Какую дверь выбрать – левую или правую? Левая показалась ей менее обшарпанной, и Рэнди нажала кнопку звонка. Раздалась дребезжащая трель. Императрица отпустила кнопку и стала ждать. Должен же быть хоть кто-нибудь дома?
Сначала за дверью царила тишина, вновь вернувшаяся после того, как утихло последнее эхо звонка. Но когда императрица решила попробовать другую квартиру, за дверью послышалось шарканье.
- Иду, - раздался негромкий старческий голос. – Иду, подождите.
Дверь открылась. На пороге Рэнди увидела тучную пожилую женщину в выцветшем синем халате, подвязанном простеньким матерчатым пояском.
- Что тебе, девочка? – спросила она.
- Мне бы позвонить, - объяснила Рэнди, сообразив вдруг, что за звонок с нее могут потребовать плату, а у нее в карманах нет ни единой монетки.
- Позвонить? – переспросила женщина и хихикнула, показав на мгновение желтые зубы. – Ты не в тот район, девочка, попала. Нет здесь по квартирам телефонов. Или тебе, может, магический шар надо? Так и шаров здесь нет. Тут люди победнее живут, не то, что ты.
Хозяйка квартиры осмотрела императрицу с головы до ног и добавила:
- У тебя-то одежка новая, чистая, ни единой заплаты. Ты, наверно, из центра. Или из студентов приезжих. А нам когда еще обещали телефон провести, но как при императоре покойном обещали, так и сейчас все – говорят, скоро, мол, скоро.
- Так что, - удивленно спросила Рэнди, - отсюда вообще никак позвонить нельзя? Как же вы врачей вызываете? Или полицию?
- Врачей? – снова переспросила женщина. – Полицию? Да по-разному, девочка. Когда вовсе не вызываем, как-то сами обходимся. А когда с общественного телефона, если у него хулиганы трубку не оторвали.
- А как его найти?
Услышав про общественный телефон, Рэнди, уже начавшая думать, как она будет выбираться из этого района и что сделает со столичным бургомистром, когда вернется во дворец, решила, что у нее еще есть шансы дозвониться до дежурного офицера стражи.
- Сейчас выйдешь, девочка, и пройди вверх по улице до второго поворота. Там будет хлебная лавка, ее пройдешь, потом еще два дома жилых… или три… - она замолчала и задумчиво потерла лоб ладонью, вспоминая. – Точно, три. И вот за третьим домом будет столб, а на столбе телефон.
- Спасибо вам огромное, - поблагодарила ее императрица и поспешила к общественному телефону, на бегу соображая, точно ли помнит указания женщины: вверх по улице до поворота – до хлебной лавки – и три дома от нее, а потом – столб.
- Итак, - начала Аглариэль, - корни нашего рассказа уходят в прошлое минимум на пятьдесят лет. Как вы помните, именно тогда случилась война, которую сейчас принято называть Великой. Ее развязал Эдельхейм, страна с древней историей и очень серьезными амбициями…
В это время на лестнице раздались шаги.
- Ну наконец-то, - выдохнула эльфийка, прервав рассказ. – Надеюсь…
Дверь распахнулась. Вилли приготовился увидеть юную зеленоглазую императрицу, но вместо нее в проеме стоял пожилой мужчина. Он был практически лыс, за исключением рыжих бакенбардов, обильно тронутых сединой. Одет мужчина был в неброский темно-зеленый мундир.
- Милорд Брук? – вопросительно сказала Аглариэль.
Она явно знает этого человека, понял Вилли. Но кто это? Какое отношение он имеет к их встрече? И где же, гром их всех вместе с их политикой раздери, Рэнди?
- Сударыня Аглариэль, - легонько наклонил голову мужчина, намекнув на поклон. – Объясните мне, где Ее императорское Величество?
- Я хотела спросить у вас то же самое, - холодно ответила эльфийская принцесса. – Нам сказали, что она выехала из дворца и будет через четверть часа. Но с тех пор прошла и четверть часа, и половина часа, и даже целый час, и еще сколько-то времени, но мы ее до сих пор не видим.
