— Вон туда, — я показала на будку, — инструмент вытащим и сложим под изгородь, а мужика запихнём внутрь.
Скажу честно: когда через полчаса Саймон открывал кладовку, я, несмотря ни на что, надеялась, что она окажется пустой. Но, разумеется, мёртвый тип никуда не делся, а всё так же таращился в никуда.
— И как мы его потащим?
Я с сомнением смотрела на равнодушно пялящегося в потолок мужика и даже приблизительно не представляла, как нам за него взяться.
— Откуда я знаю? — тяжело вздохнул Саймон, тоже не спешащий хвататься за бездыханное тело. — У меня, знаешь ли, нет соответствующей практики. Транспортировка трупов никогда раньше не входила в сферу моих интересов.
— Очень зря, — попеняла ему я, — так хотя бы ты представлял, с какой стороны за него браться. Слушай, наверное, надо перчатки надеть? Не голыми же руками его трогать… К тому же вдруг мы оставим на нём отпечатки пальцев, а потом скажут, что это мы его? Или подцепим какую-нибудь заразу… Мало ли, где он болтался до того, как влезть в мой дом?
— Наверное, ты права, — Саймон с сомнением оглядел тело, — хотя сразу видно, что парень не из бедных.
— Почему ты так думаешь?
Не то чтобы мне было очень интересно, хотя и это тоже, но объяснение Саймона позволяло ещё немного отодвинуть неприятную процедуру.
— Ну смотри, — начал приятель, тоже не рвущийся заниматься перетаскиванием трупов, — у него рубашка от Фрэнка Фостера, а это, я тебе скажу, дорогое удовольствие, да и костюмчик… Не Андерсон и Шеппард, конечно, но тоже очень достойный… Могу точно сказать, что на себе парень не экономил, раз уж даже воровать отправился в шмотках не за одну сотню фунтов.
— Интересно, а миссис Пауэр их видела? Не похоже, что они пробирались огородами…
— Это да, — кивнул Саймон, — пусть потом Джастин у неё попробует выяснить. Он, конечно, сомнительный полицейский, но кроме нас об этом никто не знает, к счастью. Слушай, Мэгги, мы можем с тобой сколько угодно отодвигать неприятный момент, но его же всё равно придётся перетаскивать в сарайчик. Давай уже напряжёмся и отделаемся от него. На улице уже темно, так что нас при всём желании никто не увидит.
— А если тот, кто его убил, решит вернуться?
— Очень хорошо, — мрачно ответил Саймон, — поможет таскать своего приятеля.
С этими словами он натянул перчатки, которые я принесла из кухни: там у меня была целая упаковка. Я пользовалась ими во время уборки и работы в палисаднике. Правда, последнее, если быть честной, случилось всего один раз, но случилось же!
Незнакомый грабитель оказался возмутительно тяжёлым и, если можно так сказать, не транспортабельным. Мы с определённым трудом выволокли его из кладовки, в которой он достаточно компактно сидел, и он упал, глухо стукнувшись головой об пол. Почему-то этот звук подействовал на меня сильнее, чем всё остальное, и я натуральным образом зависла, не в силах даже пошевелиться.
— Мэгги, — встревоженно окликнул меня бледный Саймон, — очнись, ты чего? Он уже мёртвый, а потому не опасный. Ты лучше подумай, как ужасно было бы, если бы его застрелили или ударили ножом. Тогда нам ещё и кровь пришлось бы отмывать… Эй, Мэгги…
Последние слова я услышала, уже вваливаясь в ванную, где меня и вывернуло наизнанку. Отдышавшись, прополоскав рот и даже почистив зубы, я почувствовала: отпустило.
— Извини, — вернувшись в гостиную, я виновато посмотрела на Саймона, — я просто…
— Не надо ни объяснять, ни извиняться, — он понимающе улыбнулся, пусть получилось и несколько кривовато, — это как раз нормально, значит, ты всё же обычная девчонка, а не какой-нибудь секретный агент. А то меня твоё спокойствие уже начало тревожить. Зато теперь всё встало на свои места. Ну что, потащили? Бери его за одну ногу, а я за вторую…
«Настроение организуем, да и вообще,
состав объявлен, отказы не принимаются.»
