Заползла в пустую комнату.
Вернула человеческую форму.
Мне очень-очень хочется домой.
- Астра? – слышу за дверью раньше, чем раздался стук. – Астра, открой, пожалуйста, это Морис, я твой однокурсник. Прости, не успел заметить, как ты подошла.
А это обязательно – открывать, когда стучат?
- Астра, извини за беспокойство, мы хотим сделать тебе подарок в знак будущей дружбы!
Подарок.
Я люблю подарки. Сейчас не очень, но вообще люблю. А вот дружить не умею.
Но открываю.
На пороге стоит тощий кудрявый юноша, которого я при всем желании не могу вспомнить. Ну точно, как там сказала эта леди? Никакого интереса к окружающим…
- Вот, это тебе от нас, - неловко улыбаясь трясущимися руками парень протягивает мне красиво запакованную коробку. – Если хочешь, мы можем еще таких достать, только скажи. - Он начинает пятиться. - Только… давай не будем ссориться, ладно? И кусать нас не надо…
На последней фразе парень окончательно теряет самообладание, и практически сбегает, кинув в мою сторону свою ношу. Рефлекторно ловлю, как во сне закрываю дверь и возвращаюсь в комнату.
Мне совсем не хочется смотреть, что там в коробке, но… я уже чувствую.
С почему-то резко испортившимся зрением развязываю красивый зеленый бантик, разрываю белую упаковочную бумагу, и мне в руки вываливается пушистый белый кролик, еще вполне живой, но задыхающийся от страха и нехватки воздуха в коробке. Похоже, его поймали и запаковали ещё с утра, а дырочку не сделали.
Кролик дрожит в моих руках так сильно, что мои руки тоже дрожат, хотя может они дрожат совсем не от этого, не знаю. Зрение почему-то становится всё хуже, а маленький зверек в моих ладонях совсем не успокаивается, только дрожит еще сильнее. Наверное, тоже чувствует во мне хищника.
Хищника, которому его принесли на съедение.
Мне принесли на съедение пушистого кролика.
Живого пушистого кролика.
Чтобы я не кусала своих однокурсников.
А еще меня надо растоптать, чтобы я не размножалась. Не то чтобы я собиралась размножаться в ближайшее время, но…
Кролик от страха, видимо, начал потеть, иначе я не знаю, как объяснить, что его шкурка вдруг начала покрываться маленькими солеными капельками.
Вспышка портала разрезает пространство комнаты.
- Вот вы где! – хмурится стремительно появившийся из портала ректор. - Змеиная, я разве давал приказ отползать?
Опускаю голову.
Не помню, какой приказ он отдавал.
- Змеиная? – в голосе ректора появляется замешательство. – Вы что… плачете?
Шмыгаю носом.
Нет, господин ректор, это дощщь!
Снова шмыгаю.
И совсем не жалостливо, а даже как-то зло. Я же злая, мне положено.
- Змеиная, а вам говорили, что подслушивать нехорошо? - ректор как-то сразу догадался.
Точно не помню, но бабушка, кажется, говорила только обратное.
Шмыгаю.
- Астра, неужели слова высокородной драконессы старой закалки могли вас так задеть?
- Совершенно не могли задеть, - всхлипываю, подтверждая.
- Ну и что вы тогда делаете?
- Яд с глаз сцеживаю.
В установившейся тишине внезапно громко звучит отчетливый смешок.
- Нравитесь вы мне, Змеиная.
- Что?
- Что? - ректор улыбается.
- Нра-а-авлюсь? – тяну, впервые поднимая голову и заглядывая в лицо стоящему в паре метров от меня мужчине. Глаза ректора хитро блестят, и в них я не вижу ни жалости, ни осуждения, только смешинки.
- Как перспективная студентка ну очень нравитесь. – Улыбается зараза. – Всё, Астра, вытрите слёзы, и вспомните, что вас вот совершенно не волнует мнение окружающих.
- Совершенно, - киваю и снова судорожно всхлипываю.
Мужчина картинно вздыхает, подходит ко мне, садится на корточки и протягивает руку к замершей в моих руках живности. И хоть меня он не касался, легонько поглаживая хохолок животного, от тепла его пальцев рядом, по рукам побежали щекотные мурашки.
