- И что мы будем делать дальше? – поинтересовался я, улыбаясь, и плевать мне было, как оборотни отреагируют на мою улыбку. – Если попробуете меня прикончить прямо здесь, очень вероятно, что один из вас эту попытку не переживёт. Я служил в гвардии, меня обучали убивать оборотней и оружием, и голыми руками. И ещё, Франц. Сюда вот-вот явится полиция, а может, и Бюро расследований.
- Никто сюда не явится! – рявкнул Франц. – Мои люди перехватили все твои письма!
Я смог втянуть его в разговор. Это здорово повысило мои шансы дожить до утра. Ненамного, но повышали. И я с огромным удовольствием продолжил беседу.
- Твои люди, Франц, охранники, а я – уже почти десяток лет сыщик. Сам понимаешь, в слежке я разбираюсь чуток получше них. Не то, чтобы я их заметил, но уверенно почувствовал, что за мной следят. Без чутья в моём деле нельзя, пропадёшь. С чутьём тоже можно пропасть, но намного позже. Так вот, Франц, в здание, где курьерская контора, за мной никто из твоих не пошёл. Ждали меня на улице. А я выскочил через чёрный ход, сбегал в другую контору, и сделал там такой же заказ, как и в первой. Потом вернулся обратно, и от главного входа первой конторы торжественным маршем пошёл в кафе. На глазах у твоих охранников.
- Они говорили, что эльф слишком уж долго торчал у курьеров! – вождь в досаде стукнул себя по лбу. – А я, идиот, подумал, что он с трудом пишет по-нашему!
- Короче, Франц, давай быстро придумаем, как нам всем выпутаться из этой нехорошей истории. Сперва ответь мне на пару вопросов, а потом я придумаю версию, где все мы молодцы и ни в чём плохом не замешаны, причём такую, чтобы ваши копы в неё поверили. Надеюсь, ваши копы чем-то похожи на нашу городскую полицию.
- Что за вопросы?
- Их пока два. Первый: кто убил старую няньку губернаторского ублюдка?
- Ты знаешь, сколько лет ей было? Арина ещё когда вашего нынешнего губернатора нянчила, уже старенькая была. Никто её не убивал. Она должна была ехать с мальчишкой в Вервольф, но в карете ей стало плохо. Скончалась почти сразу, к лекарю не довезли, да он бы и не помог. Хорошо хоть, успела сказать пацану, чтобы слушался нас.
- Ты, что ли, тоже там был?
- Нет, конечно. Мне обо всём рассказал тот, кто был кучером кареты. Я не мог так рисковать, если бы меня там схватила ваша спецслужба, конституционный суд тут же прекратил бы рассмотрение моего иска.
Я попытался представить, как его хватает наша спецслужба – Вася и Алла. Потом ещё раз попытался, и ещё. Не получилось, и я оставил это безнадёжное дело.
- Почему старуха предала губернатора? – вместо этого поинтересовался я.
- Ты говорил о двух вопросах, а задал уже двадцать!
- Франц, ответь ему, - попросила Тома. – Он должен знать всё, чтобы придумать подходящее враньё.
- Ладно, - смирился вождь. – Арина была дочерью королевы и давно об этом знала. Это она сообщила нам о пентаграмме на плече мальчишки. При условии, что ему не причинят зла. Я дал ей слово.
- Молодец, - похвалил я. – Привязать ребёнка к столбу, заткнуть ему рот кляпом и не давать ни пищи, ни воды – это неукоснительное исполнение договора.
- А ты знаешь, как он меня назвал?
- Думаю, Франц, я слышал весь его словарный запас. Но ближе к делу. Твои люди изображали похищение с целью выкупа. Выкуп пропал. В газетах не писали, но это могли быть только монеты Тортуги или какого-нибудь другого варварского королевства, где до сих пор ходят наличные.
- Тортуга, - подтвердил Франц.
- Куда они делись?
- Переправлены на Тортугу и там с толком потрачены.
- Стало быть, их не найдут?
- Нет, конечно. Тортуга никого и ничего не выдаёт. Ни людей, ни чужие тайны.