- Ее Величество, - четко выговаривая слова, сказал мужчина, названный эльфийкой милордом Бруком, - исчезла. Автомобиль, в котором она отправилась на встречу, пропал. Его водитель не выходит на связь. Мои люди, которые должны были отслеживать автомобиль на протяжении всего маршрута, утверждают, что в какой-то момент он свернул с намеченного пути, но куда он направился – сказать пока что никто не может.
Вилли почувствовал, что происходит что-то невероятное. Что-то такое, чего не может, не должно быть. Жива ли Рэнди? Если да, то что произошло, куда она исчезла? Кто приложил к этому руку? Зачем это ему нужно? Где-то за сценой, на которой разворачивается то, что люди считают обычной жизнью, со скрежетом провернулись зубчатые колеса огромного тайного механизма, который вершит судьбы и уличных попрошаек, и великих правителей. Кто-то дернул за струны, за тонкие ниточки, тянущиеся к каждому из нас, и произошло что-то такое, чего мы не в силах понять. Тиггернал ощутил себя маленьким бессмысленным человечком, наивно пытающимся коснуться чего-то огромного, слепцом из легенды, пытающимся на ощупь найти ответ на вопрос, что же такое слон. Змея? Колонна? Тряпка? Слепец никогда не узнает правды.
- Я вынужден вас арестовать, - с искренней печалью в голосе произнес милорд Брук.
- Как? – удивленно выдохнула Аглариэль.
- Ваше Высочество, поставьте себя на мое место. Императрица Рэнди пропала, понимаете? Пропала! Когда об этом станет известно, начнется такое, что многие кризисы покажутся нам всем легким дуновением ветерка перед надвигающимся штормом. Сейчас я вынужден подозревать всех. Если станет ясно, что вы не имеете никакого отношения к ее исчезновению или если императрица, слава богам, вернется – вы тут же окажетесь на свободе со всеми сопутствующими извинениями. А пока что вас препроводят в дворцовую темницу.
- Вот это да, - хохотнул Мерлин.
Похоже, его происходящее больше забавляло, чем пугало.
- Я попаду в самый настоящий дворец? Хоть и в тюрьму? Будет о чем ребятам рассказать!
- Милорд Брук, - голос эльфийки был холоден как лед. – Вы забываетесь! Я наследная принцесса Эльфийского леса и нахожусь в Лагранде с дипломатическим визитом. Вы не можете меня арестовать.
- Простите, Ваше Высочество, но вы находитесь в стране инкогнито. Вас здесь как бы на самом деле и нет вовсе. Поэтому с точки зрения дипломатического этикета я не совершаю ничего предосудительного. Впрочем, сейчас мне некогда пререкаться с вами. Капитан!
В комнату, стуча сапогами, вошел высокий широкоплечий офицер. У офицера была борода, и многие гномы почли бы за честь, если бы их бороды были такими же густыми. За спиной бородача стояло несколько солдат.
- Прошу следовать за мной, - низким голосом сказал офицер. – Поверьте, мы не хотим причинить вам никакого вреда.
Хлебную лавку она нашли легко. Ее, скорее всего, можно было отыскать даже с закрытыми глазами, по одному только запаху. Рэнди повернула за угол и увидела небольшой домик со стеклянной витриной длиной почти во всю стену. На витрине красовались пышные белые батоны, крутобокие шоколадные кексы, изящно выгнутые рогалики, хитро завитые плюшки, зажаренные трубочки с повидлом, маленькие булочки с изюмом. Императрица тут же вспомнила, что не успела пообедать. Ей и так с трудом далось найти время для того, чтобы встретиться с посланницей Эльфийского леса. Поэтому она надеялась, что сможет поесть во время разговора с Аглариэлью. Но надеждам ее не дано было сбыться.
Ей даже булочку купить не на что! В карманах – ни единой монетки…
Рэнди неожиданно сообразила, что для звонка по общественному телефону ей тоже могут понадобиться деньги. Или в Лагранде такие звонки бесплатны? Проклятье! Даже если бы ее разбудили посреди ночи, она смогла бы по памяти назвать имена всех послов других держав при ее дворе, перечислить сильные и слабые стороны каждого, рассказать, кто из них что любит. Но сейчас она не знала, принято ли в ее собственной империи брать плату за то, чтобы поговорить по общественному телефону.
