Каждому было невыносимо просто ждать, когда истекут последние сорок минут, отведенные королем, и каждому хотелось услышать хотя бы предположение о тайне, с которой жил Континент многие столетия. И хотя мало кто верил, что я в самом деле могу сказать что-то принципиально важное, пропускать шоу никто не хотел.
Меня посадили за стол в самом центре шатра, на виду у всех. Больше сотни глаз жадно вглядывались в мое лицо, гадая, что такого важного может сообщить простая стажерка, пусть и королевский маг. Папа тоже был здесь, стоял в тени недалеко от моего стола. Ему не нравилось ни внимание, направленное на меня, ни само мое заявление, но противиться или как-то мешать он не собирался.
Сама же я впервые жизни не волновалась перед публикой. Мне было все равно, поверят мне или нет, дослушают или разочарованно разойдутся. Единственное, что волновало меня сейчас – когда вернется Арейн, все остальное лишь помогало отвлечься от бьющихся в сердце секунд. Возможно, последних секунд его жизни.
- Начну с того, что мне снились сны… - начала, прокашлявшись. Рассказывала обо всем. О своих видениях, о предположениях Эрика, о собственных наблюдениях. Затем перешла к расследованию. Рассказала о странных находках в поведении жертв, и о том, что среди сильных магов не хватает только одного дара – иллюзий. А затем перешла к тому, как странно сегодня вел себя Маркус.
На этом моменте папа резко выдохнул, но ничего не сказал.
- …и тогда мне пришла в голову мысль. Во снах не было ответа, какими дарами обладали «особые гости», но что если они были такими же сильными магами с высшей, десятой, ступенью владения дара одного направления, какие сейчас собирает преступник? Что если...
- В медальоне они пытались собрать силы всех даров? – Высказал кто-то мою мысль. На самом деле, она не была новой и звучала среди самых популярных предположений не раз, но вся теория разбивалась об отсутствие доказательств и суровую реальность магической науки. Ведь каким-либо образом отделить дар от тела мага и, уж тем более, передать другому, помимо очевидного прямого наследования от родителя к ребенку, считалось абсолютно невозможным. Единственные, кому было отчасти такое подвластно – артефакторы, суть дара которых и заключается в том, чтобы закреплять внутреннюю магическую энергию во внешнем предмете. Но их способности ничто по сравнению со столь глобальной задумкой.
- Да. – Подтвердила. - И ровно то же самое пытается повторить наш преступник.
- Ты думаешь, он понял принцип сбора магии? – Сдавленно спросил главный следователь, то бледнеющий от того, что в расследовании в кои-то веки появилась здоровая версия, то краснеющий от того, что ее принесла стажерка.
- Думаю, что он понял именно принцип сбора, но не принцип передачи, - уточнила.
- А принцип передачи уловил тот самый маг, что проводил первый эксперимент, - подхватил кто-то, - и поэтому наш преступник решил отправиться в Пустошь – чтобы достать тот самый медальон, который вполне вероятно уцелел.
- Да, - кивнула.
- Но как он использовал магию Пустоши? – Спросил кто-то из толпы.
- А не существует никакой магии Пустоши, - улыбнулась, - мне кажется, всё, что мы ощущаем – это процесс выхода магии из тела мага. И это мое второе предположение, объясняющее, что пошло не так в Пустоши. Я думаю, что магии, отдаваемой в добровольном порядке, для изначального заклинания не хватило. Об этом частично свидетельствует диалог изобретателя и его старшего наставника. Последний произнес фразу «значит, убей», что, скорее всего, относилось к тому, что для завершения заклинания из «особых гостей» придется вытянуть всю магию, а не только ту часть, что они готовы были отдать. Но ученый не решился, и заклинание вышло из-под контроля, разрослось под воздействием внешних факторов и начало вытягивать магию вообще из всех, до кого смогло добраться, наращивая мощь, не находя завершенности забирая всё больше. Поэтому тела Призраков и наших жертв так выглядят: из них вытянули всё - магию и саму жизнь. И поэтому же они охотятся за живыми и поглощают нашу магию – это инстинктивная попытка вернуть то, что у них забрали.