© «Зимняя вишня»
— Как по мне, так очень даже хорошо, — Саймон критически оглядел дело наших рук, — наш труп… в смысле, труп мужика... прекрасно утрамбовался в твой сарайчик и должен спокойно дождаться здесь Джастина. Может быть, ему тут, конечно, и не очень удобно, но зато мы не будем прислушиваться к каждому шороху. Замок у тебя?
Я молча протянула ему небольшой замок, который выполнял исключительно декоративные функции, так как взломать его смог бы даже ребёнок. Но тем не менее он создавал хотя бы видимость закрытой двери.
Саймон запер сарайчик, и мы отправились в дом, так как было уже достаточно поздно: возня с перетаскиванием мёртвого грабителя заняла неожиданно много времени.
Плотно закрыв дверь, ведущую на террасу и, соответственно, в сад с временным обиталищем неизвестного грабителя, я положила на порог заранее взятую на кухне большую головку чеснока.
— Ты серьёзно? — Саймон посмотрел сначала на меня, потом на дверь, потом на чеснок. — Думаешь, он решит ожить и нанести нам визит вежливости?
— Надеюсь, что нет, — я тоже посмотрела на чеснок, — но лучше я буду выглядеть дурой, чем стану дёргаться из-за каждого шороха.
— В этом есть определённая логика, — вынужден был согласиться со мной Саймон, — пусть лежит, не мешает же никому…
После этого я показала Саймону гостевую комнату, в которой, к счастью, давно успела навести порядок и даже перестелить постельное бельё на кровати. Предупредив, что встаю рано, так как иду на работу, пожелала приятелю спокойной ночи и наконец-то отправилась спать.
— Буди меня, когда встанешь, ладно? — крикнул Саймон мне в спину, — во-первых, я не хочу оставаться у тебя один, во-вторых, мне тоже на работу, и в-третьих, ты же будешь готовить себе завтрак, правда?
Вопреки имевшимся опасениям, я заснула сразу и открыла глаза только от пронзительного звонка будильника. А ведь мне казалось, что я глаз сомкнуть не смогу из-за всего, что вчера произошло.
Растолкав так же безмятежно спавшего Саймона, я спустилась в кухню и занялась приготовлением завтрака, вовремя вспомнив, что готовить нужно на двоих, а не только себе.
— Слушай, а может, я буду иногда оставаться у тебя ночевать? — доедая омлет, поинтересовался Саймон. — У тебя уютно и вкусно кормят по утрам. Я даже согласен каждый раз перебираться через эту дурацкую изгородь.
— Не уверена, что Алексу понравится твоя идея, — засмеялась я, — к тому же у меня не так уж и хорошо, трупы вон в кладовках обнаруживаются. Кстати, когда будешь уходить через сад, загляни в сарайчик, ладно?
— Боишься, что кто-нибудь умыкнул нашего красавца?
— Да кому он нужен кроме нас? — отмахнулась я. — Просто надо же убедиться, что нам будет что предъявить Джастину, когда он придет.
— Ладно, посмотрю, — не стал спорить Саймон, — а в обед, пользуясь тем, что ни Гилмера, ни Холмса нет, составишь мне компанию? Хочу обсудить с тобой несколько моментов, связанных с карнавалом.
— А что тебе мешает сделать это сейчас? — совершенно искренне изумилась я.
— Ты не понимаешь, Мэгги, — сыто отдуваясь и допивая кофе, ответил репортёр, — дом должен оставаться домом, а работа — работой. Научишься не подменять одно другим и не смешивать — и будет тебе счастье. Послушайся дядюшку Саймона, он дурного не посоветует.
— Уговорил, обсудим за ланчем.
Проводив Саймона и убедившись, что за ночь труп неизвестного никуда не делся, а приятель без ущерба для себя и для изгороди перелез на участок Линдманов, я вернулась в дом. Подняла с пола и положила на столик чеснок, проверила, заперта ли дверь на террасу, быстренько вымыла посуду и отправилась в библиотеку.
