно оборвалась связь. Вот только не поможет это ничем в поисках пропавшей Есении. Потому что ни в том городе, ни на Земле в целом ее больше нет.
Вздохнув, я вернулась в дом. А там меня ждал сюрприз. Оказывается, под одной крышей с жилыми помещениями располагалась и маленькая банька. Крохотные предбанник и помывочная отделялись от комнаты коридором, через который мы и попадали в избу. В помывочной имелась своя печка с баком для воды, скамейка, деревянная лохань и самодельное мыло для мытья волос и всего тела. Дигна не стала полноценно топить баньку, просто довела температуру воды в баке до комфортной, да мне и этого хватило, чтобы ополоснуться и освежиться как следует.
Полотенце я использовала свое, а потом переоделась в пижаму. Предполагалось, что в родном городе несколько дней буду жить у чужой по сути женщины, потому привезла с собой не любимый комплект шортики-топик, а пижаму поскромнее: длинные свободные штанишки и рубашку с рукавами.
Вторая комната за стеной, которая делила печь пополам, оказалась маленькой спаленкой. Вместо кровати там стояла широкая скамья с матрацем, набитым душистыми травами, и легким одеялом. Это спальное место Дигна отвела своей гостье, а сама ушла спать на печь.
Засыпала я с мыслями о дороге. Хорошо, что сейчас лето, вяло шевельнулись мысли. А если бы угодила в Ардалион в разгар зимы? По заснеженными дорогам и трескучему морозу не очень-то попутешествуешь. Допустим, теплую одежду я добуду. Найду подработку, куплю утепленные штаны и шубу. Если возникнут проблемы с ночевкой, то в рюкзаке есть спички и зажигалка, буду жечь костры и греться. Вот только насколько их хватит? Зажигалка, конечно, новая, а коробок со спичками всего один. Нет, плохая идея пересекать чужую, неизвестно какими сюрпризами богатую страну в сезон холодов. Пожалуй, стоит подумать над тем, как вернуться домой до наступления этого неудобного времени года… Ведь должен же быть способ?
С этими мыслями я провалилась в сон.
Снился мне сумбур из услышанной за день информации и собственных размышлений. Бесконечные сугробы, ледяные горы, завывающая метель чередовались с жуткими монстрами, какими нафантазировались мне темные пришельцы из других реальностей. Нудный тягучий кошмар, где я убегала по колено снегу и никак не могла отделаться от этих тварей, черными тенями скользящих по ослепительно белой равнине.
- Костер! – почему-то решила я. – Мне нужен костер!
А потом замерзшими пальцами рылась в рюкзаке в поисках зажигалки. Но никак не находила.
И тут я его увидела. Костер вспыхнул посреди заснеженного поля. Где-то далеко между мной и размытой линией горизонта. Я бросилась к нему, как к последней надежде выбраться из этого вязкого кошмара…
И проснулась.
За ночь в комнатке похолодало. Даже очень. Жесткая скамья под спиной сделалась какой-то ледяной, будто я лежала на голом камне, и не в доме, а на улице в лютый мороз. Странно, неужели ночью рядом с океаном температура воздуха опускается настолько низко? Тогда почему Дигна не дала мне одеяло потеплее?
Я потянулась за имеющимся, чтобы укутаться в него как следует, и вдруг замерла.
Потому что услышала странное потрескивание.
И ощутила запах дыма. Такой сильный, что в горле запершило, а я закашлялась. Мы горим? Пожар!
- Дигна! – закричала я, пытаясь вскочить со скамьи.
Вот только никакой скамьи не было. Как и спальной комнатки. Впрочем, как и самого дома Дигны.
Вместо них была пещера, горящий в ее центре костер и девушка со спутанными волосами в одежде из шкуры, в немом изумлении уставившаяся прямо на меня.
Глава 9.
Я ещё сплю. Точно сплю. Это же тот самый костер, к которому я бежала в своем кошмаре, разве что фон вокруг него стал иным. Бескрайняя ледяная пустыня сменилась на холодную каменную пещеру.
А черные твари? Они тоже здесь?
Беспокойно оглядевшись, поняла, что в пещере нас только двое. Я и та самая девчонка, словно сошедшая со страниц учебника по истории. Конкретно тех страниц, где древние люди охотятся на мамонтов, размахивают дубинками и щеголяют в модных мохнатых юбочках от доисторических кутюрье.
