– Вот и замечательно! – заключил жрец, от которого не укрылся интерес женщины. – Точное местоположение вам сообщат позже. Возьмите связники и усилители. Вылетайте в сторону белых песков. Там аномальная зона. Ортего покажет безопасный путь вокруг.
Как только виверна начала свой разбег, раскидывая когтями мелкие камешки и песок с центральной деревенской улочки, с Лины слетело романтическое настроение. Она вцепилась в гибкое тело летуна всеми конечностями и завизжала. Ангелина только после десяти минут полета и беспрестанных уговоров раскрыть свои прекрасные глазки смогла это сделать. Она почувствовала, при взлете как сердце уходит в пятки. Виверна взлетала рывками, каждый взмах крыльев отзывался в Лине тошнотой. Вскоре виверна начала парить, поймав воздушный поток и стала лететь ровнее.
– Господи, как же я сама смогу взлететь? Страшно...
Виверна напоминала ей велосипед, только крылатый. За рога уходящие в стороны можно было держаться руками, на задние лапы поставить ноги, а изящное туловище спокойно охватывалось ногами. Мальчишки-подростки умудрялись выписывать крутые виражи на этих прекрасных созданиях, которые тоже были не прочь пошалить. Виверны звонко курлыкали, что придавало еще больше сходства с двухколесным транспортом родного мира. Синекрылые летели рядом, страхуя Лину. Сандр с тоской осматривал небесное пространство, когда думал, что Лина на него не смотрит, а ловя ее взгляд, каждый раз подбадривал улыбкой.
Вскоре показался город, он был выстроен четко в виде кольца, в середине которого была зеленая зона с озером, а над этой зоной парила воздушная переправа с такими же домиками как и внизу.
– Ну что, в верхний город или в нижний?
– В нижний, – раздраженно указал Сандр.
Виверны приземлились цокая когтями по каменному настилу. Им было тут неудобно стоять, лапы то и дело разъезжались. Все быстро спешились. Заккар взлетел, подзывая за собой виверн.
– Пусть в зеленой зоне их устроит.
– Мы пойдем снимем номер в постоялом дворе, – Анника с мужем пошли в сторону самого высокого здания.
Микаэль с Рисаром оживленно о чем-то спорили, не обращая внимания на других.
Намир с Одрианом стали изображать телохранителей. Они стояли чуть в отдалении с грозным, на сколько это возможно с их комплекцией видом. Сандр приобнял Лину за талию.
– Как тебе здесь?
– Очень красиво. А нам опять один номер на двоих снимут? – вырвалось у Лины.
– Ты против? Хотя, ты права. Я даже не в курсе женат ли я сейчас. Пойдут ненужные разговоры, – Сандр нервным движением взъерошил свои короткие волосы. – В любом случае, ночью я планирую отлучиться и найти нам духовника.
Сандр вспомнил, что так и не подал прошение о разводе, не до этого было. Может Софири оформила? Она сильно обижена. В их случае, даже обряд расторжения проводить не надо. Просто оформить нужные бумаги. А брачная метка уже выжжена вместе с крыльями, он ведь нарушил брачную клятву. Но все же официальные бумаги кто-то должен был оформить.
Сандра вдруг осенило. Только сейчас, другим взглядом, он увидел всю картину произошедших событий. А ведь Софири не выгоден развод. Если Микаэль остался бы прислужником белокрылых при монастыре, в таком случае, он отказался бы от мирской жизни и от своего имущества. Сам Алисандр бы стал заложником купола на острове отверженных и весь остаток имущества, после так называемого пожертвования в храм, отошел бы его жене. Она весьма расчетлива, не смотря на то, какую трагедию разыграла перед всем светом.
“Дохлый гирт! Похоже меня провели! Я ведь и правда был в таком состоянии, что не помню подробностей. Но если магия сама себя выжгла? Значит… Значит виновен”.