Все погрузились в глубочайшую задумчивость.
А я готова была говорить бесконечно, лишь бы отвлечь всех от того, что время Арейна скоро подойдет к концу. Думать о том, что он, скорее всего, уже погиб я не собиралась – он вернется, обязательно вернется! Пусть только попробует не вернуться, ему еще род возрождать!
- Звучит достаточно правдоподобно, - прозвучал вдруг голос одного из наших ведущих ученых, - многие механизмы мне понятны, например, способ забирать магию из тела мага изучается нами давно и, могу сказать, что перспективы достичь чего-то подобного для магов с даром артефактора весьма благоприятные. Чисто теоретически возможно и переместить магию в предмет по принципу создания артефактов. Уже на грани фантастического использовать такой предмет, но все же не могу с уверенностью заявить, что это невозможно.
- Постойте, но раз Призраки это бывшие люди… выходит, что они в какой-то степени… разумны? – Чей-то дрожащий голос.
Я пожала плечами.
- Раз они смогли как-то до меня достучаться, весьма вероятно, что да.
- Но тогда в какой степени их можно считать живыми? Можно ли говорить о них, как о необратимых монстрах, или как о… больных людях? Ведь получается… они не до конца умерли?
Вот теперь воцарилась по-настоящему звенящая тишина.
Переварив, мы все обернулись к нашей скромной кучке ученых магов-жизни и лекарей. Те пребывали в прострации.
- Трудно сказать, - наконец выдавил один из них, - никто ни разу так и не смог поймать хотя бы одного Призрака для изучения, хотя попытки были, но их быстро сочли негуманными по отношению к погибающим «ловителям». Королевские маги слишком ценны, чтобы отдавать их жизни десятками. Но чисто теоретически… Призраков действительно можно счесть не до конца погибшими людьми. Другой вопрос – как они могут жить столь долго?
- Маги не стареют сами по себе, - напомнил один из магов жизни, - по сути, Призракам создали условия, при которых естественная смерть отчасти невозможна.
- Но среди зрителей были и простые люди…
- А кто сказал, что они не умерли? Никому точно неизвестно, сколько там тварей по ту сторону завесы. Это мы раньше считали, что у них там самовоспроизводящаяся колония, но по факту никто больше ста Призраков за раз не видел, а тех, кто видел, уже не видели мы. Их может быть всего около тысячи или двух…
Границы в голове ломались в режиме реального времени.
- Я еще хотел сказать… - продолжил все тот же дрожащий голос откуда-то с задних рядов, - а что происходит с телами тех, кого убили Призраки? Ведь получается… они тоже могут становиться… Призраками? Ведь Призраки не причиняют физического ущерба, они просто высасывают магию и…, - робкий голос совсем запнулся и стих.
- Кхм, - скромно прокашлялся один из ученых, - тут есть некоторая несостыковка, как вы правильно заметили. Все жертвы, что удалось нам наблюдать, умерли и Призраками не стали. Любопытно, что все те, кто попал под изначальное заклинание, напротив, не умерли до конца. Это заставляет думать, что первоначальное заклинание каким-то образом продолжает действовать и в некотором роде…
- …не завершено. – Закончил его коллега, специализирующийся как раз на заклинаниях. – Рискну предположить, что всё это время заклинание находится в промежуточном стадии, вытягивая энергию из всего, что его окружает, но без дополнительных действий мага, запустившего его, оно не в силах ни угаснуть, ни завершиться.
- Но что тогда происходит с теми, кого Призраки уносят с собой? – все тот же голос с галерки.
Все молчат. Тела тех, кого убивают Призраки отдельная печальная тема для разговора. В стычках с чудовищами обычно выживают либо все, если прорыв удается купировать, либо никто, потому что лишних трех минут на телепортацию твари обычно не оставляют. В случае смерти всего отряда проводится комплексная зачистка заклинанием, и ни о каких телах там речи уже не идет. Бывают случаи, когда маги способны продержаться до активирования экстренного портала и уйти от монстров. Но и в таких случаях речи о телах не идет, спастись бы самим.
