Я встала, вроде бы для того, чтобы приготовить ему компресс из отвара ивовой коры. А на самом деле мне хотелось скрыть охватившее меня смятение.
– Что? Ты не веришь мне, Саксоночка? Думаешь... я болтаю?!
– Что ты, конечно, верю... Просто... твой отец. Разве он стоит такой жертвы, Джейми?
Он глотнул, помрачнев.
– Мой отец, думаю, рад за меня, девочка моя. Теперь он вместе со своей женой, моей матерью, в Царствие Господа Нашего. Им там хорошо вместе, – Джейми удовлетворенно кивнул.
Тут я не выдержала, и слезы мои хлынули рекой.
Джейми испуганно подскочил и, мягко обняв сзади, забормотал мне в ухо:
– Что ты, любимая, не плачь, не надо...
Но я не могла остановиться. Я плакала о потерянном Френке и о том, как он там переживает без меня, мой несчастный потерянный первый муж. И о Джейми, моем втором муже, и его безмятежной доверчивости, о том, как легко я могу разрушить то, во что он так свято верит, так же как... верил Френк.
А еще о моем страхе – да! – потерять Джейми. Что я могла сейчас обещать ему? Люблю ли я его настолько, чтобы быть с ним... всегда?
Я чувствовала тоску и одиночество. Несмотря на то, что в данный момент пребывала в объятиях любимого мужчины. Но от себя не убежишь, не скроешься. Никто не сможет сейчас мне помочь. Никто не примет за меня решение. Никто не в состоянии взять груз моей ответственности на себя.
Джейми развернул меня к себе, и я оказалась прижатой к его широкой груди. Он стоял абсолютно голый, баюкал и гладил меня по волосам, словно беззащитного дитя.
– Чш-ш... Саксоночка. Не плачь. Я с тобой. Все будет хорошо.
Мне очень хотелось верить в это. Но я знала, что не будет. И Джейми в этом не виноват. Это я приношу несчастья! Я хотела бы уберечь его от себя, но он оказался связан со мной столь неожиданно и крепко. Кажется, придется ему испить эту чашу до дна, как бы горька она не была. И мне вместе с ним.
– Ох, Джейми, – прохрипела я, цепляясь за него, – прости меня...
– Саксоночка, ты чего? За что простить-то? – он явно был напуган моим необъяснимым расстройством. – Если за тот зверский компресс из виски, то, конечно, прощаю... Хотя... гхм... честно говоря, с трудом.
Я фыркнула сквозь слезы:
– Бою-юсь... что принесу тебе одни проблемы, милый!
– Ну, что ты... девочка моя... Чш-ш-ш... Разве ж это проблемы? Можешь облеплять меня своими кошмарными примочками хоть с головы до ног, я даже рта не открою. Обещаю! – он взял мое расквашенное лицо в ладони и стал тихонько целовать глаза, лоб, нос, щеки. – Ну же, не плачь. Давай... Улыбнись сейчас же! Если ты подаришь мне один поцелуй, взамен целой бочки этой своей горькой вонючей отравы, то я согласен, черт возьми. Согласен на такой обмен!..
Я честно пытаясь улыбнуться сквозь всхлипывания. Тут Джейми бросил взгляд на тряпки и приготовленный отвар, и идея, как меня отвлечь, наконец, видимо осенила его озадаченную голову.
– Ах, да!.. Ты же хотела сделать мне компресс, Саксоночка? – он вложил тряпку в мою руку и сунул ее в чашку со снадобьем. – О, пожалуйста, дорогая, давай прямо сейчас, а то я уже, кажется, помираю от боли... И вообще.
Он растянулся ничком на кровати и, подсунув под бедра подушку, многозначительно на меня посмотрел. Потом хитро прищурился.
«Джейми! Вот же, злодей! Помирает он!»
Я почувствовала, как от его такой позы, крыша моя потихоньку съезжает с положенного места. Но если Джейми на что и рассчитывал, то получил совершенно противоположное – я от души втянула мокрым полотенцем по этой изобретательной наглой заднице. На что он взвился и возмущенно охнул:
– Что?! Да за что?! Я просто надеялся получить немного ласки от своей заботливой женушки!
