- Потому что вы единственная, кто осмелился в открытую выступить против него, – признался Бен. – И я вами восхищаюсь.
Румянец залил ее щеки, глаза заблестели от удовольствия. Губы тронула робкая улыбка.
- Спасибо, – прошептала она.
И, подхватив сумочку, выпорхнула из кабинета. Бен остался сидеть у стола на корточках с дурацкой улыбкой на лице.
Он только что заполучил очень ценного союзника в борьбе с Кортесом.
И влюбился.
Утро успокоения не принесло, и Бен пожалел, что владелец «Колес на отшибе», где он работал уже два года, закрыл лавочку и уехал в Канаду к родне. Все-таки после увольнения это было единственное место, где Бен продержался так долго. Спасибо отцу, который научил его разбирать и собирать автомобили с закрытыми глазами.
Их семья держала автомастерскую, приносившую приличный доход. Бен знал, что отец якшается с сомнительными личностями, перебивает номера на краденых машинах и занимается прочей незаконной деятельностью, и ему это жутко не нравилось. Сколько раз он говорил ему, что однажды это до добра не доведет? Не счесть. Но отец не слушал – кто вообще слушает сопливых юнцов? – и продолжал оказывать услуги всяческой шушере.
Он без восторга отнесся к тому, что Бен решил служить в полиции.
- Однажды и отца под монастырь подведешь, – любил говаривать он.
Но Бен не подвел. Его интересовала рыба крупнее.
Он вознамерился попасть в отдел по борьбе с организованной преступностью. И вскоре сделал это, став самым молодым командиром подразделения. Откуда его семь лет спустя с блеском поперли, когда вскрылась вся правда о деле Кортеса…
- Осторожно!
Кто-то схватил Бена за куртку и дернул назад. Автобус пронесся перед самым носом, отчаянно сигналя. Бен обернулся, чтобы поблагодарить неведомого спасителя, но слова застряли в горле.
Родриго Кортес отпустил его и улыбнулся.
- Что, даже спасибо не скажешь?
В ответ Бен припечатал его нецензурным выражением и ступил на дорогу. Как раз зажегся зеленый, и Кортесу пришлось постараться, чтобы догнать его в толпе.
- Зачем под автобусы кидаешься? – наконец пропыхтел он, старательно подлаживаясь под шаг Бена. – Решил таким способом избавиться от моего общества?
- Ага, чтобы ты больше не донимал меня идиотскими просьбами, – буркнул Бен. – Иди куда шел.
- Этим и занимаюсь. – Кортес широко улыбнулся, но Бен оставил это без внимания. Он яростно шарил по карманам в поисках сигарет, пока вдруг не вспомнил, что бросил.
Да что за день-то сегодня такой.
Под носом оказалась вскрытая пачка.
- Угощайся.
- Спасибо, не курю. – Бен старательно обошел его. – И отвали.
- Надо же, все-таки сказал мне «спасибо»! – прокричал вслед Кортес. – Приму как благодарность за твое спасение из-под колес автобуса!
- Слушай, что тебе надо?! – взорвался Бен, оборачиваясь. – Я уже послал тебя в пешее эротическое, почему ты еще здесь?
Теперь Кортес смотрел на него очень серьезно. Бен помнил его безумным смешливым молодым мужчиной с огнем в глазах и неизменной улыбкой, но сейчас огонь заледенел, а улыбка примерзла к губам. На него смотрела искусно вырезанная маска, в которой жизни было не больше, чем в красиво расписанном деревянном лице.
Впервые он осознал, что давний враг изменился, сильно изменился за прошедшие годы. Но к добру или к худу, не мог бы предсказать даже Нострадамус.
- Пошли, – буркнул Бен. – Не стоит орать посреди улицы.
4 года назад
Кортес
Родриго стоял у окна в спальне, которую отдал в распоряжение сестры, и смотрел на улицу. Впрочем, там не было ничего интересного – высокая стена закрывала весь вид. Чертов Доминик, из-за него пришлось усилить меры безопасности, и теперь даже на город не полюбоваться!
А может, прикупить квартирку в небоскребе? Туда так просто не проберешься, куда надежней этого огромного, трудно контролируемого особняка…
Решив, что немедленно займется этим вопросом, Родриго развернулся и едва не столкнулся с Мануэлой.