- Отлично. Раз можно не беспокоиться, что эти монеты в самый неподходящий момент где-то всплывут, будем считать, что с первым вопросом покончено. Вопрос второй: если Тамара работала на тебя, почему она помешала твоим людям переправить Олега через границу? В результате погиб твой человек, а мальчишку мы вернули обратно в Империю. Не понимаю.
- Я понятия не имела, что Род занимается похищениями детей, - ответила Тома.
- Да, у неё было задание – искать эльфа-сына короля. Об остальном ей не говорили. Чего не знаешь, того не разболтаешь.
Несомненно, я видел перед собой будущую королевскую чету Вервольфа. Почему вождь настолько не доверял своей невесте? Сержант пограничной стражи запросто организовала бы нелегальный переход границы, хотя бы так, как она это сделала для меня, или хотя бы позволила похитителю удрать вглубь Вервольфа. Я видел только один ответ – тогда Тома не была его невестой. Несомненно, это звание она получила, когда держала лезвие серебряной шпаги у горла Франца. А раз невестой стала Тома, какая-то другая дочь королевы перестала ею быть, хоть, возможно, ещё и не знает об этом.
- Последнее. Баба, что метила на пару с тобой в монархи, не захочет причинить нам неприятности? – спросил я. – Мало ли, обещали трон, а в последний момент на помойку выкинули…
- Нет такой женщины, - решительно заявил вождь. – Никому я трон не обещал.
- Даже Тамаре? – хмыкнул я. – Не отвечай, не надо. Нет её, и хорошо. Теперь слушай, как оно всё происходило на самом деле. Я имею в виду ту самую версию для полиции.
Я не поверил Францу, что у него не было на примете будущей королевы. Несомненно, была, аж до момента, пока не вмешалась Тома. Но с этим оборотни разберутся без меня. Скорее всего, отвергнутую претендентку убьют. Умрёт Тома или её предшественница, мне безразлично. Тома мне была очень симпатична, но она выбрала шанс на корону, а не меня, и теперь пусть выпутывается сама. Франц, думаю, отдаст предпочтение той, что выбрал сам, а не той, что навязалась ему угрозами.
А вот то, что Арина умерла естественной смертью, и что она дочь королевы – очень возможно. Но почему она предала губернатора, пусть даже ей пообещали, что с мальцом будут обращаться хорошо? И нарушили обещание, кстати. Какое дело старухе до восстановления монархии в Вервольфе? Разве что у неё есть дочь или внучка, причём от оборотней, тогда дело очень даже есть – если Арина и её дочь родили от оборотней, то внучка вполне может претендовать на трон. И тогда это её Франц поманил короной Вервольфа. А оборотни в доме губернатора бывают, Жорж подтвердит.
Но обо всём этом можно будет подумать потом, сейчас главное – так рассказать придуманную историю похищения Олега, чтобы Франц и Тома не пытались меня убить. Да и о Вике нельзя забывать. В прошлый раз доверился Томе – оказался связанный в подвале. Глупо считать, что её племянница на такое не способна, особенно после того, как она завела меня вместо подземного хода в спальню вождя. Уже набрал воздух, собираясь начать длинную речь, но Тома меня опередила.
- Племяшка, а как ты из верёвок выпуталась? – спросила она.
- Перекинулась, - ответила Вика. – Больно было, но я перетерпела.
- Но как…
- Позже это обсудите, если не пропадёт желание, - прервал я разговор родственниц. – А сейчас слушайте и запоминайте, как следует, чтобы мы в полиции врали одинаково. Разумеется, мальчишку похитили неизвестные никому из нас люди, и уж тем более никто из присутствующих не имеет к этому ужасному преступлению ни малейшего отношения. Более того, частный сыщик из Приграничья Станислав, то есть, я, и невеста вождя Рода Тамара активно препятствовали мерзким преступникам. Тому есть много свидетелей.
- Чтобы придумать такой примитив, мне не нужны никакие частные сыщики, с этим я и сам бы прекрасно справился, - недовольно буркнул Франц.
- Конечно, - не стал спорить я. – Может, продолжишь? Как ублюдок оказался в твоём доме? Я тебя внимательно слушаю.