- Кролик то у вас откуда? – спрашивает, едва сдерживая улыбку. И так эта улыбка заразительна, что плакать больше не хочется.
Но вспомнив, откуда у меня кролик, я снова всхлипываю.
- На съедение принесли, - тихонько отвечаю, опустив голову обратно и отчего-то страшась его реакции.
Секунда тишины, и мужчина вдруг искренне рассмеялся.
- Чтобы вы не кусали никого вокруг? – предполагает сквозь не менее заразительный, чем улыбка, смех.
- Да, - хмурюсь. Мне вроде бы было совсем не смешно, но…
- Недоразумение вы ползучее, - мужчина по-прежнему смеется.
И я не выдерживаю – тоже начинаю улыбаться.
Ну вот как он это делает?
- Я даже не знаю, кого мне жалко больше, - дракон всё никак не успокаивается, - кролика, вас или ваших перепуганных одногруппников.
И глядя на то, как он вовсе не пытается делать из происходящего трагедию, я тоже начинаю смотреть на всё под другим углом. И… смеюсь. Сначала неуверенно, а потом уже не сдерживаясь.
Но мысль о преподавательнице снова стирает с моего лица улыбку.
- Чем закончился ваш разговор? – спрашиваю тихо, без капли юмора.
Ректор тоже перестает улыбаться, сразу понимая, о ком я.
- Тем, что она даст вам второй шанс. А также вспомнит о правилах приличия и больше не будет никоим образом вас оскорблять.
Зарываюсь пальчиками в пушистую шерстку.
Значит, мне снова придется с ней встречаться…
- Астра, как вы думаете, в чем главный смысл обучения здесь? – внезапно спрашивают меня.
Пожимаю плечами.
- Чтобы потом много зарабатывать? – беспечно предполагаю.
- В том, чтобы научиться жить. Жить в мире, где не все и не всегда будут хорошего о вас мнения. Мире, где не все постели будут мягкими, не все существа добрыми, и не все решения приятными. Понимаю, вы вряд ли захотите в дальнейшем быть шпионом, и вас вряд ли прельщают перспективы после выпуска, но подумайте и о другом. Мир, где вас окружат теплом, заботой и добротой означает мир наполненный ложью. Мир, лишеный половины красок, в котором вас запрут как в золотой клетке. Разве хотели бы вы такой жизни? Жизни, где вы всего лишь птичка, за которой ухаживают и ублажают, но не делятся проблемами и не считают личностью?
- В этом вопросе точно есть какой-то подвох. – Шмыгаю, но плакать уже совсем не хочется. – Я вот сейчас скажу нет, а вы меня куда-нибудь на полигоны отправите, да?
Ректор снова усмехается. Потом выпрямляется, делает пару шагов назад, возвращаясь к всё еще горящему порталу, и отвечает мне вполне серьезно:
- Я никому не дам вас в обиду, змейка. Но вы должны научится сами справляться со своими проблемами. Увольнение, наказание, отчисление не помогут решить главную проблему – люди не начнут думать о вас иначе. Докажите не силой и защитниками, что вы достойны куда лучшего отношения, докажите это своими поступками и поведением.
Подождав пару мгновений, но не дождавшись моей реакции, мужчина коротко кивает в знак прощания и исчезает в портале.
А я сижу и глажу успокоившегося кролика.
Интересно, что скажут мои соседки при виде внезапно образовавшегося нового питомца?
- Астра! – ворвавшаяся через час в комнату Мила застала картину идеалистического блаженства – осознавший свое счастье кролик, которого я решила назвать Грушей, сыто развалился на моей постели во весь свой, как оказалось, могучий рост и вяло подергивал лапкой. – Это что? – шокировано выдыхает человечка, и мне становится чуточку легче: она в этом цирке участия не принимала.
- Это объект моего гастрономического воздыхания, - важно поясняю, поглаживая пушистую макушку.
- Ты же его съешь? – с надеждой в голосе и обреченностью во взгляде спрашивает Мила.
А еще говорят, что змеи кровожадные.
- Нет, теперь он будет жить с нами. – Сурово отвечаю. – Это Груша, знакомься.