Сандр не думал, что когда-нибудь он будет не против такого трагического стечения обстоятельств. Он наконец увидел мир в правильном свете, а главное встретил Лину. Еще подумал, что надо обязательно объясниться с Ангелиной. Он не хотел выглядеть в ее глазах подлецом.
Лина отошла от Сандра, чтобы он не видел ее расстроенного выражения лица и тревоги, которую она испытала узнав, что целую ночь проведет без своей единственной опоры и защиты в этом, как выяснилось, небезопасном мире. Лину не так волновала физическая безопасность, как то, что она останется в одиночестве, не укрытая его крылом. Она переключила свое внимание и начала с любопытством осматривать окрестности.
Город поражал яркими красками и чистотой. Лина поймала себя на мысли, что тут можно и в домашних тапочках ходить. Мостовые были выложены отшлифованными камешками, только не серыми, а яркими. Они напоминали полудрагоценные, добываемые на земле. А вот соседний дом выложен из кварца. Лина подошла рассмотреть поближе, камень был теплый на ощупь. Нет, не кварц, но похож. Лина рассматривала стену, чуть ли носом туда не уткнулась.
– Кыш! – донеслось сзади. Одновременно с этим ее косынку потянуло вверх.
Свесившись с окна, крупный кот заинтересовался добычей, маячившей прямо под открытым окном. Именно такого, с рожками, Лина уже видела, только у этого экземпляра шерстка была зеленая с черными пятнышками. Сандр подбежал, посмеиваясь, он помог отцепить коготь от косынки. Кот издал недовольное: “Маурлык”. Он махнул пушистым хвостом и скрылся в доме.
– Вот как тебя одну оставить?
Лина расплылась в улыбке и, поднявшись на цыпочки, чмокнула Аллисандра в губы.
Алисандр тясячу раз повторил инструкции синекрылым мужчинам. Он после недолгой отлучки вернулся с кучей артефактов, которые были, вероятно, очень редкими, потому что мужчины с таким благоговением держали их в руках и рассматривали. Сандр объяснял, как ими пользоваться, то и дело кидая взгляд на Лину. Ему так не хотелось ее покидать, но тащить за собой было еще опаснее.
Сандр, пока никто не видит, для своего спокойствия, еще успел взять клятву с синекрылых о неприченении вреда призванной, те понимающе кивнули головой и незамедлительно поклялись.
В гостиницу заселились без проблем, постояльцев практически не было. Лине взяли самые большие апартаменты с комнатой для слуг. В этой комнате решили остаться Аника и Эрик. Все равно Сандру было тревожно. Гостиница была просторная. Обычно гостиницы забиты под завязку именно на небесных переправах. Риннигатам совершающим долгий перелет незачем тратить силы на спуск на землю. Переправа оборудована всем необходимым. А внизу селятся те, кто прилетел конкретно в этот город по делам. Или попросту не хватило денег, оплатить более статусную гостиницу в небе. Лина сравнила ее с зоной терминала в аэропорту. Сандр пообещал, что обязательно устроит экскурсию по самым красивым переправам. А сейчас, без крыльев у половины сопровождающих, безопаснее твердо стоять не земле.
Жилые дома, как правило, строятся на земле. Все же были случаи, когда переправы падали вниз. Конечно, крылатые успевали эвакуироваться, но имущество уже было не спасти. Храмы также строятся на земле, чтобы каждый Риннигат смог посетить без усилий это место. А часовни для обрядов строятся только в небе и тут хочешь, не хочешь, нужно взлететь.
Сандр попрощался со всеми до утра. Поцеловал Лине руку, непозволительно долго задержав губы на нежной коже запястья. Уходя, попросил Микаэля проводить его.
– Микаэль. Присмотришь за Линой?
– Конечно! Мог бы и не просить.
– Мик, я влюбился. Ты, наверное, меня не поймешь, пока не повзрослеешь. Твоя мама подарила мне тебя и я благодарен ей за это. Но я понял, что между нами не было любви.
Микаэлю было невыносимо больно от этих слов. Нет, он не понимал, как такое возможно. Да, он видел, как отец смотрит на Лину. На маму он никогда так не смотрел. Осознание горечью оседало на душе.