- Ладно, - махнул рукой Франц. – Продолжай ты.
- Как долго он в твоём доме и сколько времени в карцере? Держали ли его в других домах?
- Держали. А сюда притащили прошлым вечером. Он плохо себя вёл, ругался матом, всем это надоело, и его отправили в карцер.
- Ну, вот. Похитили его какие-то дурачки, неспособные понять, что Ритуал Преображения – чистое самоубийство для сына королевы. Мы с Тамарой и Викторией рассказали об этом всем, и до похитителей дошло, что пацана лучше вернуть живым. И они анонимно вернули, в смысле, передали своему вождю так, что он не знал, кто именно передаёт ребёнка его охранникам. Сам придумаешь, как это было?
- Всё-таки сам? Хорошо, придумаю.
- Я выследил тех, кто перевозил Олега в дом вождя, и собрался подключать полицию. Но Тамара, невеста вождя, категорически заявила, что вождь Франц кристально порядочный оборотень, и не может участвовать ни в чём противозаконном.
- Хорошая шутка, - фыркнула Тома.
- Но до конца она меня не убедила. Я счёл, что она ослеплена сексуальной привлекательностью своего жениха, и не может объективно оценивать его порядочность и законопослушность. К тому же её племянница Виктория считает Тамару дурой, а кому это знать, как не близкой родственнице? Поэтому я подстраховался, оставив письма в курьерской конторе на случай, если я не выйду из дома Франца до определённого времени.
- И почему же ты не вышел до определённого времени? – поинтересовался Франц.
- Я влюбился в Тамару и даже в мыслях не мог допустить, что с ней будет случаться кто-то другой. У нас, людей, это называется ревностью. Дело закончилось безобразной дракой, вмешались охранники, и меня пришлось связать, потому что я вырывался и обещал убить. Виктория сражалась на моей стороне, её тоже связали. Но потом ты, Франц, сжалился над нами, и выпустил нас из подвала. Я очень сожалею, но к тому времени письма с неправедными обвинениями вождя Франца уже ушли. Готов заплатить штраф за ложный вызов.
- Красивая история, - признал Франц.
- Неважно, красивая или нет. Неважно даже, поверят ли в неё копы. Скорее всего, как раз не поверят, не идиоты же они, в конце концов. Но им не будет стыдно написать это в своих отчётах и рапортах, а знают ли они, как всё было на самом деле, нам плевать.
- А что получу я? – недовольным тоном спросила Вика. – Вождь и Томка получат корону, Стас – рекламу и гонорар, а что мне? Радость, что Томка будет королевой? Так меня это совсем не радует. Я тоже хочу, чтобы мне хоть что-то приятное перепало. Чем я хуже остальных?
- Ты получишь случку с эльфом, - насмешливо ответила ей Тома. – Ты же всегда мне завидовала и хотела то, что есть у меня. Всё в твоих лапках, племяшка. Я тебе не мешаю. Даже совет добрый дам. Если Стас не захочет с тобой, такой красивой, случаться, припугни его разглашением того, что знаешь. Это называется «шантаж». Правда, не забывай, что шантажистов-любителей частенько убивают, но это, я считаю, оправданный риск.
Вика пискнула, я обернулся и увидел, что огромный оборотень схватил сзади её за локти и уволакивает в коридор. Я кинулся на помощь, но сделал только шаг и остановился – ещё три оборотня, двое из них полукровки, вошли в комнату и навели на нас арбалеты со стрелами, сверкающими в лучах факела серебром. Они сразу же опустились на одно колено, а два их товарища, оба полукровки, целились в нас поверх их голов. Вдобавок три огромных волка тоже забежали внутрь и оскалились.
- Замрите! – прорычал один из них.
Мы замерли, а что нам оставалось? Даже сомнений не возникло, что эти ребята стрелять умеют. Тем более, на таком расстоянии труднее промахнуться, чем попасть.
- Полиция? – тихо спросил Франц.
- Нет, имперцы, - так же тихо возразила Тома.
