- Ты должна отменить свой приговор. Сейчас же!
Подойдя к Нике вплотную, Лера грубо взяла ее за подбородок и проговорила:
- С чего бы это?
- Потому что я твоя сестра и ты не хочешь портить со мной отношения.
- Ты отправила эту маленькую гадину убить меня, какая из тебя сестра получается, а?!
- Я повторяю ещё раз. Я никого не отправляла к тебе, Соня пришла сюда по своей воле просто поговорить с тобой.
- И ты думаешь, что я поверю в это?!
- Твоё право верить мне или нет, но я знаю, что говорю правду. Да и зачем мне тебя убивать, ты же моя сестра!
Пытаясь скрыть нахлынувшую истерику, Советник отвернулась от сестры и надрывающимся голосом заговорила вновь:
- Кирилл рассказал тебе про то, что я сделала с его родителями и другими выжившими?
- Рассказал.
Резко повернувшись, Лера бесстрашно посмотрела на Веронику и ответила:
- И, что же? Хочешь сказать ты не презираешь за то кем я стала?
- А должна?
Опешив от такого вопроса, девушка ответила:
- Но я думала…
Жестом перебив Леру, женщина сказала:
- Что ты думала? Что я стану презирать тебя, даже не попытавшись понять, потом пошлю своего ребёнка убить тебя, а сама буду безмятежно спать в кровати? Хорошего же ты обо мне мнения, СЕСТРА.
- Ты изменилась.
- Нет. Скорее просто повзрослела и стала храбрее.
- Так, хорошо, даже если ты не подсылала ко мне Соню, чтобы убить, так или иначе она пыталась это сделать и должна быть наказана.
- Хочешь наказать Соню - накажи, но прошу не отбирай ее жизнь. Если я для тебя ещё хоть что-то значу, умоляю, не поступай так со мной.
Прикрыв глаза, Советник яростно боролась со своим желанием наконец избавиться от этой девочки и вернуть себе внимание сестры. Но, понимая, что таким образом лишь разрушит единственное, что осталось от их родственных отношений, она приняла альтернативу, как за возможное решение и взглянув на Веронику, недовольно ответила:
- Хорошо! Я не убью твою Соню.
Вероника вздохнув с облегчением, благодарно посмотрела на сестру и склонив перед ней голову сказала:
- Спасибо Советник, вы очень великодушны.
Но Лера лишь недобро ухмыльнулась в ответ, продолжив:
- Не спели радоваться. Я сказала, что не убью ее, да. Но я заставлю твою дочь страдать и жалеть о том, что она сделала со мной!
- Но она ничего тебе не сделала, я думала ты поверила мне!
- Не сделала? А кто тогда по-твоему побил меня? Мои охранники или может я сама?
Вспомнив о словах дочери, Вероника хотела возразить сестре, но увидев насколько ее взгляд безумен, она тут же передумала говорить.
- Ну?! Чего молчишь?! Говори, что хотела! - прокричала Лера.
- Я не знаю, что тебе ответить.
- Конечно не знаешь, видимо сама не уверенна в правдивости слов своей «дочери».
- Как ты собираешься наказать ее?
- Ха! А вот это уже не твоё дело, сестра. Ты ведь сама дала добро на то, чтобы наказание было приведено в действие, а вот каким оно будет - это уже моя проблема. А сейчас тебе лучше уйти отсюда и не злить меня ещё больше.
Понимая, что больше ничего сделать не сможет, Вероника лишь холодно посмотрела на Леру и сказала:
- Как скажешь. Ты здесь главная.
- Вот именно.
- Тогда спокойной ночи, Советник.
- Доброй ночи, сестра.
Открыв дверь, женщина немного помедлив у порога, снова заговорила:
- Надеюсь, ты не превратишься окончательно в свою мать и не станешь губить наши и без того шаткие отношения.
И не дожидаясь ответа, она выскочила из комнаты, захлопнув дверь. Уже в коридоре, Вероника обернулась и убедившись в том, что сестра за ней не пошла, опёрлась рукой о стену, пытавшись отдышаться от душившего ее страха за жизнь своего ребёнка. С трудом восстановив дыхание, она задумалась чьё мнение сейчас может повлиять на Леру. Решив, что наилучшей кандидатурой станет их отец, женщина немедля отправилась к нему. Дойдя до его комнаты, Ника с силой затарабанила в дверь и принялась ждать. Через пару минут дверь отворилась и на пороге девушку встретила явно чем-то недовольная Ева. Скорчив презрительную гримасу, женщина сказала:
- Чего пришла?