Впрочем, девочка одной юбочкой не ограничилась, на ней было полноценное, пусть и топорно, неумело сшитое платье из мягкой выделанной шкуры, и какое-то подобие то ли сапожек, то ли унтиков из шкуры погрубее. Что вполне оправдано при царящем в пещере зимнем холоде, лишь слегка разбавляемом теплом от дымного потрескивающего костра.
Длинные, беспорядочно спадающие по меховому платью до самого пояса волосы незнакомки, казалось, никогда не видели расчески и шампуня.
Девочка выглядела колоритно. Даже весьма.
Словно меня занесло в прошлое во времена первобытно-общинного строя или на псевдоисторическую тусовку любителей ну очень уж далекой старины.
Странный же сон мне решил присниться в чужом мире…
И слишком уж реалистичный.
Потому что, в отличие от предыдущего сумбурного эпизода с погоней, этот отличался излишней проработкой деталей.
Во-первых, я ощущала холод. Не тот условный «я, типо, мерзну», диктуемый сценарием расфантазировавшегося мозга. Нет, мерзла я по-настоящему. Задубела так, что зуб на зуб не попадал. Сон не озаботился такими мелочами, как теплая куртка или, на худой конец, одежка в стиле обитательницы пещеры. Я была в том же, в чем заснула – в незабудковой пижаме. С босыми ногами на ледяных камнях.
Во-вторых, слишком уж реалистично, насколько позволял увидеть неверный дергающийся свет костра, выглядело всё вокруг. Даже постоянный гость моих снов – разъяренный динозавр – и каменный остров посреди океана возникали в моих видениях не настолько отчетливыми, словно выплывали из тумана неверных воспоминаний. В пещере же каждая тень, каждая трещинка была на своем месте. Размеры ее позволяли спокойно жить целому племени таких, как стоявшая у костра первобытная девчонка. Аркообразный зев входа занавешивала толстая коричневая шкура, над которой оставалось небольшое отверстие. Дым от костра поднимался к потолку и вытягивался через эту импровизированную форточку, спасая нас от опасности угореть до смерти.
У дальней стены пещеры я разглядела сваленные вместе шкуры. Много шкур. У другой – камни и непонятные мне примитивные инструменты. И даже что-то похожее на посуду имелось. Пещера выглядела обжитой.
Девочка молчала. И наблюдала за мной с настороженным видом, словно взъерошенный диковатый волчонок, внезапно оказавшийся перед непонятным зверем. Совершенно непонимающий, то ли бежать со всех ног куда подальше, то ли броситься на неизведанного врага первым.
На вид ей было лет пятнадцать. Худенькая и, если отмыть и одеть в привычную моему глазу одежду, даже симпатичная. Лицо и руки испачканы чем-то серо-черным. Один взгляд на костер и остатки пепла вокруг него прояснил, чем именно. Ну, здравствуй, доисторическая Золушка.
- Привет! – сказала я самым спокойным голосом, на который сейчас была способна. Не хотелось пугать девочку еще больше. Она и так застыла столбом и не сводила с меня напряженного взгляда.
Но едва я начала двигаться, как первобытная Золушка в то же мгновение встала так, чтобы подрагивающий огонь оказался за ее спиной. Будто заслонила его, защищая от неведомого врага.
От меня?!
Да я всего лишь погреться хотела!
- Можно, я подойду? – попросила я умоляюще. – Замерзла как цуцик! Еще немного, и совсем превращусь в сосульку...
- Ты кто такая? – возмутилась девчонка, наконец, отмерев.
Огонь за ее спиной притягивал меня магнитом, но Золушка не собиралась к нему подпускать. Жалко ей, что ли?
- Я Есе-се-сения, – представилась я, пытаясь унять дрожь и надеясь, что вежливость напомнит девушке о законах гостеприимства, и она перестанет заслонять дорогу к теплу.
Хотя о чем я, какое гостеприимство у пещерных людей?
- Ты дух? – требовательно спросила Золушка. – Или человек?
- Вот п-п-прямо сейчас я и сама н-н-не знаю, – честно призналась я, обнимая себя за плечи. Но теплее от этого не становилось. – Это же сон… А на к-к-кого похожа?
- На человека, – отозвалась девушка с растерянностью. – Только странного.
Значит, как минимум, не прозрачная. Мало ли, кем я могу оказаться в этом нелепом сне.
