По крайней мере, мне. Сначала я сразился с сильным боевым магом, который отправил меня прямиком в костёр, причём я так и не понял, какую магическую силу он против меня применил. Потом меня лягнул конь этого рыцаря, что тоже удачей никак не назовёшь.
- Олаф, тут дело не в невезении. С магом всё понятно, он слишком силён для нас с тобой. А с боевым конём чему ты удивляешься? Конь рыцаря сам обеспечивает безопасность своего тыла в дороге. Кто ж виноват, что он тебя учуял? От тебя так несло дерьмом, что унюхать можно было как минимум за милю. Ну, или за полмили, если строго против ветра.
- А кто мог подумать, что эти недоумки устроят отхожее место с наветренной стороны? Как так можно?
- Недоумки или нет, но ты попался. Да и я хорош. Рыцарь меня подстрелил из арбалета. Нормальные рыцари не носят оружия дальнего боя! А у этого арбалет отыскался, да и стреляет он отменно. Короче, Олаф, забудем про неудачи. Есть и хорошие новости.
- Буду рад их услышать, - буркнул Олаф. – Только сначала расскажи, что тебе помешало прикончить ведьму.
- Ведьма остановила меня небольшим огненным шаром, а затем прошептала одними губами, что она на нашей стороне. Она из чёрного ордена.
- Кто бы сомневался? Своё имя она назвала?
- Нет. Сказала, что Вирджиния жива, и скоро мы её и увидим, и пощупаем.
- Это хорошо.
- Конечно, - согласился Патрик. – Мне всегда казалось, что мы с ней подло поступили. Но это ещё не всё. Ведьма предложила довольно интересный план, как расправиться с этим отрядом.
- А эта ведьма сама часом не Вирджиния? – высказал предположение Олаф. – Та тоже вечно планы составляла, которые всегда вели к провалу.
- Не знаю. Может быть. Чем-то похожа на неё, но я не уверен.
- Ладно, что за план?
Патрик изложил продиктованный ведьмой план.
- И вот тут-то они все окажутся в наших руках, - завершил он свой рассказ.
- Зачем так сложно? – Олаф недовольно поморщился. – Почему бы ей не усыпить часовых, чтобы мы спокойно сделали остальное?
- Не знаю. Она предложила такой план. Так уж вышло, что говорила она со мной. Ты в это время был страшно занят. Сначала лез в дерьмо, потом в костёр.
- Нечего меня попрекать! Ты сам ничем не лучше!
- Не спорю. Но ты скажи, мы принимаем её план? Или у тебя есть другой?
- Патрик, ты прекрасно знаешь, что я не мастер составлять планы! Ты вот мне объясни, чем мы заменим прекрасную беззащитную девушку, сбежавшую из сексуального рабства у проклятых чудовищ и просящую помощи благородного рыцаря? Натали ведь убита! Есть кто другой на примете на эту роль?
- У меня есть идея, - Патрик кратко изложил свою идею.
- Мне нравится, давай попробуем! – улыбнулся Олаф, и эта улыбка не предвещала отряду сэра Брайана ничего хорошего.
- Тогда, дорогой наш атаман, самое время приступить к действиям, - предложил Патрик и направился к своей лошади.
Олаф последовал за ним. Вскоре двое мужчин ускакали верхом, а третью лошадь, ранее принадлежавшую ныне покойной Натали, Патрик вёл в поводу.
Решение, которое принял сэр Брайан, можно было назвать осторожным, а можно и трусливым. Запас своего героизма рыцарь исчерпал ночным сражением с чудовищем. Теперь он считал, что нужно отступить без дополнительных потерь, особенно среди рыцарей. Приказ барона выполнен – требовалось уничтожить чудовище, в единственном числе. Чудовище, в количестве одной штуки, уничтожено. Приказ выполнен, всем спасибо, все свободны.