- Я не к тебе. Не волнуйся. Где папа?
- Не скажу. Да и он все равно не станет с тобой говорить после того, что натворил твой отпрыск, так что пошла вон! - прокричала Ева, собираясь закрыть дверь прямо перед носом Ники.
Но, девушка оказалась хитрее и вовремя подставила ногу в проём. Грубо оттолкнув мачеху, она нахально прошла внутрь. Злобно запыхтев, женщина порывалась выгнать падчерицу, но вовремя вошедший Александр увидев эту картину, громко сказал:
- Что тут происходит?!
Испуганная Ева увидев мужа, промямлила:
- Она толкнула меня и ворвалась сюда под предлогом разговора с тобой. А ты спал и я вежливо просила ее уйти, но Ника отказывалась и…
- Она нагрубила мне и пыталась выгнать, даже не дав нам с тобой поговорить! - перебила Еву Вероника.
- Это не правда!
- Правда! Ты сказала, что папа не станет со мной говорить и послала вон!
- Ах ты маленькая лгунья!
- ХВАТИТ!!! - злобно прокричал мужчина. Вы обе перестаньте! Вера, впредь если тебе нужно поговорить, то ты можешь просто покричать мне, а ТЫ ещё раз тронешь мою дочь, я убью тебя поняла?!
- Да! - недовольно прокричала Ева.
- Очень надеюсь на это. А теперь идём в другую комнату там и поговорим. А ты Ева не вздумай подслушивать, имей ввиду я хорошо знаю твою любопытную натуру.
Не сказав ни слова, женщина выскочила из комнаты, громко хлопнув дверью, а Ника пошла за отцом. Робко сев на кровать, девушка устремила глаза в пол, не зная, как начать разговор. Наконец, она решила задать первый попавшийся вопрос:
- Почему ты назвал меня Верой?
Глубоко вздохнув, мужчина обернулся и встретившись взглядом с дочерью, ответил:
- Твоя мама так тебя называла. Настоящая мама. Я вспомнил об этом и непроизвольно сказал.
- Ты скучаешь по ней? - выпалила Вероника после чего напуганно посмотрела на отца.
Удивленно глянув на Веронику, мужчина продолжил:
- Конечно! Иногда даже чаще, чем должен. Я любил ее и ненавижу себя за то, что не смог помочь ей. Да и тебе тоже.
- Ну, я ведь не мертва.
- Теоретически мертва. Ты ведь больше не человек.
Вспыхнув от слов отца, как свечка, Вероника прокричала:
- И что из-за этого я перестала быть твоей дочерью?!
Испугавшись такой реакции дочери, Александр нервно закусив губу, поспешил оправдаться:
- Конечно нет! Ты моя дочь! И только моя! И твоё перевоплощение этого никогда не изменит. Я ни за что в жизни не перестану любить тебя, как и твою сестру.
Немного успокоившись, Ника ответила:
- Раз так, тогда помоги мне спасти дочь и я прощу тебе всю боль, которую вы с Евой успели причинить мне.
- Ты ведь понимаешь, что это сделать будет не так просто, твоя Соня пыталась убить Леру и она сейчас взбешена, и едва ли станет слушать меня.
- Она прислушивается к тебе, отец. Ты ведь тоже родитель, как Я и должен понять меня. Эта девочка стала для меня семьей и я не могу позволить Лере отобрать ее у меня.
- Я понимаю тебя как никто другой и очень сочувствую, но…
- Что но?! Что?! Может ты хочешь сказать, что Лера молодец, правильно поступает, что что собирается убить невинное дитя, а?!
- Она не невинна Ника. Соня пыталась убить твою сестру!
- Я не верю в это, ясно?! Не верю! Если бы моя дочь что-то такое сотворила, то я бы обязательно это поняла, но она клялась, что не трогала Леру!
- Дети имеют свойство лгать своим родителям.
- Только не моя Соня! Этот ребёнок никогда не врет, тем более мне!
