– Вы что же, предлагаете перестрелять его семью? – фыркнула Бьянка. – Нет уж, на такое даже я не пойду. Тем более, к его семейству просто так не…
– Только подумай об этом – и я без промедления тебя убью, – раздался чей-то голос.
Бьянка вскинула голову, Себастьян в удивлении обернулся.
В дверях стоял Ксавьер Санторо.
Он подошел и схватил Бьянку за шею. Та захрипела, пытаясь вырваться, но ничего не выходило – Санторо поднял ее, как пушинку. Она едва касалась пола носками туфель.
– Хотя зачем тянуть, – прошипел он, надавив сильнее. – Прикончу тебя прямо сейчас.
Себастьян в изумлении взирал на разыгравшуюся сцену. Бьянка побагровела и старалась вдохнуть, но ничего не выходило, она лишь беспомощно цеплялась за пиджак Ксавьера, но хватка слабела с каждой секундой.
– Погодите, сеньор Санторо! – опомнился Себастьян. – Погодите же! Вы этак и в самом деле ее убьете!
– И что? – равнодушно бросил Ксавьер, не глядя на него.
– Не спорю, ее шутка вышла за грань разумного, – Себастьян схватил Ксавьера за запястье, – но ради всего святого, возьмите себя в руки! Знаю, вы желаете попасть в тюрьму, чтобы спасти вашего принца, но простит ли он вам этот небольшой каприз? – Он понизил голос до шепота, который едва пробился сквозь сдавленные хрипы Бьянки. – Уж я точно не прощу.
Ксавьер вздрогнул и разжал пальцы. Бьянка брякнулась на пол и надсадно закашлялась. Себастьян осторожно взял Ксавьера под руку и повел к выходу. Тот шел, не сопротивляясь.
– Досадная вышла неприятность. Поверьте, я не знал, что она замышляет нечто подобное, иначе бы непременно ее остановил.
– Не знали? – Ксавьер говорил так, будто его самого минуту назад душили. – Вы, черт вас подери, знаете все!
– Ни сном ни духом. – Себастьян втолкнул его в лифт и нажал кнопку первого этажа. – Однако я предупредил ее, что если подобное повторится, то с рук это ей не сойдет…
Ксавьер тупо смотрел, как загораются и гаснут кнопки этажей. Вспышка ярости дорого ему обошлась – он едва держался на ногах. Черт побери, по пальцам одной руки можно было пересчитать, сколько раз в жизни он так злился!
И почти все случаи были связаны с принцем.
Себастьян, как заботливый папочка, передал его Йохану, а сам исчез. Ксавьера не волновало, куда он направился. Он хотел только одного – вернуться в больницу и убедиться, что принц все еще жив. Что его состояние не ухудшилось. Что он доживет до хорошей взбучки, которую Ксавьер ему устроит.
– А я непременно устрою, – прошептал он. – Как же ты меня напугал!
Йохан усадил его в машину, и Ксавьер откинулся на сиденье. Голова кружилась, перед мысленным взором мельтешили картинки: Амадео на больничной койке; багровое лицо Бьянки, которая силится вдохнуть, но не может; Себастьян, уговаривающий его отпустить эту змею…
Ксавьер уставился в спинку водительского сиденья. А что, собственно, там делал Себастьян? Насколько ему было известно, с Бьянкой его ничто не связывало. Так за каким лешим он явился к ней в гости?
С губ сорвался истерический смешок, и Йохан испуганно глянул на босса в зеркало заднего вида. Ксавьер прикусил указательный палец и попытался обдумать все, что увидел и услышал.
Даже если Себастьян решил вздуть Бьянку за покушение на Амадео, он не мог так быстро установить, что виновата именно она. Про аллергию ему вряд ли известно, да и адрес так быстро не достанешь. Ксавьеру его дал Даниэль. Значит, Себастьян знал обо всем заранее, но не мог предположить, что Бьянкина месть едва не стоит Амадео жизни.
Принц был тысячу раз прав, когда говорил, что Себастьяну нет резона его убивать, об этом свидетельствовал разговор на повышенных тонах, окончание которого застал Ксавьер. Но это также доказывало и то, что Бьянка и Себастьян знакомы. Возможно, сговорились, преследуя каждый свою цель. И если Бьянка хочет заполучить «Гандикап», то что нужно Себастьяну?