Он на всякий случай развернулся, надежно спрятав свои пострадавшие тылы, и даже опасливо загородился от меня подушкой.
Я уперла руки в бок:
– Интересно, на какую ласку ты рассчитывал, коварный ты соблазнитель? Уж, конечно, не на мой отличный компресс из капусты?!
Джейми посмотрел на меня внимательно и, скорчив чертовски невинную гримасу, молча убрал подушку от своих бедер. Сразу стало ясно, что его плоть стремиться вовсе не к компрессам и примочкам, и, вероятно, сейчас они могут чуть-чуть подождать.
– Ну уж совершенно точно не на еще одну порку, милая!.. Пусть даже и от таких очаровательных, таких бойких ручек. Надеюсь, им найдется более удачное применение.
Не сводя с меня пристального взгляда, мой муж вдруг протянулся, перехватил мою руку с воинственным полотенцем и мягко дернул все это на себя. Я не стала сопротивляться и нырнула прямиком в его теплые объятья...
КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ.
Дорогие читатели!
Не забывайте, пожалуйста, если понравилась работа, оставлять хорошие ОЦЕНКИ и ОТЗЫВЫ в благодарность автору. Заранее СПАСИБО!
ЧАСТЬ 2. ТЫСЯЧА ГРАНЕЙ ЛЮБВИ ИЛИ «ВСЕГО ЛИШЬ НЕСКОЛЬКО ЦАРАПИН...»
Прошло много лет после событий первой части. Только закончилась американская Война за независимость. У Джейми и Клэр растут внуки...
Иногда они вытворяют такое, что деду бывает ох как не просто разрулить опасную ситуацию. Требуется большое терпение, чувство юмора и самоотверженность, чтобы справится со всеми сюрпризами, которые преподносят подросшие детки. Тем более, его собственный буйный задор еще далеко не угас...
...Дай же тысячу сто мне поцелуев,
Снова тысячу дай и снова сотню,
И до тысячи вновь и снова до ста,
А когда мы дойдём до многих тысяч,
Перепутаем счёт, чтоб мы не знали,
Чтобы сглазить не мог нас злой завистник,
Зная, сколько с тобой мы целовались
Гай Валерий Катулл Веронский
Женщина на корабле – к несчастью.
Древняя примета моряков
ГЛАВА 1. БЕСПОКОЙНАЯ ДЕЛЕГАЦИЯ
Порой думаешь, что всё хорошо, –
а уже кто-то роет тебе могилу.
Ганнибал
май, 1784
поместье Фрейзер Ридж
КАТАСТРОФА РАЗРАЗИЛАСЬ неожиданно. В субботу, ближе к полудню, мистер Джеймс Фрейзер пребывал в весьма раздосадованном расположении духа. Сидя за столом в своем рабочем кабинете, он угрюмо пялился на основательно потрепанные страницы бухгалтерской книги, пытаясь восстановить в памяти расходы за пару минувших дней.
Дебет с кредитом не сходились – вот хоть ты тресни! – и это изрядно выбивало из колеи, несмотря на мягкий освежающий ветерок поздней весны, скользящий по склону горы прямо в распахнутое окно и дружелюбно овевающий напряженный лоб.
«Сколько раз говорил, надо сразу все записывать, старый ты болван!.. – подперев рукой тяжелую голову, с тоской думал он, совершенно не замечая прелести благоухающего майского дня. – Память уже ни к черту...»
Мысль о наступающей старости подкралась, как всегда, незаметно, и он с недовольством отмахнулся от нее: то, что неизбежно, пожалуй, не стоит его переживаний – просто принять, как есть, и приспособиться. По возможности…
Джейми в очередной раз раздраженно вздохнул и, хмуря брови, принялся заново штудировать вчерашний день с самого начала. Пять центов взяла Клэр – заплатить лудильщику. Это он записал. Та-а-ак… Пятнадцать – мельница, двенадцать – подправил лемех у кузнеца... Два доллара – пришлось докупить пятьдесят мешков овса лошадям. Да-а-а... надо же – не прохватило, в следующем году нужно сеять больше, тем более Леди Белла, кобылка Брианны, скоро ожеребится.