- Сколько ты ее знаешь, чтобы так утверждать?
- Достаточно, чтобы понять, что она на убийство не способна!
Устало вздохнув и слегка потерев пальцами переносицу, мужчина посмотрел на дочь и ответил:
- Я попробую помочь. Правда попробую. Но обещать ничего не могу, твоя сестра стала слишком неуправляема, когда поняла, что она теперь власть.
- Хотя бы попытайся.
- Попытаюсь. Обещаю.
- Спасибо отец.
- Пока не за что.
- Ну, я тогда пойду. Не буду отвлекать тебя. Спокойной ночи.
- Спокойной ночи дочка.
И пока мужчина не завязал с ней новый разговор, Вероника быстрым шагом вышла из комнаты направившись сразу к выходу, где и встретилась лицом к лицу с Евой. Придержав девушку за руку, мачеха ехидно спросила:
- Ну что, папочка поможет тебе спасти дочурку?
- Поможет. Не сомневайся.
- Ну да конечно, поможет. Твой папаша даже тебя спасти не смог, потому что ему попросту было плевать на все, ведь со всеми проблемами всегда разгребалась Я и никто из вас тварей этого никогда не ценил! Что у тебя, что у Лерки всегда и везде была виновата Я!
Вырвав свою руку из хватки Евы, Ника злобно зашипела:
- О да, мы тебя не ценили, ты же у нас такая замечательная мать, никогда не била своих детей, не унижала, не принуждала меня следить за отцом и сестрой, докладывать тебе о каждом их шаге, да мама?
- Может я и не была лучшей матерью на свете, но я по крайней мере старалась принимать тебя, как собственного ребёнка.
- Ври больше! Ты сама недавно говорила, что ненавидишь меня. Но я такой, как ты никогда не буду. Я вытащу свою дочь из тюрьмы и мы вместе свалим отсюда, чтобы больше никогда не видеть никого из вас. А пока что держись от меня подальше!
Сказав это, Вероника холодно посмотрела на мачеху и вышла из комнаты, чуть не прибив ее дверью. Вернувшись к себе, девушка не раздеваясь, легла в кровать. Уснуть она естественно так и не смогла. Еле дождавшись рассвета, Ника пошла прямиком к сестре, но застать ее там уже не успела. Разузнав у охранника о том, что сейчас все находятся на поверхности, включая заключённую и Советника, девушка поняла, что сестра обманула ее и решила привести наказание в действие, даже не оповестив об этом саму Веронику. Подстрекаемая своим гневом Ника, неслась по коридорам бункера, дабы успеть спасти дочь. Выбравшись из бункера, она увидела чуть ли не всех выживших, что шептались между собой и ждали очередное кровавое зрелище. Растолкав их всех по сторонам, Вероника подобралась чуть ближе к сестре и прокричала:
- ЛЕРА!!!
Услышав вопль своей сестры, девушка повернула к ней голову, самодовольно улыбнулась и ничего не ответив, отвернулась вновь. Подбежав к ней, Ника схватила ту за руку и прошипела:
- Как все это понимать, а?!
- А, как мне понимать то, что ты после нашего разговора сразу побежала к папе? Думала он сможет отговорить меня от вынесения приговора твоей дочери? Так вот, даже не мечтай об этом! У него нет больше надо мной никакой власти, ни у кого из вас ее нет, я теперь делаю то, что считаю нужным. И сама несу ответственность за свои поступки. Чему и хочу научить твою непутевую дочь!
- Но ты ведь обещала, что не убьешь ее?
- А я разве сейчас говорила про убийство? Нет. Но думаю десять ударов плетьми помогут Соне осознать всю серьезность ее поступков.
В ужасе округлив глаза, женщина во все горло закричала:
- ЧТО?!
- Ты прекрасно меня слышала.
- Но Соня же ещё ребёнок! Она не выдержит этого!
- Ну, вот сейчас и проверим.
И кивнув головой охраннику, Советник с предвкушением стала смотреть на то, что сейчас случится. В это мгновение яростно замахав руками, Вероника прервала наказание и не дожидаясь того, что скажет ей сестра, упала перед ней на колени, взмолившись:
- Госпожа Советник, прошу сжальтесь раб моим ребёнком, не позволяйте ей проходить через эти муки! А я буду в вечном долгу перед вами, сделаю все, что захотите только отпустите ее!