Ксавьер сжал пальцами виски. Он больше не мог думать, голова взрывалась от вопросов. Все, чего ему сейчас хотелось – выпить бутылку какого-нибудь пойла залпом и лечь спать. И пошел этот принц к черту. Никакая охрана не в состоянии защитить того, кто сам ищет неприятности на свою красивую задницу.
– С сегодняшнего дня, – сказал Ксавьер Йохану, – не отходишь от принца ни на шаг. Если расстояние между вами будет более одного метра – уволю к чертям.
Йохан напряженно кивнул и повернул к больнице.
– Куда ты собрался?
Амадео обернулся и хмыкнул. Он уже был полностью одет, аккуратно свернутая больничная пижама лежала на заправленной кровати. В руках принц держал пальто.
– Стоило мне спустить ноги с койки, как ты тут как тут. Я в порядке, не стоит переживать.
– Недавно ты лежал тут полуживой, – прошипел Ксавьер, – а сегодня тебя снова тянет на приключения? Ты можешь хотя бы раз подумать о своем здоровье?
– Я о нем думаю. Приступ уже прошел, ничего страшного со мной не случится, если не буду трогать кошек.
Ксавьер зажмурился и медленно выдохнул сквозь стиснутые зубы.
– Был бы тут твой врач, ты бы лежал и не шевелился. Но его нет, и его роль возьму на себя я. Раздевайся и марш в постель.
Амадео сжал челюсти так сильно, что на скулах заиграли желваки.
– Захотел побыть моей нянькой? Ты прекрасно с этим справишься и дома. А теперь дай мне пройти, я не хочу тут больше оставаться.
– Я не собираюсь быть твоей нянькой! – рявкнул Ксавьер. – Но и вести себя безрассудно не позволю! Снова хочешь в обморок? Что ж, давай, у входа в больницу как раз собралась толпа журналистов. Ты так красиво потерял сознание вчера, что все они жаждут узнать, что произошло! Вдруг им повезет, и ты снова упадешь прямо перед камерами?
– Ты знаешь, что не упаду, – вздохнул Амадео. – Ксавьер, успокойся. Ты же видишь, что со мной все хорошо.
– Да, с тобой все хорошо. Но разве ты хочешь, чтобы все узнали, что случилось? Чилли уже подкинула им «утку» о переутомлении, но если ты так быстро выпишешься, никто этому не поверит. Какой-нибудь пронырливый журналист додумается расспросить Бьянку, и та молчать не станет! Как считаешь, насколько ценна эта информация для тех, кто желает отправить тебя прямиком в морг?
Амадео поднял лицо к потолку и закрыл глаза.
– Боже, ты преувеличиваешь. Прекрати паниковать, пожалуйста, я совершенно тебя не узнаю!
Ксавьер глубоко вдохнул и сосчитал про себя до десяти. Он ошибался, полагая, что успокоится, когда окажется рядом с принцем. Нет, все стало только хуже.
– Ладно. Одна ночь. Ты останешься тут еще на одну ночь, а потом катись на все четыре стороны.
Амадео молча смотрел на него, затем вдруг улыбнулся.
– Раньше ты не шел на компромиссы.
– Раньше меня не держал в тисках безумный торговец органами.
– Брось, дело не в этом. – Амадео убрал пальто в шкаф и стянул пиджак. – Ты правда изменился. Йохан рассказал мне о Дино Аурелио…
– Еще одно слово на эту тему, принц, и я изменюсь обратно. – Ксавьер хмуро смотрел в окно. – Не надо было оставлять тебя с ней наедине. Если бы не чертов Себастьян…
Амадео сел на кровать. Удивленным он не выглядел. Отнюдь.
– Себастьян был там?
– Да. Ты его не приглашал, и я решил выяснить, что ему понадобилось.
Губы Амадео искривились в усмешке.
– Так и думал, что эти двое работают вместе.
Ксавьер хмыкнул – принц озвучил его недавние мысли.
– С чего ты это взял?
– Ясно как день. Бьянка слишком осмелела. После взрыва она вела себя аккуратно, пыталась пролезть мне под кожу иными путями, но напрямую вредить опасалась. И тут подбрасывает мне кошачий волос в бокал. Стала бы она рисковать, зная, что никто не защитит ее, если все вскроется?