– Микаэль, прости. Я ничего не могу с собой поделать. Вот возьми, я готовил этот подарок тебе. Хочу вручить сам. Я не знаю, как жизнь дальше повернется, но очень надеюсь, ты меня простишь и поймешь.
Сандр преподнес сыну рукоятку от меча. В ней были отверстия разных форм.
– Я верю, ты наполнишь его. Это будет легендарный меч.
Сандр ушел, не оборачиваясь. Он понимал, что Микаэлю нужно время. А Мик стоял с влажными глазами, глядя вслед отцу, весь его привычный мир был разрушен и он не знал, как его отстроить обратно.
На краю небесной переправы стояли две фигуры, глядя вниз.
– Здесь?
– Да, спускаемся.
Сандр ждал чего угодно, но не того, что Димитрий встретит его на пороге своего дома со словами: “Наконец-то, у меня уже ноги промерзли тебя ждать. Заходи, не стой столбом, поговорим в тепле”.
Дом из добротной древесины был весьма уютен, хоть и мал. В большой печи горел настоящий огонь, он голодно облизывал крупные ветки белого дерева. Димитрий прихватил с собой еще немного редкой древесины со двора и подкинул в печь. Огонь взвился ввысь, довольно заурчав.
– Мне нравится жар настоящего огня. Ради него я готов летать к подножию гор и таскать белое дерево. Оно из-за пористости полегче и отлично горит. Для меня это единственное развлечение. Мне уже надоело перечитывать книги и перестраивать этот дом.
Димитрий взял с печи кувшин с горячим отваром. Сандр обратил внимание, что печь была самодельной. и на самом верху Димитрий обустроил себе спальное место. Очень оригинальное решение. Наверняка там тепло отдыхать.
Сандр уселся на стул странной конструкции и тут же подскочил ведомый инстинктами, так как стал заваливаться назад.
Димитрий непонимающе обернулся на шум. А Сандр решил присмотреться к сидячему месту. Выгнутые полозья делали стул неустойчивым. Он шатался вперед-назад, но видимо так и было задумано. Сандр еще раз покачал стул и сел на знакомый с детства табурет. А Димитрий, явно желавший выговориться, начал свой рассказ без предисловий. Попутно он разливал отвар на две чашки, доставал из шкафов узорчато-плетеные салфетки из сухой травы власовки. Сандр сразу смекнул, кому принадлежит сие кропотливое творчество.
– Я все еще жив только потому, что разыграл правильно свой уход. Жрецы не подозревают, что я унес собой их тайну. Я ждал удобный случай и нужного риннигата, чтобы рассказать то, о чем молчу уже долгие годы. Да кто бы мне поверил? А самое главное, никто бы не смог противостоять системе. Но ко мне приходят видения. Видение о тебе и девушке призванной в этот мир. Я ждал, я очень долго ждал. Хорошо, что ты чернокрылый. Год назад ты бы мне не поверил. Кстати, как ощущения по ту сторону баррикад? Радуйся, эти события сбили твою спесь златокрылый и открыли глаза. А главное радуйся, что не прошел обряд раскаяния! – Димитрий выставил указательный палец вверх и широко улыбнулся. – Да и новости я тоже читаю, когда изредка спускаюсь. Ты у нас личность известная. Благо меня уже не узнают. Димитрий присел за стол напротив и умолк. Он загадочно посматривал на Сандра.
– И-и-и? Чем же это хорошо? – не выдержал чернокрылый эту паузу.
– Обряд просто меняет цвет крыльев, – Сандр на это покивал с выражением лица “это же очевидно”. – Ты не понял, просто цвет, а суть не меняется. Вместе с тем накладывается иллюзия, что дар есть в том же виде, что и был. Еще возвращают магический потенциал, но… – Димитрий покачал головой. Затем он пригубил свой отвар и как-будто отрешился от этого мира. Его пустой взгляд говорил о том, что его мысли далеко отсюда.