Она была без косметики, глаза покраснели от недавно пролитых слез, но вид сестра имела на редкость довольный.
- Как все прошло? – спросил он.
- О, замечательно. – Мануэла бросила сумочку на кровать. – Если в полицию сейчас берут таких кретинов, ничего удивительного, что тебе удалось подняться так высоко.
- Ну и язва же ты! – Родриго пихнул ее в плечо. – Этак я проиграю. Кстати, ты не сказала о том, что стоит на кону. Хочешь дорогую тачку? Меха? Бриллианты?
- Мне ничего из этого не нужно, задаривай безделушками своих девиц.
- Тогда что? – Родриго подошел к ней вплотную и, опустив голову, уставился ей в глаза. – Ни в жизнь не поверю, что ты затеяла это только ради веселья.
Мануэла, задумавшись, провела аккуратно подпиленным ногтем по губам – от яркого маникюра тоже пришлось избавиться в угоду образу.
- Еще не придумала. Это сложное дело, и награда должна быть соответствующей.
- Не затягивай, – посоветовал ей Родриго. – Я дам тебе все, что захочешь, если уберешь Майерса подальше от «Амигос».
- Все-все! – Она широко распахнула глаза в удивлении, но Родриго не купился на ее игру.
- В разумных пределах! Звезду с неба, конечно, не достану, но из того, что мне доступно…
- Фи. – Она скривилась, но в глазах поблескивали озорные огоньки. – Все вы, мужики, такие. Сначала обещаете весь мир, а потом выкатываете кучу ограничений.
- Попробуй тебя ограничить, – покачал головой брат. – Я уже сказал, награда будет достойной. Уж моему-то слову ты веришь?
Мануэла улыбнулась, и Родриго понял, что сделает для нее все на свете. Вот уж воистину, когда Бог создавал ее, вмешался дьявол и наградил самыми опасными качествами для женщины: красотой и коварством.
Она перевела взгляд за его плечо, и мелькнувшее в глазах раздражение тут же сменилось теплотой.
- Пабло, дорогой! Прости, я отняла у тебя Родриго так надолго! Вам нужно что-то обсудить? Тогда не буду мешать. – Она, встав на цыпочки, поцеловала брата в щеку. – Признайся, ты сделал в подвале бассейн специально для меня? Пойду поплаваю, а вы занимайтесь своими ужасно скучными бизнес-делами.
Она прошествовала мимо Пабло, одарив его потрясающей улыбкой, но тот только вежливо сморщился в ответ. Родриго подавил приступ ревности и не без удовольствия заметил:
- Похоже, ты единственный, кто не отвечает на ее ужимки.
Пабло пропустил это мимо ушей и протянул телефон.
- Я наметил маршрут для новой поставки Эмилио. Груз будет в порту через неделю.
- С прошлым никаких проблем не возникло?
- Ни единой. Все было доставлено вовремя, и никто ни о чем не пронюхал.
Родриго внимательно изучал карту.
- Не ожидал от него такой исполнительности. Это после Парагвая-то!
- Он снова встает на ноги, и весьма успешно. Я давно слежу за ним, ему можно доверять.
- Полностью полагаюсь на тебя. – Кортес вернул телефон и, вспомнив восторг Мануэлы по поводу бассейна, решил, что квартира в небоскребе подождет.
4 года назад
Доминик
- Вот эту. А еще эту. И на всякий случай припаси эту.
Доминик Васкес выудил из стопки бумаг три листа и, сложив вдвое, протянул помощнику.
- Не забудь проверить, чтобы были чистые. Если клиент подцепит сифилис или гонорею, отвечать будешь своими яйцами. – Доминик потянулся к смартфону. – Свободен.
На экране светилось сообщение от местного бизнесмена. Он хотел девочку с определенными параметрами, и естественно, у Доминика такие нашлись. Уж он-то мог похвастаться тем, чего нет у Кортеса – многообразием.
Этот индюк думал, что всем нравятся стандартные девушки. Как же он просчитался! Доминик первым занял нишу «эксклюзива» и не собирался освобождать место. Когда Кортес спохватился, было уже поздно, и теперь его бордели класса «стандарт», пусть и с отменными красотками, во многом уступали заведениям Доминика.