– Я думал о том же, правда, до твоей проницательности мне далеко. Я попросту застал Себастьяна в гостях у Бьянки. Отдаю ему должное – он помешал мне убить эту сумасшедшую ведьму.
Амадео в удивлении поднял брови.
– Стоит сказать ему «спасибо», что избавил тебя от тюрьмы. Любопытно, что пообещала ему Бьянка в обмен на «Гандикап»?
Принц задумчиво смотрел в окно, за которым уже брезжил рассвет, и Ксавьер увидел то, чего больше всего боялся. Глаза принца снова начала заливать пустота, та самая, с которой он мучил Флавио, с которой едва не отстрелил Ксавьеру ухо.
И с которой смотрел на Себастьяна, когда тот появлялся в поле зрения.
Ксавьер взял его за плечи и сильно встряхнул. Голова принца мотнулась в сторону, волосы взметнулись, он потрясенно уставился на друга. Ксавьер с облегчением увидел, что пустота исчезла.
– Не смей думать о мести, – строго сказал он, надеясь, что голос не задрожит. – Бьянка этого уж точно не стоит.
– С чего ты взял, что я хочу ей отомстить? – недоуменно спросил Амадео. – Даниэль не простит мне, если с его сестрой что-то случится, пусть она та еще стерва.
Ксавьер зажмурился, чувствуя непомерное облегчение. Два месяца Амадео, как одержимый, гонялся за Себастьяном, не замечая ничего на своем пути, не выбирая средств и методов. У Ксавьера волосы вставали дыбом от отчетов, которые Киан присылал еженедельно: принц поссорился с бывшим копом в Старом квартале и едва не получил пулю в затылок; принц спутался с шайкой налетчиков; принц обратился к «Руке Бога», известной жестокими расправами над похитителями… Но сейчас он выглядел нормальным.
Еще пару лет назад Ксавьера раздражала чрезмерная мягкость Амадео по отношению к тем, кто к нему милосердия бы не проявил, но сейчас он все отдал бы, чтобы вернуть того нежного принца.
– Мсье Амадео!
Даниэль, хлюпая носом, вошел в палату. Похоже, он снова подслушивал у дверей, и Ксавьер сделал себе мысленную пометку избавить парня от дурной привычки.
– Вы… вы правда хотите пощадить Бьянку после того, что она… с вами… Вы же могли умереть!
– Но не умер же. – Амадео улыбнулся. – Между прочим, благодаря тебе.
– Благодаря Бартоло! – Даниэль, бесцеремонно плюхнулся на больничную койку. – Он меня предупредил, что у Бьянки совсем кукушечка в лес улетела… Но я все равно не успел…
– Если бы не успел, меня бы здесь сейчас не было. Ты вовремя предупредил Чилли.
– Но я же…
Ксавьер закатил глаза.
– Ох, оставлю вас вдвоем. Сил нет слушать ваше воркование.
– Ревнуешь? – подколол его Амадео и рассмеялся в ответ на зверскую физиономию. Когда за Ксавьером закрылась дверь, он положил ладонь на плечо Даниэля. – Не волнуйся, если Бьянка не переступит черту, я ее не трону.
– Она же едва вас не убила, причем дважды! – Даниэль вытер нос бумажной салфеткой и снайперски запустил ее в мусорную корзину. – Как вы можете быть так спокойны?
– На меня покушались множество раз. Если бы я избавлялся от всех, кто осмеливался на подобное, хватило бы на небольшое кладбище.
Даниэль поежился.
– Но если она тронет кого-то из моей семьи, – продолжил Амадео, – в том числе тебя и твоих домочадцев, тут уж я церемониться не стану. Вот та черта, которую никто не смеет безнаказанно пересекать.
Себастьян перешагнул ее уже несколько раз, зашептал ему на ухо противный голосок. Он похитил всех, кто тебе дорог, ради грязного и подлого шантажа, убил твоего врача и близкого друга, и что же? Он до сих пор ходит по земле, наслаждается жизнью, проворачивает грязные делишки, заключает пари и кабальные контракты, убивает сотни людей ради продажи органов, еще больше угоняет в рабство, а ты ничего не сделал, чтобы это прекратить.
Но он усилием воли заставил этот голос замолчать. Себастьян еще свое получит.
– Ты что, тут ночевал?
