- Кого?
- Смотри сама – указав пальцем вдаль, ответила Соня.
Проследив за направлением, Вероника увидела то, что в следующую секунду буквально повергло её в шок.
- Это… это птица! – взвизгнула от радости она.
- Вот именно. Если она нашла нас это значит, что где-то неподалёку есть жизнь и в будущем вся наша природа восстановиться, благодаря вот такой вот крохе.
- И всё вернётся на круги своя – закончила за дочь женщина.
- Вот- вот.
- А ещё это значит юная леди, что мы должны не мешать маленькой птичке восстанавливать природу и убраться отсюда поскорее! – укоризненно сказала Ника.
- Ну мам, блин! Можно я ещё понаблюдаю за ней, я ведь так долго не видела живого существа?
- А рыбы для тебя уже не живые существа?
- Я на них уже насмотрелась, они мне надоели, как и эти дурацкие водоросли!
- Благодаря им ты по крайней мере не умерла от голода!
- Я не умерла только благодаря тебе!
- Хватит пререканий, живо дуй домой! И да, посуду сегодня моешь ТЫ, моя дорогая!
- С чего бы это?!
- С того, что ты в очередной раз ушла из дома без моего разрешения! Так что ты наказана!
Вымученно застонав, Соня недовольно ответила:
- Ведёшь себя точно, как твоя мать, если судить по ТВОИМ же рассказам.
Слова Сони больно прошлись по самолюбию женщины, но она искусно это скрыла и натянув маску равнодушия на лицо, молча последовала за дочерью. Всю дорогу до дома ни одна из них не заговорила, продолжая упрямо обижаться друг на друга. Через какое-то время Соня всё же подошла к матери, позвав её:
- Мам.
Обернувшись, Вероника сказала:
- Да?
- Тут такое дело... в общем, прости меня.
- За что?
- Ну, за то, что сбежала без разрешения, напугала тебя и за слова о том, что ты такая же, как Ева тоже прости. Я не хотела тебя обижать, просто я сильно разозлилась и всё само как-то вырвалось.
Улыбнувшись, женщина ответила:
- Прощаю. Но и ты меня прости. За мой характер, за то, что до сих пор считаю тебя маленьким ребёнком, хотя ты уже довольно взрослая девочка и за то, что накричала без причины.
- Извинения принимаются. И кстати, посуду я помыла.
- Молодец. И спасибо, что помогаешь мне.
- Пустяки. Слушай, а теперь мне можно пойти погулять?
- Иди. Только недолго, ладно?
- Да конечно. Спасибо, мам! – прокричала Соня.
Не успела женщина ответить, как её дочери уже и след простыл. Грустно вздохнув, Ника вернулась в дом и стала думать чем же себя занять до возвращения Сони. Не прошло и десяти минут, как вдруг, девочка внезапно прибежала домой и найдя мать, рассказала ей о том, как видела выживших, выбравшихся из бункера. Потеряв на минуту дар речи, Вероника буквально впала в ступор. Приведя мать в чувства, Соня потащила её за собой. Прибежав на место, женщина увидела свою сестру и друга детства живыми, и невредимыми. От счастья у девушки перехватило дыхание, ведь спустя столько лет она снова может видеть своих родных. Немного успокоив себя от переполнявших чувств, Ника посмотрела на дочь и сказала:
- Это Лера. Моя сестра.
- Я знаю мам, ты же мне рассказывала о ней.
- Да точно. Рассказывала.
- Ну и чего ты стоишь? Иди к ним. Скорее!
- Думаешь нужно?
- Ты чего? Конечно надо, они ведь должны знать, что ты жива!
- А, если они не захотят меня видеть? Если прогонят, даже не выслушав, я ведь не смогу потом с этим жить!
- Мам, перестань так говорить! Они твои родные и я уверенна, что все эти годы больше всего на свете твоя семья мечтала о том, чтобы увидеть тебя живой. И теперь ты можешь исполнить эту мечту. Так что иди давай, а я за тобой!
- Хорошо-хорошо.
Набравшись смелости, Ника вышла в поле зрения сестры и крикнула:
- Лера!
Обернувшись на зовущий её голос и увидев Веронику, Лера округлив глаза, в ужасе отшатнулась и закричала:
- НИКА?! Откуда ты… Что за хрень?!