- Ты решила силу воли тренировать? – совсем-совсем обреченно уточняет Мила, но спорить не пытается и покорно чешет макушку ультимативно подсунутому под нос кролику.
Вздохнув, рассказываю ей, откуда взялся наш новый питомец.
Слово, которое подобрала для описания всей этой ситуации Мила, в приличном обществе не озвучивают.
Демонессы, которых тоже никто не спрашивал, отнеслись к кролику на удивление спокойно. Хотя мучают меня подозрения, что живность мою они воспринимают скорее как живой объект для исследований, который всегда под рукой, потому и не спорят.
Обустраивали мы Грушу долго. Сначала выясняли, чем его кормить, потом, где ему спать, причем так, чтобы проверяющие, периодически заглядывающие к нам в комнату, его не заметили, затем долго и упорно приучали к туалету. Без парочки внушений с моей стороны тут всё же не обошлось, но рефлекс ходить в туалет в нужном месте мы выработали. Осталось еще выработать, чтобы этот рефлекс происходил в нужное время, а не когда я в змею оборачиваюсь, и Груша пугается до смерти.
Но мы над этим работаем.
Утро следующего дня началось чуть более прозаично, чем прошлое – из графина меня не поливали, разбудив банальным окриком, о чем я даже пожалела, так как выползти из теплой, уютной, совершенно замечательной и балдежной постельки оказалось задачей почти невыполнимой. Но когда число произнесенных фраз «сейчас встаю» перевалило за десяток, а Мила начала подозрительно косо посматривать на тот самый графин, я всё-таки нашла в себе силы… нет, не встать, а спустить ноги с постели. Уже подвиг, я считаю, учитывая как за пределами одеялка холодно. Мила, видимо, тоже рассудила, что самый сложный шаг сделан и немного ослабила бдительность. А я благополучно уснула.
- Астра!!!
Дернулась и резко вынырнула из блаженных объятий сладкого сна.
- Астра, имей совесть, мы же не позавтракаем!
Шиплю. Тихонько и жалобно.
- Астра, ну вставай же, пожалуйста!
- Если я встану… я лягу, - информирую печально.
Мой папенька на такой аргумент всегда отвечал, что если я сейчас же не встану, то уже не сяду. Потому что попа болеть будет. Но Мила, слава богам, не мой папенька и стимулировать меня могла только морально, а не физически.
Ой, я забыла про графин.
А вот графин про меня не забыл и весело выплеснулся на снова задремавшую меня.
Сползаю с постели грустной лужицей.
В целом, если подумать, то ковер на полу тоже очень даже…
- АСТРА ВСТАВАЙ Я СКАЗАЛА!
Ш-ш-ш-ш!
На завтрак мы все-таки успели, но поесть удалось только Миле. Под шокированными взглядами друзей я лишь вяло поковыряла теоретически очень вкусную яишенку, но ни кусочка проглотить так и не смогла. Всё, на что способен мой организм в данный момент – это люто страдать от недосыпа, а не поглощать пищу.
- Астра, ты спала девять часов, - ворчит Мила.
- Угу.
- Астра, змеям, чтобы выспаться достаточно четырех!
- Угу.
- Четырех часов раз в два дня, Астра!
- Угу.
- Как при таких условиях можно не высыпаться?!
- Куда?
Мила бросает вилку на тарелку и с силой бьется головой об стол.
- Я так больше не могу, - шепчет обреченно.
- Всего-то пару дней со мной живешь, - обижено тяну. Обычно все няньки сдаются хотя бы через неделю.
- Да ладно тебе, как будто нас действительно могут отчислить из-за того, что Астра не занимается, - резонно замечает Демьян, поучительно тыкая в нас ложкой, - уверен, в нашем случае точно сделают исключение в связи с максимально необычными обстоятельствами.
Какой он добрый, люблю его - не могу.
А Милу почему-то его аргументы не успокаивают. И зная коварство моего папеньки, я даже начинаю догадываться, почему.
- …полигоны… - выхватывает страшное слово мое максимально нерасположенное к восприятию чего-либо сознание по дороге куда-то там. Вот даже знать не хочу куда.
- Что полигоны? - вскидываюсь, выходя из состояния амебы в коме.
