Ровно тридцать шесть

Зато потом мне было все видно отлично – мой жених устроил мне лучшее место. Привели первого на эшафот. Раздели почти догола, оставили в одной рубашке. Сначала его повесили, но не до конца. Он еще жив был, когда ему отрезали… ну, вы-то теперь знаете, что за это за место такое у мужчин… Потом его… ^[1]
       Элси замутило.
       – … И так одного за другим, всех четверых, – закончила рассказ горничная. Заметив, что Элси побледнела, она презрительно воскликнула: – Ну да, конечно! Это у вас все балы да приемы, а нам, простым людям, и такое интересно! Да вы, мисс, не переживайте – завтра будут казнить самого Гая Фокса! Так что приходите, не пожалеете!
       – Спасибо, – пробормотала Элси.
       – Приходите-приходите, – повторила Кэт и внезапно зловеще прибавила: – вам будет полезно это посмотреть. Скоро вас, католиков, вообще в Англии не останется.
       Элси испугалась – не самих слов, а того, что их могут услышать в толпе. Достаточно лишь не-значительного повода…
       

       Прода от 16 июня 2026

       – А те, кто прислуживал католикам, останутся? – вдруг негромко спросили рядом.
       Обе девушки разом повернули головы – и увидели Джимми Маккейна. Сердце у Элси остановилось, а потом забилось часто-часто.
       – Я работала у них по принуждению! – прошипела Кэт.
       – Конечно, – кивнул Джимми, тоном выражая обратное сказанному.
       – Мой жених мне верит, а на остальных мне…
       – Эй! Эй! В чем дело? – раздался невдалеке от них недовольный властный голос.
       Еще не повернувшись в ту сторону, Элси уже знала, кто это – капрал Хогарт. Она непроизвольно шагнула к Джимми Маккейну, а тот взял ее за руку и притянул поближе к себе.
       К облегчению Элси, слова капрала относились не к ним: двое танцоров из компании Кэт что-то не поделили и теперь пихали друг друга, стараясь сбить с ног. Когда по знаку капрала гвардейцы – неторопливо – к ним приблизились, у одного на скуле уже красовался отпечаток кулака соперника. Драчунов растащили и наградили подзатыльниками.
       – Король приказал веселиться, а не воевать! – наставительно сказал им Хогарт. – Сегодня все лавочники обязаны наливать пиво бесплатно! Так что идите и хоть залейтесь!
       Компания одобрительно зашумела, драчуны обнялись, началось оживленное обсуждение, какое питейное заведение предпочесть.
       – Ну вот, так-то лучше, – проворчал Хогарт. – Что за люди! Не успеешь оглянуться – а они уже разгромили контору Джона Брогана!
       Элси ахнула. Капрал немедленно повернулся к ней:
       – А! Я вас не заметил, мисс Броган. И ты здесь, Маккейн!
       Элси и Джимми молча кивнули в знак приветствия.
       – А меня ты не замечаешь, Билли? – вдруг спросила Кэт, кокетливо склонив голову набок и поводя плечами.
       – Кэти! – обрадовался капрал. – А я тебя потерял!
       – Ну вот, теперь нашел. Идем с нами! – она кивнула в сторону своей компании, которая, похоже, уже определилась с выбором и теперь потянулась к ближайшей таверне.
       – Ты же знаешь, сейчас не могу. Но вечером непременно загляну к тебе, моя булочка! Жди меня!
       – Тогда до вечера, котик!
       Кэт послала капралу воздушный поцелуй и побежала за своими друзьями. Этот краткий диалог если и озадачил Элси и Джимми, то только в самом начале. Теперь же они обменялись понимающими и одновременно удивленными взглядами.
       Хогарт согнал с лица плотоядную ухмылку и повернулся к ним, уже со «служебным» видом:
       – Мы не смогли подоспеть к конторе вовремя, мисс Броган. Сами видите, какая толпа. Но дюжину самых буйных мы заперли в подвале на соседнем складе. Не забыть бы про них… Сожалею, – прибавил он без тени сожаления.
       Капрал Хогарт подозвал своих гвардейцев, и отряд двинулся дальше.
       