Сандр нетерпеливо заерзал. Вот правду говорят, белокрылые не от мира сего.
– Можно узнать подробности, раз уж я заскочил на огонек? – Сандр подумал, что действительно удачно залетел. Если только этот белоперый не тронулся тут умом.
Димитрий резко вынырнул из своего состояния.
– Прости! При помощи обряда силой перестраивают магические потоки обратно. Крылья возвращают цвет, но каналы истончаются, да и вовсе начинают сбоить. Правильную структуру не удается восстановить в первозданном виде. Чем чаще прибегают к обряду, тем хуже получается сделать возврат.
Белокрылые установили жесткие условия допуска к обряду даже не не из-за отката, который получают глупцы, ученики проводившие такой по указке. А из-за того, что легче сослать очередного чернокрылого, чем посвящать в свою тайну. Заметь, только риннигаты из высших кругов прошли обряд, с них взяли клятву скрывать произошедшее при ритуале. Да и этим баловням судьбы – элите, не хочется терять свое положение, раскрывая такую неприглядную правду. А так они числятся прощенными волеей мироздания.
Сандр не чувствовал обжигающего кипятка в чашке, настолько ошарашен был рассказом. Он все же скептически отнесся к этим словам.
– Да половина белокрылых уж не знаю, что натворили, но они напрочь без дара. Там уже никакие усилители не помогают. Поэтому им нужна призванная как воздух. Я правда не знаю, что они задумали. То ли впервые дать разрешение на брак белокрылому, то ли у них подготовлен нужный жених. А хранитель, как самый приближенный к девушке, должен был бы направлять ее в нужное для них русло. Продавать места рядом с призванной очень выгодно.
Сандр при этих словах испытал укол ревности. В предыдущих случаях хранители призванных и становились мужьями, но это не обязательное условие.
– А что тогда с теми у кого крылья почернели?
– А у тебя перестроились магические потоки, теперь ты можешь черпать магию не из своего источника, а из окружающего мира. Не все просто. Нужно заново учиться владеть магией и летать. У тебя, наверное, и мысли не возникало прощупать пространство вокруг? Ты по привычке обращался к внутреннему резерву. Риннигаты с такими способностями, как у тебя, опасны. Ты можешь брать энергию извне, а при желании выпить досуха магию любого риннигата.
Сандр ошарашено смотрел на Димитрия. Он все еще ему не верил.
– Все же нужно учесть, что крылья не просто так чернеют. Большинство риннигатов действительно отступились, такие опасны для общества. Еще на заре нашей цивилизации жрецами было принято решение не рассказывать о перестройке потоков. Чернокрылые ссылались на остров и, если там они и догадывались о своей особенности, то не могли об этом поведать. – Димитрий видел недоверчивый взгляд Алисандра. – Сама постановка клятвы сыграла с тобой злую шутку. Да и жена твоя предпочла не давать никаких обещаний. Поэтому она была свободна в действиях, а ты нет. Ты действительно не смог уберечь ее от падения. Магия не видит обстоятельств, только факты. Да и сам ты почувствовал вину, вот и дал клятве сжечь свой источник. Я видел это в видении.
Изначально жрецы хотели как лучше. Но они допустили ошибку, желая контролировать этот мир сами. Духовники придумали клятвы, как опору для законов, и вплели в магическую формулу откат за нарушение. Но мы всего лишь смертные. Куда нам тягаться с законами вселенной? Получилось некое противодействие природной магии. Вот и закон равновесия проявил себя. Если живое существо лишается чего-то, то обязательно тело восполнит потерянное другим способом.
– Я правильно понимаю, что следствием этой ошибки стало вырождение нашего народа? И дикие земли не просто так захватывают наши территории.
Димитий многозначительно посмотрел на чернокрылого.
– Белокрылые не могут уронить честь своего клана. Они не признаются в своих ошибках. Заметь, не один духовник не был уличен в нарушении клятв. Думаешь, они такие святые? Просто, по факту они не раз прибегали к обряду, сам понимаешь, почему теперь они увиливают от своих прямых обязанностей, даровать благословение.