Но одно Кортес никак не желал выпускать из рук.
Оружие.
Постукивая пальцем по экрану смартфона. Доминик другой рукой почесал татуировку на шее – соединенные длинной цепью наручники. Ему никак не удавалось выяснить, какими каналами поставок пользуется Кортес, равно как и имена поставщиков. С кем бы Доминик ни связывался, никто не желал иметь с ним дел. Потому, что уже пообещали Кортесу, или просто не желали ввязываться в опасное предприятие? Порт кишел полицией, и незаметно ступить на берег с контрабандным грузом представлялось слишком сложной задачей для людей Доминика.
Но Кортесу раз за разом это удавалось! Весь город – от респектабельных толстосумов до последней сторчавшейся шпаны – ходил с его пушками, а кошель с золотыми монетами раздувался на глазах.
Если бы удалось узнать, как он ввозит товар… Тогда можно было бы сбывать не только оружие…
Сладкие мечты разрушил стук в дверь. Недовольный тем, что его прервали, Доминик сел прямо и отодвинул в сторону смартфон.
- Чего? – не слишком вежливо крикнул он.
Из-за двери раздался голос его правой руки, Стефана Моррильо:
- К вам девушка, сеньор Васкес!
- Девушка? – Доминик наморщил лоб. – С каких пор эти девицы являются сразу ко мне? Я что, бюро по трудоустройству? Шли ее к Вернеру!
Голос Моррильо стал тише:
- Это Мануэла Кортес, сеньор. Впустить?
Доминик едва не подавился сигарой, которую начал раскуривать. Мануэла Кортес? Здесь?!
В голове в который раз мелькнула шальная мысль сделать невинную сестрицу Кортеса одной из своих элитных шлюх. Вот была бы потеха! По слухам, Кортес обожал ее настолько, что готов был ей ноги мыть и воду пить, а если она станет звездой в борделе, это попросту уничтожит его! Возможно, в обмен на каналы поставок Доминик и вернет любимую сестренку брату…
Он достал из ящика стола зеркало, придирчиво оглядел себя, не найдя, впрочем, изъянов – он находил себя довольно импозантным мужчиной – потом пригладил волосы, поправил пиджак и принял величественную позу.
- Впусти! – решительно приказал он.
Дверь открылась, и сигара рухнула с губы Доминика прямо на стопку анкет его прелестниц.
Мануэла была облачена в обтягивающее белое платье, при одном взгляде на которое воображение махало рукой и уходило в закат. На локте висела ярко-красная сумочка, шею украшало рубиновое ожерелье, самый крупный камень которого наполовину скрылся в неприлично глубоком декольте. Доминик с трудом захлопнул рот и шумно сглотнул.
Она процокала каблуками алых туфель по полу и изящно опустилась в кресло напротив. Закинула ногу на ногу и улыбнулась, когда у Доминика вновь отвисла челюсть при виде ее обнажившегося бедра.
- Похоже, вы очень рады меня видеть, – пропела она. – Удивительно, как стол еще не подпрыгнул.
- Ч-что?.. – ошарашено переспросил Доминик. Затем, очухавшись, сбросил потухшую сигару в мусорное ведро и сдул пепел с бумаг. – Сеньорита… Сеньорита Кортес. Здравствуйте. Рад наконец познакомиться с вами лично.
- Я вижу. – Она ослепительно улыбнулась. – Держу пари, вы только что обо мне думали.
- Как вы догадались? – вырвалось у него, и Доминик едва не шлепнул себя по губам. – Как я могу не думать о такой красивой девушке? Я не был бы мужчиной!..
- Ах, оставьте эту лесть. – Она нахмурила изящные брови. – Я пришла по делу.
Доминик с трудом подавил дрожь вожделения и сцепил пальцы перед собой, чтобы они не тряслись.
- И какому же? Простите за недоверие, но вы все же сестра моего главного конкурента, и…
- Держу пари, – повторила Мануэла. – вы совсем не такую девушку ожидали увидеть. Не так ли?