Глава 7 Снова вместе
Подойдя к близким, Вероника не в силах, что либо сказать просто молча смотрела на них. Как и Ника Лера, и Кирилл не могли поверить в происходящее, лишь молча рассматривая девушку. Немного придя в себя, Лера подошла к ней и без лишних слов прижала к себе, заплакав. Уткнувшись носом в шею сестры, Ника сквозь рыдания тихо шептала:
- Прости меня. Прости за всё. Я такая идиотка, я не должна была так поступать.
Отстранившись немного и заглянув ей в лицо, Лера ответила:
- Я не злюсь на тебя. Точнее, да я злилась и даже ненавидела тебя, а потом на место злости пришла грусть, и тоска за то, что мне никак тебя не вернуть. Но ты жива, а это значит, что мы можем всё начать сначала и жить, как раньше, а может даже и лучше!
- А те два с половиной года мы просто вычеркнем из жизни, как-будто их и не было?
- Мы не вычеркнем их, а перешагнём, наверстаем всё, что было упущено.
- Не знаю сможем ли мы.
- Мы должны постараться, сестра. Иначе, всё было напрасно и мы уже не будем так близки, а этого никак нельзя допустить, согласна?
Вероника интенсивно закивала головой.
- Вот и умница. Но сначала я хочу знать, как… боже даже не верится, что это правда, как ты выжила? Что с тобой происходило? Я хочу знать всё до мельчайших подробностей.
- Точнее, МЫ хотим знать – подал голос, стоящий рядом Кирилл.
Посмотрев на друга, Ника затараторила:
- Кирилл, я… мне очень жаль, что пришлось так обойтись с тобой. Я не должна была, я просто не думала, что когда-нибудь ещё смогу увидеть тебя. Прошу, прости меня.
Подойдя к ней вплотную, парень ответил:
- Перестань наконец извинятся и просто обними меня.
- Хорошо – улыбнувшись, сказала девушка.
Прижавшись к другу, Ника положила руки на его спину, спокойно прикрыв глаза. Укачивая девушку, как ребёнка, Кирилл прошептал:
- Я так рад, что ты жива! Мне очень тебя не хватало.
Не открывая глаз, Вероника ответила:
- И мне тебя. Прости меня за мою слабость.
- Тссс. Не нарушай момент. Тем более, ты ни в чём не виновата.
- Виновата и очень, но ты прав об этом мы поговорим позже.
- Именно.
- Кхм, может вы ещё и поцелуетесь, голубки? – внезапно раздался голос Леры.
Резко отпрянув друг от друга, парочка посмотрела на неё и хором спросила:
- О чём ты вообще? Зачем нам целоваться?!
Посмотрев на раскрасневшиеся лица сестры и друга, Лера засмеялась во весь голос и ответила:
- Ха – ха – ха – ха – ха – ха – ха! Видели бы вы свои лица сейчас! Вот умора!
- Аха – ха - ха. Очень смешно! – недовольно сказала Ника.
- Извините. Не удержалась, захотелось поиздеваться над вами.
- Ты не меняешься. Собственно, как и всегда – ответил Кирилл.
- Ой-ой! Какие мы нежные.
- Ой, да заткнись уже!
Только Вероника хотела заткнуть их обоих, как вдруг за её спиной раздался голос Сони:
- Кхм-кхм, я не помешаю?
Враждебно посмотрев на девушку, Лера громко сказала:
- Ты ещё кто?!
- Мам, не представишь меня?
Открыв рот, Вероника собиралась ответить, но её перебили сестра и Кирилл, удивлённо вскрикнув:
- МАМА?!
- Ну да. Я её дочь – Соня.
- Хах, милочка сколько тебе лет? Четырнадцать – пятнадцать?
- Четырнадцать.
- Об этом я и говорю. Так что ты никак не можешь быть дочерью моей сестры.
- Как бы там ни было "тётушка" Я её дочь – холодно ответила Соня. Так ведь, мам?
- Ник, может объяснишься? – спросил Кирилл.
Тяжело вздохнув, она недовольно ответила:
- Если вы прекратите спорить и дадите мне открыть рот, то я всё расскажу!
- Ну так говори! – закричала на неё Лера.