Не может вспомнить? Значит, придется это выяснить.
Императрица бодро зашагала дальше, оставив манящую булочным великолепием витрину за спиной. Вкусный запах преследовал ее по пятам, дразнил, щекотал ноздри, рисуя в воображении картины того, как она могла бы впиться зубами в горячий, только что вынутый из печи кекс.
Ее сомнения насчет платы разрешились довольно быстро. Она нашла нужный столб. На столбе действительно висел телефон. Только трубки у него не было. Причем, похоже, трубку не оторвали, хвастаясь молодецкой удалью или ища, к чему бы придраться, после нескольких кружек пива. Телефонный провод не ощетинился колючками разорванных проводков. Вместо этого на нем красовался аккуратный штекер. Если у трубки имеется соответствующий разъем, все очень просто: соедини их друг с другом и разговаривай, сколько хочешь. Но где взять трубку? Как они вообще в этом районе живут без связи? Каждый ходит к телефону с собственной трубкой? Чушь!
Странно, что женщина, отправившая сюда Рэнди, ничего не сказала ей о том, как тут все выглядит на самом деле. Или она сама давно не ходила звонить по телефону? Может, ей просто не с кем разговаривать?
За ее спиной раздались шаги. Рэнди вздрогнула и повернулась к тем, кто подходил сзади. Может быть, неведомые похитители, наконец, настигли ее?
Перед ней стояли двое серокожих гоблинов. Оба были одеты в пыльные и мятые спортивные костюмы, вытянутые на коленях пузырями. Тот, что справа, был повыше. На его голове красовалась плоская кепка, надетая козырьком назад. Тот, что слева, был пониже. Он постоянно что-то жевал, и его челюсть ритмично ходила вверх-вниз.
- Ай, девушка, - гортанным голосом сказал высокий в кепке. – Ай, красавица! Давай познакомимся?
Рэнди сделала шаг назад.
- Ай, милая, - добавил низкий и жующий, - пошли с нами – не пожалеешь. Мы веселые!
Этого еще не хватало, подумала императрица. Что делать? Как поступать теперь, когда вокруг нет никого, кого можно было бы позвать на помощь? Закрытые двери. Опущенные шторы на окнах. Императорские телохранители остались далеко. Где-то в машине сидит лейтенант Фальк, который наверняка в два счета объяснил бы незадачливым ухажерам, что они ошиблись, и им стоит переключить внимание на другой объект. Но Фальк заколдован, и непонятно, кто сейчас страшнее для императрицы – он или пара назойливых гоблинов.
Гоблины, тем временем, истолковали молчание Рэнди по-своему.
- Ай, красавица, - снова заговорил первый, - чего молчишь? Язык проглотила? Как тебя зовут? Я – Азург.
Представившись, серокожий на гоблинский манер резко ударил себя кулаком по худой груди.
- А я Гахар, - второй тоже ударил себя по груди кулаком. – Ай, милая, тебя-то как зовут?
- Неважно, - холодно сказала Рэнди. – Я не хочу с вами знакомиться. И никуда с вами не пойду.
- Эээ, красавица, - недовольно заворчал Азург, - ты неправильно говоришь. Тебе что, я не нравлюсь? Или он?
Гоблин показал на своего продолжающего жевать друга.
Хороший вопрос, мысленно усмехнулась императрица. Скажешь, что все в порядке, что они ей вполне нравятся, и придется потом объяснять, почему же она отказывается с ними идти. Скажешь, что гоблины ей не по нраву – разозлятся. И тогда неизвестно, что они могут сделать. Обычно серокожие гоблины трусоваты, но в то же время вспыльчивы. Если серокожий вобьет себе что-нибудь в голову – пиши пропало.