Хм-хм... что ж, жеребенка он пообещал Джему. Интересно, справится ли этот оболтус великовозрастный?.. Вроде как за беременной кобылой, порученной ему, ухаживает исправно: кормит, чистит, выгуливает. Бобби не жалуется. Но в остальном – ищи его свищи... Надо будет поручить им с Айданом картошку, ту, которая за родниковым лесом. Пусть повкалывают немного, лоботрясы. А то совсем от рук отбились...
Ах, да... Незадача. Надо разобраться все-таки, куда, черти их дери, пропало целых пятьдесят четыре цента! Что? Что он сделал еще? Ну, хоть убей... А-а-ах да-а... Так-так-так, вчера он видел Роя, и тот попросил у него взаймы. Да, тридцать центов занял Рою, на ремонт плуга.
Ага! Точно! Восемь потребовала Бри. Ей, видите ли, срочно стали нужны какие-то две спиральки неизвестного назначения. И при этом она загадочно улыбалась. Да уж, Брианне он бы никогда не смог отказать.
Ну, хорошо, и, тогда, где еще шестнадцать? Ох!.. Вискu заломило... Он перевел дух и поднял голову, разминая затекшую шею. Ладно, потом разберемся... Наверняка, само всплывет в голове, как это обычно бывает, стоит только попасть в нужную точку пространства.
Джейми Фрейзер снял новые очки, – старые безнадежно сломались, пришлось заказывать в Уилмингтоне, хотя стоят они, черт возьми, совсем даже не дешево – протер тряпочкой стекла и осторожно сложил их в футляр.
Сейчас надо срочно доехать до Гэвина – договориться насчет завтрашнего покоса на южном склоне, который за утесом. Будем надеяться, чудо-косилка изобретательного арендатора на этот раз не подведет... Не хотелось бы скашивать такую огромную поляну вручную.
Оторвавшись, таким образом, от подсчетов, Джейми, наконец, с легким удивлением обратил внимание на постепенно нарастающий шум, такой непривычный для их довольно уединенного поместья Фрейзер Ридж, а, потом, и вовсе – со двора, по ту сторону дома, отчетливо донеслись разгоряченные визгливые крики. Что-то случилось? Он прислушался и вдруг осознал, как от нехорошего предчувствия по его загривку побежал холодок…
Ожидание было недолгим. Не прошло и пяти минут, как в кабинет, даже не удосужившись постучать, ворвалась делегация возмущенных женщин. Одна из них, сама фрау Марта Рихтер, гневно сотрясала полными обвисшими щеками, пылающими от жары и негодования. Другая – ее невестка, фрау Марина, неизменная участница любой мало-мальски известной заварушки, презрительно фыркала и демонстративно морщила свой хорошенький носик. Иисус, та еще парочка!
Эти две матроны из расположенной в паре миль отсюда диаспоры немецких переселенцев пользовались в округе Риджа достаточно широкой известностью из-за их скандального нрава.
И все было бы ничего, если бы первая напористо не волочила за шиворот вяло упиравшегося, взъерошенного Джема. Тот делал довольно безуспешные и, очевидно, полностью безнадежные попытки освободить свой плененный элемент одежды из железного захвата дородной дамы, ручищи которой напоминали два внушительных кузнечных молота, увенчанных хваткими клещами пальцев.
«Та-а-ак… – угрюмо подумал Джейми, медленно поднимаясь из-за стола и с некоторой опаской наблюдая за распаленными леди, от присутствия которых его кабинет сразу уменьшился вдвое. – Ну что там еще стряслось? Конечно, что и требовалось доказать – никакого сладу с этими бесстыдниками! Опять что ли по садам сновали, паразиты? Будто здесь их не кормят! Вот позорище!..»
Его внук-подросток, к сожалению, такой же не в меру подвижный и изобретательный, как и он сам в свое время, частенько попадал в неприятные передряги. При неизменной поддержке верного Айдана.
«Иисус! Могла бы уж всечь ему на месте, – с утомленным раздражением подумал хозяин Риджа, – никто не стал бы возражать, в конце-то концов! Интересно, зачем было тащиться сюда за несколько миль... в гору, по жаре?»