Теперь я совершенно точно знаю, что лучший способ на время забыть о неприятностях — это с головой окунуться в работу. Дел было столько, что за весь день я хорошо если пару раз вспомнила о том, что произошло вчера.
День карнавала неумолимо приближался, и горожане — те, кто не сделал этого раньше — стали активно приходить в библиотеку и просить помочь им с выбором костюма и отрывка. Причём наведывались не только молодые, но и достаточно пожилые. Например, я больше часа потратила на то, чтобы помочь мистеру Керку, которому, по его собственным словам, недавно исполнилось восемьдесят лет, выбрать подходящий образ. В итоге мы остановились на Гэндальфе, герое трилогии мистера Толкина, которая и здесь пользовалась большой любовью и как раз переживала пик популярности. Довольный мистер Керк потёр морщинистые ладони и неожиданно по-молодому расхохотался:
— Вот внуки-то удивятся, а, Мэгги? Не ждут от такого старого пня, как я, ничего подобного! А я их и удивлю!
— Уверена, они будут в абсолютном восторге и станут вполне заслуженно вами гордиться, мистер Керк, — сказала я, ничуть не покривив душой.
За ланчем, про который я чуть не забыла, я попросила Саймона дать в ближайшем номере объявление по поводу того, что все те, кто уже выбрал костюм, должны зайти в библиотеку и официально зарегистрироваться, чтобы организационный комитет мог получить хотя бы приблизительное представление о количестве участников. За неделю до начала карнавала регистрация прекращается, и тот, кто не успел о себе заявить, будет выступать вне конкурса. Саймон пообещал разослать это же объявление своим коллегам в Брафордшир и Меймерд: там тоже были свои местные газеты, аналогичные «Новостям Блайзбери». А жители Бейквелда и Честервиля своих газет не имели, поэтому читали все три.
После обеда в библиотеку заглянула миссис Доршер, которая вполне доброжелательно приняла мои извинения по поводу того, что я сама никак не могла до неё добраться.
— Ах, Маргарет, я всё прекрасно понимаю, — улыбнулась она, — ты и так делаешь очень много, больше нас всех. Я благодарна тебе, что ты внесла меня в список организационного комитета, так как это действительно замечательное мероприятие, которое, несомненно, прославит Блайзбери и его литературный клуб.
— Я очень благодарна вам, миссис Доршер, за то, что вы согласились! Я как раз сегодня разговаривала с мистером Миллзом о том, что уже можно и даже нужно приглашать участников на регистрацию, чтобы мы имели хоть какое-то представление о количестве тех, кто будет в костюмах. Ведь нужно же просчитать количество грамот, сориентироваться с памятными мелочами, да и вообще — получить хоть какое-то представление о том, сколько чего нужно. Саймон сказал, что вы планировали сделать какие-то памятные значки?
— Да, мы обсуждали такую возможность, — подтвердила миссис Доршер, — у моего зятя, Эдвина, своё небольшое предприятие в Хоуптоне, они как раз занимаются подобными вещами. Я рассказала ему о своей идее, и он обещал сделать столько значков, сколько нужно.
— А это не очень дорого? — на всякий случай уточнила я. — У нас есть, конечно, средства, но я не уверена, что их хватит на всё…
— Это моя забота, Маргарет, — отмахнулась председатель литературного клуба, — поверь, Эдвин не разорится, даже если сделает несколько сотен значков. И ты вполне можешь называть меня просто миссис Дороти, моя дорогая.
— Благодарю, — я одновременно удивилась и обрадовалась: подобное обращение показывало, что меня приняли в круг «интеллектуальной элиты» Блайзбери. Кому-то может показаться смешным, но для меня это было очень важно и крайне лестно. Не исключено, что это кроме всего остального было связано с тем, что я теперь была невестой Алекса Гилмера, человека более чем состоятельного и «столичного».
— Раз такое дело, то зарегистрируй, пожалуйста, мою младшую дочь, Сесиль, она уже приготовила костюм. Не обязательно же указывать, какой именно, правда? А то исчезнет эффект неожиданности, а ей очень хочется всех удивить.