- У нас сегодня по расписанию полигоны. – Поясняет мне Мила.
- Когда? – только и спрашиваю.
- Через четыре пары.
Отлично, я так далеко в будущее не заглядываю.
В следующий раз сознание вернулось ко мне, когда мы куда-то сели. Предполагаю, что за парту, но вникать было очень лениво.
- Астра, соберись, - встревоженно шепчет и толкает меня локтем в бок Демьян, - на Милу уже смотреть больно.
Мне кажется или это проблемы исключительно Демьяна и Милы, а не мои?
Сплю.
Бух!
Звук с силой захлопнувшейся двери на секунду выводит меня из состояния глубокой дремы.
- Будем считать, что я дал шанс всем спящим не пропустить начало занятия. – Слышу бодрый мужской голос. – Дальше решайте сами.
Приоткрываю один глаз.
Высокий седовласый мужчина пружинистым шагом быстро подходит к доске, на ходу доставая из кармана самый обычный маркер.
- Позвольте представиться – профессор Пирс. – Дружелюбно улыбается. – Для тех, кто не имеет свойства запоминать, на какие пары он приходит, сообщаю: я буду вести у вас курс точных наук в ближайшие два года. Да-да, если вас накрывает скепсис, и вы думаете, что один простой человек чисто физически не способен знать все точные науки, скажу сразу. Я абсолютно с вами согласен. – Приоткрываю второй глаз. – Однако ректор сей прекрасной и очень богатой (на таланты, разумеется) академии предложил мне такой оклад, что я безоговорочно положился на его компетентное мнение и богатый преподавательский опыт.
Приподнимаю голову.
- Немного организационных вопросов. Так как размер моего доверия к опыту и знаниям вашего дорогого руководства никоим образом не зависит от числа посещающих мои занятия, сообщаю, что никаких списков присутствующих я вести не буду. А даже если буду, то всё равно потеряю. Более того, мне нет совершенно никакого дела до того, чем именно вы будете заниматься на моих парах. Главное, если уж пришли, то не мешайте. Да-да, юная леди, - профессор внезапно посмотрел прямо на меня, - если вам так сильно хочется спать, спите. Но предупреждаю сразу – спрашивать с вас всех я буду строго. Учтите, что мне проще вас отчислить, чем отпустить неучами, так как от ваших результатов на других смежных предметах зависит моя премия. Потому советую всё же слушать, хоть и не настаиваю. Впрочем, если вы любители острых ощущений – можете приходить сразу на экзамен, обещаю, нам будет весело.
Как-то даже сразу захотелось прийти на экзамен, но косой взгляд Милы развиться привлекательной идее - спать по утрам во вторник - не дал.
- И последнее. На занятиях не стесняйтесь задавать вопросы – я на экзамене стесняться их задавать точно не буду. Даже если вопрос кажется глупым, не переживайте, во-первых, большинство научных открытий совершалось именно после глупых вопросов, а во-вторых, я вас все равно не запомню, поэтому вашей репутации в моих глазах это не повредит. Да что уж там, я и так вполне невысокого о вас мнения, не волнуйтесь.
Нет, проспать это я не готова.
Приняв решение, выпрямляюсь и даже ищу рассеянным взглядом тетрадку.
Где может быть тетрадка?
Тетрадка…
Такая… прямоугольная…
Сосредотачиваюсь, силясь таки построить в голове логические связи…
Сумка!
Точно!
Туда иногда попадают тетрадки!
А где моя…
- Астра, я, конечно, всё понимаю, - слышу ехидный шепот Ника с мнимым придыханием, - ты суккуб и всё такое… и мне безусловно лестно… но я не такой, прости!
Ехидство в голосе парня меня настораживает, в мозгу что-то щелкает, и я вдруг понимаю, что в поисках сумки почему-то шарю по его ноге.
Нет, сумка должна быть ниже.
- Боги, Астра! - слышу в конце концов раздраженное, и тетрадь с ручкой внезапно появляются прямо передо мной.
Оу.
Ручка.
Ручку я не продумывала.
- …если вопросов пока нет, то немного расскажу вам о планах на семестр…
Беру ручку. В левую… нет, в правую руку.