Тут Рэнди краем глаза заметила, что к ним подходят еще двое. На этот раз – люди, парни примерно ее возраста, лет шестнадцати. Интересно, подумала она, разве им еще не полагается быть в школе. Хотя в этом подозрительном районе все возможно. Может, это те самые трудные подростки, о которых часто говорит министр просвещения. В который раз императрица поняла, что знает жизнь по книгам, по рассказам учителей, по докладам чиновников, по сводкам Старого Лиса, по дипломатическим письмам. Да, так можно управлять страной. Но сводки Старого Лиса или письма дипломатов не очень-то помогают, когда нужно выпутаться из сложной ситуации, в которую угодил на улице.
- Что, куколка, - круглолицый парень в небрежно распахнутой куртке легонько хлопнул ее по плечу. – Не хочешь идти с Азургом и Гахаром? Правильно делаешь, что не хочешь. Они тебя долго не отпустят. До самого утра. А потом мама заругает, что домой не возвращалась.
Его спутник, тощий, с бледным узким лицом, громко засмеялся. Гоблины подхватили смех.
- Можешь со мной пойти, - предложил парень. – Меня Марк зовут. Меня все здесь знают. А ты вообще чья?
- В каком смысле – чья? – не поняла вопроса Рэнди.
- Ну, - назидательно сказал Марк, - у девчонки должен быть парень. Такой, с которым она ходит. И который за нее будет драться. Есть у тебя парень?
Есть, подумала она, вспомнив Вилли. Он уже дрался за меня. Еще как дрался. Встал между мной и направленной в меня пулей.
- Есть, конечно, - сказала императрица. – Его зовут Вилли.
- Вилли? – задумчиво переспросил Марк. – Не знаю в округе никакого Вилли. Он вообще с какой улицы? И ты сама откуда взялась? Я тебя, раньше, вроде не видел.
- Понимаешь, - попробовала объяснить Рэнди, - я заблудилась. Попала не туда, куда хотела. Теперь мне нужно позвонить по телефону. Но здесь нет трубки.
- Конечно, нет, - радостно сказал Марк.
Его молчаливый спутник опять весело рассмеялся. Гоблины вторили ему.
- Это я придумал.
Парень сунул руку во внутренний карман куртки и продемонстрировал Рэнди телефонную трубку.
- Прикольно? Теперь если хочешь позвонить – обращайся ко мне. Но трубочку-то я дам только тому, кто заплатит.
Он издевательски повертел трубкой перед носом императрицы и снова спрятал ее в карман.
- Дай трубку, пожалуйста, - терпеливо попросила Рэнди. – Я позвоню, за мной приедут, и тогда я тебе заплачу.
- Деньгами? – присвистнул Марк. – Зачем мне твои деньги?
Он грубо схватил Рэнди за локоть.
- С такой куколки я бы взял совсем другую плату.
Парень небрежно провел ладонью по ее руке, по плечу, по груди.
Не выдержав, императрица закатила ему пощечину.
- Да как ты смеешь, - крикнула она.
На серокожих смена тона подействовала. Они замерли и даже слегка склонили головы, услышав в словах Рэнди одновременно и возмущение поступком, и повеление больше никогда-никогда так не делать. Но Марк оказался крепким орешком.
- Ты что о себе возомнила, девка? – прошипел он. – Ну-ка, хватайте ее и тащите ко мне в гараж.
Его узколицый спутник, опять не сказав ни единого слова, вцепился в запястье девушки. Рэнди дернулась, стряхивая горячие пальцы, рванулась в стороны и освободилась. Не дожидаясь, пока ее опять начнут хватать, она бросилась бежать. Куда? Неважно, куда, лишь бы отделаться от наглецов, посмевших поднять руку на императрицу Лагранда.
Они не знали, что перед ними императрица? Плевать! Когда она вернется во дворец, разберется с тем, что произошло, умоется, поест, она обязательно отдаст приказ разыскать и Марка, и его оставшегося безымянным дружка, и Азурга с Гахаром. Проклятье, как же ей хочется взглянуть в их лица, когда они узнают, кого оскорбили. Их даже не надо будет наказывать. Страх, который они испытают – лучшее наказание.
Все это императрица думала уже на бегу. То, что Старый Лис уговорил ее надеть джинсы и кроссовки, здорово помогло ей. Хороша была бы Рэнди, если бы ей пришлось удирать от Марка, Азурга и прочих в туфлях на каблуках.