Продолжение охоты на чудовищ сэр Брайан считал слишком рискованным. Возможно, раньше оборотни не использовали против него ни магию, ни оружие из-за недооценки противника. Не исключено, что они играли с людьми, которые, как они считали, находятся в полной их власти. Но теперь, когда один из них убит, игры кончились. Подтянутся остальные, те, что в ночных событиях не участвовали, пойдёт в ход оружие, которого у оборотней должно быть полно, хотя бы трофейное, доставшееся им от погибшего отряда сэра Арчибальда. Сэр Брайан прекрасно понимал, что если оборотни используют арбалеты, на этом земной путь его отряда будет завершён. Ночные твари, стреляющие из темноты в сидящих у костра людей, никак не смогут проиграть эту битву. Все преимущества на их стороне.
Утром, когда все проснулись, рыцарь объявил, что миссия их отряда завершена, и пора возвращаться домой. Возможно, и были те, кто считал, что цель не достигнута, но возражать никто не стал. Лагерь быстро свернули, труп оборотня погрузили на одну из вьючных лошадей, распределив её поклажу на остальных. Лошадь недовольно фыркала, но её мнением никто не интересовался.
Завтрак тоже много времени не занял. Даже брат Бацеолус до минимума сократил благодарственные молитвы до и после еды, пояснив при этом, что Господь и так всё поймёт, он всеведущий, а если не поймёт, то нужен ли им такой Господь? Несмотря на содержащееся в этом заявлении явное богохульство, против сокращения длительности молитв никто не возражал, только ведьма язвительно хмыкнула, но поскольку она поклонялась вовсе не Христу, на её реакцию вообще внимания не обратили.
Когда отряд выступил, сэр Брайан, прежде чем стать во главе колонны, окинул своих людей быстрым взглядом. Гудини, теперь явно находящийся в полной гармонии с реальностью, даже не думал падать с коня. Вместо этого он по-идиотски улыбался и рассказывал монаху подробности того, как именно он намерен продлить свой род, чтобы среди его потомства мог появиться великий артист. Брат Бацеолус внимательно его слушал с важным видом, время от времени многозначительно кивая и сообщая магу удивительно свежую новость, что всё в руках Господних. Лицо ведьмы, как всегда, никаких эмоций не выражало. То ли она действительно была бесстрастной, то ли свои страсти умела успешно скрывать.
Стражники тоже явно повеселели. С их лиц исчезла печать обречённости, которая, как раньше казалось, застыла там навсегда. Но воины пока ни малейшей радости не проявляли. Приказ возвращаться домой вовсе не означает возврат домой, всё ещё может десять раз перемениться. Все военные знают, что радоваться нужно свершившимся событиям, а не предполагаемым по плану. Есть даже примета, что радость по поводу ожидаемого события каким-то образом мешает ему произойти.
Сэр Брайан тронул коленями бока Сарацина, и его конь задал отряду темп движения – медленная рысь. Дорога была извилистой, но на болоте она другой и быть не могла – прямая линия почти наверняка заведёт в трясину. Не потерять направление было очень легко – следы копыт на мягкой почве ещё сохранились, и ориентироваться по ним никакой проблемы не составляло. Сарацин и сам отлично умел возвращаться по собственному следу.
Но, несмотря на кажущуюся невозмутимость, спокойствия в сердце рыцаря не было. Ничто не предвещало беды, но он не верил, что их так просто отпустят. По какой-то неизвестной ему причине оборотни считали желательным, чтобы люди, пришедшие на Гибельное болото, тут и оставались. А это значит, что будет ещё, по меньшей мере, одно нападение.
Правда, сэр Брайан не мог даже представить, как именно оборотни попытаются остановить днём его отряд. Насколько он понимал, любая такая попытка будет самоубийственной. Днём оборотни в открытой схватке не имели абсолютно никаких преимуществ. Значит, с их стороны намечается какая-то хитрость, и нужно быть крайне внимательным, чтобы вовремя её распознать.
Рыцарь бдительно наблюдал за тем, что происходит вокруг, и не видел ни малейших признаков опасности. Но внутренний голос настойчиво ему подсказывал: что-то не так, чего-то в окружающем не хватает, а оно там должно быть. И это важно! К сожалению, этот голос не возжелал уточнить, что, собственно, он имеет в виду. Через несколько часов сэр Брайан уже был твёрдо уверен, что происходит нечто нежелательное, но что именно, всё так же не мог понять. А вот Гудини это понять смог.