Вернула человеческую форму.
Мне очень-очень хочется домой.
- Астра? – слышу за дверью раньше, чем раздался стук. – Астра, открой, пожалуйста, это Морис, я твой однокурсник. Прости, не успел заметить, как ты подошла.
А это обязательно – открывать, когда стучат?
- Астра, извини за беспокойство, мы хотим сделать тебе подарок в знак будущей дружбы!
Подарок.
Я люблю подарки. Сейчас не очень, но вообще люблю. А вот дружить не умею.
Но открываю.
На пороге стоит тощий кудрявый юноша, которого я при всем желании не могу вспомнить. Ну точно, как там сказала эта леди? Никакого интереса к окружающим…
- Вот, это тебе от нас, - неловко улыбаясь трясущимися руками парень протягивает мне красиво запакованную коробку. – Если хочешь, мы можем еще таких достать, только скажи. - Он начинает пятиться. - Только… давай не будем ссориться, ладно? И кусать нас не надо…
На последней фразе парень окончательно теряет самообладание, и практически сбегает, кинув в мою сторону свою ношу. Рефлекторно ловлю, как во сне закрываю дверь и возвращаюсь в комнату.
Мне совсем не хочется смотреть, что там в коробке, но… я уже чувствую.
С почему-то резко испортившимся зрением развязываю красивый зеленый бантик, разрываю белую упаковочную бумагу, и мне в руки вываливается пушистый белый кролик, еще вполне живой, но задыхающийся от страха и нехватки воздуха в коробке. Похоже, его поймали и запаковали ещё с утра, а дырочку не сделали.
Кролик дрожит в моих руках так сильно, что мои руки тоже дрожат, хотя может они дрожат совсем не от этого, не знаю. Зрение почему-то становится всё хуже, а маленький зверек в моих ладонях совсем не успокаивается, только дрожит еще сильнее. Наверное, тоже чувствует во мне хищника.
Хищника, которому его принесли на съедение.
Мне принесли на съедение пушистого кролика.
Живого пушистого кролика.
Чтобы я не кусала своих однокурсников.
А еще меня надо растоптать, чтобы я не размножалась. Не то чтобы я собиралась размножаться в ближайшее время, но…
Кролик от страха, видимо, начал потеть, иначе я не знаю, как объяснить, что его шкурка вдруг начала покрываться маленькими солеными капельками.
Вспышка портала разрезает пространство комнаты.
- Вот вы где! – хмурится стремительно появившийся из портала ректор. - Змеиная, я разве давал приказ отползать?
Опускаю голову.
Не помню, какой приказ он отдавал.
- Змеиная? – в голосе ректора появляется замешательство. – Вы что… плачете?
Шмыгаю носом.
Нет, господин ректор, это дощщь!
Снова шмыгаю.
И совсем не жалостливо, а даже как-то зло. Я же злая, мне положено.
- Змеиная, а вам говорили, что подслушивать нехорошо? - ректор как-то сразу догадался.
Точно не помню, но бабушка, кажется, говорила только обратное.
Шмыгаю.
- Астра, неужели слова высокородной драконессы старой закалки могли вас так задеть?
- Совершенно не могли задеть, - всхлипываю, подтверждая.
- Ну и что вы тогда делаете?
- Яд с глаз сцеживаю.
В установившейся тишине внезапно громко звучит отчетливый смешок.
- Нравитесь вы мне, Змеиная.
- Что?
- Что? - ректор улыбается.
- Нра-а-авлюсь? – тяну, впервые поднимая голову и заглядывая в лицо стоящему в паре метров от меня мужчине. Глаза ректора хитро блестят, и в них я не вижу ни жалости, ни осуждения, только смешинки.
- Как перспективная студентка ну очень нравитесь. – Улыбается зараза. – Всё, Астра, вытрите слёзы, и вспомните, что вас вот совершенно не волнует мнение окружающих.
- Совершенно, - киваю и снова судорожно всхлипываю.
Мужчина картинно вздыхает, подходит ко мне, садится на корточки и протягивает руку к замершей в моих руках живности. И хоть меня он не касался, легонько поглаживая хохолок животного, от тепла его пальцев рядом, по рукам побежали щекотные мурашки.