Конечно, они лучше знают район, в котором живут. Наверняка, все четверо излазили его вдоль и поперек.
Сначала за дверью царила тишина, вновь вернувшаяся после того, как утихло последнее эхо звонка. Но когда императрица решила попробовать другую квартиру, за дверью послышалось шарканье.
- Иду, - раздался негромкий старческий голос. – Иду, подождите.
Дверь открылась. На пороге Рэнди увидела тучную пожилую женщину в выцветшем синем халате, подвязанном простеньким матерчатым пояском.
- Что тебе, девочка? – спросила она.
- Мне бы позвонить, - объяснила Рэнди, сообразив вдруг, что за звонок с нее могут потребовать плату, а у нее в карманах нет ни единой монетки.
- Позвонить? – переспросила женщина и хихикнула, показав на мгновение желтые зубы. – Ты не в тот район, девочка, попала. Нет здесь по квартирам телефонов. Или тебе, может, магический шар надо? Так и шаров здесь нет. Тут люди победнее живут, не то, что ты.
Хозяйка квартиры осмотрела императрицу с головы до ног и добавила:
- У тебя-то одежка новая, чистая, ни единой заплаты. Ты, наверно, из центра. Или из студентов приезжих. А нам когда еще обещали телефон провести, но как при императоре покойном обещали, так и сейчас все – говорят, скоро, мол, скоро.
- Так что, - удивленно спросила Рэнди, - отсюда вообще никак позвонить нельзя? Как же вы врачей вызываете? Или полицию?
- Врачей? – снова переспросила женщина. – Полицию? Да по-разному, девочка. Когда вовсе не вызываем, как-то сами обходимся. А когда с общественного телефона, если у него хулиганы трубку не оторвали.
- А как его найти?
Услышав про общественный телефон, Рэнди, уже начавшая думать, как она будет выбираться из этого района и что сделает со столичным бургомистром, когда вернется во дворец, решила, что у нее еще есть шансы дозвониться до дежурного офицера стражи.
- Сейчас выйдешь, девочка, и пройди вверх по улице до второго поворота. Там будет хлебная лавка, ее пройдешь, потом еще два дома жилых… или три… - она замолчала и задумчиво потерла лоб ладонью, вспоминая. – Точно, три. И вот за третьим домом будет столб, а на столбе телефон.
- Спасибо вам огромное, - поблагодарила ее императрица и поспешила к общественному телефону, на бегу соображая, точно ли помнит указания женщины: вверх по улице до поворота – до хлебной лавки – и три дома от нее, а потом – столб.
- Итак, - начала Аглариэль, - корни нашего рассказа уходят в прошлое минимум на пятьдесят лет. Как вы помните, именно тогда случилась война, которую сейчас принято называть Великой. Ее развязал Эдельхейм, страна с древней историей и очень серьезными амбициями…
В это время на лестнице раздались шаги.
- Ну наконец-то, - выдохнула эльфийка, прервав рассказ. – Надеюсь…
Дверь распахнулась. Вилли приготовился увидеть юную зеленоглазую императрицу, но вместо нее в проеме стоял пожилой мужчина. Он был практически лыс, за исключением рыжих бакенбардов, обильно тронутых сединой. Одет мужчина был в неброский темно-зеленый мундир.
- Милорд Брук? – вопросительно сказала Аглариэль.
Она явно знает этого человека, понял Вилли. Но кто это? Какое отношение он имеет к их встрече? И где же, гром их всех вместе с их политикой раздери, Рэнди?
- Сударыня Аглариэль, - легонько наклонил голову мужчина, намекнув на поклон. – Объясните мне, где Ее императорское Величество?
- Я хотела спросить у вас то же самое, - холодно ответила эльфийская принцесса. – Нам сказали, что она выехала из дворца и будет через четверть часа. Но с тех пор прошла и четверть часа, и половина часа, и даже целый час, и еще сколько-то времени, но мы ее до сих пор не видим.