- Сэр Брайан, я хочу сообщить вам одну очень неприятную новость, - обратился он к командиру, выехав вперёд и пустив свою лошадь идти рядом с Сарацином.
- Одной больше, одной меньше, какая разница? Сообщай, - разрешил рыцарь.
- Я вам говорил, что умею измерять время, и довольно точно.
- И что в этой новости неприятного? – удивился сэр Брайан.
- А то, что вчера от края болота до лагеря мы ехали примерно два с четвертью часа, причём ехали довольно медленно. А сейчас мы едем четыре с половиной часа, причём куда быстрее, чем вчера, а края болота даже не видно. Мы явно едем не туда. Заблудились, похоже. Только я не представляю, как это может быть. Мы же возвращаемся по собственным следам.
Только теперь сэр Брайан, наконец, понял, что его всё это время беспокоило. Следует отметить, что озарение наступило со значительным запозданием.
- А ведь я давно это чувствовал, - признался он с горечью. – Мы не проезжали мимо останков дезертира. А должны были проезжать! Только чувствовать мало, нужно ещё понимать, что же ты чувствуешь. И вот теперь мы заехали неведомо куда.
Рыцарь скомандовал остановиться и разбивать лагерь. Стражники не понимали, что происходит, они были уверены, что ночевать им придётся если не в замке Герсби или в собственных домах, то уж точно не на Гибельном болоте. Приказ пришлось повторить, причём рыцарь произнёс команду таким тоном, что стражники предпочли вопросов ему не задавать.
Сэр Брайан спешился и привёл в порядок Сарацина, конь немного вспотел, и его нужно было обтереть. Дождавшись, пока маги тоже сделают всё необходимое по уходу за своими лошадьми, рыцарь подозвал их к себе. Монаха он не звал, но брат Бацеолус и без приглашения счёл необходимым своё присутствие на этом совещании, а командир прогонять его не стал.
- Что случилось, сэр Брайан? – поинтересовался представитель святой церкви.
- Мы возвращались по собственным следам, но умудрились при этом каким-то образом заблудиться, - сообщил рыцарь. – Для начала очень хочу понять, как это могло произойти. Следующая задача – понять, где мы находимся и как отсюда выбираться? Впрочем, если кто-то из вас скажет мне, как отсюда выбраться, я вполне обойдусь без знания, где мы и как здесь оказались.
Ведьма отлично знала ответы на все три вопроса, ведь события развивались близко к её плану. Но, разумеется, показывать сэру Брайану дорогу, позволяющую быстро и безопасно покинуть болото, она вовсе не собиралась.
План, на тот момент, когда ведьма одними губами продиктовала его оборотню Патрику, был довольно неплох. Суть его состояла в том, чтобы заманить отряд вглубь Гибельного болота, что и было блестяще исполнено. Правда, сначала отряд должен был встретить прекрасную беспомощную девушку, племянницу барона Герсби, роль которой, как ожидалось, исполнит Натали. Сэр Брайан, считавший, что имеет дело с чудовищами, то есть с животными, не имел никаких оснований подозревать, что девушка на самом деле одна из них. Племянницу барона, естественно, немедленно отвезут в замок Герсби, по её просьбе. Точнее, попытаются отвезти. Ложные следы лошадиных копыт приведут отряд туда, куда нужно оборотням.
Всё пошло не так с самого начала. Натали убита, а другой девушки среди оборотней нет. Оборотень-самец не сможет превратиться в женщину или девушку. Но главное, что теперь рыцарь знает, кто его противник. Имея дело с оборотнями, он наверняка тщательно проверит любого, делающего попытку присоединиться к отряду. Даже если сэр Брайан не сообразит, как это сделать, Гудини наверняка ему подскажет. Многие знают, что царапина на оборотне полностью заживает за четверть часа, проверить очень легко.
Но, как ни странно, в итоге они оказались именно там, где и планировала ведьма. А раз так, она может, ничем не рискуя, ответить рыцарю на один из его вопросов.