       
       – Я должна скорее идти, – взволнованно заговорила Элси. – Отец дома… Нужно его предупредить, нужно запереть двери… Вдруг кто-нибудь опять к нам придет?
       – Никто не придет, – уверенно сказал Джимми. – Ты же слышала: их заперли.
       – Найдутся другие!
       – Нет, Элси. Я был здесь с того момента, как все начали высаживаться на пристань. После сегодняшнего зрелища большинству людей хочется чего-то противоположного – праздника, шуток. Только человек десять были явно настроены на подвиги. Им-то я и подсказал разгромить контору твоего отца.
       – Ты?! Зачем?!
       – Там никого нет. Дверь уже неделю как заколочена.
       – Ты не мог придумать ничего поумнее?! – возмутилась девушка.
       – Гораздо лучше было устроить так, чтобы они могли сразу отвести душу, – возразил Джимми. – К тому же рядом очень кстати оказались гвардейцы.
       – Все равно. Я иду домой.
       – Я тебя провожу.
       На главной улице суетились люди. Они вытаскивали козлы, устанавливали их по сторонам дороги и клали на них доски – получались длинные столы. Хозяева окрестных домов несли разную снедь, у кого что нашлось. Отовсюду слышались веселые голоса и смех. Предчувствуя возможность заработать, из Лондона перебрались в Ламбет бродячие музыканты и образовали небольшой оркестр: двое нещадно пилили свои скрипки, четверо старательно дули в деревянные, похожие букву «J» крумгорны, а один отбивал ритм на тамбурине. Исполнение не отличалось стройностью, но и слушатели были непритязательными.
       Жители Ламбета определенно намеревались устроить себе праздник. Каким бы диким это ни казалось Элси, все же она успокоилась: пусть лучше веселятся, чем кидаются камнями в окна.
       Девушка и ее спутник вскоре подошли к дому Броганов и остановились возле крыльца.
       – Джимми, – нерешительно заговорила Элси. – Я хотела тебя спросить…
       – Что, Элси? – откликнулся тот, как ей показалось, с надеждой.        
       Вопросов на языке вертелось много, например: как давно он в Ламбете; почему не приходил; думал ли он о ней все это время; надеялся ли, что она думает о нем; почему, черт возьми, он ее не поцелует, и другие в том же духе. Вместо этого она спросила:
       – Как твои ребра?
       – Спасибо, иногда ноют к дождю, – бодро откликнулся Джимми. – Но сегодня солнечно. Да и мазь Броганов оказалась волшебной.
       – Я рада, – сказала Элси. – Спасибо, что проводил.
       Маккейн медлил, не уходил, и это было невыносимо.
       – Я слышал, вы уезжаете из Ламбета.
       – Да, – кивнула девушка.
       – Что ж, счастливого пути.
       – Прощай, Джимми.
       – Прощай, Элси.
       Она повернулась, собираясь войти в дом.
       – Одну минуту, – Маккейн тронул ее за рукав.
       – Что, Джимми? – с надеждой спросила Элси.
       – Поднимись-ка на одну ступеньку. Я хочу кое-что проверить.
       Девушка удивилась, но выполнила его просьбу. Их лица оказались на одном уровне.
       – Я так и думал. Разница в росте – одна ступенька, – удовлетворенно сказал Маккейн.
       И поцеловал ее. Без всяких вопросов.
       – Теперь иди, – тихо сказал Джимми, касаясь губами ее щеки, и Элси чувствовала, что он улыбается.
       

       Прода от 17 июня 2026

       12 февраля 1606 года
       
       Прошло десять дней. Броганы заперли дом, погрузили многочисленные сундуки и свертки на баржу и отплыли из гавани Ламбета, оставив там свою прежнюю жизнь. Отец в этот день был молчалив, и Элси никак не удавалось добиться от него ясного ответа, куда они, собственно, направляются.
       В устье Темзы, в Грейвзенде, их поджидал трехмачтовый красавец-галеон. Название на борту, выложенное блестящими медными буквами, Элси разобрать не смогла: оно было написано по-гэльски.
       Разгрузка, снова погрузка, пересчитывание сундуков – и вот корабль отчалил и устремился дальше на восток. По обеим сторонам тянулись дикие лесистые берега, где только изредка виднелись отдельные домишки. Река становилась все шире, а волны – все заметнее.
       Элси еще никогда не была на таком большом судне. Ей страшно хотелось везде побывать и все осмотреть, но отец ей не позволил, сказав, что она будет мешать.
       – Хорошо, – безропотно согласилась девушка. – Тогда скажи мне, что все это значит?
       – Скоро узнаешь, – загадочно ответил Джон Броган и впервые с самого утра улыбнулся. – Мы выходим в Северное море. Идем, посмотрим.
       Они прошли на носовую часть. Голова носовой фигуры – рыцаря с мечом, которого Элси успела разглядеть с берега, – мерно покачивалась вверх-вниз, по сторонам от нее летели мелкие соленые брызги. Берега исчезли, а впереди открывался завораживающий зеленовато-свинцовый простор. На это можно было смотреть вечно.
        Элси в восторге прижалась к отцу. Тот приобнял ее, а потом вдруг повернул голову и крикнул куда-то вверх:
       – Можно нам подняться на мостик, капитан?
       – Разумеется, сэр! Вы же почетные пассажиры! – ответил знакомый голос.
       Элси мгновенно обернулась. Высокая фигура, небрежно опирающаяся на ограждение, тоже была знакома. Девушка судорожно вдохнула и выдохнуть смогла не сразу.
       