- Ее Величество, - четко выговаривая слова, сказал мужчина, названный эльфийкой милордом Бруком, - исчезла. Автомобиль, в котором она отправилась на встречу, пропал. Его водитель не выходит на связь. Мои люди, которые должны были отслеживать автомобиль на протяжении всего маршрута, утверждают, что в какой-то момент он свернул с намеченного пути, но куда он направился – сказать пока что никто не может.
Вилли почувствовал, что происходит что-то невероятное. Что-то такое, чего не может, не должно быть. Жива ли Рэнди? Если да, то что произошло, куда она исчезла? Кто приложил к этому руку? Зачем это ему нужно? Где-то за сценой, на которой разворачивается то, что люди считают обычной жизнью, со скрежетом провернулись зубчатые колеса огромного тайного механизма, который вершит судьбы и уличных попрошаек, и великих правителей. Кто-то дернул за струны, за тонкие ниточки, тянущиеся к каждому из нас, и произошло что-то такое, чего мы не в силах понять. Тиггернал ощутил себя маленьким бессмысленным человечком, наивно пытающимся коснуться чего-то огромного, слепцом из легенды, пытающимся на ощупь найти ответ на вопрос, что же такое слон. Змея? Колонна? Тряпка? Слепец никогда не узнает правды.
- Я вынужден вас арестовать, - с искренней печалью в голосе произнес милорд Брук.
- Как? – удивленно выдохнула Аглариэль.
- Ваше Высочество, поставьте себя на мое место. Императрица Рэнди пропала, понимаете? Пропала! Когда об этом станет известно, начнется такое, что многие кризисы покажутся нам всем легким дуновением ветерка перед надвигающимся штормом. Сейчас я вынужден подозревать всех. Если станет ясно, что вы не имеете никакого отношения к ее исчезновению или если императрица, слава богам, вернется – вы тут же окажетесь на свободе со всеми сопутствующими извинениями. А пока что вас препроводят в дворцовую темницу.
- Вот это да, - хохотнул Мерлин.
Похоже, его происходящее больше забавляло, чем пугало.
- Я попаду в самый настоящий дворец? Хоть и в тюрьму? Будет о чем ребятам рассказать!
- Милорд Брук, - голос эльфийки был холоден как лед. – Вы забываетесь! Я наследная принцесса Эльфийского леса и нахожусь в Лагранде с дипломатическим визитом. Вы не можете меня арестовать.
- Простите, Ваше Высочество, но вы находитесь в стране инкогнито. Вас здесь как бы на самом деле и нет вовсе. Поэтому с точки зрения дипломатического этикета я не совершаю ничего предосудительного. Впрочем, сейчас мне некогда пререкаться с вами. Капитан!
В комнату, стуча сапогами, вошел высокий широкоплечий офицер. У офицера была борода, и многие гномы почли бы за честь, если бы их бороды были такими же густыми. За спиной бородача стояло несколько солдат.
- Прошу следовать за мной, - низким голосом сказал офицер. – Поверьте, мы не хотим причинить вам никакого вреда.
Хлебную лавку она нашли легко. Ее, скорее всего, можно было отыскать даже с закрытыми глазами, по одному только запаху. Рэнди повернула за угол и увидела небольшой домик со стеклянной витриной длиной почти во всю стену. На витрине красовались пышные белые батоны, крутобокие шоколадные кексы, изящно выгнутые рогалики, хитро завитые плюшки, зажаренные трубочки с повидлом, маленькие булочки с изюмом. Императрица тут же вспомнила, что не успела пообедать. Ей и так с трудом далось найти время для того, чтобы встретиться с посланницей Эльфийского леса. Поэтому она надеялась, что сможет поесть во время разговора с Аглариэлью. Но надеждам ее не дано было сбыться.
Ей даже булочку купить не на что! В карманах – ни единой монетки…
Рэнди неожиданно сообразила, что для звонка по общественному телефону ей тоже могут понадобиться деньги. Или в Лагранде такие звонки бесплатны? Проклятье! Даже если бы ее разбудили посреди ночи, она смогла бы по памяти назвать имена всех послов других держав при ее дворе, перечислить сильные и слабые стороны каждого, рассказать, кто из них что любит. Но сейчас она не знала, принято ли в ее собственной империи брать плату за то, чтобы поговорить по общественному телефону.