Доминик был вынужден признать, что она права. По городу гуляли слухи, что Кортес привез свою скромницу-сестру из глубинки и намеревался выдать замуж за влиятельного человека, чтобы получить еще больше власти, но та, что сидела перед ним, вовсе не напоминала наивную глупую девчонку, в жизни не видевшую мегаполисов.
И тут до него дошло. Он откинулся на спинку кресла и громко расхохотался.
- Так все это спектакль! – выдавил он, вытирая выступившие слезы. – Вот это да! И откуда в Кортесе столько коварства?
- Это была моя идея, – мягко улыбнулась Мануэла.
- Потрясающе. – Доминик выдохнул. – Ух, и задали вы всему городу перцу!
- И еще задам.
Смех как рукой сняло. Доминик уставился на нее, как на диковинную зверюшку.
- Вы?
- Разумеется, если вы мне поможете. – Мануэла поднялась и шагнула к Доминику. – Я всего лишь слабая женщина, которую держит в плену собственный брат. Как я могу замышлять против него недоброе?
- А вы замышляете?
Доминик восхитился. Вот это женщина! Мало того что придумала эту игру с переодеваниями в монашескую рясу, так еще и брата захотела скинуть с трона! Это ему определенно нравилось.
- И чем же… – он постарался напустить на себя сосредоточенный вид, хотя стоявшая перед ним потрясающая женщина совершенно не способствовала размышлениям, – чем же я могу вам помочь?
- А вот об этом, – она присела на стол перед ним, кончиками пальцев провела по его скуле, и Доминик едва не лишился чувств от удовольствия, электрическим разрядом пронзившего тело, – мы сейчас и поговорим.
Пабло
Пабло боялся.
Еще никогда он не испытывал такого страха. В пятом классе местные хулиганы прижали его к стене и шарили по карманам в поисках денег; не найдя ничего, били его ногами, а он, скрючившись, только и мог, что прикрывать голову – даже тогда он так не боялся!
Он ходил из угла в угол в своей квартире, обошел все комнаты не по разу, но не мог остановиться, чтобы страх не начал грызть еще сильнее.
То, что он увидел сегодня… Как рассказать об этом Родриго? Он не знал.
Пабло был в курсе о договоренности между ней и братом и находил ее весьма нелепой – Мануэла, несомненно, обладала даром укладывать мужчин штабелями у своих ног, но чтобы убрать с дороги такого упертого человека, как Бенжамин Майерс, потребуется нечто большее.
Сначала – дело, потом – все остальное. В этом Майерс и Пабло были похожи. Холодные профессионалы, они задвинули личные потребности на второй план и выполняли свою работу с полной отдачей. В другой жизни они бы отлично сработались…
Но сейчас Пабло мог думать только об одном: как предупредить Родриго об опасности, чтобы об этом не узнала Мануэла. Она давно поняла, что в союзники ей Пабло не заполучить, поэтому сделала его своим личным врагом.
Дело было на вечеринке в честь ее совершеннолетия. Родриго закатил знатную попойку в «Гиацинте»: алкоголь лился рекой, музыка орала так, что закладывало уши, а специально приглашенные девочки развлекали тех, кто пришел без пары. Родриго пришлось сильно постараться, чтобы Алистер Берри, владелец клуба, позволил ему тут похозяйничать, и теперь отрывался вовсю.
В один момент Пабло почувствовал, что перебрал. Обычно он так много не пил, но Мануэла порхала по танцевальному залу и подносила бокал за бокалом. Отказываться Пабло посчитал невежливым и в конце концов так накачался, что еле дошел до уборной.
Там, склонившись над раковиной, он плескал и плескал холодную воду на лицо, пока не стало легче. Но в глазах по-прежнему плыло, в голове мутилось, и он прислонился к стене, чтобы не рухнуть на пол. Вот была бы умора…
Дождавшись, когда головокружение поутихнет, он открыл глаза и увидел перед собой Мануэлу.
Она подалась вперед и прильнула к его губам своими. Пабло на мгновение опешил и едва не ответил на поцелуй, но, опомнившись, попытался отстраниться.
- Ма… Мануэла, ты что…
Но она не отставала, прижимаясь к нему все сильнее, и Пабло бросило в жар, когда он понял, что под тонким блестящим платьем больше ничего нет.