       
       Джимми Маккейн велел принести на мостик кресло для Джона Брогана, а сам, предоставив командовать своему помощнику, вызвался показать Элси судно. Он проделал это с немалой гордостью, шумно и весело, заставляя девушку повторять замысловатые названия снастей и потешаясь над тем, как она их произносила. Под конец он пообещал дать ей покрутить штурвал.
       Они остановились на корме и стали смотреть на пенящийся след, который оставлял за собой галеон.
       – Как называется это чудо? – спросила раскрасневшаяся Элси. – Я не смогла прочесть.
       – Не поверишь – «Удачливый». Нравится?
       – Очень!
       – Могу тебя обрадовать: ты будешь наслаждаться еще довольно долго. Мы направляемся в Шотландию, в Инвернесс.
       – В Инвернесс? И что мы будем там делать?       
       – Жить, – сказал Маккейн и прыснул, потому что у Элси вытянулось лицо. – Твой отец ничего тебе не сказал?
       – Нет.
       – Кремень-человек мистер Броган! Мы с ним договорились держать это в тайне.
       – Даже от меня? – прищурилась Элси.
       – Мы хотели сделать тебе сюрприз, – нашелся Джимми. – Твой отец купил дом в Инвернессе… осторожно, не свались!.. неподалеку от моего дяди Фергюса. Дядюшка владеет несколькими судами, которые ходят вдоль северного побережья и между Инвернессом и Бергеном. Он немолод, а детей у него нет. Он давно предлагал мне войти в дело, обещал впоследствии передать все мне.
       – А ты предпочел стать капитаном?
       – Да. Разве с этим, – Джимми повел рукой вокруг себя, – может что-нибудь сравниться?
       – Никогда! Рассказывай дальше.
       – Дядя Фергюс знал, что я работаю у твоего отца. После тех событий в ноябре я написал ему и спросил, не хочет ли он взять в компаньоны мистера Брогана. Дядя Фергюс заинтересовался. Пока ты гостила в Рединге, мы с твоим отцом побывали в Инвернессе. Наши родственники сразу понравились друг другу и тут же на месте обо всем договорились.
       Элси помолчала и спросила:
       – Значит, мы будем жить на родине твоих предков?
       – Ты сразу полюбишь Инвернесс, вот увидишь! Только… мой дядюшка, – Джимми с озабоченным видом потер подбородок, – поставил одно условие. Даже не знаю, как сказать…
       – Какое условие?
       – Ты должна выйти замуж.
       – За твоего дядю Фергюса? – не поняла Элси.
       – Почти, – ухмыльнулся Джимми. – За меня.
       – Не может быть!
       – Почему же? Сама понимаешь, главное – сохранить капитал в семье. Это будет чисто деловой союз.
       Девушка недоверчиво всмотрелась в его серьезное лицо. Маккейн не выдержал и улыбнулся. Элси заметила, что он больше не похож на щербатого семилетнего мальчишку.
       – У тебя вырос новый зуб? – удивилась она.
       Вопрос был глупый, но столь головокружительное предложение сбило ее с толку.
       – Нет, – вздохнул Маккейн. – Это я побывал у специального лекаря. Не уходи от вопроса. Так ты согласна?
       – Не валяй дурака, Джимми, – сердито сказала Элси. – Ты все выдумываешь.
       – Да, – сознался он. – Выдумываю. На самом деле это мое условие.
       Они выжидающие посмотрели друг на друга, а затем одновременно рассмеялись и, не думая о том, что их действия отлично просматриваются с капитанского мостика, крепко обнялись.
       – Кажется, наша совместная жизнь обещает быть веселой, – заметил Маккейн и поцеловал Элси в макушку.
       – Похоже, что так, – проговорила та куда-то в воротник его куртки. – Кстати, у меня тоже есть условие.
       – Дай, угадаю. Я должен жениться?
       – Почти. Ты дашь мне померить твой килт?
       – Конечно, – пообещал он. – И даже покажу, как его правильно надевать. А еще, если хочешь, я научусь играть на волынке.
       Элси тихо рассмеялась, а потом спросила:
       – Здесь есть лестница?
       – Конечно, здесь повсюду лестницы. Зачем тебе? Хочешь пойти куда-то еще?
       – Я хочу подняться на одну ступеньку.
       Джимми улыбнулся.
       – Мы можем обойтись и без лестницы, – сказал он, наклоняясь к ней.
       