- Кролик то у вас откуда? – спрашивает, едва сдерживая улыбку. И так эта улыбка заразительна, что плакать больше не хочется.
Но вспомнив, откуда у меня кролик, я снова всхлипываю.
- На съедение принесли, - тихонько отвечаю, опустив голову обратно и отчего-то страшась его реакции.
Секунда тишины, и мужчина вдруг искренне рассмеялся.
- Чтобы вы не кусали никого вокруг? – предполагает сквозь не менее заразительный, чем улыбка, смех.
- Да, - хмурюсь. Мне вроде бы было совсем не смешно, но…
- Недоразумение вы ползучее, - мужчина по-прежнему смеется.
И я не выдерживаю – тоже начинаю улыбаться.
Ну вот как он это делает?
- Я даже не знаю, кого мне жалко больше, - дракон всё никак не успокаивается, - кролика, вас или ваших перепуганных одногруппников.
И глядя на то, как он вовсе не пытается делать из происходящего трагедию, я тоже начинаю смотреть на всё под другим углом. И… смеюсь. Сначала неуверенно, а потом уже не сдерживаясь.
Но мысль о преподавательнице снова стирает с моего лица улыбку.
- Чем закончился ваш разговор? – спрашиваю тихо, без капли юмора.
Ректор тоже перестает улыбаться, сразу понимая, о ком я.
- Тем, что она даст вам второй шанс. А также вспомнит о правилах приличия и больше не будет никоим образом вас оскорблять.
Зарываюсь пальчиками в пушистую шерстку.
Значит, мне снова придется с ней встречаться…
- Астра, как вы думаете, в чем главный смысл обучения здесь? – внезапно спрашивают меня.
Пожимаю плечами.
- Чтобы потом много зарабатывать? – беспечно предполагаю.
- В том, чтобы научиться жить. Жить в мире, где не все и не всегда будут хорошего о вас мнения. Мире, где не все постели будут мягкими, не все существа добрыми, и не все решения приятными. Понимаю, вы вряд ли захотите в дальнейшем быть шпионом, и вас вряд ли прельщают перспективы после выпуска, но подумайте и о другом. Мир, где вас окружат теплом, заботой и добротой означает мир наполненный ложью. Мир, лишеный половины красок, в котором вас запрут как в золотой клетке. Разве хотели бы вы такой жизни? Жизни, где вы всего лишь птичка, за которой ухаживают и ублажают, но не делятся проблемами и не считают личностью?
- В этом вопросе точно есть какой-то подвох. – Шмыгаю, но плакать уже совсем не хочется. – Я вот сейчас скажу нет, а вы меня куда-нибудь на полигоны отправите, да?
Ректор снова усмехается. Потом выпрямляется, делает пару шагов назад, возвращаясь к всё еще горящему порталу, и отвечает мне вполне серьезно:
- Я никому не дам вас в обиду, змейка. Но вы должны научится сами справляться со своими проблемами. Увольнение, наказание, отчисление не помогут решить главную проблему – люди не начнут думать о вас иначе. Докажите не силой и защитниками, что вы достойны куда лучшего отношения, докажите это своими поступками и поведением.
Подождав пару мгновений, но не дождавшись моей реакции, мужчина коротко кивает в знак прощания и исчезает в портале.
А я сижу и глажу успокоившегося кролика.
Интересно, что скажут мои соседки при виде внезапно образовавшегося нового питомца?
***
- Астра! – ворвавшаяся через час в комнату Мила застала картину идеалистического блаженства – осознавший свое счастье кролик, которого я решила назвать Грушей, сыто развалился на моей постели во весь свой, как оказалось, могучий рост и вяло подергивал лапкой. – Это что? – шокировано выдыхает человечка, и мне становится чуточку легче: она в этом цирке участия не принимала.
- Это объект моего гастрономического воздыхания, - важно поясняю, поглаживая пушистую макушку.
- Ты же его съешь? – с надеждой в голосе и обреченностью во взгляде спрашивает Мила.
А еще говорят, что змеи кровожадные.
- Нет, теперь он будет жить с нами. – Сурово отвечаю. – Это Груша, знакомься.