Румянец залил ее щеки, глаза заблестели от удовольствия. Губы тронула робкая улыбка.
- Спасибо, – прошептала она.
И, подхватив сумочку, выпорхнула из кабинета. Бен остался сидеть у стола на корточках с дурацкой улыбкой на лице.
Он только что заполучил очень ценного союзника в борьбе с Кортесом.
И влюбился.
Глава 5. 26 декабря. Бен
Утро успокоения не принесло, и Бен пожалел, что владелец «Колес на отшибе», где он работал уже два года, закрыл лавочку и уехал в Канаду к родне. Все-таки после увольнения это было единственное место, где Бен продержался так долго. Спасибо отцу, который научил его разбирать и собирать автомобили с закрытыми глазами.
Их семья держала автомастерскую, приносившую приличный доход. Бен знал, что отец якшается с сомнительными личностями, перебивает номера на краденых машинах и занимается прочей незаконной деятельностью, и ему это жутко не нравилось. Сколько раз он говорил ему, что однажды это до добра не доведет? Не счесть. Но отец не слушал – кто вообще слушает сопливых юнцов? – и продолжал оказывать услуги всяческой шушере.
Он без восторга отнесся к тому, что Бен решил служить в полиции.
- Однажды и отца под монастырь подведешь, – любил говаривать он.
Но Бен не подвел. Его интересовала рыба крупнее.
Он вознамерился попасть в отдел по борьбе с организованной преступностью. И вскоре сделал это, став самым молодым командиром подразделения. Откуда его семь лет спустя с блеском поперли, когда вскрылась вся правда о деле Кортеса…
- Осторожно!
Кто-то схватил Бена за куртку и дернул назад. Автобус пронесся перед самым носом, отчаянно сигналя. Бен обернулся, чтобы поблагодарить неведомого спасителя, но слова застряли в горле.
Родриго Кортес отпустил его и улыбнулся.
- Что, даже спасибо не скажешь?
В ответ Бен припечатал его нецензурным выражением и ступил на дорогу. Как раз зажегся зеленый, и Кортесу пришлось постараться, чтобы догнать его в толпе.
- Зачем под автобусы кидаешься? – наконец пропыхтел он, старательно подлаживаясь под шаг Бена. – Решил таким способом избавиться от моего общества?
- Ага, чтобы ты больше не донимал меня идиотскими просьбами, – буркнул Бен. – Иди куда шел.
- Этим и занимаюсь. – Кортес широко улыбнулся, но Бен оставил это без внимания. Он яростно шарил по карманам в поисках сигарет, пока вдруг не вспомнил, что бросил.
Да что за день-то сегодня такой.
Под носом оказалась вскрытая пачка.
- Угощайся.
- Спасибо, не курю. – Бен старательно обошел его. – И отвали.
- Надо же, все-таки сказал мне «спасибо»! – прокричал вслед Кортес. – Приму как благодарность за твое спасение из-под колес автобуса!
- Слушай, что тебе надо?! – взорвался Бен, оборачиваясь. – Я уже послал тебя в пешее эротическое, почему ты еще здесь?
Теперь Кортес смотрел на него очень серьезно. Бен помнил его безумным смешливым молодым мужчиной с огнем в глазах и неизменной улыбкой, но сейчас огонь заледенел, а улыбка примерзла к губам. На него смотрела искусно вырезанная маска, в которой жизни было не больше, чем в красиво расписанном деревянном лице.
Впервые он осознал, что давний враг изменился, сильно изменился за прошедшие годы. Но к добру или к худу, не мог бы предсказать даже Нострадамус.
- Пошли, – буркнул Бен. – Не стоит орать посреди улицы.
4 года назад
Кортес
Родриго стоял у окна в спальне, которую отдал в распоряжение сестры, и смотрел на улицу. Впрочем, там не было ничего интересного – высокая стена закрывала весь вид. Чертов Доминик, из-за него пришлось усилить меры безопасности, и теперь даже на город не полюбоваться!
А может, прикупить квартирку в небоскребе? Туда так просто не проберешься, куда надежней этого огромного, трудно контролируемого особняка…
Решив, что немедленно займется этим вопросом, Родриго развернулся и едва не столкнулся с Мануэлой.