- Сэр Брайан, ты спрашиваешь, как, возвращаясь по своему собственному следу, ты попал неведомо куда? Я не ясновидица, но тут ответ очевидный. Это не тот след. Это объяснение самое простое, чудес не бывает. Кто-то проложил ложный след, а наш, скорее всего, затёр, - сообщила ведьма. – А поскольку, кроме нас, тут действуют только оборотни, то, скорее всего, это их работа. Тебя заманили в ловушку, сэр Брайан.
Рыцарь прошёл чуть дальше по дороге, туда, где след не был затоптан. Некоторое время он внимательно всматривался в отпечатки подков, загибая пальцы. Вернулся он расстроенный.
- Похоже, Захария, ты права. Это не наш след. Я так себе охотник, но тут совершенно отчётливо видно, что прошли три лошади, причём одна без всадника, судя по глубине отпечатков. Всего три! А у нас их сколько? Бац, посчитай наших лошадей, раз уж ты всё равно здесь.
- Тринадцать. Чёртова дюжина. Многие думают, что это число Нечистого, хотя святой Иоанн достоверно выяснил, что истинное число Сатаны, или Зверя, как он называет Дьявола, это шестьсот шестьдесят шесть.
- Бац, мне сейчас безразлично, какое из чисел Зверя истинно. Я умею считать до десяти, и то с трудом. Все числа за пределами десятка у меня называются «много». Гудини, насколько тринадцать больше, чем три?
- На десять, сэр Брайан.
- Следов было на десять меньше, чем должно было быть, а я этого не заметил! О, горе мне!
- На одиннадцать, - поправил брат Бацеолус.
- Почему на одиннадцать? – удивился Гудини.
- Потому, что когда мы оставляли след, то есть въезжали на болото, у нас было четырнадцать лошадей. Сейчас тринадцать, а было на одну больше.
- Да какая разница, тринадцать или четырнадцать? – заорал сэр Брайан. – У нас что, нет более важных проблем?
- Сэр Брайан, ты сам завёл разговор на эту тему, - упрекнула его ведьма.
- Да, действительно, - немного смутился рыцарь. – Так вот, остались вопросы, где мы находимся, и как отсюда выбраться.
- Я знаю, где мы находимся, - успокоил его брат Бацеолус. – Мы находимся на Гибельном болоте.
- Спасибо, Бац, - поблагодарил его сэр Брайан. – Я бы ни за что не догадался. Может, ты ещё знаешь, куда нам нужно идти, чтобы его покинуть?
- Я не знаю, - признался монах. – Но я знаю, как это узнать.
- Как? – заинтересовался рыцарь. – Рассказывай!
- Всё очень просто. Нужно помолиться Господу Богу нашему, и он нас отсюда выведет, подав знак, куда надобно идти.
- Твой Бог свой богоизбранный народ сорок лет по Синайской пустыне таскал! Ты тоже хочешь по этому болоту шляться сорок лет? – ехидно полюбопытствовала ведьма.
- Там был совсем иной случай, - пояснил брат Бацеолус. – Господу нужно было, чтобы умерли все, кто побывал в египетском рабстве. Потому и так долго длился тот переход.
- А откуда ты знаешь, чего Он хочет от нас? Может, в Его планах, чтобы мы тоже все по пути умерли?
- Пути Господни неисповедимы. Мне неоткуда знать о Его намерениях. Но я готов путешествовать в приятной компании столько, сколько пожелает Он.
- Вот и отлично, Бац, - похвалил монаха сэр Брайан, хотя было явственно видно, что брат Бацеолус его изрядно раздражает. – Ты сказал, нужно помолиться. Вот и займись этим. Ведь кроме тебя, некому.
- Да, для того, чтобы Господь тебя услышал, нужно иметь кристально чистое сердце. Таких людей, кроме меня, очень немного, а в нашем отряде их и вовсе нет, - согласился монах, после чего отошёл в сторону, стал на колени в болотную грязь и принялся за молитву.
- А теперь я очень хочу услышать ваше мнение, уважаемые маги, - сообщил рыцарь. – Как нам выбраться с болота?