Глава 21
Как только виверна начала свой разбег, раскидывая когтями мелкие камешки и песок с центральной деревенской улочки, с Лины слетело романтическое настроение. Она вцепилась в гибкое тело летуна всеми конечностями и завизжала. Ангелина только после десяти минут полета и беспрестанных уговоров раскрыть свои прекрасные глазки смогла это сделать. Она почувствовала, при взлете как сердце уходит в пятки. Виверна взлетала рывками, каждый взмах крыльев отзывался в Лине тошнотой. Вскоре виверна начала парить, поймав воздушный поток и стала лететь ровнее.
– Господи, как же я сама смогу взлететь? Страшно...
Виверна напоминала ей велосипед, только крылатый. За рога уходящие в стороны можно было держаться руками, на задние лапы поставить ноги, а изящное туловище спокойно охватывалось ногами. Мальчишки-подростки умудрялись выписывать крутые виражи на этих прекрасных созданиях, которые тоже были не прочь пошалить. Виверны звонко курлыкали, что придавало еще больше сходства с двухколесным транспортом родного мира. Синекрылые летели рядом, страхуя Лину. Сандр с тоской осматривал небесное пространство, когда думал, что Лина на него не смотрит, а ловя ее взгляд, каждый раз подбадривал улыбкой.
Вскоре показался город, он был выстроен четко в виде кольца, в середине которого была зеленая зона с озером, а над этой зоной парила воздушная переправа с такими же домиками как и внизу.
– Ну что, в верхний город или в нижний?
– В нижний, – раздраженно указал Сандр.
Виверны приземлились цокая когтями по каменному настилу. Им было тут неудобно стоять, лапы то и дело разъезжались. Все быстро спешились. Заккар взлетел, подзывая за собой виверн.
– Пусть в зеленой зоне их устроит.
– Мы пойдем снимем номер в постоялом дворе, – Анника с мужем пошли в сторону самого высокого здания.
Микаэль с Рисаром оживленно о чем-то спорили, не обращая внимания на других.
Намир с Одрианом стали изображать телохранителей. Они стояли чуть в отдалении с грозным, на сколько это возможно с их комплекцией видом. Сандр приобнял Лину за талию.
– Как тебе здесь?
– Очень красиво. А нам опять один номер на двоих снимут? – вырвалось у Лины.
– Ты против? Хотя, ты права. Я даже не в курсе женат ли я сейчас. Пойдут ненужные разговоры, – Сандр нервным движением взъерошил свои короткие волосы. – В любом случае, ночью я планирую отлучиться и найти нам духовника.
Сандр вспомнил, что так и не подал прошение о разводе, не до этого было. Может Софири оформила? Она сильно обижена. В их случае, даже обряд расторжения проводить не надо. Просто оформить нужные бумаги. А брачная метка уже выжжена вместе с крыльями, он ведь нарушил брачную клятву. Но все же официальные бумаги кто-то должен был оформить.
Сандра вдруг осенило. Только сейчас, другим взглядом, он увидел всю картину произошедших событий. А ведь Софири не выгоден развод. Если Микаэль остался бы прислужником белокрылых при монастыре, в таком случае, он отказался бы от мирской жизни и от своего имущества. Сам Алисандр бы стал заложником купола на острове отверженных и весь остаток имущества, после так называемого пожертвования в храм, отошел бы его жене. Она весьма расчетлива, не смотря на то, какую трагедию разыграла перед всем светом.
“Дохлый гирт! Похоже меня провели! Я ведь и правда был в таком состоянии, что не помню подробностей. Но если магия сама себя выжгла? Значит… Значит виновен”.
Сандр не думал, что когда-нибудь он будет не против такого трагического стечения обстоятельств. Он наконец увидел мир в правильном свете, а главное встретил Лину. Еще подумал, что надо обязательно объясниться с Ангелиной. Он не хотел выглядеть в ее глазах подлецом.