Конечно, имперцы. Из пяти тех, кто в человечьей форме, чистокровный только один, правда, я толком не разглядел того, что утащил Вику. Среди волков тоже один полукровка. К тому же в боевых отрядах Вервольфа женщин примерно половина, а здесь одна, чистокровная волчица. Но это и не спецназ гвардии Приграничья – там почти все молодые ребята, а эти куда старше.
- Нам понравилась история Станислава, - вовсю улыбаясь, сказал их командир. – Пусть так и будет.
Если и оставались какие-то сомнения, что этот отряд из Империи, то тут они и исчезли, ведь оборотни из Вервольфа избегают показывать зубы. А ещё мне показалось, что у этого типа знакомое лицо. Мы встречались когда-то давно, но память у меня хорошая, в моей профессии без неё никак.
- Узнал? – спросил он.
- Да, - кивнул я.
Когда я служил в гвардии, он был моим инструктором по рукопашному бою с оборотнями. Но с тех пор прошло уже больше десяти лет.
- А меня? – пролаял волк, тот, что чистокровный.
- Нет, я плохо распознаю тех, кто в волчьей форме. Но раз ты говоришь, что мы знакомы, ты тот, с кем я говорил в парке, когда служил в полиции.
- Точняк, Стас. Ты был констеблем.
Угадал я, это Жорж. Теперь понятно, кто они такие и что им нужно, но непонятно, кто им позволил проводить спецоперацию в Темпл-сити, да ещё и с серебряным оружием.
- Вам, наверно, нужен мальчишка, - сказал Франц. – Он…
- Мы знаем, где он был, - прервал его командир. – Сейчас он у нас. Вы добровольно передали его людям губернатора ближней провинции, если говорить по-вашему. То есть, людям его отца. Ваши охранники все живы, уходя, мы их отпустим. Станислава забираем с собой, девушку, что была с ним – тоже, если она захочет.
- Конечно, захочу! – откликнулась Вика, её уже никто не держал. – Томка всё время жалуется, что я ей всё время мешаю, так вот – ухожу, чтобы не мешать.
- Скройся уже куда-нибудь с глаз моих, - напутствовала её Тома. – И возвращайся как можно позже, хорошо?
Пока мы шли по коридорам дома вождя, шагавшая рядом Вика постоянно пыталась потереться об меня тем местом, где у неё уже скоро вырастет левая грудь. Я не знал, как на это реагировать, и усиленно делал вид, что ничего не замечаю. Я знал, что у оборотней так принято, женщина этим всего лишь показывает, что испытывает дружеские чувства к своему спутнику, и вовсе не обязательно хочет от него секса, но мне было неприятно – напоминало о Томе, хоть её грудь прикасалась ко мне куда выше, чем у этой девочки. Чтобы отвлечься, я заговорил с Жоржем, он уже принял человечью форму и шёл рядом со мной с другой стороны.
- Жорж, как вы узнали, что Олега держат в этом доме? – спросил я.
- Никак, - ответил он. – Мы за тобой следили. Я даже не сомневался, что ты в конце концов отыщешь пацана. Правда, вторую курьерскую контору мы тоже зевнули. Всем было бы проще, если б ты обошёлся без неё. Теперь в тебя вцепится Бюро расследований, и даже местный президент тебя от этого не спасёт.
- Переживу как-нибудь, - отмахнулся я. – Расскажи лучше, как вы протащили в Темпл-сити столько серебряного оружия, и кто вам позволил шастать с ним по улицам?
- Тут, Стас, всё очень просто. Мы не какая-то там банда разбойников, а взвод президентской гвардии, причём официально. Это штатное оружие гвардейцев. Мы просили другое, без серебра, но у них другого нет, ничего не поделать.
- Вы пошли служить в гвардию Вервольфа? – удивился я.
- Не совсем так. Слыхал о совместных учениях двух гвардий?
- Да.
- Вот нас на время учений призвали как резервистов. А уже здесь был обмен взводами – наш в гвардию Вервольфа, а их – в нашу. Причём, заметь, у полка, куда нас временно перевели, пункт постоянной дислокации – Темпл-сити. И полк этот он не эльфийский. Эльфийские сейчас не здесь.
- Стало быть, вы отсюда пойдёте в казармы?
- Да.