- Ты решила силу воли тренировать? – совсем-совсем обреченно уточняет Мила, но спорить не пытается и покорно чешет макушку ультимативно подсунутому под нос кролику.
Вздохнув, рассказываю ей, откуда взялся наш новый питомец.
Слово, которое подобрала для описания всей этой ситуации Мила, в приличном обществе не озвучивают.
Демонессы, которых тоже никто не спрашивал, отнеслись к кролику на удивление спокойно. Хотя мучают меня подозрения, что живность мою они воспринимают скорее как живой объект для исследований, который всегда под рукой, потому и не спорят.
Обустраивали мы Грушу долго. Сначала выясняли, чем его кормить, потом, где ему спать, причем так, чтобы проверяющие, периодически заглядывающие к нам в комнату, его не заметили, затем долго и упорно приучали к туалету. Без парочки внушений с моей стороны тут всё же не обошлось, но рефлекс ходить в туалет в нужном месте мы выработали. Осталось еще выработать, чтобы этот рефлекс происходил в нужное время, а не когда я в змею оборачиваюсь, и Груша пугается до смерти.
Но мы над этим работаем.
Глава 16
Утро следующего дня началось чуть более прозаично, чем прошлое – из графина меня не поливали, разбудив банальным окриком, о чем я даже пожалела, так как выползти из теплой, уютной, совершенно замечательной и балдежной постельки оказалось задачей почти невыполнимой. Но когда число произнесенных фраз «сейчас встаю» перевалило за десяток, а Мила начала подозрительно косо посматривать на тот самый графин, я всё-таки нашла в себе силы… нет, не встать, а спустить ноги с постели. Уже подвиг, я считаю, учитывая как за пределами одеялка холодно. Мила, видимо, тоже рассудила, что самый сложный шаг сделан и немного ослабила бдительность. А я благополучно уснула.
- Астра!!!
Дернулась и резко вынырнула из блаженных объятий сладкого сна.
- Астра, имей совесть, мы же не позавтракаем!
Шиплю. Тихонько и жалобно.
- Астра, ну вставай же, пожалуйста!
- Если я встану… я лягу, - информирую печально.
Мой папенька на такой аргумент всегда отвечал, что если я сейчас же не встану, то уже не сяду. Потому что попа болеть будет. Но Мила, слава богам, не мой папенька и стимулировать меня могла только морально, а не физически.
Ой, я забыла про графин.
А вот графин про меня не забыл и весело выплеснулся на снова задремавшую меня.
Сползаю с постели грустной лужицей.
В целом, если подумать, то ковер на полу тоже очень даже…
- АСТРА ВСТАВАЙ Я СКАЗАЛА!
Ш-ш-ш-ш!
На завтрак мы все-таки успели, но поесть удалось только Миле. Под шокированными взглядами друзей я лишь вяло поковыряла теоретически очень вкусную яишенку, но ни кусочка проглотить так и не смогла. Всё, на что способен мой организм в данный момент – это люто страдать от недосыпа, а не поглощать пищу.
- Астра, ты спала девять часов, - ворчит Мила.
- Угу.
- Астра, змеям, чтобы выспаться достаточно четырех!
- Угу.
- Четырех часов раз в два дня, Астра!
- Угу.
- Как при таких условиях можно не высыпаться?!
- Куда?
Мила бросает вилку на тарелку и с силой бьется головой об стол.
- Я так больше не могу, - шепчет обреченно.
- Всего-то пару дней со мной живешь, - обижено тяну. Обычно все няньки сдаются хотя бы через неделю.
- Да ладно тебе, как будто нас действительно могут отчислить из-за того, что Астра не занимается, - резонно замечает Демьян, поучительно тыкая в нас ложкой, - уверен, в нашем случае точно сделают исключение в связи с максимально необычными обстоятельствами.
Какой он добрый, люблю его - не могу.
А Милу почему-то его аргументы не успокаивают. И зная коварство моего папеньки, я даже начинаю догадываться, почему.
***
- …полигоны… - выхватывает страшное слово мое максимально нерасположенное к восприятию чего-либо сознание по дороге куда-то там. Вот даже знать не хочу куда.
- Что полигоны? - вскидываюсь, выходя из состояния амебы в коме.