Лина отошла от Сандра, чтобы он не видел ее расстроенного выражения лица и тревоги, которую она испытала узнав, что целую ночь проведет без своей единственной опоры и защиты в этом, как выяснилось, небезопасном мире. Лину не так волновала физическая безопасность, как то, что она останется в одиночестве, не укрытая его крылом. Она переключила свое внимание и начала с любопытством осматривать окрестности.
Город поражал яркими красками и чистотой. Лина поймала себя на мысли, что тут можно и в домашних тапочках ходить. Мостовые были выложены отшлифованными камешками, только не серыми, а яркими. Они напоминали полудрагоценные, добываемые на земле. А вот соседний дом выложен из кварца. Лина подошла рассмотреть поближе, камень был теплый на ощупь. Нет, не кварц, но похож. Лина рассматривала стену, чуть ли носом туда не уткнулась.
– Кыш! – донеслось сзади. Одновременно с этим ее косынку потянуло вверх.
Свесившись с окна, крупный кот заинтересовался добычей, маячившей прямо под открытым окном. Именно такого, с рожками, Лина уже видела, только у этого экземпляра шерстка была зеленая с черными пятнышками. Сандр подбежал, посмеиваясь, он помог отцепить коготь от косынки. Кот издал недовольное: “Маурлык”. Он махнул пушистым хвостом и скрылся в доме.
– Вот как тебя одну оставить?
Лина расплылась в улыбке и, поднявшись на цыпочки, чмокнула Аллисандра в губы.
***
Алисандр тясячу раз повторил инструкции синекрылым мужчинам. Он после недолгой отлучки вернулся с кучей артефактов, которые были, вероятно, очень редкими, потому что мужчины с таким благоговением держали их в руках и рассматривали. Сандр объяснял, как ими пользоваться, то и дело кидая взгляд на Лину. Ему так не хотелось ее покидать, но тащить за собой было еще опаснее.
Сандр, пока никто не видит, для своего спокойствия, еще успел взять клятву с синекрылых о неприченении вреда призванной, те понимающе кивнули головой и незамедлительно поклялись.
В гостиницу заселились без проблем, постояльцев практически не было. Лине взяли самые большие апартаменты с комнатой для слуг. В этой комнате решили остаться Аника и Эрик. Все равно Сандру было тревожно. Гостиница была просторная. Обычно гостиницы забиты под завязку именно на небесных переправах. Риннигатам совершающим долгий перелет незачем тратить силы на спуск на землю. Переправа оборудована всем необходимым. А внизу селятся те, кто прилетел конкретно в этот город по делам. Или попросту не хватило денег, оплатить более статусную гостиницу в небе. Лина сравнила ее с зоной терминала в аэропорту. Сандр пообещал, что обязательно устроит экскурсию по самым красивым переправам. А сейчас, без крыльев у половины сопровождающих, безопаснее твердо стоять не земле.
Жилые дома, как правило, строятся на земле. Все же были случаи, когда переправы падали вниз. Конечно, крылатые успевали эвакуироваться, но имущество уже было не спасти. Храмы также строятся на земле, чтобы каждый Риннигат смог посетить без усилий это место. А часовни для обрядов строятся только в небе и тут хочешь, не хочешь, нужно взлететь.
Сандр попрощался со всеми до утра. Поцеловал Лине руку, непозволительно долго задержав губы на нежной коже запястья. Уходя, попросил Микаэля проводить его.
– Микаэль. Присмотришь за Линой?
– Конечно! Мог бы и не просить.
– Мик, я влюбился. Ты, наверное, меня не поймешь, пока не повзрослеешь. Твоя мама подарила мне тебя и я благодарен ей за это. Но я понял, что между нами не было любви.
Микаэлю было невыносимо больно от этих слов. Нет, он не понимал, как такое возможно. Да, он видел, как отец смотрит на Лину. На маму он никогда так не смотрел. Осознание горечью оседало на душе.