Крайне редки ситуации, когда отбиться королевским магам все же удается и без Зачистки, и в таких случаях тела уносились в лагеря для дальнейшего захоронения. Мы, в лице штаба расследования, уже выяснили, что эти тела выглядели примерно так же, как тела наших жертв. Но во всей этой складной истории есть тень вечного недопонимания: тела тех, за кем удавалось вернуться спустя время, ни разу не были найдены. Призраки, когда имели такую возможность, забирали своих жертв с собой.
Зачем?
Мысль отвлекла даже от исчезновения Арейна. Все мы здесь потеряли кого-то из близких, почти наверняка среди нас нет тех, кто получил назад мертвое тело родного человека – слишком редки такие случаи, обычно с прорывами справлялись Чисткой.
Что если… что если Призраки нашли таким образом способ пополнять свои ряды? И все наши близкие в некотором роде… живы?
Сейчас, ровно в эту секунду, меня интересовал только один вопрос: как погибла моя мама?
Рывком обернулась к бледному как полотно Ди Вальту, с трудом сфокусировавшему на мне взгляд. Глядя на меня пустыми, широко распахнутыми глазами, он медленно, очень медленно покачал головой.
Что нет? Продолжаю требовательно смотреть, пользуясь тем, что на меня сейчас почти никто не смотрит.
- Нет. – Произносит отец одними губами. - Тело твоей мамы забрали Призраки.
Меня словно прострелили насквозь.
Моя мама, моя мамочка, которую я никогда не знала, может быть одной из тех чудовищ, что мы призваны истреблять.
Это… Это… Не то что не укладывается в голове, это напрочь выходит за ее рамки.
Но мысли о маме, яркие и всепоглощающие, быстро исчезают, сменяясь холодящим душу осознанием - у Арейна на возвращение остается десять минут.
- Но почему жертвы вели себя странно? И как он вытягивал магию? – Прозвучали новые вопросы, но мне до них дела уже не было.
- Не знаю, - бесцветно ответила, поднимаясь.
Я хочу прожить эти десять минут в ожидании, а не внезапно обнаружить, что и они уже закончились.
Когда ждешь, время тянется медленнее. А я хочу растянуть его в вечность.
Под задумчивое шокированное молчание вышла из шатра. Больше мне сказать им было нечего.
Вернись, пожалуйста, Арейн, ты будешь мной гордиться…
Пять минут…
Три…
По щекам непрерывным потоком текли слезы. Все сильные маги, около ста пятидесяти человек, которым предстояло пустить в ход одно из самых массовых заклинаний чистки за всю историю, выстроились рядом со мной нестройными рядами - собранные, готовые. Среди них не было папы, среди них не будет меня.
Я не смогу.
При всем желании и понимании, что такое долг, не смогу.
Пока маги настраивали потоки, я вспоминала его улыбку. Теплый ироничный взгляд. Как он прислоняется к стене плечом, когда на что-то долго смотрит. Как запускает руку в волосы, когда о чем-то напряженно думает, от чего те всегда растрепаны. Как он смотрит на меня. Как улыбается только мне. Его цветы, что стояли рядом с моей кроватью под заклинанием долгого цветения.
Я люблю каллы не меньше, чем когда-то любила яблоки. Я не хочу, чтобы они там стояли, если я вернусь в свою палатку одна.
Когда я вернусь в свою палатку одна.
Потому что время ожидания истекло.
Ладно-ладно, для всех особо переживательных - незапланированная продочка))) teola, спасибо большое за награду и, наверное, самые вдохновляющие слова, которые только может услышать автор)
Заместитель начальника лагеря, в отсутствии командира оставшийся за главного, положил руку мне на плечо в знак поддержки. Все они думали, что мой жених – Эрик, но на самом деле умереть я сейчас хотела отнюдь не за него. И поддержка мне не нужна.