- А Олега в Империю повезу я? У него наверняка нет визы, придётся или обращаться за помощью в имперское посольство, или переходить границу нелегально. С характером этого мальчика нелегальный переход выглядит не таким простым делом.
- Никто сюда не явится! – рявкнул Франц. – Мои люди перехватили все твои письма!
Я смог втянуть его в разговор. Это здорово повысило мои шансы дожить до утра. Ненамного, но повышали. И я с огромным удовольствием продолжил беседу.
- Твои люди, Франц, охранники, а я – уже почти десяток лет сыщик. Сам понимаешь, в слежке я разбираюсь чуток получше них. Не то, чтобы я их заметил, но уверенно почувствовал, что за мной следят. Без чутья в моём деле нельзя, пропадёшь. С чутьём тоже можно пропасть, но намного позже. Так вот, Франц, в здание, где курьерская контора, за мной никто из твоих не пошёл. Ждали меня на улице. А я выскочил через чёрный ход, сбегал в другую контору, и сделал там такой же заказ, как и в первой. Потом вернулся обратно, и от главного входа первой конторы торжественным маршем пошёл в кафе. На глазах у твоих охранников.
- Они говорили, что эльф слишком уж долго торчал у курьеров! – вождь в досаде стукнул себя по лбу. – А я, идиот, подумал, что он с трудом пишет по-нашему!
- Короче, Франц, давай быстро придумаем, как нам всем выпутаться из этой нехорошей истории. Сперва ответь мне на пару вопросов, а потом я придумаю версию, где все мы молодцы и ни в чём плохом не замешаны, причём такую, чтобы ваши копы в неё поверили. Надеюсь, ваши копы чем-то похожи на нашу городскую полицию.
- Что за вопросы?
- Их пока два. Первый: кто убил старую няньку губернаторского ублюдка?
- Ты знаешь, сколько лет ей было? Арина ещё когда вашего нынешнего губернатора нянчила, уже старенькая была. Никто её не убивал. Она должна была ехать с мальчишкой в Вервольф, но в карете ей стало плохо. Скончалась почти сразу, к лекарю не довезли, да он бы и не помог. Хорошо хоть, успела сказать пацану, чтобы слушался нас.
- Ты, что ли, тоже там был?
- Нет, конечно. Мне обо всём рассказал тот, кто был кучером кареты. Я не мог так рисковать, если бы меня там схватила ваша спецслужба, конституционный суд тут же прекратил бы рассмотрение моего иска.
Я попытался представить, как его хватает наша спецслужба – Вася и Алла. Потом ещё раз попытался, и ещё. Не получилось, и я оставил это безнадёжное дело.
- Почему старуха предала губернатора? – вместо этого поинтересовался я.
- Ты говорил о двух вопросах, а задал уже двадцать!
- Франц, ответь ему, - попросила Тома. – Он должен знать всё, чтобы придумать подходящее враньё.
- Ладно, - смирился вождь. – Арина была дочерью королевы и давно об этом знала. Это она сообщила нам о пентаграмме на плече мальчишки. При условии, что ему не причинят зла. Я дал ей слово.
- Молодец, - похвалил я. – Привязать ребёнка к столбу, заткнуть ему рот кляпом и не давать ни пищи, ни воды – это неукоснительное исполнение договора.
- А ты знаешь, как он меня назвал?
- Думаю, Франц, я слышал весь его словарный запас. Но ближе к делу. Твои люди изображали похищение с целью выкупа. Выкуп пропал. В газетах не писали, но это могли быть только монеты Тортуги или какого-нибудь другого варварского королевства, где до сих пор ходят наличные.
- Тортуга, - подтвердил Франц.
- Куда они делись?
- Переправлены на Тортугу и там с толком потрачены.
- Стало быть, их не найдут?
- Нет, конечно. Тортуга никого и ничего не выдаёт. Ни людей, ни чужие тайны.
- Отлично. Раз можно не беспокоиться, что эти монеты в самый неподходящий момент где-то всплывут, будем считать, что с первым вопросом покончено. Вопрос второй: если Тамара работала на тебя, почему она помешала твоим людям переправить Олега через границу? В результате погиб твой человек, а мальчишку мы вернули обратно в Империю. Не понимаю.