Она была без косметики, глаза покраснели от недавно пролитых слез, но вид сестра имела на редкость довольный.
- Как все прошло? – спросил он.
- О, замечательно. – Мануэла бросила сумочку на кровать. – Если в полицию сейчас берут таких кретинов, ничего удивительного, что тебе удалось подняться так высоко.
- Ну и язва же ты! – Родриго пихнул ее в плечо. – Этак я проиграю. Кстати, ты не сказала о том, что стоит на кону. Хочешь дорогую тачку? Меха? Бриллианты?
- Мне ничего из этого не нужно, задаривай безделушками своих девиц.
- Тогда что? – Родриго подошел к ней вплотную и, опустив голову, уставился ей в глаза. – Ни в жизнь не поверю, что ты затеяла это только ради веселья.
Мануэла, задумавшись, провела аккуратно подпиленным ногтем по губам – от яркого маникюра тоже пришлось избавиться в угоду образу.
- Еще не придумала. Это сложное дело, и награда должна быть соответствующей.
- Не затягивай, – посоветовал ей Родриго. – Я дам тебе все, что захочешь, если уберешь Майерса подальше от «Амигос».
- Все-все! – Она широко распахнула глаза в удивлении, но Родриго не купился на ее игру.
- В разумных пределах! Звезду с неба, конечно, не достану, но из того, что мне доступно…
- Фи. – Она скривилась, но в глазах поблескивали озорные огоньки. – Все вы, мужики, такие. Сначала обещаете весь мир, а потом выкатываете кучу ограничений.
- Попробуй тебя ограничить, – покачал головой брат. – Я уже сказал, награда будет достойной. Уж моему-то слову ты веришь?
Мануэла улыбнулась, и Родриго понял, что сделает для нее все на свете. Вот уж воистину, когда Бог создавал ее, вмешался дьявол и наградил самыми опасными качествами для женщины: красотой и коварством.
Она перевела взгляд за его плечо, и мелькнувшее в глазах раздражение тут же сменилось теплотой.
- Пабло, дорогой! Прости, я отняла у тебя Родриго так надолго! Вам нужно что-то обсудить? Тогда не буду мешать. – Она, встав на цыпочки, поцеловала брата в щеку. – Признайся, ты сделал в подвале бассейн специально для меня? Пойду поплаваю, а вы занимайтесь своими ужасно скучными бизнес-делами.
Она прошествовала мимо Пабло, одарив его потрясающей улыбкой, но тот только вежливо сморщился в ответ. Родриго подавил приступ ревности и не без удовольствия заметил:
- Похоже, ты единственный, кто не отвечает на ее ужимки.
Пабло пропустил это мимо ушей и протянул телефон.
- Я наметил маршрут для новой поставки Эмилио. Груз будет в порту через неделю.
- С прошлым никаких проблем не возникло?
- Ни единой. Все было доставлено вовремя, и никто ни о чем не пронюхал.
Родриго внимательно изучал карту.
- Не ожидал от него такой исполнительности. Это после Парагвая-то!
- Он снова встает на ноги, и весьма успешно. Я давно слежу за ним, ему можно доверять.
- Полностью полагаюсь на тебя. – Кортес вернул телефон и, вспомнив восторг Мануэлы по поводу бассейна, решил, что квартира в небоскребе подождет.
4 года назад
Доминик
- Вот эту. А еще эту. И на всякий случай припаси эту.
Доминик Васкес выудил из стопки бумаг три листа и, сложив вдвое, протянул помощнику.
- Не забудь проверить, чтобы были чистые. Если клиент подцепит сифилис или гонорею, отвечать будешь своими яйцами. – Доминик потянулся к смартфону. – Свободен.
На экране светилось сообщение от местного бизнесмена. Он хотел девочку с определенными параметрами, и естественно, у Доминика такие нашлись. Уж он-то мог похвастаться тем, чего нет у Кортеса – многообразием.
Этот индюк думал, что всем нравятся стандартные девушки. Как же он просчитался! Доминик первым занял нишу «эксклюзива» и не собирался освобождать место. Когда Кортес спохватился, было уже поздно, и теперь его бордели класса «стандарт», пусть и с отменными красотками, во многом уступали заведениям Доминика.