Может быть… может быть, их уже успели утащить Призраки, и они не подпадут под Чистку? А потом мы придумаем, обязательно что-то придумаем…
- Пора, - произнес твердый голос. Я уже не способна была определить, кто его владелец.
- Там вся императорская семья… - прошептал кто-то в неверии.
- Уже не важно. Призраки вот-вот доберутся до двух других лагерей, мы не можем просто ими пожертвовать, мы и так нарушили все мыслимые и немыслимые законы! Я даже не уверен, что заклинания чистки на этот раз хватит.
- Давайте хотя бы королю дадим шанс на использование экстренного портала! – Прозвучало из толпы магов. - Подождем еще три минуты!
Это были самые быстрые три минуты в моей жизни.
- ВСЕМ МАГАМ! ПРИГОТОВИТЬСЯ! ПРИГОТОВИТЬСЯ! ПРИГОТОВИТЬСЯ! – Прозвучал приговор.
Отвернулась, не в силах смотреть, не в силах делать ничего, даже рыдать. Почему я не с ними?! Почему я не пошла вместе с ними?!!
- ТРИ… ДВА…
- СТОЙТЕ! – Крик, не усиленный магией, прозвучал так громко, что кричавший наверняка надолго потерял способность говорить.
Я обернулась так резко, что, покачнувшись, упала. Со злостью, какой-то бешеной яростью начала практически выцарапывать себе глаза, силясь прогнать с них слезы, которые мешали видеть, что происходит.
Неужели…
- Идут! Идут!! – Послышалось со всех сторон.
- Там раненые, опускайте лагерный щит, опускайте же!!!
- Их преследуют!
- ЗАКЛИНАНИЕ ЧИСТКИ БУДЕТ ЗАПУЩЕНО ЧЕРЕЗ ШЕСТЬДЕСЯТ СЕКУНД! ПРИГОТОВИТЬСЯ! НЕ ОТВЛЕКАТЬСЯ! – Этого я уже не слышала, как не почувствовала и пущенного через минуту заклинания. Я неслась, не разбирая дороги, то и дело спотыкаясь, следуя за спинами кинувшихся на помощь немногих свободных магов – в основном как раз тех, кто может помочь – лекарей и ученых.
Где же… ну где??
Дурацкие же слезы!!!
И тут я увидела его. Измазанного кровью, бледного как смерть, измученного, согнувшегося под тяжестью трех тел, что он умудрялся тащить на себе. У меня даже не возникло мысли посмотреть, кто это, и живы ли они. Хотя раз тащит, наверное, живы. Но это было так безразлично, что сознание не желало тратить даже доли секунды на то, чтобы этих неизвестных узнать.
Лечу, не разбирая дороги, так быстро, как вообще возможно, но все равно кто-то был ближе, а потому настиг окровавленную группу магов быстрее, чем я. В несколько секунд всех раненых затащили на территорию лагеря, под щит. В безопасность. Мне снова даже не пришло в голову вглядываться в тех, кто дополз сам – мне все равно сейчас, я хочу только одного…
- Уох, - выдыхает Арейн, как только я влетаю в него всем своим небольшим, но удвоенным скоростью весом.
…обнять его.
Не устояв на ногах, Рей опрокидывается назад, но вместо того, чтобы выставить руки и смягчить падение, крепко обнимает в полете меня. Удар о землю я даже не почувствовала. Возможно, его почувствовал крепко приложившийся Арейн, но…
- Задушишь же, чудо, - щекотно шепчет на ушко, и я чувствую, что он улыбается.
Слезы, сопли текут ручьем. Задушу! Зацелую и задушу!
Но зацеловать не получилось, потому что для этого надо хотя бы ненадолго отстраниться, а отстраниться было невозможно – хотелось врасти в него каждой клеточкой и никуда больше одного не отпускать!
Окровавленная рука ласково гладит меня по голове, пальцы путаются в волосах.