Не может вспомнить? Значит, придется это выяснить.
Императрица бодро зашагала дальше, оставив манящую булочным великолепием витрину за спиной. Вкусный запах преследовал ее по пятам, дразнил, щекотал ноздри, рисуя в воображении картины того, как она могла бы впиться зубами в горячий, только что вынутый из печи кекс.
Ее сомнения насчет платы разрешились довольно быстро. Она нашла нужный столб. На столбе действительно висел телефон. Только трубки у него не было. Причем, похоже, трубку не оторвали, хвастаясь молодецкой удалью или ища, к чему бы придраться, после нескольких кружек пива. Телефонный провод не ощетинился колючками разорванных проводков. Вместо этого на нем красовался аккуратный штекер. Если у трубки имеется соответствующий разъем, все очень просто: соедини их друг с другом и разговаривай, сколько хочешь. Но где взять трубку? Как они вообще в этом районе живут без связи? Каждый ходит к телефону с собственной трубкой? Чушь!
Странно, что женщина, отправившая сюда Рэнди, ничего не сказала ей о том, как тут все выглядит на самом деле. Или она сама давно не ходила звонить по телефону? Может, ей просто не с кем разговаривать?
За ее спиной раздались шаги. Рэнди вздрогнула и повернулась к тем, кто подходил сзади. Может быть, неведомые похитители, наконец, настигли ее?
Перед ней стояли двое серокожих гоблинов. Оба были одеты в пыльные и мятые спортивные костюмы, вытянутые на коленях пузырями. Тот, что справа, был повыше. На его голове красовалась плоская кепка, надетая козырьком назад. Тот, что слева, был пониже. Он постоянно что-то жевал, и его челюсть ритмично ходила вверх-вниз.
- Ай, девушка, - гортанным голосом сказал высокий в кепке. – Ай, красавица! Давай познакомимся?
Рэнди сделала шаг назад.
- Ай, милая, - добавил низкий и жующий, - пошли с нами – не пожалеешь. Мы веселые!
Этого еще не хватало, подумала императрица. Что делать? Как поступать теперь, когда вокруг нет никого, кого можно было бы позвать на помощь? Закрытые двери. Опущенные шторы на окнах. Императорские телохранители остались далеко. Где-то в машине сидит лейтенант Фальк, который наверняка в два счета объяснил бы незадачливым ухажерам, что они ошиблись, и им стоит переключить внимание на другой объект. Но Фальк заколдован, и непонятно, кто сейчас страшнее для императрицы – он или пара назойливых гоблинов.
Гоблины, тем временем, истолковали молчание Рэнди по-своему.
- Ай, красавица, - снова заговорил первый, - чего молчишь? Язык проглотила? Как тебя зовут? Я – Азург.
Представившись, серокожий на гоблинский манер резко ударил себя кулаком по худой груди.
- А я Гахар, - второй тоже ударил себя по груди кулаком. – Ай, милая, тебя-то как зовут?
- Неважно, - холодно сказала Рэнди. – Я не хочу с вами знакомиться. И никуда с вами не пойду.
- Эээ, красавица, - недовольно заворчал Азург, - ты неправильно говоришь. Тебе что, я не нравлюсь? Или он?
Гоблин показал на своего продолжающего жевать друга.
Хороший вопрос, мысленно усмехнулась императрица. Скажешь, что все в порядке, что они ей вполне нравятся, и придется потом объяснять, почему же она отказывается с ними идти. Скажешь, что гоблины ей не по нраву – разозлятся. И тогда неизвестно, что они могут сделать. Обычно серокожие гоблины трусоваты, но в то же время вспыльчивы. Если серокожий вобьет себе что-нибудь в голову – пиши пропало.
Тут Рэнди краем глаза заметила, что к ним подходят еще двое. На этот раз – люди, парни примерно ее возраста, лет шестнадцати. Интересно, подумала она, разве им еще не полагается быть в школе. Хотя в этом подозрительном районе все возможно. Может, это те самые трудные подростки, о которых часто говорит министр просвещения. В который раз императрица поняла, что знает жизнь по книгам, по рассказам учителей, по докладам чиновников, по сводкам Старого Лиса, по дипломатическим письмам. Да, так можно управлять страной. Но сводки Старого Лиса или письма дипломатов не очень-то помогают, когда нужно выпутаться из сложной ситуации, в которую угодил на улице.