Но одно Кортес никак не желал выпускать из рук.
Оружие.
Постукивая пальцем по экрану смартфона. Доминик другой рукой почесал татуировку на шее – соединенные длинной цепью наручники. Ему никак не удавалось выяснить, какими каналами поставок пользуется Кортес, равно как и имена поставщиков. С кем бы Доминик ни связывался, никто не желал иметь с ним дел. Потому, что уже пообещали Кортесу, или просто не желали ввязываться в опасное предприятие? Порт кишел полицией, и незаметно ступить на берег с контрабандным грузом представлялось слишком сложной задачей для людей Доминика.
Но Кортесу раз за разом это удавалось! Весь город – от респектабельных толстосумов до последней сторчавшейся шпаны – ходил с его пушками, а кошель с золотыми монетами раздувался на глазах.
Если бы удалось узнать, как он ввозит товар… Тогда можно было бы сбывать не только оружие…
Сладкие мечты разрушил стук в дверь. Недовольный тем, что его прервали, Доминик сел прямо и отодвинул в сторону смартфон.
- Чего? – не слишком вежливо крикнул он.
Из-за двери раздался голос его правой руки, Стефана Моррильо:
- К вам девушка, сеньор Васкес!
- Девушка? – Доминик наморщил лоб. – С каких пор эти девицы являются сразу ко мне? Я что, бюро по трудоустройству? Шли ее к Вернеру!
Голос Моррильо стал тише:
- Это Мануэла Кортес, сеньор. Впустить?
Доминик едва не подавился сигарой, которую начал раскуривать. Мануэла Кортес? Здесь?!
В голове в который раз мелькнула шальная мысль сделать невинную сестрицу Кортеса одной из своих элитных шлюх. Вот была бы потеха! По слухам, Кортес обожал ее настолько, что готов был ей ноги мыть и воду пить, а если она станет звездой в борделе, это попросту уничтожит его! Возможно, в обмен на каналы поставок Доминик и вернет любимую сестренку брату…
Он достал из ящика стола зеркало, придирчиво оглядел себя, не найдя, впрочем, изъянов – он находил себя довольно импозантным мужчиной – потом пригладил волосы, поправил пиджак и принял величественную позу.
- Впусти! – решительно приказал он.
Дверь открылась, и сигара рухнула с губы Доминика прямо на стопку анкет его прелестниц.
Мануэла была облачена в обтягивающее белое платье, при одном взгляде на которое воображение махало рукой и уходило в закат. На локте висела ярко-красная сумочка, шею украшало рубиновое ожерелье, самый крупный камень которого наполовину скрылся в неприлично глубоком декольте. Доминик с трудом захлопнул рот и шумно сглотнул.
Она процокала каблуками алых туфель по полу и изящно опустилась в кресло напротив. Закинула ногу на ногу и улыбнулась, когда у Доминика вновь отвисла челюсть при виде ее обнажившегося бедра.
- Похоже, вы очень рады меня видеть, – пропела она. – Удивительно, как стол еще не подпрыгнул.
- Ч-что?.. – ошарашено переспросил Доминик. Затем, очухавшись, сбросил потухшую сигару в мусорное ведро и сдул пепел с бумаг. – Сеньорита… Сеньорита Кортес. Здравствуйте. Рад наконец познакомиться с вами лично.
- Я вижу. – Она ослепительно улыбнулась. – Держу пари, вы только что обо мне думали.
- Как вы догадались? – вырвалось у него, и Доминик едва не шлепнул себя по губам. – Как я могу не думать о такой красивой девушке? Я не был бы мужчиной!..
- Ах, оставьте эту лесть. – Она нахмурила изящные брови. – Я пришла по делу.
Доминик с трудом подавил дрожь вожделения и сцепил пальцы перед собой, чтобы они не тряслись.
- И какому же? Простите за недоверие, но вы все же сестра моего главного конкурента, и…
- Держу пари, – повторила Мануэла. – вы совсем не такую девушку ожидали увидеть. Не так ли?