Но объяснится она так и не смогла, снова услышав за спиной разъярённый голос матери:
- А! Вот ты где! Валерия, что это чёрт возьми значит?!
Посмотрев на сестру, Ника сказала:
- Опять одно и тоже. Поговорим обо всём попозже.
- Естественно.
Явно не замечая никого кто стоит рядом, Ева пронёсшись, как ураган, остановилась возле дочери и грубо потянув её за подбородок, прошипела:
- Какого хрена тут происходит? Почему ты не посоветовалась со мной, прежде чем принимать такие важные решения и выбираться из бункера?!
Сбросив руку матери, Лера ответила:
- А кто ты такая, чтобы я с тобой советовалась, а?! Я была и остаюсь главным Советником, а значит все важные решения принимать только мне, а ты будешь беспрекословно подчиняться!
- Не тебе меня учить, что делать! Тебя никто добровольно бы не выбрал на пост главного Советника, ты просто-напросто всех запугала, дрянь! Если твоего безмозглого папашу, как и всех кто пресмыкается перед тобой это устраивает, то это не значит, что Я вхожу в их число. Я твоя мать и пока мы живём вместе, ТЫ обязана обговаривать все решения и со мной тоже!
Дотронувшись до руки Ники, Соня тихо спросила:
- Так это и есть твоя мать?
Согласно кивнув, Вероника хотела было вмешаться в перепалку матери и сестры, но Лера её опередила:
- Да какая ты мать?! Ты же дальше своего носа ничего не видишь, тебя интересует только твоя персона, а не благополучие людей. За это время пока мы находились под землёй, ты ни разу даже не попробовала помочь мне, все решения, всю ответственность принимала Я и отец! Так что лучше заткнись и высказывай свои «претензии» тому, кому они интересны, а мне дай спокойно пообщаться с сестрой, которую я к слову, не видела больше двух лет!
Посмотрев на девушку, как на сумасшедшую, Ева переспросила:
- С сестрой?! С какой ещё сестрой, что ты мелешь вообще?!
С вызовом посмотрев на мать, Лера кивнула в ту сторону, где стояла Ника и Соня. Проследив за взглядом дочери, женщина обернулась и увидев Веронику, резко побледнела, «потеряв» способность говорить. Не растерявшись, Вероника невозмутимо посмотрела на мать и сказала:
- Ну здравствуй, мама. Очень "рада" тебе.
- Ника? Это правда ты?
- Да. Единственная и неповторимая.
- Но как… мы же видели… ты оставила нас!
- Я не оставила вас, а умерла! А вот то, что со мной произошло дальше, вы с отцом обязаны мне объяснить.
- Значит это правда. Ты активировала его.
- Что она активировала? – спросила Лера.
Обернувшись, женщина ответила:
- Спросите у своего отца, с кем он до встречи со мной, сделал ЕЁ! – ткнув пальцем в Веронику, сказала Ева.
- Так это всё-таки правда, ты не моя мать?! – прокричала Ника.
- А, так ты уже знаешь? Тем лучше, не придётся больше делать вид, что твоё существование мне хоть в какой-то мере интересно.
- Расскажи мне всё. Сейчас же! - потребовала Вероника.
- Ой-ой, какие мы грозные прямо боюсь.
- Мама! Говори! - прокричала женщине Лера.
- Ладно! Всё равно ведь не отстанете - недовольно проговорила Ева. Мы с отцом познакомились, когда тебе уже был год и мне пришлось взять на себя твоё воспитание! Я никогда не желала быть твоей матерью, я хотела своих детей, нормальных детей, а не таких выродков, как ты!
Схватив мать за руку, Лера закричала:
- А ну не смей её так называть!
- А, как ещё мне её называть, дочка? Твоя сестра грёбаная русалка! Её мать была такой, а потом она умерла, оставив дочь на вашего отца, а я должна была воспитывать тебя и делать вид, что меня всё устраивает! Думаешь это легко?!
- КТО ТЫ?! Русалка?! – хором спросили Лера и Кирилл.
Не удостоив их ответа, Ника с болью посмотрела на мать и сказала:
- Наверно нет. Но уж извини виновата в этом не я. И я не просила тебя связываться с отцом, чтобы потом отыгрываться на мне.