- Кхм, леди, Его Величество надо осмотреть, - раздается надо мной неуверенный голос.
Меня посадили за стол в самом центре шатра, на виду у всех. Больше сотни глаз жадно вглядывались в мое лицо, гадая, что такого важного может сообщить простая стажерка, пусть и королевский маг. Папа тоже был здесь, стоял в тени недалеко от моего стола. Ему не нравилось ни внимание, направленное на меня, ни само мое заявление, но противиться или как-то мешать он не собирался.
Сама же я впервые жизни не волновалась перед публикой. Мне было все равно, поверят мне или нет, дослушают или разочарованно разойдутся. Единственное, что волновало меня сейчас – когда вернется Арейн, все остальное лишь помогало отвлечься от бьющихся в сердце секунд. Возможно, последних секунд его жизни.
- Начну с того, что мне снились сны… - начала, прокашлявшись. Рассказывала обо всем. О своих видениях, о предположениях Эрика, о собственных наблюдениях. Затем перешла к расследованию. Рассказала о странных находках в поведении жертв, и о том, что среди сильных магов не хватает только одного дара – иллюзий. А затем перешла к тому, как странно сегодня вел себя Маркус.
На этом моменте папа резко выдохнул, но ничего не сказал.
- …и тогда мне пришла в голову мысль. Во снах не было ответа, какими дарами обладали «особые гости», но что если они были такими же сильными магами с высшей, десятой, ступенью владения дара одного направления, какие сейчас собирает преступник? Что если...
- В медальоне они пытались собрать силы всех даров? – Высказал кто-то мою мысль. На самом деле, она не была новой и звучала среди самых популярных предположений не раз, но вся теория разбивалась об отсутствие доказательств и суровую реальность магической науки. Ведь каким-либо образом отделить дар от тела мага и, уж тем более, передать другому, помимо очевидного прямого наследования от родителя к ребенку, считалось абсолютно невозможным. Единственные, кому было отчасти такое подвластно – артефакторы, суть дара которых и заключается в том, чтобы закреплять внутреннюю магическую энергию во внешнем предмете. Но их способности ничто по сравнению со столь глобальной задумкой.
- Да. – Подтвердила. - И ровно то же самое пытается повторить наш преступник.
- Ты думаешь, он понял принцип сбора магии? – Сдавленно спросил главный следователь, то бледнеющий от того, что в расследовании в кои-то веки появилась здоровая версия, то краснеющий от того, что ее принесла стажерка.
- Думаю, что он понял именно принцип сбора, но не принцип передачи, - уточнила.
- А принцип передачи уловил тот самый маг, что проводил первый эксперимент, - подхватил кто-то, - и поэтому наш преступник решил отправиться в Пустошь – чтобы достать тот самый медальон, который вполне вероятно уцелел.
- Да, - кивнула.
- Но как он использовал магию Пустоши? – Спросил кто-то из толпы.
- А не существует никакой магии Пустоши, - улыбнулась, - мне кажется, всё, что мы ощущаем – это процесс выхода магии из тела мага. И это мое второе предположение, объясняющее, что пошло не так в Пустоши. Я думаю, что магии, отдаваемой в добровольном порядке, для изначального заклинания не хватило. Об этом частично свидетельствует диалог изобретателя и его старшего наставника. Последний произнес фразу «значит, убей», что, скорее всего, относилось к тому, что для завершения заклинания из «особых гостей» придется вытянуть всю магию, а не только ту часть, что они готовы были отдать. Но ученый не решился, и заклинание вышло из-под контроля, разрослось под воздействием внешних факторов и начало вытягивать магию вообще из всех, до кого смогло добраться, наращивая мощь, не находя завершенности забирая всё больше. Поэтому тела Призраков и наших жертв так выглядят: из них вытянули всё - магию и саму жизнь. И поэтому же они охотятся за живыми и поглощают нашу магию – это инстинктивная попытка вернуть то, что у них забрали.
Все погрузились в глубочайшую задумчивость.