– Микаэль, прости. Я ничего не могу с собой поделать. Вот возьми, я готовил этот подарок тебе. Хочу вручить сам. Я не знаю, как жизнь дальше повернется, но очень надеюсь, ты меня простишь и поймешь.
Сандр преподнес сыну рукоятку от меча. В ней были отверстия разных форм.
– Я верю, ты наполнишь его. Это будет легендарный меч.
Сандр ушел, не оборачиваясь. Он понимал, что Микаэлю нужно время. А Мик стоял с влажными глазами, глядя вслед отцу, весь его привычный мир был разрушен и он не знал, как его отстроить обратно.
***
На краю небесной переправы стояли две фигуры, глядя вниз.
– Здесь?
– Да, спускаемся.
Глава 22
Сандр ждал чего угодно, но не того, что Димитрий встретит его на пороге своего дома со словами: “Наконец-то, у меня уже ноги промерзли тебя ждать. Заходи, не стой столбом, поговорим в тепле”.
Дом из добротной древесины был весьма уютен, хоть и мал. В большой печи горел настоящий огонь, он голодно облизывал крупные ветки белого дерева. Димитрий прихватил с собой еще немного редкой древесины со двора и подкинул в печь. Огонь взвился ввысь, довольно заурчав.
– Мне нравится жар настоящего огня. Ради него я готов летать к подножию гор и таскать белое дерево. Оно из-за пористости полегче и отлично горит. Для меня это единственное развлечение. Мне уже надоело перечитывать книги и перестраивать этот дом.
Димитрий взял с печи кувшин с горячим отваром. Сандр обратил внимание, что печь была самодельной. и на самом верху Димитрий обустроил себе спальное место. Очень оригинальное решение. Наверняка там тепло отдыхать.
Сандр уселся на стул странной конструкции и тут же подскочил ведомый инстинктами, так как стал заваливаться назад.
Димитрий непонимающе обернулся на шум. А Сандр решил присмотреться к сидячему месту. Выгнутые полозья делали стул неустойчивым. Он шатался вперед-назад, но видимо так и было задумано. Сандр еще раз покачал стул и сел на знакомый с детства табурет. А Димитрий, явно желавший выговориться, начал свой рассказ без предисловий. Попутно он разливал отвар на две чашки, доставал из шкафов узорчато-плетеные салфетки из сухой травы власовки. Сандр сразу смекнул, кому принадлежит сие кропотливое творчество.
– Я все еще жив только потому, что разыграл правильно свой уход. Жрецы не подозревают, что я унес собой их тайну. Я ждал удобный случай и нужного риннигата, чтобы рассказать то, о чем молчу уже долгие годы. Да кто бы мне поверил? А самое главное, никто бы не смог противостоять системе. Но ко мне приходят видения. Видение о тебе и девушке призванной в этот мир. Я ждал, я очень долго ждал. Хорошо, что ты чернокрылый. Год назад ты бы мне не поверил. Кстати, как ощущения по ту сторону баррикад? Радуйся, эти события сбили твою спесь златокрылый и открыли глаза. А главное радуйся, что не прошел обряд раскаяния! – Димитрий выставил указательный палец вверх и широко улыбнулся. – Да и новости я тоже читаю, когда изредка спускаюсь. Ты у нас личность известная. Благо меня уже не узнают. Димитрий присел за стол напротив и умолк. Он загадочно посматривал на Сандра.
– И-и-и? Чем же это хорошо? – не выдержал чернокрылый эту паузу.
– Обряд просто меняет цвет крыльев, – Сандр на это покивал с выражением лица “это же очевидно”. – Ты не понял, просто цвет, а суть не меняется. Вместе с тем накладывается иллюзия, что дар есть в том же виде, что и был. Еще возвращают магический потенциал, но… – Димитрий покачал головой. Затем он пригубил свой отвар и как-будто отрешился от этого мира. Его пустой взгляд говорил о том, что его мысли далеко отсюда.
Сандр нетерпеливо заерзал. Вот правду говорят, белокрылые не от мира сего.