Даниэль все еще был в парадном костюме, только галстук куда-то подевался. Кудряшки встрепаны, глаза покраснели – похоже, парень совсем не спал.
– Ну не то чтобы ночевал, – хихикнул он. – Ночь-то оказалась не такой уж длинной, все же Новый год… Подремал в приемном покое, мне даже дали одеяло…
– Тебе стоило вернуться домой. Твои младшие, должно быть, волновались.
– Конечно, волновались. О вас. Я позвонил и уверил, что с вами все в порядке, но уезжать не решился. А то вдруг что…
– Ну, как видишь, со мной все хорошо. Правда, Ксавьер так не считает, поэтому мне придется задержаться тут до завтра. – Амадео вздохнул. – Опять заставил Тео переживать. Не самый лучший из меня отец.
– Я позвоню Катрин и попрошу ее пригласить Тео в гости! – просиял Даниэль. – Как вам идея?
– Отличная, – улыбнулся Амадео.
Когда Даниэль ускакал, он лег на кровать и уставился в потолок. Как и Ксавьер, он задавал себе вопрос: что пообещала Бьянка Себастьяну в обмен на помощь? В том, что Себастьян предложил ей «Гандикап», Амадео не сомневался ни минуты – других желаний у Бьянки не было. Она готова подружиться с самим дьяволом, если это приблизит ее к вожделенному креслу генерального директора.
Вот только насладиться им она вряд ли успеет. Получив то, что ему нужно, Себастьян уничтожит ее.
Чтобы скрыть свою слабость.
Бартоло уже час топтался в вестибюле больницы, и на него подозрительно поглядывал охранник. Медсестры за стойкой то и дело бросали на него неприязненные взгляды, наверняка приняв за журналиста. Их братия толклась тут всю ночь.
Бартоло прислонился к стене и зажмурился. Бьянка просто сумасшедшая! Как ей вообще могла прийти в голову такая идея? Бартоло ни на миг не верил, будто она не осознавала последствий – у их отца была аллергия на орехи, и однажды он едва не задохнулся из-за ошибки повара.
Нет, Бьянка сознательно собиралась убить Солитарио.
– Больная, – прошептал Бартоло. Губы пересохли, язык едва ворочался – ночью он с горя напился так, что едва приполз домой, но уснуть так и не смог. Сейчас бы выпить хоть банку пива, чтобы заглушить гудение в голове.
А потом догнаться виски. И избавиться от неприятного чувства под ложечкой, будто это не Бьянка, а он во всем виноват.
Когда он связался со специалистом по взрывным устройствам, то особо настоял на том, чтобы никто не пострадал. Бомба должна была только напугать, а не покалечить и не убить. Но что-то пошло не так, и если бы Даниэль с Солитарио оказались проворнее…
Бьянка не придала промаху большого значения, наоборот, досадовала, что сладкая парочка все еще топчет землю, не давая ей, Бьянке, получить вожделенную компанию. А вот Бартоло несколько дней беспробудно пил, стараясь заглушить голос, вещавший в голове не хуже оглушительного дверного звонка.
«Это твоя вина. Это твоя вина».
Вскоре он поутих, но еще долго Бартоло просыпался среди ночи от неясных кошмаров, а он обычно накачивался так, что спал, как убитый до утра!
Но сейчас все оказалось гораздо хуже.
Соседи держали шикарного персидского кота, имеющего привычку разгуливать по тоненькому карнизу. Частенько он забредал на балкон к Бартоло, и тот уже счет потерял, сколько раз уносил животное соседям и просил следить за своим глупым питомцем.
Но тут он оказался весьма кстати. Бьянка была у Бартоло в гостях, они обсуждали акт об отказе от наследства – вдруг Даниэль все же решит уступить – когда в запертую балконную дверь начал кто-то скрестись. Открыв ее, Бартоло обнаружил вездесущего кота и поволок отдавать соседям, но Бьянка внезапно остановила его.
– Какой красивый котик, – промурлыкала она. – И какой пушистый!
Она взяла кота из рук Бартоло и гладила, гладила без конца, восхищаясь длинной, ухоженной шерстью. Бартоло никогда не видел, чтобы сестра проявляла интерес к животным, поэтому с удивлением взирал на эту сцену. Потом, когда она наигралась, отнес кота хозяевам.