- Я слышал, моряки как-то ориентируются по солнцу и звёздам, - поделился знаниями Гудини. – Только понятия не имею, как они это делают, и ещё они карту используют, а у нас вроде её нет. Или есть?
- Олаф, тут дело не в невезении. С магом всё понятно, он слишком силён для нас с тобой. А с боевым конём чему ты удивляешься? Конь рыцаря сам обеспечивает безопасность своего тыла в дороге. Кто ж виноват, что он тебя учуял? От тебя так несло дерьмом, что унюхать можно было как минимум за милю. Ну, или за полмили, если строго против ветра.
- А кто мог подумать, что эти недоумки устроят отхожее место с наветренной стороны? Как так можно?
- Недоумки или нет, но ты попался. Да и я хорош. Рыцарь меня подстрелил из арбалета. Нормальные рыцари не носят оружия дальнего боя! А у этого арбалет отыскался, да и стреляет он отменно. Короче, Олаф, забудем про неудачи. Есть и хорошие новости.
- Буду рад их услышать, - буркнул Олаф. – Только сначала расскажи, что тебе помешало прикончить ведьму.
- Ведьма остановила меня небольшим огненным шаром, а затем прошептала одними губами, что она на нашей стороне. Она из чёрного ордена.
- Кто бы сомневался? Своё имя она назвала?
- Нет. Сказала, что Вирджиния жива, и скоро мы её и увидим, и пощупаем.
- Это хорошо.
- Конечно, - согласился Патрик. – Мне всегда казалось, что мы с ней подло поступили. Но это ещё не всё. Ведьма предложила довольно интересный план, как расправиться с этим отрядом.
- А эта ведьма сама часом не Вирджиния? – высказал предположение Олаф. – Та тоже вечно планы составляла, которые всегда вели к провалу.
- Не знаю. Может быть. Чем-то похожа на неё, но я не уверен.
- Ладно, что за план?
Патрик изложил продиктованный ведьмой план.
- И вот тут-то они все окажутся в наших руках, - завершил он свой рассказ.
- Зачем так сложно? – Олаф недовольно поморщился. – Почему бы ей не усыпить часовых, чтобы мы спокойно сделали остальное?
- Не знаю. Она предложила такой план. Так уж вышло, что говорила она со мной. Ты в это время был страшно занят. Сначала лез в дерьмо, потом в костёр.
- Нечего меня попрекать! Ты сам ничем не лучше!
- Не спорю. Но ты скажи, мы принимаем её план? Или у тебя есть другой?
- Патрик, ты прекрасно знаешь, что я не мастер составлять планы! Ты вот мне объясни, чем мы заменим прекрасную беззащитную девушку, сбежавшую из сексуального рабства у проклятых чудовищ и просящую помощи благородного рыцаря? Натали ведь убита! Есть кто другой на примете на эту роль?
- У меня есть идея, - Патрик кратко изложил свою идею.
- Мне нравится, давай попробуем! – улыбнулся Олаф, и эта улыбка не предвещала отряду сэра Брайана ничего хорошего.
- Тогда, дорогой наш атаман, самое время приступить к действиям, - предложил Патрик и направился к своей лошади.
Олаф последовал за ним. Вскоре двое мужчин ускакали верхом, а третью лошадь, ранее принадлежавшую ныне покойной Натали, Патрик вёл в поводу.
Глава 18
Решение, которое принял сэр Брайан, можно было назвать осторожным, а можно и трусливым. Запас своего героизма рыцарь исчерпал ночным сражением с чудовищем. Теперь он считал, что нужно отступить без дополнительных потерь, особенно среди рыцарей. Приказ барона выполнен – требовалось уничтожить чудовище, в единственном числе. Чудовище, в количестве одной штуки, уничтожено. Приказ выполнен, всем спасибо, все свободны.
Продолжение охоты на чудовищ сэр Брайан считал слишком рискованным. Возможно, раньше оборотни не использовали против него ни магию, ни оружие из-за недооценки противника. Не исключено, что они играли с людьми, которые, как они считали, находятся в полной их власти. Но теперь, когда один из них убит, игры кончились. Подтянутся остальные, те, что в ночных событиях не участвовали, пойдёт в ход оружие, которого у оборотней должно быть полно, хотя бы трофейное, доставшееся им от погибшего отряда сэра Арчибальда. Сэр Брайан прекрасно понимал, что если оборотни используют арбалеты, на этом земной путь его отряда будет завершён. Ночные твари, стреляющие из темноты в сидящих у костра людей, никак не смогут проиграть эту битву. Все преимущества на их стороне.
