– Пообещай, что никогда, никогда больше не побежишь за преступником без оружия, а лучше вообще сиди в укрытии, – и, заметив легкое недовольство в ее глазах, добавил: – Ладно, в укрытии можешь не сидеть, но сама на рожон не лезь. Ты можешь мне это пообещать?
Она промолчала. Он и сам понимал, что просит невозможного - бездействовать не в характере Пули. Спустя минуту Александра ответила:
– Бриз, я могу тебе пообещать лишь одно, что впредь буду более предусмотрительна и осторожна.
– Спасибо и на том, – он улыбнулся и быстро чмокнул ее в щеку.
– А что насчет тебя?
– Ты о чем?
– Объяснишь, что с тобой происходит? Мешки под глазами, рассеянность…
Он вмиг стушевался и долго не отвечал, затем все же произнес:
– У мамы были проблемы со здоровьем, но, кажется, все решилось.
Селиверстова заметила проскользнувшую тревогу в глазах друга, но настаивать на подробностях не стала.
Иван ощутил неловкость и тихо добавил:
– Сегодня твой день, не будем о плохом, но спасибо, что спросила. Я благодарен за твое внимание.
– Да ладно, пустяки, но если захочешь поговорить…
– Может в другой раз.
– Договорились и, кстати, обещанный домашний ужин устрою на днях. Я о нем помню.
– В отделе уже ждут с нетерпением, – он попытался улыбнуться, но получилось коряво. Остаток дороги ехали молча.
На кухне они разложили купленные по дороге салаты и подаренные угощения. Затем Иван быстро сделал бутерброды, а детектив пошла принимать долгожданный душ. Когда она села за стол с недосушенными волосами, распущенными по плечам, в теплом махровом халате и неизменных цветных носках, Резников засмеялся, и, не сдержав эмоций, снова чмокнул ее в щеку, но на этот раз поцелуй был чуть дольше положенного. Она не противилась, вдыхая его родной аромат кедра и мяты, от которого чуть-чуть кружилась голова, и когда друг отодвинулся, прошептала:
– Спасибо, Бриз. Спасибо за то, что ты у меня есть.
Неловкую тишину вспугнул звонок в дверь, и, подобно двум маленьким птичкам, застигнутым врасплох, оба поспешно занялись делами. Как ни в чем не бывало. Но и он, и она знали, что сегодня стали еще чуть ближе друг к другу.
На площадке стояла Диана: после всего пережитого, она похудела, лицо осунулось, красивое мятное пальто висело на ней как мешок. Кутаясь в палантин такого же цвета, женщина подняла уставшие словно постаревшие глаза на детектива:
– Добрый день. Меня бабушка какая-то впустила.
Александра улыбнулась, прекрасно понимая, о какой бабушке речь. Старушка и Дмитрия Алексеевича так же легко пропускала. Эх, никакой осторожности.
– Я пришла попрощаться.
– Уезжаешь. Надолго?
– Наверно навсегда, – Диана опустила глаза, – тот, тот… монстр обещал, что расскажет где тело Игоря, чтобы я…
– Могла его похоронить, – закончила за нее детектив.
– Да, но так ничего и не сказал. Я буду сама искать его следы. Я знаю, что он не уезжал из Твери. Собственно, я хотела вас еще раз поблагодарить и попрощаться.
Она уже развернулась, когда Селиверстова тронула ее за плечо:
– Подожди, Диана. Бриз!
Рядом появился друг.
– Кто-нибудь из наших смог выяснить что-либо о смерти Игоря Осокина?
– Да, местная полиция по нашему запросу провела оперативно-розыскное мероприятие: сегодня утром сообщили место его захоронения.
– Похоронили? Но тот… монстр говорил, что…
– Собиратель лгал, может вы пройдете внутрь?
– Нет, спасибо, Александра. И кто же… где он лежит?
Иван тяжело вздохнул:
– Его похоронили родственники. На местном кладбище. Место номер 22.
Диана, не сдерживая слез, обняла по очереди сначала Александру, затем Резникова и бросилась прочь.
– Тяжелая судьба, – заметил Иван, глядя в окно вслед удаляющейся тонкой фигурке.