— Конечно, миссис Дороти!
Я извлекла из стола чистую тетрадь и аккуратно подписала её: «Участники литературного карнавала». Затем на самой первой странице поставила цифру «1» и записала первого официального участника.
— Мисс Сесиль Доршер… Готово! Как вы думаете, миссис Дороти, сколько будет участников?
— Ох, Маргарет, не возьмусь даже предположить, — вздохнула моя собеседница, — в самом начале я думала, что твоя идея не найдёт отклика среди горожан, но я ошиблась! С кем я ни разговариваю, в каждой семье хоть кто-то да собирается участвовать, а некоторые вообще всей семьёй решили присоединиться! Представляешь? И это только в Блайзбери, а ведь ещё другие города, это я даже не говорю о Хоуптоне.
— Может быть, из Хоуптона пригласить только членов тамошнего литературного клуба, как вы думаете? Иначе нам просто не справиться даже с помощью волонтёров.
— Думаю, ты права, дорогая, — согласилась миссис Доршер, — я на днях как раз собираюсь в Хоуптон, вот и поговорю с тамошним председателем клуба, мистером Робинсоном. А на следующей неделе он и сам собирался посетить Блайзбери. Я могу тебе ещё чем-то помочь?
— О, благодарю, миссис Доршер, но пока, наверное, нет. Разве что вы сможете поговорить с мистером Колгривом по поводу музыкального сопровождения. Не мог бы он подумать, как нам лучше это сделать? Я имею в виду торжественное шествие и конкурс на лучший костюм. Ведь он столько лет был руководителем оркестра Блайзбери. Очень жаль, что они давно не выступают, правда?
— Прекрасная идея, — одобрительно улыбнулась мне миссис Доршер, — я попрошу Генри, чтобы он убедил своих приятелей, так сказать, тряхнуть стариной. Это смотрелось бы очень эффектно. Ты молодец, Мэгги, и всегда такой была, но после последней поездки в Хоуптон просто… словно перешла на другой уровень. Так что совершенно не удивительно, что мистер Гилмер, который раньше не обращал на тебя внимания, вдруг заметил, что ты не только красавица, но ещё и умница, каких поискать!
— Спасибо, — я даже смутилась и покраснела, — Алекс тоже помогает в организации и предоставляет очень достойные призы победителям конкурсов. И, поверьте, это будут не просто памятные статуэтки, как я планировала. Мистер Гилмер собирается вложить в подарки очень приличную сумму.
— О, как это мило с его стороны, — восхитилась миссис Дороти, — кстати, Мэгги, мне для украшения сцены и остальных знаковых мест понадобятся помощники. Имей это в виду, когда будешь раздавать задания волонтёрам. Хорошо?
— Конечно, — я открыла тетрадь, в которую записывала все текущие дела, — сколько человек вам нужно?
— Не очень много, — подумав, сказала она, — пару юношей, чтобы носить цветы, расставлять вазоны и вешать гирлянды, и пару девушек для работы с цветами. Полагаю, этого будет достаточно.
— Записала, — я закрыла тетрадь, — уверена, что желающие найдутся…
Мы поговорили ещё немного, и миссис Доршер покинула библиотеку, а я устало шлёпнулась на стул. Если Джастин будет на арендованной машине, то, может быть, он довезёт меня до дома? Как-то я вымоталась за день. Ну и вчерашний стресс со счетов сбрасывать тоже не стоило.
Мысли тут же перескочили на вопросы гораздо более приземлённые, чем предстоящий праздник. Раз уж Джастин сорвался из Хоуптона сразу после совещания, то он наверняка будет голодным, а так как к нам непременно присоединится Саймон, то мне надо подумать, чем накормить двух не самых мелких голодных мужиков. В холодильнике у меня были остатки овощного рагу и одна куриная ножка. И что-то подсказывало мне, что этого им не хватит… Были ещё булочки, но их Саймон слопал за завтраком. Значит, нужно придумать, как решить этот вопрос. А вообще, судя по всему, мне нужно привыкать к тому, что в морозилке всегда должен быть приличный запас еды, которую можно быстро приготовить.