А вернувшись, увидел, как Бьянка прячет клок шерсти, оставшийся на ее блузке, себе в сумочку.
– Только подумай об этом – и я без промедления тебя убью, – раздался чей-то голос.
Бьянка вскинула голову, Себастьян в удивлении обернулся.
В дверях стоял Ксавьер Санторо.
Он подошел и схватил Бьянку за шею. Та захрипела, пытаясь вырваться, но ничего не выходило – Санторо поднял ее, как пушинку. Она едва касалась пола носками туфель.
– Хотя зачем тянуть, – прошипел он, надавив сильнее. – Прикончу тебя прямо сейчас.
Себастьян в изумлении взирал на разыгравшуюся сцену. Бьянка побагровела и старалась вдохнуть, но ничего не выходило, она лишь беспомощно цеплялась за пиджак Ксавьера, но хватка слабела с каждой секундой.
– Погодите, сеньор Санторо! – опомнился Себастьян. – Погодите же! Вы этак и в самом деле ее убьете!
– И что? – равнодушно бросил Ксавьер, не глядя на него.
– Не спорю, ее шутка вышла за грань разумного, – Себастьян схватил Ксавьера за запястье, – но ради всего святого, возьмите себя в руки! Знаю, вы желаете попасть в тюрьму, чтобы спасти вашего принца, но простит ли он вам этот небольшой каприз? – Он понизил голос до шепота, который едва пробился сквозь сдавленные хрипы Бьянки. – Уж я точно не прощу.
Ксавьер вздрогнул и разжал пальцы. Бьянка брякнулась на пол и надсадно закашлялась. Себастьян осторожно взял Ксавьера под руку и повел к выходу. Тот шел, не сопротивляясь.
– Досадная вышла неприятность. Поверьте, я не знал, что она замышляет нечто подобное, иначе бы непременно ее остановил.
– Не знали? – Ксавьер говорил так, будто его самого минуту назад душили. – Вы, черт вас подери, знаете все!
– Ни сном ни духом. – Себастьян втолкнул его в лифт и нажал кнопку первого этажа. – Однако я предупредил ее, что если подобное повторится, то с рук это ей не сойдет…
Ксавьер тупо смотрел, как загораются и гаснут кнопки этажей. Вспышка ярости дорого ему обошлась – он едва держался на ногах. Черт побери, по пальцам одной руки можно было пересчитать, сколько раз в жизни он так злился!
И почти все случаи были связаны с принцем.
Себастьян, как заботливый папочка, передал его Йохану, а сам исчез. Ксавьера не волновало, куда он направился. Он хотел только одного – вернуться в больницу и убедиться, что принц все еще жив. Что его состояние не ухудшилось. Что он доживет до хорошей взбучки, которую Ксавьер ему устроит.
– А я непременно устрою, – прошептал он. – Как же ты меня напугал!
Йохан усадил его в машину, и Ксавьер откинулся на сиденье. Голова кружилась, перед мысленным взором мельтешили картинки: Амадео на больничной койке; багровое лицо Бьянки, которая силится вдохнуть, но не может; Себастьян, уговаривающий его отпустить эту змею…
Ксавьер уставился в спинку водительского сиденья. А что, собственно, там делал Себастьян? Насколько ему было известно, с Бьянкой его ничто не связывало. Так за каким лешим он явился к ней в гости?
С губ сорвался истерический смешок, и Йохан испуганно глянул на босса в зеркало заднего вида. Ксавьер прикусил указательный палец и попытался обдумать все, что увидел и услышал.
Даже если Себастьян решил вздуть Бьянку за покушение на Амадео, он не мог так быстро установить, что виновата именно она. Про аллергию ему вряд ли известно, да и адрес так быстро не достанешь. Ксавьеру его дал Даниэль. Значит, Себастьян знал обо всем заранее, но не мог предположить, что Бьянкина месть едва не стоит Амадео жизни.
Принц был тысячу раз прав, когда говорил, что Себастьяну нет резона его убивать, об этом свидетельствовал разговор на повышенных тонах, окончание которого застал Ксавьер. Но это также доказывало и то, что Бьянка и Себастьян знакомы. Возможно, сговорились, преследуя каждый свою цель. И если Бьянка хочет заполучить «Гандикап», то что нужно Себастьяну?