Доминик был вынужден признать, что она права. По городу гуляли слухи, что Кортес привез свою скромницу-сестру из глубинки и намеревался выдать замуж за влиятельного человека, чтобы получить еще больше власти, но та, что сидела перед ним, вовсе не напоминала наивную глупую девчонку, в жизни не видевшую мегаполисов.
И тут до него дошло. Он откинулся на спинку кресла и громко расхохотался.
- Так все это спектакль! – выдавил он, вытирая выступившие слезы. – Вот это да! И откуда в Кортесе столько коварства?
- Это была моя идея, – мягко улыбнулась Мануэла.
- Потрясающе. – Доминик выдохнул. – Ух, и задали вы всему городу перцу!
- И еще задам.
Смех как рукой сняло. Доминик уставился на нее, как на диковинную зверюшку.
- Вы?
- Разумеется, если вы мне поможете. – Мануэла поднялась и шагнула к Доминику. – Я всего лишь слабая женщина, которую держит в плену собственный брат. Как я могу замышлять против него недоброе?
- А вы замышляете?
Доминик восхитился. Вот это женщина! Мало того что придумала эту игру с переодеваниями в монашескую рясу, так еще и брата захотела скинуть с трона! Это ему определенно нравилось.
- И чем же… – он постарался напустить на себя сосредоточенный вид, хотя стоявшая перед ним потрясающая женщина совершенно не способствовала размышлениям, – чем же я могу вам помочь?
- А вот об этом, – она присела на стол перед ним, кончиками пальцев провела по его скуле, и Доминик едва не лишился чувств от удовольствия, электрическим разрядом пронзившего тело, – мы сейчас и поговорим.
Пабло
Пабло боялся.
Еще никогда он не испытывал такого страха. В пятом классе местные хулиганы прижали его к стене и шарили по карманам в поисках денег; не найдя ничего, били его ногами, а он, скрючившись, только и мог, что прикрывать голову – даже тогда он так не боялся!
Он ходил из угла в угол в своей квартире, обошел все комнаты не по разу, но не мог остановиться, чтобы страх не начал грызть еще сильнее.
То, что он увидел сегодня… Как рассказать об этом Родриго? Он не знал.
Пабло был в курсе о договоренности между ней и братом и находил ее весьма нелепой – Мануэла, несомненно, обладала даром укладывать мужчин штабелями у своих ног, но чтобы убрать с дороги такого упертого человека, как Бенжамин Майерс, потребуется нечто большее.
Сначала – дело, потом – все остальное. В этом Майерс и Пабло были похожи. Холодные профессионалы, они задвинули личные потребности на второй план и выполняли свою работу с полной отдачей. В другой жизни они бы отлично сработались…
Но сейчас Пабло мог думать только об одном: как предупредить Родриго об опасности, чтобы об этом не узнала Мануэла. Она давно поняла, что в союзники ей Пабло не заполучить, поэтому сделала его своим личным врагом.
Дело было на вечеринке в честь ее совершеннолетия. Родриго закатил знатную попойку в «Гиацинте»: алкоголь лился рекой, музыка орала так, что закладывало уши, а специально приглашенные девочки развлекали тех, кто пришел без пары. Родриго пришлось сильно постараться, чтобы Алистер Берри, владелец клуба, позволил ему тут похозяйничать, и теперь отрывался вовсю.
В один момент Пабло почувствовал, что перебрал. Обычно он так много не пил, но Мануэла порхала по танцевальному залу и подносила бокал за бокалом. Отказываться Пабло посчитал невежливым и в конце концов так накачался, что еле дошел до уборной.
Там, склонившись над раковиной, он плескал и плескал холодную воду на лицо, пока не стало легче. Но в глазах по-прежнему плыло, в голове мутилось, и он прислонился к стене, чтобы не рухнуть на пол. Вот была бы умора…
Дождавшись, когда головокружение поутихнет, он открыл глаза и увидел перед собой Мануэлу.
Она подалась вперед и прильнула к его губам своими. Пабло на мгновение опешил и едва не ответил на поцелуй, но, опомнившись, попытался отстраниться.
- Ма… Мануэла, ты что…
Но она не отставала, прижимаясь к нему все сильнее, и Пабло бросило в жар, когда он понял, что под тонким блестящим платьем больше ничего нет.