А я готова была говорить бесконечно, лишь бы отвлечь всех от того, что время Арейна скоро подойдет к концу. Думать о том, что он, скорее всего, уже погиб я не собиралась – он вернется, обязательно вернется! Пусть только попробует не вернуться, ему еще род возрождать!
- Звучит достаточно правдоподобно, - прозвучал вдруг голос одного из наших ведущих ученых, - многие механизмы мне понятны, например, способ забирать магию из тела мага изучается нами давно и, могу сказать, что перспективы достичь чего-то подобного для магов с даром артефактора весьма благоприятные. Чисто теоретически возможно и переместить магию в предмет по принципу создания артефактов. Уже на грани фантастического использовать такой предмет, но все же не могу с уверенностью заявить, что это невозможно.
- Постойте, но раз Призраки это бывшие люди… выходит, что они в какой-то степени… разумны? – Чей-то дрожащий голос.
Я пожала плечами.
- Раз они смогли как-то до меня достучаться, весьма вероятно, что да.
- Но тогда в какой степени их можно считать живыми? Можно ли говорить о них, как о необратимых монстрах, или как о… больных людях? Ведь получается… они не до конца умерли?
Вот теперь воцарилась по-настоящему звенящая тишина.
Переварив, мы все обернулись к нашей скромной кучке ученых магов-жизни и лекарей. Те пребывали в прострации.
- Трудно сказать, - наконец выдавил один из них, - никто ни разу так и не смог поймать хотя бы одного Призрака для изучения, хотя попытки были, но их быстро сочли негуманными по отношению к погибающим «ловителям». Королевские маги слишком ценны, чтобы отдавать их жизни десятками. Но чисто теоретически… Призраков действительно можно счесть не до конца погибшими людьми. Другой вопрос – как они могут жить столь долго?
- Маги не стареют сами по себе, - напомнил один из магов жизни, - по сути, Призракам создали условия, при которых естественная смерть отчасти невозможна.
- Но среди зрителей были и простые люди…
- А кто сказал, что они не умерли? Никому точно неизвестно, сколько там тварей по ту сторону завесы. Это мы раньше считали, что у них там самовоспроизводящаяся колония, но по факту никто больше ста Призраков за раз не видел, а тех, кто видел, уже не видели мы. Их может быть всего около тысячи или двух…
Границы в голове ломались в режиме реального времени.
- Я еще хотел сказать… - продолжил все тот же дрожащий голос откуда-то с задних рядов, - а что происходит с телами тех, кого убили Призраки? Ведь получается… они тоже могут становиться… Призраками? Ведь Призраки не причиняют физического ущерба, они просто высасывают магию и…, - робкий голос совсем запнулся и стих.
- Кхм, - скромно прокашлялся один из ученых, - тут есть некоторая несостыковка, как вы правильно заметили. Все жертвы, что удалось нам наблюдать, умерли и Призраками не стали. Любопытно, что все те, кто попал под изначальное заклинание, напротив, не умерли до конца. Это заставляет думать, что первоначальное заклинание каким-то образом продолжает действовать и в некотором роде…
- …не завершено. – Закончил его коллега, специализирующийся как раз на заклинаниях. – Рискну предположить, что всё это время заклинание находится в промежуточном стадии, вытягивая энергию из всего, что его окружает, но без дополнительных действий мага, запустившего его, оно не в силах ни угаснуть, ни завершиться.
- Но что тогда происходит с теми, кого Призраки уносят с собой? – все тот же голос с галерки.
Все молчат. Тела тех, кого убивают Призраки отдельная печальная тема для разговора. В стычках с чудовищами обычно выживают либо все, если прорыв удается купировать, либо никто, потому что лишних трех минут на телепортацию твари обычно не оставляют. В случае смерти всего отряда проводится комплексная зачистка заклинанием, и ни о каких телах там речи уже не идет. Бывают случаи, когда маги способны продержаться до активирования экстренного портала и уйти от монстров. Но и в таких случаях речи о телах не идет, спастись бы самим.