Скажу честно: когда через полчаса Саймон открывал кладовку, я, несмотря ни на что, надеялась, что она окажется пустой. Но, разумеется, мёртвый тип никуда не делся, а всё так же таращился в никуда.
— И как мы его потащим?
Я с сомнением смотрела на равнодушно пялящегося в потолок мужика и даже приблизительно не представляла, как нам за него взяться.
— Откуда я знаю? — тяжело вздохнул Саймон, тоже не спешащий хвататься за бездыханное тело. — У меня, знаешь ли, нет соответствующей практики. Транспортировка трупов никогда раньше не входила в сферу моих интересов.
— Очень зря, — попеняла ему я, — так хотя бы ты представлял, с какой стороны за него браться. Слушай, наверное, надо перчатки надеть? Не голыми же руками его трогать… К тому же вдруг мы оставим на нём отпечатки пальцев, а потом скажут, что это мы его? Или подцепим какую-нибудь заразу… Мало ли, где он болтался до того, как влезть в мой дом?
— Наверное, ты права, — Саймон с сомнением оглядел тело, — хотя сразу видно, что парень не из бедных.
— Почему ты так думаешь?
Не то чтобы мне было очень интересно, хотя и это тоже, но объяснение Саймона позволяло ещё немного отодвинуть неприятную процедуру.
— Ну смотри, — начал приятель, тоже не рвущийся заниматься перетаскиванием трупов, — у него рубашка от Фрэнка Фостера, а это, я тебе скажу, дорогое удовольствие, да и костюмчик… Не Андерсон и Шеппард, конечно, но тоже очень достойный… Могу точно сказать, что на себе парень не экономил, раз уж даже воровать отправился в шмотках не за одну сотню фунтов.
— Интересно, а миссис Пауэр их видела? Не похоже, что они пробирались огородами…
— Это да, — кивнул Саймон, — пусть потом Джастин у неё попробует выяснить. Он, конечно, сомнительный полицейский, но кроме нас об этом никто не знает, к счастью. Слушай, Мэгги, мы можем с тобой сколько угодно отодвигать неприятный момент, но его же всё равно придётся перетаскивать в сарайчик. Давай уже напряжёмся и отделаемся от него. На улице уже темно, так что нас при всём желании никто не увидит.
— А если тот, кто его убил, решит вернуться?
— Очень хорошо, — мрачно ответил Саймон, — поможет таскать своего приятеля.
С этими словами он натянул перчатки, которые я принесла из кухни: там у меня была целая упаковка. Я пользовалась ими во время уборки и работы в палисаднике. Правда, последнее, если быть честной, случилось всего один раз, но случилось же!
Незнакомый грабитель оказался возмутительно тяжёлым и, если можно так сказать, не транспортабельным. Мы с определённым трудом выволокли его из кладовки, в которой он достаточно компактно сидел, и он упал, глухо стукнувшись головой об пол. Почему-то этот звук подействовал на меня сильнее, чем всё остальное, и я натуральным образом зависла, не в силах даже пошевелиться.
— Мэгги, — встревоженно окликнул меня бледный Саймон, — очнись, ты чего? Он уже мёртвый, а потому не опасный. Ты лучше подумай, как ужасно было бы, если бы его застрелили или ударили ножом. Тогда нам ещё и кровь пришлось бы отмывать… Эй, Мэгги…
Последние слова я услышала, уже вваливаясь в ванную, где меня и вывернуло наизнанку. Отдышавшись, прополоскав рот и даже почистив зубы, я почувствовала: отпустило.
— Извини, — вернувшись в гостиную, я виновато посмотрела на Саймона, — я просто…
— Не надо ни объяснять, ни извиняться, — он понимающе улыбнулся, пусть получилось и несколько кривовато, — это как раз нормально, значит, ты всё же обычная девчонка, а не какой-нибудь секретный агент. А то меня твоё спокойствие уже начало тревожить. Зато теперь всё встало на свои места. Ну что, потащили? Бери его за одну ногу, а я за вторую…
ГЛАВА 14
«Настроение организуем, да и вообще,
состав объявлен, отказы не принимаются.»