Кажется, я опять непонятно где. И опять понимаю местных жителей. Потому что стоявшая передо мной девушка говорила вовсе не по-русски. И даже не на языке империи Вардгес.
В голове незрелая первобытная речь облекались в понятные для меня слова и понятия. Но если сосредоточиться, можно различить не только то, что я слышала в переводе моего мозга, но и то, что девчонка произносила на самом деле.
Возможно, каким-то неведомым образом меня занесло в одну из множества других стран Ардалиона. Хотела попутешествовать? Получи, распишись. Потому что я начинала сомневаться, что вот прямо сейчас всё вокруг меня – это сон.
Ни фига это не сон. Ни капельки. И замерзаю я совсем по-настоящему.
Поэтому отбросила вежливость и церемонии и пошла прямо к костру. Обогнула опешившую от такой наглости девчонку и с наслаждением протянула к огню руки. Блаженство! Тепло растекалось по венам, замерзшее тело начало отогреваться.
В какой-то момент мне показалось, что Золушка сейчас бросится на меня… Но она лишь хмурилась, с подозрительностью наблюдая за моими действиями.
- Ты не причинишь Огню вред? – спросила она то, что, по-видимому, беспокоило ее сильнее всего.
Она так и произнесла слово «Огню», с благоговением, будто имя божества.
- Нет, – удивленно ответила я. – А должна?
- Ты не из нашего племени, – резонно заметила Золушка. – Появилась непонятно как. Откуда я знаю, что у тебя на уме?
- Если я что-то сделаю Огню, то сама замерзну.
С этим девушка согласилась и, наконец, успокоилась.
- Я Айра, младшая дочь Матери Племени, жена Огня, – произнесла она. – И прошу, обращайся с Огнем почтительно.
Айра опустилась на кусок шкуры, лежащей у костра, поджала под себя ноги.
- Жена Огня? – изумленно повторила я.
Понятие «горячий муж» приобретало слегка иной смысл.
- Да, – подтвердила Айра, глядя на меня поверх костра. В ее карих глазах отразилось дрожащее оранжевое пламя. – Жена Огня.
И в голосе ее было столько гордости, столько священной радости, что я сразу поняла: почетный это статус, выйти замуж за костер.
Впрочем, чего я хотела от первобытных людей? Для них огонь был даже не просто живым существом, а чем-то сродни богу. Нечто пугающее, могущественное, но без чего Племя не может существовать. Если я правильно помнила из школьной программы, сами древние люди разжигать его не умели, а добывали во время лесных пожаров, от дерева, загоревшегося после удара молнии. А потом заботливо хранили, не позволяя угасать. Ведь сберечь гораздо проще, чем искать новый источник жизненно необходимого пламени.
Но причем здесь замужество?
- Айра, почему тебя выдали за Огонь замуж? – озвучила я вопрос.
Айра поняла его немного по-своему.
- Как почему? – искренне удивилась Айра. – Потому что я – младшая. Старшие дочери Матери племени – жены мужчин. Они детей рожают. Они живут жизнью Племени. Только младших дочерей делают женами Огня. Они не могу быть женами мужчин. И быть с мужчиной не могут. Мать Племени уже стара, у нее не будет других дочерей, я последняя. И потому с детства была предназначена Огню.
- И… в чем же заключается ваша с ним… семейная жизнь? – осторожно уточнила я в легком шоке от открывающихся подробностей и брачных перспектив отпрысков местного сообщества.
- Я кормлю его, – как нечто собой разумеющееся сказала Айра. – Храню. Поддерживаю в нем жизнь. Я всегда рядом с ним, слежу, чтобы мой муж не погиб.
- И потому сидишь в холодной пещере совсем одна? – догадалась я. – А где остальные? Где твое Племя?
- Мужчины на охоте. Женщины и дети гуляют.
Она махнула рукой в сторону закрытого шкурой выхода из пещеры.
Вот уж точно Золушка. Пока мать и сестры гуляют, пусть не балу, а просто на свежем воздухе, бедная девочка привязана к одному месту и даже из пещеры выйти не имеет права. И ведь искренне считает, что это ей выпала лучшая доля, ей повезло больше остальных...
А сердце мое уже заколотилось от восторженного предвкушения. Первобытное племя! Настоящее! И я его могу увидеть! Не просто на картинках в учебниках по истории или в кино, а собственными глазами!