- Не просила она! Никто, никогда никого не просит выходить замуж не по любви или воспитывать чужого ребёнка, поэтому в большинстве случаев получается так, что люди страдают из-за своего выбора. Так вот я страдала! Каждый долбаный день я смотрела на тебя и понимала, что когда-нибудь ты из милой, маленькой девочки превратишься в монстра и вот этот день пришёл!
- Ну если вы так страдали, то почему просто не ушли из семьи и не оставили её на попечение отца? – вмешалась в разговор Соня. Зачем вы мучили и её, и себя?!
- Соня не вмешивайся, это не твоя проблема, я разберусь! – сказала Ника.
- Ты моя мать, так что твои проблемы – это мои проблемы и я не успокоюсь, пока не получу от этой женщины ответ!
- Кто ты?! Её дочь? – переспросила Ева.
- Названная дочь. Но это не важно. Потому что Вероника не такая, как вы! Она заботливая, добрая, ласковая и она дала мне то, что не смогли дать ей ВЫ!
Не обратив внимания на обвинения девочки, Ева сказала:
- Так значит она не одна такая.
- Да! И горжусь этим, потому что мы с мамой совершенно уникальные, чтобы вы там не говорили.
- Ооо! Да уж, вы уникальные, не то что МЫ обычные, НОРМАЛЬНЫЕ люди! – саркастично ответила женщина.
- Так и есть. Но, мы кажется отвлеклись. И вы мне так и не дали ответ на вопрос.
Сделав вид, что она ничего не понимает, Ева сказала:
- Какой вопрос?
- Не придуривайтесь. Почему вы не ушли из семьи, пока была возможность? Почему продолжили из года в год издеваться над моей матерью, унижали её, третировали? М?
- По разным причинам. Вначале потому что я безумно любила её отца, а потом родилась Лера и было уже не до моих страданий и страхов, ведь мне нужно было воспитывать моего НОРМАЛЬНОГО ребёнка.
- А дальше? – спросила Вероника. Хотя нет, не отвечай, дай угадаю, когда Лера выросла, ты не хотела уходить из-за вашего бизнеса, потому что знала, что после развода тебе нифига не достанется. Так?
- Да! Потому что этот идиот изменил условия нашего брачного контракта, который мы заключили в тот момент, когда бизнес пошёл в гору. И там было сказано, что, если я сама подам на развод, то львиная доля всего отходит тебе и твоей сестре, Вероника! Не знаю, как он смог так сделать без моего ведома, но факт остаётся фактом, я не могла от него уйти добровольно.
- Хах! А вам не кажется, что как- то у вас слишком много отговорок, получается? – спросила Соня.
- Это не отговорки, девочка, а констатация факта – я была пленницей собственного мужа много лет. Я хотела уйти, но он не позволял мне этого сделать.
- Для человека, который так сильно желал избавиться от ненавистной ему жизни, ты была слишком довольной, мама! И не надо мне сейчас заливать о том, что ты лишь «играла» роль счастливой жены и матери. Тебе нравилось то, как отец обращался с тобой. То, что он превозносил тебя чуть ли не до королевы, а в любой нашей ссоре у него всегда была виновата Я, а ты была ангелом во плоти! И то, что он переделал ваш контракт в нашу с Лерой пользу ещё не делает его отцом года, ведь он из раза в раз предавал собственного ребёнка из-за капризов его жены!
- Ты права, Ника – раздался голос Александра. Я должен был придушить эту змею, пока мог.
На голос мужчины обернулись все, но только Вероника равнодушно сказала:
- Отец. А я всё ждала, когда же ты появишься.
Подойдя к дочери и встав рядом с ней, Александр заглянул ей в глаза и нежно проведя по волосам, ответил:
- Ты совсем не изменилась.
Отбросив его руку, девушка злобно закричала:
- Ошибаешься! Я уже далеко не та тихоня, которая подчинялась вам и теперь у меня своя жизнь и ребёнок.
Не обращая внимание на гнев дочери, мужчина продолжил:
- Я знаю, что никогда не был для вас с сестрой хорошим отцом и всегда позволял этой женщине издеваться над собственными детьми. Но я обещаю измениться, стать лучше, если конечно же вы позволите мне.