- Я понятия не имела, что Род занимается похищениями детей, - ответила Тома.
- Да, у неё было задание – искать эльфа-сына короля. Об остальном ей не говорили. Чего не знаешь, того не разболтаешь.
Несомненно, я видел перед собой будущую королевскую чету Вервольфа. Почему вождь настолько не доверял своей невесте? Сержант пограничной стражи запросто организовала бы нелегальный переход границы, хотя бы так, как она это сделала для меня, или хотя бы позволила похитителю удрать вглубь Вервольфа. Я видел только один ответ – тогда Тома не была его невестой. Несомненно, это звание она получила, когда держала лезвие серебряной шпаги у горла Франца. А раз невестой стала Тома, какая-то другая дочь королевы перестала ею быть, хоть, возможно, ещё и не знает об этом.
- Последнее. Баба, что метила на пару с тобой в монархи, не захочет причинить нам неприятности? – спросил я. – Мало ли, обещали трон, а в последний момент на помойку выкинули…
- Нет такой женщины, - решительно заявил вождь. – Никому я трон не обещал.
- Даже Тамаре? – хмыкнул я. – Не отвечай, не надо. Нет её, и хорошо. Теперь слушай, как оно всё происходило на самом деле. Я имею в виду ту самую версию для полиции.
***
Я не поверил Францу, что у него не было на примете будущей королевы. Несомненно, была, аж до момента, пока не вмешалась Тома. Но с этим оборотни разберутся без меня. Скорее всего, отвергнутую претендентку убьют. Умрёт Тома или её предшественница, мне безразлично. Тома мне была очень симпатична, но она выбрала шанс на корону, а не меня, и теперь пусть выпутывается сама. Франц, думаю, отдаст предпочтение той, что выбрал сам, а не той, что навязалась ему угрозами.
А вот то, что Арина умерла естественной смертью, и что она дочь королевы – очень возможно. Но почему она предала губернатора, пусть даже ей пообещали, что с мальцом будут обращаться хорошо? И нарушили обещание, кстати. Какое дело старухе до восстановления монархии в Вервольфе? Разве что у неё есть дочь или внучка, причём от оборотней, тогда дело очень даже есть – если Арина и её дочь родили от оборотней, то внучка вполне может претендовать на трон. И тогда это её Франц поманил короной Вервольфа. А оборотни в доме губернатора бывают, Жорж подтвердит.
Но обо всём этом можно будет подумать потом, сейчас главное – так рассказать придуманную историю похищения Олега, чтобы Франц и Тома не пытались меня убить. Да и о Вике нельзя забывать. В прошлый раз доверился Томе – оказался связанный в подвале. Глупо считать, что её племянница на такое не способна, особенно после того, как она завела меня вместо подземного хода в спальню вождя. Уже набрал воздух, собираясь начать длинную речь, но Тома меня опередила.
- Племяшка, а как ты из верёвок выпуталась? – спросила она.
- Перекинулась, - ответила Вика. – Больно было, но я перетерпела.
- Но как…
- Позже это обсудите, если не пропадёт желание, - прервал я разговор родственниц. – А сейчас слушайте и запоминайте, как следует, чтобы мы в полиции врали одинаково. Разумеется, мальчишку похитили неизвестные никому из нас люди, и уж тем более никто из присутствующих не имеет к этому ужасному преступлению ни малейшего отношения. Более того, частный сыщик из Приграничья Станислав, то есть, я, и невеста вождя Рода Тамара активно препятствовали мерзким преступникам. Тому есть много свидетелей.
- Чтобы придумать такой примитив, мне не нужны никакие частные сыщики, с этим я и сам бы прекрасно справился, - недовольно буркнул Франц.
- Конечно, - не стал спорить я. – Может, продолжишь? Как ублюдок оказался в твоём доме? Я тебя внимательно слушаю.
- Ладно, - махнул рукой Франц. – Продолжай ты.
- Как долго он в твоём доме и сколько времени в карцере? Держали ли его в других домах?