Ксавьер сжал пальцами виски. Он больше не мог думать, голова взрывалась от вопросов. Все, чего ему сейчас хотелось – выпить бутылку какого-нибудь пойла залпом и лечь спать. И пошел этот принц к черту. Никакая охрана не в состоянии защитить того, кто сам ищет неприятности на свою красивую задницу.
– С сегодняшнего дня, – сказал Ксавьер Йохану, – не отходишь от принца ни на шаг. Если расстояние между вами будет более одного метра – уволю к чертям.
Йохан напряженно кивнул и повернул к больнице.
– Куда ты собрался?
Амадео обернулся и хмыкнул. Он уже был полностью одет, аккуратно свернутая больничная пижама лежала на заправленной кровати. В руках принц держал пальто.
– Стоило мне спустить ноги с койки, как ты тут как тут. Я в порядке, не стоит переживать.
– Недавно ты лежал тут полуживой, – прошипел Ксавьер, – а сегодня тебя снова тянет на приключения? Ты можешь хотя бы раз подумать о своем здоровье?
– Я о нем думаю. Приступ уже прошел, ничего страшного со мной не случится, если не буду трогать кошек.
Ксавьер зажмурился и медленно выдохнул сквозь стиснутые зубы.
– Был бы тут твой врач, ты бы лежал и не шевелился. Но его нет, и его роль возьму на себя я. Раздевайся и марш в постель.
Амадео сжал челюсти так сильно, что на скулах заиграли желваки.
– Захотел побыть моей нянькой? Ты прекрасно с этим справишься и дома. А теперь дай мне пройти, я не хочу тут больше оставаться.
– Я не собираюсь быть твоей нянькой! – рявкнул Ксавьер. – Но и вести себя безрассудно не позволю! Снова хочешь в обморок? Что ж, давай, у входа в больницу как раз собралась толпа журналистов. Ты так красиво потерял сознание вчера, что все они жаждут узнать, что произошло! Вдруг им повезет, и ты снова упадешь прямо перед камерами?
– Ты знаешь, что не упаду, – вздохнул Амадео. – Ксавьер, успокойся. Ты же видишь, что со мной все хорошо.
– Да, с тобой все хорошо. Но разве ты хочешь, чтобы все узнали, что случилось? Чилли уже подкинула им «утку» о переутомлении, но если ты так быстро выпишешься, никто этому не поверит. Какой-нибудь пронырливый журналист додумается расспросить Бьянку, и та молчать не станет! Как считаешь, насколько ценна эта информация для тех, кто желает отправить тебя прямиком в морг?
Амадео поднял лицо к потолку и закрыл глаза.
– Боже, ты преувеличиваешь. Прекрати паниковать, пожалуйста, я совершенно тебя не узнаю!
Ксавьер глубоко вдохнул и сосчитал про себя до десяти. Он ошибался, полагая, что успокоится, когда окажется рядом с принцем. Нет, все стало только хуже.
– Ладно. Одна ночь. Ты останешься тут еще на одну ночь, а потом катись на все четыре стороны.
Амадео молча смотрел на него, затем вдруг улыбнулся.
– Раньше ты не шел на компромиссы.
– Раньше меня не держал в тисках безумный торговец органами.
– Брось, дело не в этом. – Амадео убрал пальто в шкаф и стянул пиджак. – Ты правда изменился. Йохан рассказал мне о Дино Аурелио…
– Еще одно слово на эту тему, принц, и я изменюсь обратно. – Ксавьер хмуро смотрел в окно. – Не надо было оставлять тебя с ней наедине. Если бы не чертов Себастьян…
Амадео сел на кровать. Удивленным он не выглядел. Отнюдь.
– Себастьян был там?
– Да. Ты его не приглашал, и я решил выяснить, что ему понадобилось.
Губы Амадео искривились в усмешке.
– Так и думал, что эти двое работают вместе.
Ксавьер хмыкнул – принц озвучил его недавние мысли.
– С чего ты это взял?
– Ясно как день. Бьянка слишком осмелела. После взрыва она вела себя аккуратно, пыталась пролезть мне под кожу иными путями, но напрямую вредить опасалась. И тут подбрасывает мне кошачий волос в бокал. Стала бы она рисковать, зная, что никто не защитит ее, если все вскроется?