- Что, куколка, - круглолицый парень в небрежно распахнутой куртке легонько хлопнул ее по плечу. – Не хочешь идти с Азургом и Гахаром? Правильно делаешь, что не хочешь. Они тебя долго не отпустят. До самого утра. А потом мама заругает, что домой не возвращалась.
Его спутник, тощий, с бледным узким лицом, громко засмеялся. Гоблины подхватили смех.
- Можешь со мной пойти, - предложил парень. – Меня Марк зовут. Меня все здесь знают. А ты вообще чья?
- В каком смысле – чья? – не поняла вопроса Рэнди.
- Ну, - назидательно сказал Марк, - у девчонки должен быть парень. Такой, с которым она ходит. И который за нее будет драться. Есть у тебя парень?
Есть, подумала она, вспомнив Вилли. Он уже дрался за меня. Еще как дрался. Встал между мной и направленной в меня пулей.
- Есть, конечно, - сказала императрица. – Его зовут Вилли.
- Вилли? – задумчиво переспросил Марк. – Не знаю в округе никакого Вилли. Он вообще с какой улицы? И ты сама откуда взялась? Я тебя, раньше, вроде не видел.
- Понимаешь, - попробовала объяснить Рэнди, - я заблудилась. Попала не туда, куда хотела. Теперь мне нужно позвонить по телефону. Но здесь нет трубки.
- Конечно, нет, - радостно сказал Марк.
Его молчаливый спутник опять весело рассмеялся. Гоблины вторили ему.
- Это я придумал.
Парень сунул руку во внутренний карман куртки и продемонстрировал Рэнди телефонную трубку.
- Прикольно? Теперь если хочешь позвонить – обращайся ко мне. Но трубочку-то я дам только тому, кто заплатит.
Он издевательски повертел трубкой перед носом императрицы и снова спрятал ее в карман.
- Дай трубку, пожалуйста, - терпеливо попросила Рэнди. – Я позвоню, за мной приедут, и тогда я тебе заплачу.
- Деньгами? – присвистнул Марк. – Зачем мне твои деньги?
Он грубо схватил Рэнди за локоть.
- С такой куколки я бы взял совсем другую плату.
Парень небрежно провел ладонью по ее руке, по плечу, по груди.
Не выдержав, императрица закатила ему пощечину.
- Да как ты смеешь, - крикнула она.
На серокожих смена тона подействовала. Они замерли и даже слегка склонили головы, услышав в словах Рэнди одновременно и возмущение поступком, и повеление больше никогда-никогда так не делать. Но Марк оказался крепким орешком.
- Ты что о себе возомнила, девка? – прошипел он. – Ну-ка, хватайте ее и тащите ко мне в гараж.
Его узколицый спутник, опять не сказав ни единого слова, вцепился в запястье девушки. Рэнди дернулась, стряхивая горячие пальцы, рванулась в стороны и освободилась. Не дожидаясь, пока ее опять начнут хватать, она бросилась бежать. Куда? Неважно, куда, лишь бы отделаться от наглецов, посмевших поднять руку на императрицу Лагранда.
Они не знали, что перед ними императрица? Плевать! Когда она вернется во дворец, разберется с тем, что произошло, умоется, поест, она обязательно отдаст приказ разыскать и Марка, и его оставшегося безымянным дружка, и Азурга с Гахаром. Проклятье, как же ей хочется взглянуть в их лица, когда они узнают, кого оскорбили. Их даже не надо будет наказывать. Страх, который они испытают – лучшее наказание.
Все это императрица думала уже на бегу. То, что Старый Лис уговорил ее надеть джинсы и кроссовки, здорово помогло ей. Хороша была бы Рэнди, если бы ей пришлось удирать от Марка, Азурга и прочих в туфлях на каблуках.
Конечно, они лучше знают район, в котором живут. Наверняка, все четверо излазили его вдоль и поперек.