Разумеется, ему совсем не хотелось сейчас решать этот вопрос, а теперь – деваться некуда – придется. Он нехотя прикинул какое наказание за содеянное положено малолетнему хулигану на этот раз. Да будь они все неладны! У него и так дел невпроворот...
Джейми окинул взглядом возмущенных дам. Стало понятно, что очередного выговора шельмецу будет явно недостаточно – разговоры совершенно не давали нужного результата. Он устало вздохнул и поиграл желваками: да, верно, хватит болтовни, наговорились уже... Завтра – мотыги в зубы и пойдут пахать как миленькие. И пусть только попробуют не сделать урок – разговор будет короткий!..
Но тут же ему малодушно пришла в голову мысль, что сам он в данный момент хотя бы вправе отвертеться от роли карающей десницы правосудия. А что? Роджер – отец. Вот пусть и разбирается. Благо, сегодня тот удачно пребывал в Ридже, а не мотался с утра до вечера, как проклятый, по свадьбам, крестинам и похоронам...
«Надеюсь, в этот раз, озорство задаром не сойдет с рук этой поросячьей личности… – Джейми скрипнул зубами и хмуро посмотрел на приунывшего виновника скандала. – Надо уже так основательно намесить задницу его шкодливую, чтобы раз и навсегда отбить охоту ко всяческим проделкам – хватит уже деда позорить! Тем более, не маленький уже – четырнадцать стукнуло недавно, должен понимать!..»
Расчетливо прикинув, таким образом, дальнейшую хитроумную стратегию, он с облегчением решил отослать разгневанную делегацию к Роджеру с рекомендацией: спустить с провинившегося штаны и всыпать хорошего ремня прямо перед потерпевшими. В качестве моральной компенсации ущерба...
Но рекомендации, конечно, дело такое… добровольное. А так… все на усмотрение сего достойного родителя, а с него, занятого деда, позвольте – и взятки-гладки… В общем, пусть сами там соображают что к чему… Дела у него! А завтра уж, несомненно – картошка ждет мерзавцев!..
Впрочем, он уже серьезно подумывал о восполнении материального убытка. Что можно будет предложить обиженным фрау? Может, мешок овса? Или, даже, четверть виски? Мпффф... Детки...
Но тягостное ощущение странности происходящего никак не отпускало. При более внимательном взгляде, почему-то все казалось совсем не так просто, как представилось первоначально, если учесть уровень возмущения самих леди и крайнюю степень подавленности Джема. Тот просто весь сжался, будто пытаясь исчезнуть из этого страшного мира.
– Вот, герр Фрейзер, полюпуйся на этот гаткий малщик!
Пышная фрау сделала шаг к столу и резко потянула за собой малолетнего преступника. Ее взмокшие седоватые пряди волос, выбившиеся из-под чепца, липли к потному лбу. Удрученный до крайней степени нарушитель по инерции переступил вслед за свирепой матроной и чуть не упал, споткнувшись о свою же ногу.
– Я фесма фосмущен! – раздраженный голос фрау, прерываясь сиплой одышкой, звучал неожиданно пронзительно для ее здоровенной комплекции, и Джейми болезненно поморщился. – Этот бессовестный охалник позорит свой славный дет и отец? Ну! Так! Тавай, расскажи, дурной малчишка, что ты делать!.. Пусть дет порадоватца, какой мерзафец воспитал!
Упомянутый дед с ужасом почувствовал, как горячий поток мучительно хлынул из полыхнувшей груди в голову, а потом вдруг снова скатился вниз, к желудку, забрав с собой весь цвет его лица.
«ИИСУС! ЧТО? ЧТО СЛУЧИЛОСЬ?!»
Под ложечкой резануло до головокружения, а беспощадная лавина, забирая силы, обрушилась куда-то вниз, к слабеющим коленям, вместе с тошнотворно похолодевшими внутренностями. Мысли рванули, словно зайцы по снежному полю.
Его парней поймали на каком-то ужасном деле?! Они убили кого-то? Ограбили? Прости, Господи… надругались над честью девицы, тьфу-тьфу, не дай Бог? Но нет, это просто невероятно! ТАК ЧТО ЖЕ?
Ощутив, как дрожат его пальцы, Джейми уперся