Крайне редки ситуации, когда отбиться королевским магам все же удается и без Зачистки, и в таких случаях тела уносились в лагеря для дальнейшего захоронения. Мы, в лице штаба расследования, уже выяснили, что эти тела выглядели примерно так же, как тела наших жертв. Но во всей этой складной истории есть тень вечного недопонимания: тела тех, за кем удавалось вернуться спустя время, ни разу не были найдены. Призраки, когда имели такую возможность, забирали своих жертв с собой.
Зачем?
Мысль отвлекла даже от исчезновения Арейна. Все мы здесь потеряли кого-то из близких, почти наверняка среди нас нет тех, кто получил назад мертвое тело родного человека – слишком редки такие случаи, обычно с прорывами справлялись Чисткой.
Что если… что если Призраки нашли таким образом способ пополнять свои ряды? И все наши близкие в некотором роде… живы?
Сейчас, ровно в эту секунду, меня интересовал только один вопрос: как погибла моя мама?
Рывком обернулась к бледному как полотно Ди Вальту, с трудом сфокусировавшему на мне взгляд. Глядя на меня пустыми, широко распахнутыми глазами, он медленно, очень медленно покачал головой.
Что нет? Продолжаю требовательно смотреть, пользуясь тем, что на меня сейчас почти никто не смотрит.
- Нет. – Произносит отец одними губами. - Тело твоей мамы забрали Призраки.
Меня словно прострелили насквозь.
Моя мама, моя мамочка, которую я никогда не знала, может быть одной из тех чудовищ, что мы призваны истреблять.
Это… Это… Не то что не укладывается в голове, это напрочь выходит за ее рамки.
Но мысли о маме, яркие и всепоглощающие, быстро исчезают, сменяясь холодящим душу осознанием - у Арейна на возвращение остается десять минут.
- Но почему жертвы вели себя странно? И как он вытягивал магию? – Прозвучали новые вопросы, но мне до них дела уже не было.
- Не знаю, - бесцветно ответила, поднимаясь.
Я хочу прожить эти десять минут в ожидании, а не внезапно обнаружить, что и они уже закончились.
Когда ждешь, время тянется медленнее. А я хочу растянуть его в вечность.
Под задумчивое шокированное молчание вышла из шатра. Больше мне сказать им было нечего.
Вернись, пожалуйста, Арейн, ты будешь мной гордиться…
Пять минут…
Три…
По щекам непрерывным потоком текли слезы. Все сильные маги, около ста пятидесяти человек, которым предстояло пустить в ход одно из самых массовых заклинаний чистки за всю историю, выстроились рядом со мной нестройными рядами - собранные, готовые. Среди них не было папы, среди них не будет меня.
Я не смогу.
При всем желании и понимании, что такое долг, не смогу.
Пока маги настраивали потоки, я вспоминала его улыбку. Теплый ироничный взгляд. Как он прислоняется к стене плечом, когда на что-то долго смотрит. Как запускает руку в волосы, когда о чем-то напряженно думает, от чего те всегда растрепаны. Как он смотрит на меня. Как улыбается только мне. Его цветы, что стояли рядом с моей кроватью под заклинанием долгого цветения.
Я люблю каллы не меньше, чем когда-то любила яблоки. Я не хочу, чтобы они там стояли, если я вернусь в свою палатку одна.
Когда я вернусь в свою палатку одна.
Потому что время ожидания истекло.
Прода от 08.02.2021, 09:35
Ладно-ладно, для всех особо переживательных - незапланированная продочка))) teola, спасибо большое за награду и, наверное, самые вдохновляющие слова, которые только может услышать автор)
Заместитель начальника лагеря, в отсутствии командира оставшийся за главного, положил руку мне на плечо в знак поддержки. Все они думали, что мой жених – Эрик, но на самом деле умереть я сейчас хотела отнюдь не за него. И поддержка мне не нужна.