© «Зимняя вишня»
— Как по мне, так очень даже хорошо, — Саймон критически оглядел дело наших рук, — наш труп… в смысле, труп мужика... прекрасно утрамбовался в твой сарайчик и должен спокойно дождаться здесь Джастина. Может быть, ему тут, конечно, и не очень удобно, но зато мы не будем прислушиваться к каждому шороху. Замок у тебя?
Я молча протянула ему небольшой замок, который выполнял исключительно декоративные функции, так как взломать его смог бы даже ребёнок. Но тем не менее он создавал хотя бы видимость закрытой двери.
Саймон запер сарайчик, и мы отправились в дом, так как было уже достаточно поздно: возня с перетаскиванием мёртвого грабителя заняла неожиданно много времени.
Плотно закрыв дверь, ведущую на террасу и, соответственно, в сад с временным обиталищем неизвестного грабителя, я положила на порог заранее взятую на кухне большую головку чеснока.
— Ты серьёзно? — Саймон посмотрел сначала на меня, потом на дверь, потом на чеснок. — Думаешь, он решит ожить и нанести нам визит вежливости?
— Надеюсь, что нет, — я тоже посмотрела на чеснок, — но лучше я буду выглядеть дурой, чем стану дёргаться из-за каждого шороха.
— В этом есть определённая логика, — вынужден был согласиться со мной Саймон, — пусть лежит, не мешает же никому…
После этого я показала Саймону гостевую комнату, в которой, к счастью, давно успела навести порядок и даже перестелить постельное бельё на кровати. Предупредив, что встаю рано, так как иду на работу, пожелала приятелю спокойной ночи и наконец-то отправилась спать.
— Буди меня, когда встанешь, ладно? — крикнул Саймон мне в спину, — во-первых, я не хочу оставаться у тебя один, во-вторых, мне тоже на работу, и в-третьих, ты же будешь готовить себе завтрак, правда?
Вопреки имевшимся опасениям, я заснула сразу и открыла глаза только от пронзительного звонка будильника. А ведь мне казалось, что я глаз сомкнуть не смогу из-за всего, что вчера произошло.
Растолкав так же безмятежно спавшего Саймона, я спустилась в кухню и занялась приготовлением завтрака, вовремя вспомнив, что готовить нужно на двоих, а не только себе.
— Слушай, а может, я буду иногда оставаться у тебя ночевать? — доедая омлет, поинтересовался Саймон. — У тебя уютно и вкусно кормят по утрам. Я даже согласен каждый раз перебираться через эту дурацкую изгородь.
— Не уверена, что Алексу понравится твоя идея, — засмеялась я, — к тому же у меня не так уж и хорошо, трупы вон в кладовках обнаруживаются. Кстати, когда будешь уходить через сад, загляни в сарайчик, ладно?
— Боишься, что кто-нибудь умыкнул нашего красавца?
— Да кому он нужен кроме нас? — отмахнулась я. — Просто надо же убедиться, что нам будет что предъявить Джастину, когда он придет.
— Ладно, посмотрю, — не стал спорить Саймон, — а в обед, пользуясь тем, что ни Гилмера, ни Холмса нет, составишь мне компанию? Хочу обсудить с тобой несколько моментов, связанных с карнавалом.
— А что тебе мешает сделать это сейчас? — совершенно искренне изумилась я.
— Ты не понимаешь, Мэгги, — сыто отдуваясь и допивая кофе, ответил репортёр, — дом должен оставаться домом, а работа — работой. Научишься не подменять одно другим и не смешивать — и будет тебе счастье. Послушайся дядюшку Саймона, он дурного не посоветует.
— Уговорил, обсудим за ланчем.
Проводив Саймона и убедившись, что за ночь труп неизвестного никуда не делся, а приятель без ущерба для себя и для изгороди перелез на участок Линдманов, я вернулась в дом. Подняла с пола и положила на столик чеснок, проверила, заперта ли дверь на террасу, быстренько вымыла посуду и отправилась в библиотеку.