       Прода от 18 июня 2026

       Элси хотелось еще долго-долго стоять, смотреть на пенный след и обниматься, однако пора было возвращаться на мостик.
       – Я долго уговаривал вашу дочь, сэр, – объявил Маккейн Джону Брогану, – прямо с ног сбился. Под напором веских доводов Элси согласилась выйти за меня замуж.
       – Я знал, что этим кончится, – обреченно вздохнул Броган. – Она давно в тебя влюбилась.
       – Папа! – с упреком воскликнула девушка.
       – Будем справедливы, сэр, – сказал Джимми, – я влюбился в нее еще раньше.
       – Похоже, вы не оставили мне выбора, – покачал головой Броган и заулыбался: – Благословляю.
       – Спасибо, сэр!
       Броган вытащил из кармана трубку и похлопал себя по другому карману.
       – Кажется, я забыл кисет в каюте…
       – Я принесу, папа, – сказала счастливая Элси и упорхнула.
       
       
       Оставшись вдвоем, мужчины некоторое время задумчиво молчали.
       – Да-а, – протянул Джон Броган. – Перемены…
       – Но вы ведь не боитесь перемен, сэр? – откликнулся Джимми Маккейн.
       – Нет. Всегда можно найти выход. Если я окажусь никудышным партнером, – Броган усмехнулся, – ты ведь возьмешь меня к себе в матросы, не откажешь тестю?
       – Да, вы ведь говорили, что начинали матросом! – вспомнил Джимми. – Значит, умеете управляться с парусами. Так что – по первому вашему слову, сэр…
       Оба снова замолчали.
       – Знаете, сэр, – заговорил Маккейн, – я до сих пор думаю о Пороховом заговоре.
       – Это не скоро забудется.
       – Мне почему-то не дает покоя один момент…
       – Какой?
       – Капрал Хогарт, кажется, так и не нашел того, кто перевез порох к парламенту.
       – Я об этом ничего не слышал, – покачал головой Броган.
       – Я тоже. Значит, скорее всего, этот смельчак уцелел. Хогарт посчитал, что порох перевез я на своей лодке. Но ведь такое количество пороха весит немало – вряд ли его вообще перевозили на лодке. Пришлось бы сделать несколько рейсов, а это могли бы заметить. Гораздо безопаснее было бы перевезти все за один раз на каком-нибудь большом судне, все тридцать бочонков.
       – Тридцать шесть, – поправил Броган, который во всем любил точность.
       – Впрочем, глупо думать об этом сейчас… А, вот и Элси!
       – Я немножко заблудилась, – сказала девушка, поднимаясь к ним.
       Она протянула отцу кисет.
       – Мы тебя заждались, – упрекнул ее Маккейн. – Имей в виду: в твоем ближайшем будущем, наоборот, тебе придется меня ждать.
       – О, не волнуйся, я не буду скучать! – отозвалась девушка с невинным видом.
       – Прости, Джимми, – сказал Джон Броган, – я должен был тебя предостеречь…
       Сновавшие внизу матросы перемигивались, слыша отголоски смеха, доносившиеся с капитанского мостика.
       
       
       Тем временем баржа, которая доставила своего бывшего владельца Джона Брогана и его дочь в Грейвзенд, отошла от причала и неспешным ходом отправилась в обратный путь.
       В трюме, из-за ящика с сухарями, после безуспешной попытки прогрызть его деревянную стенку высунулась крыса и засеменила по узкому проходу.