– Я думал о том же, правда, до твоей проницательности мне далеко. Я попросту застал Себастьяна в гостях у Бьянки. Отдаю ему должное – он помешал мне убить эту сумасшедшую ведьму.
Амадео в удивлении поднял брови.
– Стоит сказать ему «спасибо», что избавил тебя от тюрьмы. Любопытно, что пообещала ему Бьянка в обмен на «Гандикап»?
Принц задумчиво смотрел в окно, за которым уже брезжил рассвет, и Ксавьер увидел то, чего больше всего боялся. Глаза принца снова начала заливать пустота, та самая, с которой он мучил Флавио, с которой едва не отстрелил Ксавьеру ухо.
И с которой смотрел на Себастьяна, когда тот появлялся в поле зрения.
Ксавьер взял его за плечи и сильно встряхнул. Голова принца мотнулась в сторону, волосы взметнулись, он потрясенно уставился на друга. Ксавьер с облегчением увидел, что пустота исчезла.
– Не смей думать о мести, – строго сказал он, надеясь, что голос не задрожит. – Бьянка этого уж точно не стоит.
– С чего ты взял, что я хочу ей отомстить? – недоуменно спросил Амадео. – Даниэль не простит мне, если с его сестрой что-то случится, пусть она та еще стерва.
Ксавьер зажмурился, чувствуя непомерное облегчение. Два месяца Амадео, как одержимый, гонялся за Себастьяном, не замечая ничего на своем пути, не выбирая средств и методов. У Ксавьера волосы вставали дыбом от отчетов, которые Киан присылал еженедельно: принц поссорился с бывшим копом в Старом квартале и едва не получил пулю в затылок; принц спутался с шайкой налетчиков; принц обратился к «Руке Бога», известной жестокими расправами над похитителями… Но сейчас он выглядел нормальным.
Еще пару лет назад Ксавьера раздражала чрезмерная мягкость Амадео по отношению к тем, кто к нему милосердия бы не проявил, но сейчас он все отдал бы, чтобы вернуть того нежного принца.
– Мсье Амадео!
Даниэль, хлюпая носом, вошел в палату. Похоже, он снова подслушивал у дверей, и Ксавьер сделал себе мысленную пометку избавить парня от дурной привычки.
– Вы… вы правда хотите пощадить Бьянку после того, что она… с вами… Вы же могли умереть!
– Но не умер же. – Амадео улыбнулся. – Между прочим, благодаря тебе.
– Благодаря Бартоло! – Даниэль, бесцеремонно плюхнулся на больничную койку. – Он меня предупредил, что у Бьянки совсем кукушечка в лес улетела… Но я все равно не успел…
– Если бы не успел, меня бы здесь сейчас не было. Ты вовремя предупредил Чилли.
– Но я же…
Ксавьер закатил глаза.
– Ох, оставлю вас вдвоем. Сил нет слушать ваше воркование.
– Ревнуешь? – подколол его Амадео и рассмеялся в ответ на зверскую физиономию. Когда за Ксавьером закрылась дверь, он положил ладонь на плечо Даниэля. – Не волнуйся, если Бьянка не переступит черту, я ее не трону.
– Она же едва вас не убила, причем дважды! – Даниэль вытер нос бумажной салфеткой и снайперски запустил ее в мусорную корзину. – Как вы можете быть так спокойны?
– На меня покушались множество раз. Если бы я избавлялся от всех, кто осмеливался на подобное, хватило бы на небольшое кладбище.
Даниэль поежился.
– Но если она тронет кого-то из моей семьи, – продолжил Амадео, – в том числе тебя и твоих домочадцев, тут уж я церемониться не стану. Вот та черта, которую никто не смеет безнаказанно пересекать.
Себастьян перешагнул ее уже несколько раз, зашептал ему на ухо противный голосок. Он похитил всех, кто тебе дорог, ради грязного и подлого шантажа, убил твоего врача и близкого друга, и что же? Он до сих пор ходит по земле, наслаждается жизнью, проворачивает грязные делишки, заключает пари и кабальные контракты, убивает сотни людей ради продажи органов, еще больше угоняет в рабство, а ты ничего не сделал, чтобы это прекратить.
Но он усилием воли заставил этот голос замолчать. Себастьян еще свое получит.
– Ты что, тут ночевал?
Даниэль все еще был в парадном костюме, только галстук куда-то подевался. Кудряшки встрепаны, глаза покраснели – похоже, парень совсем не спал.