Утром, когда все проснулись, рыцарь объявил, что миссия их отряда завершена, и пора возвращаться домой. Возможно, и были те, кто считал, что цель не достигнута, но возражать никто не стал. Лагерь быстро свернули, труп оборотня погрузили на одну из вьючных лошадей, распределив её поклажу на остальных. Лошадь недовольно фыркала, но её мнением никто не интересовался.
Завтрак тоже много времени не занял. Даже брат Бацеолус до минимума сократил благодарственные молитвы до и после еды, пояснив при этом, что Господь и так всё поймёт, он всеведущий, а если не поймёт, то нужен ли им такой Господь? Несмотря на содержащееся в этом заявлении явное богохульство, против сокращения длительности молитв никто не возражал, только ведьма язвительно хмыкнула, но поскольку она поклонялась вовсе не Христу, на её реакцию вообще внимания не обратили.
Когда отряд выступил, сэр Брайан, прежде чем стать во главе колонны, окинул своих людей быстрым взглядом. Гудини, теперь явно находящийся в полной гармонии с реальностью, даже не думал падать с коня. Вместо этого он по-идиотски улыбался и рассказывал монаху подробности того, как именно он намерен продлить свой род, чтобы среди его потомства мог появиться великий артист. Брат Бацеолус внимательно его слушал с важным видом, время от времени многозначительно кивая и сообщая магу удивительно свежую новость, что всё в руках Господних. Лицо ведьмы, как всегда, никаких эмоций не выражало. То ли она действительно была бесстрастной, то ли свои страсти умела успешно скрывать.
Стражники тоже явно повеселели. С их лиц исчезла печать обречённости, которая, как раньше казалось, застыла там навсегда. Но воины пока ни малейшей радости не проявляли. Приказ возвращаться домой вовсе не означает возврат домой, всё ещё может десять раз перемениться. Все военные знают, что радоваться нужно свершившимся событиям, а не предполагаемым по плану. Есть даже примета, что радость по поводу ожидаемого события каким-то образом мешает ему произойти.
Сэр Брайан тронул коленями бока Сарацина, и его конь задал отряду темп движения – медленная рысь. Дорога была извилистой, но на болоте она другой и быть не могла – прямая линия почти наверняка заведёт в трясину. Не потерять направление было очень легко – следы копыт на мягкой почве ещё сохранились, и ориентироваться по ним никакой проблемы не составляло. Сарацин и сам отлично умел возвращаться по собственному следу.
Но, несмотря на кажущуюся невозмутимость, спокойствия в сердце рыцаря не было. Ничто не предвещало беды, но он не верил, что их так просто отпустят. По какой-то неизвестной ему причине оборотни считали желательным, чтобы люди, пришедшие на Гибельное болото, тут и оставались. А это значит, что будет ещё, по меньшей мере, одно нападение.
Правда, сэр Брайан не мог даже представить, как именно оборотни попытаются остановить днём его отряд. Насколько он понимал, любая такая попытка будет самоубийственной. Днём оборотни в открытой схватке не имели абсолютно никаких преимуществ. Значит, с их стороны намечается какая-то хитрость, и нужно быть крайне внимательным, чтобы вовремя её распознать.
Рыцарь бдительно наблюдал за тем, что происходит вокруг, и не видел ни малейших признаков опасности. Но внутренний голос настойчиво ему подсказывал: что-то не так, чего-то в окружающем не хватает, а оно там должно быть. И это важно! К сожалению, этот голос не возжелал уточнить, что, собственно, он имеет в виду. Через несколько часов сэр Брайан уже был твёрдо уверен, что происходит нечто нежелательное, но что именно, всё так же не мог понять. А вот Гудини это понять смог.