Может быть… может быть, их уже успели утащить Призраки, и они не подпадут под Чистку? А потом мы придумаем, обязательно что-то придумаем…
- Пора, - произнес твердый голос. Я уже не способна была определить, кто его владелец.
- Там вся императорская семья… - прошептал кто-то в неверии.
- Уже не важно. Призраки вот-вот доберутся до двух других лагерей, мы не можем просто ими пожертвовать, мы и так нарушили все мыслимые и немыслимые законы! Я даже не уверен, что заклинания чистки на этот раз хватит.
- Давайте хотя бы королю дадим шанс на использование экстренного портала! – Прозвучало из толпы магов. - Подождем еще три минуты!
Это были самые быстрые три минуты в моей жизни.
- ВСЕМ МАГАМ! ПРИГОТОВИТЬСЯ! ПРИГОТОВИТЬСЯ! ПРИГОТОВИТЬСЯ! – Прозвучал приговор.
Отвернулась, не в силах смотреть, не в силах делать ничего, даже рыдать. Почему я не с ними?! Почему я не пошла вместе с ними?!!
- ТРИ… ДВА…
- СТОЙТЕ! – Крик, не усиленный магией, прозвучал так громко, что кричавший наверняка надолго потерял способность говорить.
Я обернулась так резко, что, покачнувшись, упала. Со злостью, какой-то бешеной яростью начала практически выцарапывать себе глаза, силясь прогнать с них слезы, которые мешали видеть, что происходит.
Неужели…
- Идут! Идут!! – Послышалось со всех сторон.
- Там раненые, опускайте лагерный щит, опускайте же!!!
- Их преследуют!
- ЗАКЛИНАНИЕ ЧИСТКИ БУДЕТ ЗАПУЩЕНО ЧЕРЕЗ ШЕСТЬДЕСЯТ СЕКУНД! ПРИГОТОВИТЬСЯ! НЕ ОТВЛЕКАТЬСЯ! – Этого я уже не слышала, как не почувствовала и пущенного через минуту заклинания. Я неслась, не разбирая дороги, то и дело спотыкаясь, следуя за спинами кинувшихся на помощь немногих свободных магов – в основном как раз тех, кто может помочь – лекарей и ученых.
Где же… ну где??
Дурацкие же слезы!!!
И тут я увидела его. Измазанного кровью, бледного как смерть, измученного, согнувшегося под тяжестью трех тел, что он умудрялся тащить на себе. У меня даже не возникло мысли посмотреть, кто это, и живы ли они. Хотя раз тащит, наверное, живы. Но это было так безразлично, что сознание не желало тратить даже доли секунды на то, чтобы этих неизвестных узнать.
Лечу, не разбирая дороги, так быстро, как вообще возможно, но все равно кто-то был ближе, а потому настиг окровавленную группу магов быстрее, чем я. В несколько секунд всех раненых затащили на территорию лагеря, под щит. В безопасность. Мне снова даже не пришло в голову вглядываться в тех, кто дополз сам – мне все равно сейчас, я хочу только одного…
- Уох, - выдыхает Арейн, как только я влетаю в него всем своим небольшим, но удвоенным скоростью весом.
…обнять его.
Не устояв на ногах, Рей опрокидывается назад, но вместо того, чтобы выставить руки и смягчить падение, крепко обнимает в полете меня. Удар о землю я даже не почувствовала. Возможно, его почувствовал крепко приложившийся Арейн, но…
- Задушишь же, чудо, - щекотно шепчет на ушко, и я чувствую, что он улыбается.
Прода от 08.02.2021, 21:31
Слезы, сопли текут ручьем. Задушу! Зацелую и задушу!
Но зацеловать не получилось, потому что для этого надо хотя бы ненадолго отстраниться, а отстраниться было невозможно – хотелось врасти в него каждой клеточкой и никуда больше одного не отпускать!
Окровавленная рука ласково гладит меня по голове, пальцы путаются в волосах.
- Кхм, леди, Его Величество надо осмотреть, - раздается надо мной неуверенный голос.