– Ну не то чтобы ночевал, – хихикнул он. – Ночь-то оказалась не такой уж длинной, все же Новый год… Подремал в приемном покое, мне даже дали одеяло…
– Тебе стоило вернуться домой. Твои младшие, должно быть, волновались.
– Конечно, волновались. О вас. Я позвонил и уверил, что с вами все в порядке, но уезжать не решился. А то вдруг что…
– Ну, как видишь, со мной все хорошо. Правда, Ксавьер так не считает, поэтому мне придется задержаться тут до завтра. – Амадео вздохнул. – Опять заставил Тео переживать. Не самый лучший из меня отец.
– Я позвоню Катрин и попрошу ее пригласить Тео в гости! – просиял Даниэль. – Как вам идея?
– Отличная, – улыбнулся Амадео.
Когда Даниэль ускакал, он лег на кровать и уставился в потолок. Как и Ксавьер, он задавал себе вопрос: что пообещала Бьянка Себастьяну в обмен на помощь? В том, что Себастьян предложил ей «Гандикап», Амадео не сомневался ни минуты – других желаний у Бьянки не было. Она готова подружиться с самим дьяволом, если это приблизит ее к вожделенному креслу генерального директора.
Вот только насладиться им она вряд ли успеет. Получив то, что ему нужно, Себастьян уничтожит ее.
Чтобы скрыть свою слабость.
Бартоло уже час топтался в вестибюле больницы, и на него подозрительно поглядывал охранник. Медсестры за стойкой то и дело бросали на него неприязненные взгляды, наверняка приняв за журналиста. Их братия толклась тут всю ночь.
Бартоло прислонился к стене и зажмурился. Бьянка просто сумасшедшая! Как ей вообще могла прийти в голову такая идея? Бартоло ни на миг не верил, будто она не осознавала последствий – у их отца была аллергия на орехи, и однажды он едва не задохнулся из-за ошибки повара.
Нет, Бьянка сознательно собиралась убить Солитарио.
– Больная, – прошептал Бартоло. Губы пересохли, язык едва ворочался – ночью он с горя напился так, что едва приполз домой, но уснуть так и не смог. Сейчас бы выпить хоть банку пива, чтобы заглушить гудение в голове.
А потом догнаться виски. И избавиться от неприятного чувства под ложечкой, будто это не Бьянка, а он во всем виноват.
Когда он связался со специалистом по взрывным устройствам, то особо настоял на том, чтобы никто не пострадал. Бомба должна была только напугать, а не покалечить и не убить. Но что-то пошло не так, и если бы Даниэль с Солитарио оказались проворнее…
Бьянка не придала промаху большого значения, наоборот, досадовала, что сладкая парочка все еще топчет землю, не давая ей, Бьянке, получить вожделенную компанию. А вот Бартоло несколько дней беспробудно пил, стараясь заглушить голос, вещавший в голове не хуже оглушительного дверного звонка.
«Это твоя вина. Это твоя вина».
Вскоре он поутих, но еще долго Бартоло просыпался среди ночи от неясных кошмаров, а он обычно накачивался так, что спал, как убитый до утра!
Но сейчас все оказалось гораздо хуже.
Соседи держали шикарного персидского кота, имеющего привычку разгуливать по тоненькому карнизу. Частенько он забредал на балкон к Бартоло, и тот уже счет потерял, сколько раз уносил животное соседям и просил следить за своим глупым питомцем.
Но тут он оказался весьма кстати. Бьянка была у Бартоло в гостях, они обсуждали акт об отказе от наследства – вдруг Даниэль все же решит уступить – когда в запертую балконную дверь начал кто-то скрестись. Открыв ее, Бартоло обнаружил вездесущего кота и поволок отдавать соседям, но Бьянка внезапно остановила его.
– Какой красивый котик, – промурлыкала она. – И какой пушистый!
Она взяла кота из рук Бартоло и гладила, гладила без конца, восхищаясь длинной, ухоженной шерстью. Бартоло никогда не видел, чтобы сестра проявляла интерес к животным, поэтому с удивлением взирал на эту сцену. Потом, когда она наигралась, отнес кота хозяевам.
А вернувшись, увидел, как Бьянка прячет клок шерсти, оставшийся на ее блузке, себе в сумочку.