- У нас сегодня по расписанию полигоны. – Поясняет мне Мила.
- Когда? – только и спрашиваю.
- Через четыре пары.
Отлично, я так далеко в будущее не заглядываю.
В следующий раз сознание вернулось ко мне, когда мы куда-то сели. Предполагаю, что за парту, но вникать было очень лениво.
- Астра, соберись, - встревоженно шепчет и толкает меня локтем в бок Демьян, - на Милу уже смотреть больно.
Мне кажется или это проблемы исключительно Демьяна и Милы, а не мои?
Сплю.
Бух!
Звук с силой захлопнувшейся двери на секунду выводит меня из состояния глубокой дремы.
- Будем считать, что я дал шанс всем спящим не пропустить начало занятия. – Слышу бодрый мужской голос. – Дальше решайте сами.
Приоткрываю один глаз.
Высокий седовласый мужчина пружинистым шагом быстро подходит к доске, на ходу доставая из кармана самый обычный маркер.
- Позвольте представиться – профессор Пирс. – Дружелюбно улыбается. – Для тех, кто не имеет свойства запоминать, на какие пары он приходит, сообщаю: я буду вести у вас курс точных наук в ближайшие два года. Да-да, если вас накрывает скепсис, и вы думаете, что один простой человек чисто физически не способен знать все точные науки, скажу сразу. Я абсолютно с вами согласен. – Приоткрываю второй глаз. – Однако ректор сей прекрасной и очень богатой (на таланты, разумеется) академии предложил мне такой оклад, что я безоговорочно положился на его компетентное мнение и богатый преподавательский опыт.
Приподнимаю голову.
- Немного организационных вопросов. Так как размер моего доверия к опыту и знаниям вашего дорогого руководства никоим образом не зависит от числа посещающих мои занятия, сообщаю, что никаких списков присутствующих я вести не буду. А даже если буду, то всё равно потеряю. Более того, мне нет совершенно никакого дела до того, чем именно вы будете заниматься на моих парах. Главное, если уж пришли, то не мешайте. Да-да, юная леди, - профессор внезапно посмотрел прямо на меня, - если вам так сильно хочется спать, спите. Но предупреждаю сразу – спрашивать с вас всех я буду строго. Учтите, что мне проще вас отчислить, чем отпустить неучами, так как от ваших результатов на других смежных предметах зависит моя премия. Потому советую всё же слушать, хоть и не настаиваю. Впрочем, если вы любители острых ощущений – можете приходить сразу на экзамен, обещаю, нам будет весело.
Как-то даже сразу захотелось прийти на экзамен, но косой взгляд Милы развиться привлекательной идее - спать по утрам во вторник - не дал.
- И последнее. На занятиях не стесняйтесь задавать вопросы – я на экзамене стесняться их задавать точно не буду. Даже если вопрос кажется глупым, не переживайте, во-первых, большинство научных открытий совершалось именно после глупых вопросов, а во-вторых, я вас все равно не запомню, поэтому вашей репутации в моих глазах это не повредит. Да что уж там, я и так вполне невысокого о вас мнения, не волнуйтесь.
Нет, проспать это я не готова.
Приняв решение, выпрямляюсь и даже ищу рассеянным взглядом тетрадку.
Где может быть тетрадка?
Тетрадка…
Такая… прямоугольная…
Сосредотачиваюсь, силясь таки построить в голове логические связи…
Сумка!
Точно!
Туда иногда попадают тетрадки!
А где моя…
- Астра, я, конечно, всё понимаю, - слышу ехидный шепот Ника с мнимым придыханием, - ты суккуб и всё такое… и мне безусловно лестно… но я не такой, прости!
Ехидство в голосе парня меня настораживает, в мозгу что-то щелкает, и я вдруг понимаю, что в поисках сумки почему-то шарю по его ноге.
Нет, сумка должна быть ниже.
- Боги, Астра! - слышу в конце концов раздраженное, и тетрадь с ручкой внезапно появляются прямо передо мной.
Оу.
Ручка.
Ручку я не продумывала.
- …если вопросов пока нет, то немного расскажу вам о планах на семестр…
Беру ручку. В левую… нет, в правую руку.