– Можно узнать подробности, раз уж я заскочил на огонек? – Сандр подумал, что действительно удачно залетел. Если только этот белоперый не тронулся тут умом.
Димитрий резко вынырнул из своего состояния.
– Прости! При помощи обряда силой перестраивают магические потоки обратно. Крылья возвращают цвет, но каналы истончаются, да и вовсе начинают сбоить. Правильную структуру не удается восстановить в первозданном виде. Чем чаще прибегают к обряду, тем хуже получается сделать возврат.
Белокрылые установили жесткие условия допуска к обряду даже не не из-за отката, который получают глупцы, ученики проводившие такой по указке. А из-за того, что легче сослать очередного чернокрылого, чем посвящать в свою тайну. Заметь, только риннигаты из высших кругов прошли обряд, с них взяли клятву скрывать произошедшее при ритуале. Да и этим баловням судьбы – элите, не хочется терять свое положение, раскрывая такую неприглядную правду. А так они числятся прощенными волеей мироздания.
Сандр не чувствовал обжигающего кипятка в чашке, настолько ошарашен был рассказом. Он все же скептически отнесся к этим словам.
– Да половина белокрылых уж не знаю, что натворили, но они напрочь без дара. Там уже никакие усилители не помогают. Поэтому им нужна призванная как воздух. Я правда не знаю, что они задумали. То ли впервые дать разрешение на брак белокрылому, то ли у них подготовлен нужный жених. А хранитель, как самый приближенный к девушке, должен был бы направлять ее в нужное для них русло. Продавать места рядом с призванной очень выгодно.
Сандр при этих словах испытал укол ревности. В предыдущих случаях хранители призванных и становились мужьями, но это не обязательное условие.
– А что тогда с теми у кого крылья почернели?
– А у тебя перестроились магические потоки, теперь ты можешь черпать магию не из своего источника, а из окружающего мира. Не все просто. Нужно заново учиться владеть магией и летать. У тебя, наверное, и мысли не возникало прощупать пространство вокруг? Ты по привычке обращался к внутреннему резерву. Риннигаты с такими способностями, как у тебя, опасны. Ты можешь брать энергию извне, а при желании выпить досуха магию любого риннигата.
Сандр ошарашено смотрел на Димитрия. Он все еще ему не верил.
– Все же нужно учесть, что крылья не просто так чернеют. Большинство риннигатов действительно отступились, такие опасны для общества. Еще на заре нашей цивилизации жрецами было принято решение не рассказывать о перестройке потоков. Чернокрылые ссылались на остров и, если там они и догадывались о своей особенности, то не могли об этом поведать. – Димитрий видел недоверчивый взгляд Алисандра. – Сама постановка клятвы сыграла с тобой злую шутку. Да и жена твоя предпочла не давать никаких обещаний. Поэтому она была свободна в действиях, а ты нет. Ты действительно не смог уберечь ее от падения. Магия не видит обстоятельств, только факты. Да и сам ты почувствовал вину, вот и дал клятве сжечь свой источник. Я видел это в видении.
Изначально жрецы хотели как лучше. Но они допустили ошибку, желая контролировать этот мир сами. Духовники придумали клятвы, как опору для законов, и вплели в магическую формулу откат за нарушение. Но мы всего лишь смертные. Куда нам тягаться с законами вселенной? Получилось некое противодействие природной магии. Вот и закон равновесия проявил себя. Если живое существо лишается чего-то, то обязательно тело восполнит потерянное другим способом.
– Я правильно понимаю, что следствием этой ошибки стало вырождение нашего народа? И дикие земли не просто так захватывают наши территории.
Димитий многозначительно посмотрел на чернокрылого.
– Белокрылые не могут уронить честь своего клана. Они не признаются в своих ошибках. Заметь, не один духовник не был уличен в нарушении клятв. Думаешь, они такие святые? Просто, по факту они не раз прибегали к обряду, сам понимаешь, почему теперь они увиливают от своих прямых обязанностей, даровать благословение.