- Держали. А сюда притащили прошлым вечером. Он плохо себя вёл, ругался матом, всем это надоело, и его отправили в карцер.
- Ну, вот. Похитили его какие-то дурачки, неспособные понять, что Ритуал Преображения – чистое самоубийство для сына королевы. Мы с Тамарой и Викторией рассказали об этом всем, и до похитителей дошло, что пацана лучше вернуть живым. И они анонимно вернули, в смысле, передали своему вождю так, что он не знал, кто именно передаёт ребёнка его охранникам. Сам придумаешь, как это было?
- Всё-таки сам? Хорошо, придумаю.
- Я выследил тех, кто перевозил Олега в дом вождя, и собрался подключать полицию. Но Тамара, невеста вождя, категорически заявила, что вождь Франц кристально порядочный оборотень, и не может участвовать ни в чём противозаконном.
- Хорошая шутка, - фыркнула Тома.
- Но до конца она меня не убедила. Я счёл, что она ослеплена сексуальной привлекательностью своего жениха, и не может объективно оценивать его порядочность и законопослушность. К тому же её племянница Виктория считает Тамару дурой, а кому это знать, как не близкой родственнице? Поэтому я подстраховался, оставив письма в курьерской конторе на случай, если я не выйду из дома Франца до определённого времени.
- И почему же ты не вышел до определённого времени? – поинтересовался Франц.
- Я влюбился в Тамару и даже в мыслях не мог допустить, что с ней будет случаться кто-то другой. У нас, людей, это называется ревностью. Дело закончилось безобразной дракой, вмешались охранники, и меня пришлось связать, потому что я вырывался и обещал убить. Виктория сражалась на моей стороне, её тоже связали. Но потом ты, Франц, сжалился над нами, и выпустил нас из подвала. Я очень сожалею, но к тому времени письма с неправедными обвинениями вождя Франца уже ушли. Готов заплатить штраф за ложный вызов.
- Красивая история, - признал Франц.
- Неважно, красивая или нет. Неважно даже, поверят ли в неё копы. Скорее всего, как раз не поверят, не идиоты же они, в конце концов. Но им не будет стыдно написать это в своих отчётах и рапортах, а знают ли они, как всё было на самом деле, нам плевать.
- А что получу я? – недовольным тоном спросила Вика. – Вождь и Томка получат корону, Стас – рекламу и гонорар, а что мне? Радость, что Томка будет королевой? Так меня это совсем не радует. Я тоже хочу, чтобы мне хоть что-то приятное перепало. Чем я хуже остальных?
- Ты получишь случку с эльфом, - насмешливо ответила ей Тома. – Ты же всегда мне завидовала и хотела то, что есть у меня. Всё в твоих лапках, племяшка. Я тебе не мешаю. Даже совет добрый дам. Если Стас не захочет с тобой, такой красивой, случаться, припугни его разглашением того, что знаешь. Это называется «шантаж». Правда, не забывай, что шантажистов-любителей частенько убивают, но это, я считаю, оправданный риск.
Вика пискнула, я обернулся и увидел, что огромный оборотень схватил сзади её за локти и уволакивает в коридор. Я кинулся на помощь, но сделал только шаг и остановился – ещё три оборотня, двое из них полукровки, вошли в комнату и навели на нас арбалеты со стрелами, сверкающими в лучах факела серебром. Они сразу же опустились на одно колено, а два их товарища, оба полукровки, целились в нас поверх их голов. Вдобавок три огромных волка тоже забежали внутрь и оскалились.
- Замрите! – прорычал один из них.
Мы замерли, а что нам оставалось? Даже сомнений не возникло, что эти ребята стрелять умеют. Тем более, на таком расстоянии труднее промахнуться, чем попасть.
- Полиция? – тихо спросил Франц.
- Нет, имперцы, - так же тихо возразила Тома.
Конечно, имперцы. Из пяти тех, кто в человечьей форме, чистокровный только один, правда, я толком не разглядел того, что утащил Вику. Среди волков тоже один полукровка. К тому же в боевых отрядах Вервольфа женщин примерно половина, а здесь одна, чистокровная волчица. Но это и не спецназ гвардии Приграничья – там почти все молодые ребята, а эти куда старше.