– Но Диана сильная, она выдержит, – детектив опустилась на стул, взяла бутерброд и жадно вонзилась зубами в булку с сыром.
Друг сел напротив, повторил те же манипуляции, прожевал кусок и спросил:
– Ты не забыла о недавно введенной традиции дарить торт?
– Не забыла.
– В этот раз торт закажу в каком-нибудь крутом месте: все-таки с таким гадом справились! Но у меня вопрос: "Что на нем написать»? Название делу уже придумала?
– Эхо над бездной.
– Эхо как отголоски прошлых грехов… А что, мне нравится. Поэтично.
Александра грустно улыбнулась.
***
– Меня Игорь зовут, а тебя как?
– Диана.
– Можно я буду называть тебя Ди?
– Можно.
– Весело мы в светофор сыграли, да? Всех одурачили! – и заливистый смех разлетелся по двору.
Здесь они зимой лепили кота Толстячка, а в этом магазине покупали мороженое. За соседним домом играли в прятки, а там чуть подальше он впервые ее поцеловал. Воспоминания захлестнули с головой. Казалось, будто каждая частичка улицы, каждый кирпичик, травинка и камушек пропитано их детством. Будто весь город принадлежал им двоим и тогда и сейчас.
Диана шла между оград. Заморосил легкий, но холодный дождь. Кутаясь в палантин, ускорила шаги, высматривая родное лицо, и, наконец, увидела старую фотографию Игоря с теми же бездонными обсидиановыми глазами и неизменной шаловливой улыбкой. Он выглядел таким живым, словно кто-то по ошибке наклеил снимок на надгробную плиту. Если бы это была просто ошибка…
Она упала на колени и зарыдала. В памяти проносились обрывки счастливых дней, совместные мечты и планы. Слезы перешли в истерику, и теперь уже Диана валялась на мокрой земле. Сколько это продолжалось никто не знает, но, когда женщина в промокшем пальто возложила букет искусственных лилий, дождь закончился, и лучи солнца скромно выглянули из-за облаков.
– Это мои любимые цветы, помнишь? И я дарю их тебе. Пусть вместе с ними к тебе перейдет частичка моего тепла. И любовь. Я рядом, слышишь? Сырая земля не преграда. Для меня ты всегда будешь жить. Я знаю, ты бы хотел, чтобы я была счастлива, и я попытаюсь. Ради тебя, любимый, ради тебя, – Диана обняла себя за плечи и почувствовала, как холодные губы коснулись лица. Легкий шелест ветра уносил с собой слова:
– Живи, Ди, живи…
Глава 36
Александра подходила к агентству, когда ее окликнули, этот голос она в миг узнала:
– Саша, Саша!
Обернулась. К ней шел Макар Семенович, но не один. Рядом был Дмитрий Алексеевич. Про себя она не удержалась и заметила, что детектив при Управлении надел тот самый галстук, что так оттенял цвет его удивительных глаз, но тут же с корнем выдернула любое проявление симпатии к этому мужчине и, улыбнувшись одному старику, поинтересовалась:
– Макар Семенович, рада вас видеть! Что-то случилось?
– Случилось, Сашенька, случилось, – он остановился и неожиданно обнял Селиверстову.
– Ира вернулась?
– Нет, – ответил старик, по-прежнему не распуская объятий.
Подумав секунду, она обняла его в ответ.
– Ирка не вернулась, но вы выполнили свою просьбу. Я с ней виделся. Она сказала, что не может со мной жить, нашла какого-то мужчину и переезжает к нему. Но это не важно, Саша, это не важно. Моя Ирка счастлива, я прочел это по ее глазам, и, похоже, она действительно влюбилась. Она прям вся светилась, когда рассказывала о своем мужчине. Может, у них любовь с первого взгляда?
Она не ответила, уверенная в том, что такая, как Пассажирова, на искренние чувства не способна, но расстраивать такого хорошего человека, как Макар Семенович не хотела и поэтому молча улыбалась.
– Она счастлива, а для отца это главное. Ну все, Сашенька, это все, что я хотел вам сказать. Спасибо за все. Прощайте и будьте счастливы, – и он пошел в сторону остановки.