- Сэр Брайан, я хочу сообщить вам одну очень неприятную новость, - обратился он к командиру, выехав вперёд и пустив свою лошадь идти рядом с Сарацином.
- Одной больше, одной меньше, какая разница? Сообщай, - разрешил рыцарь.
- Я вам говорил, что умею измерять время, и довольно точно.
- И что в этой новости неприятного? – удивился сэр Брайан.
- А то, что вчера от края болота до лагеря мы ехали примерно два с четвертью часа, причём ехали довольно медленно. А сейчас мы едем четыре с половиной часа, причём куда быстрее, чем вчера, а края болота даже не видно. Мы явно едем не туда. Заблудились, похоже. Только я не представляю, как это может быть. Мы же возвращаемся по собственным следам.
Только теперь сэр Брайан, наконец, понял, что его всё это время беспокоило. Следует отметить, что озарение наступило со значительным запозданием.
- А ведь я давно это чувствовал, - признался он с горечью. – Мы не проезжали мимо останков дезертира. А должны были проезжать! Только чувствовать мало, нужно ещё понимать, что же ты чувствуешь. И вот теперь мы заехали неведомо куда.
Рыцарь скомандовал остановиться и разбивать лагерь. Стражники не понимали, что происходит, они были уверены, что ночевать им придётся если не в замке Герсби или в собственных домах, то уж точно не на Гибельном болоте. Приказ пришлось повторить, причём рыцарь произнёс команду таким тоном, что стражники предпочли вопросов ему не задавать.
Сэр Брайан спешился и привёл в порядок Сарацина, конь немного вспотел, и его нужно было обтереть. Дождавшись, пока маги тоже сделают всё необходимое по уходу за своими лошадьми, рыцарь подозвал их к себе. Монаха он не звал, но брат Бацеолус и без приглашения счёл необходимым своё присутствие на этом совещании, а командир прогонять его не стал.
- Что случилось, сэр Брайан? – поинтересовался представитель святой церкви.
- Мы возвращались по собственным следам, но умудрились при этом каким-то образом заблудиться, - сообщил рыцарь. – Для начала очень хочу понять, как это могло произойти. Следующая задача – понять, где мы находимся и как отсюда выбираться? Впрочем, если кто-то из вас скажет мне, как отсюда выбраться, я вполне обойдусь без знания, где мы и как здесь оказались.
Ведьма отлично знала ответы на все три вопроса, ведь события развивались близко к её плану. Но, разумеется, показывать сэру Брайану дорогу, позволяющую быстро и безопасно покинуть болото, она вовсе не собиралась.
План, на тот момент, когда ведьма одними губами продиктовала его оборотню Патрику, был довольно неплох. Суть его состояла в том, чтобы заманить отряд вглубь Гибельного болота, что и было блестяще исполнено. Правда, сначала отряд должен был встретить прекрасную беспомощную девушку, племянницу барона Герсби, роль которой, как ожидалось, исполнит Натали. Сэр Брайан, считавший, что имеет дело с чудовищами, то есть с животными, не имел никаких оснований подозревать, что девушка на самом деле одна из них. Племянницу барона, естественно, немедленно отвезут в замок Герсби, по её просьбе. Точнее, попытаются отвезти. Ложные следы лошадиных копыт приведут отряд туда, куда нужно оборотням.
Всё пошло не так с самого начала. Натали убита, а другой девушки среди оборотней нет. Оборотень-самец не сможет превратиться в женщину или девушку. Но главное, что теперь рыцарь знает, кто его противник. Имея дело с оборотнями, он наверняка тщательно проверит любого, делающего попытку присоединиться к отряду. Даже если сэр Брайан не сообразит, как это сделать, Гудини наверняка ему подскажет. Многие знают, что царапина на оборотне полностью заживает за четверть часа, проверить очень легко.
Но, как ни странно, в итоге они оказались именно там, где и планировала ведьма. А раз так, она может, ничем не рискуя, ответить рыцарю на один из его вопросов.