Теперь я совершенно точно знаю, что лучший способ на время забыть о неприятностях — это с головой окунуться в работу. Дел было столько, что за весь день я хорошо если пару раз вспомнила о том, что произошло вчера.
День карнавала неумолимо приближался, и горожане — те, кто не сделал этого раньше — стали активно приходить в библиотеку и просить помочь им с выбором костюма и отрывка. Причём наведывались не только молодые, но и достаточно пожилые. Например, я больше часа потратила на то, чтобы помочь мистеру Керку, которому, по его собственным словам, недавно исполнилось восемьдесят лет, выбрать подходящий образ. В итоге мы остановились на Гэндальфе, герое трилогии мистера Толкина, которая и здесь пользовалась большой любовью и как раз переживала пик популярности. Довольный мистер Керк потёр морщинистые ладони и неожиданно по-молодому расхохотался:
— Вот внуки-то удивятся, а, Мэгги? Не ждут от такого старого пня, как я, ничего подобного! А я их и удивлю!
— Уверена, они будут в абсолютном восторге и станут вполне заслуженно вами гордиться, мистер Керк, — сказала я, ничуть не покривив душой.
За ланчем, про который я чуть не забыла, я попросила Саймона дать в ближайшем номере объявление по поводу того, что все те, кто уже выбрал костюм, должны зайти в библиотеку и официально зарегистрироваться, чтобы организационный комитет мог получить хотя бы приблизительное представление о количестве участников. За неделю до начала карнавала регистрация прекращается, и тот, кто не успел о себе заявить, будет выступать вне конкурса. Саймон пообещал разослать это же объявление своим коллегам в Брафордшир и Меймерд: там тоже были свои местные газеты, аналогичные «Новостям Блайзбери». А жители Бейквелда и Честервиля своих газет не имели, поэтому читали все три.
После обеда в библиотеку заглянула миссис Доршер, которая вполне доброжелательно приняла мои извинения по поводу того, что я сама никак не могла до неё добраться.
— Ах, Маргарет, я всё прекрасно понимаю, — улыбнулась она, — ты и так делаешь очень много, больше нас всех. Я благодарна тебе, что ты внесла меня в список организационного комитета, так как это действительно замечательное мероприятие, которое, несомненно, прославит Блайзбери и его литературный клуб.
— Я очень благодарна вам, миссис Доршер, за то, что вы согласились! Я как раз сегодня разговаривала с мистером Миллзом о том, что уже можно и даже нужно приглашать участников на регистрацию, чтобы мы имели хоть какое-то представление о количестве тех, кто будет в костюмах. Ведь нужно же просчитать количество грамот, сориентироваться с памятными мелочами, да и вообще — получить хоть какое-то представление о том, сколько чего нужно. Саймон сказал, что вы планировали сделать какие-то памятные значки?
— Да, мы обсуждали такую возможность, — подтвердила миссис Доршер, — у моего зятя, Эдвина, своё небольшое предприятие в Хоуптоне, они как раз занимаются подобными вещами. Я рассказала ему о своей идее, и он обещал сделать столько значков, сколько нужно.
— А это не очень дорого? — на всякий случай уточнила я. — У нас есть, конечно, средства, но я не уверена, что их хватит на всё…
— Это моя забота, Маргарет, — отмахнулась председатель литературного клуба, — поверь, Эдвин не разорится, даже если сделает несколько сотен значков. И ты вполне можешь называть меня просто миссис Дороти, моя дорогая.
— Благодарю, — я одновременно удивилась и обрадовалась: подобное обращение показывало, что меня приняли в круг «интеллектуальной элиты» Блайзбери. Кому-то может показаться смешным, но для меня это было очень важно и крайне лестно. Не исключено, что это кроме всего остального было связано с тем, что я теперь была невестой Алекса Гилмера, человека более чем состоятельного и «столичного».
— Раз такое дело, то зарегистрируй, пожалуйста, мою младшую дочь, Сесиль, она уже приготовила костюм. Не обязательно же указывать, какой именно, правда? А то исчезнет эффект неожиданности, а ей очень хочется всех удивить.