- Нам понравилась история Станислава, - вовсю улыбаясь, сказал их командир. – Пусть так и будет.
Если и оставались какие-то сомнения, что этот отряд из Империи, то тут они и исчезли, ведь оборотни из Вервольфа избегают показывать зубы. А ещё мне показалось, что у этого типа знакомое лицо. Мы встречались когда-то давно, но память у меня хорошая, в моей профессии без неё никак.
- Узнал? – спросил он.
- Да, - кивнул я.
Когда я служил в гвардии, он был моим инструктором по рукопашному бою с оборотнями. Но с тех пор прошло уже больше десяти лет.
- А меня? – пролаял волк, тот, что чистокровный.
- Нет, я плохо распознаю тех, кто в волчьей форме. Но раз ты говоришь, что мы знакомы, ты тот, с кем я говорил в парке, когда служил в полиции.
- Точняк, Стас. Ты был констеблем.
Угадал я, это Жорж. Теперь понятно, кто они такие и что им нужно, но непонятно, кто им позволил проводить спецоперацию в Темпл-сити, да ещё и с серебряным оружием.
- Вам, наверно, нужен мальчишка, - сказал Франц. – Он…
- Мы знаем, где он был, - прервал его командир. – Сейчас он у нас. Вы добровольно передали его людям губернатора ближней провинции, если говорить по-вашему. То есть, людям его отца. Ваши охранники все живы, уходя, мы их отпустим. Станислава забираем с собой, девушку, что была с ним – тоже, если она захочет.
- Конечно, захочу! – откликнулась Вика, её уже никто не держал. – Томка всё время жалуется, что я ей всё время мешаю, так вот – ухожу, чтобы не мешать.
- Скройся уже куда-нибудь с глаз моих, - напутствовала её Тома. – И возвращайся как можно позже, хорошо?
***
Пока мы шли по коридорам дома вождя, шагавшая рядом Вика постоянно пыталась потереться об меня тем местом, где у неё уже скоро вырастет левая грудь. Я не знал, как на это реагировать, и усиленно делал вид, что ничего не замечаю. Я знал, что у оборотней так принято, женщина этим всего лишь показывает, что испытывает дружеские чувства к своему спутнику, и вовсе не обязательно хочет от него секса, но мне было неприятно – напоминало о Томе, хоть её грудь прикасалась ко мне куда выше, чем у этой девочки. Чтобы отвлечься, я заговорил с Жоржем, он уже принял человечью форму и шёл рядом со мной с другой стороны.
- Жорж, как вы узнали, что Олега держат в этом доме? – спросил я.
- Никак, - ответил он. – Мы за тобой следили. Я даже не сомневался, что ты в конце концов отыщешь пацана. Правда, вторую курьерскую контору мы тоже зевнули. Всем было бы проще, если б ты обошёлся без неё. Теперь в тебя вцепится Бюро расследований, и даже местный президент тебя от этого не спасёт.
- Переживу как-нибудь, - отмахнулся я. – Расскажи лучше, как вы протащили в Темпл-сити столько серебряного оружия, и кто вам позволил шастать с ним по улицам?
- Тут, Стас, всё очень просто. Мы не какая-то там банда разбойников, а взвод президентской гвардии, причём официально. Это штатное оружие гвардейцев. Мы просили другое, без серебра, но у них другого нет, ничего не поделать.
- Вы пошли служить в гвардию Вервольфа? – удивился я.
- Не совсем так. Слыхал о совместных учениях двух гвардий?
- Да.
- Вот нас на время учений призвали как резервистов. А уже здесь был обмен взводами – наш в гвардию Вервольфа, а их – в нашу. Причём, заметь, у полка, куда нас временно перевели, пункт постоянной дислокации – Темпл-сити. И полк этот он не эльфийский. Эльфийские сейчас не здесь.
- Стало быть, вы отсюда пойдёте в казармы?
- Да.
- А Олега в Империю повезу я? У него наверняка нет визы, придётся или обращаться за помощью в имперское посольство, или переходить границу нелегально. С характером этого мальчика нелегальный переход выглядит не таким простым делом.