- Сэр Брайан, ты спрашиваешь, как, возвращаясь по своему собственному следу, ты попал неведомо куда? Я не ясновидица, но тут ответ очевидный. Это не тот след. Это объяснение самое простое, чудес не бывает. Кто-то проложил ложный след, а наш, скорее всего, затёр, - сообщила ведьма. – А поскольку, кроме нас, тут действуют только оборотни, то, скорее всего, это их работа. Тебя заманили в ловушку, сэр Брайан.
Рыцарь прошёл чуть дальше по дороге, туда, где след не был затоптан. Некоторое время он внимательно всматривался в отпечатки подков, загибая пальцы. Вернулся он расстроенный.
- Похоже, Захария, ты права. Это не наш след. Я так себе охотник, но тут совершенно отчётливо видно, что прошли три лошади, причём одна без всадника, судя по глубине отпечатков. Всего три! А у нас их сколько? Бац, посчитай наших лошадей, раз уж ты всё равно здесь.
- Тринадцать. Чёртова дюжина. Многие думают, что это число Нечистого, хотя святой Иоанн достоверно выяснил, что истинное число Сатаны, или Зверя, как он называет Дьявола, это шестьсот шестьдесят шесть.
- Бац, мне сейчас безразлично, какое из чисел Зверя истинно. Я умею считать до десяти, и то с трудом. Все числа за пределами десятка у меня называются «много». Гудини, насколько тринадцать больше, чем три?
- На десять, сэр Брайан.
- Следов было на десять меньше, чем должно было быть, а я этого не заметил! О, горе мне!
- На одиннадцать, - поправил брат Бацеолус.
- Почему на одиннадцать? – удивился Гудини.
- Потому, что когда мы оставляли след, то есть въезжали на болото, у нас было четырнадцать лошадей. Сейчас тринадцать, а было на одну больше.
- Да какая разница, тринадцать или четырнадцать? – заорал сэр Брайан. – У нас что, нет более важных проблем?
- Сэр Брайан, ты сам завёл разговор на эту тему, - упрекнула его ведьма.
- Да, действительно, - немного смутился рыцарь. – Так вот, остались вопросы, где мы находимся, и как отсюда выбраться.
- Я знаю, где мы находимся, - успокоил его брат Бацеолус. – Мы находимся на Гибельном болоте.
- Спасибо, Бац, - поблагодарил его сэр Брайан. – Я бы ни за что не догадался. Может, ты ещё знаешь, куда нам нужно идти, чтобы его покинуть?
- Я не знаю, - признался монах. – Но я знаю, как это узнать.
- Как? – заинтересовался рыцарь. – Рассказывай!
- Всё очень просто. Нужно помолиться Господу Богу нашему, и он нас отсюда выведет, подав знак, куда надобно идти.
- Твой Бог свой богоизбранный народ сорок лет по Синайской пустыне таскал! Ты тоже хочешь по этому болоту шляться сорок лет? – ехидно полюбопытствовала ведьма.
- Там был совсем иной случай, - пояснил брат Бацеолус. – Господу нужно было, чтобы умерли все, кто побывал в египетском рабстве. Потому и так долго длился тот переход.
- А откуда ты знаешь, чего Он хочет от нас? Может, в Его планах, чтобы мы тоже все по пути умерли?
- Пути Господни неисповедимы. Мне неоткуда знать о Его намерениях. Но я готов путешествовать в приятной компании столько, сколько пожелает Он.
- Вот и отлично, Бац, - похвалил монаха сэр Брайан, хотя было явственно видно, что брат Бацеолус его изрядно раздражает. – Ты сказал, нужно помолиться. Вот и займись этим. Ведь кроме тебя, некому.
- Да, для того, чтобы Господь тебя услышал, нужно иметь кристально чистое сердце. Таких людей, кроме меня, очень немного, а в нашем отряде их и вовсе нет, - согласился монах, после чего отошёл в сторону, стал на колени в болотную грязь и принялся за молитву.
- А теперь я очень хочу услышать ваше мнение, уважаемые маги, - сообщил рыцарь. – Как нам выбраться с болота?
- Я слышал, моряки как-то ориентируются по солнцу и звёздам, - поделился знаниями Гудини. – Только понятия не имею, как они это делают, и ещё они карту используют, а у нас вроде её нет. Или есть?