А Селиверстовой стало грустно. Хотела бы она, чтобы ее отец был таким, как этот добросердечный старичок. Очень бы хотела. Жаль не все наши желания исполняются.
– А со мной не поздороваешься? – Дмитрий Алексеевич коснулся ее руки, но она тут же отскочила как ошпаренная.
– Нам надо поговорить, – он подошел почти вплотную.
– Дмитрий Алексеевич, у меня дела.
– Это я положил фотографии и надпись сделал тоже я.
– Что? Какую надпись?
– Все для вас, детектив, все для вас.
Селиверстова резко оттолкнула его и пошла прочь.
– Подожди! Стой! – он пустился следом, догнал, развернул к себе и, вдыхая аромат ее волос, прошептал: – Ты вся такая крутая, незаменимая, воображаешь из себя черт знает кого! Подожди, не вырывайся. Я просто пошутил: нелепо, согласен. Хотел проверить, действительно ли ты до такой степени эгоцентрична, как о тебе говорят? Хотел проверить, догадаешься ли ты, что это я написал. Ты же видела бумаги в моем офисе и наверняка обратила внимание на почерк! Но ты думала лишь о том, что великий Собиратель удостоил тебя вниманием. Именно тебя!
– Все сказал?
– Злишься. Имеешь право. Я знаю, был не прав.
– Ты никто, чтобы я на тебя злилась, – она снова его оттолкнула, и на этот раз он сделал несколько шагов назад.
– Я уже исправил свой опрометчивый поступок.
– И как же?
– Это я устроил встречу Макара Семеновича с Ириной. Я тоже, знаешь ли, умею давить.
– Молодец.
– Я прошу прощения, – Дмитрий Алексеевич понуро опустил голову.
Александра не удержалась от улыбки, уж больно «крутой» детектив напоминал нашкодившего кота, но, когда тот вновь на нее посмотрел, сделала совершенно непроницаемое лицо. Звонок мобильного отвлек обоих.
– Селиверстова.
– Александра, добрый день. Это Екатерина Капельникова. Помните меня?
– Да, дело о странных сообщениях и о васильковых венках.
Звонкий смех:
– Вы оказались правы, и я приглашаю вас на свадьбу. Если можно, наденьте, пожалуйста, что-нибудь…
– Васильковое? – догадалась Александра.
– Да, – и счастливый голос продолжил: – Можете прийти с другом, и да, в одном вы все-таки ошиблись: наша свадьба не будет пышной, если вы придете, то будет человек десять. Мы решили потратить деньги на свадебное путешествие. Вы придете?
– Да, Катя, скиньте координаты. Я вас обоих поздравляю и надеюсь, что на свадьбе ваша эмоциональность не приведет к обмороку.
– Только если от счастья, – послышался на заднем плане не менее счастливый мужской голос.
Селиверстова убрала мобильник. Ее лицо озаряла улыбка.
– Ты уже решила, с кем пойдешь на свадьбу? – Дмитрий Алексеевич тоже улыбался.
– Явно не с тобой.
– Так мы все-таки перешли на «ты»? Может повторим знакомство? Я - Дима.
– Мое отношение не изменилось.
– Но ты простила. Я же по глазам вижу. Простила.
Александра резко остановилась, вытащила мобильник и прямо перед Димой вслух дала команду «гуглу»:
– Окей, гугл, неординарный букет.
Мужчина внимательно следил за мелькающими изображениями.
– Вручишь через час этот букет в форме черепахи, тогда поговорим, а пока у меня дела, – и не успела она гордо развернуться на каблуках и исчезнуть в стенах агентства, как Дима протянул ей телефон: на экране был тот же самый букет, а внизу вопрос: «Мир?»
Селиверстова улыбнулась, ее внимание вновь привлекли его мужественные и в тоже время красивые черты лица. Она кокетливо склонила голову набок, подумав: «Возможно, «крутой» детектив не так плох» и ответила:
– Сегодня вечером в разрекламированной тобой пекарне друга. Расскажешь, как уговорил Пассажирову на встречу с отцом, и учти – если выпечка разочарует, уйду сразу.
Но оба знали, что это ложь.
Поблагодарить за интересную историю: Яндекс кошелёк 4100110182668095
Карта: 5469550051988035 Анастасия. К.