- Ты знаешь, что я этого не сделаю. Хоть меня и прельщает, то, как ты унижаешься передо мной.
- Я не понимаю, что с тобой стало сестра? Неужели, тебе все равно на меня и мои страдания?
- Не все равно, поэтому я и не пожелала ставить тебя в известность и «приглашать» сюда. Хотела пожалеть твоё материнское сердце.
- Пожалеть?! И это ты называешь жалостью?
- Это высшая степень моей жалости к тебе.
- Хах! Да если бы ты жалела меня и любила, то помиловала бы Соню.
- Если я это сделаю, то дам своему народу ложную надежду на то, что можно творить всякое беззаконие и никому за такое ничего не будет. А это не так. Так что просто дай этому случиться и все.
Сдавшись, Вероника ответила:
- Позволь мне хотя бы поговорить с ней и успокоить. Это последнее о чем я прошу. Умоляю!
Ухмыльнувшись, девушка пальцами приподняла Нику за подбородок и сказала:
- Вот видишь какой нужно быть мама. Она жертвует всем, даже собственной гордостью, падает мне в ноги, заливается слезами, умоляя пощадить ту, которую знает всего ничего, а, что делаешь ты?
Только сейчас Вероника замечает, как рядом с ними стоит Ева и с презрением смотрит, то на неё, то на свою родную дочь.
Задержав на мачехе взгляд, Ника пыталась мысленно докричаться до неё, хоть и знала, что эта женщина ничего не сделает, что помочь той, которую никогда не считала да дочь. Что собственно и случилось. Горло вскинув подбородок, Ева устремила взгляд прямо перед собой. Больно притянув Веронику на себя, Лера ответила:
- У тебя две минуты и не дай бог ты попытаешься выкинуть какой- то фокус. Умрешь вместе со своим чадом. Поняла меня?
Кивнув девушке, Ника встала с колен и двинулась в сторону связанной дочери. Подав знак своему «псу», чтобы он отошёл от Вероники и Сони, Лера ещё раз показала, что у них не так много времени осталось и отвернулась. Сев на колени перед девочкой, женщина со слезами на глазах стала рассматривать лицо дочери. Наконец, Соня спросила:
- Зачем ты пришла мама? Ты не должна этого видеть.
Погладив ребёнка по щеке, она шепотом ответила:
- Прости меня. Пожалуйста. Я не смогла помочь тебе, не смогла спасти даже от собственной чокнутой сестры. Я ужасная мать и ты вправе ненавидеть меня, но я…
Но девочка не дала ей договорить до конца, перебив:
- Я не виню тебя. Это мне не нужно было ходить к ней, ведь знала же, что все плохо кончится.
Ударив кулаком по земле, Вероника ответила так, чтобы ее услышала только дочь:
- Это все она! Она убивает все к чему прикасается, мерзкая, лживая тварь! Ненавижу ее и никогда за это не прощу!
- Не трать свой гнев понапрасну. Она не стоит того.
- Она нет, но ты стоишь.
Ответить матери Соня уже не успела, до них донёсся крик Советника:
- Ваше время истекло сестра! Потом поговорите! Возможно.
Резко обернувшись, Вероника собиралась ей что-то ответить, но Соня остановила ее:
- Не надо! Только хуже сделаешь.
Кивнув, Ника сказала:
- Я буду здесь. Рядом с тобой. Только держись прошу тебя.
Слабо улыбнувшись, Соня сказала:
- За меня не волнуйся. Боль следует за мной с самого рождения.
Поцеловав ребёнка в лоб, Ника прошептала:
- Я люблю тебя.
- И я тебя, мам.
В последний раз взглянув на дочь, Вероника встаёт и молча уходит. Ещё до того, как она доходит до остальных, девушка слышит звонкий удар по спине дочери и ни звука от неё самой. Она представляет на кольцо сильна боль Сони в этот момент, также Ника знает, что ее ребёнок скорее умрет, чем позволит лицезреть всем этим чудовищам то, что сейчас чувствует. Зажмурив глаза, Вероника отходит подальше от тех, кого ещё не так давно считала самыми родными людьми на Земле и не поворачиваясь, считает удары.