— Конечно, миссис Дороти!
Я извлекла из стола чистую тетрадь и аккуратно подписала её: «Участники литературного карнавала». Затем на самой первой странице поставила цифру «1» и записала первого официального участника.
— Мисс Сесиль Доршер… Готово! Как вы думаете, миссис Дороти, сколько будет участников?
— Ох, Маргарет, не возьмусь даже предположить, — вздохнула моя собеседница, — в самом начале я думала, что твоя идея не найдёт отклика среди горожан, но я ошиблась! С кем я ни разговариваю, в каждой семье хоть кто-то да собирается участвовать, а некоторые вообще всей семьёй решили присоединиться! Представляешь? И это только в Блайзбери, а ведь ещё другие города, это я даже не говорю о Хоуптоне.
— Может быть, из Хоуптона пригласить только членов тамошнего литературного клуба, как вы думаете? Иначе нам просто не справиться даже с помощью волонтёров.
— Думаю, ты права, дорогая, — согласилась миссис Доршер, — я на днях как раз собираюсь в Хоуптон, вот и поговорю с тамошним председателем клуба, мистером Робинсоном. А на следующей неделе он и сам собирался посетить Блайзбери. Я могу тебе ещё чем-то помочь?
— О, благодарю, миссис Доршер, но пока, наверное, нет. Разве что вы сможете поговорить с мистером Колгривом по поводу музыкального сопровождения. Не мог бы он подумать, как нам лучше это сделать? Я имею в виду торжественное шествие и конкурс на лучший костюм. Ведь он столько лет был руководителем оркестра Блайзбери. Очень жаль, что они давно не выступают, правда?
— Прекрасная идея, — одобрительно улыбнулась мне миссис Доршер, — я попрошу Генри, чтобы он убедил своих приятелей, так сказать, тряхнуть стариной. Это смотрелось бы очень эффектно. Ты молодец, Мэгги, и всегда такой была, но после последней поездки в Хоуптон просто… словно перешла на другой уровень. Так что совершенно не удивительно, что мистер Гилмер, который раньше не обращал на тебя внимания, вдруг заметил, что ты не только красавица, но ещё и умница, каких поискать!
— Спасибо, — я даже смутилась и покраснела, — Алекс тоже помогает в организации и предоставляет очень достойные призы победителям конкурсов. И, поверьте, это будут не просто памятные статуэтки, как я планировала. Мистер Гилмер собирается вложить в подарки очень приличную сумму.
— О, как это мило с его стороны, — восхитилась миссис Дороти, — кстати, Мэгги, мне для украшения сцены и остальных знаковых мест понадобятся помощники. Имей это в виду, когда будешь раздавать задания волонтёрам. Хорошо?
— Конечно, — я открыла тетрадь, в которую записывала все текущие дела, — сколько человек вам нужно?
— Не очень много, — подумав, сказала она, — пару юношей, чтобы носить цветы, расставлять вазоны и вешать гирлянды, и пару девушек для работы с цветами. Полагаю, этого будет достаточно.
— Записала, — я закрыла тетрадь, — уверена, что желающие найдутся…
Мы поговорили ещё немного, и миссис Доршер покинула библиотеку, а я устало шлёпнулась на стул. Если Джастин будет на арендованной машине, то, может быть, он довезёт меня до дома? Как-то я вымоталась за день. Ну и вчерашний стресс со счетов сбрасывать тоже не стоило.
Мысли тут же перескочили на вопросы гораздо более приземлённые, чем предстоящий праздник. Раз уж Джастин сорвался из Хоуптона сразу после совещания, то он наверняка будет голодным, а так как к нам непременно присоединится Саймон, то мне надо подумать, чем накормить двух не самых мелких голодных мужиков. В холодильнике у меня были остатки овощного рагу и одна куриная ножка. И что-то подсказывало мне, что этого им не хватит… Были ещё булочки, но их Саймон слопал за завтраком. Значит, нужно придумать, как решить этот вопрос. А вообще, судя по всему, мне нужно привыкать к тому, что в морозилке всегда должен быть приличный запас еды, которую можно быстро приготовить.
